Электронная Библиотека Дойки.Biz (18+)

 Название : Сборник секс рассказов (часть 137)
 Ссылка: https://dojki.biz/book/
 Категория : Рассказы про секс

 Содержание :
 - Спроси тетю Агату
 - Рэйчел секс бот
 - Коммуналка
 - Долг платежом красен
 - Шалости
 - Неверная жена
 - Меня похитили
 - Измена как спусковой крючок
 - Беспредел в южной гостинице
 - История Эльзы — «Кобылка»
 - Железо и шелк
 - Цена гордости
 - Женя, Женька, Женечка
 - Две сестры
 - Что скрывает баронесса
 - Её первый голем
 - Дал поснимать
 - Кризис среднего возраста или мы были первые
 - Двоелуние
 - Холодная ночь
 
 --- Спроси тетю Агату --- (измена, юмор)

Однажды ночью, когда я был маленьким, мои родители взяли в прокате фильм «Вся президентская рать». Я был так вдохновлен, наблюдая, как Вудворд и Бернстайн разрушают Белый дом Никсона, что сразу же решил, что хочу работать в газете, когда вырасту. Идея стать репортером-крестоносцем, борющимся с коррумпированным истеблишментом, побудила меня обратить внимание на Школу журналистики Коламбиа — Колумбийского университета, и благодаря хорошим оценкам, стипендии и значительной студенческой ссуде мне это удалось.
Коламбиа подарила мне три бесценные вещи: превосходное образование, разумные шансы получить работу в СМИ начального уровня после окончания учебы и красивую жену. Позвольте сказать несколько слов о каждой.
Коламбиа — одна из выдающихся школ журналистики в стране, и она научила меня не только основам исследования, репортажа и написания новостей, но и навыкам проведения расследований, тележурналистики и цифровых медиа. Среди моих учителей были как опытные журналисты, так и известные профессора.
Единственное, чему меня не научили, — это как найти работу на сверхконкурентном рынке журналистики. Тут не только перенасыщение репортерами, редакторами и новостями, но и сама отрасль находится в серьезном упадке, по крайней мере, в сфере газет. И если вы все же найдете работу, зарплата в лучшем случае будет скудной. Это была непривлекательная среда, в которую я направился, по мере того как мои студенческие годы приближались к завершению.
По мере приближения выпуска я так отчаянно нуждался в работе, что серьезно подумывал о том, чтобы пойти на неоплачиваемую стажировку только для того, чтобы получить какие-то документы. Но в последнюю минуту за меня замолвила слово старая добрая Коламбиа — не отдел по трудоустройству, а по связям с выпускниками. Оказалось, что хороший друг моего отца был выпускником Колумбийского университета и предложил мне работу помощником-редактора корректора, отвечающего за достоверность информации в одной из газет в Вашингтоне, округ Коламбиа. Это было не то, что я себе представлял, но тонущий человек цепляется за соломинку.
Одна из причин, по которой я так отчаянно нуждался в работе, заключалась в том, что в промежутках между расписанием занятий и репортажами я каким-то образом нашел время, чтобы влюбиться. Фактически, я даже зашел так далеко, что на старшем курсе обручился. Николь, как я предполагал, специализировалась на политологии, и мы познакомились на курсе сравнительной политики на первом курсе. Она была умной, красноречивой, амбициозной и великолепной. То, что началось как дружба в классе, быстро переросло во все более тесные эмоциональные и физические отношения. Я обнаружил, что страсть, которую она привносит в политические споры, соответствует той страсти, что она привнесла в наши отношения. Проще говоря, мы не могли насытиться друг другом, и нам не потребовалось много времени, чтобы понять, что мы хотим гораздо большего и гораздо дольше, нежеди несколько лет в колледже.
В отличие от меня будущее Ники было хорошо спланировано. Хорошим другом родителей Ники был конгрессмен из ее округа, идущий на третий срок, и он пообещал их дочери работу помощником в своем офисе в Вашингтоне, когда она закончит учебу. Так что то, что я нашел работу в Вашингтоне, было удачей, и мы поженились сразу после выпуска.
Несмотря на то, что оба имели работу, мы обнаружили, что можем позволить себе лишь крошечную квартиру на выезде из Бетесды. Но когда ты молод и влюблен, такое приносит лишь незначительные неудобства.
Ники окунулась во внутренние дела Капитолийского холма и нашла новую среду, которая ей очень понравилась. Что касается меня, я был рад, что у меня есть работа, но мои обязанности меня нисколько не впечатляли. Корректура чужих текстов не очень хорошо сочеталась с моей мечтой стать репортером-крестоносцем. Но, как я постоянно напоминал себе, это лучше, чем быть безработным, и, возможно, приведет к чему-то лучшему.
Как оказалось, именно это и произошло, но не так, как я ожидал.
***
Однажды днем меня вызвали в офис моего босса, и когда я сидел на неудобном деревянном стуле напротив его стола, он пристально посмотрел на меня оценивающим взглядом, от которого мне стало очень неуютно. Наконец, он поднял лист бумаги, в котором я узнал свое резюме.
— Здесь написано, что ты можешь писать. Это правда?
— Да, сэр, — серьезно ответил я.
— И еще здесь говорится, что ты — довольно умный парень, по крайней мере, ученый. Верно?
— Ну, наверное, я хорошо учился в школе, — скромно сказал я. Я закончил учебу с отличием, но не думал, что сейчас подходящее время, чтобы этим хвастаться.
Он тяжело вздохнул.
— Хорошо, вот мое предложение. На следующей неделе на пенсию выходит Агата Корнуэлл. Это означает, что кто-то должен взять на себя ее колонку.
Я с трудом сглотнул. Агата Корнуэлл уж точно не была бесстрашным репортером. Фактически, она вовсе не была репортером — она писала ежедневные советы газеты в колонке для влюбленных. В большинстве случаев никто из сотрудников даже не читал эту колонку, а когда читал, то она всегда была предметом насмешек. Писать в нее было худшим заданием, даже хуже, чем написание некрологов.
Босс, должно быть, принял мою реакцию за энтузиазм.
— Не возлагай на это надежды. Правда в том, что у этой колонки один из самых низких читательских рейтингов среди всех разделов газеты. Но у нее есть несколько лояльных последователей, поэтому главный редактор не хочет убивать ее и вызывать бурю негодования. И мы не хотим, чтобы читатели Агаты знали, что старая летучая мышь тоже исчезла, поэтому никому не говори, что ты — новая тетя Агата.
Я понимающе кивнул. Ему не о чем беспокоиться: меньше всего я бы хотел, чтобы кто-нибудь из знающим меня прослышал что я сейчас веду колонку советов.
Он снова покосился на меня стальным взглядом.
— Не облажайся, ясно?
Я кивнул и покинул его кабинет, чтобы отступить к своему столу и начать оплакивать свою судьбу. Колонка советов? Как я смогу когда-нибудь гордо держать голову перед Ники и нашими друзьями? Если бы слух об этом разошелся, я стал бы посмешищем для Колумбийской школы журналистики! Единственной моей спасительной милостью было то, что благодаря запрету босса я не мог никому рассказать о своем новом назначении. Но даже это было маленьким утешением.
«Отлично», — уныло подумал я, — «у меня не только худшая работа в газете, но я даже не могу никому на это пожаловаться!»
Когда в тот вечер я вернулся домой, Ники спросила меня, почему у меня такое унылое лицо, но я выдумал какую-то историю о тяжелом дне в офисе, и к счастью, она не стала допытываться, потому что хотела рассказать мне о своей работе. Она была возбуждена, поскольку выяснилось, что ее новый босс наделал много шума в политических кругах. Конгрессменов в Вашингтоне обычно пруд пруди, но Тимоти Викерс быстро становился восходящей звездой в своей партии. Он был молод, красив и чрезвычайно красноречив. Они с его женой оказались очень фотогеничной парой. Уже ходили разговоры о том, что ему уготовано большее.
— Один из других помощников сказал мне, что он может рассматриваться как возможный кандидат на пост вице-президента, — взволнованно сказала мне Ники. — Подумать только, когда-нибудь я смогу работать в Белом доме!
Боюсь, я не так обрадовался ее удаче, как должен был. Я был рад за нее, но внутри, думаю, мне все еще было жаль себя из-за моего нового назначения.
***
В понедельник утром мне показали мое новое рабочее место, и к своему удивлению, я обнаружил, что на самом деле у меня теперь есть крошечный офис. По крайней мере, это была некоторая компенсация за такую унизительную работу. Однако, едва я сел за старый деревянный стол, как тут же оказался в снежной буре. Везде были беспорядочно сложенные груды писем и бумаг. Я чувствовал себя потерянным, не имея понятия, с чего начать.
В этот момент раздался легкий стук, и в дверь просунулась симпатичная молодая женщина примерно моего возраста.
— Привет, — сказала она, — я — Мэнди. Я — твой помощник.
Помощник? У меня есть офис и помощник? Может, в конце концов, все будет не так уж плохо?
— Привет, Мэнди, я — Кейси, — сказал я, — и я совершенно потерялся. Пожалуйста, входи и расскажи мне, что здесь происходит.
Она весело улыбнулась мне, плюхнулась на крошечный стул рядом с моим крохотным столом и начала говорить. Вскоре я узнал, что Мэнди работала с Агатой всего три месяца и что тоже не была в восторге от своего назначения.
— Это не совсем настоящая журналистика, — призналась она, — но через некоторое время она вырастет в тебя. Все эти люди отчаянно нуждаются в советах, и ты начинаешь чувствовать, что делаешь что-то стоящее, пытаясь помочь им.
Она дала мне прочитать пачку распечаток последних колонок Агаты, и вскоре у меня возник мысленный образ добросердечной пожилой женщины, неделя за неделей работающей, чтобы передать немного мудрости и здравого смысла своей пастве безнадежно неуверенных в себе людей.
Затем Мэнди показала мне несколько писем, которые неумолимо приходили каждый день. Когда я посмотрел на них, то подумал, что вопросы, получаемые тетей Агатой, были до утомления банальными. Когда я спросил об этом Мэнди, она подмигнула мне и передала еще одну пачку писем.
— Что это? — спросил я.
Она смущенно улыбнулась.
— Это все те вопросы, на которые Агата не хотела отвечать. Ей было просто неудобно говорить на определенные темы, особенно на те, что она считала «странными» или «неприличными».
Вау! Когда я начал читать письма из второй стопки, то быстро понял, что у нас много странных и неприличных читателей.
Я усмехнулся Мэнди.
— Я не утверждаю, что обладаю таким уж большим опытом в этой области, но обещаю, что мы перестанем уклоняться от вопросов о «неприличных» темах. Это то, о чем люди любят читать, и мы начнем давать им это.
Она бросила на меня обеспокоенный взгляд.
— Меня все устраивает, но я не знаю, как отреагирует руководство. Они довольно долго привыкали к «сахару, специям и всему хорошему», если ты понимаешь, о чем я.
— Послушай, я не просил об этом задании, — сказал я ей, — но теперь, когда мне его поручили, я сделаю все по-своему. Если начальнику это не понравится, он может поставить на мое место кого-нибудь еще. Ты со мной?
Она улыбнулась.
— Хорошо, рассчитывай на меня.
***
К счастью, Агата подготовила свои колонки на несколько дней вперед, так что у меня была небольшая фора. Она позволила мне потратить некоторое время на изучение писем из файла «без ответа» и выбрать те, которые я бы хотел использовать в своей первой колонке. Также я много думал о стиле, который хотел применить. Я определенно планировал давать ответы, отражающие мои собственные убеждения, но хотел сделать это, не обозначая своего отношения. После нескольких неудачных попыток я почувствовал себя достаточно комфортно, чтобы передать Мэнди на рассмотрение несколько отрывков из моего первого черновика:
«Дорогая тетя Агата, я люблю свою жену, но недавно обнаружил, что я — би. Теперь я хочу поэкспериментировать с парнями, которых встречал. Поскольку я не имею отношений с другими женщинами, то не чувствую, что изменю своей жене. Как вы думаете?
Бисексуал»
«Уважаемый Бисексуал, мне все равно, левша ты, правша или работаешь обеими руками, но все равно это — измена«.
«Дорогая тетя Агата, мы с мужем счастливы в браке уже десять лет, но недавно у меня был роман с мужчиной в моем офисе. Я ужасно себя чувствую из-за того, что сделала. Должна ли я признаться и умолять его о прощении?
Раскаявшаяся Роберта»
«Дорогая Раскаявшаяся Роберта, если ты признаешься своему мужу, то все, что ты сделаешь, — это снимешь чувство вины со своих плеч и переложишь всю боль на него. Держи все при себе и исправь свою ошибку, став лучшей женой. Чувство вины — это та цена, которую ты платишь за то, что знаешь, что это неправильно».
«Дорогая тетя Агата, женатый парень из моего офиса прислал мне фотографию своего члена с яйцами на мой мобильный телефон. Что мне делать?
Противная»
«Дорогая Противная, почему бы тебе не переслать его сексуальное сообщение его жене и не узнать ее мнение? Готова поспорить, оно у нее будет».
Мэнди посмотрела на меня с хитрой улыбкой.
— Я не знаю, понравится ли это руководству, но, по крайней мере, они не смогут сказать, что твоя колонка скучная.
Разумеется, в тот же день в мой офис ворвался босс с колонкой, которую я отправил в печать.
— Что, черт возьми, ты делаешь, Кейси? — закричал он. — Читатели тети Агаты — это множество милых старушек. Делая это, ты понапрасну выведешь их из себя!
Я не согласился с этим.
— Вы попросили меня сделать работу, и я ее выполнил. Почему бы вам не дать ей шанс, прежде чем зарезать?
Он сердито фыркнул и вышел, но позволил всему идти своим чередом.
Помимо печатного издания, газета также появилась в веб-версии, что дало нам возможность практически мгновенно получить обратную связь. Мэнди говорила мне, что колонка «Спроси тетю Агату» никогда не вызвала особого отклика, поэтому я был удивлен, когда на следующий день она пришла ко мне в офис и с помощью моего компьютера просмотрела онлайн-отзывы по моей колонке. Видимо, моя первая попытка вызвала неплохой отклик. Некоторые из читателей осудили тетю Агату за легкомыслие в серьезных вопросах, но другие приветствовали ее твердую позицию.
Я вообще не ожидал ответов, поэтому слегка нервничал из-за бури, которую вызвал. Но Мэнди была взволнована.
— Это — самая большая реакция на колонку тети Агаты, которую я когда-либо видела, — сказала она.
Я все еще не был уверен.
— Некоторым точно не понравилось то, что я сказал или как это сказал, — указал я.
— Какая разница? — радостно воскликнула она. — По крайней мере, ты заставил их об этом задуматься.
***
В следующие несколько дней повторилась та же реакция на колонку, что и в первый раз: продолжали поступать комментарии как за, так и против нового тона и темы. Я мог лишь удивляться, как реагирует руководство на все это.
В течение следующих двух недель я нашел ответ на вопрос, который задавал себе, приступая к новой работе: «зачем мне нужен помощник?» Увидев пришедшую пачку писем, я начал понимать. А когда Мэнди показала мне, как проверять электронную почту тети Агаты, я начал задаваться вопросом, хватит ли двух человек, чтобы справиться с наплывом. Каждое почтовое отправление и электронное письмо требовалось прочитать, зарегистрировать согласно дате и распределить по категориям. Некоторые войдут в файл «требует ответа», некоторые — в «игнорировать», а третьи — в файл «подумать об этом позже». Затем мы обсуждали вопросы первой категории и решали, как на них отвечать.
Иногда мы не сходились во мнениях. Например, как-то Мэнди рассмеялась, читая одно письмо, пришедшее по почте.
— Вот это — в мусор, — усмехнулась она, — явно подделка. — Но когда я прочитал его, то понял, что оно должен быть размещено в колонке следующего дня.
«Дорогая тетя Агата, недавно меня разбудил от глубокого сна маленький зеленый человечек, взявший меня на свой космический корабль и исследовавший мое тело с помощью инопланетных инструментов. Вчера я узнала, что беременна. Что мне делать?
Похищенная инопланетянами»
«Дорогая Похищенная инопланетянами, тебе нужно отнести это письмо своему профессору по креативному письму и сказать, что я прошу его поставить тебе двойку».
В следующую пятницу днем я как раз закончил готовить свою колонку за понедельник, когда у моей двери появился босс. Я избегал его с момента нашей последней встречи, и его внезапное появление сразу меня обеспокоило.
— Я только что получил последний отчет о количестве посещений нашего онлайн-сайта, — нахмурившись, сказал он. — А также — отчет по отзывам, что получает твоя колонка. — Я затаил дыхание.
— Возможно, читателям не всегда нравятся твои умные замечания, — продолжал он, — но, по крайней мере, они их читают. Число посещений «Спроси тетю Агату» выросло на тридцать пять процентов. Думаю, ты сможешь сохранить свою работу еще на неделю. — После чего он вылетел из моего офиса.
Я был ошеломлен. Я чувствовал себя той актрисой, что восклицала на церемонии вручения «Оскара»: «Я вам нравлюсь, я действительно нравлюсь вам!»
Мэнди подслушивала, и прибежала, чтобы крепко меня обнять.
— Поздравляю, Кейси! Это — замечательный результат, и босс почти никогда и никому не сообщает об этом лично. Он, должно быть, в самом деле доволен.
Я обнял ее в ответ и выдал подражание Джону Уэйну:
— О, чепуха, мэм, это — фигня.
Но правда заключалась в том, что я чувствовал себя чертовски хорошо. Возможно, у меня не было той работы, которую бы я хотел, но по крайней мере, я добился определенного успеха в работе, которую мне дали. В тот вечер я ехал домой и сожалел лишь о том, что не смогу рассказать обо всем Ники.
Однако долго думать об этом мне не пришлось, потому что, когда я вернулся домой, Ники напомнила мне, что мы уезжаем на выходные. Ее босс, конгрессмен Викерс, проводил выездное мероприятие в поместье Уай-Ривер у богатого спонсора, при этом были приглашены супруги его работников и другие значимые лица.
Думаю, дело в моем журналистском прошлом, но я довольно цинично отношусь к большинству выборных должностных лиц. Услышав проповедь «Чистого Конгрессмена», как его окрестили СМИ, о семейных ценностях и личной морали, я почувствовал себя более чем неудобно. В результате я не собирался протирать локти с конгрессменом Викерсом и его окружением, но Ники была в эйфории, поэтому я держал свои чувства при себе. А потом, когда у меня появилось немного времени поговорить с ним за коктейлем, мне пришлось признать, что он был очаровательным, но серьезным парнем.
***
На следующий день, когда Ники и другие сотрудники встречались с ним, у меня была возможность встретиться с миссис Викерс, и я получил еще более благоприятное впечатление. Я ожидал увидеть одну из этих пластиковых «Степфордских жен» с заранее заготовленной предвыборной речью, готовой без промедления выступить от имени своего мужа. Вместо этого я обнаружил тихую, задумчивую женщину, единственным недостатком которой была явно видимая хромота. Без всяких моих расспросов она сообщила, что хромота появилась в результате автомобильной аварии, произошедшей вскоре после их свадьбы.
— Это было ужасно, — призналась она, — и я к тому же не могу иметь детей, но мне повезло, что осталась жива, поэтому я не жалуюсь.
Меня впечатлила ее мужество, а также решение ее мужа остаться с ней. «Может быть, он все-таки — из хороших парней», — сказал я себе.
В ту ночь в нашей комнате Ники был очень возбуждена.
— Он сказал, что очень доволен моей работой, — взволнованно сказала она мне. — Он сказал, что очень полагается на мою помощь.
Сняв одежду, я спросил:
— Почему бы тебе не подойти сюда и посмотреть, не сможешь ли ты немного помочь мне?
Не потребовалось много времени, чтобы превратить ее энтузиазм в страсть, и вскоре мы в полной мере наслаждались друг другом. Когда Ники кончает, она очень громкая, и я даже беспокоился, что ее стоны и крики могут побеспокоить других в доме. Но меня так возбуждает то, что она заводится — особенно приближаясь к оргазму — что я перестал беспокоиться об этом и погрузился в наше взаимное удовольствие. Впоследствии, незадолго до того как заснуть, я подумал: «В конце концов, уик-энд оказался довольно хорошим».
В воскресенье утром мы сидели во внутреннем дворике и завтракали. Ники, конечно, читала «Вашингтон пост», но из лояльности ко мне, она также взяла экземпляр и моей газеты. Я был удивлен, увидев, как она обратилась к разделу «Жизнь» и начала читать «Спросите тётю Агату».
— Почему ты читаешь это? — спросил я ее.
— Думаю, я — такая же как все: мне нравится читать о чужих секретах, — с готовностью призналась она. — Кроме того, в последнее время тетя Агата стала намного интереснее, и мне очень нравятся ее советы.
Тут я чуть не проговорился, но с трудом сдержался. «Вот бы она удивилась, если узнала!» — радостно подумал я.
***
В течение следующих нескольких недель я уже совсем освоился в своей новой роли. Частью работу облегчала Мэнди, с которой было очень приятно работать. Из наших разговоров за обедом я узнал, что ее прошлое было аналогично моему. Как и я, она всегда хотела быть репортером. Вместо Колумбийского университета она поступила в Университет Миссури, также признанному на национальном уровне своей отличной школой журналистики. И, так же как мне, ей не повезло найти работу репортера по окончании учебы. Она стала помощницей только тогда, когда руководство поняло, что тете Агате нужна помощь.
Работая вместе, мы теперь могли планировать колонку, а не просто реагировать каждый день. Мы начали подбирать письма, на которые нужно отвечать, чтобы они соответствовали определенным темам и более логично отвечали тому, что происходит во внешнем мире. Больше никаких писем о летних романах, появляющихся в период Рождества! Мэнди также умело проводила исследования, отслеживая ресурсы, куда тетя Агата могла направлять своих читателей, когда тем требовалась помощь экспертов.
Это, и правда, пригодилось в тот день, когда мы получили электронное письмо от молодой читательницы.
«Дорогая тетя Агата, мне — четырнадцать лет, и я не знаю, к кому еще обратиться. Мы с подругами нюхали бензин, чтобы получить кайф. Сначала все было хорошо, но потом меня начало рвать, и теперь у меня часто кружится голова. Я напугана и не знаю, что мне делать. Мои мама и папа сказали, что выгонят меня, если когда-нибудь поймают за тем, что я употребляю наркотики или что-то еще. Пожалуйста, помоги.
Одинокая в Александрии»
— Насколько тупыми могут быть родители! — Я был в ярости, когда Мэнди показала мне это письмо. — У их дочери могут быть серьезные проблемы со здоровьем, а они обрубили с ней все линии связи.
Потом мне пришла в голову еще одна страшная мысль. «А что, если она действительно в плохой форме? Нам мало опубликовать ответ в газете. Должен быть какой-то способ добраться до нее прямо сейчас».
Мэнди быстро вернула меня в реальность.
— У нас нет ее номера телефона или адреса, а учетная запись электронной почты, которую она привела, почти наверняка вымышлена.
— Но должен же быть способ узнать, кто она и где живет, — разочарованно ответил я. — Проведи небольшое расследование, чтобы узнать, куда этой девушке нужно обратиться за помощью, а я пойду, поговорю с Амиром. Может, он знает, как мы можем с ней связаться.
Амир был нашим техническим специалистом. Если и было что-то, чего он не знал о сетях, компьютерах и Интернете, то никто еще этого не обнаружил. Когда я нашел его и объяснил ситуацию, он задумчиво почесал в затылке.
— Это сложный вопрос, — сказал он. — Электронная почта обычно проходит через такое количество серверов, что исходную точку отправления практически невозможно найти. Но у меня есть хороший друг, который работает в АНБ, и если кто-то может это сделать, то только они.
Я призвал его сделать все возможное, чтобы помочь, и вернулся посмотреть, как поживает Мэнди. Она нашла бесплатную клинику в районе Александрии, специализирующуюся на работе с подростками, страдающими наркозависимостью. Понимая, что вряд ли мы сразу найдем местонахождение нашей четырнадцатилетней девочки, мы решили, что лучшее, что можем сделать, — это ответить на ее электронное письмо и надеяться, что «Одинокая» проверит свой почтовый ящик и увидит ответ тети Агаты. Затем, в качестве резервной копии мы опубликовали тот же ответ в газете. Все, что мы могли сделать, это надеяться, что она увидит один из них и получит помощь, пока еще не стало слишком поздно.
***
Следующие два дня ничего не происходило, и мы с Мэнди были очень подавлены. Потом все произошло сразу. К нам запрыгнул Амир, размахивая листом бумаги в руке.
— Есть! — взволнованно сказал он. — Нашел мой приятель.
Не успел он дать мне домашний адрес электронной почты «Одинокой», как пришла Мэнди с распечаткой.
— Она получила ваш совет, — крикнула она, и мы быстро прочитали письмо.
«Дорогая тетя Агата, я пошла в то место, которое вы рекомендовали, и там мне очень помогли. Меня перестало тошнить, и теперь у меня не кружится голова. На самом деле, я чувствую себя настолько лучше, что попытаюсь убедить своих подруг больше не употреблять героин. Спасибо!
Не одинокая в Александрии»
Я просто посмотрел на Мэнди и покачал головой. Я не знал, смеяться мне или плакать над этим последним событием.
— Но, по крайней мере, мы до нее добрались, — заверила меня Мэнди. — По крайней мере, твоя колонка что-то сделала. — Я надеялся, что она права.
Через несколько недель ко мне в офис зашел босс с обычным хмурым видом.
— Не знаю, что с тобой, малыш, но ты — определенно самый удачливый сукин сын, которого я знаю.
К настоящему времени я уже ожидал таких вспышек, поэтому просто взглянул на него и сказал:
— Ладно, что я теперь сделал?
— По непонятным мне причинам твоя небольшая колонка с постоянным нытьем привлекла большое внимания. Число твоих читателей зашкаливает, и некоторые газеты, очевидно, об этом узнали. Суть в том, что твоя глупая колонка будет перепечатываться. Как только юристы смогут проработать детали, дюжина других газет по всей стране начнет выпускать «Спросите тетю Агату»!
Когда я сидел ошеломленный, вошла Мэнди и задала хороший вопрос:
— А что насчет денег?
Босс закатил глаза.
— У нас по этому поводу очень четкая политика: любой автор, чья работа приносит прибыль, делит доходы с газетой пятьдесят на пятьдесят, — объяснил он со страдальческим выражением на лице. — Если будешь продолжать в том же духе, то сможешь получить синдикацию и зарабатывать деньги, обычно предназначенные для больших мал*чиков.
Мэнди визжала и обнимала меня за шею. Мы оба кричали и танцевали по комнате, в то время как босс с отвращением смотрел на нас. После того как он вышел из офиса, Мэнди крепко поцеловала меня в щеку и сказала:
— О, Кейси, поздравляю! Это так замечательно. Я всегда знала, что ты — особенный!
— Мы — команда, — сказал я ей. — Без тебя бы я не справился.
Она улыбнулась и еще раз поцеловала меня.
— Как мило ты говоришь, но именно ты рискнул и все встряхнул. Именно ты оставил свой след в колонке. И именно ты заслуживаешь всего успеха, которого собираешься достичь.
По дороге домой я был так взволнован, что не мог дождаться, чтобы сообщить Ники хорошие новости. Но она вернулась домой очень поздно, и когда, наконец, приехала, то все, о чем хотела говорить, это — о ее боссе-конгрессмене. Казалось, что партия активно искала новое лицо для предстоящего съезда, а имя «Чистого конгрессмена» стало широко распространяться в качестве кандидата в вице-президенты. Ники все твердила о том, каким замечательным вице-президентом он станет и какую роль она будет играть в его кампании.
Я пытался слушать с интересом, но начинал чувствовать себя второй скрипкой в оркестре Ники.
— Эй, — сказал я полушутя, — не забывай обо мне, строя все свои планы.
Она слегка взмахнула рукой.
— Ты — простой редактор, — пренебрежительно сказала она. — А он идет за золотом. Когда-нибудь он сможет стать президентом Соединенных Штатов.
Она, должно быть, заметила реакцию на моем лице, потому что быстро попыталась исправить то, что сказала:
— Я имею в виду, что уверена, что то, что ты делаешь, важно для газеты, но вряд ли это войдет в учебники истории.
Это было действительно больно, и я повернулся, чтобы выйти, прежде чем скажу что-нибудь ужасное. Она потянулась, чтобы остановить меня, но прежде чем успела это сделать, зазвонил ее телефон. Когда она ответила, это был кто-то из офиса конгрессмена, и вскоре она была вовлечена в разговор.
Я вышел на улицу и долго гулял по нашему району. Я, конечно, понял, что то, что она сказала, является правдой. Если бы ее конгрессмен на самом деле добрался до Белого дома, то прославился бы, и вполне заслуженно. Но это не давало ей права так унижать мужа.
Чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что уважение Ники ко мне заметно упало, с тех пор как она вошла в ближайшее окружение конгрессмена. Я мог понять ее энтузиазм по поводу своей работы, но не отсутствие энтузиазма по отношению к мужу. Учитывая то, что она думает обо мне, я решил ничего не говорить ей о моей предстоящей синдикации. В конце концов, до этого может пройти несколько месяцев, и даже тогда это все равно будет не так интересно для Ники, как выдвижение ее босса на пост вице-президента.
Когда я вернулся с прогулки, Ники попытался вести себя так, будто ничего не произошло, но мы были вежливы друг с другом, а не нежны.
***
Как бы я ни был недоволен состоянием своего брака, мне все равно каждый день нужно было выпускать колонку. Но моя домашняя жизнь неизбежно перетекла и в мою работу. Через несколько дней я нашел в почтовом ящике безнадежно романтическое электронное письмо и в своем плохом настроении решил жестко обрушиться на писательницу.
«Дорогая тетя Агата, я влюбилась в замечательного парня в своем офисе. Он умен, забавен и заботлив, не говоря уже о красоте. Единственная проблема в том, что он женат. Должна ли я сказать ему, как я на самом деле к нему отношусь?
Его тайная поклонница»
«Дорогая Тайная поклонница, читай по моим губам: держи свои чувства при себе. Независимо от того, насколько сильна твоя любовь, ты не имеешь права рушить брак этого парня. До тех пор, пока он не станет холостым, тебе придется держать свои чувства при себе. Если для тебя это слишком болезненно, найди другую работу«.
Тетя Агата уловила небольшое горе от романтиков в своей аудитории, которые хотели дать тайной поклоннице шанс, но на тот момент за меня было полно других, имеющих проблемы с браком, и я не собирался отступать.
Условия в доме продолжали ухудшаться. Работа Ники заставляла ее все время задерживаться в офисе допоздна, а ее поездки увеличились настолько, что я мог узнать, когда она будет дома, только проверяя копию ее маршрутной квитанции, которую она оставляла в домашнем офисе. Она постоянно улетала с конгрессменом, чтобы присутствовать на сборе средств или участвовать в стратегических сессиях с партийными мудрецами. Когда ей удавалось вернуться домой, она была настолько измучена, что мало что делала, кроме как спала и ела. И когда я говорю «спала», то имею в виду именно это, любые другие занятия перед сном стали на самом деле очень редкими.
Как будто моя семейная жизнь не была достаточно суровой, дела пошли под откос и в офисе. Мэнди, всегда бывшая самым веселым и жизнерадостным человеком, которого я знал, внезапно впала в депрессию. Мне было ясно, что ее что-то пожирает, но как я ни старался, она не открывалась и не позволяла мне попытаться помочь. Я думал, что это довольно иронично, что я могу помочь незнакомцам, но не тем, кого знаю и кто мне не безразличен.
Из-за холодности Ники и хандры Мэнди мои дни стали довольно напряженными. Я сам превратился в брюзгу, и мне стыдно признаться, что один или два раза я даже огрызнулся на Мэнди. Я ничего не имел в виду, но полагаю, что мои замечания, должно быть, оказали большее влияние, чем я думал, потому что однажды утром она вошла ко мне в офис и положила на стол заявление об уходе.
— Ты не можешь этого сделать, Мэнди, — в панике сказал я. — Ты знаешь, я не в серьез сказал это на днях. Пожалуйста, прости меня и останься. Ты мне нужна.
— То, что ты сказал, меня не беспокоит, Кейси. Я знала, что ты не пытался причинить мне боль.
— Тогда не уходи, — поспешно сказал я. — Если ты можешь меня простить, пожалуйста, останься.
Я видел, как она мгновение колебалась, но затем на ее лице возникла решимость.
— Извини, Кейси, но я просто должна уйти. Так будет лучше.
И прежде чем я смог возразить или придумать какой-нибудь умный аргумент, способный убедить ее передумать, она развернулась и ушла.
Мне захотелось заплакать. Почему всех женщин в моей жизни отталкивает от меня?
В тот день я попытался позвонить ей домой, чтобы узнать, не могу ли я уговорить ее вернуться, но обнаружил, что она съехала и отключила свой телефон. Ее мобильный тоже был аннулирован. Фактически, расспрашивая, я выяснил, что ни отдел кадров, ни ее друзья не знают, где она. Черт!
***
Когда Мэнди ушла, я стал еще больше ценить то, как много она делала, чтобы наш небольшой бизнес работал эффективно. Отдел кадров предоставил мне временного помощника для административной работы, но парень, которого они нашли, совсем не помогал мне в принятии решений по колонке. А что касается замены дружбы и товарищества, которые были у меня с Мэнди, об пришлось просто забыть. Черт!
Затем произошло нечто настолько странное, что на время забыл я о Мэнди. Однажды на электронную почту тети Агаты пришло письмо, от которого я действительно напрягся:
«Дорогая тетя Агата, мой муж — хороший парень, но он никогда не достигнет каких-нибудь высот. Тем временем у меня завязались горячие отношения с мужчиной, которому уготовано великое будущее. Теперь, когда у меня появилась возможность поменять партнера, я не собираюсь ее упускать. Есть ли какие-нибудь предложения о том, как сообщить эту новость моему будущему бывшему?
Ищущая золото»
Сначала я подготовил язвительный ответ и поместил его в свой файл с заданиями, которые нужно запускать на следующей неделе. Но что-то в формулировке письма вызвало у меня воспоминания, и я вытащил его, чтобы просмотреть еще раз. Через пару минут я перешел на другой конец этажа.
— Эй, Амир, — поприветствовал я своего друга, — есть ли шанс, что твой приятель из АНБ сможет отследить еще одно сообщение?
— Это важно? — спросил он меня. — Ненавижу беспокоить его обыденными вещами.
— Если я прав, это может быть очень важно, — сказал я ему.
Пару дней спустя Амир вошел в мой офис с широкой улыбкой на лице.
— Спросите у Амира, и вам воздастся, — напыщенно сказал он. — Мой приятель нашел источник твоего загадочного корреспондента. Письмо было отправлено с аккаунта в Бетесде. — Он протянул мне листок. — Вот юридический адрес аккаунта. Тебе это что-нибудь говорит?
Я посмотрел на него. О да, мне это говорило многое. Это был мой домашний адрес.
Я не мог поверить, что Ники могла быть настолько глупа, чтобы отправить подобное письмо в колонку советов. Но я и вообще не понимал, зачем кому-либо из тех что пишут, обращаться за советом к совершенно незнакомому человеку. Что еще более важно, я не мог поверить, что Ники будет настолько глупа, чтобы завести роман с «Чистым конгрессменом», или наоборот, он завел, если на то пошло. Предполагалось, что он был счастлив в браке, и, что еще хуже, весь свой образ он построил на семейных ценностях и морали. Теперь они с моей женой резвятся вместе, мотаямь по штату с предвыборными речами? Какое лицемерие с его стороны! Какое вероломство с ее!
Мой гнев рос с каждой секундой. Значит, она собирается бесцеремонно бросить меня, чтобы обменять на другого мужчину? Что же случилось с ее «в богатстве и бедности, оставив в стороне всех других» и прочими обетами? В какой-то момент я понял, что меня ждет период глубокой депрессии, но сейчас единственной эмоцией, которую я чувствовал, была жажда мести. Я немного подумал, а потом принял решение.
Моим первым шагом было навестить Сэма Уинстона. Сэм являлся главным политическим обозревателем газеты. Он был старым профессионалом, действительно очень хорошо знавшим Вашингтон. Он был очень добр ко мне, когда я впервые поступил на работу, помогая мне познакомиться с тем, как работает отдел новостей.
— Что я могу для тебя сделать, юный Кейси? — с улыбкой спросил он, увидев меня.
— На самом деле, это я могу кое-что сделать для тебя, Сэм, — сказал я ему. — Что бы ты сказал, если бы я смог рассказать тебе историю о тайной любовной жизни «Чистого конгрессмена» с одной из его помощниц?
— Подобная история могла бы стоить Пулитцеровской премии, — сказал он. Затем одарил меня волчьей ухмылкой. — Но даже если бы это было не так, я все равно хотел бы иметь возможность обнажить слабости этого ханжеского лицемера!
Затем его лицо стало серьезным.
— Так, что заставляет тебя думать, что «Чистый конгрессмен» занимается грязными делами с одной из своих помощниц?
Я спокойно посмотрел на него:
— Потому что этой его помощницей является моя жена.
Он моргнул. Но когда увидел, что я говорю серьезно, то наклонился вперед и пристально посмотрел на меня.
— Давай поговорим, — сказал он.
***
Поймать ежедневно изменяющего прелюбодея довольно легко, он, как правило, лишен воображения и беспечен. Другое дело — поймать выборное должностное лицо. Должностные лица обычно уже находятся под пристальным вниманием общественности, поэтому, как правило, более изворотливы. Но газета имеет в своем распоряжении значительные ресурсы, если решит, что их стоит использовать. И после того как Сэм обратился к главному редактору, все эти ресурсы были предоставлены в его распоряжение.
Я по очевидным причинам не входил в следственную группу, но мне удалось ускорить активность Сэма по фиксированию грешков конгрессмена, потому что у меня был распорядок дня Ники.
— Следи за Ники, — сказал я Сэму, — и найдешь там конгрессмена.
Разумеется, две недели спустя Сэм вошел в мой офис и закрыл за собой дверь.
— Мы его застукали, — сказал он, когда я вопросительно посмотрел на него. — «Чистый конгрессмен» определенно проворачивал грязные делишки с твоей женой.
Я думаю, что глубоко внутри я питал некоторую надежду, что все это было недоразумением, и что все может чудесным образом вернуться на круги своя. Но после слов Сэма я понял, что такая возможность испарилась. Надежда умирает тяжело; и когда это произошло, я обнаружил, что она сменяется горечью.
— Когда ты собираешься нанести удар? — спросил я. — Как скоро мне нужно будет оформить развод?
— Не волнуйся, — сказал он, — у тебя есть время. Нам нужно больше узнать о конгрессмене Викерсе, чтобы мы могли убедительно показать, что это — его образ поведения, а не разовое явление. И также я хочу подождать, пока он не приблизится к соглашению о выдвижении кандидатов, потому что тогда воздействие будет более сильным. — Сэм улыбнулся, но его взгляд стал жестче. — Я ненавижу лицемеров. Когда конгрессмен начнет тонуть, он пойдет на самое дно.
Я почувствовал непроизвольную дрожь, и мне почти стало немного жаль того, что в то же время должно будет случиться и с Ники. Почти.
Если раньше мой брак был напряженным, то теперь он стал просто ледяным. Ники почти не бывала дома, а когда она появлялась, мы вели себя скорее как соседи по квартире, чем как супруги. Что характерно, Ники даже не замечала отсутствия близости. Я подумал, что ее мысли явно были где-то и о ком-то другом.
Как и Ники, я все больше времени проводил в офисе. Работа была единственным спасением от боли. Но даже там я не мог найти облегчения, потому что в офисе все напоминало мне о Мэнди. Я бы отдал все, чтобы поплакаться в ее сочувствующие уши и спросить ее совета. Но все было так, будто она исчезла с планеты, казалось, никто не знает, куда она уехала и как до нее добраться. Я чувствовал себя ужасно виноватым за ту роль, которую моя угрюмость могла сыграть в ее изгнании.
В офисе я сознательно избегал территории Сэма Уинстона. Мне было очень любопытно, что происходит, но я подумал, что меньше всего ему было нужно, чтобы жалкий рогоносец приставал к нему с вопросами. Тем не менее, по мере того как приближался съезд партии и разговоры о шансах конгрессмена Виккерса получить выдвижение на пост вице-президента накалялись, мне очень хотелось узнать, как продвигается расследование Сэма. Поэтому для меня стало облегчением, когда однажды в понедельник Сэм позвонил мне и попросил зайти в переговорную комнату в его отделе.
Когда я вошел, он жестом приказал мне закрыть за собой дверь.
— Все пойдет ко дну через несколько дней, — сказал он мне. — В среду вечером он планирует остановиться в отеле Хэй Адамс, а мы собираемся встретить его в четверг утром. В пятницу утром история появится в газетах, и тогда весь ад вырвется наружу.
В этот момент я почувствовал только облегчение. Мой фальшивый брак подошел к концу, и я мог перестать притворяться своим друзьям и семье, что между мной и Ники все в порядке.
— Есть кое-что, что, я думаю, тебе нужно услышать, — сказал Сэм, прерывая мою задумчивость. — Неделю назад нам удалось забронировать в отеле номер, примыкающий к номеру твоей жены. У нас есть несколько новых записывающих устройств, которые чрезвычайно чувствительны, а эти двое не были особенно осторожными.
Он указал на MP3-плеер на столе, затем встал и вышел из комнаты.
Надевая наушники, я был готов услышать нечто вроде любительской порно-сессии с моей женой в главной роли. То, что я услышал, было немного другим.
О, секса тоже было много, со всеми охами и стонами, которых можно было ожидать. Но что меня действительно поразило, так это то, насколько эмоционально зависимым оказался конгрессмен, и как Ники его успокаивала.
«Я намного больше твоего мужа, не так ли?» — потребовал он как-то.
«О да», — промурлыкала она, — «ты вдвое больше него». («Ага, верно», — подумал я, — «у чувака член длиной тридцать сантиметров? Что-то не верится»)
«Скажи, насколько я лучше Кейси», — приказал он ей. — «Он никогда не заставлял тебя чувствовать себя так, как я, не так ли?»
«Даже близко нет, детка», — уверяла она его. — «Ты — лучшее, что у меня было». («Вау», — подумал я, — «неужели этот парень действительно настолько закомплексован?«)
Но самое красноречивое пришло позже. После длительной прелюдии, которая, по-видимому, состояла из того, что она сосала его член и хвалила его, он забрался на нее сверху и начал накачивать.
«О, да, детка», — простонала она, — «ты такой хороший, ты так хорошо меня дерешь, о... о... о!...»
Я был поражен: она ИНСЦЕНИРОВАЛА свой оргазм! Я знал, как она звучит, когда я доводил ее до оргазма, но это было не так. Если бы Ники действительно достигла своего пика, Сэму не потребовались бы сложные подслушивающие устройства.
Сначала я почувствовал некоторую мужскую гордость за то, что конгрессмен оказался таким жалким любовником. Но подумав об этом, мне стало еще хуже. Ники бросила меня не потому, что нашла любовника, который приводит ее в экстаз, она ушла потому, что нашла билет в свою мечту. «Она не любит этого парня», — понял я, — «она просто хочет быть Первой леди». Как я мог любить такую ущербную, эгоистичную женщину?» Моя горечь усилилась, и я был рад, что скоро расторгну брак.
В этот момент в комнату вернулся Сэм.
— Ты в порядке? — спросил он. Я кивнул.
— Когда вы встретитесь с ним в четверг, она будет с ним? — спросил я.
— Скорее всего да, — сказал он, — если они последуют своему стереотипу.
— Тогда я хочу быть там, — сказал я.
Он с тревогой посмотрел на меня.
— Ты же не собираешься делать глупостей, правда, Кейси? Никаких сценариев мести или чего-то подобного?
Я покачал головой.
— Не волнуйся, Сэм, после того что я только что услышал, она того не стоит. Все, чего я хочу, это получить удовольствие от личного вручения ей документов о разводе.
Он кивнул.
— Понимаю. Но сначала ты должен позволить мне и фотографу сделать свое дело.
***
Мы ждали в обшитом деревянными панелями вестибюле Хэй-Адамс в пять утра. Персонал отеля интересовался нами, но они были знакомы со всеми ведущими репортерами города, поэтому не беспокоили Сэма.
Наушник в ухе Сэма, должно быть, передал сообщение, потому что он повернулся ко мне и фотографу и сказал:
— Они спускаются. — Мы встали и сгруппировались перед лифтами, я стоял сзади. Сэм строго посмотрел на меня через плечо.
— Помни: никакого мачо.
Я отдал ему бойскаутский салют.
— Клянусь, Сэм.
В этот момент двери лифта открылись, и когда из них вышли Ники с конгрессменом, их поразила вспышка камеры фотографа. Моргнув несколько раз, конгрессмен, наконец, узнал человека, стоящего перед ним, и быстро оправился.
— Привет, Сэм. Всегда приятно видеть на работе одного из наших ведущих журналистов, но не рано ли задавать вопросы?
Репортер проигнорировал его замечание.
— Конгрессмен Викерс, не могли бы вы прокомментировать, почему вы и ваша помощница только что вышли из ее номера так рано утром?
Надо отдать должное парню: он оказался находчивым.
— Конечно, Сэм. У нас с Николь была короткая встреча, чтобы обсудить мое расписание на день.
— Понятно. Тогда не могли бы вы объяснить, почему эта «быстрая встреча» в ее номере началась в 23:00 прошлой ночью и продолжалось без перерыва, завершившись несколько минут назад? — продолжил Сэм.
— Ну, как сказать... — конгрессмен споткнулся и попытался восстановить душевное равновесие. Но Сэм не дал ему времени.
— Возможно, вот эта фотография вас двоих, сделанная в начале этого месяца, прольет дополнительный свет на ваши отношения, — продолжил Сэм, показывая им фотографию.
Сэм показывал мне ее раньше. Фотограф использовал мощный телеобъектив, с помощью которого сумел запечатлеть их двоих обнимающимися высоко в лифте со стеклянными стенами на фасаде отеля Мариотт. Что делало снимок таким убийственным, так это то, что конгрессмен задрал юбку Ники, и была отчетливо видна его рука, сжимающая ее задницу в стрингах. Пара обнималась всего несколько секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы объектив запечатлел сочный снимок.
— Как вы думаете, как это повлияет на вашу позицию в отношении семейных ценностей, конгрессмен? — неумолимо продолжал Сэм.
Пока происходила конфронтация между конгрессменом и Сэмом, Ники стояла в шоке, ее глаза дико метались по сторонам. Внезапно они сосредоточились на мне, и она закричала:
— Кейси! Что ты здесь делаешь?!
Это был сигнал, если я когда-либо его получу, и я шагнул вперед, чтобы встретиться с ней лицом к лицу.
— Я здесь, чтобы лично доставить тебе это заявление о разводе, — ровно сказал я, сунув бумаги ей в руки. Она ахнула. — Да, кстати, — продолжил я, — если ты все еще ждешь ответа на свой вопрос тете Агате, то найдешь его в сегодняшнем выпуске газеты.
С этими словами я вручил ей утреннюю газету, открытую на моей колонке, и отвернулся.
— Подожди, — услышал я ее позади себя. — Как ты... я имею в виду, как ты смог?..
Я оглянулась через плечо и увидел, как она смотрит на первый вопрос в колонке «Спросите тетю Агату»:
«Дорогая тетя Агата, мой муж — хороший парень, но он никогда не достигнет каких-нибудь высот. Тем временем у меня завязались горячие отношения с мужчиной, которому уготовано великое будущее. Теперь, когда у меня появилась возможность поменять партнера, я не собираюсь ее упускать. Есть какие-нибудь предложения о том, как сообщить эту новость моему будущему бывшему?
Ищущая золото»
«Уважаемая Ищущая золото, не беспокойся, твой муж и так все знает, и он уже бросил тебя». Некоторые из моих читателей были немного озадачены ответом тети Агаты, но я писал для аудитории из одного человека и был почти уверен, что она поняла суть.
***
Когда в пятницу утром история Сэма была напечатана, в средствах массовой информации началась буря. Похоже, было много людей, которым не нравились лекции о морали, особенно когда обвинитель был выставлен грешником.
За первой новостью почти сразу же последовало объявление о том, что «Чистый конгрессмен» больше не рассматривается для выдвижения его партией на пост вице-президента. Вскоре после того как эта история стала известна, жена конгрессмена Виккерса выступила в прямом эфире на канале «Опра Уинфри Нетворк». Опра нежно успокаивала плачущую женщину, громко критикуя ее развратного мужа перед миллионами зрителей Опры. Последовавший за этим развод был очень публичным и грязным.
В конце концов, конгрессмен принял глупое решение баллотироваться на переизбрание в своем округе. Он потерпел сокрушительное поражение и впоследствии полностью исчез с политической сцены. «Очень хорошо», — подумал я. — «Его имя может войти в историею, но только в качестве примера позора».
Что касается Ники, то ее преследовали репортеры таблоидов, желавшие узнать внутреннюю историю о «другой женщине». Я поменял замки в нашей квартире, поэтому она была вынуждена временно переехать к подруге. Когда папарацци стали слишком назойливы, она уехала из города и, в конце концов, вернулась к своим родителям.
Наш развод прошел быстро; Ники едва ли могла оспаривать «супружескую неверность» в качестве основания для развода, после того как была разоблачена в национальных новостях. Она пыталась связаться со мной один или два раза, но я ясно дал понять, что все коммуникации должны были проходить через моего адвоката, и она прекратила попытки. Мы разделили то немногое что у нас было поровну, а поскольку сделка по синдикации еще не была завершена, она не получила из этих средств ни цента.
Когда раскрылась моя роль в разоблачении, я стал в некотором роде знаменитостью в газете, но когда люди стали задавать слишком много вопросов, то каким-то образом появлялся мой босс и рычал на них, пока они не уходили. Он был упрямым стреляным воробьем, но я обнаружил, что в действительности ценю его, даже вместе с его грубостью.
***
Я думал, что после развода с Ники мне станет лучше, но вместо этого я чувствовал себя более подавленным, чем когда-либо. Я не скучал по своей бывшей жене, но скучал по тому, что у нас было до того, как все это началось: по отношениям любви. Меня злило то, что она забрала все это у меня. Я несколько раз ходил на свидания, и это было прикольно, но я продолжал думать: «Плавали — знаем».
Однажды я сидел за своим столом, погрязнув в жалости к себе, когда поймал себя на том, что мечтаю о Мэнди. Я снова почувствовал себя ужасно, из-за того что прогнал ее, не только из-за нее, но и из-за себя самого. Я начал думать о служебных романах и внезапно вспомнил письмо тети Агаты, на которое я отвечал несколько месяцев назад на эту самую тему. Мне пришлось покопаться в своих файлах, чтобы найти его, но после долгих поисков нашел.
Перечитывая его, я решил, что был довольно резок по отношению к девушке, написавшей его, и подумал, как бы я ответил на тот же вопрос сегодня. Затем меня осенила дикая мысль, и я проверил дату получения письма. Возможно ли это?
Я бросился к рабочему месту Амира, сжимая в руке письмо.
— Амир, я знаю, что требую многого, но не мог бы ты попросить своего приятеля из АНБ проверить еще одно электронное письмо? Пожалуйста! Это действительно много бы значило для меня.
Он нехотя взял у меня адрес электронной почты.
— Это должно быть очень важным, — строго сказал он.
— Поверь, — сказал я, — это — вопрос жизни и смерти.
В следующий раз, когда я увидел его, на его лице было страдальческое выражение.
— Я не знаю, что ты пытаешься разузнать, Кейси, но это письмо пришло отсюда, из редакции газеты.
— Я так и знал, я так и знал, — крикнул я и обнял испуганного техника.
Конечно, это могла быть только Мэнди. У нее появились ко мне чувства, но она не знала, что с ними делать. И я, как я понял, фактически приказал ей не соваться в мою жизнь. Неудивительно, что она все бросила и уехала из города! Каким же понимающим советником я был: у меня прямо под носом был некто действительно особенный, а я этого даже не осознавал. Я не только не замечал ее, мне даже удалось ее прогнать.
Я должен был ее найти. Но куда бы я ни совался, всякий раз попадал в тупик. Ее старые друзья ничего о ней не слышали. Она закрыла свою страницу в Фейсбуке. Отдел кадров не разрешил мне просмотреть ее заявление о приеме на работу из соображений конфиденциальности, но дружелюбный клерк не для записи сообщил мне, что она не назвала никого из ближайших родственников, через кого я мог бы попытаться связаться с ней. Университет Миссури ничего о ней не слышал, с тех пор как она закончила учебу.
Моя одинокая личная жизнь, моя депрессия из-за неудачного брака и полная неспособность найти единственного человека, который действительно имел для меня значение, помимо моих родителей, — все это начинало влиять на мою работу. Дошло до того, что однажды в дверь просунул голову мой босс и зарычал на меня:
— Посмотрите на бедного маленького мал*чика, плачущего над пролитым молоком! Слушай, болван, тебе лучше вытащить голову из своей задницы и все исправить, иначе твоя сделка по синдикации умрет, прежде чем даже родится.
Его слова были резкими, но думаю, именно они вывели меня из ступора, потому что я засучил рукава. Я пришел сюда ради своей работе, и не хотел ее терять. «Черт побери», — подумал я, — «если я провороню тетю Агату так же как Ники и Мэнди, я действительно займу призовое место в соревнованиях по тупости!» И это было правдой: я на самом деле полюбил тетю Агату и всех ее читателей, даже если и был столь же невежествен, как и они.
И вдруг ко мне пришла идея. Она была безумной, утопичной и, вероятно, наивной, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.
«Дорогая тетя Агата, я работал с женщиной, которая была всем, чего я когда-либо хотел, но из-за всякого другого, происходящего в моей жизни в то время, я этого не понимал. В результате я позволил ей уйти и теперь не знаю, как ее найти. Что мне сделать, чтобы исправить самую большую ошибку в моей жизни?
Слепой из Бетесды»
«Дорогой Слепой из Бетесды, твоя единственная надежда — это если она когда-нибудь узнает, что ты чувствуешь, и даст тебе еще один шанс. Но если когда-нибудь она это сделает, лучше не позволяй ей снова уйти!»
Знаю, знаю: какой это глупый, бессмысленный жест. Но я должен был попробовать, хотя бы ради собственного спокойствия.
***
Однажды днем, несколько дней спустя, меня вызвали наверх в офис. Там меня ждали несколько юристов и сам главный редактор. Я встречался с ним только один раз, поэтому был очень напуган. Но вскоре он успокоил меня, сообщив, что целью встречи было подписание контракта на синдикацию «Спроси тетю Агату». Как только я поставлю свое имя на пунктирной линии, моя небольшая ежедневная колонка будет распространяться в газетах по всей стране, начиная со следующей недели. С этого момента мы с газетой начнем делить пополам еженедельную выручку от сделки. Чтобы было еще слаще, босс с улыбкой сообщил мне, что количество газет, пожелавших перепечатывать тетю Агату, за время переговоров выросло с двенадцати до двадцати двух, а через шесть месяцев может увеличиться еще больше..
Как только бумаги были подписаны, и я пожал руки всем вокруг, я в оцепенении вернулся в свой маленький офис. Впервые в жизни у меня появилась перспектива зарабатывать серьезные деньги, если предположить, что я смогу сохранить свою маленькую курицу, несущую золотые яйца. Возможно, я и не стал репортером-крестоносцем, как Вудворд и Бернстайн, но зарабатываю себе на жизнь в выбранной мной области, и возможно, даже дал несколько хороших советов своим читателям.
Я должен был быть в восторге, но мне хотелось, чтобы у меня был кто-то, с кем можно было бы поделиться своей удачей. После работы я пошел с группой других репортеров, чтобы выпить пару пива, но ничего им не сказал. Я знал, что слухи рано или поздно распространятся, но не хотел хвастаться своей удачей.
Выйдя из бара, я провел тихий вечер дома. Я позвонил своим родным, чтобы сообщить им хорошие новости, но мне пришлось попросить их никому об этом не рассказывать. Официально личность тети Агаты все еще оставалась секретом, хотя я и знал, что в конце концов, правда откроется. Главный редактор упомянул кое-что о том, чтобы держать это в секрете, пока они не будут готовы начать рекламную кампанию. Родные были в восторге от меня, но мама была разочарована тем, что не могла похвастаться перед подругами своим сыном. Мой отец все еще был слегка смущен тем, что я делаю, но счастлив, что в обозримом будущем я выгляжу финансово независимым.
***
На следующий день я усердно перебирал новую пачку писем, когда услышал робкий стук в дверной косяк. Я поднял глаза, но сначала никого не увидел. Затем раздался нерешительный голос: «Кейси?» Я узнал этот голос.
— Мэнди!! — закричал я, а потом перепрыгнул через стол, бумаги разлетелись повсюду. Я подхватил ее и отчаянно прижал к себе.
— Я думал, что потерял тебя, — сказал я ей, а затем целовал ее, и в моих ушах раздался рев. Через минуту, когда рев не прекратился, я поднял глаза и увидел коридор перед моим офисом, заполненный аплодисментами и криками моих товарищей по редакции.
Мэнди виновато посмотрела на меня.
— Они вроде как следовали за мной, когда я искала тебя, — сказала она.
Наконец суматоха утихла, люди стали возвращаться к своим столам, остался только мой начальник. Он пристально посмотрел на Мэнди.
— Тебе пора вернуться, — сказал он. — Этот идиот ни черта не стоил, с тех пор как ты ушла.
Когда он уходил, я прошептал Мэнди на ухо:
— Впервые в жизни я с ним абсолютно согласен.
«Дорогая тетя Агата, несмотря ни на что, женщина, которую я потерял, вернулась ко мне, и она даже прекраснее, чем я помню. Что мне теперь делать?
Слепой из Бетесды»
«Дорогой Слепой из Бетесды, как можно скорее проси ее выйти за тебя замуж, идиот!»

 --- Рэйчел секс бот --- (по принуждению, подчинение, фантастика)

Всем привет начнем с того что меня зовут Рэйчел мне исполнилось 22 года два месяца назад а также у меня есть сестра Ребекка она на два года старше меня и я ее называю толстуха потому что она очень любит вкусно покушать и очень полная, благодаря ей я стала такой какой я есть сейчас
Я очень слежу за своей фигурой занимаюсь спортом почти каждый день и на данный момент у меня очень сексуальная фигура моя упругая попа, плоский животик и с моей пышной грудью и с моим милым личиком я выгляжу как кукла Барби, хотя моя внешность сейчас этим никого не удивишь когда люди стали делать ботов они дошли до совершенства каждый бот красивей другого бота, чем красивей бот тем дороже, ну а я смой внешностью могу еще и посоревноваться.
Ко мне часто подходят люди когда я гуляю и предлагаю копировать меня за очень большие деньги дело в том что если ты родилась красивой девушкой то тебе очень повезло, ты можешь на этом хорошо заработать, все просто. Тебя полностью сканируют в обнаженной виде само собой и потом копия тебя выпускаю на конвейере ботов
А чтобы не путать людей с ботами ботам делают татуировку на левой руке серийной номер а также на любой одежде на левой груди находится такой же номер виде маленькой таблички без этой таблички на одежде владельца бота могут оштрафовать
Так что с моей внешностью ко мне часто подходят люди от какой-нибудь компании и предлагаю за больше деньги скопировать меня но а я просто их посылаю куда подальше может быть если мои родители не были такими богатыми, то я бы давно согласилась это сделать дело в том что мой папа владеет несколькими большими гостиницами так что денег у нас хватает. Я закончила университет с несколькими дипломами ни плохо для блондинки я вообще не понимаю откуда взялся этот миф что раз блондинка то значит тупая не понимаю ну да ладно. Теперь я помогаю в нашем бизнесе моя мама следит за бумагами папа мне тоже предлагал вести бухгалтерию но для меня это скучновато и я решила следить за порядком в гостиницах так как почти весь персонал у нас это боты в основном это горничные, консьержи а тоже кто принимает клиентов на стойке, но люди тоже есть так на всякий случай если у бота возникает техническая проблема то люди их исправляют в основном они сидят у себя в кабинетах а боты делают всю работу сами, например ночью то вообще не одного человека нету, все обслуживается только ботами. Вот тут то и моя задача чтобы все шло как по маслу.
Я навещаю каждую гостиницу сама лично слежу чтобы каждый бот был чистенький ухоженный, в общем чтобы было все тип топ а если нет то я могу быть очень суровый или даже уволить персонала который отвечает за ботами.
Мое любимое время наблюдать за ботами, это ночью когда в гостинице все спят, ну не все конечно спят, кто-то сидит в баре а кто-то делает еще что-то но все равно людей не так много как днем поэтому мне нравится делать обход ночью.
Я сижу в своем кабинете и наблюдаю за всеми на мониторах иногда я просто отдыхаю в одной из наших гостиниц но а на самом деле почему я прихожу ночью
Мне нравится одеваться в горничную одежду дело в том что все горничные бото носят костюмы французской горничной, на ботах очень короткая мини юбка и сексуальная блузка с большим вырезом почти до самых сосков это выглядит так сексуально со стороны, когда ты смотришь как эти горничные убираются, как они наклоняется и показывают всем желающим лучшее шоу, конечно родители выбрали этот наряд специально для заманивания клиентов, кто устоит от таких красоток да еще в такой одежде, поэтому у нас в гостиницы всегда полностью забиты комнаты
Конечно есть правила для клиентов смотреть можно но трогать нельзя, кто то соблюдает эти правила а кто то нет, если нарушаешь правила то за это карается штрафом
Так вот как я говорила мне нравится одеваться в костюм горничной которые боты носят, я часто наблюдаю как какого нибудь бота зажимают в углу и ласкают ей груди или лезут под юбку, в такие моменты я сижу на своем кресле в форме горничной представляю себя на месте того бота и яростно массирую свою киску пока не кончаю. Моя фантазия это выйти в этом костюме за пределы своего кабинета мне просто интересно люди примут меня за бота, или же узнают что я настоящая девушка Но я как то все не решилась это сделать до сегодняшнего дня я оделась как всегда по крутилась перед зеркалом я выглядела просто супер секси мая юбочка была настолько короткой что мне и наклоняется не нужно было моя упругая попа была на показ, так как боты не носят трусики я тоже не стала одевать, блузка тоже была просто супер вырез был настолько большим что часть моих сосков было видны, я сначала даже хотела передумать и отказаться от этой идеи, но я так была возбуждена что решила рискнуть
Я просмотрела мониторы чтобы в гостинице не было людей, потом приклеила табличку на левою стороне блузки чтобы было четко виден серийный номер, это для того чтобы главные боты могли прочесть кот и понять какая я модель и какие мои обязанности, у нас четыре главных бота они распределяют обязанности они отдает приказы а другой бот должен исполнить приказ если бот не выполняет поручения то это значит у этого бота сбой системы и его немедленно отправляют на починку. Я взяла нашивку бото с моим именем чтобы не путаться, вот только с блузкой мне чуть-чуть не повезло она была немного мала мои сиськи ели залезли и при ходьбе они всякий раз хотят выпрыгнуть из декольте, блин нужно будет аккуратно ходить. Я еще раз посмотрела на себя в зеркале по любовалась собой. Ты просто секс бомба. Я почти вышла за дверь как меня осенила я про татуировку забыла блин если бы люди узнают что я настоящая девушка то позор будет обеспечен а этого допустить нельзя, я пошла и открыла свой шкафчик и достала наклейку форме татуировки, я ее заказала специально она держится всего два дня а потом ее можно просто смыть, я сверила серийный номер с другим номером который был на блузке, чтобы не было ошибки и наклеила на левую руку. Так теперь все готово, я еще раз посмотрела на мониторы вроде все чисто время было уже три часа ночи, потом я посмотрела где находятся главные боты я не хотела с ними встречаться чтобы они мной командовали я девушка из богатой семьи и чтобы какой-то безмозглый бот командовал мной. Хотя у всех ботов есть распознавание лиц и я в глазах ботов считаюсь как главным управляющей гостинице а так как у меня есть серийный номер то для главного бота я всего лишь горничный бот который должен выполнять все поручения, так как для главного бота я всего лишь горничной бот. Я посмотрела на монитор все главные боты были занятыми и на моем пути встречаются не должны были
Я просто хотела выйти прогуляться до бара и назад думаю на сегодня мне этого хватит. Бар находился на первом этаже а мой офис на третьем этаже так что будет нормальная прогулочка для первого раза, я открыла дверь ни много постояла и вышла за дверь прошла пару метров а в голове все закружилась от волнения я даже хотела вернуться, но потом передумала и продолжила свой путь к бару я шла очень аккуратно пыталась идти как все боты, это было не просто с каждым шагом мои сиськи подпрыгивали и на сантиметр вылазили из декольте, я дошла до второго этажа а мои сиськи уже совсем выпали, я снова еле запихала их назад. Мда капец ходьбы никто не попался. Время как будто остановилась и все же я добралась до бара мои коленки дрожали от страха или от возбуждения мне казалось если я сейчас прикоснусь до моей киски то я сразу приду. Я стояла возле барной стойки такой возбужденной что не заметила как ко мне сзади подошел главный бот я повернулась и чуть не закричала, я кое как выдержала крик стояла не двигаясь не знала что дела. Главный бот подошла ко мне ближе
Горничная Рэйчел ты должна протереть пол весь нижний этаж, а также все туалеты задача ясна. Я не знала что ответить только в голову пришло. Да старший бот, как можно
Похоже на робота голосом сказала я и пошла в подсобку за моющими инструментами. Блин что делать, этого я не планировала и уйти я не могу эта дура бот стала возле стойки как раз возле лестницы. Блин что мне делать, нельзя здесь находиться в любой момент может кто-нибудь прийти сюда а я в этом наряде виде горничного бота, хотя постояльцы гостиницы меня не разу не видели, но все равно рисковать я не хотела, да конечно выбора у меня сейчас не было, я вошла в подсобку взяла набор для уборки и пошла мыть полы.
Может главное бот уйдёт и я в это время быстро проскочу думала я
Но эта дура ведро с болтами походу никуда не собирается, бля я не хочу мыть туалеты это капец просто я девушка из интеллигентной семьи а не туалета мойка какая-то, сама напросилась хотела экстрима вот тебе экстрим туалеты мыть, я никогда не заходила в общественные туалеты, а теперь не только зайду но и вымывать их буду.
Пока я стояла мыла полы я услышала как в главный вход кто-то зашёл. Блин блин блин что делать, так не паникуй я просто буду стоять и мыть тут полы может меня не заметят
Я стояла и мыла полы боясь даже обернуться потом я поняла что это девушка с парнем. Они подошли главному боту и что-то с ним говорили, я пыталась услышать о чем идет речь но ничего не поняла была далековато
как вдруг я услышала как главный бот завет меня. Рэйчел 1023 подойди ко мне. Да главной бот, я пошла к ним, я видела как парень с ног до головы меня рассматривает. Вы меня звали. Да Рэйчел 1023 возьми сумки и проводите клиентов в номер. Я подошла к парню и взяла у него сумки. В каком номере вы находитесь господин и госпожа. Девушка посмотрела на меня потом на своего парня, у которого уже слюнки потекли он рассматривал меня не моргая, уставился на мои сиськи. Может ты ее прям здесь трахнешь а дорогой. Блин Джесс опять ты за старое это же просто бот мы же уже говорили на эту тему
Разве ты не видишь какая красивая модель как все четко сделано. Да я вижу особенно ее сиськи. Джесс это просто кукла, да у нее больше чем у тебя, но знаешь в чем разница это силикон а у тебя моя малышка настоящие ты ведь знаешь что мне нравится оригинал. Ладно ладно пошли уже оригинал ему нравится конечно у тебя глаза навыкат, а ты сука бери сумки и пошли за нами. Да госпожа. Я взяла сумки и мы направились в номер. Вот сучка меня сукой обозвала, ничего ничего завтра ты у меня вылетишь вместе своим хахером. Пока я том бубнила про себя мы добрались в номер. Так сука сумки положила на кровать. Я так и сделала, только вот произошло то что я не ожидала когда я наклонилась моя сиська выпала и эта падла заметила. Во бля корова вывалила свое вымя ты что сука специально делаешь дразнишь моего парня, ну ка встань ровно покажи раз показываешь. Да госпожа мне ничего не оставалась делать как просто встать и стоять. Мои соски сразу же встали, было так неловко но поделать я ничего не смогла как просто выполнить ее приказы. Она подошла ко мне вытащила вторую грудь. И что в них тебя так заинтересовало, иди полюбуйся на это вымя ты же этого хотел. Джесс перестань мы опять будем ссорится из за этих ботов. Но ты же любишь трахоть таких. Блин это было всего один раз, и мы тогда были с тобой в разлуке, да и вообще что ты до них докопалась это просто боты они не живые их сделали для этого чтобы нравится людям, и да я трахал куклу это даже изменой я бы не назвал если бы я трахал реальную девушку тогда ладно я был бы виноват, но а это сама посмотри, да она выглядит сексуально да красивая, но сама посуди кто будет покупать страшных ботов, ты одно пойми внутри они пустые, это просто кусок металла или пластика с силиконом, скажешь ей прыгать она будет прыгать скажешь ей сидеть она будет сидеть, это не сравнить с человеком, вот смотри бот прыгай. У меня чуть челюсть не упала, вот сука со словами да господин, я начала прыгать, мои сиськи стали прыгали разные стороны, а это дура тупая сидела на кровати и смеялась надо мной. Ладно хватит корова ато я от смеха щас лопну, а насчет тебя скажи мне дорогой тогда зачем ты трахал ботов в бордель раз они такие тупые?
Потому что мы были с тобой в разлуке еще раз тебе говорю а мне очень сильно хотелось секса вот я и поехал в бордель где там таких как она куча. Прям как она? Ну да там на любой вкус
Но такой как ты там не была моя солнышко.
Ой выкрутился хитрый лис, иди ко мне мой лисенок, а ты убирайся отсюда корова ходячия. Да госпожа.
Я как можно скорее вылетела оттуда, шла как можно быстро до своего офиса, даже забыла что у меня сиськи наружу, я не хотела встречаться снова с главным ботом, лишь бы быстрее вернуться в безопасность.
Когда я дошла до своего офиса я услышала как главный бот звал меня. Блин она что преследует меня, ну уж нет на сегодня переключение мне хватает. Я быстро открыла дверь и забежала в офис, мае сердце колотилась как барабан толи от страха толи от возбуждения, я пошла и везла моего друга поставила на всю мощность и засунула в мою киску, я раз пять или шесть кончила, это была просто супер такого оргазма я не получила некогда, я так и уснула на диване
Проснулась я где-то в обед, еще долго лежала и осознавала что произошло самой этой ночью
От этих мыслей я снова возбудилась и не удержалась, я достала своего друга и снова ушла в другой мир. Минут так через 20 я пришла в себя, первым что я хотела сделать это выкинуть эту парочку вернее эту суку, но потом поняла что я не смогу ничего сделать под каким предлогом мне ее выкинуть да и не дай бог еще с ней встречаться то это будет только хуже для меня, проще забыть о ней и не вспоминать.
Я помылась оделась и покинула гостиницу через черный выход. Так прошла неделя, а у меня в голове только одна мысль, хочу снова пережить такую же ночь чтобы надо мной кто-то командовал, меня это так зацепила, чем больше я думала об этом тем сильнее хотелось это сделать снова, просто это ощущение стыда и неловкости меня так сильно возбуждала, но больше всего мне нравилось что люди думали что я какой-то просто еще один красивый бот, только это меня спасала от моих унижения, правда только пока люди думают что я горничной бот а если бы люди узнали что я настоящая девушка и в таком откровенном наряде я бы со стыда сгорела.
Когда я училась в школе я одевалась очень аккуратно никаких коротких юбок или прозрачных блузок я не одевала, меня даже в школе прозвище дали монашка, да видели бы меня они сейчас.
Наступили выходные и я с нетерпением еду в гостиницу, но в этот раз я решила выбрать другую нашу гостиницу. Дело в том что в этой гостинице мой офис находится на шестом этаже и мне придётся идти на много больше чтобы добраться до первого этажа. Это гостиница у нас самая большая, так как она находится в самом центре города рядом много магазинов парков все что нужно для туристов а еще напротив гостиницы стоит огромный бордель все девушки там работают только секс боты, а управляют борделем пару несколько человек иногда работники выставляют секс ботов на улице для рекламы мое окно находится прямо напротив борделя поначалу мне было интересно наблюдать за секс ботами, как их рассматривают оценивают а пот уходят вместе в бордель, но потом мне стало скучно одно и тоже каждый день и я долго не посещала эту гостиницу. Но сегодня у меня были другие планы, я не собиралась рассматривать секс ботов в окошке я собираюсь сама стать ботом у нас в гостиницу
Я добралась до гостиницы поднялась в свой офис и начала переодеваться, на этот раз я тщательно спланировала мою одежду под мой размер, но даже с моим размером все равно одежда выглядела очень сексуально очень короткая юбка и топик, топик тоже был короткий, что часть моей груди снизу была видна. У наших ботов горничных у всех была такая одежда, это я сама выбирала ну да ладно, вообщем оделась посмотрела на себя в зеркале, я выглядела как всегда секси, в этот раз я была более смелее и решила просто выйти из офиса и не смотреть на мониторы, и пусть что будет я решила так будет более экстремальней.
Я вышла из офиса и направилась вниз на первый этаж, на пути мне встретились пару наших постояльцев я им вежливо улыбнулась и поприветствовала, потом я встретила главного бота она направила меня убираются в номерах, так я убрала тре номера, потом снова пошла на первый этаж там меня снова встретил главный бот на этот раз она мне приказала убрать весь нижней этож, я начала сначала убирать у входа, подумала так будет проще и быстрее закончить уборку и вернуться к себе в офис.
Я вытирала окошки рядом с дверью, как вдруг я замечаю что в дверь заходит мой папа, я в панике не знала что делать, лишь только отвернулась от него, он прошел мимо меня повезло что пока не заметил, папа остановился возле главного бота и что то там расспрашивал, а мне даже спрятаться некуда вот я влипла если папа щас повернется то я попала, мне нечего не оставалась делать как выбежать на улицу и там уже искать укрытия я выбежала на улицу пока смотрела по сторонам куда спрятаться, как вижу что главный бот увидел меня и направляется ко мне, а за ним и папа
Блин что делать что делать, потом я увидела напротив бордель и секс ботов которые стояли для рекламы я быстро переживала улицу и встал рядом с секс ботами, в темном месте чтобы хоть как-то справиться, стою смотрю главный бот вышла и за ней мой папа они посмотрели посторонним папа быстро побежал назад видимо он подумал что у бота сбой системы и пошел вызвать сервис для бота чтобы вернуть бота то есть меня. Пока я там рассматривала что происходит я не заметила что из борделя вышли два человека они стали собирать своих ботов. Нет нет нет только не это, мне всего то надо пару минут что делать, назад не вариант там это дура еще стоит и в бордель мне точно нельзя пока я стоя думать что делать ко мне подошел сотрудник борделя и приказал возвращаться к работе внутри борделя, пока я думала что ему ответить он пошел за другим ботом. В моей голове возилась полная каша если я отойду от этого места то меня заметит главный бот, а если я еще тут простою то сотрудник борделя заподозрит неладное, а тут еще и отец вышел по телефону разговаривал и рассматривал по сторонам, выбор был невелик так что я пристроилась к очереди секс ботов и стала медленно заходить в бордель
Тогда я подумала что это лучший вариант чем попасться в таком виде на глаза моего отца, а там уже буду думать как сбежать сборделя
Я вошла в бордель при входе сидела девушка и проверила штрих код
Я поздно заметила это, и назад я тоже не могла пойти там стояли сотрудники борделя. Блять этого мне еще не хватало, с дрожащими ногами я подошла к той девушке протянула руку как делали это секс боты, девушка просканировала мой штрих код потом еще раз но ничего не вышло сканер показал ошибка.
Моника подойди ко мне у этого бота сканер не читает, я два раза пробовала и выдает ошибка
Ну дай я попробую, и вправду не идет может у нее штрих код нарушен как у одной на прошлой неделе. Да точно, я забыла мы же не всех моделей обновили, скорей всего у ней та же проблема, так бот Рэйчел 1023 следуй за мной. Мне ничего не оставалась как идти за этой девушкой, она меня привела на второй этаж в какой-то кабинет приказала стоя здесь, я уже хотела ей сказать что я не какой секс бот и что я человек и что это был лишь розыгрыш
пока все это не дошло слишком далеко, как вдруг зашли еще пару человек это были молодые ребята мои ровесники один схватил сразу меня за задницу, другой полез под топик и начал мять мои сиськи. Эй Моника что с этим ботом не так. У ней штрих код старый щас перебить надо. Я стояла слушала все это, у меня началась паника, и признаться я не могу мне стало стыдно перед этими людьми и в тоже время страшно, если я признаюсь об этом то ни дай бог узнают мои родители то я просто сгорю от стыда, так как наша гостиница находится совсем рядом с борделем
Девушка попросила подать ей левую руку, я как на автопилоте подняла руку а в голове нивередца что все это происходит на самом деле, это выглядела как в страшным сне, я стояла в ступоре и наблюдала как эта девушка что то приложила к моей руке, потом я почувствовала сначала как будто сотни иголок вонзились мне в руку, пото легкий ожог, я еле сдержала крик, но вы терпела, потом девушка убрала эту штуку, достала сканер и просканировала мою руку. Так все готово осталось только сохранить данные и ее можно отправлять работать, эй ребята можете позвать Мишель, этого бота надо переодеть, кто дал ей вообще это горничной костюм. Понятие не имею может клиенты, ладно я за Мишель. Подожди у меня все готова можешь вообще-то ее забрать собой, пусть Мишель ее переоденет в горячий наряд сегодня у нас много клиентов так что каждый бот на щету. Меня привели к Мишель
Мишель вот тебе задача ее надо переодеть по горячей
О это что новая модель. Я не знаю наверно, мне сказали привести ее к тебе вот что я знаю, ты давай поскорее переодень ее и отправь работать, сегодня много работы, я пошел делать обход.
И так что мы тут имеем, да ты у нас красотка давно я не видела таких красивых моделей, ты сегодня походу будешь нарасхват, так как там тебя звать Рэйчел, ну Рэйчел снимай всю свою одежду и надень вот это. Мне до сих пор не верится что это все происходит со мной. Я молодая красивая девушка из богатой семьи нахожусь в бордели одета как проститутка в качестве секс бота и меня щас будут трахнуть кому не лень, желающих как я поняла сегодня будет много, нет так не пойдет надо что делать иначе меня за трахуют. Рэйчел ты готова отправляйся работать.
Так нужен план щас как можно потихоньку выхожу и сразу направляюсь к выходу ну а там пойдут вход мои ноги. Такой мой был план, но как только я вышла, я не могла вспомнить где находится выход, я пошла наугад может повезет, не прошла я и десять метров как какой-то старый дед взял меня за руку. Эй куколка стоять, что тут у нас новый товар, да ты просто шедевр. Он достал телефон сканировал мой штрих код и потащил за собой, я так поняла меня только что купил этот старый дед, вот зачем был этот штрих код, так снимают проституток ботов, я была в шоке и хотела уже вырвать руку и убежать, но потом я заметила тех ребят и девушку, не зная что делать я шла за стариком как послушная овечка, мы не успели войти в комнату как это дед приказал мне встать в позу собаки, почти со слезами на глазах я встала как он просил, он задрал мне юбку так как у меня не было трусиков он намазал чем-то мою киску, я не успела даже подумать что он там делает как он вогнал свой хрен посамые яйца, он начал сильно долбить мою нежную киску, потом он сильно задергался я так поняла что он щас кончит, потом меня осенила что презика у него нету и он собирается спустить весь груз в мою кисочку
Когда дед кончил в меня, потом я заметила что у него все-таки был гондон, наверное это для гигиены я подумала, так как для бота все равно с резиной ты или без, он встал и вышел из комнаты, а я так и осталась стоять раком приходя в себя, для меня это был шок, я все еще не верила что это происходит со мной
Я набрала силы и встала, дверь была открыта в комнате, не успела я выйти из комнаты как я вижу заходит два мужика. Ох не херасе какая ляля чур я с впереди, а ну ка открывай свой нежный ротик и покажи мне весь потенциал
Он на ходу вытащил свой хуй опустил мою голову, взял за уши и начал толкать свой длинный хуй в мой ротик я еле успевала с схватывать воздуха, а второй пристроился сзади. Как бы я не старалась терпеть, но я тоже начала получать оргазм пока они долбили меня я кончила три раза
Первым кончил который долбил мой рот, он сильно прижал мою голову к себе, его длинный хуй залез мне по горла когда он начал кончать мне ничего не оставалась как просто глотать меня чуть не вырвало я еле проглотила всю сперму, за ним следом кончать второй, я тогда уже ничего не соображала, оргазм затуманил мою голову, я даже не помню как они меня покинули. Когда я пришла в себя, лишь только успела открыть глаза как кто-то опять толкает в мой рот свой вонючий член. Так меня без перерыва трахали до самого закрытия борделя.
Очнулась я, лежа на кровати сначала я не поняла где нахожусь, но потом боль в мой киски и горле, вернула мое сознание, мне было очень больно как физически так и духовно да еще и страшно я не знала как мне теперь выйти из этой ситуации. Пока я думала что мне делать в комнату вошла девушка работник борделя она мне приказала выполнить полностью очистку, я так поняла помыться, я вышла из комнаты и увидела что все секс боты идут в одном направлении, я также пристроилась и пошла в направлении с другими ботами
Мы прошли немного, зашли в какую-то здоровую комнату, там боты раздевались и ставали на ленту, и лента везла ботов дальше, я также неохотно но разделась, у меня не было выбора, я встала голой на лету и ждала что будет дальше, я слышала про машину очистку ботов но сама раньше не видела. Теперь блять не только увижу но и испытаю
Я заметила что при входе на очистку ботов боты также вытягивают руку для сканирования, там сидела девушка и следила за всем этим процессом, а также она после сканирования писала цифру на заднеце, когда дошла и мая очередь я также протянула руку и дала сканеру просканировать мой штрих код
Ого сколько клиентов да ты у нас победительница, неплохо неплохо определенно однерка будешь нашей элитой, на групповуху. Я не видела сколько там показала клиентов но определенно много, а эта дура еще меня и в групповуху записала
Она написала на моей заднеце номер один, и я поехала дальше, я заехала в тёмную комнату, везде что-то мигала гудела, пока я разглядывала куда я попала на меня со всех сторон хлынула теплая вода, напор был не сильный, но и не слабым, потом пошла также пена я не видела что там происходила так как я закрыла глаза, потом вышли металлические руки с губкой на концах, и начали меня натирать сами губки были очень мягкие, никого давление на мою кожу, но также было неприятно, вконеце меня высушили сильным потоком теплым воздухом, как только я высохла, я подъехала к другому отсека с правой стороны, было три отсека, для головы и рук, я видела как боты туда клали руки, и голову, я также сделала, сразу же появились маленькие наподобие рок и стали делать макияж на мое лицо, и что то делать с моими ногтями, это заняло немного времени и я поехала дальше
Потом появился лазерный сканер и отсканировал мое тело, на выходе я заметила что боты начали расходиться, каждый шел на свой номер что находился на заднеце, я встала на ленту которая шла к номеру один, там было не так много ботов, я так поняла это лучшие боты, один за другим заезжал в какую-то здоровую будку. Когда меня туда поместили, только тогда я поняла что это за штука, это был копирование ботов, лишь потом я осознала что меня только что скопировали и сделают копию меня и не одну походу. Вот я влипла, теперь таких как я будут производить сотни а то и больше, что мне говорить если мои родители увидят копию меня одетой как проститутка, это просто жесть.
Когда все процедуры были закончены мне выдали при выходе одежду и пришел сотрудник он вывел меня и несколько секс ботов на улицу заманивать клиентов. И тут я поняла это был мой шанс отсюда сваливать, как только сотрудник ушел
Я стала потихоньку отходить от борделя, с новый одеждой проститутки, мне тогда было все равно как я щас выгляжу лишь бы отсюда выбраться, мне удалось спрятаться за угол и оттуда уже бегом через черный вход в нашу гостиницы, так как уже был обед в гостинице было много народу мне пришлось пробираться через много людей, я слышала как люди обсуждают меня, мол совсем без стыдные стали уже проститутк средь Белого дня заказывают. Но хоть один был плюс они по-прежнему думали что я одна из этих секс ботов, я подождала чтобы коридор был чист и только потом вошла в свой офис, я буквально упала на пол и стала рыдать, я хотела приключений но не до такой степени, после я приняла душ и уснула проспала я где-то десять часов ото и более был уже вечер, собиралась домой, по пути мне встретилась одна из наших сотрудница, она мне рассказала что у нас пропал один бот, что они никак не могут понять что за модель это была, и еще что слышала что в борделе напротив тоже сегодня в обед пропал секс бот, что к нам и в бордель приезжали полицейские и что будут искать этих ботов. Я стояла слушала все это и я понимала что речь идет про меня, они будут искать бота кем притворялась я, хорошо что я не попадалась на камеры в нашей гостиницы так как я знала где у нас они стая, а насчет борделя там все плохо, ведь они меня полностью скопировали, да еще штрих код на руке, я про него совсем забыла, я сразу спрятала левую руку назад, потом мы попрощались, я сразу же направился домой, данные момент я никого не хотела виде, мне все это нужно было переварить в моей голове так как мне до сих пор кажется что это был просто страшным сном
Прошло два месяца после моих ужасных приключений, лишь татуировка штрих кода напоминала мне каждый день о том случаи, я хотела свести ее, но потом подумала что мне говорить если об этом спросит в салоне ведь кроме ботов такие татуировки не кто не носят
вообщем она так и осталась я ее прячу под браслетом
Когда я вспоминаю тот жуткий вечер, мои соски сразу же встают, а я начинаю сильно возбуждаться и хочется снова прижать тот вечер, но после того как я поиграю с моей киской, то охота повтори что то в этом духе пропадает, все эти два месяца я не приезжала в гостиницы а ту которая возле борделя я вообще держалась как можно дальше, до этого момента. Мой папа сказал мне заехать в ту самую гостиницу проверить все бумаги, короче говоря провести проверку я пыталась отказаться, но он настаивал, и мне пришлось ехать туда. Я как смогла замаскировалась, я одела на голову кепку и очки так как на улице было слишком жарко я надела шортики и блузку и также мой браслет для того чтобы скрыть мой штрих код, мне пришлось парковаться у главного входа прежде чем выйти из машины я посмотрела в сторону борделя, там как и всегда стояли секс боты, а в дальнем углу я заметила знакомое лицо, приглядевшись я поняла что смотрю на саму себя, это была копия меня секс бота в короткой юбке с мини блузкой что ее сиськи почти вываливались наружу, я была в шоке и также в другом углу я тоже заметила свою копию почти в такой же одежде, эти секс боты выглядели в точ точ кака я, я будто наблюдала себя из зеркало в разнице только в одежде, и вульгарным макияжем. Я вышла из машины и быстро шагом пошла в гостиницу, не на кого не обращая внимания, я поднялась в свой офис сначала я сделала все что папа попросил, лишь бы хоть как то отвлечься, чтобы не думать что я видела, но все равно моя дурная голова взяла верх, мне стало интересно сколько раз берут мою копию я подошла к окошку и стала наблюдать. За час моих двойников брали больше всех, а кто-то брал сразу двоих, видать казлу захотелось близняшек. Подходил вечер я уже счету сбилась сколько раз выбирали мою копию.
Ладно хватит сидеть здесь пора ехать домой, только еще одну бумагу подпишу и надо сваливать отсюда и чем раньше тем лучше. Я взяла ручку и она выпала на пол между стулом и столам я нагнулась чтобы подобрать ручку поднимая руку я зацепилась об стол браслетом и сломала застежку. Нет только не это. Я пыталась починить но ничего не вышло. А пофиг все равно щас уже вечер и мало народу, думаю никто не заметит. Я выключила свет вышла из офиса и пошла на выход, только вот не дошла буквально через десять метров я столкнулась с своей копией. Секс бот остановился и смотрит прямо на меня, а я как вкопанная стаю не могу пошевелиться от такой неожиданности. Потом секс бот сказала Рэйчел 1023 у вас отсутствует ваш серийный номер на вашей одежде. Должно быть эта сука заметила мой штрих код на руке, я не знала что ей ответить, только сказала что я вернусь в бордель и получу новую. Я уже хотела уходить как в одном из номеров открылась дверь оттуда вышел мужчина, он заметил нас. Ниче се заказывал одну а пришли сразу две да еще близняшки. Он достал телефон для оплаты сначала он оплатил мою копию потом меня. Заходим дамы, да сегодня мне всю ночь скучать не придется, быстро раздеваемся и на кровать. Только не опять, с одной стороны мне охота было убежать а с другой стороны остаться, сама мысль того что он меня принял за секс бота меня сильно возбудила, я сама не понимая что делала как на автопилоте начала раздеваться, мы легли на кровать и в месте с секс ботам начали ласкать мужчину, он трахал нас по очереди, я потерялась во времени от оргазма. Когда он уснул мы с секс ботам лежали рядом, я все рассматривала как же качественно ее сделали она была отражением меня, даже родинка на груди как у меня, было странное ощущение видеть себя со стороны потом я тоже уснула, проснулась я только под утро, наш кавалер все еще спал наверное это был самый лучший секс в моей жизни, пока этот мужик не проснулся и все не испортил он заставил нас встать на четвереньки на краю кровати, сам встал и поочередно начал нам давать в рот, на мне и очередь закончилась он кончил мне прямо в мой рот, не вынимая член, и поэтому мне пришлось проглотить всю сперму, тут я слышу как в двери постучались это была бот горничная
В это время они убирает номера. Так девочки будьте тута. Я и секс бот остались в таком же положения, получилась так что наши задницы были напротив двери, дело в том что если в спальне открыта дверь и в тоже время входная дверь то на проходе можно спокойно видеть что творится в спальне, так как этот дурак не закрыл двери и приказал горничной убраться в номере, тот кто проходил мимо этого номера мог спокойно видеть мои дырочки, а самое страшное было в том что напротив нас стояла большая зеркало и мое лицо, а также бота была в отражении, я видела как мимо проходят люди и кто-то останавливался и смотрел на нас, один даже снимал на телефон а я даже не могла спрятать голову, да смысла не была, точно такое же лицо секс бота было отчетливо видна в отражении. Горничная почти закончила как этот придурок приказал горничной.
Горничная. Да господин. Я ненадолго выйду и хочу чтобы вы также почистили этих двух секс ботов. Да господин будет сделано. Этот придурок вышел и дверь оставил открытой, ну конечно я для них всего лишь вещь одна из секс ботов а у них эмоции нет. Блин и уйти не получится из за этого секс бота, ведь нам приказали находится на месте, а если я не выполняю приказ значит сбой системы, а это значит ремонт, а этого мне не надо. Я уже почти смирилась что стою раком на показ для всех желающих, как слышу голоса двух наших сотрудниц. Блин хоть бы не заметили, хоть бы не заметили. Николь представляешь я вчера... Что ты вчера? Скажи мне ты видишь тоже самое что и я. Что ты имеешь виду, ох нехера, это же наша шефиня. Ага и их двоя, что за фигня. Я не знаю, но эти двое точно выглядят как наша шефиня ты видишь. Да как такое не увидеть, ничего не понимаю.
В этот момент мне хотелось провалится сквозь землю, а тут еще горничная подходит и начинает нас вытереть, начала она с меня она стала влажной тряпкой протереть мою спину потом все ниже, но когда она начала вытирать мою киску, она так тщательно терла мою кисочку я думала что щас начну стонать, потом она перешла на животик потом мыла мои сиськи, это было так приятно что я на минуту забыла про сотрудниц
Горничная что здесь происходит? Господин этого номера приказал мне почистить этих двух секс ботов
Прикинь Николь это секс боты. Ты думаешь что это совпадение. Ты что, ты посмотри на них они копия нашей шефини, один в один, я не думаю что это совпадение. Интересно какой фирме они относятся. Не знаю давай спросим. Секс боты кто ваш владелец. Госпожа мы работаем в борделе, бордель называется Оазис категория секс боты, что то еще. Нет спасибо
Этот бордель напротив. Так они секс боты проститутки. Да я поняла единственное что я не понимаю почему они выглядят как наша шефиня. Я без понятия, единственное что приходить на ум то что ее скопировали. Да я слышала что там хорошо платят но я бы никогда не согласилась ни за какие деньги.
Я тоже, слушай может у них в семье проблемы вот ее продали а что смотри наша шефиня красивая девушка должно быть ей много заплатили. Не спорю, подожди дай ка я это все на видео сниму такого шанса больше не будет Так секс боты, лечь на грудь а задницы оставить в той же положения, так сказать для лучшего ракурса. Слушай Николь а может бордель украла ее внешность. Что ты имеешь ввиду. Ну знаешь, много же таких случаев было когда тебе без спроса снимаю на видео а потом делают копию тебя. Да я тоже про это слышала, как думаешь стоит ли нам доложить это Рэйчел. Не знаю, я вообще думаю вызвать полицию, а вдруг там не только шефиня. Смысле. Раз они ее скопировали, почему им не стоит и нас скопировать. Да ты права, но все же я думаю лучше сначала рассказать все Рэйчел и видео показать. Да давай так и сделаем
Она вроде сегодня у себя в офисе, пойдем посмотрим.
Блин что мне делать надо отсюда сваливать это дура еще меня на видео снимала, не дай бох видео попадет моему отцу, надо как можно скорее сними поговорить. Тут вошел этот мужик и опять пристроился к нам сзади по очереди нас отодрал потом приказал одеться и уходить. Я быстро оделась и пошла за ботом
Бот вышел из гостиницы и пошла в сторону борделя а я потихоньку стала отставать от нее посмотрела по сторонам вроде никого, никто не смотрит и быстро вошла в свою машину. Так надо отдышаться и вернуться в гостиницу и поговорить с работниками пока не поздно. Я посидела минут 5 в машине, потом вышла и быстро забежала в гостиницу поднялась в свой офис переоделась в свой запасной наряд и вызвала сотрудник. Привет Рейчел ты искала нас. Да я хотела спросить вас все ли у нас в порядке в гостиницы, клиенты все довольны
Да все в полном порядке. Только есть один инцидент. Какой инцидент, что случилось. Ээ я не знаю как начать или сказать тебе. Говори как есть не тени. Ну мы шли на паузу покушать с Николь, и тут заметили что в одном из номеров открыта дверь, потом мы увидели такое что я застыла на месте. Что ты увидела. Я еле сказала спокойным голосом а у самой все внутри трясется. Ну там там, я лучше покажу, вот я видео снимала, мы хотели вызвать полицию но потом все-таки решили показать сначала тебе. Я смотрела видео как там я стою раком, голая на кровати, а рядом копия меня секс бот, должна сказать я сама сразу не поняла где нахожусь я, а где моя копия меня, нас была не отличить. Я сделала удивленный вид. Когда вы это снимали. Пару часов назад. Эту видео видел еще кто то кроме вас. Нет мы никому не показывали. Это хорошо, а теперь я хочу чтобы ты удалила эту видео. Хорошо щас удалю, вот все удалила. А Рэйчел а что это было, может полицию вызвать. Нет не в коем случае. Вообщем так, как вам объяснить. Пару месяцев назад, мы с подругой выпили немного и поспорили то что я никогда не соглашусь сделать копию себя, и под алкоголем, вообщем я сделала это скопировала свое лицо, и так вышло что мое лицо теперь в бордели, и отменить или еще что то сделать я не могу, теперь вы понимаете какую ошибку я сделала, и я не хочу чтобы мои родители или знакомые узнали об этом. А через суд. Диана ты что тупая, Рэйчел тебе же сказала что никто не должен знать. Так все равно рано или поздно узнают. Так хватит узнают не узнают, это мое дела понятно вам если нет то я прям щас могу уволить вас. Мы все поняли, я просто так предложила. А я твоё мнение не спрашивала, а теперь идите работать. Фууу вроде пронесло пока, но Диана права это долго не скроешь. Блин что придумать, а что тут думать скажу тоже самое мои родителям может прокатит, вот только папа наверное убьет меня.
Прошло еще около месяца, родителям я ту же сказку рассказала что и моим сотрудникам мол что пьяная была и не соображала что делала, конечно они не были восторги, но потом вроде все утихло, только папа мне приказал чтобы я больше в ту гостиницу не ходила и этот район обходила стороной, что я и делала, пока моя дурная голова опять не начала фантазировать и вспоминать как меня принимали за секс бота
Я хотела лишь посмотреть со стороны на моих блезняшок и представить себя на месте секс бота и потихоньку в машине по массировать мою киску.
Я надела ту самую форму, в которую меня в тот вечер адели в бордели, я не знаю почему я ее не выкинула. Потом я накрасилась очень вульгарно как те секс боты, и поехала поздно ночью в сторону борделя. Когда я добралась туда, я припарковала машину в темном месте и стала наблюдать. Я простояла там наверное целый час но моих копией я не увидела, возле борделя стояла много секс ботов но тех кто мне нужен был не было. Еще через некоторое время ничего не изменилось, потом вышел сотрудник и приказал всем секс ботам зайти вовнутрь, а я сижу в машине, даже мгновение подумала зайти в вмести с скес ботами, так я сильно была возбуждена, но вовремя опомнилась, немного постояв я направилась домой. По дороге мне пришлось ехать в объезд из-за ремонта дорог, я раньше никогда здесь не бывала в этом районе, это были трущобы для бедных, везде валялся мусор, я ехала и смотрела по сторонам, я как будто попала в другой мир, тут так было грязно, это был самый плохой район, тут жили бедные и много бомжей. Я ехала тихо рассматривала улицы, потом я заметила на тротуаре стоят почти в линейку люди, когда я приблизилась то поняла что это не люди а секс боты стоят ждут клиентов, сразу было видно что почти все модели секс боты были устаревшие, но функции похода выполняют. Все боты были потрепанный, видать купили на распродаже ботов на них даже не было номеров на одежде, у других на шее висела табличка что за 5 баксов можно расслабится. Я ехала и чуть не врезалась напротив другой машины, который забирал секс бота, я проехала чуть дальше и припарковала машину, и стала наблюдать. В голову стало лесть дурные мысли наподобие, интересно если я встану рядом, меня наверная с моей внешностью до утра, без перерыва будут трахать, а может даже подерутся из за меня
Я сидела и наблюдала как одного за другим забирают сек бота, и потом привозят обратно
Чем дольше я нахожусь здесь и вижу всю эту картину, тем больше я возбуждаюсь, я не хочу чтобы меня трахали как дешевую шлюху и того подобное, мне просто нравится притворяться быть ботом и показывать свое сексуальное тело на показ, пока люди думают что я просто красивый бот у меня нет никакого смущения, а вот если просто так выйти, я бы не смогла наверное со стыда бы сгорела
Я посидела еще немного, и все-таки решила рискнуть, в голове вообще ничего небыло кроме как сильно меня возбудила эта ситуация
А про последствия о том что может произойти мне как как-то не волновала. Я решила выйти из машины и как можно ближе подойти но так чтобы меня не видно было. Я перебралась через дорогу и встала примерно двадцать метров за мусорном контейнером
Так и что дальше, вот дура опять на заднецу приключений ищю. И так я тут стою, но мне этого было мало, я хотела стоять прямо рядом с секс ботами, и получить этот самый желанный адреналин я решила подойти и встать рядом с ботами и дочитать до десяти, а потом быстро вернуться обратно в укрытия. Я посмотрела по сторонам машин не было видно, быстром шагом подошла к ботам и встала в линию как боты мое сердце колотилась, голова была как в тумане я наслаждалась каждую секунду, если бы я щас дотронулась до моей киски я бы в сию же секунду кончила, моя киска пылала как в огне, я даже чуть не забыла что я хотела дочитать до десяти. И так раз два три... десять. и также быстрым шагом вернулась за контейнер, только я спряталась за контейнер как подъехала машина и забрала секс бота. Фуу чуть не попалась, это была жарко, так еще раз и все поеду домой.
Я снова подошла как прошлой раз и встала рядом, я дочитала до десяти, но в этот раз я решила что это слишком быстро, и начала читать заново, но только я дочитала до пяти как вдруг показалось машина я не успела ничего сделать лишь только стоять и молиться чтобы он проехал мимо. Машина медленно приближалась пока не сравнялась со мной, в ней сидели два молодых парня. Эй стой тормози, смотри какая крошка. Ага нехерасе это кто же такой товар выставляет. Давай протестим ее. Да, только я буду первым. Это почему. А потому что я ее заметил
Ладно хрен с тобой, где драть ее будем. Да вон затем контейнером, так что бот Рэйчел 1023 руку подняла
Я выполнила как он просил, потом он сканировал штрих код. Эй прикинь Сэм. Что? А эта крошка та не отсюда. Смысле не отсюда. Она с борделя Оазис, смотри выдала что. Ты прикалываешься. Нет сам посмотри. Ээ точно, ни понел, там же только элитные сек боты, какого хуя она здесь делает походу бордель своих ботов хотят везде поставлять. Да но ведь эта точка Дрейка, как я слышал. Интересно а он в курсе. Не знаю, что я точно знаю слишком дорого хотят за это силиконовую куклу. Да но ты видишь какая она, как богиня, смотри сиськи какие. Он подошел ко мне и скинул вниз мой топик, топик был без лямок, так что ему без труда была добраться до моих сисяк, а я в ответ даже протестовать не смогла, ведь ботам все равно, одетая она или голая, так что я просто стояла глазами хлопала и на любые действия соглашалась, лишь бы они не догадались, что я вовсе никакой секс бот, а настоящая девушка
Ты блять я хочу ее. А платить как. Да похрен кто узнает, сделай вид что оплатил, все равно эта силиконовая кукла не саброзит ничего, у нее кромки как сосать хуи да ноги раздвигать ничего больше не запрограммирована, так секс бот Рэйчел 1023 мы оплатили твои услуги теперь ты выполняешь наше требование, команда ясна. Да господин, что пожелаете. следуй за мной. Я как покорная овечка пошла вслед за ним. На колени крошка и сделай папе приятное, покажи мне класс элитной шлюхи, ведро с болтами.
Мне ничего не оставалась с делать, как встать на колени и открыть мой ротик, этот придурок вогнал мне свой член по самые гланды, я думала что он до желудка достанет. Да детка вот так, не останавливайся
Еще пару толчков и он погрузил свой длинный член в мою глотку и начал спускать свою сперму, у меня выбора не была как только глотать его вонючею сперму, меня сильно затошнила, я ели сдержалась чтобы не вырвало
Слушай а этот бот просто создан для членасоса, ни когда такова кайфа не получал от бота, она великолепна. Ты задрал, теперь моя очередь, если у нее такой охуеный рот, то и дырочки походу тоже. Я тебе говорю супер у нее даже влажность вырабатывается. Ща проверю.
Бот облокотись на контейнер пониже а попку повыше держи
Почти со слезами на глазах я выполнила приказ, он задрал мою мини юбку, так как я трусики не одела, а моя кисуля уже была вся влажной, его хрен без труда вошел по самые яйца. Сначала мне было неприятно что кто-то трахает меня против моей воли, но потом моя киска опять подвела меня, я лишь хотела чтобы он не останавливался, я почти кончила но этот придурок за дрожал весь и остановился, я поняла что он кончает в мою киску от этой мысли я тоже пришла, да так что чуть не потеряла сознание, мои глаза закатились, я не выдержала и начала стонать, да так громко что вся улица наверное слышала мое мычания, мои ноги не выдержали и я рухнула на землю. А тот кто трахол меня подумала что у меня такая функция, имитация организма, на минуту я была как в тумане, ничего не слышала да и не соображала вообще, я так и стояла попой вверх и лицом в тротуар, мои руки не держали мое туловище, у меня просто не было сил. Когда я пришла в себя то еле услышала как он мне говорит. Задача выполнена можешь вернуться в строй. Я кое как встала и медленно пошла в сторону секс ботов, я чувствовала как из меня вытекает его сперма, мои ляжки были все в сперме. Я шла до сих пор как пьяная, даже не поправила мою юбку, и не спрятала мои красивые сисечки.
Ни хуясе ты ее там пер, блять вот что значит высший сорт, у нее походу весь комплект, я себе тоже хочу такую. Ага я бы тоже не отказался, только у нас денег не хватит, она дорогая наверное пиздец. Ты посмотри только что сиськи стоят, эти сосочки, бля они как настоящие. Он подошел ко мне и начал крутить, тянуть соски, я ели боль сдержала
Ладно поехали нас ждут, мы итак опаздываем
А что с ботом делать будем. Смысле что делать будем? У меня тут одна идея. Помнишь Макса. Какого еще Макса. Ну хакера. Который нам должен. Да и что? А то что он может ее перепрограммировать и она наша будет
Ага ты в курсе что у них джпиес стоит как только мы ее увезем от точки, где она должна стоя, ее маяк сразу сработает, и тогда мы с тобой будем на нарах загорать, ты этого хочешь. Да ну ты преувеличиваешь, ты серьезно думаешь что у нее мак. А ты что слепой, ты посмотри на эту модель или на этих в обед сто лет. Да может ты и прав, но я все равно что нибудь придумаю, если она будет тут завтра я ее заберу. Ты дебил. Я знаю но эти сиськи будут моими. Содись давай уже или пешком пойдешь. Дождись меня куколка
Как только они уехали я бегом побежала в укрытия за контейнер стаю а в голове все крутятся мысли что только что со мной произошло. Так хватит дура пора домой, иначе следующего шанса не будет. Блин а что если они и вправду меня бы забрали, тогда мои дырочки наверное не высыхали бы вообще. Хорошо что сегодня додумалась противозачаточные таблетки выпить
Пока я там стояла размышляла, я вдруг услышала голоса, я присела за контейнер и стала смотреть откуда шли голоса, потом я заметила это были два подростка, они медленно шли и о чем то говорили. Они остановились рядом с моей машины переглянулись и начали снимать колеса с моей машины. Нет только не это я сижу за контейнером и ничего не могу поделать. Как же мне отсюда убраться теперь, я начала плакать без понятия как мне добраться до дома, а время шло против меня уже начало потихоньку рассветать, еще немного и мое укрытия будет бесполезным. Я поняла чем дольше я жду тем сложнее мне будет выбраться отсюда.
Единственное что я придумала это идти назад в гостиницу, до нее где-то пять километров о то и больше, а это значит надо проходить снова мимо этих секс ботов, я только хотела выйти, как увидела подъезжает автобус, и остановился возле ботов, вышел какой-то жирный мужик и что то сказал ботам, они все стали заходить, я так поняла что он их забирает. Они все зашли в автобус потом они проехали мимо меня, хорошо что не заметили, я еще раз выдохнула воздух, хочешь не хочешь а идти надо.
Только с этими каблуками потихоньку не получится мне казалось что стук моих каблуков слышен за километр, я старалась держать голову вверх и идти как нивчем не бывало, как это делают боты когда их кто-то заказывает или ходят за покупками. Я видела таких много раз, но еще одной из них не была я прошла пару сотен метров как начала чувствовать что каждым шагом моя левая сиська приближается наружу, видать этот придурок повредил мне топик, а я еще без лифчика что от ходьбы мои сиськи каждый раз подпрыгивали, еще пару шагов я посмотрела вниз на мой топик и увидела что край моего соска уже отчетливо видно, вот тут мое знание вошло в тупик, я не знала как ведут себя боты в этой ситуации, поправляют они одежду, или просто идут как не вчем не бывало. А тут еще на встречу идут парень с девушкой, я не знала как мне поступить, если я поправлю топик, не привлеклу ли я этом внимания к себе.
И что мне делать, с каждым шагом мая сиська вываливается все больше и больше, еще пару шагов и она полностью вылезла, я заметила как парень уставился прямо на мою сиську, в панике я решила будь что будет и оставила так как есть лишь бы быстрее пройти и заправить
Мою сиську обратно.
Эй куда смотришь не охренел. Да успокойся это всего лишь бот. Ну да конечно всего лишь бот, а сам наверное всадил бы ей, если был бы один. Да успокойся Крис. Блять вот и за таких ботов, скоро мужикам настоящая девушка не нужна будет. Да прям хоть какая она не будет красивой, все равно она не живая это просто машина выполняющий приказ, с ней будет скучно. С ней скучно, ага скучно, я так не думаю, как раз наоборот с ней точно не соскучишься, ты посмотри на ее форму все идеально, а личико просто красотка, и как нам девушкам соревноваться вот с этим ты посмотри на ее сиськи, они идеальны. Ну не знаю я вижу только одну.
Бот стой на месте. Крис что ты задумала. Я хочу потрогать ее сиськи, может тоже мне такие сделать
Я остановилась как мне сказали. Да мэм чем могу помочь. Чем помочь, отдай мне свои сиськи кукла силиконовая. Извините мэм но я команду не понимаю, пожалуйста правильно задайте вопрос. Хорошо что я знала как отвечают боты, наверное это самое первое что я запомнила.
Конечно не поймешь, я бы тоже за такие сиськи боролась, стой смирно бот. Простите мэм но меня ждет хозяин. Я пыталась отвязаться от этой суки, но ничего не получалось. Бот я сказала стой смирно.
Она встала прямо передо мной, мне пришлось остановится, она без слов стянула блузку вниз теперь оби моих сиськи были наруже, стою тут посреди улицы топлис, боже как мне было унизительно, а эта сука схватила мои сиськи и начала рассматривать, то со всей силой сжимала от тяговала соски, я сома была в шоке что мои соски так могли растянутся, было очень больно, в нормальное время я бы орала как бешеная, а тут приходится всю боль проглатывать и терпеть во что было не стало
Если бы она еще бы немного помучила мои соски, я бы не выдержала больше.
Интересное из чего они делают сиськи, смотри они как настоящие, что за силикон такой. Я не знаю пошли уже. Да ладно неужели ты не хотел бы их потискать. Нет мне твоих достаточно. Конечно я так и поверила, ладно пошли, ото слюни уже капают.
Наконец то она отстала от меня, я так и прошла с голой грудью, пока они не скрылись за поворотом, быстро натянула топик обратно мои соски горели от боли. Вот сука маньячка какая та. Пока я шла у меня несколько раз вы подала грудь, я всякий раз поправляла топик как могла не заметна, я не знаю сколько я прошла но гостиницы так еще не было видно но хоть из этого ужасного квартала вышла. Уже была достаточно светло, начали появляться люди с каждой минутой все больше и больше, потихоньку магазины стали открываться теперь я больше не могла поправлять свой топик на меня постоянно смотрели, конечно как не заметить такую красотку с, моей одеждой, а теперь еще и с грустью сверкаю, меня даже на светофоре лапали, какие то подростки, пока я стояла ждала зеленый свет, то под юбку залезут хватали мою киску, то сиськи лапали а я даже слова не могла сказать против.
Мне оставалось пройти всего пару улиц и я буду в гостинице, как напротив я заметила своих подруг они сидели на улице кафешки, видать пили кофе перед работой, а мне нужно было пройти мимо них, другого пути у меня не было. Я остановилась, блин надо уйти отсюда да поскорее пока меня не заметили. Я развернулась и пошла назад, а что мне оставалось делать, не прошла я пару метров как вижу издалека ко мне на встречу идет тоже
Моя подруга, мы вместе учились в университете. Блин что за фигня сегодня мне вообще не везет, что теперь куда мне, еще немного и она подойдет ближе и узнает меня, у них что здесь сборы. Я посмотрела по сторонам и увидела как из фургона выходят боты почти как я одета, только немного поприличнее, они все заходили в магазин, долго не думая я тоже вслед за ними зашла
Боты остановились и стали чего-то ждать я тоже самое сделала, сама посматриваю назад не прошла ли моя подруга, чтобы потом быстро выскочить из магазина пока не поздно, но походу она никуда не торопилась еле шла тут я заметила как к нам подходят сотрудники магазина, это были две женщины.
Смотри Саманта ботов сегодня больше или мне кажется. Нет действительно на одну больше. Походу ошиблись, я пойду скажу пока фургон не уехал чтобы одну забрали, нам переплачивать не надо, какую назад отправим
Да вон ту рыжую, а остальными я займусь походу вот это новенькая, смотри какая красивая, вот почему всех таких ботов нам не присылают. Но наверное они дороже и их используют для других цели. Что ты имеешь виду. А то что их в бордели или еще куда-то втом же духе. Ты посмотри на нее, она идеальна, да ее одежда сома за нее говорит
И сиськи смотри какие как настоящие. Да ты права, но сегодня для этой красотки будет особое задание, я ее в центре поставлю на подиум пускай сексуальное белье рекламирует
Ладно я щас приду, пошли рыжая, как там тебя Эбби 126 замной. А ты красотка Рэйчел 1023 подойди ко мне я хочу тебя рассмотреть.
Я подошла к этой женщине не двигаюсь и не дышу. Да хороший экземпляр, так Рэйчел 1023 для начала сними эти лохмотья.
Она что серьезно прям тут в магазине кругом ходят люди.
Рэйчел 1023 ты команду поняла. Да мадам, вы мне сказали раздеваться. И в чем проблема, по ходу этот бот немного тупит, наверное тебя когда делали, только на внешность сосредоточенные были а про мозги забыли хотя нахрен мозги с такой то внешностью.
Я тут же начала раздеваться, пока эта женщина ремонтников не вызвала они то не глупые сразу поймут что я девушка а не какой-то бот. Я стояла почти возле входа совсем голая, мои соски сразу встали или от возбуждение или от того что в помещении было прохладно, но я бы поставила на первый вариант, эта женщина рассматривала меня и про себя что-то болтала, потом вошла вторая женщина. Ну что отдала бота. Да отдала, водитель сам был не курсе, говорит странно вроде все правильно было, и в декларации четко написана шесть ботов. А пусть сами разбираются, ты лучше сюда посмотри, какой сегодня у нас бриллиант, правда тупит немного. Смысле тупит? Ну команды не сразу выполняет. Да какая разница, она все равно будет просто стоять в спящим режиме, нам нужна только ее тело а мозги или что там у нее пускай на заводе оставляют. А это что еще такое, смотри у нее все ноги заляпанные в чем-то, краска что ли, не пойму. Думаю я знаю что это за краска, сперма называется ее походу кто-то трахал, перед тем как ее к нам привезли. Конечно кто перед такой у стоит
Ты думаешь это водитель. Не знаю и знать не хочу, возьми ее лучше и от веди стажеру пость ее отмоет, только с лицом пусть поаккуратней а то красить ее заново придется.
Я стояла и слушала все это, и мне не верилось что это все происходит со мной, как будто просто кошмарный сон.
Рэйчел 1023 следуй за мной. Я пошла а что мне оставалось. Мы пришли на склад, женщины позвала стажера, и объяснила что надо отмыть, да так сказала что мне плохо стала, она сказала чтобы тщательно помыть все мои дырочки, интересно как он будет мыть меня. Стажер был молодой парень, он принес шланг и начал просто поливать меня водой, потом он взял шланг и просто воткнул мне в мою киску, токов я не ожидала, я чуть не подпрыгнула, хорошо что напор воды был слабым, иначе мне было бы точно хана верней моей киски, не успела я отойти как он вогнал мне в мою запретную дырочку, я имею ввиду мой анус, у меня чуть глаза не выпали, я даже описалась от страха но он по ходу этого не заметил, вода что стекала с меня замаскировала меня когда я писала, потом он вынул шланг из моей попы, хоть он долго не держал внутри его но мне этого хватило, я как могла держала эту давление, но потом не выдержала и под напором, моя попка открылась и оттуда хлынула вода, хорошо что я была голодная считай весь вечер и ночь я ничего не ела поэтому мой кишечник был пустой а то не только вода бы вышла
не успела я передохнуть как он повторил процедуру, в этот раз я ничего не держала
Лишь только пискнула про себя, а на самом деле хотелось не просто кричать а орать что есть мочи. Этот дебил убрал шланг, взял тряпку и начал вытирать меня, на моей груди он просто завис, я думала что он сотрет мои сиськи, и тут меня спасла женщина она пришла за мной.
Так достаточно, Рэйчел 1023 иди за мной
И вот опять я иду голая через весь магазин
мы подошли к подиуму, это была круглая платформа с шестом посередине. Женщина приказала чтобы я встала на эту платформу
а сама ушла за вещами, я стояла и уставилась в одну точку, так как магазин уже вовсю работал народу была много, возле меня собралась толпа, в основном все были мужского пола, когда женщина пришла она еле пробралась через толпу. Я слышала как люди спрашивали что этот бот на продажу, и какая моя цена. Нет она не на продажу она здесь для того чтобы рекламировать одежду. А жаль а вы не знаете где точно такую же можно приобрести. Нет не знаю обращайтесь в фирму прокатов ботов, мы ее оттуда заказали если нужно я могу адрес дать. Да конечно нужен я прям щас поеду, куплю такую же или может на прокат возьму, а вы не знаете какие у нее функции. Нет не знаю нам она нужна для того чтобы просто стоять и все. А вы не будете против если я задам вопрос вашему боту про ее функции. Нет только побыстрее и потом покиньте этот участок вы мне мешаете работать. Да конечно простите просто давно таких моделей не видел, всегда хотел такую
а какой ее позывной? Рэйчел 1023. Спасибо
Рэйчел 1023. Мне пришлось сказать, да что вы хотите. Расскажи мне какие у тебя функции. Все что вы пожелаете, сказала я. А что в плане секса? Что именно вас интересует, сказала я и пожалела что так сказала. Гениталии все работаю? Да обе мои дырочки как вам угодно, я не верила что я несу дура, какие дырочки хрен ты что получишь про себя подумала я. А как насчет Оральный секс?
Да миньет тоже включен. Неплохо, а как глубоко можешь заглатывать? На сколько вам будет угодно. Ладно все хватит, езжайте на фирму и там все сами узнаете, адрес у моей коллеги можете взять на информационе. Так бот Рэйчел 1023 на вот это надевай. Она мне дала ярко красный лифчик с открытой грудью, к лифчику также шли в таком же цвете трусики они тоже были с отверстием, как раз где моя киска да и попу тоже не скрывала, а также она дала черные чулки и облегающие сапоги с большими каблуками.
Когда я все это одела, блин я для бывшего парня так не одевалась, а теперь тут стою на публике в нижнем белье, которое ничего не прикрывает.
О ты просто супер детка, надеюсь ты нам сегодня много клиентов приманишь. Так давай тебе сейчас зафиксируем, чтобы ты не грохнулась, а то у нас денег не хватит за ущерб. Что она имела ввиду зафиксируем. Рэйчел 1023 поставь эту ногу сюда а вторую вот сюда. Я так и сделала как она мне сказала, теперь мои ноги стоят расставлены друг о друга, так хоть раньше я держала ноги в вмести и не так было видно мои дырочки а теперь видно всем желающим. Женщина эта достала цепочки и просунула их специальное отверстие в сапогах, я сразу их не заметила, а другой конец цепочки защелкнула в платформу, там был какой-то механизм типа замка с рельсами, потом попросила поднять руки, она вытащила шест и воткнула его в другую отверстие, потом появился еще один шест на другой стороне, и крепление для рук, она сказала чтобы я туда просунула руки, я так и сделала, теперь даже если я захочу сбежать, то у меня ничего не выйдет.
Так почти готова, теперь бот Рэйчел 1023 не сопротивляется двигаясь вместе с креплением. Она нажала на кнопку на пульте и у меня ноги начали разъезжаться в разные стороны, пока не остановились, потом крепление на руках началась опускаться все нижи и ниже, я хотела уже сесть но оказалось что не могу это сделать, почему то эти высокие сапоги не сгибались, наверное это женщина что то сделала с сапогами. Мне ничего не оставалось как просто прогнуться буквой г.
Все идеально, теперь мы тебя поднимем немного.
И платформа начала подниматься, меня подняли где-то на два метра, теперь меня было видна на весь магазин с этой унизительной позой. Я видела как ко мне всегда подходили люди и смотрели на меня кто-то фоткал а кто-то рассуждал меня а кто-то даже восхищался мной. Я так простояла часов восемь, если я бы не занималась югай тогда бы наверное больше никогда не разогнулась
Тут магазин начал закрывать, меня спустили, и сняли с платформы, я еле выпрямилась, женщина опять меня раздела и отдала мне старую одежду, потом велела выйти на улицу и ждать фургона где были другие боты. Когда я вышла, то поняла это мой шанс, я как можно быстро и скрытно ушла от этого участка, а то еще и фургон заберет меня. Кое как но все же я добралась до гостиницы, я не стала рисковать и зашла через черный вход, поднялась в свой офис и рухнула на диван, там я проспала до следующего дня проснулась
В обеда, было странное ощущение, вроде бы и обида и в тоже время наслаждение, мне само больше понравилось когда я стала в нищем квартале, когда меня трахали без моей воли. Я дико хотела повторить это снова, ну как просто стоять там, для меня это будет опасно, в один прекрасный день, все может плохо кончиться. И я стала думать как мне осуществить все это не подвергая риска.
И тут мне в голову пришла идея, а что если я сома свою линию секс ботов сделаю, и буду стоять среди них, я буду сама себе начальница, а может маленький бордель открою, рядом с нищим кварталом, вот эта идея понравилась мне больше, надо только подходящее помещение найти, с деньгами у меня проблем нету так что в этом проблем не будет.
За три месяца я купила большой дом почти рядом стом плохим кварталом, я не захотела брать дом в самом квартале, уж слишком опасной он
Потом я с связалась с борделем возле нашей гостиницы и купила свою копию ботов целых пять штук но только будут работать четыре, а пятая будет с моим серийным кодом и именем, для того если вдруг какая нибудь проверка будет, то вместо меня пятая пойдет, так для страховки, но а на самом интересном буду я.
Я также свела штрих код с моей руки, и сделала новый, но уже свой собственный, имя я оставила, лишь изменила номер теперь я Рэйчел 1015, я также заказала ещё 7 различных секс ботов и из них четыре я специально купила дешевых ботов, они были все потрепанные, просто я хотела пережить ту ситуацию снова, а также я разместила в интернете что сдаю ботов для любовных утех там были фотографии всех моих сек ботов и мою само собой я тоже выложила с разных ракурсов. Я также позаботилась о том чтобы у меня не было выбора, например я купила специальный ошейники для всех ботов это от компании безопасности чтобы никто не мог похитить ботов, ошейник работает радиусом сто метров, и если бот выходит из радиуса то активируется маечек и туже от компании выезжают секьюрити чтобы вернуть бота
А также это же компания будет развозить моих ботов для клиентов, весь мой сайт переходит через них и когда клиент заказывает секс бота они тщательно следят за заказам сканировают штрих код бота чтобы не было ошибки, когда бот сделает свое дело они привозят обратно
но на самом деле это я сама тщательно спланировала чтобы я заднию не включила, так как мой штрих кот тоже внесен в компьютер и у меня не будет выбора, хочешь не хочешь но надо будет ехать, а пятого секс бота само собой ее также завут Рэйчел 1015 который должена меня заменить если что-то пойдет не так, я ее держу с пустой батареей
Смысл в том что если меня закажут и я не послала туда моего двойника вместо меня я держу ее батареи на нуле, а чтобы ее зарядить нужно минимум восемь часов. В бордели, кстати я его назвала.
Рай
Мы выполняем все ваши
желания
Думаю неплохо получилось, так вот в бордели я тоже позаботилась о том чтобы я не свалила раньше времени. Я сделала единственную комнату где можно было бы мне укрыться, но комната та была не простая, дело в том что дверь в комнате электрическая с таймером и пока время не выйдет дверь не откроется, так что если я даже захочу сбежать у меня ничего не выйдет. Я также купила сексуальные наряды для моих ботиков и конечно для себя тоже, я выбрала корсеты в клеточку черно ярко красного цвета с открытой грудью и черные микро юбки, сама юбка была очень короткой я одела юбку посмотреть как она будет на мне сидеть, она была настолько короткой что ничего не скрывала, так как секс боты не носят нижнее белье все мои дырочки были отчетливо видна, даже когда я просто стою, также я заказала черные чулки и сапоги выше колен с высокими каблуками, выглядела это просто супер
В самом доме я мало что сделала, дом был старым но вполне пригодным для жилья, дом был двухэтажный всего шесть комнат, но я его переделала и разделила где комнаты были большие я сделала из одной две и так у меня получилось 9 комнат, правда не больше, но что нужно для того чтобы перепихнутся, не обязательно здоровые хорома. На первом этаже где есть одна общая большая комната, там большие окна от потолка до пола, я сделала дисплей для рекламы там будет стоять или лежать в окне одна из секс ботов совсем голенькая, может даже однажды и я попробую. В внутри дома я сильно не расстраивалась, купила дешевые кровати пару тумбочке лампы красного цвета, небольшая барная стойка, несколько кресел тоже на распродаже. Денег у меня хватает, если бы захотела то из этого дома можно было сделать конфетку, но я не хотела этого, мой план состоял в том чтобы как может грязно выглядело это помещение и сдавать секс ботов подешевле, а также я позаботилась о том чтобы менять стоимость услуг секс ботов я так хотела создать ту самую атмосферу грязного квартала где я была, дом как раз находился почти на середине он немного зашел на двести метров в этот жуткий квартал и я искала именно такой дом, он мне подходил идеально.
Вокруг дома я сделала высокий забор, чтобы его нельзя было обойти или спрятаться мне. Я позаботилась обо всем, чтобы не было никакого место укрытия для меня. О боже что я делаю дура, меня же там за трахуют, но хоть одно утешает что там я буду не одна такая красотка, хорошо что еще купила четырех секс ботов копию меня и одна с моим именем и номер стоит у меня в офисе в моем единственном укрытие, и то только когда дверь открыта.
Настал день открытия, я поставила одну из моих близняшек в витрину нарядила ее как можно сексуальна, я поставила ее в позу по собачье с от топыреной попой, никаких трусиков само самой а также я сделала одного секс бота по имени Салли 1010 главным ботом, мне нравилась подчиняется приказам, в ее программу я заказала все функции 100% самостоятельно решение всех пробм, это значит если какой-то бот будет тормозить или у нее будет какая не будет поломка, то Салли может вызвать сервис по ремонтов ботов, также я ей установила регулировать стоимость услуг, самая низкая цена 0 то есть бесплатно а самая высокая 40 баксов, это работает так я установила лимит доходов, если лимит дошел до определенный суммы, то главный бот постепенно снижает цены на секс услуги пока вовсе не будет предлагать секс услуги бесплатно, она также может приказать чтобы несколько секс ботов вышли на улицу, на обочину дорог, Салли сама решает как долго должны там стоять боты, а совсем недавно я ей новую программу загрузила, теперь она может отправлять ботов на другие улицы, она может отправить секс ботов на хорошую сторону или же в плохой район, потом я хотела убрать эту функцию, когда подумала если я отправлялюсь с моими секс ботами в плохую часть района да еще совершенно бесплатно мы там просто не выживем, но я была в делах и про это функцию совершенно забыла.
И так сегодня вечером в 21:00 мой бордель начнет свой первый день а закрытие 6:00 утра так как я сова и любитель ночью погулять а днем дрыхнуть для меня это не будет проблемой
сегодня я решила не выходить на открытие борделя, а находится в своей комнате за закрытыми дверями и понаблюдать за всем через скрытыми камерами в первый день я не решилась и отправила свою замену меня.
И вот 21: 00 на окнах стали подниматься железные жалюзи, я сидела перед мониторами и не дышала, моя киска вся по текла как водопад. Сначала ничего не происходит но потом через полчаса дверь вошел мужчина его сразу встретила Салли, после мужчина посмотрел посторонам и выбрал одну из моих
Копии меня они зашли в комнату потом он отодрал ее в разных позах, потом мужчина вышел из комнаты и покинул бордель.
Потом шло как-то не так как я ожидала, почему-то я думала будет более оживленная за два часа бордель посетили лишь три человека, мое настроение потихоньку начало угасать. Что я сделала не так, в роде и боты красивые и цена не заоблачная почему так мало клиентов? Что блин им нужна, думай думай Рэйчел что больше всего хотят мужчины, на что они смотрят, кроме сисек на ум ничего не приходит, точно сиськи как же я сразу не подумала нужна ведь реклама. Я связалась с главным ботом через компьютер и велела ей вывести на улицу как можно ближе к дороге четырех секс ботов, я выбрала самых лучших это две копии меня и двух красивых ботов с большими буферами, я также велела ей чтобы боты находились в сексуальном положении. Потом стала ждать результатов примерно через двадцать мимо, мои плоды вроде подействовали я набрала уже как пять человек потом еще и еще вскоре в бордели не было мест все комнаты были заняты даже дешевых ботов и то трахали, я сидела и смотрела на все это с расширенными глазами пока все идеально, я заметила что копию меня секс ботов берут чаще других, от этого всего я не выдержала, на начала безжалостно страстно мострубиравать мою киску, я кончала
Несколько раз, наконец то я получила что хотела. Так прошла первая ночь потом вторая за ним и третья ночь, а я все не решалась, мне было страшно и как-то стыдно было выйти вот так без трусиков и с сиськами на показ для всех желающих, одно дело думать а другое сделать, это не так легко было сделать как я думала, я не шлюха какая-то по крайний мере я так думала. И вот прошла неделя за эту неделе я добавила еще пару вещей это была лавка, пару качелей с краном, качели можно было регулировать высоту.
А еще что я поняла что я сама этого не сделаю без помощи, мой страх не позволял мне сделать это потом я придумала план как себя заставить. Сначала я поставила таймер на 24 часов, саму дверь можно открыть только изнутри, но стоит мне выйти и закрыть дверь то уже обратно я не попаду пока время не выйдет. Потом я отправила команду через компьютер главному боту чтобы она закрывала именно эту дверь всегда если она будет открыта. Так вроде все готова, я надела ошейник ключи от него я оставила в комнате чтобы я не смогла снять его, потом я оделась как все боты наряд был очень сексуальным, я смотрю в зеркало а у самой побежала дрожь ведь в этом наряде я буду беззащитна, время уже было 19: 00 еще пару часов и бордель откроется автоматический. Я открыла дверь изнутри, сердце бешено колотилась я была напугана, и так сейчас или никогда. Я решила выйти из комнаты и дойти до барной стойки и вернуться обратно и если дверь будет до сих пор открыта то сегодня я также не выйду и буду наблюдать за всем происходящим изнутри. И так я вышла и дверь не закрыла оставила открытой, мелким шагами я направилась струну барной стойки, и все время посматривала назад, открыта ли дверь я посмотрела по сторонам в поисках главного бота но не как не могла найти ее. Я дошла до барной стойки. Так все будет хорошо теперь точно также идем назад, я направилась обратно только в этот раз я не шла я почти бежала и вот я вижу свою укрытие почти дошла, как вдруг прямо у меня под носом закрывается дверь, главный бот спокойно закрывает и обращается ко мне Рэйчел 1015 идите в главную комнату и ждите клиентов
Я направилась обратно. Вот и все теперь пути назад нет, даже если я сильно захочу уйти отсюда мне это не удастся. Я стою в главном зале где клиенты выбирают ботов, хоть еще мы закрыты, а умения уже начинаются паника. Боже как бы я хотела сейчас оказаться в моей комнате. Чем ближе бордель приближается к открытию тем сильнее у меня начинается паника, сначала я стала прикрывать мои сиськи руками, пыталась даже тянуть корсет наверх, чтобы прикрыть сиськи но ничего не выходила, и вот осталось всего 20 минут тут то я совсем за нервничала и на чела носится по борделю пытаясь найти укрытие я прошла все комнаты, пыталась спрятаться под кроватью но также ничего не вышло, слишком низкая, я побежала к моей двери попыталась ее открыть, тоже бестолку. Блин блин блин что я наделала дура, я не хочу чтобы меня трахали блин осталось всего 5 минут куда куда, думай думай Рэйчел. Я бегала со стороны сторону как загнанный зверь, и тут я слышу поднимаются жалюзи, начала играть музыка я стою прямо посередине главного зала, смотрю как двери открываются. Ну вот и все доигралась овечка. Теперь единственный вариант это притворяться секс ботом и выполнять любые требования без колебания
Через пару минут вошли сразу 4 человек а чуть позже еще шестеро вошли я не смогла считать так как ко мне подошел мужик заплатил и потащил меня в одну из комнат, как только мы вошли он тут же высунул свой член и начал жестка трахать меня я лежала на кровати лежа на спине мои сиськи раскачивались вверх вниз да с такой скоростью что я думала они отвалятся, еще пару мощных толчков и он кончил в меня заполнил мою киску своей спермой. Потом спокойно слез с меня и вышло из комнаты а я лежала и про себя рыдала, злилась на саму себя. Через минуту в комнату вошла главный бот и приказала мне вернуться в главный зал, не успела я войти как меня снова выбрали, я только успела посмотреть сколько здесь мужиков их было слишком много там стояла целая толпа, у меня чуть челюсть не упала, что я наделала я не выдержу, долго стоять мне не пришлось он потащил меня в комнату, но она уже была забита, потом в другую, там тоже самое, пото он увидел качели долго не думая он приказал мне залезть на них, он закрепил манжеты на руках и ногах, мои ноги были расставлены форме рогатки для легкого доступна он присунул мне свой длинный член и начал долбить я болтались как сосиска, теперь я была надежна связана на качелях, пока он долбил другой походу не хотел ждать своей очереди, он подошел к моей голове, так как я висела на качелях я сначала не поняла что появилась перед моим лицом, его яйца болтались прямо перед моими глазами, он нагнул мою голову еще ниже и велел открыть рот, я так и сделал, он тут же вогнал свой член
засодил глубоко в глотку потом ему была походу мала и он стал запихивать свой яйца мне вирод не вынимая свой член из глотки, я ели успевала глотать воздух, пока они долбили меня с двух сторон, подошел еще один он залез под меня и тут случилось то что я не ожидала он вогнал свой член в мою узинькую
попочку, теперь меня долбили с трех сторон, я извивалась как могла пыталась соскочить с члела но чем больше я болталась, тем глубже он проникал в мою попу, потом я перестала сопротивляться. Один за другим начали стрелять в меня спермой, как только один заканчивал и освобождал место, и сразу же его заменяли другой, в комнате стала слышно как хлюпает от полной спермы моя киска и заднеца из моего рта уже вытекала сперм так как больше небыло место в моем желудке, я была покрыта вся спермой мне вообще не давали передохнуть, я держалась как могла потом я потеряла сознание, на несколько секунд я приходила в себя а меня как долбили так и долбят я уже ничего не чувствовала так всю ночь на пролете меня без перекура трахали, моя когда то узенькая попочка превратилась в огромную пещеру под конец я еле открывала глаза, моя кожа была похожа как будто меня покрасили, с моей киской и занице свисали засохшие от спермы сосульки, под домной была целая лужа спермы. Наконец то закрытие борделя гости все ушли, потом подошла главный бот она развязала меня я тут же рухнула, мои глаза были заклеены спермой я еле их открыла, я была полностью покрыта спермой, я ели дышала мои дырки ужасно болели, когда я ели встала я кое как выплюнула огромные кусок засохший спермы. Главное бот приказала мне пойти очиститься и приготовиться к вечеру для открытие борделя. Я только сказала про себя это без меня и ушла со слезами мыться.
Лишь только на второй день я посмотрела запись больше всего мужики трахали меня не знаю почему так вышло, я думаю это все иза этих качелей я видела как кучу мужиков трахоли меня уже бесзонание я болтались на этих качелях как кукла, моя попа стала ужасна большей я думаю теперь там кулак со свистом пролетит.
Лишь потом я узнала почему была так много народу, иза дебильнова главного бота, она здела безплатные секс услуги.
Я уже как месяц не появлялась в бордели и наверное больше не появляюсь.

 --- Коммуналка --- (наблюдатели)

Прелюдия.
Начало этой истории произошло, когда мы с родителями жили ещё при Советском Союзе, в коммунальной квартире на окраине не большого городка.
Квартира, в которой мы жили была четырехкомнатной, но переделанная под малосемейку с общим туалетом, ванной и кухней. Вот в таких условиях сосуществовало три семьи.
В одной комнате жила пенсионерка баба Маня, во второй — тётя Люся с сыном Стасиком. А наша семья самая большая, состоящая из четырёх человек: мать, отец, я и моя младшая сестра Светка, занимали оставшиеся две комнаты в одной из которых находились мать с отцом, а во второй проходной мы со Светкой.
Жить в коммуналке было конечно не очень комфортно постоянные очереди в туалет с ванной и на кухне одновременно не вмещались все вместе, из-за чего частенько возникали конфликты.
Но для нас со Стасиком в этом были свои плюсы.
Стасик был чуть старше меня, такой же болтливый как мать, только по хитрее её. Он рос без отца и это сказывалось на его поведении.
Он был шустрым, шкодливым пацаном вечно придумывал какие-нибудь аферы.
Стасик первый предложил мне подсматривать за нашими матерями и за бабой Маней, через окошко на кухне, когда те мылись в ванной, и дрочить на них писуны. А чтобы не спалиться, делали мы это по очереди, один из нас став на стул подглядывал с кухни в ванную через окошко, находившееся под потолком, а другой возле двери стоял на шухере чтоб никто не зашёл на кухню и не спалил нас.
Стасик же надоумил меня нюхать ношенные женские трусы наших матерей.
А дело было так: мы в очередной раз подсматривали за моющейся тётей Люсей, и как только она закончив мыться и ушла к себе в комнату обмотавшись полотенцем, Стасик следом шмыгнул в ванную и притащил оттуда её трусы, которые она только что сняла с себя и в очередной раз бросила их там вместе с лифчиком.
Тётя Люся постоянно бросала там своё нижнее бельё.
Баба Маня даже как-то поругалась с ней за это:
— Что ты Люська раскидываешь кругом свои засанки, показываешь пацанам весь свой срам,
совсем стыд потеряла — ворчала она.
— Кому не нравиться пусть не смотрят — огрызнулась тёть Люся в ответ.
И как будто назло дальше продолжала бросать трусы и лифчики на полу в ванной.
Вот и в этот раз Стасик урвал очередной трофей в виде грязных тёть Люсиных трусов.
Это для него очечной, а для меня впервые, ведь я тогда ещё не знал о его пристрастии нюхать ношенные бабские трусы, пахнущие вагинальными выделениями.
— Во, смотри свеженькие, только что маманя сняла. — заговорчески прошептал Стасик, выворачивая на изнанку тёть Люсины трусы, и поднеся их к лицу, стал нюхать матню, а свободной рукой дрочить вытащенный из ширинки возбуждённый писун.
— Ещё влажные! Обалдеть, как пи**ятиной воняют! Кайфовые я труселя урвал! — по-детски радовался Стасик.
— На понюхай.
Он толкал мне в лицо влажную от выделений матню тёти Люсиных трусов.
— Ты чо дурак! — возмутился я.
— Сам дурак! Да ты только понюхай, как кайфово пахнут. — убеждал меня Стасик, продолжая держать трусы своей матери возле моего лица.
Я машинально наклонился и нюхнул влажную матню. В нос мне ударил резкий аромат вагинальных выделений, смешанных с мочой, от чего у меня закружилась голова и защемило в яйцах.
Мой и так возбуждённый от подглядывания за голой тётей Люсей писун, ещё сильнее напрягся. Я пару раз его передёрнул и стал бурно кончать, выстрелив на пол пару ещё не до конца сформированной спермы, больше похожей на жидкую прозрачную смазку. В то время я ещё находился в переходном возрасте, а Стасик уже прошёл этот период и кончал по-взрослому, извергая большое количество спермы.
— Во, видишь какой кайф, будто выебал живую пи*ду, а ты не хотел нюхать. — с гордостью произнёс Стасик, и уже сам продолжал дальше нюхать тёть Люсины, а потом стал с наслаждением дрочить ими свой возбуждённый писун, спустив через пару минут обильное количество мутноватой жидкости прямо на матню тёть Люсиных трусов.
По примеру Стасика, я тоже стал нюхать ношенные трусы своей матери, и дрочить писун ими, когда никого не было дома, а иногда закрывшись в ванной после тёти Люси пользовался и её только что снятыми трусами каждый раз представляя, как будто по-настоящему е*у её. Но мне больше всего нравилось нюхать материны трусы фантазируя как я каждый раз по-разному имею её.
Пробовал я и матню сестрёнкиных трусов нюхать, но они не давали такого эффекта, пахли ещё только в основном мочой, да и представлять, что я ебу худую малолетку, с голой писькой похожей на разрезанный пирожок было не интересно, у неё как гласила поговорка «ни сиськи, ни письки и жопа с кулачок», а мне нравились взрослые женщины в соку с пышными формами, вроде моей матери с заросшими густой волоснёй пи**ой и жопой (брить гениталии и ноги в то время было не прилично, считалось что так делают только проститутки).
Кстати Стасику тоже нравились такие женщины. Он больше любил подглядывать за моей матерью, чем за своей.
Тётя Люся была менее привлекательная, поскольку была: низенького роста, худого телосложения и вполне смахивала сзади на молодую девушку, чем на взрослую женщину в соку.
Даже у бабы Мани тело было сексуальнее. Она хоть и пенсионерка, но была ещё о-го-го, плотного телосложения с приличной попой, огромными титьками и с полуседыми зарослями, между ног, скрывающими все её интимные места.
Хотя баба Маня была уже в возрасте, но тем не менее по-видимому вовсю ещё хотела мужика, потому что почти каждый раз прежде чем начинать мыться, она, лёжа в ванной сама себя удовлетворяла, теребя одной рукой титьки, а другой — орудовала между ног пока её не накрывал бурный оргазм.
Когда я первый раз через окошко в ванной увидел баб Маню в таком состоянии даже напугался, подумав, что ей стало плохо, потому что, баб Маня протяжно стонала и тряслась как лихорадочная.
— Стас, Стас смотри у баб Мани припадки, её колошматит всю, надо кого-нибудь взрослых позвать... — выпалил я, спрыгнув со стула.
Но Стасик взгромоздясь на стул заглянул в ванную через окошко ехидно улыбаясь сказал.
— Да всё ништяк, это она просто так кончает.
— Ты чо никогда не видел, как бабы кончают?
— Нет! А где бы я видел... — оправдывался я.
— А чо ты не разу не слышал, как у тебя мать кончает, когда батя её е*ёт... — удивился Стас.
— А где бы я слышал они в другой комнате спят и дверь на ночь закрывают... — ответил я.
— Ну с тобой всё ясно, ни хрена ты еще не понимаешь в колбасных обрезках. — пошутил Стасик.
Вообщем Стасик тогда мне всё объяснил на пальцах как мог про женский онанизм и оргазм.
Оказывается, тёть Люся тоже иногда сама себя удовлетворяет, когда долго с мужиками не спит.
Как-то в очередной раз подглядывая за баб Маней Стасик вдруг предложил мне.
— А давай у баб Мани стырим труселя, пока она моется, и понюхаем, чем старая пи*да пахнет. Комнату она не запирает и в ванную ходит только в халате без трусов, значит трусы дома заранее снимает.
— Ты чо дурак? Тебе то пофигу, а меня батя с маманей убьют, если узнают от бабы Мани.
Возмутился я.
— Сам дурак, всего ссышь.
— Ну стырь тогда труселя своей мамани сравним с моей у кого пи*да кайфовее воняет!
Подстёгивал меня Стасик.
Я заинтриговался его предложением. Раздельно то я пробовал запахи обоих трусов и матеренных и тёти Люсиных, а чтоб сравнить в отличии Стасика не догадался.
Я согласился и пошёл к себе домой искать в грязном белье материны ношенные трусы.
А Стасик пошёл в ванную за тёть Люсиными трусами.
Светки дома не было, и я без проблем выбрав нужные трусы посвежее, пошёл в комнату к Стасику.
Он меня уже ждал сидя на диване, нюхая трусы своей мамани.
— Дверь закрой на крючок, на всякий случай.
Предупредил он.
— Ну чо давай сравним.
Предложил Стасик.
И мы, понюхав каждый трусы своих матери, обменялись трофеями.
Были конечно отличия, но большой разницы я не ощутил.
Что матня материных трусов что матня тёть Люсиных трусов пахли мочой и вагинальными выделениями.
А Стасик балдел:
— О кайф!!!
И досконально обнюхав матню трусов моей мамани начал дрочить писун, а затем обвернув его матнёй продолжил дрочить уже трусами представляя, как будто е*ёт мою маманю...
Я последовал его примеру и обвернув свой член тёти Люсиными трусами тоже стал дрочить.
Ой-ёой-ёой!!! Как ништяк!!! Как будто твою маманю е*у!!!
Восторженно выл Стасик извергая порциями свою сперму в матню трусов моей матери.
Я тоже кончил, но менее восторженно, спуская в тёть Люсины трусы.
— Ох, хорошо!!!
— Виталь, потом оттащи их назад на место, чтоб нам не спалиться. — — тяжело дыша выпалил Стасик:
— А маманины я потом оттащу в ванную, она всё равно их там бросает. — — продолжал Стасик, вернув мне назад трусы моей матери изрядно обтруханной матнёй его спермой.
Отдышавшись он продолжал:
— А кстати Виталя, ты е*ал кого-нибудь? По-настоящему, вживую?
— Нет. — ответил я.
— А я маманю позавчера е*ал. — гордо похвастался он.
— Да не ври! — вырвалось у меня.
— Гадом буду! На зуб клянусь! — выпалил Стасик.
«Видел какая она пьяная была позавчера.
Ну и вот вечером ей приспичило поссать, и она поплелась в туалет в одной комбинашке. Туда дошла, а назад сил не хватило, уснула сидя прямо на унитазе. Я её пытался разбудить, бесполезно, пришлось сонную тащить домой, благо что маленькая не сильно тяжёлая.
Дотащил я маманю до кровати, положил поперёк, и собрался было уже закидывать ноги на кровать, но тут увидел её голую пи*ду. Маманя оказывается была без трусов, да ещё расшиперилась, так что аж вся ман*ень её расшиперилась. Я от увиденного чуть слюной не подавился. Сразу полез её щупать, а мамане пофигу, лежит на спине и уже вовсю похрапывает. Ну тогда я вообще обнаглел и раздевшись полез её е*ать, правда с первого раза ничего не получилось. Я кончил пока х*й засовывал в её в пи*ду. Я даже не понял толком ничего только почувствовал, что спускаю мо*офью мамане на лохмашку. А маманя продолжает спать как ни в чем не бывало. Тогда я её повернул на живот, и стал е*ать сзади до победного конца пока не кончил второй раз ей прямо в пи*ду. Во Виталя кайф был!»
Я конечно не совсем поверил Стасику, но кто его знает может действительно было так, рассказывает он складно, да и я ведь видел в каком состоянии действительно была тётя Люся тогда, ну и Стасик на зуб поклялся.
Он мне потом ещё частенько хвалился, что пользуется беспомощным положением матери, и поёбы*ает её систематически. Я даже стал верить ему и завидовать, что Славик уже имел по-настоящему свою мать, а я только мечтал об этом, вынюхивая матню грязных трусов своей матери.

 --- Долг платежом красен --- (минет, по принуждению, подчинение)

Анна Михайловна, женщина 43 лет, невысокая, но достаточно стройная, с длинными светлыми волосами, небольшой грудью и попой, сидела в полупустой квартире и думала, как ей жить дальше.
С мужем она развелась давно, отсудив у него приличную часть имущества, а ее новый мужчина убедил женщину организовать бизнес и в итоге сбежал с молодой секретуткой и всем бизнесом, оставив женщину в долгах.
Из раздумий ее вырвал громкий стук в дверь.
— Кто там? — глазок явно был чём-то прикрыт.
— Ты долг возвращать собираешься?
Женщина допустила роковую ошибку, она приоткрыла входную дверь, которую тут же распахнула сильная мужская рука.
— Ах! Я... я...
— Что ты мямлишь, курица?! Где долг?! — грубо сказал крепкий молодой мужчина, лицом он никак не походил на выбивателя долгов.
— Я... и так все распродала... у меня и так уже ничего не осталось...
Мужчина осмотрел квартиру.
— Я вижу, но долг отдавать надо!
— Я... я...
— Что «я-я»?! Когда долг вернёшь?
— Я стараюсь... я...
— Когда?
— Не знаю... я ищу деньги...
— Ты просрочила все выплаты!
— Я знаю... просто это даже не мой долг... меня вынудили обманом взять эти деньги и организовать своё дело, а потом меня кинули... и...
— В документах твоё имя!
Анна закрыла лицо руками и заплакала от безысходности. Мужчина оглядел женщину, заострив внимание на ее бёдрах и, приоткрытой махровым халатом, груди.
— Ладно! Можем кое-что придумать, по отсрочке выплат...
Женщина подняла на него заплаканные глаза и ей не понравилась его хищная ухмылка.
— Что вы имеете ввиду?
— Женщина ты ещё ничего такая... если все сделаешь правильно, то месяц отсрочки могу тебе гарантировать!
Анна сглотнула.
— Что надо сделать? Я не понимаю...
— Что ты дурочку то включаешь, блять?! Вставай на колени и соси! Или если сейчас же заплатишь, пиздец тебе!
Женщина не верила в происходящее, раздумья заняли у неё пару секунд, после чего она опустилась на колени. Мужчина расстегнул брюки и его привставший член, внушительных размеров, оказался прямо перед лицом Анны. Она несмело взяла его в руку и начала посасывать пунцовую головку.
— Ты, блять, издеваешься?!
Мужчина положил руку ей на затылок и надавил так, что женщина, выпучив глаза, нанизалась ртом на член до самого основания, она давилась, член с трудом помещался у неё во рту, не давал дышать.
— Ты никогда таких хуев не сосала что ли?
Он взял ее за голову и стал жестко трахать ее рот, с губ Анны стекали слюни.
— Глак... глоп... мммфх...
— Да! Вот так, сука!
Он продолжал трахать рот женщины, а одну руку запустил ей в халат и стал мять грудь, больно щипая за соски. Наконец он вынул член из ее рта и женщина стала жадно хватать воздух ртом, пытаясь надышаться. Сильным рывком он сдернул с неё халат, Анна даже не пыталась прикрыться.
— Да! А ты ещё ого-го! Ебать можно!
Он отвёл женщину в спальню и положил ее на спину, заставив свесить голову с края постели, и снова вставил ей в рот свой член, а руками начал мять ее груди, выкручивая соски. Анна снова начала издавать нечленораздельные звуки, слюни потекли по лицу. Рука мужчины добралась до ее лобка, заросшего кучерявыми волосами, он грубо протиснул ладонь между ляжек и провёл пальцами по промежности.
— О! Да ты мокрая! Нравится, когда грубо ебут? А, шлюха?
— Гхкм... мммф... — Анна не хотела себе признаваться, но происходящее ее возбуждало, уже год как у неё не было мужчины.
Мужчина вытащил член из ее рта, рывком поднял за руки и поставил раком.
— Ааай! — вскрикнула Анна от звонкого шлепка по ягодице. Мужчина грубо, резким рывком вошёл в неё, он намотал на кулак волосы женщины, заставив ее выгнуться и задрать вверх лицо.
— Какая у тебя узкая пизда то! Знал я телок, у которых шире были, а они вдвое моложе тебя были!
Он снова сильно ударил ее по ягодице, заставив женщину вскрикнуть от боли и оставив на попе красный отпечаток ладони. эротические рассказы Мужчина стал трахать Анну резкими движениями, его член входил в неё на полную длину, заставляя ее вскрикивать от каждого толчка.
— Ах! О! Уфф!
Женщина громко стонала, она уже не понимала больно ей или приятно, ощущения перемешались, она поймала себя на том, что уже подмахивает бёдрами навстречу члену.
— Да ты у нас шлюха! Самой нравится, да?! — ещё два звонких шлепка обрушились на ее ягодицы, оставляя следы.
— Ай!
Вдруг, мужчина резким движением загнал в неё член до упора, она почувствовала как он пульсирует в ней и как горячая жидкость заполняет ее, ее бёдра задрожали от судороги.
— Вот так, сука! — он вышел из неё и Анна упала лицом в подушку.
— В следующий раз жопу тебе разъебу! Так что лучше собери деньги, сука!
Мужчина стал собираться, как вдруг хлопнула входная дверь и послышался щелчок замка.
— Ты чего так долго? — Анна услышала другой мужской голос.
— А, развлекаетесь!
— Уже нет, закончили. Думаю, она усвоила урок.
— Ну пусть хоть отсосет мне.
Второй мужчина стал расстегивать брюки.
Анна почувствовала, как его член бьется о ее губы.
— Давай, сука, открывай рот! — скомандовал мужчина. Женщина послушно выполнила приказ и стала сосать, его член набухал в ее рту и когда он окончательно встал, мужчина стал грубо трахать Анну в рот.
— Неплохая соска! Это я вовремя зашёл!
Его член был не такой большой, как у первого, но все равно с трудом помещался у неё во рту. В один момент он сильно прижал ее лицо к своему лобку и задержал, член мешал дышать.
— Гхкм... мммм...
Мужчина вытащил член, развёл ноги Анны в стороны и приставил его к ее промежности.
— А ты течёшь, шлюшка! Слышь, а ей самой это нравится! — обратился он к первому мужчине, докуривающему у окна.
— Главное она вообще не разъебанная! — первый мужчина подрачивал член, наблюдая за происходящим.
Мужчина лёг на Анну сверху и она почувствовала, как его член входит в неё.
— Ааах! — она непроизвольно застонала.
— Очень узкая! Да ещё и стонет!
Размашистыми движениями он стал трахать Анну, отзывавшуюся стонами на каждое движение. Вскоре подошёл первый мужчина и вставил ей в рот свой стоящий член. Стоны превратились в мычание, а когда член проникал в горло то и оно затихало. Так продолжалось довольно долго, Анна несколько раз кончила и обессиленное тело просто колыхалось в такт движениям. Второй мужчина глубоко загнал в неё член и по пульсациям, она поняла, что он кончил. Первый тоже не отставал и, притянув руками голову женщины к своему лобку, стал кончать ей в горло. Анна без сил лежала на постели, из угла рта вытекала капля мутной жидкости.
— Если через месяц не вернёшь долг-порвём тебе очко, сука! Это так... напоминаю!
Мужчины собрались и стали уходить, Анна только слышала их удаляющиеся голоса.
— А ничего сучка то такая! Узкая, почти как целка, да и ебется с удовольствием!
— Сам охуел от такого! Ну чего?! Погнали в сауну?
— Поехали!
 --- Шалости --- (анальный секс, минет, случай, студенты)
Учебный процесс шел своим чередом. Начался последний месяц зимы. Слегка потеплело, но большие аудитории после морозов еще не успели прогреться. Хорошо, что последняя пара по планированию и прогнозированию проходила в небольшом помещении. Преподавательница раздала методички с заданиями, и все принялись решать свои варианты. Поправила коричневую куртку, наброшенную на плечи, подула на руки. Плохо, что смартфон не реагирует на пальцы в перчатках. Экран погас, задумалась и смотрела на своё отражение в темном прямоугольнике. Слышала шёпот одногруппников, шум ветра за окном. Серое одеяло из облаков полностью укутало небо. Моментами сыпал мелкий снег, переходящий в дождь.
Сегодня сидела с Иркой, она сама считать ленилась и ждала, когда я всё сделаю и дам ей списать. Всё равно давали один вариант на парту. Она листала каталог косметики, разглядывала то помаду, то блеск, то карандаши. Перед нами сидела Милана и Аня. Они увлеклись подсчётами. Первая хоть и старалась выпрямить волосы, но они всё равно крутились. Вдыхала сладкий аромат её стойких духов. Кажется, у неё появился небольшой животик. Она не хвасталась, а напрямую спросить о беременности не решалась. Видела, как вчера её забирал брат. В машине сидела, какая-то девушка. Кирилл в целом не плохой, он в открытую намекал о более тесных отношениях и совместной жизни, к чему я явно еще не готова.
— Илона, как тебе? — Ирка легонько толкнула меня локтем. — Правда классный цвет, — показывала мне свой гаджет. — Давай закажем, тебе такой точно пойдёт.
— Не знаю, — скривилась и пожала плечами. — Сколько он?
Она потянула пальцем и показала цену. Только подняла брови от удивления. Чего они в него запихнули, что так дорого. Ирка заметила и широко улыбнулась. Она слегка полноватая, среднего роста, в целом симпатичная. Она жила на квартире, её родители боялись, что общага испортит их скромную девочку. Хотя подруга не отказывалась потусоваться на вписках и выпить, что иногда заканчивалось отличными групповушками. На ней сегодня серые джинсы и теплая бордовая кофта с широкими рукавами.
— Работаем, работаем, — прозвучал голос преподавательницы. — Не отвлекайтесь, а то не успеете за пару, — она скользила суровым взглядом по шумящим студентам. — Первым никаких дополнительных вопросов.
Она дёрнулась от холода, постукивала ручкой по журналу. Ей самой хотелось поскорее убежать домой, а не мёрзнуть в универе. С коридора доносились какие-то голоса. Судя по шуму, скорее всего, кого-то отпустили с лекции, и довольные студенты разбегались по домам.
— Доделала? — шептала мне на ушко соседка по парте и писала в свою тетрадь.
— Еще немного, — глубоко вздохнула и наклонилась к методичке.
— Давай быстрее, — подгоняла меня Ирка. — Если что-то спросят я ж ни фига не знаю, — смотрела на меня своими серыми глазами, как-то странно задергалась на стуле.
— Ты чего? — покосилась в её сторону и дальше составляла функцию.
— Ах, — она махнула и загадочно улыбнулась. — Потом расскажу.
Наверное, вчера снова кто-то хорошо поработал над её дырочками. У неё и походка слегка изменилась. Потерла ладошки и писала дальше. Взглянула на своё отражение в экране телефона, поправила тёмные волосы. Улыбнулась сама себе. Я среднего роста, привлекательная, стройная. Всегда ловила на себе похотливые взгляды мужчин. Они любят полюбоваться моей грудью второго размера или попочкой. Ирка снова вертелась рядом. Аудитория активнее взялась за подсчёты. Из большого окна дул холодный, зимний ветер. Часть окон поменяли в декабре прошлого года, но в это крыло еще не добрались. Села поудобнее, попа попала на холодную часть стула. Хорошо, что последняя пара, сейчас пойду к себе в комнату, выпью горячего чая или какао, ощутила, как по телу растекалось тепло.
Пальцы замерзли и цифры получались корявыми. Снова подсчитывала прогнозные объёмы продаж товаров. Ирка коленом коснулась меня, но быстро убрала ногу. Обменялись с ней улыбками. Хоть нас несколько раз и трахали вместе, как-то ласкать её не приходилось. Несколько раз приходила к ней на квартиру, но наедине с ней никогда не оставалась. Хотя Андрей часто вспоминал, как мы с ней голыми лежали у него на кровати на день студента. Выходит, в позапрошлом году, аж не верится. Одногруппница перебрала, доставала потом с расспросами, кто успел воспользоваться её дырочками. Улыбнулась, приятное тепло растеклось по телу. Так и представила её промежность в сперме, большие губки, растянутые дырочки, потеки спермы на бёдрах. Облизала губы, сосочки набухли.
— Ну, — Ирка снова толкнула меня и в тетрадке появился какой-то каракуль. — Видишь, они сдавать идут, — кивнула в сторону.
— Да не парься, сейчас график нарисуем и всё, — перелистнула страничку и достала линейку из сумочки.
— Э, э — она вернула листок обратно и быстро переписывала, крутила своей попой на стуле.
Терпеливо покручивала карандаш и ждала, когда она закончит списывать. Преподавательница принялась проверять первые работы. Смотрела на серые облака и летящие снежинки, потянула куртку. Как Таня пришла в юбке? Взглянула на её тоненькие ножки в серых колготках, на мне теплые, черные штаны, колготки того же цвета и всё равно ощущался холод. Потянула рукава темно-зеленой кофты.
— Всё, — напомнила о себе Ирка. — Быстрее рисуй график.
Вздохнула, показалось, что выпустила небольшое облако пара. Аккуратно расчертила оси и ручкой принялась отмечать точки. Соседка старалась с точностью копировать все мои действия. Сома подергивала ногами, ботинки тихонько постукивали по полу. У кого-то зазвонил телефон, но моментально затих. Повернула голову, осмотрела одногруппников. Встретилась взглядом с Андреем, он игриво помахал мне пальчиками. Дима что-то усердно считал и смешно кривился, шевелил губами. Подружка толкнула меня.
— Ну? — вопросительно смотрела на меня. — Налюбуешься еще им. Что дальше рисовать?
Взялась соединять точки. Первые собирали свои вещи. Никогда не знала, как назвать свои отношения с Андрюшей. Часто гуляли вместе, развлекались, но сказать, что готовы к чему-то большему нельзя. У нас с ним волосы почти одного цвета, он стройный, среднего роста, с округлым лицом. Всегда казался мне весьма симпатичным. Как-то толком с ним и не гуляла после нового года. Всё вмешивались разные обстоятельства. Ему никак не получалось спровадить противного младшего брата. В такие моменты всегда радовалась, что я единственная дочка.
Соединила точки на листочке, получилось не очень красиво, но перерисовывать не хотелось. Не факт, что получится стереть нормально. Написала в низу функцию под кривой. Прогноз на пять лет готов. Часто ходила к маме на работу, но ни разу не видела, чтоб они считали что-то подобное.
— Идём? — обратилась к Ирке и принялась собирать свои вещи.
— Ты сделала? — Милана обернулась и посматривала на мою тетрадку.
— Ага, — кивнула и сунула руки в холодные рукава, мурашки пробежали по коже.
— Куда во второй формуле подставлять прогнозное число населения, — она подняла свою тетрадку.
— Сюда, — указала ей пальчиком.
— Чёрт, — вырвалось у неё, она махнула своими кудряшками и принялась зачеркивать.
Поднялась, закинула сумочку на плечо, подошла к преподавательнице и положила тетрадку на её стол. Ирка подала свою, но пряталась за мной. Ощущала её дыхание у себя за спиной. Разглядывала зеленую стену аудитории, старую потертую мебель, синие крашенные парты. Несколько пошлых надписей корректором сразу бросались в глаза.
— Всё правильно, — тихо произнесла преподавательница и поставила плюсики в журнале. — На сегодня вы свободны.
Ирка вздохнула с таким облегчением, что словно сдала не только работу, но и весь экзамен. Чуть не хихикнула, но смогла себя сдержать. Сунула тетрадку в сумочку, еще раз осмотрела одногруппников. Старалась вспомнить расписание Янки.
— До свидания, — почти одновременно мы попрощались и вышли в коридор.
Тихо шагала и возилась с замком на куртке. Ирка слегка отставала от меня. Снова взглянула на неё, она как-то странно ступала.
— Ты чего? — махнула ей рукой и достала перчатки из карманов. — Догоняй.
— Ох, — она пощупала свою попу. — Давай в туалет зайдем.
Мне особо не хотелось, но можно и заглянуть. Ирку потянула дверь, я вошла за ней. Пахло хлоркой, и табаком. У окна курила блондинка и с кем-то болтала по телефону. Кинула на нас взгляд и быстро переключилась на разговор. Мы разошлись по кабинкам. Вернулась из неё и подошла к зеркалу. Хотелось поскорее убежать на свежий воздух. Смотрела на своё отражение, поправила волосы, достала помаду, подрисовала губки. Улыбнулась сама себе. За спиной показалась одногруппница, она склонилась над умывальником и что-то мыла.
— Что там у тебя? — пыталась разглядеть предмет в её руках. — Уронила что-то?
Хихикнула, блонда у окна снова посмотрела на нас, выпустила облако дыма и дальше рассказывала, как она вчера пробовала два сорта самогонки и экспериментировали над коктейлем их них. Гадость, гадостью, показалось, что ощутила её вкус. Шагнула ближе к подружке. Наверное, что-то из кармана выпало в унитаз. Вспомнила, как в селе рассказывал один бабушкин знакомый, что он уронил колхозную печать. Дальнейшая его история ничем хорошим не выделялась. Зато как смеялась, когда услышала его рассказ. Улыбка растянулась на устах, посмеивалась на одногруппницей.
— Помыла? — смеясь тихо уточнила я.
— Ага, — она осмотрелась по сторонам и показала мне анальную пробку. — С утра с ней ходила, но домой не пойду. Устала за пол дня, все и так смотрят.
Задрожала, сглотнула, дыхание участилось. Дырочка отреагировала порцией смазки. разглядывала блестящую, серебристую пробку. Где-то сантиметра два-три в диаметре, в её поверхности видела наши вытянутые фигуры.
— Не хочешь походить? — предложила Ирина и протянула мне предмет. — Это что-то с чем-то, — она мотала головой и скривилась. — Теперь так пусто, словно, ну ты поняла.
Сглотнула, потирала руки, не знала, что ей ответить. Разглядывала игрушку под болтовню блондинки, что она слабо помнит, как закончился вчерашний день и с кем трахалась. Несколько раз пробовала подобные игрушки, но как-то своими не обзавелась.
— Пошли, она мотнула на кабинку я тебе вставлю или сама, — подружка протянула мне пробку. — Тебе до общаги близко, не понравится вытащишь, а завтра принесешь. Мне вернуть нужно.
Не могла принять решение. Снова колебалась. Развратная часть меня требовала приключений, другая останавливала. Стало жарко. Понимала, что сейчас закончится пара и народ повалит домой, а так смогу незаметно доковылять до общаги. Вдыхала неприятный запах табака. В телефоне пикнуло сообщение, но доставать его не хотелось.
— Давай, — Ирка взяла меня за руку и потащила к кабинке. — У меня и смазка есть, — она рылась в сумочке. — Я тебе помогу, если хочешь, — она протянула мне тюбик со смазкой. — Идём, — потянула дверь и кивнула на кабинку. — Соглашайся. Я раз чуть не кончила.
Ирка слегка покраснела, блондинка, наверное, что-то услышала и поглядывала на нас через плечо и покручивала тонкими пальцами с ярко красным маникюром черную сигарету. Всегда колеблюсь с принятием решений. Здесь стояла очередная дилемма. Одногруппница потяну меня в кабинку, закрыла дверь. Она развратно улыбнулась, выдавила из тюбика смазку и аккуратно растирала её по блестящей поверхности. Вздрогнула, не верилось, что игрушка сейчас окажется в моей попке. Дрожащими пальцами расстегивала пуговку на штанах, спустила их до колен. Осторожно опустила колготки. Взялась за черные слипы. Хотелось согреть руки, сердце билось быстрее. Не могла понять мне жарко или холодно.
Дверь хлопнула, чуть не крикнула. Ирка улыбалась и продолжала растирать смазку. Слышала цокот каблуков по старой коричневой плитке. Не знала, как лучше ввести её в себя. Хотела шире раздвинуть ножки, но у меня не получалось. Кожа покрылась пупырышками. Подружка протянула мне тюбик. Выдавила себе на пальчик, холодна жидкость коснулась промежности. Как могла старалась смазать анус, проникала в него пальчиком. Потянула половинку попки, прогнулась чуть больше. Ощутила, как набухшие сосочки уперлись в лиф, по бедру покатилась капелька смазки. Боялась испачкать куртку. Кто-то ещё вошёл в туалет. Слышались голоса девушек. Показалось, что они сейчас видят всё происходящее. Щёки раскраснелись.
— Сама вставишь? — подружка улыбалась и протянула мне пробку. — Или мне?
— Давай лучше ты, — тихо ответила ей и прогнулась. — Только осторожно.
— Ага, попу раздвинь, — попросила она и стала за мной.
Растянула половинки, сумка повисла на плече. Наклонилась чуть в другую сторону. Глубоко и часто дышала, прислушивалась к голосам девушек. Кто-то дёрнула за дверцу, спокойно перешла к соседней кабинке. Время тянулась так медленно. Прохладная игрушка коснулась дырочки. Ирка покручивала и кончик плавно погружался в меня. Ощущала легкую прохладу, сильнее стиснула зубы. Не хотелось, чтоб нас услышали. Пробка вошла глубже, она казалась просто ледяной, словно в меня вводили сосульку. Пыталась расслабится, но у меня не очень получалось. Ноги слегка дрожали, трусы и штаны врезались в ноги. Одногруппница надавливала и предмет всё погружался в мои внутренности.
Потекла еще сильнее, присутствие девушек рядом добавляло адреналина. Сердце быстро колотилось, спина покрылась капельками пота. Ладошкой уперлась в старую голубую плитку, другой рукой оттягивала попу. Иркины холодные, влажные пальцы коснулись меня. Взглянула на неё, она увлеченно разглядывала мою промежность, легонько двигала игрушкой. Смазка тихо чавкала. Захотелось кончить, но боялась, что тогда меня точно услышат. Встретилась с ней взглядом.
— Ир, — кивнула ей и слегка сдвинула свои брови.
— Увлеклась, — она слегка покраснела, надавила и пробочка легко проскользнула в кишку. — Как тебе?
— Непривычно, — старалась понять свои ощущения. — Немного холодно еще, — подтягивала трусики обратно, подёргала бёдрами. — Мешает немного. Кажется, что нужно, — покосилась взглядом вниз и осторожно натягивала колготки.
— Ага, — одногруппница качнула головой и разглядывала мои ноги. — Скажешь завтра сколько смогла с ней проходить.
— Хорошо, — застегивала пуговку на штанах, показалось что игрушка еще глубже вошла в меня. — Она не провалится совсем?
— Не а, — Ирка махнула рукой и улыбнулась. — Не бойся, я с ней не первый раз хожу. Ты всё?
Кивнула в знак согласия. Подружка открыла дверь и вышла из кабинки. Последовала за ней, но почему-то казалась, что пробка сейчас выскочит при ходьбе, хотелось ступать чуть шире и придерживать её. Изучала новые ощущения, румянец залил щеки. У умывальника топтались двое первокурсниц, они обсуждали какого-то парня и не обращали на нас внимание. Застегнула куртку, вышли в коридор. Прозвенел звонок, аудитории открылись и десятки студентов хлынули в коридор. Двигалась в потоке, казалось, что все смотрят на мою попу и знают, что я заполнена. Смотрела на пол и боялась встретится с кем-то взглядом. Звуки толпы окружал меня. Осторожно спускалась по лестнице, придерживалась за перила, большая часть обгоняла меня.
Пробочка легонько двигалась во мне, хорошо, что она не большая. Очень хотелось протянуть руку и прикоснуться к себе. Старалась контролировать себя. Схватилась ладошкой за шлейку сумки. Хотела быстрее оказать на улице, добраться до общаги. Сейчас обрадую Янку, поиграюсь с её попочкой. Представила её голую на своей кровати, как растягиваю её дырочки. Снова в голову полезли развратные мысли. Вышли в холл, взглянула на свое отражение, поправила шапку на голове. Ирка довольно улыбалась. Неужели, настолько изменилась моя походка. Поспешила к выходу. Проскользнула на улицу, медленно спускалась по обледеневшему крыльцу. Балансировала руками, могли б посыпать. Взглянула на дорожку, тянущуюся к общаге. Студенты кутались от холода и разбегались в разные стороны.
— Как тебе? — спросила Ира и завязывала красный, теплый шарф.
— Как ты с ней полдня проходила? — не могла понять лучше расслабить попу или сжать её поплотнее.
Она скривилась и пожала плечами, обменялись с ней улыбками. Наши щеки покраснели толи от возбуждения, толи от мороза. Вдыхали влажный, холодный воздух. Ветер уносил от нас облака пара. Вспомнилось, как с Юлькой садились и пытались определить, кто из нас сможет выпустить большее облако, но определить победительницу не смогли.
— До завтра, — попрощалась со мной подружка, улыбнулась и оценивающе смотрела на меня.
Махнула ей на прощание и двинулась к общаге. Осторожно ступала по обледенелому асфальту. Местами лед укрывал мелкий снежок. Поглядывала на светящиеся окна общежития. За ними мелькали фигуры студентов. Пыталась узнать кого-то из знакомых, но на таком расстоянии не получалось. Интересно, Ирка за мной наблюдает. Осторожно взглянула на дорогу, но в движущейся толпе её не видела. Глубоко вздохнула, сейчас бы точно победила подружку в нашей детской игре. Наше окно не светилось. Янка, наверное, еще не пришла. Может на обед плов сделать или лучше стушить картошку, голод наполнил о себе легким урчанием в желудке. Рот заполнился слюной, а может, Янка сварит макароны, а я быстро сделаю подливу.
Меня обогнали двое парней, один обернулся и взглянул на меня. Быстро опустила голову. Не хотелось, чтоб они узнали меня. Неужели я иду как-то странно. Пробка мешала и слегка смещалась при ходьбе, очень хотелось прикоснуться к ней. Холодный ветер раздувал мои волосы. Ветки деревьев с каким-то странным звуком покачивались. Серость угнетала, хотелось взять кисточку, мокнуть её в краски и разрисовать всё.
— Илона! Илона! — услышала я крик и повернула голову. — Постой, — Андрей махнул мне рукой и бежал по дорожке.
Чёрт, недовольно скривилась. Только его мне не хватало. Покосилось на своё окно. Что ему сейчас нужно? Друг приближался и махал пакетом. На нём темно-синяя куртка с капюшоном, поднятый воротник скрывал большую часть его лица.
— Ты куда сейчас? Пошли погуляем, перекусим, а там ко мне, — предложил он мне и довольно улыбался.
— К себе, — кивнула в сторону общаги, думала, как культурно отказаться. — Холодно гулять, — скривилась и топталась на месте, мимо проходили студенты, приходилось с ними здороваться. — Давай в другой раз.
— Я сегодня Захара отправил к его другу, он у него ночевать останется, — Андрей протянул мне руку. — Зайчонок, пошли, — старался сделать невинное лицо. — Давно не гуляли вместе. Я соскучился.
— Ты сейчас снова засядешь за свои танки, — думала какие еще привести ему аргументы. — И так холодно, — вздрогнула.
— Я тебя согрею, — он подошёл ко мне еще ближе. — Дома у нас тепло, ветер совсем в другую сторону, — легонько обнял меня, пытался поцеловать в щеку. — Идём, — взял меня за руку и потащил.
— Мне к себе зайти нужно, — не знала, что еще придумать на ходу. — Янке нужно сказать, что я к тебе иду.
— Позвонишь ей, — он ускорил шаг, а игрушка во мне всё больше напоминала о себе. — Давай быстрее, согреемся.
Чёрт, снова взглянула на своё окно. Думала, удастся избавится от пробки. Теперь придётся ходить с ней. Большая часть студентов шла после пар в общагу и приходилось идти за Андрюшей. Может дёрнуть руку и убежать. Хотя вряд ли у меня получится. Он меня догонит, придётся изображать дурочку, да и шансы свалится на ледяной корке. Представляю, как все дружно заржут над таким падением. Одногруппник крепко сжимал мою ладошку. Как-то двигала мышцами, не могла понять свои ощущения. Угораздило меня согласится. Вот и всё планирование, и прогнозирование, скорчила какую-то гримасу. Свернули на дорожку к городу. Вдали мелькали разноцветные авто, слышался шум моторов. Я пыталась идти рядом с парнем, но не успевала за ним.
— Давай на пиццу, а потом по центру к парку пройдёмся и ко мне, — предложил Андрей маршрут и пристально смотрел на меня. — Зайчонок, у тебя болит что-то? Ты так медленно идешь.
У меня аж рот открылся. Нервно сглотнула, вздрогнула, показалось, что он ощутил моё волнение. Может, сказать ему о игрушке. Не хотелось показаться на столько развратной. Сразу куча вопросов, придётся врать откуда она у меня взялась.
— Скользко очень, — кивнула на тротуар. — Не спеши так, а то ещё упадем. Один лёд на дороге.
— Хорошо, — парень замедлился, возможно, засомневался, но приставать с вопросами не стал. — Давай с собой пиццу возьмем или ты что-то приготовишь на ужин?
— Ты как хочешь? У вас же вечно пустой холодильник.
— Можем в магазин зайти, купим продукты. Мне нравится, как ты готовишь.
— Спасибо, — посмотрела в его сторону и улыбнулась. — Тогда купим, в супермаркете. Покормлю тебя. Поможешь мне готовить?
Андрей довольно закивал. Большого желания возится с едой не возникало, но захотелось порадовать его. Понимала, что ему не просто без родителей, которые несколько лет на заработках в Италии. Ветер сыпал в лицо мелким снегом, наклонила голову. Хорошо, что улицы почти безлюдные. Не хотелось с кем-то случайно столкнуться. Лёд заковал тротуар, если б его выровнять вполне получилось б покататься на коньках. Вспомнилось, как ходила с отцом зимой на речку, он катался на старых коньках, показывал какие-то элементы. Затем дядя Лёня попытался покататься, у него толком ничего не получалась. Смеялась над его падениями, улыбка растянулась на лице.
Предмет в попке напомнил о себе, улыбка сменилась какой-то гримасой. Хорошо, что Андрей не видел моё лицо. Он игриво перебирал мои пальчики. Снова взялся рассказывать о своих победах на полях виртуальных танковых сражений. Слушала его и кивала. Прикидывала приблизительное меню и на вечер. Парень пытался ускорится, но быстро шагать за ним не получалось. Нас обогнал какой-то мужчина, глянул в нашу сторону. Дрожь охватила тело, а если он догадался. Он отдалялся от нас, ветер раздувал его чёрное пальто. Даже не успела разглядеть его лицо.
— Идём сюда, — друг прервал мои размышления и кивнул в сторону. — Или ты хочешь в другое место?
— Сойдёт, — согласилась с ним, сейчас в туалете вытащу игрушку, улыбнулась и разглядывала пиццерию через большое окно.
— Берём только пиццу? — Андрей потянул дверь и жестом пригласил меня.
— Ещё сок, — задумалась и потянула замок куртки, в помещении вкусно пахло, рот быстро заполнился слюной, несколько раз сглотнула. — Себе можешь еще что-то взять. Ты заказывай, а я схожу в одно место.
— Я вон там сяду, — он указала на столик в уголке.
Кивнула в знак согласия. Повесила куртку на вешалку, сунула в карманы шапку и перчатки. Посетителей почти нету. Две женщины средних лет о чём-то беседовали за чашечками кофе. Парень со смартфоном в руках смотрел какое-то видео и жевал большой кусок пиццы. Казалось, что кусочек помидора сейчас свалится ему на джинсы. Вспомнила, как сама несколько раз пачкалась ими. Глазами искала уборную. Симпатичная официантка подошла к Андрею и положила меню. Поглядывала на её пухленькую попочку в лосинах, коричневая клетчатая рубашка, зеленый фартук, черные волосы завязаны в высокий хвостик. Он красиво покачивался.
— Извините, а туалет у вас где? — подошла к столику и поинтересовалась у неё.
— Вон там коридорчик, — указала она карандашом и смерила меня взглядом. — Один на право, второй на лево. Вы сразу закажете или подойти позже?
Я махнула рукой Андрюше и направилась к коридору. Казалось они оба смотрели мне в след. Но повернуться в их сторону и проверить не решилась. После улицы стало жарко, попа при движениях отзывалась легким дискомфортом. Корила себя, что согласилась, но я и не думала идти к Андрею. Рассчитывала добраться до общаги, пошалить с Яной. Отправила бы её с игрушкой на кухню. Вошла в коридорчик, присматривалась к надписям на дверях.
— Илона, привет! — услышала я голос и повернула голову. — А ты похорошела, — парень смотрел на меня и тёр джинсы. — Как ты?
Хихикнула, всё же ему свалился кусок помидора. Оставил на джинсах заметное пятно. Сдерживала себя от смеха. Откуда он меня знает, вглядывалась в его лицо. Он немного выше меня, плотный, крепкий. На нём синяя кофта, полосатый черно-белый шарф на шее.
— Привет, — неуверенно ответили ему. — Всё хорошо. Ты солью посыпь, — посоветовала ему и улыбалась.
— А поможет? — как-то скептически смотрел на меня.
Пожала плечами, он быстро повернулся и направился к ближайшему столику. Прокручивала в пяти черты его лица. Большой нос, широкий лоб, карие глаза, вытянутая голова. Может учится в универе или живёт в общаге. Смотрела на его широкие и крепки плечи. Парень взял солонку и вернулся обратно. Я только успела открыть дверь туалета. Обменялась с ним взглядами. Теперь не знала толи самой зайти, толи его пропустить. Оба так и остановились.
— Ты здесь живешь или работаешь? — поинтересовался он вошёл в туалет, взглянул по сторонам, взял меня за руку и затащил к себе, закрыл дверь. — Может давай по-быстрому, как в школе.
Он прижал меня к себе и тисках попу. От него пахло перцем и томатами. Отталкивала его от себя.
— Ты чего, — он удивленно смотрел на меня. — Тебе же нравилось со мной. Илона! — он наклонил голову и продолжал мять попу. — В область переехала и скромницей стала?
Заморгала ресничками, не могла его вспомнить. Неужели, я с ним трахалась. Мурашки пробежали по коже, стало жарко, щеки залил румянец. Не знала, как вести себя дальше. Ощутила, как в живот уперся его бугор. Чёрт, скандалить с ним не хотелось, сейчас Андрей пристанет с расспросами, снова игрушка в попе.
— Ну давай, — он взялся расстегивать пуговку на моих штанах. — Часто тебя вспоминал, — рука скользнула мне в промежность и надавливала на киску через колготки. — Ты еще встречаешься с тем щуплым малым? Как ты вообще такому давала? Такая шикарная девушка.
— Нет, — отозвалась я и ощущала, как увлажнилась моя дырочка. — Давай не будем, — отталкивала парня от себя.
— Я твои дырки до сих пор помню, — он сильнее стиснул мою попу. — Чего ты ломаешься. Парни говорили, что с тобой всегда верняк.
Хихикнула, как-то слышала такие слова среди одноклассников. Старалась вспомнить, когда с ним пересекалась. На вид он слегка старше меня. Парень стаскивал с меня штаны, пыталась помешать ему, но он взялся за колготки.
— Перестань, не надо, — трудно дышала хватала его за руки. — Осторожно с колготками.
— Давай сама тогда, — он убрал руки и оценивающе смотрел на меня. — Давай вечером встретимся, я у друга установился, а ночью в Киев уезжаю.
Еще его мне только не хватало. На автомате спустила колготки к коленам. Он расстегивал ремень на джинсах. Хотелось незаметно вытащить пробку, но не знала, как это сделать. Покосилась на своё отражение в зеркале, не думала, что я так раскраснелась. Поднесла холодные пальцы и коснулась горячей щеки. Бежевая плитка с узорами красиво лежала на стенах. Смотрела на волосатые ноги парня, серые трусы обтягивали контуры члена. Он сновал прижал меня к себе, принялся стягивать мои трусики.
— Пойдешь со мной? — шептал он мне на ушко, мял мою грудь, тискал попу. — Помнишь, как компанией после школы собирались на хате у Лешего.
— Да, — он взял руку и положил на свой член. — Хочешь его? Куда тебе вставить?
Вздрогнула, помнила те посиделки с сексом. Там часто собирались парни постарше, ходила туда с Танькой. Капелька смазки потекла по бедру, сердце забилось быстрее. Поглаживала орган парня, он отзывался на мои ласки легкой пульсацией. Дыхание слегка участилось. Не дождавшись моего ответа, парень повернул меня, уперлась руками в умывальник, видела себя, его за своей спиной. Он спустил свои трусы. Услышала, как порвалась упаковка от презерватива. Повернула голову чуть в сторону, видела, как парень раскатывал защиту на свой сравнительно толстый 15—16 сантиметровый член, приплюснутая головка, выбритые, вытянутые яйца. Сглотнула, видела его довольное лицо.
— Прогнись чуть больше, — надавил он мне на спинку, постарался шире двинуть мои ноги, но у него не получилось, головка ткнулась мне в промежность. — Так что на счёт вечера?
— Я не могу, у меня планы, — тихо пробормотала ему в ответ и ощутила, как стержень проскользнул в меня, вцепилась в холодный умывальник. — Только осторожнее.
— Ох, как у тебя узко. Давно не трахали? — он тискал мою грудь и легонько покачивался. — Бля, ты еще лучше стала.
Старалась сдерживать свои стоны, тела тихо шлепали, яйца ударялись об меня. Неужели он не заметил игрушку в попе или делает вид, что не заметил. Наклонила голову, волосы покачивались, дыхание сбивалось. Импульсы наслаждения проносились по телу. Меня ждёт Андрей, а я здесь трахаюсь не известно с кем. Дырочки отзывались пульсацией от таких развратных мыслей. Если он пойдёт меня искать, он же догадается. Не могла предположить его реакцию. Он точно знал о моих шалостях в общаге, но никогда не затрагивал данной темы. Сильнее стиснула зубы, член через тонкую перегородку надавливал на предмет в моей попе. Ноги дрожали, штаны с трусами врезались в кожу. Ощущала, как зарождался оргазм.
Рука соскользнула, чуть не упала, хорошо, что он придержал меня. Шлепки стали еще громче, пробка двигалась, казалось, что во мне находится еще один член. Спина вспотела, по бедру покатилась капелька смазки. В коридоре слышались шаги. Сердце забилось быстрее. Парень сильнее тискал мою грудь, сосочек тёрся об чашечку лифа. В голове шумело. Как не старалась всё же приглушенные стоны наслаждения срывались с моего похотливого ротика. Толчки становились всё быстрее, крепкий и твердый поршень всё глубже входил в меня. Задрожала, крикнула и оргазм овладел мною. Стало легко и хорошо. Маленькая комната туалета моментально увеличилась. Теперь ряды плиток тянулись до бесконечности, они двигались, переплетались, складывали какие-то узоры. Показалось, что мы сейчас провалимся. Хотела куда-то бежать, но не могла двинуться с места.
— Ох, сучка! — доносилось откуда-то. — Кончила блядина. Нравится тебе?
Растерялась, подняла голову, волосы частично закрывали глаза. Всё кругом тряслось. Слышала, как участилось дыхание парня, он издавал какие-то звуки наслаждения. Прижал меня к себе, орган за пульсировал и выстреливал сперму. Оба глубоко дышали, хотелось избавится от мешающей одежды. Дрожащей рукой принялась поправлять волосы. Облизала губы.
— Мне нужно идти, — попыталась соскочить с его ствола, но он меня держал.
— Да, хорошо, — он отпустил мою грудь и сделал шаг в сторону. — Вечером не передумала потусить?
— Нет, — открутила воду и подставила под неё руки. — Как ни будь другим разом.
— Как хочешь, — недовольно буркнул он, стянул заполненную белой жидкостью резинку и швырнул её в ведро. — Почистишь? — он кивнул на свой обмякший инструмент с большой каплей спермы на головке.
Стряхнула руки, не знала, как вести себя дальше. Потянула трусы обратно, подняла чуть выше колготки. Склонилась на колено, перекинула волосы на одну сторону. Обхватила головку, в ротике сразу ощутила терпкий и солоноватый вкус смени. Губками выдавливала её остатки, сжимала ствол, рот заполнился слюной, пыталась её сглатывать. Орган реагировал на мои ласки и начинала расти.
— Илона, с тобой всё хорошо? — услышала я голос Андрея за дверью. — Уже пиццу принесли. Ты еще долго?
— Иду! Минутку! — вскочила, смахнула слюну, принялась вытирать губы. — Прячься в кабинку, — прошипела на ушко парню, открутила воду снова. — Сейчас руки помою только.
Потянула колготки, штаны, застегивала дрожащими пальцами пуговку. Корчила какие-то гримасы. Хотела вытащить пробку, но теперь придется с ней идти до его дома. Влажной ладошкой легонько протёрла губы и лицо. Помада почти стерлась, хотела накрасится, но руки дрожали. Потянула кофту, поправила волосы.
— Ну сколько тебя ждать? — недовольно подгонял меня Андрей. — Стынет же всё.
— Иду, — открыла дверь и старалась не подавать вида.
— Тебе что плохо? — он разглядывал моё лицо в полутемном коридорчике. — Ты здесь, наверное, минут пятнадцать.
— Разве, — старалась показать своё удивление. — У меня всё в норме, не переживай, — наклонилась и поцеловала его в щеку. — Идём.
Мы направились к столику, игрушка двигалась во мне. Киска приятно напоминала о недавнем проникновении. Села на стул, Андрей разместился напротив меня. Разглядывал моё лицо. Пицца приятно пахла, несколько раз сглотнула. Осторожно взяла с тарелки кусочек, принялась жевать.
— Очень вкусно, — пробормотала с полным ртом я и пыталась улыбаться своему другу.
Он почти сразу запхал в рот его большую половину. Мотнула головой, как у него и получилось. Мой старый знакомый вернулся за свой столик, поглядывал на меня. Старалась не смотреть в его сторону. Прокручивала воспоминания, но сходу вспомнить его не могла. Налила в стакан апельсиновый сок и сделала несколько глотков. Потянулась за очередным кусочком. Дернулась на стуле, может, еще раз отойти в туалет. Возникнут лишние вопросы или подозрения. Казалось, что из попы что-то выделяется и хотелось избавится от мешающей игрушки. Вся вспотела, щеки покрылись румянцем. Жевала и разглядывала рисунки на стене. Симпатичная официантка о чём-то шепталась с барменом, высокий, светловолосый парень с серьгой в ухе, она склонилась над стойкой. Хорошо видела её попку, просматривались контуры её трусиков. Интересно, между ними что-то есть.
— Будешь? — Андрей вывел меня из размышлений и показал на последний кусок.
— Я наелась, — махнула рукой и допила сок из стакана.
— С тобой точно всё хорошо? Ты вся красная, — он жевал и слова получались не чёткими.
— Правда? — поднесла холодные пальцы к щеке. — Всё нормально, — старалась не выдать свои эмоции. — На улице ветряно.
Он кушал, кивал головой и разглядывал меня. Хотелось убежать, кожа на лице горела от румянца. Нервно сглотнула, покручивала пальцы. Шла себе спокойно в общагу, потянула меня с ним гулять, а еще Ирка со своей игрушкой. Еще этот, покосилась на собирающегося парня. Не могла его узнать. Забавно, сколько раз он меня трахал. Хотела его имя спросить, но побоялась.
— Больше ничего не хочешь? — Андрей достал из кармана кошелёк и салфеткой вытер губы.
— Нет, наелась, — погладила себя по животу.
— Тогда иди одевайся, а я рассчитаюсь, — он поднялся и направился к стойке.
Встала со стула, подошла к вешалке, одела куртку. Из головы не шёл недавний секс. Чёрт, когда я с ним была раньше. Помнила походы к Лешему, посиделки, секс. Натянула шапку на голову, поправила волосы. Наклонилась к окну и подрисовала помадой губки. За окном спешили пешеходы, кутались в одежду от холодного ветра. Дождь больше сменился на снег, кружились снежинки и тонким шаром покрывали черный асфальт, но проносящиеся машины словно чертили на нём параллельные линии, создавая причудливый чертеж.
— Ты всё? — Андрюша застегивал свою куртку. — Ты и так очень красивая.
— Спасибо, — улыбнулась ему и кинула помаду обратно в сумочку. — Давай сразу в магазин и гулять не будем, а то погода плохая, — предложила и застегнула замок на куртке. — Погуляем, как потеплеет.
— Хорошо, — согласился друг и протянул мне руку. — Думай, что покупать.
Кивнула ему, обменялись улыбками, вместе вышли на улицу. Холодный ветер ударил в лицо. Попа напоминала о себе при каждом движении. Осторожно ступала по скользкому тротуару. Какая-то девочка в розовой куртке пыталась укрыться от летящего снега красным зонтиком, казалось, что её подхватит холодный северо-западный ветер и унесёт с собой. Вспомнила, как сама не удержала зонтик и его у нес ветер под колеса грузовика. Он мне так нравился, с нарисованными Мики и Мини Маусами. Я хвасталась перед подружками в детском садике. Сильнее стиснула руку парня, наклонила голову. Пожалела, что не спрятала волосы под шапку. Кончики намокли и покрутились.
— Ой! — вскрикнула и свалилась попой на лёд, хорошо, что Андрей придержал меня.
— Ты куда летишь? — он наклонился и смотрел на меня.
— Не знаю, — пожала плечами и улыбнулась. — Скользко.
Проходящие мимо люди поглядывали на нас. Он потянул, и я встала, стряхнула с куртки и штанов песок и снег. Теперь еще пятно останется, заглядывала на себя, придется сразу застирать. Сколько меня бабушка ругала за подобное. Скорчила какую-то гримасу. Слегка похрамывала, игрушка напоминала о себе, скривилась, не знала, как её поправить. Пробовала надавить на неё.
— Сильно ударилась? — парень принялся помогать мне стряхивать грязь с одежды.
— Ничего, приду застираю у тебя, а то пятно точно останется, — недовольно бормотала и старалась не отставать.
Спускались сумерки, мигали разноцветные огоньки домов. Встречные машины слепили фарами. Поглядывала на Андрея, он принялся рассказывать о возможной поездке в Италию. Я его почти не слушала, просто кивала, а сама пыталась вспомнить парня из пиццерии. Скорее всего он раз или два трахал меня, иначе я б его запомнила, а может, он изменился. Он точно старше меня, пыталась отбросить лет 5. Пожала плечами и глубоко вздохнула, ветер унёс облако пара.
Зашли в супермаркет, быстро скупились. Особо ничего не брали, но вышел большой пакет разных продуктов. Хватит нам покушать и сейчас, и на утро. Покупки слегка отвлекли меня от мыслей. Только попа напоминала о себе. Мы, держась за руки, шли мимо ряда машин. Ветер подгонял нас в спину. Пакет с продуктами противно шелестел. Прекрасно, что лавочки пустые, нету детей на площадках. Только женщина в салатовом пуховике выгуливала маленькую собачку, одетую в светло-коричневую одежду. Хорошо, что моя бабушка не видит. Она, точно, не поняла бы такого. Осторожно ступала по дорожке. Не хотелось свалится еще раз.
Разглядывала припаркованные машины, они чем-то напоминали грязных малышей, которых родители выпустили на улицу в плохую погоду. Верх укрывал снег, по бокам они перепачкались в грязь, а местами висели длинные, грязные сосульки. Хотелось взять шланг и вымыть их. Осторожно поднялась на крыльцо, попа напоминала о себе. Белые крыши машин, словно шапки укрывали их головы. Вошли в подъезд, осторожно подымалась на четвёртый этаж. Старались не шуметь. Наши шаги и голоса эхом разлетались по лестнице. Ветер насвистывал какую-то мелодию в дырявых окнах, хотелось угадать песню и дополнить созданный природою мотив.
— Ты сегодня какая-то не такая? — Андрей возился с замком и посматривал на меня. — Ударилась?
— Немножко, — улыбнулась и потёрла попу.
— Может лёд приложить? — предложил он и открыл дверь.
Пожала плечами. Вместе вошли в квартиру. Показалось, что очень душно. Неспеша раздевалась. Со времени моего последнего визита ничего не изменилось. Ремонт со вкусом, пусть квартира и маленькая, но смотрелась весьма привлекательно.
— Я в ванную, — повесила на крючок куртку и разглядывала её. — Нужно штаны застирать.
— А с продуктами, что делать? — Андрей раздевался и придерживал пакет.
— На кухню всё неси, — тихо хихикнула. — Я сейчас быстро приду.
Парень направился на кухню. Проскользнула в ванную, посмотрела на себя в зеркало. Старалась пригладить торчащие волосы. Расстегнула и стащила с себя штаны. Прислушивалась к звукам за дверью. Как раз время избавится от игрушки. Поставила миску в ванную и открутила горячую воду. Сняла теплую кофту и повесила её на крючок. В небольшой комнате совсем тесно и жарко. Смотрела на красивые узоры на светло-коричневой плитке. Захотелось взять листок и нарисовать что-то подобное. Сунула штаны в воду, принялась снимать колготки. Хлопнула дверь спальни. Скорее всего Андрей переодевается, ловко спустила трусики, прогнулась, нащупала пальчиками пробочку. Осторожно потянула, попа сопротивлялась и не выпускала предмет. Дрожь прокатилась по коже. Приложила усилие, но игрушка не хотела покидать дырочку. Ощущала смазку на руке. Вытерла её в полотенце.
Вдруг сама не смогу вытащить. Придётся просить Андрея. Слегка похолодела, не хотелось, чтоб он знал о моих шалостях. Сказать, что дала игрушку Ирка, еще к ней приставать начнёт, если скажу, что моя. Захочет с ней еще поиграть. Сняла колготки с трусами, шире расставила ножки, прогнулась, нащупала конец и потянула. Снова неудачно, стало жарко. Дёрнула сильнее, игрушка преодолела сопротивление. Тихой ойкнула и вздохнула с облегчением. Потрогала дырочку, протерла все подтёки. Принялась мыть игрушку, теперь она казалась гораздо больше. Как я с ней ходила. Вытерла её полотенцем.
Снова хлопнула дверь, слышала шаги друга. Хорошо, что он прошёл в туалет. Решила воспользоваться моментом и отнести игрушку в сумочку. Вышла в коридор, босыми ногами сделала два шага. Открыла сумочку и кинула в неё игрушку. Внутри ощущала такую пустоту и легкость. Думала добраться до общаги, а получилось... Потянула свою маечку и старалась прикрыть голую попу.
— Илона, — Андрей вышел, смерил меня взглядом, смотрел на мою попу, нервно сглотнул. — Зайчонок, с тобой точно всё хорошо? — он поправил синие спортивные штаны с белыми лампасами, на которых сразу образовался бугор.
— Всё нормально, — растерялась и не знала, что ему еще сказать. — Показалось, что телефон звонит, — вытащила его из сумочки и держала в руках.
— Ты такая секси, — он старался получше разглядеть меня. — Идём в спальню.
— Подожди, я еще не успела штаны застирать, — тянула маечку вниз и прикрывала свою попу. — Давай я быстро, — старалась прикрыть себя, словно он меня никогда голой не видел.
— Хочешь помогу, — предложил он и не отводил от меня взгляд.
— Я сама, — положила телефон обратно, придерживала рукой белую ткань и пыталась проскользнуть обратно. — Иди лучше картошку почисти, а я потом подливу и котлеты сделаю.
Лицо Андрея сразу изменилось, брови смешно взметнулись. Явно большого желание заняться очисткой картошки у него не возникло. Хорошо, что квартира не большая и я ловко проскользнула в ванную. Парень остановился в дверях и смотрел на меня. Не знала одеть мне трусики или оставаться полуобнаженной. Аж не верилось, что теперь могла двигаться и игрушка не мешала. Наклонилась к миске, насторожилась, а если он сейчас что-то заметит. Рука задрожала, все же потянулась к трусам.
— Постой, — тихо остановил меня друг. — Не одевай их, ты просто прекрасна.
Нервно сглотнула, думала, как лучше встать, чтоб он ничего не заподозрив. Обменялись улыбками. Бугор на штанах стал еще больше. Парень уперся в дверной проём и смотрел на меня. Потянула маечку чуть вниз, села бедром на холодный метал, чуть согнула ногу. Слегка неудобно, но выставить свои дырочки на показ не хотела. Его взгляд меня по-своему возбуждал. Взяла мыло, вытащила штаны из миски и принялась их тереть. Казалось, что сейчас свалюсь, ощутила слегка резкий запах. Дыхание участилось, дырочка увлажнилась. Может, подразнить его, взглянула в зеркало, где видела отражение одногруппника. Приятное тело растеклось телом, сосочек терся об чашечку лифа.
Макнула штаны обратно в миску, кажется, пятна не осталось. Вылила воду и набрала снова, поднялась и принялась поласкать. Сильно стиснула ткань рукой, струйки воды дождиком полетели на металл ванной. Теплые руки легли мне на попу, он легонько массировал мои половинки. Мурашки пробежали по коже. Хотела крикнуть, но издала какой-то стон, его пальцы прошлись по моей промежности. Капельки смазки потекли по бёдрам.
— Перестань, — повернула голову и смотрела на парня и глубоко дышала.
— Тебе, разве, не нравится? — Андрей легонько массировал губки, киска слегка чавкала. — Он, как течешь.
— Мне очень хорошо, — тихо простонала в ответ и повесила штаны на бортик ванной.
Друг поднял мою майку выше. Гладил спину вдоль позвоночника, спускался на попу и бёдра. Уперлась руками в ванную, мотнула головой и перекинула волосы на одну сторону. Тихо постанывала. Совсем недавно почти так же стояла перед парнем. Когда я с ним? Какое его имя? Но сконцентрироваться у меня не получалось. Сильнее вцепилась в холодный металл. Дырочки пульсировали. Вдруг, он что-то заподозрит и начнёт ставить вопросы. Совру, что трахалась в общаге или в универе, а может, пронесёт. Мои стоны становились всё громче. Андрюша взялся тискать мою грудь.
— Давай я тебе помогу, — он схватился за края майки и потащил её верх.
Послушно подняла руки, он стянул её с меня и кинул в сторону. Быстро справился с застежками на зеленом лифе. Он скользнул по рукам и свалился в ванную. Аккуратные сосочки торчали и показывали моё возбуждение. Глубоко дышало, сердце отсчитывало свои удары. Протянула ладошку и поглаживала бугор на штанах. Водила по твёрдому стволу, он слегка пульсировал. Андрей мял мою грудь, стоны становились громче. Где-то с грохотом отжимала стиральная машинка. Возбуждения только нарастало.
— Идём в спальню, — одногруппник схватил меня за руку и потащил за собой.
Ничего возразить ему не успела, боялась, что зацеплюсь за ковёр и свалюсь. Парень толкнул дверь. За окном практически стемнело, светились окна соседних домов. Комната в зеленых тонах без света казалась еще темнее. Уселась на двуспальную кровать. Андрей стащил футболку и швырнул её на одну из тумбочек. Красный огонек телевизора, стоящего на комоде, словно глаз какого-то животного наблюдал за нами. Шкаф практически спрятался во тёмном уголке. Много раз трахалась на этой кровати. Сегодня вся квартира в полном нашем распоряжении, и мы можем не сдерживать свои эмоции.
Парень уселся рядом, мял мою грудь, целовал щеку и шею. Гладила его торс, проводила по бугру. Легла на кровать, зеленоватые лепестки люстры напоминали, какой-то громадный цветок. Белые чашки сейчас распустятся и наполнят комнату приятным ароматом. Андрей целовал и тискал мою грудь, гладила его волосы. Обхватила ногами, наши губы слились в поцелуе. Инстинктивно покачивалась ему на встречу, текла еще сильнее. Ощущала его горячее дыхание, пыталась дрожащей рукой убрать волосы. Наши языки вступили в борьбу похоти и разврата. Взялась спускать его штаны вместе с трусами. Он помогал мне, и мы общими усилиями избавились от мешающей ему одежды.
— Хочу тебя зайчонок, — бормотал парень и засыпал меня поцелуями.
— И я тебя, — как могла целовала его.
— Ты самая красивая и прекрасная, — губы скользили по моей коже. — Не терпится войти в тебя, — он шире развел мои ножки в стороны.
— Презерватив, — со стонами напомнила ему.
Андрей замер, скривился, но спорить со мной не стал. Наклонился к тумбочке, достал из неё упаковку. Поглядывал на меня. Я легонько поглаживала торчащие сосочки, а другой рукой массировала клитор и мокрые губки. Приятное тепло растекалось по телу. Глубоко дышала, любовалась эрегированным членом парня. Он в районе 16 сантиметров, не толстый, с небольшой аккуратной головкой. Облизала губы, видела, как он раскатывает защиту на свой орган.
— Заждалась? — Андрей улыбался и склонился надомной.
Хихикнула, поманила его к себе. Хотела побыстрее ощутить его крепкий стержень в себе. Шире раздвинула ножки. Парень склонился, головка легко проскользнула в истекающую соками дырочку. Вцепилась в покрывало, тихо постанывала. Стоны становились всё громче, шлепки тел и чавканье дырочки разносились по спальне. Кровать приятно пружинила и поскрипывала. Ощущала, как его яйца шлёпают об меня. Он мял и тискал мою грудь, скорость постепенно возрастала. Крепкий и твёрдый орган приятно массировал стеночки влагалища. Импульсы блаженства растекались по телу. Жар возбуждения и похоти проникала в каждую клеточку. Совсем недавно меня трахнул незнакомец, а теперь совокупляюсь с одногруппником.
— Хорошо тебе? Нравится? — сопя бормотал Андрей и старался нарастить темп своих движений.
— Да, да! — крикнула ему в ответ и старалась подмахивать ему на встречу, головка ударялась в матку.
— Ох! Хорошо с тобой, — одногруппник только ускорился и пытался сильнее стиснуть мою покачивающуюся грудь.
Звуки траха становились всё громче. Меня всю трясло, стало жаркой, тело украсили россыпи капелек пота. Вцепилась в покрывало, издала звук наслаждения, и волна оргазма накрыла меня. Ощутила лёгкость и блаженство, проваливалась в бездну наслаждения. Вся комната словно покрылась зеленой листвой, слышалось пение птиц, кругом появлялись большие разноцветные цветы, лепестки меняли окраску, легкий ветерок покачивал их, и золотистая пыльца летела и светилась. Открыла глаза, видела красное лицо Андрея. Он захрипел, его затрясло, ощущала, как пульсировал его орган во мне и выстреливал сперму в презерватив. Он навис и целовал меня.
— Просто кайф, — сопел он и лег рядом, повернул меня немного на бок, поправил мои растрёпанные волосы.
— Ага, — кивнула ему и наслаждалась оргазмом, чувствовала, как орган уменьшается во мне.
— Я подумал, что ты заболела, но теперь узнаю своего зайчонка, — он поцеловал меня в носик и легонько обнял, ствол выскользнул из дырочки, по бедру покатились капельки смазки.
— Всё хорошо, — наклонилась к нему, и мы нежно целовались.
Легкая прохлада прошла по вспотевшей спине. Постепенно возвращалась к реальности. Хорошо, что он ничего не заметил. Снова думала о случаи в пиццерии. Старалась сконцентрироваться, но толком ничего не получалось. Приятные ласки всё больше отвлекали. Протянула ладошку и легонько поглаживала его член. Перевернула Андрея на спину, забралась на него. Голова шумела, на улице почти темно. Кружились снежинки в порывах холодного ветра, стучались в стекло, словно хотели проникнуть в комнату и присоединиться к нашим развратным играм. Стянула презерватив и осторожно положила его рядом с кроватью. Водила ладошкой по влажному органу, легонько ласкала выбритые яйца. Одногруппник глубоко дышал. Смотрел в мою сторону, поглаживал меня. Ощущала, как орган снова набирал сил* и постепенно увеличивался в размерах.
Села на его бедро и легонько покачивалась, наклонилась и обхватила губками вялый ствол. В ротике почувствовала вкус спермы и презерватива. Массировала его инструмент, игралась языком с головкой. Парень издавал тихие звуки наслаждения и двигался мне на встречу. С каждой секундой член становился всё больше. Пускала его за щеку, взяла его в руку и язычком игриво крутилась вокруг него, проводила от головки до яиц. Одногруппник покачивался, поглаживал мою голову. Не так давно сосала другой член у парня, которого даже вспомнить не могу. Рот заполнился слюной. Она стекала по подбородку и капала на постель. Протянула пальчики и массировала клитор и киску. С площадки донеслись какие-то голоса, остановилась и насторожилась.
— Не Захар? — пыталась вспомнить, где моя одежда.
— Не должен, — Андрей приподнялся и дёргал свой ствол. — Становись рачком.
— А если он? — поднялась, перекинула волосы на одну сторону, темнота создавала более интимную обстановку. — Сейчас снова орать начнёт, — покачала головой в разные стороны.
— Дам ему в лоб и сразу заткнётся, — строго ответил парень и поглаживал мою попу и бедра, растирал по ним смазку.
Хихикнула, иногда его брат явно напрашивался. В такие моменты хорошо, что я единственная дочка и не приходится искать компромиссы с братом или сестрой. Слышала, как парень разорвал упаковку нового презерватива. Вся дрожала в предвкушении проникновения, запустила пальчики в промежность и натирала бугорок клитора. Разряды наслаждения проносились по коже. Он прислонил, что-то прохладное заполняло мою попу. Мурашки пробежали по коже. Снова вспомнила об игрушке. Скорее всего, попа еще не пришла в норму. Палец проник в меня он легонько растирал смазку, дырочка издавала какие-то странные звуки. Он надавливал на стеночки, старалась со ориентироваться в своих ощущениях. Знала б, что всё так повернется не брала б игрушку. Глубоко вздохнула и прогнулась больше.
— Расслабься, — Андрей раздвинул мою попу, член коснулся дырочки. — Если больно говори.
Просто кивнула, он надавил и член сравнительно легко вошёл в меня. Вскрикнула, боли практически не чувствовала. Орган легко двигался во мне. Задрожала, наши тела соприкоснулись. Парень наклонился и мял мою грудь, покручивал сосочки, покачивал тазом. Мои стоны становились громче, друг наращивал темп. Стала на одни локоть, пыталась ласкать себя. Он взял меня за талию и размашисто трахал мою попу. Дырочка издавала громкие чавкающие звуки, смазка стекала по бёдрам. Поршень выскакивал из меня, но быстро возвращался на место. Звуки секса только усиливали возбуждения. Чувства смешивались, зарождался оргазм. Экран смартфона осветил комнату, звук звонка телефона, казался, таким далеким. Телефон затих.
Андрей схватил меня за талию, притягивал к себе, кровать скрипела, стучали какие-то флаконы на тумбочке. Стоны становились всё громче. Жар возбуждения и похоти проносился по телу. Мысли путались, снова хотелось просто кончить. Одногруппник старался сохранять амплитуду и скорость. Слышала его сопение. Вцепилась в покрывало, руки дрожали. Андрей прижался, его затрясло, ощущала пульсацию члена в кишке. Глубоко дышала, нащупала клитор и быстро его массировала, пыталась проникать в киску и надавливать на член. Друг что-то бормотал, но я не слышала его слова телефон снова звонил. Мои дырочки пульсировали. Очередной оргазм накрыл меня, свалилась на покрывало. Всё устремилось в высь. Огни города моментально отдалялись, я летела к яркому свету в окружении снега из белых лепестков, они откуда-то падали сверху и касались моего тела.
— Мама звонит, мне нужно ей ответить, — Андрей отпустил меня, и я свалилась на кровать. — Одевайся.
Он щёлкнул выключателем, яркий свет резал в глаза. Хотелось куда-то спрятаться от него. Он натянул футболку. Противный звонок Скайпа в очередной раз разносился по спальне. Хотела подняться, но тело плохо слушалось меня. Парень схватил телефон и вышел из комнаты. Я просто лежала. Слышала обрывки его слов. Привыкла к свету. Медленно двинулась к подушке.
— Илона, мама хочет поздороваться с тобой, — я чуть не вскочила, моментально укрылась покрывалом, сердце забилось быстрее.
— Добрый вечере! — поздоровалась она со мной и старалась рассмотреть меня. — Как твои дела?
— Добрый вечер, — ответила ей, сглотнула несколько раз. — Всё хорошо Валентина Николаевна.
— Ты спала? — спросила женщина и словно хотела заглянуть сквозь экран гаджета в комнату.
— Ага, — кивнула и снова покраснела. — Не выспалась в общаге.
— Ой, я помешала. Ты там присматривай за моими мал*чиками.
— Мама, — Андрей повернул смартфон в свою сторону. — Мы не маленькие, — он снова вышел из комнаты.
Вздохнула с облегчением. Ирка с игрушкой, Коля в пиццерии, его мама. Довольно улыбнулась, вспомнила его имя. Точно, он же Коля, шлёпнула ладошкой по голове. Скорчила какую-то гримасу, потянулась. Закрыла глаза, дырочки приятно напоминали о недавнем сексе. Сейчас полежу, затем в душ и займусь ужином. Не заметила, как погрузилась в крепкий сон.
 --- Неверная жена --- (сексвайф и куколд, случай)
Был жаркий солнечный летний выходной день. Во второй половине дня мы вместе с мужем как-то спонтанно собрались съездить за город на реку искупаться. Накануне муж ездил в автосервис и делал какой-то мелкий ремонт подвески нашего автомобиля. Вот мы, взяв с собой купальные принадлежности, выехали за город. Миновав шоссе, мы свернули на грунтовую дорогу к реке.
Это была мягкая песчаная дорога. Мягкая, будто это не песок был вовсе, а какая-то вата. Машина ехала по нему, несмотря на неровности легко и плавно. Мы проехали поле, свернули за небольшим леском, миновали поворот на лесопилку, расположенную рядом с какой-то деревней, и вдруг в какой-то момент у нас что-то хрустнуло под передним правым колесом. Машина уткнулась носом в дорогу и встала.
Первое впечатление от этого происшествия у нас было такое, что мы наехали на какой-то пенек, такой был стук и хруст. Однако дорога была пуста, и ничего подобного на ней не было. Выйдя из машины, мы обнаружили, что что-то произошло с подвеской нашего авто. Правое колесо слетело со своего места вместе со своей осью и плотно уперлось вверх крыла. Как выяснилось впоследствии, мастера выполнявшие ремонт ходовой части нашего авто не закрутили до конца одну единственную гайку, что и привело к такому результату. Я не очень разбираюсь в технических моментах, поэтому описала это происшествие, как смогла. К счастью, мы ехали по мягкой грунтовой дороге и на небольшой скорости, поэтому избежали серьезных последствий, отделавшись легким испугом.
Муж не стал вызывать эвакуатор, решив попытаться устранить возникшую неисправность самостоятельно, а меня отправил обратно домой, вызвав мне такси. Дальнейшие события этого дня мне стали известны уже вечером от него самого. После моего отъезда вскоре со стороны реки по дороге совершенно случайно шел мужчина, как оказалось, это был местный житель из соседней деревни.
Увидев моего мужа, занятого ремонтом автомобиля, тот без всякой просьбы, сам вызвался его помочь. Вдвоем они достаточно успешно, хотя и с большими усилиями, поскольку у них не хватало для этого необходимого инструмента, починили поломку. Во время ремонта они разговорились.
Мужчину звали Михаилом, на вид ему было около 45—50 лет, брюнет с короткими волосами, небольшого роста и обычного телосложения. Одним словом, обычный деревенский мужик, разведен, живет один в своем доме на окраине деревни, мимо которой мы как раз и проезжали, работает рабочим на пилораме, расположенной рядом с деревней. В этот воскресный день у него тоже был выходной, и он ходил на рыбалку, а возвращаясь, встретил моего мужа с машиной на дороге и сразу решил ему помочь. Мой муж хотел его хоть как-то отблагодарить, но Михаил никаких денег не взял, наотрез отказавшись, сказав, что хотел просто помочь от души.
Вот такая простая история со счастливым и благополучным концом, которую можно было бы на этом и закончить, но с этого она только началась, потому что получила свое совершенно неожиданное продолжение. Продолжение было придумано моим мужем, творцом многих наших фантазий, а воплощено в реальность уже нами обоими.
Пару дней спустя после того случая с поломкой нашего авто, муж сообщил мне, что хочет отблагодарить его нечаянного помощника в минувший выходной день случайно проходившего в тот день по той самой проселочной дороге. Я совершенно не возражала по этому поводу и поначалу подумала, что речь идет о каком-то подарке.
Но из последующих объяснений мужа стало ясно, что главной благодарностью должна была стать я. При этом мы решили не посвящать Михаила в наши не совсем обычные семейные отношения. А представить все так, будто муж поручил мне вручить ему небольшой презент в знак своей благодарности, все остальное должно было выглядеть, как случай измены с моей стороны. Одним словом, мне предстояло сыграть роль неверной жены.
Всю неделю мы с мужем фантазировали на тему моей предстоящей встречи с Михаилом, наши совместные фантазии возбуждали нас обоих. И чем меньше до нее оставалось времени, (а встреча нами была намечена на следующий выходной день — воскресенье), тем большее волнение я испытывала.
Наконец, настал день-икс. Около 18 часов вечера, когда по нашим расчетам, Михаил уже должен быть дома, муж высадил меня, метрах в трехстах от деревни, в которую мне предстояло пройти. На случай, если виновника нашей фантазии не окажется дома и в этот вечер у нас ничего не получится или что-то пойдет не так, муж еще минут 15 ждал моего возвращения на этом месте, а потом должен был уехать. На сотовую связь мы не очень рассчитывали, так не во всех местах за городом она бывает устойчивой. А вот забрать меня после встречи с Михаилом, муж должен был с 21 до 22 часов вечера на этом же месте.
Итак, в указанное время муж высадил меня недалеко от указанной деревни, и я, взяв пакет с презентом, отправилась на встречу. С собой у меня также была маленькая дамская сумочка — клатч, в которую кроме минимального набора косметики, я положила и свой мобильник. Учитывая, что это уже был вечер, и стало чуть прохладнее, я надела на себя облегающее с короткими рукавами платье темно-синего цвета с белыми вставками на груди и на пуговицах спереди, кружевное нижнее белье синего цвета и чулки на широкой резинке телесного цвета. На ноги я надела легкие босоножки белого цвета на маленьких каблуках.
По пути я преодолела небольшой подъем, по которому пролегала грунтовая песчаная дорога, и поднялась на небольшую горку, за ней один за другим были расположены дома. Мне предстояло пройти вдоль всей улицы до самой окраины деревни. Я шла со стороны второстепенной дороги, главная же дорога в деревню пролегала с другой стороны.
Около самого леса чуть в стороне от других домов стоял самый обычный деревянный дом постройки примерно середины ХХ века в достаточно ухоженном и добротном состоянии, выкрашенный в темно-коричневый цвет. Дом с наличниками и ставнями, с крыльцом и верандой поражал своей простотой и непринужденностью. Напротив окон, выходящих на улицу, располагался палисадник, наполненный зарослями цветущих золотых шаров, а забор из деревянного штакетника, выкрашенного в зеленый цвет, опоясывал и сам палисадник, и небольшой двор, прилегающий к самому дому.
Именно в этот дом мне и предстояло войти. Подойдя к калитке, я сразу же была обнаружена дворовой собакой, сидевшей на цепи около небольшой собачьей будки. По внешнему виду, это была обычная дворняжка, средних размеров, которая увидев меня, залилась громким почти оглушительным лаем. На ее лай, спустя полминуты из дома вышел он. По описанию я его сразу узнала, это был Михаил. Он был одет в темные брюки и светлую рубашку с короткими рукавами. Увидев меня, стоящую около его калитки, он окрикнул свою собаку по кличке и та послушно замолчала. Только после этого мой голос мог быть услышан моим собеседником.
— Здравствуйте! А Вы Михаил? — здороваясь, задала я свой первый вопрос.
— Да, здравствуйте, а что Вы хотели, — пребывая в неведении и каком-то недоумении, спросил он.
— Меня зовут Агата, — представилась я, — знаете, меня прислал муж, помните неделю назад, Вы помогли ему с починкой его машины, — продолжила я, объясняя цель моего визита к нему.
Михаил спустился с крыльца, и, открыв калитку внимательно меня слушал, стоя передо мной. Я, путаясь в словах, так как была уже взволнована нашей встречей, стала объяснять ему, как и почему приехала к нему я, а не муж. На этот счет мне пришлось немного солгать, сказав, что муж уехал в командировку, а мне поручил передать небольшой презент ему в благодарность за помощь в тот день на дороге.
Михаил принял из моих рук пакет, в котором была бутылка коньяка, банка красной икры, пачка сливочного масла, лимон, небольшой кусочек твердого сыра «Пармезан» и булочки для бутербродов.
— Что ж, спасибо, — ответил он, оглядев содержимое пакета, — пожалуй, как раз вовремя, так как я собираюсь ужинать.
— Хотите, составлю Вам компанию? — напрашиваясь в гости, предложила я.
Михаил был приятно удивлен и ответил своим согласием и проводил меня в свой дом. Дом Михаила оказался совсем небольшим и состоял из веранды, прихожей, кухни, зала и спальной комнаты. Несмотря на обычную деревенскую простоту, дом был наполнен каким-то особенным теплом, уютом и излучал непередаваемый запах высушенного дерева, который был очень притягательным и манящим.
Мы расположились на кухне. Я помогла накрыть Михаилу на стол. Он, безусловно, был доволен моим присутствием, но относился ко мне крайне настороженно и подозрительно, я бы сказала, с некоторой опаской. Возможно, это было в его характере вообще, а возможно, он был скован еще и тем обстоятельством, что я была замужем, и это для него являлось главным препятствием в общении со мной, тем, что я чужая жена.
Однако стол был накрыт и через какое-то время, мы, расположившись за ним, друг напротив друга совсем скоро подняли по бокалу коньяка за здоровье друг друга. Алкоголь понемногу помог снять напряжение и неловкость, несколько затрудняющие наше общение. А когда мы выпили с моим собеседником по второму бокалу коньяка в мою честь, то оба стали еще более раскованы.
Сидя за столом в кампании с моим собеседником, я применяла все свои возможные приемы соблазнения. Для чего незаметно расстегнула одну пуговицу на платье сверху, чуть больше обычного обнажив разрез на груди и пару пуговиц снизу, отчего я открыла взору Михаила резинку моих чулок и возможно даже вид на трусики, хотя не берусь утверждать, возможно, их и не было видно, сама я это обстоятельство, проверить никак не могла.
Михаил, думаю, обратил на открывшиеся его взору части тела, ранее скрывавшиеся под моим платьем, его глаза неотступно следили за мной, попутно он расспрашивал меня на личные темы, задавая самые разные вопросы, в числе которых были и интимные вопросы. Я достаточно уклончиво отвечала на них, либо не отвечала вовсе, а в какой-то момент, я, выйдя из-за стола, хотела еще что-то положить ему на тарелку из закусок.
Михаил, взяв меня за руку, усадил себе на колени и, обняв, поцеловал меня в губы. Поцелуй был сильным и страстным, его губы, как бы вобрали мои вглубь своего рта. Я была застигнута врасплох и мгновенно переполнилась нахлынувшей на меня волной эмоций в виде наслаждения и возбуждения.
Но в следующее мгновение, Михаил выпустил меня из своих объятий, потом встал и подошел к окну, встав ко мне спиной. Он явно хотел меня, но никак не мог решиться сделать свой следующий шаг. В этот момент я поняла, что его следует сделать мне самой.
— А где у Вас находится спальная комната? — спросила его я.
Он обернулся и будто не расслышал мой вопрос, как-то неуверенно произнес:
— Что? А, она там из коридора вход через зал.
— Я буду ждать Вас в спальной, — сказала я и вышла из кухни.
Я пошла, не оглядываясь, не зная, что он может сказать мне вслед. Но он ничего не сказал. Я прошла через коридор в большую комнату, посередине которой стоял круглый стол, накрытый льняной ванильного цвета скатертью; вдоль одной стены стояла мебельная стенка темно-вишневого цвета со стеклянными шкафчиками, в которых стояли какие-то чайные и столовые сервизы и открытая ниша с телевизором; с другой стороны располагался вход в смежную комнату, у стены, напротив окна стоял диван.
Открыв дверь, я вошла в маленькую по размерам, но уютную спаленку. Это была совершенно крошечная комната, главным и единственным украшением которой была небольшая сама по себе деревянная кровать, заправленная шерстяным в серую крупную клетку, покрывалом. Позади кровати на стене висел средний по размерам ковер с каким-то непонятным рисунком в виде орнамента синего, красного, желтого, белого и серого цветов. Около кровати стояла небольшая прикроватная тумбочка. На полу около кровати был постелен небольшой прикроватный коврик. Вот и все из чего состояло убранство, этой совершенно миниатюрной, но не лишенной уюта и какой-то особенной теплоты спальной комнаты.
На подоконнике стоял небольшой светильник. На окне висели шторы ванильного цвета. Окно выходило в сад. Прямо под окном располагалась небольшая выкрашенная в зеленый цвет деревянная беседка с маленькими перилами, скамеечками вдоль ее решетчатых стен и такой же почти воздушной четырехугольной крышей, скорее напоминавшей сказочный теремок. Вокруг беседки росли яблони и еще какой-то кустарник.
Я включила светильник и закрыла шторы на окне. Комната наполнилась мягким желтым светом. Я была возбуждена необычностью обстановки, в которой я находилась. Чужой деревенский дом, мужчина, которого я едва знаю, его спальная комната, и наши с мужем фантазии, все это смешалось в моей голове, как цветочное ассорти.
Я разобрала кровать, отбросив на тумбочку покрывало. Туда я положила и свой клатч. В то же время я торопилась раздеться, потому что хотела это сделать до его прихода. Соблазн хозяина этого дома — такова была моя цель этого вечера и моя в нем роль — неверной жены.
Сняв с себя платье, бюстгальтер, чулки и трусики, я легла в постель совершенно голой. Иногда даже чулки мешают насладиться чувственностью, и только абсолютная нагота дает ту совершенную и неповторимую сладость от близости с мужчиной.
Постель показалась мне прохладной, я бы даже сказала, холодной. По моему телу пробежали мурашки, а соски набухли и напряглись. Я лежала на спине с чуть согнутыми коленями и расставленными в стороны ногами, так чтобы меня всю было хорошо видно, и грудь, и живот, и бедра и лоно.
Наконец, в дверях спальной комнаты появился он. Я была настолько возбуждена и взволнована его появлением, что мое и без того прерывистое дыхание теперь совсем сбилось, так что мне стало трудно дышать и я большими глотками своего рта жадно заглатывала воздух. Мне казалось, что прошла целая вечность с того момента, как я оставила его на кухне и ушла в спальную комнату, и потом, когда я была еще в платье, и вот теперь обнажена в его постели, возбужденная, во власти похоти и желания близости.
Михаил стоял в открытых дверях, завороженный видом моего обнаженного тела. Мы оба молчали. Слова нам уже были не нужны. Вместо них говорили глаза. Мы глядели друг на друга. В его взгляде было все: и возбуждение, и восторг, и волнение, и азарт, и ликование неожиданным подарком, который приготовила ему я в виде особого блюда, гостинца, каким была я сама. В моем же, он мог угадывать чувственность, желание, женскую слабость, ну и, конечно же, похоть и страсть.
Через какое-то время он, все еще одетый, подошел ко мне и встал рядом с кроватью, чуть склонившись надо мной, прикоснулся ко мне сначала одной рукой, потом обеими. Он гладил меня по волосам, наслаждаясь возможно их запахом и мягкостью, потом провел рукой по моему лицу, задержав ладонь на моей щеке. Я прижалась к ней и поцеловала его в нее.
Затем он прикоснулся руками к моей шее. Я послушно вытянула свою голову вверх, давая ему возможность прочувствовать каждую клеточку моего тела. Он изучал меня неспешно и с чувством. Вот в его руках были мои плечи, он слегка сжал их, будто проверяя на прочность, а возможно просто наслаждаясь своей неожиданной властью надо мной, потом отпустил их. А затем его руки заскользили ниже к груди. Он любовался моей грудью, нежно мял ее и теребил соски. Видя, как нарастает мое возбуждение, он снова и снова захватывал их, то чуть сжимая, то почти выпуская из рук, то вновь забирая их в свой плен.
Мое дыхание совсем сбилось, и я никак не могла скрыть своего волнения и возбуждения перед ним, и он это, конечно же, чувствовал, наслаждаясь мной и испытывая удовольствие от путешествия своих рук по моему обнаженному телу. На очереди был живот. Теперь он присел на корточки и гладил его, осматривая и поглаживая ямочку моего пупка и направляясь еще ниже.
Я чувствовала его горячее дыхание, которое было все ближе и ближе к моему лоно. В какой-то момент я почувствовала прикосновение его рук и губ к моим половым губам. От пьянящего чувства возбуждения, желания и сладостного дурмана мое сознание уже плыло так, что я с вожделением помогала ему в его ласках, бесстыдно разводя ноги и облегчая доступ к моей влажной и горячей проказнице. Вначале действуя неспешно и осторожно, он, войдя во вкус, теперь уже крепко, держа меня за бедра, неистово лизал мое лоно, так будто давно и страстно желал этого.
В нем проснулся охотник, в руках которого была желанная добыча. Я таяла и текла под его натиском и была готова к осуществлению его самых порочных желаний. Его оральные ласки довели меня до чувственного оргазма, я забилась в его руках, сведя в этот миг колени, и желая скрыть от него свое сокровенное место, поскольку в этот момент лучшее для меня — это дать чуточку покоя. Покой в эти мгновения для меня это состояние особенного блаженства, какой-то необычной просветленности и неги.
Прошли считанные минуты. Я лежала с закрытыми глазами, постепенно приходя в себя. Моя голова все еще кружилась, но я чувствовала себя уже снова готовой к сексу. За это время Михаил уже успел раздеться и лечь в кровать. Вернее не лечь, а нависнуть надо мной, опираясь на свои руки и умостившись между моих разведенных ног. Наше ложе было небольшим и скромным, но его размер и пространство для нас были совсем неважны.
Я невольно залюбовалась его телом, оно было крепким и физически натренированным, каким бывает мужчина занятый непростым физическим трудом. Его кожа была темной от загара, который точно бронза покрывал все его тело, оставляя нетронутым лишь его пах и ягодицы. Его тело выглядело таким контрастом по отношению к моему белому нежному телу, а его пах был обрамлен настоящими густыми зарослями черных, как смоль волос, тогда как у меня упомянутое место было гладко выбрито и лишено последнего волоска.
В тот момент Михаил мне показался кем-то сродни туземцу из романа о путешествиях и приключениях Джеймса Кука, так не похожи и различны мы с ним были между собой.
Мой любовник накрыл меня сверху своим горячим телом, а его проникновение в мою плоть было легким и упоительно приятным. Я с удовольствием приняла его своим лоном, а согнутые вверх ноги сомкнула позади его ягодиц. Мы слились с ним в одно целое. Его член оказался совсем небольшим в длину, но зато удивительно толстеньким и дарил мне необычайно сладостные, я бы охарактеризовала их, как волнообразные ощущения, скользя вглубь моей влажной и похотливой норочки.
Еще через некоторое время он поднял мои ноги вверх, пропустив свои руки под мои колени, согнув меня едва ли не пополам. Я оказалась совершенно беспомощной в таком положении и всецело была в его власти. Мой любовник наслаждался мною во все убыстряющем темпе, так что вскоре я потеряла чувство реальности. А небольшая кровать, словно наша тайная сообщница, раскачивалась и стонала вместе со мной. Ее звуки в унисон с моими слились в единую симфонию нашего секса. Это была почти животная страсть, яркая и восхитительно сладостная.
Он останавливался иногда, давая передышку себе и мне, чтобы вновь потом слиться со мной и наполнить меня собой. Наши тела были влажными от пота, моя смазка сочилась из моего лоно и весь низ наших тел был абсолютно влажным. Во время одного из таких перерывов Михаил вышел (я попросила принести его воды) и, я, воспользовавшись его отсутствием, достала из клатча свой мобильник и позвонила мужу. На часах было без четверти десять и я, конечно же, не успевала быть в нашем условленном месте до 22 часов.
Услышав, что он взял трубку, я шепотом ответила:
— Я все еще занята.
— У тебя все в порядке? — поинтересовался муж.
— Да, все хорошо, не волнуйся. Меня еще не отпускают. Все, не могу больше говорить. Целую тебя, пока, — закончила я свой звонок, спрятав телефон обратно в сумочку, так как Михаил возвращался.
Мой любовник напоил меня холодной колодезной водой, это было по-настоящему вкусно и освежающе чудесно. На этом наш маленький перерыв закончился, мой сегодняшний хозяин вновь заключил меня в свои объятия и снова вошел в меня. Михаил сношал меня с наслаждением, то входя, то покидая мое лоно, ему нравилось то, как я вскрикиваю от каждого его толчка и он выбрал какую-то свою особенную технику секса, которая очень возбуждала меня и была очень приятной.
В завершении он поставил меня раком и вошел сзади, я прижималась к его телу своими ягодицами, а он насаживал мою похотливую девочку на свой член, то чуть отпуская меня, то притягивая к себе своими крепкими и сильными руками. Не желая растерять капельки его драгоценной влаги, я шепнула ему, что он может закончить в меня и спустя какое-то время он с громким, я бы сказала, победным, рыком излился в меня, доставив мне то особенное удовольствие и наслаждение, когда пульсирующая горячая влага заполняет и обволакивает глубину лона, доставая до самого дна.
Мой любовник еще некоторое время держал меня в своих руках, не спеша выходить из лоно, продолжая наслаждаться своим пребыванием во мне, а я покорно и похотливо давала ему такую возможность. Спустя некоторое время он вышел из меня и оставил меня в спальной комнате одну. Я быстро встала и также наскоро оделась, и уже выходя из комнаты, столкнулась с ним уже в большой комнате. Он был удивлен моим торопливым уходом, видимо рассчитывая, что я останусь у него на ночь.
Я опередила его в возможной череде ненужных и лишних вопросов, сказав коротко, что мне следует спешить и что меня не надо провожать. И все же он задал один видимо мучивший его вопрос, увидимся ли мы с ним снова. В ответ я лишь пожала плечами, так как не могла ему ничего обещать, а обманывать его мне не хотелось. Про то, на чем я буду добираться до города, мне пришлось соврать, что за деревней меня ждет такси, которое я уже успела вызвать. Не говорить же мне было ему всю правду про то, что на своей машине меня уже целый час ждал мой муж.
Мы простились с ним у калитки его дома, дальше я пошла одна. По времени было уже начало одиннадцатого часа вечера, солнце село и на землю сгущались сумерки. Я шла по пустынной деревенской улице, кое-где горели фонари и на дорогу подал свет из окон домов. На душе было светло и радостно, по всему телу разливалась блаженная нега. Кайф, от прошедшего секса, еще не выветрился из моей головы, и внизу живота приятные ощущения еще наполняли лоно.
Муж встретил меня в условленном месте за деревней. Машина была припаркована на самой обочине дороги, он ждал меня возле нее. Едва я подошла к нему, как он заключил меня в свои объятия и мы стали целоваться. Поцелуи после измены самые сладостные и желанные для меня, как сексвайф. Еще мне приятно чувствовать, как он трогает в этот момент меня и, исследуя мои мокрые трусики, наслаждается доказательствами измены. Именно в такие моменты я чувствую себя безгранично счастливой и любимой, потому что, несмотря на мои измены и встречи с другими мужчинами, он для меня самый лучший.
Прошло минуты две или три и нашу идиллию нарушил свет фар автомобиля, ехавшего со стороны трассы. Я прижалась ближе к мужу, спрятав лицо у него на груди. Машина проехала мимо нас в сторону деревни, на короткий миг ярко осветив нас обоих, и вокруг нас вновь стало тихо и темно. Какое-то время мы оба с ним пребывали в облаке пыли, выхлопных газов и запаха солярки, окутавших все вокруг. Наконец, эта зловонная дымка растаяла, и воздух стал таким же чистым каким и был прежде.
Еще через несколько мгновений муж велел мне раздеться догола, оставив на себе только чулки и босоножки. Я лишь молча повиновалась. Сняв с себя одежду и бросив ее на заднее сиденье нашего авто, я предстала перед ним обнаженной. Трудно описать мое волнение и возбуждение, охватившие меня одновременно, так как мы с мужем находились на дороге хотя и за городом, но совсем рядом была деревня и, несмотря на сумерки, нас еще достаточно хорошо было видно.
Жестом муж показал мне, чтобы я опустилась перед ним на корточки. Я присела подле него, широко разведя в стороны ноги, спиной к дороге. Муж расстегнул ширинку и достал член. Держась за его бедра, я стала ласкать его член вместе с яичками, которые я также освободила наружу. Насладившись моими оральными ласками, муж поднял меня с корточек и, поставив раком, так что я встала, чуть опершись руками о машину, и развела пошире ноги. Муж вошел в меня сзади, я чуть ойкнула от приятного вторжения в мое лоно и с наслаждением окунулась в новый виток наслаждения и похоти.
Возбуждение и у меня и у мужа нарастало настолько быстро еще и от необычности ситуации, в которой мы находились. Проселочная дорога близ деревни, где в любой момент могла проехать еще какая-нибудь машина или пройти запоздалый путник. Несмотря на приятную близость, я, к сожалению, не могла окончательно расслабиться и закрыть глаза, как я обычно это делаю. Закрывая их, я то и дело открывала их снова и снова, оглядываясь по обеим сторонам дороги, вглядываясь в темноту надвигающейся ночи из-за боязни оказаться обнаруженными посторонними людьми в такой неподходящий момент. Но к нашему общему счастью никого больше не было. Прошло еще минут 10 или 15, прежде чем я чуть раньше и мой муж чуть позднее меня, кончили, и мы оба окончательно насладились пьянящим ароматом этого вечера.
Совсем скоро мы вернулись в наш уже спящий полуночный провинциальный город довольные нашим вечерним приключением.
 --- Меня похитили --- (по принуждению, подчинение, фемдом)
От девушки, стоявшей передо мной с банкой красной субстанции в руках, исходил дурманящий сладкий запах. Я обнаружил себя прикованным толстыми собачьими цепями к кровати. Какого, простите, хрена вообще происходит? Кто она такая и на фига меня примотала к постели? Ясное дело, чтоб не сбежал.
Я абсолютно голый. Девушка одета и пока ведет себя прилично, однако мое чутье не обманешь. Что-то произойдёт, и что-то явно очень нехорошее. Пока она меня рассматривала, задержав взгляд на том самом месте, который я усердно скреб бритвой вчера утром, я попытался воспроизвести в памяти события минувшего дня.
Абсолютно точно мы приехали с друзьями в Крым и разбили палатку на одном из диких пляжей. Ну как диком, люди поблизости отдыхали, но нам не мешали. Последнее, что помню, как вырубился на пляже после долгих излияний. (Дегустация Крымского винишка). Судя по жжению лица — пролежал долго и обгорел.
Мать моя женщина... Пока я тут предавался воспоминаниям, эта сумасшедшая обмакнула палец в красную пасту и принялась меня ею обмазывать! Я попытался выразить словесное недовольство, но языку что-то мешало. Ну конечно, кляп! Тот самый — с шариком, что продаётся в каждом секс-шопе. Плохи мои дела, однако. Ладно, пусть пока мажет меня на здоровье... Чего-нибудь сейчас придумаю.
Осматриваю комнату, иногда вздрагивая от прикосновения ее пальца. На нее смотреть почему-то боюсь. Ясно же, что безумная. С такими лучше избегать зрительного контакта. Как-нибудь освобожусь, зря что ли в качалке по вечерам зависал? В комнате ничего интересного, обычная сельская обстановка. Пахнет красками и пылью. Когда чокнутая добралась до моих сжавшихся в комок яичек, по телу пробежал холодок, и спина покрылась испариной. Чертова дура! Что она задумала? Зачем она мажет меня томатной пастой? Или что это? Голова не соображает, да побухали мы славно. Кстати, почему мои товарищи позволили меня похитить? Я еще с них спрошу.
К головке члена прикоснулись холодные пальцы. Я заледенел и приготовился к худшему. Да, как и многих меня страшит перспектива кастрации — это самое худшее, что может произойти с мужчиной. Вдруг эту девицу кто обидел, а на мне теперь решили выместить злобу? Она отодвинула край плоти и провела пальцем по головке, оставив на ней красную полосу, словно меня по члену царапнула пантера.
Мне стало жутко, живот свело судорогой. Попал, так попал. Ноздри улавливали медовый аромат, который исходил от нее, и от этого запаха меня стало мутить. Черт...
Похитительница нажала на какую-то кнопку, скрипнули пружины, дно вместе с матрасом откинулось вверх, и я оказался в вертикальном положении. От резкой смены положения тела у меня зарябило в глазах. Я нашел в себе силы посмотреть на нее. Молодая — не старше 25-ти, не слишком красивая, но и не дурнушка. Пожалуй, обычная. Разве что карие глаза выделялись из общего образа, и было в них что-то цепляющее, мимо таких глаз не пройдешь и обязательно захочешь узнать их владелицу поближе.
Да, узнать эту особу поближе не мешало бы. Но как это сделать обездвиженным и лишенным голоса? У нее крепкое тело, и я даже прикинул: смогу ли ее побороть? Пришел к выводу, что смогу, но только если она снимет с меня эти долбанные цепи. Но что-то мне подсказывало, что она этого не сделает. Остается уповать на то, что меня немного помучают и отпустят. Так и быть, можно немного попользоваться мною... Боже, надеюсь, меня не станут убивать?
Кареглазая отошла к окну и придвинула к себе мольберт. Я не поверил своим глазам. Меня похитили ради того, чтобы обмазать кетчупом и нарисовать?! Что за бред больной фантазии? Я прикрыл глаза и крепко задумался. Когда она меня отпустит, клянусь, скручу в бараний рог и оттрахаю ее — силой, если придется. И лучше всего прямо в попу! Я был зол, как никогда.
Из задумчивости меня вывел окрик, за которым последовало жжение в правом бедре. Я открыл глаза и уставился рыбьим взглядом на чокнутую. Она сжимала в руках кнут, которым погоняют лошадь. Этим кнутом она ко мне и приложилась. От досады я чуть не сгрыз шарик, торчащий во рту! Ей-богу, когда эта дура меня отвяжет, я...
Додумать мысль не успел и снова почувствовал на себе хлёсткий удар. Была бы возможность, согнулся бы пополам от боли. Проклятье!!!
— что ты от меня хочешь? — спросил я одними глазами.
— хочу, чтобы ты смотрел на меня, когда я буду писать картину, — ответила она, поигрывая кнутом.
Я мигнул, давая понять, что согласен наблюдать за ней, если ей так угодно, и бить меня нет нужды.
Она снова села за мольберт и принялась делать карандашный набросок. Я подумал, что картина выйдет дебильной и надеюсь, что не попадет в широкие массы. Иначе, мне конец.
Я Герман Кивинов, владелец собственного супермаркета и почти что заправки (проект на стадии завершения) и позирую голым, прикованным цепями к постели! Да ещё и весь в красных полосках, как будто поюзанный медведем. Не солидно как-то, да? Не то, чтобы я считал себя крутым парнем, вовсе нет, просто не хотелось быть замешанным в странные дела. И да, у меня есть девушка, и дело идет к свадьбе. Так что... эта идиотка никак не вписывалась в мою упорядоченную жизнь!
А что если она закончит свою долбанную картину и меня убьет? Ну, чтобы не возжелал отомстить. При первой же возможности надо заверить ее, что не буду трогать. Только бы поверила... Я чуть было не закрыл глаза, но вовремя опомнился. Нелепая ситуация...
Я смотрел на нее и думал о своем. Будет ли плакать по мне Полина? Или тотчас уйдёт к моему лучшему другу? Поля, Поля, вот и съездил без тебя на отдых и попал в руки к какой-то извращенке, и судьба моя теперь неизвестна. Как хоть зовут ее? Маша, Оля, Света?
Рядом висела картина и на ней я нашел ответ на свой вопрос. Ее зовут Марго Рукина. А Лучше бы Робби. Марго Робби в роли Харли Квинн я бы позволил сделать с собой все, что угодно. Однако придётся довольствоваться Рукиной, и до Харли Квинн ей так же далеко, как мне до нефтяного магната. Удачная у нее фамилия, подходит для художницы.
Я почувствовал острый позыв в туалет. Как бы ей намекнуть, что я хочу отлить? Вращать глазами, показывая на член или демонстративно уронить пару капель? Ну почему я влип в какую-то дичь?! Может, это просто алко-сон?! Сейчас проснусь на песочке, вытру пот со лба и окунусь в теплое море.
Но нет. Я все никак не посыпался. Почесал пяткой какую-то доску и почувствовал все, что приличествовало такой ситуации — то бишь щекотку. Все на что я теперь был способен — это чесать пятку и вращать глазами.
Художница рисовала, не обращая внимания на мои страдания. Ну, Рукина! Что я с тобой сделаю! Я мысленно потер ручки, строя в голове планы мести. На ней было синее старинное длинное платье, кожа у нее была бледной, на руках проступали желтые синяки. Кто ж ее так? Неудавшаяся модель? Не могу не сказать ему спасибо! Мало ей, за такие проделки. Пожалуй, тоже поставлю ей парочку синяков... на левой ягодице.
Если сразу меня сковал страх, то сейчас он отступил. И я даже мог иронизировать сам над собой. Я верил, что все будет хорошо. Осуществит свою больную фантазию, и будет с нее. Уж тогда я...
Не знаю, почему меня одолели сексуальные фантазии, может, потому что я был голый? А когда я без одежды и наедине с девушкой, то всегда занимаюсь сексом. Я распалился настолько, что член мой разбух, и заметив это, художница удивленно приподняла бровь и отложила карандаш.
— Что совсем-совсем меня не боишься? — спросила она, подходя ближе.
Я ожидаемо промолчал, так как не научился еще разговаривать с кляпом во рту.
— Интересно.
Она хмыкнула, не отводя глаз от налившегося кровью члена, и от ее взгляда мне сделалось не по себе.
Она снова нажала на кнопку, и кровать вернулась в горизонтальное положение. Чокнутая девица задрала длинную юбку и уселась на меня. Трусики на ней отсутствовали. Лобок был курчавым, и я жадно уставился на него, как на чудо природы. Давненько я не видел таких «средневековых» лобков, в моде давно уже прочно обосновались «гладкие киски».
Она потерлась липкой промежностью по моим яичкам, приподнялась, пальцем направила член на вход и мягко впустила его в себя. Внутри была влажно, горячо и достаточно узко. В Польке мой член болтался свободно и это напрягало меня, как обладателя среднестатистического размера. Здесь же было совсем по-другому. Ее вагина казалось щелкой, в которую я с трудом проник.
Черт, какой кайф... Если она меня не будет больше бить, клянусь я все прощу и попозирую бесплатно. Ну вот, меня нас*луют. Впервые в жизни. И как же это, черт возьми, приятно.
Рукина трахала меня с невероятной скоростью, словно от быстроты ее движений зависела чья-то жизнь! Я же кончу сейчас... а я привык растягивать удовольствие.
Однако кончить мне не позволили. Марго соскочила с меня до того, как случился выброс, чем разочаровала меня. Она опустила юбку, вернула кровать в вертикальное положение и как ни в чем ни бывало продолжила рисовать. Черт бы побрал эту идиотку!!!
Член нестерпимо требовал разрядки, и я чувствовал себя по-дурацки. А если она будет держать меня здесь несколько дней, а то и недель, периодически наси*уя и не позволяя кончать?! Я чуть не взвыл от такой мутной перспективы. Угораздило же...
Рукина манипулировала мною методом кнута и пряника, и я снова начал ее бояться. Кто бы мог подумать, что так легко сломить волю человека?
Кое-как я утихомирил член и тут же понял, что мои руки и ноги онемели, а в горле пересохло.
Спустя какое-то время она подошла ко мне и вытащила кляп.
— Отпусти меня, слово даю, что не буду мстить, — прохрипел я. — Дай воды, пожалуйста!
— Тихо, — сказала она, приложив палец к моим пересохшим губам.
Вместо того, чтобы дать мне воды, она стала елозить промежностью по моему лицу, и неожиданно я обнаружил у себя мощную эрекцию. Волоски щекотали мои губы, в ноздри пробирался терпкий запах женского естества, по подбородку размазался её липкий сок. Иногда у меня перехватывало дыхание, и остро ощущался недостаток кислорода. И тогда она давала мне немного подышать и снова садилась вагиной на лицо, и терлась об него, пока не кончила.
А потом с отстранённым взглядом снова села за работу. Сгорая от стыда, я признался, что хочу в туалет, и она принесла трёхлитровую банку. Выбора не было. Пришлось мочиться в банку, которую она держала под струей. После этого художница под благовидным предлогом попросила меня лечь на живот, и я, не подумав для чего ей это нужно, выполнил просьбу. Она зафиксировала мои конечности, и я с горечью понял, что упустил свой шанс освободиться!
Она черпала вдохновение из того, что делала со мной.
А потом Марго надела на себя член на ремешках.
— Нет, нет, пожалуйста! Только не это, — не узнавая свой голос, попросил я.
— Да, это. Сейчас я трахну тебя в попку. Признайся, ты мечтал об этом?
— Бред!!! Никогда не думал об этом, это противоестественно, пожалуйста, не надо так со мной. Делай все, что угодно, но только не это! Я не педик!
С лихорадочным блеском в глазах Рукина натирала член кремом. Надо отдать ей должное, орудие пытки выбрала небольшое, но все равно меня прошиб холодный пот. Это какой-то кошмар, меня сейчас трахнут в зад! Если об этом кто-то узнает, то... лучше об этом не думать.
Мучительница зачерпнула двумя пальцами прохладный крем и помазала ими мою задницу. Не верю... этого не может быть! Раньше я проделывал это с Полей, а теперь это делают со мной. Я был полностью деморализован и сломлен. И почти не сопротивлялся.
Головка искусственного члена скользнула внутрь, и от страха у меня онемели ноги. Она надавила и вошла до конца. Фаллос царапнул простату, и в низу живота у меня потеплело. Я не педик, я не должен испытывать удовольствие!!!
Марго осторожно двигалась, вводя меня в состояние перманентного ужаса. Мне было больно, но в то же время я чувствовал некое подобие приятности, которое нарастало, вызывая у меня шок. Я истошно матерился, злясь на самого себя. Вот придурок, тебя насил*ют в зад, а твой член стоит колом! — ругал я себя.
Марго умело играла с моей простатой, терлась об нее фаллосом, как ласковая кошка об ногу хозяина. Я не выдержал и застонал, все еще не веря, что это удовольствие реальное! Она постепенно наращивала темп, иногда член выскальзывал из меня, принося ощущение освобождения, но она снова возвращала его в мою кишку, одним движением наполняя ее.
Когда я ощутил первые выбросы спермы, то на некоторое время перестал чувствовать в себе эту штуку. Мои чувства были сосредоточены в паху — на сладкой неге, которую принесло высвобождение спермы. Марго заметила семенную жидкость на кровати и остановилась. Вынув из меня член, она легла рядом и обняла меня. Не знаю почему, но эти объятия принесли мне удовлетворение, словно меня трахнули с моего горячего согласия.
— Как тебя зовут? — ласково спросила она.
— Герман, — неохотно признался я.
Она вскочила с постели и дошла до мольберта. При ходьбе член колыхался на ремешках, и в моей заднице аукалалсь боль. Она что-то написала и с гордостью показала мне картину. Что ж, хорош! Выгляжу как святой мученик!
— Нравится?
Я не стал спорить и кивнул, думая, что речь идет о сексе. Хоть бы ей больше не пришло в дурную голову меня затрахать до смерти в зад! Почему она не снимает эту штуку?
Рукина взяла мой мобильник и сфоткала несколько раз картину. Должно быть, мне на память? Все закончилось? Я сфокусировал взгляд на подписи «Герман в цепях». Какой кошмар!
Хотя нужно признать, что Маргоша талантлива. Еще бы!! Между делом глумиться над моделью, ведрами черпая вдохновение, тут любой проявит свои недюжинные способности!
— Извини, Герман, но так надо. Выпей вот, — она протянула мне бутылку с водой.
Я напрягся.
— Это яд?
— Нет, ты что. Просто снотворное. Я верну тебя туда, откуда украла. И если можешь — прости.
С тяжелым сердцем я отпил глоток из пластиковой бутылки и канул в небытие.
Пришёл в себя на пляже, мои товарищи спали крепким сном в палатке. Руки и ноги были в порядке, и лишь слабое жжение в заду подсказывало, что это все был не сон.
Я полез в телефон и нашел еще одно подтверждение. Немного поразмышлял над кнопкой «Удалить?», но так и не нажал на нее. Пусть остается. Когда-нибудь я найду Марго Рукину и за все с ней рассчитаюсь.
 --- Измена как спусковой крючок --- (групповой секс, сексвайф и куколд, измена, случай)
Кто то к этому приходит из за серой сексуальной жизни, а в ком-то спит демон, и ждёт случая вырваться на свободу. Такой случай произошёл со мной. Было лето, конец 90-х. Жена ушла на встречу с одноклассницами, они не часто, но встречались. Жена не подавала повода для ревности, возвращалась относительно не поздно, слегка под шафе, не монахиня же. На этот раз, все иначе. Пришла поздно (мобильников ещё не было), я здорово понервничал. Пришла пьяная в хлам и сразу спать легла — одетая, причём поперёк. Решил её раздеть, чтоб не пачкала постель, у неё задняя часть юбки
Испачкана была свежей травой, ну думаю по пьяни на травку села, бывает, ей плохо становится если переберёт. Снимаю юбку, а там... колготки почти до колена мокрые, потрогал — липко, и стойкий запах спермы. Снял с нее колготки и трусы, а у неё вся пизда в сперме, белесая жижа и продолжает медленно вытекать. А теперь представьте что творилось со мной, в голове буря эмоций, злость, ревность, а в штанах просыпался вулкан. Хотелось отметелить, но возбуждение было так велико, что я вошёл в неё, член стоял как кол. Внутри хлюпало чужая сперма и горячо, видать долго ебли и не раз. От этих мыслей сносило голову.
После этого случая я понял что меня это дико возбуждает, но ревность не давало реализовать фантазии.
Случай сам подвернулся, на день рождение жены. Был юбилей, 25 лет. Жена попросила чтоб отметили в ресторане а не дома, как обычно.
А тут, ресторан, напомню на дворе конец 90-х, с деньгами туго, пришлось напрячься.
На юбилей жена позвала не только близких друзей, но и однокурсниц, пару ребят с которыми работала, соседей.
Сели, выпили, закусили, поздравление и все такое. Вскоре, потихоньку гости стали уходить. Осталась не большая компания, а поскольку выпить ещё хотелось, решили, будет разумнее и дешевле продолжить дома. Купив ещё выпивки и закуски двинулись домой. Домашняя обстановка более расслабляла, да и алкоголь делал свое дело. Стало поздно и часть гостей попрощавшись, удалились. Поскольку выпить ещё хотелось я предложил Андрею и Диме остаться. По итогу осталось два парня Андрей и Дима, я, жена и семейная пара моложе нас, которая мирно спали на кухне. Пара к сожалению быстро расквасилась и мы положили их на кухню (там у нас еще один диван). Алкоголь потихоньку делал свое дело.
Поскольку было поздно, музыку поставили медленную.
Жена захотела танцевать, но я сказал что устал, я реально устал, на мне вся организация и походы в магазин.
Ребята охотно согласились выручить жену, тем более что из женского общества осталась только она. В перерыве между танцами принимали по рюмашки. Надо сказать что половинка моя под хмелем становится очень навязчивая и постоянно лезла целоваться ко мне, ей вообще нравится этот процесс.
В очередной раз ей захотелось, а я как раз закусывал, ну и отверг, на что она сказала что тогда будет целоваться с Андреем. Типа шутка. Я вышел на балкон покурить, когда зашёл, жена вовсю сосалась с Андреем. Сел в кресло, жена заговорщицки посмотрела на меня, стало интересно как далеко все зайдёт. Дима тоже немного был растерян. Увидев что я не реагирую, Андрей стал пробовать границы дозволенного, потихоньку лапать за грудь и попу. Но тут жена неожиданно внесла свои коренные изменения в сценарий, от которого все немного напряглись, она решила ускорить события и сняла кофту, сославшись что душно. Теперь Андрей мял её грудь через лифчик, постепенно вытаскивая её в наружу. От такого вида, жена с обнажённой грудью и в танце, алкоголь в голове, в штанах просыпался демон.
Жене не удобно было, и она сняла лифчик. Я решил что события развиваются слишком быстро и чтоб не вспугнуть судьбу пригласил всех за стол. Чокнулись ещё одной рюмкой коньяка и завели разговор о её груди. Что вы поняли, у неё полный 3 размер при росте 165 и спортивном телосложения. Жена сказала что хочет снять юбку так как она ей в обтяжку и давит и одеть халат. На что я в шутку сказал, да можешь и без халата.
Да? Разрешаешь? — ответила улыбаясь.
Она мгновенно стянула с себя юбку, и осталась в одних трусах. Обычно жена носила обыкновенные трусы, какие удобные, а тут что-то среднее между стрингами и классическими. Я когда-то подарил, но носить не хотела, типа неудобно, а тут, на тебе. Чувствую как горят щеки, мысли роились в голове — может прекратить, пошутили и хватит, но что то подталкивало продолжать.
Я поставил медленную композицию Mylen Farmer, любимую жены. На этот раз пригласил её Дима, жена тёрлась всем телом, причем грудью сильней всего, от чего у Димы образовался огромный бугорок. Алкоголь окончательно снял все барьеры. Жена провела ладонью по тому месту и посмотрев на меня облизалась. Дима воспринял это как знак и вывалил свое хозяйство в наружу. Это был, по сравнению с моим просто ХУЙ, ну почему то достоится такое другим, я даже позавидовал, хотя сам Дима не высокого роста слегка плотненький.
Жена посмотрела на меня, типа ну что. Я одобрительно кивнул, и жена стала на колени и медленно стало облизывать. Это был инструмент раза наверно в полтора а может два длиннее моего и толще и необычной головкой, острой, я ещё подумал что такой в любую пизду войдёт как гвоздь. От всего увиденного и алкоголя кружилась голова, а сердце вот вот выскачет. Я снял штаны и стал дрочить. Повернув голову увидел Андрея который медленно надрачивал свой член, и тут меня постигло второе разочарование. У Андрея тоже был больше моего, но меньше чем у Димы но не пропорционально большая головка, про такое говорят — елда. Жена периодически просматривала в мою сторону, я ей показал жестом на Андрея. Ого какая большая головка, сказала жена, а твоей подруги не больно трахаться, спросила жена. Не жалуется, можешь попробовать сама, и посмотрел в мою сторону, я кивнул одобрительно.
Давай, улыбаясь медленно сказала жена. Андрей встал и подошёл с сзади. У меня пульс колотился в висках от такой сцены, жена стояла раком эротические рассказы на dojki.biz, сосала хуй Димы, а сзади в неё готов был войти Андрей. Моя сучка текла капительно и Андрей медленно стал входить в неё. Я смотрел как её пизда расширялась, пока головка не изчезла в ней, правильно говорят, пизда размера не имеет. Темп потихоньку нарастал и жена завизжала от удовольствия. От такого напряжения я кончил. Взял сигарету и вышел на балкон, в голове творилось черти что, боролись два чувства, ревность и похоть, выпив пятьдесят грамм, подошёл к весёлой компании со словами — ракировка. К тому время, пока курил, все успели кончить. Жена лежала на диване в полуобмороке, широко раздвинув ноги и руки, из пизды вытекало сперма, шея и грудь тоже были покрыты тем же составом. От увиденного, хуй стал наливаться снова. Я подошёл к жене и стал мять её груди, шепнул на ухо, может в попу, на что она наотрез отказалась, разве что я попробую, напомню, размеры остальных участников были намного больше моего. Поскольку спермы было много, смазка не потребовалось.
После нескольких медленных движений, я вошёл. Сама ситуация говорила за себя, и все всё поняли. На этот раз Дима вошёл в пизду, а Андрей стал давать в рот. Было как-то неудобно в плане положения и мы сменили позу. Получилось как порнухе, жена оседлала Диму, я жену, а Андрей ротик. Порнуху когда смотришь, возбуждаешься, а тут ты и твоя благоверная, непосредственно участвуешь. В общем я опять кончил. От всего пережитого и хорошей дозы алкоголя, меня развезло и я отключился.
Так что вот, как то так. Ничего не планировали, само собой все получилось, как говорится удачное стечение обстоятельств... и алкоголь.
 --- Беспредел в южной гостинице --- (по принуждению)
Конечно, бизнесом должны управлять взрослые люди. Умные мужчины, женщины, когда бизнес попадает в руки отмороженной молодежи, творятся странные, а часто безумные вещи. Так небольшой отель в Египте, рассчитанные на 50 номеров, оказавшийся в собственности отмороженного внука узбекского диктатора, стал местом для систематического сексуального насилия над женщинами. Ничего не опасающиеся туристки, сисястые матери семейств, так называемые милфы, стали попадать, кроме солнца и моря, на члены активной южной молодежи.
Уволив, опытного мужчину, директора отеля и взяв на его место молодого отморозка, сына главы района, а его замом сына начальника полиции района, хитрый внук узбекского диктатора, 20 летний Сардор, обеспечил себе прикрытие. Его родителям проживающим в Лондоне, занимающихся бизнесом, или разграблением страны, после распада СССР, было откровенно не до забав сынка в Египте. Отель был только одним из их активов.
Сардор уволил всех ранее работавших в отеле взрослых мужчин и женщин, набрав дружков, откровенных подонков из числа нищих сельских парней, которым не светило трудоустройство в отели. Всех вновь прибывших сразу предупредили, что отдыхающие шлюхи, которым надо только секса, чтобы не вздумали мешать их дрючить хозяину отеля, а также сынкам элиты района. Естественно, что парни с удовольствием соглашались на такое, европейские женщины бляди, это было известно всем сельским парням, которые видели их только мельком. Но видя в каких откровенных нарядах они ходят, с непокрытой головой, открытой шеей, в обтягивающих юбках, под которыми торчат колени, парни понимали, что так могут выглядеть только проститутки. Созданные для разъеба, взрослые мужчины часто рассказывали, как работаю в отелях, они имели этих европеек, часто по двое и даже по трое, часто днем. Естественно, большая часть рассказов были выдуманы, но случаи, когда европеек имели были не редки. Местную отыметь было практически не реально, нужно было много денег, на калым, выкуп невесты.
Сардор сменил всех аниматорв, специально взяв без опыта, нищих шлюховатых, но симпатичных девок из молдовы, которых практически сразу по приезду изнасиловали, попросту поставив на хор. Теперь эдна из таких, послушно сидела у Сардора под столом и сосала член,
— Давай, Алина, чтобы высосано было все, иначе отдам Египтянам тебя, сама знаешь. Сосущая под столом Алина, испуганно закивала, ускорив движения головы.
Каждый день в гостинице беспредела кого то дрючили, опускали. Иметь шлюховастых удовольствия для молодых подонков было мало. Они получали удовольствие от насилия над приличными, над недаваками. Поймать такую сисястую милфу и пустить в дело, был главный праздник, для чернявых насильников. Естественно выбирали мамок, которые меньше бы потом возбухали, от немок, англичанок или француженок, могли быть неприятности. Поэтому старались разводить и дручить русских, украинок или молдаванок. Эти привычные к тяжелой жизни и «решению вопросов», были более покладистыми. Бежать, жаловаться в другой стране не спешили. Тем более все снималось на видео, особо сексапильных, сисястиков, потом имели даже в России. Особенно в Москве, где было много выходцев с азии, кавказа, африки, в том числе обеспеченных, кому были нужны покладистые сисястые милфы, для получения удовольствия. тем более «приличные», не даваки. не проститутки и не шлюхи, истории как их поймали и разъебали были известны. насиловать взрослую милфу, для обеспеченных парней, было веселым и увлекательным занятием.
Некоторых, особо сексапильных сисястых мамаш отслеживали и насиловали, принуждая к сексуальным отношениям даже по месту жительства, шантажируя видезаписями их секса в Египте.
Часто Сардор сам сидел на рецепшене, фильтруя поступавших туристов. Выбирая себе милфу, которую лучше изнасиловать. Совсем страшных он отсылал в соседний отель, мол мест временно нет. Сисястых, сексапильных мамаш оставлял у себя, наличие у них детей. даже взрослых, мужей, его не смущало. Было много способов отсечь милфу от родственников и как следует ее отыметь.
Сегодня плотно отжучив очередную подставившуюся МИЛФу, сисястую брюнетку, сынка которой поймали на краже пачки чипсов.
 --- История Эльзы — «Кобылка» --- (минет, фантазии, эротическая сказка)
Назвать это не то что платьем, а даже одеждой было крайне сложно — полупрозрачная ткань, сквозь которую даже слепой заметил бы прелести шестого размера, привлекательную, хоть и не особо стройную фигуру, а также широкие соблазнительные бёдра. Но стоит отметить, что сама ткань была дорогой, и я не могла поверить, что стою у входа в бордель в таком наряде, который дороже, чем всё имущество, каким владела моя семья совсем недавно.
Прохожие шли мимо, даже не обращая на меня внимание, в то время как я заливалась краской от осознания, какой шлюхой я выгляжу. Хотя я и так теперь шлюха... Мои тятя с дядей, которые воспитывали с раннего детства, решили, что я слишком дорого им обхожусь, да и какое приданое может быть у приёмной дочери мелкого торговца? Как посчитал мой «отец», продать меня в бордель было более выгодной сделкой.
И вот теперь я здесь.
— Сколько стоит эта упругая задница? — услышала я рядом с собой. К Кристи — опытной проститутке и моей ровеснице — подошёл крепко сложенный мужчин в солдатской форме. Его взгляд скользил то по бёдрам Кристи, то по её обнажённой груди.
— Эта жопа бесценна, солдатик, — нахально ответила Кристи, улыбаясь. — Но за пятьдесят медяков ты можешь драть её всю ночь.
— Дам тебе серебряник, и выебу тебя без смазки, и спущу в тебя всю сперму, — клиент моей «коллеги» оказался тоже не скромным мал*чиком.
— За серебряник я и стонать буду так, что весь порт это услышит, — засмеялась Кристи и, нежно потрогав пах солдата, повела его за собой в бордель. — Эй, милашка, повыше нос, никто не любит грустных шлюх, — дала мне последние напутствие подруга и скрылась с клиентом внутри. А я осталась одна на улице.
За три месяца «работы» я успела, с одной стороны, узнать своё тело лучше, да и научили, хоть и насильно, доставлять мужчинам удовольствие. С другой стороны, я понимала, что стоит хоть немного потерять «товарный вид», и я буду либо выброшена на улицу, либо вовсе убита. И ни то, ни другое меня не привлекало. Надо было бежать отсюда. Но бежать точно, потому что сбежавших, но пойманных шлюх... в общем, их больше не видели в борделе.
От мыслей меня отвлекла массивная тень, полностью скрывшая меня от солнца. Приподняв взгляд, я встретилась с... конём. Высокий, свыше двух метров, самец с лошадиной мордой и короткой шерстью шоколадного цвета по всему телу, выделялось только белое пятно вокруг большого носа. Из одежды — грубые штаны, а моё лицо было чуть ниже груди иноземца, так как зверолюды — потомки южного континента, где и находятся все королевства звериных народов.
— ... да? — робко спросила я, боясь того, что мои догадки были верны.
— Шлюха. Цена, — грубый голос с трудом произносил слова имперского языка, так как конский язык совершенно не похож на человеческие наречья. Но да, мои страхи подтвердились.
— Пятнадцать медяков за минет, тридцать — за всё остальное... З-за... за мной, господин, — сквозь страх произнесла я, направившись ко входу в бордель.
***
— Веди клиента во вторую залу, — с улыбкой сказала Аннет, «дама» — одна из управительниц борделя. — Она как раз для «массивных» клиентов. И он отдал за тебя два серебряника. За эти деньги я бы дала тебя роте солдат на сутки, так что не смей облажаться, шлюха.
— Вы весьма добры, — сумела произнести я (нельзя перечить «даме») и повела жеребца в залу.
***
Жеребец молча стал раздеваться, будто не замечая, что я смотрела на него, затаив дыхание. Я и так раньше редко видела нелюдей, но вот чтобы обнажённых... никогда. Обычными моими клиентами были торговцы, выпивохе из ближайшего кабака и прочие мужчины, которые чаще заглядывали ко мне не совсем трезвыми, что позволяло мне слегка облегчить мою «работу».
Но сейчас я, словно заворожённая, смотрела на вялый конский член, который даже так достигал в длину примерно двадцати сантиметров. А ведь он просто болтался между ног, словно сосиска. И я не представляла, как я сейчас буду с этим управляться.
— Рот. Язык. Работать, — приказной тон в конской речи чувствовался отчётливо, и я осознавала, что избежать уже ничего нельзя.
— Прилягте на кровать, пожалуйста, — попросила я.
Огромный самец прилёг на кровать, и его достоинство удобно расположилось между широко расставленных ног.
— А теперь расслабьтесь, господин, — произнесла я выученные за время работы слова. — Сейчас вы будет обслужены полностью. Расслабьтесь и получайте удовольствие...
Расположившись между ног клиента, я несколько секунд просто смотрела на конский член, после чего обхватила его двумя руками и стала медленно ласкать.
— Он... он очень огромный. Такой массивный, большой, толстый... — не удержалась я от высказывания собственных мыслей. Запах самца, странный, мускусный, напоминавший деревню и сено, бил мне в нос, но неприятия не вызывал. Эта дубина, испугавшая меня вначале, стала твердеть на глазах, и вот большая грибовидная головка упиралась мне в лицо, так что я просто высунула языка и стала проводить им вокруг головки, пробуя странный, но приятный вкус конского члена.
Горячее дыхание жеребца стало тяжелее и глубже. Самец смотрел на меня, а его дыхание обжигало мою грудь даже сквозь шёлковую ткань, прикрывавшую её.
Наконец, головка была полностью покрыта моими слюнями, а ладони всё быстрее и быстрее скользили по стволу, и, наконец, смазка стала вырабатываться так обильно, что начала стекать по стволу и пачкать мои руки. Припав губами к уретре, я стала буквально высасывать эту вязкую и липкую жидкость, чей странный вкус был довольно приятным. Тихое ржание было знаком, что я всё делала правильно.
Оторвавшись от уретры, я провела языком по головке и стала спускаться вниз, оставляя влажный след по всему стволу, медленно спускаясь к огромным чёрным яйцам, каждое из которых было раза в два больше куриных, если не больше.
— Сколько в них спермы? — спросила я вслух перед тем, как припала к яйцам и стала их тщательно вылизывать, да так тщательно, что они стали поблескивать от слюны.
Я не знала, что со мной, но это было совершенно другое, абсолютно не похожее на мой прежний опыт. Раньше я обсуживала клиентов так, как они пожелали — брала в рот, раздвигала ноги, подставляла свою попу, но удовольствие от этого было минимально, не считая пару раз. Но сейчас я хотела этого самца полностью, не смотря на разницу в размерах. Мой первый секс со зверолюдом.
Дыхание жеребца было очень громким, я даже тише стонала с клиентами, но это заставляло меня онанировать член, пока мои губы и язык дарили всю ласку большим конским яйцам, в которых явно накопилось спермы на пару литров, как мне казалось.
— Не знаю, как у ваших женщин, но вам нравятся груди? — спросила я, сняв с себя блузу и, чуть приподнявшись, и зажав ствол коня между грудей, после чего стала двигаться вверх-вниз, пачкая свои прелести в смеси собственной слюны и конской смазки.
В этот раз самец не стал покорно подчиняться моим ласкам. Его огромные трёхпалые ладони схватили меня за грудь, от чего они ещё сильнее зажали член, и задали мне ритм движения. От такой хватки я испытала боль в сиськах, но даже если бы я что-то сделала, не думаю, что хватка ослабла бы. Клиент всегда прав.
— Знала, что вам они понравятся... Они всем нравятся. Ох... — простонала я, пока головка члена, да и вообще вся верхняя часть члена скользила по моему лицу, размазывая вызывающий макияж. Кажется, теперь я вся пахла жеребцом.
Хватка ослабла, и толстые грубые пальцы схватили меня за затвердевшие соски, и я застонала так громко, что, думаю, меня все услышали. Но это не важно. Это публичный дом же.
— Не так... сильно же... Ах... — сквозь стоны только и сумела произнести я, но ритм ласки конского мужского достоинства грудью сбился, и в итоге я остановилась, а член так и торчал между моих грудей.
Я застонала ещё громче, когда жеребец стал слегка крутить соски, и голову мгновенно заполнили боль с нотками удовольствия. Было больно, но и останавливать его не хотелось.
— Ах... мм... ммм... да... Ах, мм, не останавливайтесь... — только и прошептала я, ощутив, как по бёдрам предательски потёк мой сок.
Несколько минут уже я была игрушкой в руках коня, которые крутил и сжимал мои соски так, как ему вздумается, от чего я текла только сильнее, и уже не сдерживала стоны. Оргазм я словила быстро, и, будто учуяв это, мой любовник остановился.
— Вы очень грубы, господин... — сказала я сквозь нахлынувшую после оргазма усталость.
Преодолев себя, я приподнялась и, прижав член к животу жеребца, оседлала его.
— Боюсь, ваш член слишком огромный для моих дырочек, так что позвольте хотя бы так сделать вам приятно. Вы ведь чувствуете, как я возбуждена? Уверена, вы чувствуете. Я пахну как возбуждённая самка, готовая к спариванию?
Влажная киска скользила по стволу, и каждая вена на члене ощущалась с удовольствием, и даже сравнить это было не с чем, максимум — с лёгким покалыванием, и отдающимся дрожью во всём теле.
— Мм, вашему члену нравится, да? — простонала я, двигаясь на члене так, будто полировала его ствол киской. — А мне нравится... ваш член такой ребристый, негладкий... и очень... большой. Если бы я взяла его в себя, вы бы кончили сразу? Вряд ли у вас были такие узкие женщины...
Меня переполняли эмоции, и от этого я хотела говорить, не молчать. Хотя бордель — не то место, где надо общаться с мужчинами во время секса.
— Кончать, — сквозь тяжёлое дыхание и ржание произнёс самец.
— Так быстро?! — удивилась я, забыв о том, что я минут пятнадцать усиленно доставляла удовольствие двухметровому жеребцу и его массивному члену.
Я весьма быстро соскочила с члена и, вернувшись к прежнему положению, припала губами к уретре, готовясь к мощной струе, пока руками я быстро-быстро ласкала ствол.
Ощутив, насколько сильно напрягся мой любовник, я подготовилась к оргазму, но то, что случилось после, оказалось неожиданным.
Тяжёлая трёхпалая ладонь оказалась на моём затылке, и головка мощным рывком проникла в ротик, заполнив его полностью. Дальше головка не прошла, слишком уж большой она была, и тут в заднюю стенку горла ударила первая струя спермы. Ощущение, что мне в рот вставили шланг. Струи спермы ударялись с такой силой мне в горло, что я не успевала проглатывать, и сперма, заполнив рот, стремилась наружу. Но ротик был заткнут конской головкой, и я стала задыхаться.
В какой-то момент хватка ослабла, и я буквально соскочила с конского члена. Сперма резко потекла из носа и рта, и я стала сильно кашлять, пока не стало лучше.
— Ох... чёрт... — с трудом произнесла я. — Кони и правда так много кончают?
Но пока я приходила в себя, жеребец встал и, вытерев себя от спермы моей блузкой, стал одеваться. Не приводя себя в порядок, я встала и последовала за конём, который явно не собирался прохлаждаться после оргазма.
— Эй! Подожди!
Выйдя в холл, я не обращала внимания на то, что другие проститутки смотрели на меня, испачканную в конской сперме.
— Имя-то скажешь? — обратилась я к любовнику, желая хотя бы это о нём узнать
— Хорошая кобылка, — произнёс конь «даме», которая, по традиции, прощалась с клиентами в холле перед тем, как те уйдут из храма любви.
Я только молча смотрела вслед уходящему жеребцу, которого, скорее всего, уже никогда не увижу.
— Ну что, Эльза, — сказала «дама». — Отличная кобылка. Приводи сюда ещё денежных клиентов, и тебе не придётся стоять на улице. К тебе сами будут приходить и даже становиться в очередь. А сейчас приводи себя в порядок и выходи на улицу.
«Кобылка»... — да, для него я была только кобылкой. Кобылкой, которую надо объездить. Для него и для всех тех, кто приходит сюда заплатить за то, чтобы такие как я раздвигали ноги.
Надеюсь, он ещё зайдёт.
 --- Железо и шелк --- (групповой секс, эротическая сказка)
Раксен неожиданно остановился, втянул воздух и еле слышно зарычал. Впрочем, Лионза уже давно видела стаю ворон, что кружила над возвышенностью. Она тихонько коснулась пяткой Раксена, побуждая двигаться дальше. Но он и не думал сдвинуться с места.
— Там опасно — тихо сказал он.
Лионза почесала его ухом.
— Там никого нет. Кроме мертвых.
И она указала зверю на кружащих падальщиков. Леопард недовольно заворчал.
— Я тебя прекрасно понимаю — сказала Лионза, — мне тоже не нравится эта страна. Но у нас есть приказ и его нужно исполнить. Давай сделаем это побыстрее и вернемся в наш замок к твоему любимому камину.
Но Раксена уже было не остановить. Одной из издержек путешествий с ним это его постоянное нытье и жалобы. Не хищник, а какая-то кошка.
— Зачем вообще это всё? — спросил он, — что тебе мешает вернуться в замок, послать братство подальше и жить как нормальные люди?
— Потому, что я не нормальный человек. И вообще не человек.
Леопард скептически фыркнул. Но в любом случае надо было идти. Они, соблюдая осторожность, поднялись по горной тропе, ведущей в деревню. Чем ближе они подходили, тем сильнее становился запах гари. Как и предсказывала Лионза, здесь все были мертвы, от самой деревни остались только обгоревшие дома с провалившимися крышами. Лионза больше всего на свете не любила смерть. Жизнь, пусть даже самая незавидная и мучительная казалась ей величайшим благом, лучшим даром, что дали Творцы сущим. Ведь жизнь — это всегда шанс что-то изменить, а когда ты мертв, то уже не властен даже сдвинуть пылинку. Может быть поэтому, она до сих пор в братстве несмотря на ненависть к ней? Пока она служит свету, всегда есть шанс помочь кому-то избежать смерти. Но в этих проклятых Железных Горах смерти было больше, чем нужно. Здесь добывается больше всего железа в мире. Может поэтому, в этих горах идет постоянная война всех со всеми?
Они шли через деревню, и Лионза старалась не смотреть на изуродованные трупы. Раксен снова остановился и беззвучно обнажил клыки. Лионза вскочила с его спины, положила руку на пояс. Пояс у неё был не простой. Это был гибкий меч урум, что оборачивался вокруг талии, закрепляясь замочком. Стоило его расстегнуть и в руках суккуба оказывалось грозное оружие, совмещающее в себе преимущества меча и хлыста. Звуки, что привлекли внимание, леопарда доносились из единственного каменного, потому сохранившегося здания в деревне — общего амбара. Он тоже пострадал от огня, камни почернели, кое-где были трещины и дыры в стенах. Через одну из таких дыр Лионза увидела нескольких воинов в высоких шлемах. Монги, самый воинственный и отмороженный из местных народов. С ними была женщина, с мешком на голове. Один воин удерживал её за руки, второй, приподняв за обнаженные бедра, с силой вгонял ей член между ног. Третий, видимо, готовился быть следующим. Он уже достал свой отросток и мял его рукой. Женщина не издавала ни звука, только вздрагивала всем телом при каждой фрикции. Насиловавший её монг надсадно кряхтел, словно рубил дрова топором.
Конечно, Лионза была суккубом, но это зрелище не вызвало у неё приятного волнения, которое она испытывала при виде подобного. Вид секса приносил ей удовольствие, только если нравился всем участникам процесса. Лионза отстегнула урум и прыгнула в провал. Бой был недолгим. Монги не ожидали атаки, один даже не успел натянуть штаны. Удары гибкого лезвия обезоружили их, а вид красной демоницы и хищной кошки, которые возникли словно ниоткуда, испугал. С криками монги бросились прочь. Лионза склонилась к женщине. Она сняла с головы мешок и беззвучно плакала, закрыв лицо руками. У суккуба самой подошел ком к горлу. Она погладила несчастную по плечам.
— Ну что ты... — мягко сказала она, — не плачь. Ты жива, и это главное. Не плачь... Все кончилось.
Женщина затихла, опустила руки, и Лионза сама едва не закричала. У женщины не было носа. На его месте было окровавленное отверстие. Она беззвучно открывала рот и в нем вместо языка был лишь небольшой обрубок. Зачем, зачем так уродовать? Откуда это стремление к бездумному разрушению, к боли и смерти? Лионза этого не понимала. Женщина смотрела на Лионзу, словно укоряла её в случившемся, потом вздохнула и затихла. С серого неба срывались мелкие колючие снежинки.
***
Уже начало смеркаться, когда показались стены монастыря. Снег уже валил большими хлопьями, окружал путников белой холодной пеленой. Лионза и Раксен, поднимаясь к монастырю по крутой горной тропе, угрюмо молчали. Она хотела похоронить мертвых в той злосчастной деревне, но даже на это не было времени. Набеги монгов это проблема местного герцога-хоу. А Лионзе, рыцарю-драконьеру поручено разобраться с другим, не менее жестоким врагом. Она хотела зарыться лицом в шкуру Раксена и горько плакать. Но надо было идти, добраться до цели хотя бы к темноте. И как знать, может быть хоть здесь она успеет, убережет живых от нечисти. Какое отвратительное место. Днем здесь хозяйничают монги, а ночью оборотни-людоеды. Они взяли в осаду горный монастырь. Каждую ночь эти твари кружили вокруг святой обители, и только молитва помогала их сдержать. Хорошо, что весть об этом дошла к хоу, и он связался с ближайшим командором братства. А командор в свою очередь отрядил разобраться с проблемой ближайшего брата-драконьера. Точнее, сестру. Сестру Лионзу Луане, раз уж она оказалась в этих местах, на обратном пути с Запада.
Лионза подняла массивное бронзовое кольцо на воротах и постучала. Раксена она благоразумно превратила в шкуру и накинула на плечи. Кольцо при ударе о дерево издавало гулкие звуки. Ответом была тишина. Монастырь вообще выглядел мертвым, в темной каменной громаде не светилось ни одного огонька. Неужели, опоздала? Лионза постучала снова. Тихо. Но Лионза почувствовала на себе чей-то взгляд. Кто-то наблюдал за ней из-за стен.
— Эй! — крикнула Лионза, — я ищу ночлега! Мне много не надо, достаточно просто крыши над головой. Святые отцы, пустите несчастную путницу!
Послышалось тихое шуршание. Ворота заскрипели и открылись. За ним стоял монах в капюшоне, опущенном на лицо.
— Здравствуйте! — сказала Лионза, — не пустите ли меня...
Монах смотрел на неё из-под капюшона, потом медленно кивнул. Лионза вошла внутрь, монах закрыл ворота, опустив изнутри тяжелый запор. Было темно, даже в башне-святилище. Странно, там огни не должны гаснуть никогда. Они прошли через двор, зашли в длинное здание, предназначенное монахам для жилья. Лионза положила руку на рукоять своего пояса-меча. Слишком все тут нечисто. Но она опытный боец и маг. С кучкой оборотней точно справится. По длинному коридору они зашли в большой молитвенный зал. Тут царил полумрак. Все было перетянуто каким-то украшениями и гирляндами, с потолка свисали большие мешки. Что тут происходит? Лионза коснулась рукой серебряного амулета в виде двуглавого дракона. Она собралась произнести молитву священного света. Если это ловушка, подготовленная нечистью, их ждет неприятный ослепляющий сюрприз.
Но не успела она произнести первого слова, как раздался свист. Что-то сорвало амулет ей с шеи. Лионза резко сняла с пояса урум, но снова свист и вокруг её кисти оплелся шелковый шнур. Ещё свист, и такой же шнур оплел вторую руку. Лионза рубанула мечом, но шнур оказался неожиданно прочным. Кто-то дернул за шнуры, Лионза подняла руки вверх, словно безвольная марионетка, движимая невидимым кукловодом. Поворот шнура вывернул ей кисть и она уронила меч. Она подпрыгнула, кувыркнулась в воздухе, надеясь развязаться, однако новые шнуры оплели ноги. Что тут происходит? Монах, что шел впереди, откинул капюшон с лица. Лионза увидела женщину с миндалевидными глазами, темными волосами, уложенными в тугой пучок, украшенный шелковыми лентами. Она криво улыбалась, глаза же были холодны, словно две ледышки. Сбоку так же плавно подходили ещё две девушки с такими прическами, только одетые не в монашеские робы, а блестящие платья. Одна в черное, другая в фиолетовое.
— Кто вы такие? — спросила Лионза.
— Это не важно... — ответила та, что заманила её в ловушку, видимо среди них старшая, — важно, кто ты...
— Я надеялась получить здесь крышу над головой...
— Добро пожаловать! — сказала девушка в фиолетовом платье и вся троица рассмеялась неприятным смехом.
— Дочки, вы голодны? — спросила старшая.
— Нет! — ответила девушка в фиолетовом.
— Нет, мамочка! — отозвалась в черном платье, — у нас уже был сегодня славный пир. Эти монахи такие жирные...
— Я в твоем возрасте много ела — сказала мамаша, — это важно для здоровья потомства!
— Мам... — капризно протянула дочь в черном, — в меня сегодня не вольешь и глоточка!
— Ладно, пусть повисит до завтра — сказала мамаша.
Пока они болтали, Лионза быстро прокручивала в голове все варианты дальнейших действий. Амулет отлетел довольно далеко, значит молитва света не подействует. Раксен у неё на плечах. Но нужно дотянуться до его уха, только тогда заклинание сработает. А это проблематично в её положении. Может, воспользоваться магией суккуба?
— Девочки... — сказала она томно, — ваши шелковые шнуры так возбуждают...
Девочки быстро переглянулись между собой.
— Так приятно касаются кожи... Знаете, в Кра-Акене часто практикуют такие вещи. Очень утонченно.
Тут было не важно, что она говорила, весь секрет был в тембре её голоса. Эти вибрации вызывали волнение и дрожь практически у любого живого существа в этом мире. Перед суккубом сложно устоять. Мамаша облизнула пересохшие губы и ещё раз посмотрела на дочерей. Те завороженно смотрели на Лионзу.
— Мам... — сказала дочь в черном, — я хочу поиграть...
— Я тоже — сказала вторая девушка. Она начала массировать свою грудь сквозь платье.
Мамаша подошла к Лионзе. Взяла рукой её за щеку. Большой палец с острым ногтем заскользил по карминовым губам суккуба.
— А ты, красненькая, знаешь толк в развлечениях... — сказала она низким, дрожащим от похоти, голосом. Она взмахнула рукой, шнуры связавшие руки Лионзы, натянулись как струна. Суккуб была вынуждена привстать на цыпочки. Мамаша провела языком по её щеке.
— Какая сладкая нам попалась муха...
Муха? Так Лионзу называли впервые. А уж она слышала на своем веку немало странных прозвищ. Она почувствовала, что тоже возбуждается. Мамаша резким движением сбросила с неё Раксена, а потом высвободила груди Лионзы из-под одежды. Чужие мысли трех оборотней пульсировали в голове Лионзы, но не давали ей ответа, с кем же она имеет дело. Мамаша впилась в её левый сосок, Лионза даже вскрикнула от резкой боли. Тем временем дочки уже стянули с суккуба сапоги и дорожные штаны. Та, что справа, щекотно ласкала языком её ступню, та, что слева целовала ногу, поднимаясь все выше. Мамаша никак не могла оторваться от груди суккуба, она глухо постанывала, вбирая губами то один, то второй сосок Лионзы. рассказы эротика Рука её скользнула ниже, к паху. Лионза, вся дрожащая от возбуждения и ласк почувствовала, как теплеет у неё внизу живота, как возникает, растёт её член. Мамаша резким движением схватила его.
— Ого, девочки! Смотрите, какой сюрприз!
— И не один! — сказала девушка в черном, засовывая в вагину Лионзы палец.
Мамаша плотоядно улыбнулась, а потом неожиданно выпустила откуда-то из запястья ещё один шнур. Со свистом он обвил напрягшийся фаллос Лионзы. Мамаша приподняла руку и член приподнялся следом.
— А в твоем Кра-Акене делают так? — спросила она, криво улыбнувшись.
— Нет... — простонала Лионза.
Мамаша засмеялась, откинув голову назад, натянула шнур. Нежная и прохладная ткань заскользила по красному члену суккуба, вызывая ни с чем не сравнимое наслаждение. Оно пробирало её всю, от волос на голове до самых кончиков пальцев на ногах. Мамаша издала горловой звук, и неожиданно на высоком открытом лбу появилось ещё четыре небольших глаза. Но Лионза уже прочла их мысли на несколько мгновений раньше. Паучихи. Семейство паучих, ядовитых, ненасытных, как в еде, так и сексе. С такими будет сложно справиться в одиночку даже ей. Шнур вокруг её члена сжался, потом чуть ослаб. Лионзу снова пронзило нестерпимое наслаждение. Черная паучиха тем временем большим пальцем гладила клитор суккуба. Фиолетовая зашла сзади, встала на колени перед её ягодицами и языком раздвинула колечко ануса. Последний раз Лионза занималась сексом на горном перевале с йети. В ней ещё было его семя, и она уже готова была извергнуться им в сильнейшем за последние несколько лет оргазме. Но опытная мать-паучиха снова сжала шнур вокруг члена, не давая ей разрядиться.
— Мы только начали, мушка — сказала она, оскалив острые клыки.
Лионза застонала от боли, головка набухла и немного посинела. Черная паучиха продолжала орудовать пальцем, а фиолетовая языком. Потому, невозможность разрядиться казалась ещё более нестерпимой. Дочки-паучихи прекратили свои игры и отошли по правую и левую стороны от неё. Они приподняли шнуры, что стягивали ноги Лионзы так, что она приподнялась над полом, повисла в сидячем положении. Мать-паучиха избавилась от монашеской робы, полностью обнажившись. У неё было пышное аппетитное тело 40-летней женщины, большая грудь с набухшими сосками розово-фиолетового оттенка, небольшой животик, большие ягодицы. Ногти на ногах были темные, будто покрытые лаком и заостренные. Очень красивая зрелая женщина. Если бы не лишние глаза на лбу. И не лишние пары рук. Она распрямила нижнюю пару и выпустила ещё несколько шнуров. Они образовали нечто вроде качелей, на которые она уселась. Она двинула бедрами, направляя качели к Лионзе. Через мгновение она насадилась на её член горячим жадным зевом своего влагалища. Когда Лионза вошла в неё полностью, паучиха издала надсадный кряхтящий звук, словно тот монг-насильник. Черная паучиха выпустила ещё один шнур и он обвил горло Лионзы. Фиолетовая пропустила шнур так, чтобы о него терся клитор красной волшебницы. Мать-паучиха оттолкнулась назад, и через мгновение колебание снова принесло её к Лионзе, она снова схватила член жадными половыми губами. Лионза не помнила, сколько это продолжалось. Нестерпимое прикосновение шелка к телу, горячий охват её головки и две петли вокруг шеи и члена, которые попеременно ритмично сжимались, в момент когда она достигала глубины паучихи, вызывая головокружение и острое наслаждение. Когда же они устанут? Лионзе даже с ограми было легче. Паучихи все трахали и трахали её, шнур вокруг шеи с каждым разом затягивался все сильнее, оставляя на ней синий след. Мамаша уже перестала играть в качели, она оседлала Лионзу своими широкими бедрами, яростно вгоняя фаллос в себя. Рот её был приоткрыт, с клыков на обнаженную грудь суккуба капала ядовитая слюна. Шнур затянулся так, что Лионза выпучила глаза, и почувствовала острую боль в груди. Нет, они сейчас убьют её! Член яростно пульсировал, требуя разрядки. Мамаша двигалась все ожесточеней, клыками она почти касалась шеи Лионзы.
Луанийка закрыла глаза. На мгновение она увидела дом и трех женщин, что мирно пряли под заунывный напев на неизвестном ей языке. Но в этот напев стали вплетаться другие звуки, металлический лязг, свист стрел, крики. Женщины вскочили, в панике выбежали на улицу. Там царил хаос.
Паучиха в очередной раз насадилась на фаллос, замерла, прижалась к Лионзе своим пышным телом и наконец-то начала кончать. Лионза чувствовала мощнейшую пульсацию, расходящуюся по телу её любовницы, она испытывала этот мощнейший всплеск наслаждения вместе с ней. Шнуры на члене и шее ослабли и Лионза наконец с криками выпустила мощную струю семени йети в чавкающую вагину матери-паучихи. Мир стал красным и горячим, словно Лионза попала в самое жерло вулкана.
Паучихи рухнули на землю одновременно. Путы их повисли и ослабли. Лионза встряхнулась и шнуры попадали на пол. Лионза упала вслед за ними, ударившись ягодицами. Ничего, это всего лишь пара синяков. Ещё один теперь на шее, там где её стягивал шнур. Лионза подобрала амулет и гибкий меч. Паучихи были живы, хоть и обессилены. Нужно было закончить дело.
Лионза взяла в руку амулет.
— Великие боги-близнецы, разные и единые в одном теле... — начала она молитву. Её голос дрожал.
— ... те, что соединились в драконе, чтобы даровать свет... Драган и Драга... брат и сестра...
В её горле пересохло, суккуба душили сухие рыдания.
... — явите свою милость к этим несчастным!
Медальон блеснул вспышкой, паучих охватило пламя, они закричали, корчась от боли. Через мгновение на их месте были небольшие кучки черной золы.
***
Лионза плакала, уткнувшись в шкуру Раксена. Он сидел на задних лапах и иногда лизал её лицо горячим шершавым языком.
— Понимаешь, — говорила она, давясь слезами, — они были обычные женщины, жили в деревне недалеко отсюда. Занимались ткачеством. Вдова и двое дочерей...
Лионза снова уткнулась в шкуру леопарда.
— На деревню напали монги, они побежали прочь. Но те не оставали. Перед ними был монастырь. Монги хоть и нелюди, но монастыри и храмы никогда не трогают... Понимаешь, никогда... Они суеверные. И эти женщины просили монахов впустить их. Кричали, умоляли... Но те просто молча смотрели... Смотрели, как монги их догнали и потом...
Лионзу снова накрыл приступ рыданий.
— Но перед смертью они прокляли эти горы и этот монастырь. И так велика была сила проклятия, что они вернулись годы спустя в обличье ужасных демониц...
— Ты, словно, впервые сталкиваешься с подобным — сказал Раксен, — за столько лет пора уже привыкнуть.
— Я не хочу привыкать. Не хочу! Если я привыкну к подобному, считай, что я умерла!
Они ещё долго сидели в молчании. Леопард хоть и был нытиком и брюзгой, но в такие моменты умел молчать и дать хозяйке выплакаться. Наконец Лионза утерла лицо и встала.
— Может, ты прав? Пошли эти драконьеры куда подальше?
Раксен фыркнул и ответил:
— Садись, нам пора домой.
 --- Цена гордости --- (наблюдатели, по принуждению, подчинение)
«Едем на речку!» — радностно кричала мне в трубку Женька. Я тоже обрадовалась, но не так явно, я вообще зажатая и стесняюсь не к месту, но это в любом случае было клево, наконец-то какое-никакое развлечение. «Катька, ты собираешься или нет?!» — продолжала вопить подруга. Я успокоила ее и уверила, что собираюсь. Осталось накраситься, надеть купальник и все такое. Мы городские девченки, особенно я, Женька часто бывает в деревне, а я совсем изредка. Школа закончилась, наконец сами по себе, гуляй до утра, спи до вечера!
Моя бабуля чаще гостит у нас, чем я у нее. У них с дедушкой небольшой двухэтажный домик и участок земли с маленьким фруктовым садом, яблоки там, вишни, кусты малины. Нам обеим стукнуло по 18 и мы решили что вот она свобода, мы намеренно решили год отдохнуть, хорошо подумать с выбором ВУЗа и вот в августе уехали из города в деревню к моей любимой бабушке Свете и деду Косте. Бабушка бесконечно радовалась, дед был такой же серьезный и немногословный как всегда, но я знала что рад видеть внучку не меньше бабули. Нам выделили весь второй этаж с диваном и старой советской кроваткой. Женька как минимум 2—3 раза в год навещала эту деревню, но у нее тут родичей не живет, зато есть куча дружков, которые всегда рады потусить с городской девушкой.
Вот она звонит мне и говорит, что намечается какой-то движ, много народу, речка, музыка, вино, шашлыки... Мы срываемся, заказываем такси и едем. Через 2 часа на месте. Свежий воздух, птички поют, кругом зелень и длинные кривые улочки, я веду нас по старой памяти. Калитка открыта, дед сидит на скамейке у дома и что-то мастерит, а бабушка тут же выбежала из дома. После долгих обнимашек и экскурсий мы молча раскинулись на большом раскладном диване. Стоял запах свежей древесины, видимо дедуля пределывал крышу или еще что. Женька сняла влажную от пота майку, лифчик и джинсовые шортики. Она была чуть полнее меня с заметным животиком и широкой задницей. Я тоже не тощая, но грудь была чуть поменьше ее сисек, которые аж обвисли от объема. За последние несколько лет она сильно изменилась. В школе Женька всегда была жирненькой и никогда не пользовалась успехом, зато за последние 3 года грудь и попа очень сильно набрали округлости, а талия, благодаря бесконечным диетам стала тоньше и лицо избавилось от пухлых щек. Я же всегда была худой доской и благодаря булочкам, шоколадкам и сидению дома последнее время нарастила большую попу и немного грудь. Меня почему-то все равно считали симпатичнее, может за смазливое личико, моя мама всегда была красавицей и до сих пор папа ревнует ее за комплименты знакомых. У меня светлые прямые волосы до плеч и серо-голубые глаза, Женька красится в черный и выпрямляет свои слегка вьющиеся волосы.
— Ох, надо в душ бы сходить... — протянула она.
— Сходи, бабуля налила воды, я после тебя.
Женя зевнула и встала с дивана. Она сняла трусики, не опасаясь, что дверь открыта. Но если бы кто стал подниматься к нам, скрипучие ступеньки непременно дали бы знать. Она выпрямилась и осмотрелась у зеркала возле двери, покрутилась, осмотрелась и вдруг ее лицо изменилось.
— А ну пошли отсюда, кыш! — крикнула она и подбежала голая к окну.
Окно надо сказать было почти до пола, из-за низкого потолка на нашем этаже. Я вскочила следом и увидела, как на дереве в нашем саду метрах в пяти сидят два мелких пацана с плетеными сумками через плече, палят прямо в наше окно и ржут.
— Сядь! Отойди! — полушепотом кричала я Женьке.
Но та не слушалась и стояла руки в боки, сверкая сисяндрами и голой кудрявой писькой.
— Вот задроты мелкие! — выругалась она и повернулась спиной к окну.
Я засмеялась от смущения и кинула ей полотенце. Женька обмоталась им и вышла во двор. Я пошла за ней, душ был на улице. Пацаны косились и хихикали. Бабушка с дедушкой были на кухне и видимо поручили соседским пацанам собрать яблок.
— Эй, мал*чики! — Женька игриво улыбнулась и помахала им ручкой.
Те переглянулись и захихикали. Она остановилась и осмотрелась, а у меня сжалось все внутри, потому что я вспомнила какой у бабули с дедушкой здесь летний душ. Прямо между кухней и сараем, был открытый душ, с лейкой вверху, крючками для вещей на стенке сарая и куском толстой резины на земле. Понятно, что бабушка с дедом не стеснялись друг дружку, да и ходить сюда просто так никто не будет, разве что мимо пройдет. Вспомнила как в детстве это доставляло мне хлопот, убедиться, что я одна, 100 раз предупредить бабушку, чтобы дежурила за углом и не пускала дедушку. Сейчас я так же предупредила их, что мы идем в душ, они уверили, что никто сюда не сунется, пока мы не выйдем. Женька мылась и я следила, чтобы те пацаны не слазили со своего дерева. Затем пришла моя очередь, я разделась и постеснявшись своей подруги, отвернулась спиной. Через несколько минут я услышала хихиканье и повернулась в пол оборота. Из-за угла выглядывали две головы и красная Женька, которая едва сдерживала смех, прикрывая рукой рот. Я рявкнула на них и они тут же исчезли.
— Блин, и давно они здесь?! — злилась я.
Но она могла только ржать и ничего внятного я не услышала. Я смыла с тела остатки мыла и обмотавшись в полтенце вышла из «кабинки».
— Дура! — выругалась я еще раз на Женьку и пошла в дом, — А если они расскажут?!
— Ой я тебя умоляю!
На следующий день Женька пошла к своим дружкам и через час позвонила мне с радостным известием. Она сказала что за мной заедут через 15 минут и я побежала собираться. Я нервничала, так как никого из той компании не знала, кроме Женьки. А зная ее, боялась еще больше! Она конечно рассказывала мне что-то, но я пропускала мимо ушей, никогда особо тема тус, клубов и всяких дискотек мне близка не была. Как и сейчас, но все таки лето и нужно было отдохнуть от учебы, от контроля родителей. Речка так речка. Я кстати была на ней может раза два всего и то очень давно, да и не море бывала очень редко. Я накрасила губы и подвела глаза, само собой, там должны были быть парни и я нервничала. У меня был парень еще в школе, романтика, подростковая любовь и все такое, первый секс, первые слезы, все было и прошло и с тех пор я давно ни с кем не встречалась, в отличие от Женьки. Та гуляла с мал*чиками как только стала худеть, меняла парней чуть ли не каждый месяц, наверное отыгрывалась за непопулярное детство. Я достала из рюкзака купальник, который взяла из дому. Белого цвета, трусики довольно открытые, почти стринги. Я долго сомневалась брать ли этот, но Женька убедила, что в самый раз, мол я уже совершеннолетняя и нечего стесняться. Теперь же я стеснялась, как только увидела свои голые полупопия в зеркале. Ко двору подъехал красный жигулек и посигналил, я зараннее сказала бабуле что мы едем гулять на речку, чтобы не палить свой голый зад и побежала. Спереди сидели два парня, сзади Женька в шортах и майке. Я занервничала, думала она переоденется, а вышло что я одна тут полуголая. Парни были в шортах с голым торсом. Справа довольно худой поджарый парень, а за рулем полноватый.
— Привет, — поздоровалась я.
— Парни, это Катя! — крикнула Женька.
— Привет, Катюха! Я Даня! — кричал парень на пассажирском, перекрикивая рев мотора и музыку, — а это Вован!
Я улыбнулась. Вован не отвлекаясь крутил руль одной рукой, а второй держал сигарету. Даня стал расспрашивать обо всем на свете, параллельно осматривая меня сверху до низу, особо не скрывая. Я только улыбалась и поправляла на себе купальник, делая вид, что мне так нормально и я вовсе не стеснительная. На речку мы еахли относительно долго. Деревня давно закончилась, проехали еще одну деревню, затем ехали вдоль леса, потом были поля. Даня говорит, что есть одно крутое место. Через минут 40—50 наверное мы прибыли на место. Это была совсем не речка, а какой-то дачный участок, мы остановились у первой дачи. Аккуратный высокий двух-этажный дом из красного кирпича с черной крышей, во дворе стоял серебристый джип. В доме играла музыка и слышались голоса. Парни вышли, за ними и мы с Женькой. Даня пригласил нас внутрь и бесцеремонно взял меня за талию. Я убрала его руку, держа неловкую улыбку. Было теперь еще страшнее, очень не приятно быть единственной в купальнике, еще и на чьей то чужой даче. Вован равнодушно окинул меня взглядом и первый вошел в дом. Даня пропустил нас с Женькой вперед. Внутри было красиво, все отделано деревом, чистый паркет и вымощенные камнем проходы в форме арок. В гостинной, которая занимала весь этаж, было два больших черных дивана, кресла в углу, на полу белый мягкий ковер, камин, большой телик на другой стене, столик между диванами с кальяном и кучей бутылок со спиртным, рюмками, бокалами и тарелками с фруктами. Голоса были слышны со второго этажа, по ступенькам спустился крупный мужичек лет 45 в шортах и расстегнутой рубашке с короткими рукавами, выглядывал большой живот.
— Здрасьте здрасьте, — поздоровался он.
— Вот, девченки! — указал на нас Даня.
Я глянула на Женьку, та улыбалась во все зубы. Я не понимала что происходит. Мужик подошел к ней и пожал руку, потом пожал мне и с ухмылкой осмотрел меня так тщательно, что я почувствоала его взгляд на своей коже.
— Михаил Петрович, — сказал мужик, — Для друзей просто Миша.
— Катя, — ответила я, недоумевая.
— А это Женька! — подхватил Даня.
Миша даже не повернулся в ее сторону, провел меня к дивану и предложил сесть и выпить чего-нибудь. рассказы о сексе Выпить я отказалась, но от предложения сесть не смогла, так хоть как-то можно было прикрыть голый зад. Я закинула ногу на ногу и делала как можно более непринужденный и спокойный вид. Женька села рядом и взял тарелку винограда со стола. Михаил ушел с парнями на второй этаж.
— Че за херня?! — «нежно» шепнула я.
— Да не ссы, — говорила она с полным ртом.
— На речку поедем... ты же говорила...
— Поедем! Сейчас это... соберутся все и поедем, ну чего ты?
Я немного успокоилась но все же было страшно, особенно после того, как увидела пачку презервативов под столом.
— А где это? Я тут никогда не была.
— Я тоже не была, — пожала она плечами.
Даня спустился к нам и спокойным словами ввел меня в шок.
— Так, раздевайтесь и подымайтесь.
Затем вышел на улицу, а за ним Вован водитель и еще один мужичок. Я посмотрела на Женьку с большим вопросом в глазах, а та вместо объяснений стала раздеваться прямо на месте. Я подумала, может там бассейн наверху, я очень надеялась что там бассейн.
— Да не парься ты, блин! Ничего не будет такого... просто посмотрит и все! Потом поедем на речку.
— Охренеть! Чтобы я еще раз пошла с тобой куда-нибудь... Женька!
— Блять... Что ты как ребенок, Катюха?! Нам заплатят! — радостно воскликнула Женька, — Нам заплатят, — уже заметно тише повторила она.
Она продолжила раздеваться, скинула одним махом шорты с трусами, кинула одежду на диван и осталась нагишом.
— Пиздец... — я отвернулась от стыда и не знала как еще реагировать.
— Пойдем, — она взяла меня за руку.
— Да никуда я не пойду! Ты с ума сошла?
— Просто постоишь со мной и все! Ой, заебала...
Женька бросила мою руку и пошла одна, виляя голой жопой. Я посидела минут 5 и пошла наверх. Очень не хотелось тут находиться и я сильно обидилась на подругу, но остаться одной в чужом доме хотелось еще меньше. На улице громко смеялись парни, которых я в общем тоже видела впервые и решила глянуть, что же там делается наверху, хотя глубоко внутри наверное догадывалась. Передо мной был коридорчик, справа дверь в ванную, слева какой-то кабинет, двери были приоткрыты, прямо была почти настеж открытая дверь и я сразу увидела движения. Посреди большой комнаты была большая кровать, на которой спиной ко мне на коленках стоял Михаил, а перед ним рачком стояла Женька, которую активно долбили, частые и громкие шлепки... Во мне пришло внутренне подтверждение и отторжение. Они резко прервались и оба повернулись в мою сторону.
— Кать! — Женька вскочила с кровати и подбежала ко мне.
Она снова взяла меня за руку и потащила в спальню. Я отвернулась, чтобы не смотреть на член Михаила, на нем была та же растегнутая рубашка и больше ничего. Я увидела краем глаза его толстый коричневый писюн и густую копну волос.
— Кать! Давай к нам! — довольно зазывала она и тащила меня к кровати, — Он хорошо заплатит, — прошептала она мне на ухо.
Женька оставила мою руку в покое и вскочила кровать.
— Катерина, Женя умная девочка... кхм, слушай, ты же тоже взрослая девочка. А я... а я взрослый мужик, у меня есть бабки, а молодым бабки нужны еще больше... Хех, кхм-кхм, — прокашлялся он и широко улыбаясь, шлепнул Женьку двумя руками по блестящим влажным ягодицам.
— Катька! Ну! Давай, соглашайся! Потом поедем в ресторан, потом купим тебе платье, ну Катюха, ну давай, — стала она умолять меня и уламывать как в детстве, перед какой-нибудь глупостью, только теперь стояла на четвереньках, с членом внутри себя.
— Короче, мадемуазель... Если разденешься и побудешь с дядей Мишей, даю 500 евро. Если раздвинешь свои тощие ножки... кхм и пустишь дядю Мишу в гости, хе-хе... даю еще 500. Ну что?
Он довольно улыбался и думал что уже купил меня, но я только кинула презрительный взгляд на подругу шалаву и убежала. На первом этаже я прошла мимо парней, Даня что-то говорил мне, но я тупо вышла на улицу, покинула двор и быстрым шагом пошлепала вдоль улицы. Я примерно запомнила дорогу и пошла прямо по шоссе. Через пару сотен метров я осознала в каком виде иду и оглянулась. Учитывая сколько мы ехали, я понимала, что шлепать в моих шлепках пришлось бы до ночи наверное. Изредка проезжали машины и я сошла с дороги, чтобы не светить своей полуголой жопой. Благо было облачно и в голову не пекло, но через час ноги стали уже ныть, натерлось пару мозолей. В голову пришла идея, что можно поймать попутку, тем более что в таком виде это будет сделать несложно. Еще пол часа не появилось ни одной машины, ноги гудели от усталости, я присела на корточки и захотела писать. Только вокруг не было не то что дерева, не было даже захудалого кустика. Я пошла дальше, преодолевая боль в ногах, мозолях и внезапную малую нужду. Через 15 минут терпеть стало невозможно и я оглянулась по сторонам, лезть в шлепках в скошенное поле не сильно хотелось, машин уже давно не было, я спустила трусы и присела прямо у дороги. Струя вырвалась из меня с большим напором и облегчением, забрызгивая шлепки. И кто бы сомневался! Я услышала звук едущей машины, я сидела прямо лицом к проезжей части и красная старенькая иномарка остановилась прямо передо мной. Я хотела прекратить обоссываться, но не могла и сидела в ступоре, смотря на мужичка лет 50 за рулем, тот качал головой и улыбался. Моя голая писька отлично просматривалась в таком положении, да еще из которой струилась моча. Я сжала свои мышцы и попыталась удержаться, но через секунду снова стала писать, я ощущала как сокращается анус и знала что все мои попытки олтично видно. Мое лицо стало наверно красное как помидор, но я ничего не могла поделать. Встать и обоссать себе ноги было бы еще хуже.
— Ай как не стыдно, девушка!
Закончив, я подорвалась, молниеносно натянула трусы и побежала вперед. Машина двинулась медленно за мной.
— Эй, девушка! — кричал он в открытое окно, — Вас подвезти? Да садитесь! С кем не бывает...
— А вы куда едете? — остановилась я.
«Он только что видел мою письку, что мне теперь стесняться?» — думала я.
— В Шишкино.
Это была как раз деревня бабушки и я обрадовалась, но все же стыдилась за то что обоссалась у него на виду. Он потянулся и открыл дверь. Я села и закинула ногу на ногу.
— Ну вот и правильно! Пешком то до вечера идти будешь. А тебе сколь лет то?
— 18.
«Зачем он спросил... Надо было сказать 16...»
Дед довольно ухмыльнулся и мельком глянул на мои ноги.
— Ну оно понятно... это мужику встал и поссал, а бабе то как еще... Ты не бойся, что я там не видел!
Через минут 5 он невзначай коснулся моей коленки и я напряглась. Он притормозил и свернул в лесок.
— Вы куда? — испгуанно спросила я.
— Да тут тут, — он резко затормозил, — Это... мотор перегрелся, сейчас остынет и поедем.
Мужик окинул еще раз взглядом мои ноги и теперь намеренно положил свою руку мне на бедро.
— Эй!
Он быстро пододвинулся и сунул руку прямо в мои трусы. Я открыла дверь и попыталась выскочить, но этот урод зацепился пальцами за мои трусики. Я уже была одной ногой на земле, но он не отцеплялся, я закричала, но это не помогло. Обе петельки по бокам развязалась и трусы остались в его руке. Освободившись, я выскочила из машины и побежала что есть сил к дороге. Он что-то кричал мне и кажется бежал за мной. Через минут 10 я полностью выбилась из сил и упала на дорогу. За мной никто не гнался, я пыталась восстановить дыхание и медленно ползла в одном лифчике. Послышался звук автомобиля, я испугалась и попыталась уползти в лес. Машина остановилась, это были полицейские, я испугалась и обрадовалась одновременно. Меня подняли под руки и усадили на заднее сиденье. Я попыталась рассказать что произошло. Я сказала им как меня зовут, адрес и все что вспомнила. Один из них все записывал. Я рассказала какой из себя мужик, как выглядит его авто и даже номера, но скорее всего неправильные.
— То есть ты реально думаешь, что мы поверим что тебя хотели изнасиловать?
— Ага... хаха — засмеялся его напарник.
— Шлюхи ебаные! Совсем совесть потеряли...
— И не говори...
— Это правда! Я... мы с подругой поехали... Мы...
— Да да да, еще и подругу твою найдем! Ага.
Я хотела заплакать, но сил не было. Ноги ныли от усталости, волосы прилипли к потному лицу, коленки были подраны от асфальта. Машина свернула в этот же лес и остановилась. Они оба энергично вышли и открыли заднюю дверь.
— Ну что! Как решать будем, белоснежка?
Я вопросительно посмотрела на них.
— Смотри, как под дуру косит!
— Але! Не хочешь по хорошему, пристегну наручниками! Поняла? — закричал второй.
— А если будешь выебываться, найдем твоих и скажем, как их дочка с голой раздолбанной сракой по дороге ползает.
Мое лицо скривилось, но слезы не пошли. Я не могла понять, за что мне такое наказание. Какие звезды сегодня сошлись... Меня выволокли и поставили передом к машине. Один из них сорвал с меня лифчик и раставил широко ноги. Он встал сзади меня, сунул руку мне между ног и нащупал дырочку, я дернулась и тут же получила пощечину.
— Расслабь булки, еще раз сожмешь сраку, ударю кулаком!
Я снова заплакала, глаза едва намокли от обезвоживания, я почувствала внутри киски член и едва переборола желание отпрянуть вперед. Было больно, но ноги болели сильнее и отвлекали. Он трахал меня жестко, вгоняя член по яйца. Ноги подкашивались и я сползла на коленки. Он тоже опустлся и продожил трахать меня на земле.
— Не горби спину, не горби...
Я послушно выполнила их просьбу и прогнула спинку, после того как он сильно шлепнул меня по жопе. Так было легче. Стыд ушел на второй план. Во мне что-то сломилось и я стала жалеть, что не делаю сейчас то же самое, только в чистой постели и за большие деньги рядом с Женькой или хотя бы с тем престарелым извращенцем, все лучше, чем это. Они поменялись и поставили меня на четвереньки дальше от машины, чтобы иметь и в рот и в пизду. Я равнодушно открыла рот, в который лезли волосы и вонючий ментовский хуй. Через время они поменялись еще раз, чтобы оба могли отведать мой рот. Один из них потянул меня за талию, волоча по траве и толкнул ногой в ягодицу, чтобы я упала. И я упала на живот, меня оттолкали ногами дальше и я скатилась в небольшую яму с каким то мусором. Ребра с левой стороны сильно заболели и заныло бедро после удара ногой. Они встали надо мной со спущенными штанами и стали кончать, в полусознании я видела летящие в мою сторону струи спермы и вроде что-то попало на живот и грудь. Потом они поссали и это было отчетливее, я чувствала на себе теплую жидкость, мне хорошо попало на лицо и я почувствовала вкус на губах. Я пыталась отвернуться, но тело не слушалось и я инстинктивно открыла рот, мне казалось, что так я удовлетворю их желание и они прекратят.
Я очнулась рано утром, все тело болело, но голова прояснилась. Дойдя до дороги, я увидела бегую кричащую Женьку, парней и стоящий в далеке жигулек. Из глаз потекли слезы и я бросилась навстречу к ним, голая, грязная и обоссанная.
 --- Женя, Женька, Женечка --- (минет, служебный роман)
День, когда мы провожали на пенсию ведущего инженера нашего отдела на пенсию, был, наверное, самым счастливым днем в моей жизни. Римма Александровна начала пить мою кровь еще в те времена, когда я, будучи студентом, проходил заводскую преддипломную практику под ее началом. Продолжала она ее пить и тогда, когда я, отбыв годовой срок в армии, пришел работать на завод инженером в производственно-диспетчерское бюро. Старая кошелка постоянно заворачивала мои отчеты, вынуждая меня носиться по цехам, уточнять, доделывать. Вообще ее все терпеть не могли в заводоуправлении за принципиальность и педантизм. Но на прощальном банкете, конечно, звучали дифирамбы в ее честь, ну на то он и банкет, я тоже сказал пару ласковых насчет того, что Римма Александровна мой наставник, человек, который сделал из меня специалиста, ну и все такое прочее, подобающее моменту.
С уходом Риммы, впрочем, радостные вести не закончились. К большому моему удовольствию, на ее место взяли её, Женьку, с приходом которой на работу я, да и не только я, начал ходить как на праздник. Раньше я избегал лишний раз показываться в кабинете у старой грымзы Риммы. С приходом Женьки я, наоборот, искал повод, чтобы зайти к ней и перекинуться парой слов. Неизменно приветливая, улыбчивая девушка оживила наш коллектив. В нашем преимущественно мужском обществе совсем не обязательно было быть фотомоделью, чтобы стать центром внимания. А она была очень хороша собой. Высокая, стройная, с длинными рыжими волосами и трогательными веснушками. Длинные ноги, круглая, как орешек, спортивная попка и стоячая грудь. Всегда с приветливой улыбкой и смешинкой в серых глазах.
Сколько я ее не встречал, утром ли, когда мы пересекались с чайниками возле туалета, или вечером, когда мы торопились доделать дела и свалить домой, она всегда была на позитиве. Очень быстро мы с ней встали на короткую ногу. Теперь я заглядывал в ее кабинет не только по рабочим делам, но и так, под надуманным предлогом. В общем, что называется, начали общаться. Я записал ее телефон и, собравшись покурить, всегда ей писал СМС: « Я на балкон». «Балконом» мы называли лестничный пролет пожарного выхода на нашем этаже. Там мы курили и болтали. Я с удивлением узнал, что ей целых двадцать восемь лет! Ну не выглядела она на столько. Её можно было принять скорее за старш*классницу, чем за замужнюю женщину, мать 5-летнего сына. Да, она была замужем, наша Женька, и для меня это, можно сказать, стало ударом. Не то чтобы я прям сильно расстроился, нет. Я просто стал ее воспринимать, как друга, с которым можно поболтать о том, о сем. Оказалось, что она живет со мной на одном районе и теперь я по утрам специально пропускал маршрутки, чтобы дождаться её и сесть вместе с ней. С работы мы тоже ездили вместе, если её не встречал муж. Муж ее тоже работал на нашем предприятии, но по другому графику, сутки через двое. Когда у него были выходные, он часто приезжал ее встречать с работы. Как-то я спросил Женьку:
— Он что, так за тебя переживает, что ли?
— Ревнует, — Просто ответила она.
Я тогда подумал, что она просто шутит и не стал развивать эту тему. Но однажды получилось так, что нам пришлось задержаться на работе на пару часов (была какая-то заморочка с месячным отчетом). И когда мы вместе вышли с проходных, налетел ее муж, как петух.
— Это кто? — И тыкнул пальцем в меня
Я не стал ввязываться в спор и просто отошел в сторону. Разыгралась безобразная сцена, свидетелем которой стал не только я, но и другие служащие заводоуправления. Домой мы ехали в одном автобусе и я видел, стоя на задней площадке, как ее муж что-то сердито ей выговаривал злым свистящим шопотом. Она слушала его с некрасивым каменным лицом, которое так ей не шло. Утром она пришла с обычной улыбкой, как ни в чем не бывало, явно не желая комментировать вчерашнее. Ну и я, в свою очередь, не стал ни о чем спрашивать, все и так было понятно.
Тянулись трудовые будни. Прошел год, как Женька к нам устроилась. Я с кем-то встречался, расставался, шла обычная молодая жизнь. Я делился какими-то моментами с Женькой, она делилась чем-то со мной, но не делала она ничего такого, что дало бы мне повод надеяться на какие-то отношения с ней. Я совершенно не воспринимал её как сексуальный объект, как женщину, которую можно соблазнить. Она с таким восторгом рассказывала мне про сына, да и про мужа тоже, что я понимал — шансов нет, зачем тогда тратиться на бесплодные попытки? Мне просто нравилось с ней общаться и все, ничего более. Я, кстати, за этот год сделал несколько попыток неудачных встретиться с Женькой в нерабочее время. Ну так, давай, мол, пивка попьем после работы, еще что-то наподобие. Она всякий раз решительно отказывалась, ссылаясь то на то, что то сына надо забрать из садика, то муж ждет. Я после пары-тройки отказов просто перестал делать такие предложения, еще более утвердившись в мысли, что мне с ней ничего не светит.
Впрочем, было за этот год пару моментов... Однажды я к ней заглянул спросить бумаги. Она была в светлых полупрозрачных брючках, какие девушки летом любят носить. Женя присела на корточки над нижним ящиком и я уставился, естественно, на ее задницу, обтянутую этими брючками, под которыми очень явно проступали трусы. Получилось так, что Женька, оглянувшись, поймала мой взгляд. Слегка покраснев, она сунула мне пачку бумаги.
— Иди! — И вдруг шлепнула меня по заднице. И тогда я шлепнул её в ответ. Причём так, что пальцами попал ей между ног, на секунду ощутил ими её тёплую промежность. Опустив руки, я ждал грозы, но она лишь молча вытолкала меня из кабинета. Второй момент ещё интимнее. Женька была на больничном и позвонила мне, попросив собрать кое-какие справки и занести ей домой, она хотела поработать дома, чтобы не выйти с больничного к огромной куче дел, которые никто за неё делать не станет. Вот так, в морозный день я оказался в первый раз у неё в квартире.
— Проходи, — Сказала она, встретив меня, одетая в трико и водолазку. Я и до этого видел её в обтягивающей одежде, но у себя дома в таком одеянии она выглядела особенно сексуально. Не зная, куда девать глаза, стараясь не пялиться явно на её попку и длинные ноги, я прошёл в комнату. Примерно час мы провели в комнате за компьютером. Она работала, я уточнял, отвечая на её вопросы. Закончив, она откинулась на спинку стула и довольно потянулась. Изумленный, я наблюдал, как тонкая ткань плотно обтянула ее грудь так, что проступили соски. Спохватившись, она опустила руки и плохо скрывая смущение, спросила нарочито весело:
— Чай будешь или что покрепче?
Я хотел ответить про «покрепче», но тут у неё зазвонил телефон. Взглянув на экран, она изменилась в лице и начала меня выпроваживать.
— Ну всё, иди, быстрей, пожалуйста. — Я немного растерялся от такого поворота и замешкался. Неожиданно для меня она обняла меня и порывисто поцеловала в губы. Обалдев, я обнял её. Но она тут же отпрянула от меня, разорвав объятия и почти умоляюще сказала:
— Ну все, уходи.
Выходя с её двора, я увидел, как подъехала машина и из неё вышел её муж. Вот почему она так испугалась.
Вот так и шло время... С приходом Женьки и работа начала приносить удовольствие, бывает такое, да. Я даже не знаю, с чем можно сравнить мои чувства к ней. Наверное, это сродни чувству к красивой однокласснице, с которой сидишь за одной партой. Ни о чем таком не помышляешь, еще не повзрослел. Ну и за косички уже не дергаешь, вырос из этого. Вот так я к ней относился, к Женьке.
В эту жаркую июльскую пятницу я пришел на работу с дикого бодуна. Еще и опоздал. Как назло, навалилось куча работы. По приходу пришлось носиться по всему заводу, согласовывать и утрясать. Кое-как дотерпев до обеда, в одиннадцать я пришел в столовую и взял тарелку окрошки. Сумрачно прихлебывая свой похмельный обед, я и не заметил, как пришла Женька и подсела ко мне.
— Ты чего такой? Напился что ли вчера? — Она поерзала на стуле и принялась за макароны с котлетой. Я кивнул. Женька выглядела черезчур возбужденной даже для ее натуры.
— Ты чего такая радостная?
— Меня в отпуск отпустиииииили! — Пропела она, — В понедельник я не выхожуууу!
— Надо обмывать, — Я сказал это просто, чтобы поддержать разговор
— А куда пойдем? Я сегодня пораньше, в час ухожу. Ты отпросишься?
Женькины слова явились для меня полной неожиданностью. Спустя почти два года эта девушка не прочь выпить со мной после работы! Теперь главное отпроситься.
— Попробую, — Проговорил я, — На набережную пойдём.
Отпроситься оказалось легче, чем я думал. Начальник отдела просто махнул рукой: «Иди!». И в пол-второго дня мы с Женькой сидели в летнем кафе на набережной. Я налегал на пиво, Женя пила осторожно. Но все равно, после пары бокалов она немножко окосела. Разговор наш, начатый, естественно, с рабочих тем, постепенно ушел в сторону отношений. Женька рассказала, что она старше мужа на четыре года, и что она переживает по этому поводу. На что я, конечно, говорил ей, что ей не о чем беспокоиться, что она очень красивая, сохранила фигуру и, наоборот, это муж должен волноваться как бы ее не увели. Мне было очень хорошо. Я потягивал пиво и любовался Женькой, которая сидела напротив. Она была в летнем платьице, очень легком. На свету ткань была почти прозрачной и при желании можно было рассмотреть очертания надетого на ней белья, которое вовсю просвечивало. Женька не замечала моих взглядов, как кажется, и продолжала болтать, рассказывая все новые подробности о своей жизни. Как плохо жить с родителями, что сын не дает покоя, муж ревнует ну и так далее. Тут вдруг кто-то заказал песню « Белый лебедь» и я пригласил ее на медленный танец. О чем я думал, кружась с ней и держа ее за талию? Когда она вдруг положила голову мне на плечо? Дальше все произошло очень быстро. Хотите верьте, хотите нет. Она посмотрела мне в глаза и я взял и поцеловал её. Когда она не отпрянула, не ударила меня, я начал целовать ее в губы. Жадно, в засос. Женька мне отвечала, не сопротивлялась.
— Оооо, — Непонятно, то ли осуждающе. то ли одобрительно отозвалась она, когда мои руки опустились с ее талии на попу. Так мы и танцевали, с моими руками на ее заднице, не обращая внимания на присутствующих. Прежде, чем доиграла песня, она сказала, глядя мне в глаза:
— Поехали к тебе
Когда мы сели в маршрутку, там играла песня «Я за ним поднимусь в небо, я за ним упаду в пропасть... «. Женька, когда мы сели на заднее сиденье, все целовала меня и приговаривала:
— Ты моя страсть, я ничего не могу с собой поделать, это страсть. Как в этой песне — хоть в небо, хоть в пропасть.
Я был слегка оглушен этим свалившимся счастьем и поэтому просто молча слушал, обнимая ее. Когда мы вышли на нашей остановке, она достала телефон:
— Я маме позвоню, чтоб Даньку забрала из садика.
— А если муж позвонит, а тебя дома нет?
— Скажу, что я дома, мама подтвердит. Она всегда меня поддерживает
Подошли к киоску на остановке. Все было уже настолько очевидно, что я спросил:
— Нам презервативы нужны?
— Нет, у меня спиралька стоит.
Купив коктейлей и сигарет, мы завалились ко мне. Едва зайдя в квартиру, мы начали целоваться. Я жадно щупал руками ее всю. Дорвавшись, я все никак не мог остановиться, мял её зад, гладил спину, забирался под платье. Женька расстегнула на мне рубашку и сняв, отшвырнула ее в сторону. Толкнув, она повалила меня на диван, склонилась надо мной. Припала губами к моим соскам. Сначала один приласкала, потом другой. Боже, я никак не мог поверить, что это происходит наяву. Вот ее руки подобрались к джинсам. Она расстегнула, стащила с меня штаны. Потом начала снимать трусы, а они уже цепляются... Цепляются за член. Трусы она стащила, член, выскользнув из-под резинки, хлопнул по животу. Женя взяла его в руку, немного подрочила. Я думал, что она возьмет его в рот, но она встала и начала раздеваться. Я с удовольствием наблюдал за ней. Женя стянула с себя платье, оставшись в одном белье, очень красивом, красного цвета. Явно наслаждаясь моим восхищенным взглядом, купаясь в нем, она спросила:
— Никто не придёт?
Я отрицательно помотал головой. Увидев стоящий на комоде музыкальный центр, она нажала кнопку и уже под музыку, пританцовывая длинными стройными ногами, избавилась от белья. Лёжа на спине, я любовался её телом. Там было на что поглядеть! Обалденные загорелые ноги, покрытые светлым пушком, неожиданно широкие бедра. Посреди маленького треугольника белой кожи, который остался незагорелым, чернела аккуратная полоска коротко стриженых волос. Улыбаясь, она повернулась, демонстрируя шикарную задницу. Повернулась опять лицом, закинула руки за голову, тряхнув рыжими волосами. У неё была ладная такая, крепкая грудь. Крупные соски торчат вверх и в разные стороны.
— Иди ко мне. — Прошептал я пересохшими губами. Едва она подошла, я сразу же повалил ее на диван, жадно припал к ее груди губами, левой рукой нашарил сокровенное место, ввел туда средний палец. Я начал целовать ей грудь, соски. Никак не мог оторваться от ее сисечек. Слишком они хороши. Бросил, поцеловал ждущий рот. Целуя ее в губы, я продолжал рукой наяривать в ней, там уже все было влажно.
— Возьми меня, — Прохрипела она
Я лег на нее и попробовал сходу засадить ей, но от волнения не мог попасть. Тихонько засмеявшись, Женька направила меня своей рукой. К моему удивлению, у нее оказалась очень узенькая дырочка, слишком тесная для рожавшей женщины. Когда я вошел в нее, этот плотный обхват привел меня в восторг.
— Женечка, милая, у тебя такая узкая... Боже, Жень, как мне хорошо... Милая... Женек...
Я медленно двигался, не торопясь, глядя в ее глаза. Это неописуемый кайф медленно трахать девушку, глядя ей в глаза! Вдруг она уперлась руками мне в грудь. Я застыл в недоумении.
— Давай сзади, — Улыбаясь моему изулению, она вывернулась из под меня и встала в коленно-локтевую, призывно оттопырив попку. Как только я, ухватившись руками за её роскошный зад, взял её в этом положении, опять же не без помощи её руки и сделал несколько фрикций, то я сразу понял, что вот вот взорвусь. Попробовал трахать её медленнее, но все равно подкатывало...
— Ты чего? — Почувствовав мою неуверенность, спросила она, оторвав голову от подушки и обернувшись на меня.
— Женечка, я больше не могу, сейчас кончу. Ты как?
— Ты не жди меня, я никогда на первом заходе не кончаю. Не терпи.
Послушавшись, я ускорился и почти сразу излился в нее. Женька вытянула ноги под моим весом и легла, вытянувшись на животе. Я лежал на ней, ласково целуя затылок, плечи. Накопленное во мне напряжение было так велико, что член и не думал опадать, ему хотелось еще. Уютно расположив его между половинками Женькиной попки, я начал ерзать, тереться им между ее ягодичками.
— Что ты делаешь? — спосила Женька, полуобернувшись.
— Трахаю тебя между булочек.
— Ложись на спину
Я послушно развалился на диване. Женька начала меня целовать, потом опять начала ласкать соски. Я только стонал, никак не вмешиваясь в процесс. Наконец она уселась на меня верхом, ловко заправив в себя стоящий колом член, и начала упоительную скачку. Постанывая от удовольствия, она то опускалась на меня, целуя губы, касаясь твёрдыми сосками моей груди, то выпрямлялась, запрокидывая голову. Я положил было руки на подпрыгивающие сисечки, но она сняла одну и направила себе между ног. Поняв, что от меня требуется, я начал пальцами ласкать её киску. Спустя немного времени Женечка кончила, и, упав мне на грудь, вдруг расплакалась. Я не знал, что мне делать. Чужая жена лежит лежит на мне и плачет. Горячие слезы стекали мне на грудь. Я гладил Женьку по голове.
— Не знал, что ты так кончаешь, со слезами.
— Не обращай внимания. Ты как?
— Я почти
Женя поднялась и начала на мне прыгать с удвоенной энергией. Глядя на рыжую красотку, которая изящно двигалась на мне, покручивая задом, я думал, что недолго мне осталось, хотя очень хотел продлить эти мгновения, уж больно уютная у неё норка оказалась. Женькины слезы еще не высохли у меня на груди, когда я во второй раз кончил в нее. Красота!
— Ты не считаешь меня блядью?
— Ну что ты, совсем нет. — Аж поперхнулся от такого вопроса.
Протягиваю руку и глажу ее по волосам
— Ты очень хорошая
Рука соскальзывает вниз и останавливается на груди
— Какие они классные
Улыбается
— Прикури мне сигарету
Лежим, курим. Прихлебываем порямо из банки коктейль. Женька говорит о том, что она вообще против измен, но измена укрепляет брак. Поэтому с мужем сейчас у них будет на порядок лучше секс после секса со мной
Я молча киваю, соглашаясь с ней. Поддакиваю в ответ на ее бред. У меня одна мысль. Раз уж такое яблочко упало в руки, надо его съесть целиком. Трахать Женьку в третий раз конечно было бы приятно, но уже неинтересно. Вот как бы дать ей в рот? У меня всегда с этим была проблема — попросить девушку взять в рот. Да и очень хотелось увидеть, как она сосёт с таким миленьким личиком. От этих мыслей член мой расшевелился и привстал. В ответ на ее очередную бессмысленную тираду говорю:
— Да, Жень, все правильно говоришь. Но есть одна проблема
— Какая?
Беру ее руку и кладу на член. Она ласково проводит по нему ладошкой.
— Это разве проблема? — Смеется, — Проблема, когда не стоит.
Наклоняется надо мной и начинает целовать в губы. Член так и держит в руке. Наконец выпускает его и перекидывает через меня ногу, сейчас на грудь перейдёт, думаю. И правда, опускается ниже, волосы приятно так щекочат шею и грудь. Целует соски... Любит она с ними играть. Не там ты целуешь, милая. А может, сейчас ниже опустится? Нет, опять лезет к губам. Эх, была не была! Кладу руки ей на плечи и нажимаю вниз! Смотрит мне в глаза с вопросом. Чуть киваю и сильнее нажимаю на плечи. Поняла. Заскользила вниз... Вот грудкой по члену, как хорошо, вот чувствую ее дыхание на нем. Вот он погружается во что-то влажное и горячее. Ох, как хорошо, засосала! Женька сосет у меня! Ммм, как приятно! Губки обжимают ствол, язычок играет с головкой. Ручкой помогает себе, двигает ею вместе со ртом. Приподнимаюсь на локтях, чтобы лучше видеть... Да, Женя, Женечка, ох как хорошо. Женя не такая уж умелая минетчица, но искреннее желание доставить удовольствие чувствуется, ох как чувствуется! Она то держит одну головку во рту, наяривая по ней языком, надрачивая ствол рукой, то вдруг берет так глубоко в рот, что зарывается носом в волосы на лобке. Кладу руку ей на затылок, забираю в горсть волосы и задаю темп. Женька что-то недовольно мычит. Ладно, отпускаю, Ее воля. Выпускает член изо рта, опускается ниже, сосет яйца. Потом опять в рот и с удвоенной энергией сосет. Вдруг вынимает изо рта и спрашивает:
— Давай рачком?
— Нет, Женечка, милая, продолжай, пожалуйста
Делает зверское лицо, как будто собирается откусить член. Чувство юмора и сейчас ее не подводит. Еще минут пять сосет. Чужая жена берет в рот! Что ни говори, а что-то в этом есть, ребята. Я все думаю, как кончать. Потом решаю — раз молчит, кончать буду в рот. Правда, никак не подходит. Но пусть длится подольше, не каждый день так сосут. Женька вынимает изо рта и говорит:
— Почему ты не кончаешь? Я что-то не так делаю?
Кладу руку ей на голову, успокаиваю:
— Все так, Женечка, все так, вот давай, дааа..
Дело, конечно, не в Женьке, а во мне. Чертов алкоголь не дает кончить. Уже неудобно перед девушкой, минут двадцать, как она сосёт, не меньше.
— Я устала, шея болит уже, — в голосе слышится раздражение.
— Рукой тогда давай.
И тут она отвечает так, что хоть в учебники заноси для жен:
— Что это такое — рукой? Никакого удовольствия.
Браво, Женя! Продолжает сосать. Но, чувствую, так я не кончу.
— Жень, ложись на спину.
Ложится послушно, я забираюсь на нее. Недолго вожу головкой по соскам, потом кладу член между грудей. Двигаюсь. Хорошо, конечно, приятно, но сиськи мягкие, член не получает нужного охвата, чтобы кончить. Головка тыкается ей в подбородок, чуть наклоняю рукой ее голову вперед, подкладываю подушку. Теперь головка тычется прямо ей в губы. Нет, так неинтересно. Провожу яйцами по соскам, подношу ко рту. Женька послушно их сосет, берет по очереди в рот. Кайф!
— Ложись на бок.
— Что ты задумал?
— Я сам подвигаюсь, ты только посильнее губами сжимай.
Послушно ложится. Видно, что происходящее не доставляет ей удовольствия, но слушается! Пристраиваюсь к ее лицу. Не отказываю себе в удовольствии поводить головкой по щеке, носу, по губам. Потом вставляю в послушно раскрытые губки. Ах, Женя, Женька, Женечка... Двигаюсь не спеша
— Посильнее губки, моя хорошая
И тут звонит ее телефон, который лежит в изголовье. «Муж Леша» написано на экране. Это вызывает прилив возбуждения! Муж звонит жене, которую трахают в рот! Уже не контролируя себя, ускоряюсь. Женька что-то мычит, пытается отстраниться, но я, удерживая ее за голову, изливаюсь ей в рот. Только когда член обмяк у нее во рту, я пришел в себя и отпустил ее голову. Хотел шлепнуть ее членом по щеке, но она отпихнула меня и ушла в ванную.
Выйдя из ванной, она сразу начала одеваться.
— Я тебя провожу, — Сказал я
— Как хочешь, — сухо ответила она
— Дальше я одна, — сказала она за пару дворов от своего дома
— Извини
— Все нормально
Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом своего дома. Потом взял пива, сел на лавочку и закурил, вспоминая, как все это было и до сих пор не веря в произошедшее
Смеркалось
 --- Две сестры --- (подчинение)
Ира так широко раздвинула ноги, сидя на нем сверху, что ему казалось это невозможным. Ему приходилось поддерживать ее под грудки, заставляя твердые как камень коричневые соски торчать так бесстыдно, что он даже время от времени покусывал их. Розовая мякоть пизденки вывернулась, стараясь на каждом движении обнять багровую от напряжения залупу, не дать ей ускользнуть в сторону, заставить вонзиться со вздохом в ее мягкую глубину, оставляющую на члене все новые потеки соков, намочившие уже его волосы и стекавшие на ковер. Глаза у Иры были закрыты, а рот наоборот, приоткрыт, и с каждым толчком он заново округлялся, будто бы искал и не находил еще один член, жаждал принять в себя еще один хуй, прямо в горло. Кирилл пообещал себе, что непременно достанет ей этот второй хуй.
То ли позвоночник у нее так соблазнительно был изогнут, то ли попка была такой формы, то ли животик, но с какой стороны на нее не посмотри, всегда была видна эта ее блядская ямка в районе промежности. Животик и ноги плавно стекались в сладкое треугольное углубление между ними, топорщили ей попку и будто напоказ выставляли острые грудки. И эти ее формы были видны в любой одежде, даже самой мешковатой, при том, что сама она была стройной, как тростинка, а уж если она одевала одежду в обтяг, то в паху начинало так мучительно тянуть, что хотелось следовать за ней до ближайшего темного угла.
Кирилл, конечно, не поддавался искушению. Тем более, что Ира была сестрой жены, и вообще тогда еще не полностью совершеннолетней. Когда он ухаживал за ее сестрой, Викой, он видел ее редко, и теперь подозревал, что Вика специально ее прятала, нарочно так организовывала встречи, чтобы ухажеры не пересекались с сестрой. Девочки такого рода вещи остро чувствуют и конкуренток убирают на автомате. Так что Кирилл, конечно, несколько раз промельком ее видел, успевал почувствовать тягу, но не мог ее осознать.
По настоящему он ее рассмотрел только уже на свадьбе с Викой. Ира была не накрашена, в юбке почти до пола, в бесформеннмо свитере (наверняка сестра заставила, чтобы не перетягивать внимание с себя), волосы просто стянуты на затылке резинкой, да к тому же мать и сестра припахали ее постоянно помогать на кухне и прочих обслуживающих праздник делах, типа надувать шарики, вешать ленточки и таскать стулья. Избавились от нее как могли, но Кириллл рассмотрел ее всю, будто она была голая. Конечно, делая вид, что вообще не обращает на нее внимания, ведь это было бы неприлично, пускать слюни на сестру собственной невесты.
Он еще тогда, помнится, решил ее выебать. Он был с самого начала уверен, что так оно и будет. Наверное, потому, что перехватил взгляд сестер друг на друга. Вика смотрела на младшую сестру вроде бы безразлично, но со скрытым презрением, будто показывая, что та вечно ей обречена проигрывать. И с покорной забитостью взгляда Иры, в котором будто бы мелькала зависть. Так ему показалось.
Но поначалу случай все не предоставлялся. Все эти постсвадебные хлопоты, переезд в новую квартиру, ремонт. Выходил он по залету и беременная Вика кочевряжилась, требовала постоянной опеки. Последние пару месяцев перед родами даже стала отказывать в сексе, потому что вредно для ребенка, а после родов, потому что сначала нужно было зажить, потом послеродовая депрессия и так далее. Соглашалась максимум передернуть ему, да и то с такой кислой рожей, что ему хотелось сначала отпиздить ее, а потом выебать во все дыры, так чтобы орала, извивалась и просила пощады.
Конечно, он так не делал, так что к моменту, когда дочке исполнилось три месяца и Вику позвали на стажировку, он был чуть ли не полгода на голодном пайке.
Родственники из Москвы выбили Вике какое-то блатное место в столичном министерстве, но чтобы туда устроиться нужно было пройти специальную месячную стажировку и ехать надо было прямо вчера. Такой случай упускать было преступно, Кирилл работал, так что для ухода за малышом тесть с тещей на семейном совете решили прислать на замену Вике ее сестру.
Тут-то Кирилл и понял, что время настало. Когда она только зашла в дверь со своим рюкзачком и смущенно топталась, не зная, куда вешать курточку, он уже готов был распять ее прямо возле дверей и оттрахать до визга, и был уверен, что один раз это прокатит. Но ему показалось этого мало. И он решил не спешить, время у него было.
Вика с Ирой были такими противоположностями, что он иногда думал, что они от разных отцов. А позже, поразмыслив, он даже стал в этом уверен — когда стал ебать и тещу. Эта блядь вполне могла прижить детей от разных мужиков, и еще неизвестно, была ли хоть одна из дочерей от тестя. У Вики были прямые черные волосы, а у Иры светлые с извивом, так что даже стянутые на затылке на резинку, они оставляли пару непокорных прядок качаться перед лицом. Когда он спускал потом Ире на лицо, всегда старался попасть непременно на эти прядки. У Вики была фигура восьмеркой, с тягучими сладкими бедрами и налитыми грудями, тяжело и сочно лежащих в ладонях. У Иры спортивная фигурка гимнастки, без илишней сухости, но и без капли лишнего жира.
Вот на эту талию он и положил свою руку в первый же вечер, придя после работы и что-то спросив. Ира вздрогнула, выпрямилась и подалась тазом к холодильнику, куда она как раз ставила бутылочку с молоком для племянницы. Но Кирилл этого заранее ждал, все было по плану, и он недоуменно спросил:
— Ты чего?
Ира слегка покраснела.
— Ну, Кирилл. Я же сестра Вики.
— Вот именно, — продолжал удивляться Кирилл. — Так чего ты себя ведешь, как будто мы не родня?
Ира помялась, подыскивая слова. Вообще-то, ей казалось это очевидным, но и послать Кирилла на три буквы было бы беспочвенно. Она решила перевести стрелки на себя:
— Ну я стесняюсь, мне неудобно.
Все шло по плану, так что Кирилл даже внутренне усмехнулся.
— Ну вот тебе здрасьте. Слушай, нет, давай это сразу решим, нам еще долго вместе быть, чтобы друг друга не обижать, если у нас разные представления.
Ира кивнула. Кирилл сделал вид, что раздумывает, хотя все было придумано еще днем, на работе.
— У нас во дворе были пацаны, у которых были всякие понятия, гопнические, знаешь? Ну, колбасу они не едят, огурец на хуй похож (он нарочно употребил слово «хуй», а не «член», делая это нормой), и все у них было «пидор». Пахнешь одеколоном — пидор, волосы длиннее — пидор, не так сказал, не так взглянул, не та музыка, книжки читаешь, слова слишком вежливые и так далее. Все пидор. Они жили в мире сплошных пидоров, пидорских предметов и пидорски дел. Пидоры окружали их везде, каждую секунду.
Кирилл оперся плечом на холодильник, ожидая реакции. Ира мешала что-то на плите, пока не улавливая связь.
— Ты же понимаешь, что все это пидорство было только у них в голове? Вокруг был самый обычный, хороший, наш с тобой мир. Правда?
Ира кивнула.
— Ну вот! Вот и у тебя в голове такая же ерунда. Ты как испуганный зверек, боишься самых обычных вещей. И вместо нормальной жизни у тебя вечный страх сделать какие-то воображаемые грехи. Совершенно незнакомые люди обнимают и целуют друг друга, ну там, в щечку, и это же нормально, правда? А мы вообще родня, и должны друг друга обходить за полкилометра? Может, еще костюмы химической защиты наденем?
Самое трудное было стронуть с места. Это так, когда при переезде толкаешь шкаф, и с людьми точно так же. Первый шаг самый трудный.
— Потрогай мою руку!, — он протянул ей свою руку, как безвольную неживую палку.
Ира секунду посомневалась и быстро прикоснулась пальцами к коже, сразу их отдернув. Кирилл обиделся.
— Ну ты чо? Ну давай нормально, прямо пожми, пощупай, это просто рука, а не член (на этот раз он сказал «член»).
Ира усмехнулась шутке и провела по его руке тыльной стороной своей ладони. Кирилл не стал настаивать дальше и решил счесть испытание пройденным.
— Ну и как?
Она промолчала.
— Ну и все. Теперь остался последний этап, обнимемся и поцелуемся в щечки, хотя бы как знакомые. И забудем об этом. Ты готова?
— Ну не надо, я поняла и так, — Ира пыталась открутиться.
— Ну во именно, что не поняла, поняла бы, не было бы тормозов, будто это секс, а не невинные обнимашки.
Он открыл обьятья:
— Ну, давай. Отмучаемся сразу.
Ира попыталась так же мгновенно приобнять и отстраниться, но он слегка ее придержал, стараясь не передавить, но и чувствуя под руками застежку лифчика на ее спине:
— Не мухлюй! Поцелуй в щечку!
Она слегка прикоснулась к нему губами, а он, будто случайно промахнувшись, поцеловал ее в шею возле уха. Много ему на этом этапе было не надо. Она ощутила себя в его руках, она почувствовала его губы на своей коже. Дальше начнет работать воображение. И оно действительно начало работать, Ира невольно мысленно возвращалась и возвращалась к этому эпизоду в течении вечера, хотя Кирилл, казалось, сразу же о нем забыл и вел себя совершенно обычно. К ночи, когда пришло время ложиться, она уже убедила себя, что все действительно не имело сексуальной подоплеки и была удивлена, когда Кирилл, шлепая мокрыми после душа ногами, сел на край супружеской кровати и стал набирать на телефоне будильник.
— Ты что, здесь собираешься спать?, — ужаснулась Ира, поплотнее запахивая на груди халатик. Малышка уже спала в своей кроватке, и она тоже, устав с непривычки, мечтала сходить в душ и завалиться спать.
— Я здесь всегда и спал.
— Я думала, ты там будешь спать. — Ира кивнула головой в сторону зала, где у них стояла тахта. Когда она обсуждала все дело с сестрой, та даже мельком упомянула, что Кирилл будет спать на тахте в зале, хотя это и так было очевидно. Ну не на одной же кровати, пусть и двуспальной широкой, где он спал с женой.
Кирилл посмотрел на нее, как на дуру.
— Там же неудобно, а мне на работу завтра.
Ира помолчала, переваривая информацию.
— Тогда Я туда лягу!
— Там же неудобно!, — попытался отговорить ее Кирилл. — Ложись здесь, тут восемь человек поместится, ты что, никогда ни с кем рядом не спала? В походы не ходила, в гости к родне не ездила, в детском лагере не была?
— Ну как это?! С мужем сестры в одной постели? Ты сам подумай!
— Ну, скажем, что я спал там, если так важно. Ты что, воспринимаешь меня, как сексуальный объект?
— Нет. Я пойду туда.
— Так ты делаешь меня сволочью, что выпер сестру жены и заставил спать на неудобном диванчике, где скорее все кости себе переломаешь, чем выспишься.
— Ну раз ты не хочешь!
— Знаешь что?, — Кирилл сделал вид, что слегка вспылил. — Извини, но я не обязан бороться с твоими тараканами. В конце концов, не я все это придумал, и вызвал тебя сюда. Ложись где хочешь.
— Тогда помоги мне перенести кроватку с малышкой в зал.
Все шло по плану. Кирилл сам себе удивлялся. На следующее утро он не стал иронизировать над злой и невыспавшейся Ирой, которую и правда будто всю ночь били. Наоборот, смотрел сочувственно и чуть-чуть виновато, давая надежду, что он передумает. Перед уходом на работу он даже открыл обьятья для «родственных обнимашек», и Ира, думая, что он испытывает муки совести и пытается искупить вину, даже снисходительно поддалась и чмокнула его чуть-чуть сердечнее, чем вчера.
Вечером, по приходу с работы, он прямо на кухне слегка приобнял ее со спины, впрочем, без всякой пошлости, и заставил все время смеяться, пока ел приготовленные ею блюда. Она расстаралась и приготовила целый комплексный обед из трех блюд. Он очень хвалил ее кулинарные способности и мимоходом удивился, что она готовит даже лучше сестры. Ей было приятно и совсем не хотелось злиться, когда вместо ожидаемого ею переезда в зал, он сказал:
— Хочешь, давай я сегодня перенесу кроватку с малышкой к себе? Дам тебе отдохнуть?
Ира попыталась отговориться, но выглядело это неубедительно и он перенес кроватку. Перед сном он сказал ей, постучав в дверь душа, так что она невольно испугалась, что забыла запереться и он сейчас увидит ее голой, и даже прикрыла руками грудь и лобок:
— Ир, мы с малышкой уже спим, так что если не хочешь в зале, можешь лечь с того краю, где малышкина кровать. Ну правда, ерунда же какая-то. Никто об этом не узнает, не парься.
И она сдалась. Не сразу, еще обдумывала за и против, так что провела в душе почти полчаса, оттягивая момент решения, а может потому, что теплые струйки так приятно щекотали лобок, и ей хотелось помастурбировать, но в итоге она не решилась. Провела несколько раз между ног, пропуская между пальцами складки губ и клитор, и уже почти готовая сорваться, лечь в ванну, раздвинуть ноги и оттрахать себя пальцами, но в итоге она сдержалась. А вдруг услышит Кирилл? Он поймет? У нее был парень и несколько ухажеров там, в их городке, но здесь была она одна и присутствие Кирилла волновало ее, его прикосновение будили в ней похоть, пронзали электричеством, заставляли мокнуть и стискивать ноги. Но она, полагая это неприличным по отношению к сестре, не давала чувствам волю и обещала себе оторваться по возвращению домой.
Решилась на кровать она в последний момент, уже в коридоре, замерла на секунду, выбирая двери, и все же проскользнула в спальню, юркнула под одеяло, на самом краешке, как можно дальше от Кирилла, и заснула. Проснувшись разок, чтобы напоить малышку, она ярко помнила, что ей снился секс с Кириллом.
Все шло по плану. Обнимашки утром и вечером и сон в одной кровати уже стали свершившимся фактом. В этот день вечером настало время купать малышку и они в тесной ванной постоянно касались друг друга руками, воркуя над маленькой пластиковой ванной малышки, поставленной на стиральную машину, и он, когда она слегка наклонялась, видел в просвет ее халатика волнительные холмики ее грудей, а иногда даже, совсем на мгновение — остренькие встопорщенные сосочки. И она тоже знала, что он видит, судя по тому, как краснела, и как топорщились ее сосочки, они терлись о ткань халата, наполняя ее тянущей негой, непреходящим желанием, чтобы кто-то их потискал, покрутил, потрогал. Этим вечером оба мастурбировали в ванной, каждый по отдельности. Кирилл не очень старался скрыть, что ритмичные плески воды в ванной, которые можно было различить сквозь гул падающей воды из крана — выдают скольжение руки по члену, а Ира стеснялась и довела себя до оргазма очень тихо.
Перед сном они долго болтали. Про жизнь, про работу, про планы, и Ира вдруг почувствовала, что они будто муж и жена, близки друг другу. Ровно так Кирилл и планировал. Среди прочего он мельком упомянул, что на работе к нему пристает одна девушка, коллега, узнавшая, что у него жена в отъезде. Тему он не развивал, это был только заброс на следующий этап. А уже засыпая, отвернувшись от Иры, он сказал:
— Ир... Знаешь... (он будто искал и не находил слова) Ты — лучше...
— Лучше кого?, — с притворной насмешливостью, но на самом деле внутренне замирая, спросила Ира.
Но Кирилл промолчал. Воображение действует лучше любых слов. Лучше той коллеги? Лучше сестры? Лучше любой другой девушки?
На следующий вечер у него был запланирован важный этап. Предстояло признаться в любви, не признаваясь в любви. Он помнил взгляды сестер на свадьбе, ставил на их конкуренцию и к этому моменту уже засыпал Иру похвалами, хотя старался сделать это завуалированно, чтобы это выглядело искренним признанием, а не фальшивой лестью. Оставался самый крепкий аргумент преимущества Вики — она Кирилла раскрутила на свадьбу, пусть животом, а младшая Ира пока что никого не раскрутила, пусть и не потому, что не могла (могла еще лучше сестры), просто вся семья ее подавляла, играя на стороне старшей, любимой Вики, делая из Иры золушку.
В этот вечер он вел себя не то чтобы холоднее, а более испуганно. Делал все то же, но так, будто что-то мучало его. Сладко, хорошо, но непозволительно. Как прекрасный цветок в руках, который боишься запачкать, загубить своим прикосновением, но и не можешь сдержаться, чтобы не прикоснуться. Вечером в постели, во время трепа, он много говорил об этой коллеге, которая его осаждает для секса, и так выходило, что коллега та просто кладезь достоинств. Но он держится, хотя и с трудом, потому что он честный и верный семьянин. Наверное поэтому держится. Хотя большинство мужиков на его месте, конечно, давно бы уже выебали коллегу (он так и говорил «выебали»), поскольку у нее и сиськи и письки на пять с плюсом, и потом у него уже полгода воздержание. Он совсем не осуждал Вику, а просто констатировал, что конечно же она и не могла ему в полной мере давать, поскольку перед родами, после родов, все такое, но в общем это мучительно, и другие мужики бы давно сдались, потому что нечестные. Ира целиком погрузилась в перепитии служебного романа, осуждая коллегу и сочувствуя Кириллу, а что рука ее была зажата между ног и время от времени теребила влажную щелку, заставляя стискивать зубы и не выдать себя стоном — то Кириллу откуда было знать?
Вот тогда он и выдал себя.
— А знаешь. Я на самом деле вру. Ну, не вру, а не всю правду говорю. Я боялся сказать, а сейчас вдруг понял, что должен. Помнишь нашу с Викой свадьбу?
— Конечно.
— Вот тогда я пожалел, что женился на Вике, вовремя не разглядел тебя, а потом было уже поздно. Конечно, это не значит, что ты обратила бы внимание на меня, но лучше бы я попытался и проиграл, чем узнал, что на свадьбе узнал, что мне нравится другая. Может, ты сейчас обругаешь меня, или обидишься за сестру, но все это время я мечтал о тебе. Представлял нашу воображаемую совмеестную жизнь с тобой, как будто мы муж и жена. И вдруг ты тут. Как будто мой сон. Прекрасный сон. Я... (он не сказал «влюблен», будто в последний момент застевнявшись громких слов)... мои чувства к Вике не такие, как к тебе. Прости, теперь ты знаешь. Прости. Я мечтал бы оказаться достойным такой жены, как ты...
Киридл отвернулся и замолчал. Она, не зная, что сказать и полагая, что Кириллл обижен ее молчанием — просто молча погладила его по плечу, как бы утешая. Пошли нежности, с удовлетворением подумал Кириллл. Ночью, когда малышка заплакала, Кирилл стал перелазить на тот край кровати через нее, как бы спросонок, говоря — ты спи, спи, я согрею бутылочку и накормлю Малышку. Его руки были так близко возле ее бедер и он в этот момент почти лежал на ней, так что она на какое-то мгновение даже потянулась к нему сквозь сон, как к любовнику, чтобы он накрыл ее всю своим сильным, мускулистым телом, прижал к постели, властно развинул ей ноги и с маху воткнул в нее свой член, она почти ощутила это, как начало секса, раскрылась навстречу ему, но тут опомнилась, и с нарочито усталым ворчанием перевернулась на живот и накрылась одеялом с головой, сгорая со стыда и надеясь, что Кирилл ничего не понял. Он все понял и только усилием воли удержал себя от того, чтобы не трахнуть ее прямо сейчас, напоминая себе, что ему не нужен разовый секс с последующими слезами, раскаянием и чувством вины. У него есть план. Перелезая назад, он как бы случайно провел рукой по ее попе, пусть и накрытой одеялом, и потом еще полчаса боролся со стояком.
Утром и вечером они общались уже как муж и жена, совершенно непринужденно, но вот в постели перед сном Ира еще дичилась. Они долго болтали, лежа рядом лицом друг к другу, обмениваясь событиями дня, он даже поправлял ей волосы и дотрагивался до плеча, но Ира недовольно ворчала, а когда он попытался перебирать ее пальцы на руке, она ее отдернула. Ну что ж, он уже разогрел ее желание, он снял с нее тормоза, намекнув на любовь, он уже дал ей мотив — месть сестре. Осталось дать ей оправдание, чтобы она после этого вместо вины чувствовала себя хорошей девочкой.
— Прикинь, — хихикнув, сказал он ей, — она сегодня схватила меня за яйца!
— Кто?
— Ну та, которая по мне сохнет, я тебе рассказывал, на работе. Она и так возле меня все время трется, как бы по делу, типа нагнется так, что сиськи вываливаются, вместе со мной в экран смотрит, а тут увидела, что у меня стояк, и как схватит за яйца под столом! Думала, наверное, что это на нее.
Тут Кириллл погрустнел.
— А я про тебя весь день думал.
— Фу, — сказала Ира с притворным отвращением, будучи на самом деле польщенной.
— Я, наверное, не удержусь. Это мужская природа, я не могу ее победить. Ну как можно полгода без секса? Это невозможно. Она меня трахнет. А там сто процентов выплывет, она сама Вике и скажет. А ты Вику знаешь. Развод и девичья фамилия. Малышка останется без отца!
— Ну так не изменяй.
— Ты не знаешь, насколько трудно нам, мужчинам.
— Тогда подрочи, — Ира уже откровенно посмеивалась.
Кириллл приподнялся на локте:
— Ир, ты только выслушай, не перебивай. Ты можешь мне помочь?
— Это ты о чем?, — конечно же, Ира отлично понимала, о чем он.
— Ты можешь мне... ну, передернуть?
— Ты с ума сошел?
— Я только о тебе и думаю. Не о Вике, не о той шлюхе, а о тебе. Я не могу думать ни о ком другом. Прости, но ты как наваждение для меня.
— О жене думай.
— Это сильнее меня.
— И не думай.
— Ну, можно тогда я буду трогать тебя?
— Что?! Еще чего!
— Ну тогда подрочи!, — Кириллл откинул одеяло.
— Не буду я.
— Ира, ты спасаешь семью, сохраняешь сестре мужа, а малышке отца! Этой твой долг! Это не измена, это помощь!
— Не буду!
Кириллл откинулся на подушку, взял ее руку и положил себе на пах, где член уже наполовину торчал из плавок.
— Спаси хотя бы меня!
Горячий член в руках смел последни остатки разума. Она давно этого хотела сама, и как ни абсурдны были аргументы, они давали ей моральное право уступить им. И она сдалась.
— Если бы мне недел назад сказали, что я буду это делать, — сказала Ира, плавно поглаживая горячий ствол, — я бы ни за что не поверила.
Постепенно она увлеклась, слыша стоны Кириллла и чувствуя пожар между собственных ног. И когда он попросил смочить его, она восприняла как должное.
— Чем?
— Слюной.
Она попыталась плюнуть на член, но было сложно попасть, и она просто лизнула его, а потом еще раз лизнула. Это не отсос, это просто технические детали процесса.
— Головку, головку смочи, — простонал Кириллл.
И она робко окунула головку члена в свой рот, но сразу же вытащила, полыхая от стыда. Она еще никому не отсасывала. И это точно не отсос. Просто смочила головку.
Кирилл в горячке раскинул руки, поддаваясь ритму ее движений и случайно попал рукой на внутреннюю поверхность ее бедра, стал поглаживать ее, задевая лобок, а потом и вовсе стал натирать ее клитор ребром ладони, так что она и сама уже едва сдерживала стоны и хотела все прекратить, и не могла, и решила просто убыстрить движения, чтобы все быстрее кончилось. Через несколько секунд Кириллл задергался, выбрасывая тугие струи спермы себе на живот и будто в беспамятстве простонал:
— Ирочка... Ира... Любимая...
Ира отдернула свою руку, опасаясь испачкаться в сперме, и тяжело дышала, пытаясь побороть собственное возбуждение. Кириллл затих, потом вдруг порывисто обернулся к ней, и до того как она успела отреагировать, нежно поцеловал ее прямо в губы:
— Я люблю тебя...
Когда он вернулся из ванны, она лежала к нему спиной, на самом краю, переживая случившееся. Но он не обратил на это внимание, обнял ее со спины, поцеловал за ухом, и сказал:
— Ты лучшее, что есть у меня в жизни...
На следующее утро они не говорили о случившемся, только утром она попыталась отвернуться от поцелуя, но он властно взял ее подбородок, повернул себе и поцеловал в губы, повторив:
— Ты мое настоящее счастье.
Вечером она уже и сама ответила на поцелуй, не сопротивлялась слишком супружеским прикосновениям и поглаживаниям, и только перед сном в постели снова легла на край и спиной к нему. Конечно же, она знала, что сейчас будет, но до последнего сопротивлялась. Надела ли она трусики?, — думал Кириллл, обнимая ее со спины и тесно прижимаясь членом к ее попе, где только тонкая, скользкая, почти неощутимая ткань комбинации отделяла его от ее горчей кожи, которую он ощущал всем своим телом. Это была какая-то особо красивая ночнушка, короткая и с кружевами, и Кириллл опять внутренне посмеялся — а ведь она должна была взять ее из дома с самого начала, и значит с самого начала она где-то внутри не исключала такой вариант, что ей понадобится эротически возбуждающее белье. Ох, девочки, девочки, думал он с нежностью, поглаживая ее бедро и стараясь то спереди, то сзади подобраться к самому сокровенному местечку. Ира вяло сопротивлялась, отталкивая его руку, и почти неслышно шептала — не надо, Кирюша, не надо. Трусики она надела, он чувствал резинку, но такие тонкие, что ему не составит труда отодвинуть эту ниточку в ее промежности, чтобы открыть себе доступ к пизде. И тут у нее все предусмотрено, подумал он, так же шепотом уговаривая:
— Ира, Ирюшенька, я только самый кончик, буквально краешек, только почувствовать, запомнить тебя, помнить о тебе, сохранить память, никогда не забыть...
Он плел какую-то хрень, расширяя область ласк, от торчащих сосочков, которые он задевал поочередно всеми пальцами, до края косточки на лобке, постепенно задирая край ночнушки все выше и выше, целуя ее шею и все теснее прижимаясь. Ира тяжело дышала, сопротивление, и так игрушечное, преврашалось уже с ласку самой себя, когда он ее собственными пальцами натирал ей промежность, почти погружая их внутрь вагины прямо сквозь ткань ночнушки, потом уже и ночнугшка ушла выше, и преградой оставались только трусики, потом он забрался под них и почувствовал своими пальцами мокрую горячую щелку, обволакивающую их сомкнутые пальцы чем-то клейким и сладким.
— Я только кончик, только кончик, — шептал он, отодвинув пальцев ниточку стрингов и погружая член в пышащую мокрым жаром печку ее пизды. И плавно задвинул член почти до конца, упершись в ее матку.
— Мммм, — застонала Ира, выгнувшись так, что загнала его член еще глубже в свое тело, хотя это казалось невозможным, — ты же говорил — только кончик?
— Это он и есть, — соврал Кириллл. Ира засмеялась, но смех постепенно перешел в стоны, когда он стал плавно двигать членом, стараясь не прекращать движение ни на секунду, в какую бы сторону он не было. Ира колыхалась, выгибалась и стонала все громче, кусая губы и даже стараясь погрузить лицо в подушку, чтобы не разбудить малышку. А Кириллл понял наконец, чего он добивался, когда думал — я ебу мокрую волосатую щель между ногами викиной сестры. Не секса, а власти. Больше самого секса ему нравилось это ощущение власти над человеком, что он привел его туда, куда хочет, и делает что хочет и когда хочет. Ее блядская ямка теперь прнадлежит не ей, а ему. Даже собственный член будто стал из его господина, который частенько до того загонял его в какие-то авантюры, туманил ему мозг и вынуждал становиться слабым — стал его собственностью, инструментом, которым управлял уже он. Он обрел над ним власть, в том числе кончать по желанию, и он дважды довел Иру до судорог оргазма, пока разрешил кончить самому себе.
С того момента они трахались по утрам и вечерам, как кролики, везде и по всякому. Он будто спустил с цепи какого-то зверя внутри Иры. Она кончала от всего и по нескольку раз, даже когда отсасывала ему или получала сперму на лицо. Уже на следующий день он выебал ее в зад, только сказав, что Вика это любит, но не особо умеет. Они потратили целый час, разминая ее анус, чтобы сделать неприятные ощущения как можно меньше, и небезуспешно — с каждым днем ее зад принимал его член все мягче и охотней, это стало одним из стандартных дневных трахов. Что еще удивительнее, все, что он врал ей про приставания на фирме — стало правдой. Будто почуяв в нем какие-то сексуальные вибрации, все девки закружились вокруг него хороводом, как пчелы вокруг меда. Каждый день в обед он трахал одну их них, специально не повторяясь, чтобы экономить время, сам себе удивляясь. Он стал вдруг будто видеть их насквозь, что надо сказать, что надо сделать, чтобы с той же простотой, как пойти покурить, задрать ей юбку и выебать ее, будь она очкастой заучкой или пухленькой давалкой, замужней или одинокой. Некоторых он даже не знал, они были с других этажей офисного центра, и не было иного объяснения, что их приводило к нему сарафанное радио.
Месяц пролетел, как один день. Дату прилета Вики они знали, но время ему удалось скрыть от Иры, он скажет, что перепутал время вылета и прилета. У него все было уже готово. Он написал жене, что не может ее встретить, потому что аврал на работе, но пошлет коллегу. Друга он проинструктировал и отключил звук на телефоне.
Коллега, волосатый парень немного хипсетерского вида, на старенькой Хонде, встретил Вику вовремя и легко закинул чемоданы в багажник. На ее вопросы он отвечал односложно, муж не отвечал ни на звонки, ни на сообщения, и в конце концов Вика стала просто смотреть на пролетающие мимо них перелески.
— Вика, извините, не сразу решился. Кириллл считает меня товарищем, но не знает кое-что о том, что знаю я.
Вика заинтересовалась, сплетни она любила.
— А о чем речь?
Парень свернул на каком-то повороте, потом еще раз, и, наконец, притормозил возле леса и достал из нагрудного кармана телефон.
— Что вы скажете, если я смогу вам доказать, что Кириллл вам изменял, пока вас не было? У меня есть доказательства.
Он быстро пролистал на телефоне какие-то фото, так, чтобы можно было узнать на них Кириллла и какую-то девушку, берущую у него в рот и принимающую член в зад, будучи загнутой на столе.
— Я почти ничего не разглядела, вы скиньте мне на телефон.
— Вот тут и вопрос. Я скину вам все фото, и даже одно видео, где все можно разглядеть как нельзя лучше. Доказательства железные, вы возьмете Кириллла за яйца. Иначе он просто отопрется, и все станет просто слухами и сплетнями. Но мне нужно от вас, — парень помялся, — один минет.
— Что?!, — Вика даже засмеялась от наглости паренька.
— Вы меня поймете, просто дайте объяснить!, — паренек зачастил, боясь, что она откажется. — Это не знак неуважения к вам! Ни в коем случае. Просто мне надо обязательно, обязательно ему отомстить! Никто про это не узнает, кроме меня. Только я буду знать, что я поквитался с ним.
— Да о чем вы вообще говорите?
Парень еще раз показал на фото девушку:
— Дело в том, что это — моя любимая. Ну, я ее очень люблю, больше жизни. А она... А она меня не очень. И вот с Кирилллом, Кириллл ее, просто так, походя... Зная о моих чувствах... , — парень даже отвернулся к своему окну, чтобы скрыть выступившие слезы.
— Простите меня!, — он вытер глаза рукавом и завел машину, — давайте забудем об этом разговоре.
— Постойте!, — Вика положила руку ему на плечо. — Дайте подумать.
Там, в Москве, она сама трахалась с будущим своим шефом, начальником отдела, где ей предстояло работать. Молодая провинциалка развела лошка за несколько дней, и перспективы были неплохие, так что она всерьез подумывала над вариантом, как только московский кобелек крепко засядет на крючке — развестись с Кирилллом, заставить развестись московского лоха и обеспечить себе московскую партию получше. рассказы эротика А тут неожиданно она как подарок с неба получала и средства сделать это в любой момент и проше пареной репы. Только слишком быстро, ей надо было подумать. Вариант был со всех сторон выгодный.
— Может, деньгами возьмете?, — спросила она парня. Тот приложил руки к сердцу:
— Не могу, сами понимаете, тут речь о разбитом сердце. При всем уважении к вам, это то, о чем я буду думать, как о справедливом возмездии подлецу. Это будет только моя тайна, я никому об этом не скажу, клянусь. Мне доставит особое удовольствие дружить с Кириллом дальше, и знать, что он не знает.
Все выглядело логично.
— Хорошо, но один раз и прямо здесь, — отсасывать ей было не впервой, в ее 23 года у нее было десять лет стажа.
Парень стеснительно выпростал из брюк свою залупу.
— Ничего себе, — вырвалось у Вики. Головка члена вздувалась каким-то грибом-боровиком, так что остальной член казался тонким, но только казался, в чем она убедилась, обхватив его рукой. У нее даже мелькнула лукавая мысль, что если бы он показал его заранее, то она отсосала бы бесплатно, но конечно же этого не сказала, а лишь горестно вздохнула, как бы преодолевая стеснение, и сразу заглотила всю головку целиком, с восторгом ощутив, как заполнился рот. Слюни у нее сразу же потекли рекой, да еще паренек старался затолкать свой член поглубже, но не на тут напал. Она старательно вела партию и парень продержался недолго, слушая влажное чавканье члена в горячей ловушке и ощущая, как она проникает язычком в разрез на головке. Уже через пять минут она получила в горло первую тугую струю, но отстраниться не смогла — парень резко нажал ей на затылок, умоляющим голосом говоря:
— Глотайте, Виктория Андреевна, глотайте, обязательно глотайте, иначе месть мне будет не сладка...
Впрочем, выбора у нее все равно не было, он даже не дал ей схитрить и удержать сперму просто во рту, заставил все же проглотить, угрожая не отдать фото. Честно говоря, Вика охотно продолжила бы прелюдию и залезла бы ему на член верхом, но парень уже его спрятал, по-джентльменски протянув ей мокрые салфетки.
— Фото?, — деловым тоном сказала Вика.
Парень честно перекинул ей фото и видео, и всю дорогу домой Вика их разглядывала во всех деталях. Ну, Кириллл попал. Во-первых, конечно, заставит его отрабатывать, и она даже со сладострастием стала придумывать как именно. Страпон в жопу там был самым гуманным вариантом, и ведь никуда не денется, только надо не сразу выдвигать условия, а постепенно. А во-вторых, конечно, все это будет зря, она все равно оставит его с голой жопой и без ребенка, а сама в Москве устроится прекрасно, пусть локти кусает. Вика погрузилась в мечты и не заметила, как они приехали к ее дому. Парень помог выгрузить чемоданы и, стараясь не встречаться с ней взглядом, уехал.
Кириллл получил сообщение и в момент выезда из аэропорта, и в момент передачи фото, и о том, что Вика стоит у подъезда. Видео с нескольких ракурсов ее отсоса в машине пришли следующими. У Вики был свой ключ, но дверь в квартиру, на всякий случай, он оставил лишь прикрытой, а не захлопнутой, и расположился с Ирой прямо на ковре в зале, так чтобы Вика увидела их практически прямо от входа. Ира сидела на члене лицом к нему и спиной к дверям, и когда он думал, что она открывает рот так широко, как будто ищет второй член себе в рот и мысленно обещал его найти для нее, то она не увидела вошедшую Вику, а вот он увидел. Как и планировал.
Вика, которая собиралась торжествовать, даже остолбенела на несколько секунд, ожидая увидеть что угодно кроме того, что увидела. Но первая ее мысль была странной — неужели он и был такой большой? Это про член Кириллла. Не то она отвыкла от него за время поездки, не то, скорее всего, просто никогда и не видела его со стороны, а может, он казался таким по сравнению с ее хрупкой тростиночкой, восемнадцатилетней сестренкой-поблядушкой, но он был просто большой. Круглые, упругие, звонкие ягодицы сестры, которым она всегда втихаря завидовала, откляченные, развинутые, медленно поднимались и опускались. В верхней точке выпуская с отчетливым чмоком темную, почти черную, как казалось в тени, залупу мужа, а потом снова ловким похотливым движением безошибочно ее ловя лепестками половых губ, которых развигались, развигались, почти лопались от натяга, и пропускали внутрь себя длинный член, бесконечно входящий внутрь сестренки, надвигались примерно до середины члена, потому что дальше сестренка, видимо, уже не могла (а я могу, почему-то с гордостью подумала Вика), а потом снова выпускаясь из нее, метр за метром, оставляя за собой густые, тягучие и белесые потоки ее слизи, кругом опоясывающие член, стекающие вниз, и снова опоясывающие на следующем движении. Ира постанывала, переламывалась в пояснице и явно собиралась вот-вот кончить, когда зачарованная этим плавным движением вверх-вних Вика вдруг встретилась взглядом с Кирилллом. Она будто очнулась и ринулась в драку, на ходу замахиваюсь сумкой, которая была у нее в руках.
Кириллл дал ей ударить Иру один раз, с каким-то неимоверным безразличием в секунды просчитывая ситуацию — это дало бы Иришке повод обидеться на сестру. Но второй удар был бы лишним, и он откатил ошарашенную Иру в сторону, и, упруго вскочив, обхватил взбешеную супругу руками, не давая ей двинуться. Она беспомощно забилась в его руках, продолжая шипеть, и он опрокинул ее на пол, лицом вниз, заломил руки и сел ей на спину.
— Отпусти... Я кричать буду... , — стала набирать голос Вика, как сирена воздушной тревоги, но тут же получила в рот свернутые в комок стринги сестры, которые предусмотрительный Кириллл заранее придержал возле себя. Теперь Вика даже и шипеть не могла, а только бесполезно пузырилась слюнями и била коленками о ковер. Ира, которая ожидала сестру только к вечеру, судорожно пыталась натянуть халатик, в шоке не понимая, что пытается это сделать навыворот, и никак не попадая в рукава. Ее трясло.
— Ира, Ира, спокойно, — с улыбкой сказал ей Кириллл, — ты не любовница — ты Любовь. Сядь, все нормально.
Это почему-то и вправду успокоило Иру. Она еще не понимала, что происходит, и что будет, а просто доверилась ему, сев на тахту, так и не надев халат, а просто накинув его себе на плечи.
— Так, теперь с тобой, — обратился к жене Кириллл, — я не отпущу тебя, пока ты не успокоишься.
Вика забилась с новой силой.
— Ир, отшлепай как нашу непослушную женушку, — попросил он Иру.
— Как?
— Да по жопе.
Ира присела возле ног сестры, торчащих из под Кириллла. Она еще болтала ими, пытаясь удостать ими до его спины, но для него это было что слону дробина. Ира придержала одной рукой ноги, а другой хлестнула сестру по жопе. Получилась слабо, и она ударила посильнее. И ей вдруг понравилось. Она вдруг поняла, что всегда мечтала это сделать, отшлепать сестру, как та шлепала ее в детстве. Круглые, красивые, упругие, обтянутые колготками ягодицы сестры, которым она всегда завидовала, считая себя слишком худой, были прямо перед ней, в полной ее власти. Она видела, как упруго ходят по ним волны мышц, как она крутит ими, пытаясь выскользнуть из-под мужа, и Иру это возбудило. Да ей же не больно в колготках, подумала она и решительным движением сдернула вниз и колготки и трусики. Белая, шелковая задница сестры забилась перед ней в своем обнаженном великолепии. Мелькало колечко ануса, а за ним просматривались поросшие кудрявыми волосками темненькие половые губы, торчащие нежной мягкой бахромой. Ира ударила наотмашь. Получилось звонче и явно эффективнее, судя по тому, как с новой силой закрутилась задница. Ира стянула колготки с трусами полностью, несмотря на сопротивление сестры, оставив их на самых ладыжках, что сразу ограничило потуги к сопротивлению.
Она шлепала звонко, с оттяжкой, стараясь попадать в разные месте, до тех пор, пока сестра не затихла. Впрочем, особо сильно или особо больно это явно не было. Но попа стала равномерно розовой. Дождавшись спокойствия, Кириллл одним движеним перевернул жену на спину, придерживая ее скрещенные руки на груди и все так же сидя на ней и не давая вырваться. Вика попыталась ударить его головой, но только долбанулась затылком о ковер.
— Я люблю Иру. Тебя я тоже люблю. По другому. Ты — как лето, знойное и жаркое. А Ира — как весна, трепетная, нежная...
Иру сзади хоть и кольнула его «тоже любовь», но сравнение с весной ей понравилось. Вика еще раз стукнула затылком о ковер.
— Ир, дай-ка мне телефон, вон на тахте лежит.
Кириллл поискал что-то в телефоне, все еще одной рукой придерживая жену.
— Ты, конечно, еще лелеешь какие-то планы. Что там у тебя, есть фотографии? А посмотри мои.
Он повернул к ней телефон. Там раздался голос Вики:
— Один раз и прямо здесь... Ничего себе!, — а потом смачные шлепки, вздохи, жадное чмоканье и поскуливания осатаневшей от похоти самки.
— Пошлю твоим будущим работодателям в Москву, и твое место накрылось.
Господи, думала Вика, неужели я так пошло выгляжу со стороны, как блядь, только и мечтающая сосать члены? Как стыдно-то... У нее внутри что-то происходило. Огонь гнева утихал, не находя выхода для реализации. Она была беспомощна. При виде самой себя, жадно, с голодом, с урчанием сосущую большой член, у нее снова рот стал наполняться слюной, горела отшлепанная задница, прямо на ее руках лежал еще полунапряженный член мужа, нагло торча кончиком возле ее губ, ее титьки были прижаты ляжками Кириллла и сладко ныли, требуя внимания к себе. И Вика вдруг сдалась. Ее держит муж, сыкуха-сестра отшлепала ее как девку, ее голая пизда раскрыта всему миру — и как же это здорово! Оказывается, она мечтала об этом всю жизнь. Перестать строить планы, побеждать, нагибать всех вокруг, быть первой, самой сильной и стервозной, чтобы оправдать надежды родителей. А на самом деле она просто хотела быть маленькой девочкой, отдаться другому и ни о чем не заботиться, стать ведомой, быть послушным предметом, тряпочкой в чужих руках, покорным хвостиком. Она обрела себе. Кобылку объездили.
Кириллл не заметил перемены, зато Ира сзади заметила ее сразу. Ноги сестры стали подтягиваться, сгибаться в коленях и раздвигаться. Сучка тащится, с удовольствием подумала она. Ее окатила вдруг волна нежности к сестре. Она увидела в ней не ту злобную стерву, с которой они всегда воевали, а маленькую девочку, меньше ее самой, ждущую ласки. Бедненькая, подумала Ира, и нежно погладила сестру по нежной коже возле промежности. Ноги дернулись, пытаясь раскрыться еще сильнее. Ира сняла с нее путы, и Вика с облегчением раскинула освобожденные ноги так широко, как могла. Ее перламутровые половые губки трепетали, набухая на глазах, стремились раскрыться, конвульсивно выталкивая белесые сгустки влаги, которые тягуче стекали на розовый сморщеный мешочек ануса, немного торчащий после родов, и капали на ковер, оставляя на волосиках мелкие серебристые искорки. Надо будет сделать ей шугаринг, подумала Ира. А вообще, у нее явно свеже побритая киска, Вика делала в Москве интимную стрижку. А зачем это?
— А наша поблядушка и в Москве с кем-то трахалась, — промурлыкала Ира. Только сейчас она поняла, что рассматривая викину щелку, она оказалась вплотную к ней, так что ее нос почти касался черных подстриженых волосиков на лобке. И неожиданно для себя она лизнула сестру прямо между сочашихся губок. Обхватила руками ее ляжки и с урчаним впилась в сочную мякоть, будто это был сладкий персик. У Вики брызнули слезы благодарности, она получила то, о чем только что горячо возмечтала — чтобы в нее вонзилось что-нибудь, овладело ею, утешило ее зуд. Кириллл почувствовал, как Вика дернулась под ним, а услышав чмоканье сзади, оглянулся и хмыкнул. Он уже понял, что кобылка усмирена, что его желание превратить Вику в служанку уже осуществилось, но на то, что он увидел, он отводил неделю. Он и планировал слезбианить сестер, чтобы сучки не дрались за один хуй, а выплескивали излишки сексуальной энергии друг на друга. А оказалось, что поблядушки и так были уже готовы ебать друг дружку.
Ира с шумом захватывала в рот почти весь лобок сестры, а потом с сочным хлюпаньем тянула, будто стремясь высосать все ее внутренности, до конца оттягивая губами ее клитор, так что он становился длинным, будто маленький хуй, пока он со звонким чмоканьем не вырывался у нее изо рта, и снова жадно всасывалась в лобок сестры. Вику корежило от удовольствия и Кириллл вытащил у нее изо рта кляп. Он был уже не нужен. теперь ей нужен хуй в рот, и Вика благодарно его приняла. Хуй был шерщавый от уже подсохших выделений сестры, и Вика, поскуливая, старалась облизать его весь, почувствовать во рту кисловатый привкус сестры, как бы одновременно и сося у мужа и отлизывая сестре.
Они не успокоились, пока полностью не опустошили Вику.
Через полчаса они сидели на тахте, пока Вика лежала у них на коленях, и страстно, взахлеб, признавалась во всех своих грехах. Ей больше не нужны были тайны. Она принадлежала этим людям, и она не будет счастлива, не отдаваясь им полностью, без остатка. Рука Иры была целиком засунута в вагину сестры и внешне выглядела спокойно, но, видимо, она внутри все же шевелила пальцами, судя по тому, как сладко жмурилась время от времени Вика. Член мужа был прижат к ее щеке, и она терлась о него, старалась достать языком, покусывала в паузах между предложениями. Кирилл внимательно слушал, одной рукой теребя сосок жены. Его заинтересовал начальник отдела на будущей работе Вики.
— Стройдепартамент?... В Москве?... Ну что ж, с него и начнем, девочки. У меня есть план... Ира, засунь-ка ей свой большой пальчик в попку...
 --- Что скрывает баронесса --- (измена)
Для Лилиан замужество за старым графом было первым и единственным. Для графа это был уже третий брак, и единственный бездетный. Впрочем, жаловаться ему было не на что, от первой жены у него был сын Огюст, его наследник, одутловатый краснолицый мужчина 50 лет. От второй — дочь Лаура, которая была младше Лилиан всего на несколько лет.
Как только Лаура вошла в брачный возраст, граф отдал её замуж за барона Демаре. Род Демаре был не особенно знатен по сравнению с де Шомбарами, но барон будучи человеком энергичным, имел большие связи при дворе, к тому обладал немалым состоянием.
Все дело в том, что барон всю свою юность провел в Англии. У англичан он перенял деловую хватку и умение зарабатывать деньги. В то время, как французские аристократы смотрели свысока на подобные занятия, полагали их уделом плебеев-буржуа, барон плевал на эти условности и весьма преуспел. Конечно, он не любил Лауру, более того, до замужества он её даже не видел. Это была сделка, заключение союза с одним с знатных и старинных аристократических родов, которая давала барону новые связи и новые возможности.
К тому же, из Англии барон привез ещё любовь исключительно к юношам. В их компании он и проводил свободное время. Свою супругу он навещал лишь по необходимости, зову долга. Она обычно лежала, не шевелясь, когда он пытался сначала ввести в неё недостаточно твердый член, потом пытался побыстрее закончить с неприятным для него делом. Обычно от этого желания его и без того небольшой фаллос становился еще меньше и мягче, потому, чтобы излиться водянистым семенем в баронессу, ему приходилось изрядно попотеть. Барону приходилось в эти моменты закрывать глаза и представлять одного из своих любовников. Лаура лежала под ним и смотрела на украшенный цветами балдахин над их кроватью. Она мечтала о том, чтобы он уже побыстрее оставил её в покое.
Когда Лаура родила ему наследника, барон с большим облегчением перестал навещать свою супругу. Впрочем, Лаура об этом не сильно сожалела. Лаура не была красавицей, нос длинноват, губы слишком узки и сжаты, подбородок вытянут и остр. К тому же Лаура в детстве пережила оспу, которая оставила рытвины на лице. Впрочем, пудра, настоящее благословение этого века, легко скрывала этот недостаток. И в ухажерах недостатка никогда не было. Но любила Лаура всего одного человека, но была вынуждена с ним расстаться. И этот шрам в её сердце не могла скрыть никакая пудра, само всемогущее время казалось бессильным.
Даже сейчас, на пышном приеме для принца Субиза, Лаура не находила себе места. Игры, танцы, светские беседы не увлекали её, мыслями она была где-то далеко.
Потому, при первой возможности, баронесса отстала от компании гостей и решила немного побыть одна в одной из беседок парка, что окружал замок Шомбар. Но не тут то было. Она услышала тихое покашливание у себя за спиной. Баронесса была в прекрасном платье, что было специально пошито для этого бала. Его юбка-панье напоминала огромный колокол, закрепленный на каркасе из ивового дерева. Потому она поворачивалась всегда осторожно, ведь в ином случае она рисковала опрокинуть близко стоящего человека столь громоздкой одеждой.
Но стоящий за её спиной был достаточно далеко, чтобы избежать подобной участи. Это был карлик, одетый в костюм старинного пажа. Сердце баронессы готов было выскочить из груди.
— Кастор! — воскликнула она.
Карлик был одет в красную одежду. Дело в том, что карликов в замке было двое, они были братьями-близнецами. Чтобы не их не путать, графиня велела одеваться Кастору во все красное, а его брату Поллуксу во все голубое. Однако, Лаура прекрасно отличила бы его и без одежды. Движения Кастора была чуть резче, взгляд чуть злее. Она, может быть единственная в этом мире, кто могла их различать.
— Узнала меня — саркастически и непочтительно ответил Кастор Луизе, будто бы равной, — а я уж думал тоже начала путать.
— Тебя невозможно ни с кем спутать!
— Тогда зачем ты отдала меня? Зачем подарила этой гадкой графине?
— Это не моя вина. Меня вынудили!
Кастор внимательно посмотрел ей в глаза. Потом тихо вздохнул и сказал:
— Верю... Я так скучал.
— Я тоже.
Не сговариваясь, они пошли в ближайшую беседку. Лаура вся дрожала в волнении и некотором нетерпении. Как же долго они были в разлуке. Наверно, месяца два. Она осторожно села на скамью, Кастор почти целиком скрылся в колоколе её огромной юбки. Она почувствовала его жаркое дыхание внутренней стороны своих бёдер. Язык карлика уже проник в разрез её панталон, начал играть с её клитором. Лаура задохнулась от удовольствия, как же ей этого не хватало!
Послышался шорох гравия. Кто-то шел в их сторону.
— Баронесса, Вы здесь?
Это был голос барона Демаре. Лаура испуганно вскочила. Маленький Кастор так и остался под её огромной юбкой.
— Баронесса, я искал Вас повсюду! Нас ждёт маркиз Десеншаль на партию в фараон.
— Да, я скоро буду. Мне нужно немного побыть одной...
— Вы неважно выглядите, Лаура. Случайно, не заболели? Это было бы весьма некстати.
— Нет! Я прекрасно себя чувствую. Просто, что-то закружилась голова, ах!
В момент, когда баронесса произносила эту фразу, Кастор не терял времени, он продолжал ласкать вагину баронессы. Его язык то играл с торчащим клитором, то раздвигал губки и проникал внутрь, так глубоко, насколько мог.
— Это случайно, не из-за этого Вашего карлика? — неожиданно спросил барон, сдвинув брови. Баронесса побледнела от страха, Кастор на мгновение даже остановился в своих забавах.
— Поймите, баронесса, я человек прогрессивный. Я не намерен Вас ревновать к кому-либо. И никогда этого не делал. Но этот Ваш роман с карликом, выходит за рамки. Не то, что приличий, но и здравого смысла!
Баронесса взяла себя в руки.
— Мы уже говорили об этом. И приняли решение подарить карликов графу де Шомбару. К чему вновь эти разговоры?
Кастор, который было замер, возобновил движения. В этот раз это был его палец. Один, второй, третий, а потом и целиком кулачок. Баронесса сжала зубы, чтобы не закричать, карлик засовывал кулак резко и грубо, видимо злился. Она сжала его голову ногами. Ей было немного больновато, но при этом каждое его движение вызывали у неё острое жгучее удовольствие.
— Я просто хочу удостовериться, что Вы оставили свою глупую и вредную для нашей репутации привязанность — с нажимом сказал барон.
Баронесса не могла ему ответить, она старалась сдержать крик, амплитуда движений руки карлика в ней становилась все быстрее. По сути, она сейчас стояла перед бароном на одной ноге. Вторая была на плече карлика, она терлась ей об его голову. Вагина активно выделяла смазку, Лаура очень боялась выдать себя чавкающим звуком. Её грудь сковал страх, но в то же время, она чувствовала ни с чем не сравнимое наслаждение. Руки её судорожно впились в каркас юбки. Лицо выдавало самый широкий спектр чувств.
— Я смотрю, Вам и правда не по себе — сказал барон, — значит есть истина в моих словах. Что же, мы еще вернемся к этому разговору, а сейчас прошу, пойдемте. Маркиз ждет.
С губ баронессы сорвался крик, карлик достиг самой её глубины.
— Я... даже не вспоминала... о нём... поверьте... барон... У меня... просто кружится голова... Дайте мне время...
— Что же, хотелось бы верить. До этого прискорбного случая, Вы всегда были в высшей степени благоразумны. Я пойду, а Вы присоединяйтесь. Мы будем в розовом зале замка.
Баронесса лишь кивнула. Когда барон отвернулся и тяжело зашагал прочь, она прикрыв рот рукой, чтобы не кричать, достигла пика наслаждения. Рука карлика продолжала неистово двигаться в её горячей, влажной пещерке. Она так крепко держала ногами его голову, что казалось вот-вот задушит его. Панталоны намокли от брызнувшего сока.
Кастор вылез из под юбки баронессы. Лаура оперлась спиной о стенку беседки.
Он зло посмотрел на неё.
— Так это была твоя идея? Отдать меня с Поллуксом?
Лаура заплакала. Кастор развернулся и пошел прочь.
— Постой! — крикнула она вслед, — ты простишь меня когда-нибудь?
— Нет! — резко и коротко ответил Кастор.
Баронесса вздохнула. У этих маленьких людей непомерно большая гордость.
 --- Её первый голем --- (куннилингус, эротическая сказка)
Многим джиннам не нравился мир людей, они считали свое пребывание в нем чем-то вроде наказания или испытания воли. Но только не Ионе. Ей в этом мире нравилось решительно все, не было той области, к которой она бы не испытывала интереса или любопытства. Возможно, именно подобное отношение помогло ей стать предводителем джиннов.
Иона жадно стремилась познать этот мир во всех его аспектах. И это касалось не только знаний и алхимических навыков. Ионе нравились человеческая пища, одежда, язык. Даже их несовершенные смертные тела вызывали у неё искреннее восхищение, она первая из все джиннов сформировала себе тело, точно такое же как у людей. До неё джинны предпочитали выглядеть размытыми силуэтами, в лучшем случае антропоморфными фигурами с дымным хвостом вместо ног. Ионе же ноги очень нравились, особенно женские. Потому свою фигуру она тщательно вылепила беря за образец красивейшие женские тела в этом мире: высокая грудь с округлыми сосками, тонкая талия, красиво очерченные ягодицы, длинные стройные ноги с изящными пальчиками. Ей нравилось восхищение, которое она вызывала своим видом. Ей нравилось нежное прикосновение шелка к своей коже. Ей даже нравилась приятная прохлада, когда она босыми ступнями касалась мраморного пола.
И конечно, Ионе нравился секс, его она ценила даже превыше всех прочих удовольствий в этом мире. Он ей никогда не надоедал, более того, он был для неё в этом мире необходимостью вроде пищи и воды для местных жителей. Не отягощенная сложной моралью, которая образовалась из многочисленных ошибок и предрассудков местных обществ, она была готова к любым экспериментам и со всяким, кто ей понравился. Впрочем, здесь в Селесте, небесном городе магов, партнеров для этой игры было не так много. Большинство местных обитателей познав сил* магии или искусство алхимии переставали интересоваться чем-то ещё. Потому, когда возникало желание, Ионе зачастую приходилось удовлетворять его самостоятельно. Она шла в большой зал для гостей, чем-то похожий на тронные залы местных правителей. У северной стены, на ступеньках здесь действительно высилось кресло, самый настоящий трон. Иона садилась на него, нажимала рычажок, и из углубления в сидении выдвигалась игрушка, искусно сделанная местными гремлинами точная копия человеческого фаллоса довольно внушительного размера.
Иона садилась на кресло с ногами и терлась об игрушку клитором, рукой ласкала груди, нежно массировала пальцами отвердевшие соски. Иона не боялась, что кто-то неожиданно войдет сюда, гости здесь были хоть и редкостью, но могли появиться в любой момент через магический портал. Иона наоборот, получила бы удовольствие, если бы кто-то сейчас застал её за этим занятием. И присоединился. Потому она старалась делать не только приятно себе, но и красиво для возможных зрителей.
От всех этих фантазий, её пещерка наполнялась теплом и влагой. Желание сжимало её изнутри, словно судорожно сжатый кулак. Иона приподнимала бедра и осторожно насаживалась на фаллос, сначала слегка, позволяя проникнуть в себя лишь его кончику. Ей нравилось дразнить саму себя, к тому же она никуда не торопилась, её удовольствие было удовольствием искушенного гурмана. Иона медленно насаживалась на член, получая удовольствие от каждого движения, от каждого прикосновения своей вагины к этому упругому и твердому предмету. Её стоны разносились по огромному залу гулким эхом. Она то достигала самой глубины, на мгновение остановившись, чтобы насладиться остро-сладким ощущением полноты, то вновь скользила вверх по стволу до самой головки. В голове шумело, зал плыл перед глазами.
Послышались гулкие мерные шаги. Гость? От мысли об этом Иону пронзило жгучее наслаждение, она начала двигать бедрами быстрее, вгоняя в себя фаллос. Нет, конечно же, нет. Всего лишь её слуга, каменный голем. Он шел мимо по своим хозяйственным делам, и путь его лежал частично через этот зал. Жаль. Впрочем, Иона не думала останавливаться, она продолжала прыгать на члене, лаская двумя пальцами бугорок клитора. Голем неожиданно замер на полпути. Он остановился и повернулся в сторону Ионы.
Он неотрывно смотрел на свою хозяйку, обнаженную, сидящую с ногами на троне, одной рукой держащуюся за подлокотник, другой теребящую заветный бугорок. Иона удивилась, он никогда себя так не вел. Впрочем, так совпало, что он никогда раньше не был свидетелем её развлечений. Голем стоял, его каменное лицо ничего не выражало. Да и не должно было выражать, эмоции и иные чувства для этих истуканов не предусмотрены. Но он смотрел на неё, смотрел неотрывно. И это очень нравилось Ионе, она попробовала представить себя со стороны, его глазами. И от этой фантазии распаленная страстью, она насаживалась на член все яростнее, её стоны становились все громче и чаще. Фаллос упруго скользил в ней, каждым движением вознося её все выше и выше, пока она не достигла самой высшей небесной сферы. Пока она не забилась в безумном наслаждении.
Давно у неё не было такого яркого оргазма, он продолжался долго, очень долго. Все это время Иона продолжала свои яростные движения на члене, придавая экстазу законченную остроту. Наконец её тело успокоилось. Она быстро сошла по ступенькам, подошла к голему. Он стоял неподвижно, не сводя с неё каменных глаз. Она легонько провела рукой по его паху. Но там ничего не было, голем был беспол. Интересно, это просто сбой в работе или... или ему действительно понравилось? Сложно сказать, голем был очень старым, он даже не умел разговаривать. Сейчас их клепают на фабрике из готовых металлических деталей. Но Иона создала его в давние времена, когда создание каждого голема было целым искусством.
Это был её первый голем. Каждый алхимик в Бракаде должен пройти этот экзамен, создать и оживить своего голема. В те далекие времена это было весьма непростым и трудоемким делом. Иона создавала его вручную, во многом используя опыт по формированию своего собственного тела. Только если себя она вылепила, как идеальную женщину, то голема она создавала отталкиваясь о представлениях об идеальном мужчине — широкие плечи, сильные руки, мужественное лицо с правильными чертами. Но вот фаллос она ему делать не стала. В те далекие времена Иона и сама ещё не понимала всю прелесть соития. Её первый раз не принес ей вообще никаких ощущений, кроме некоторого удивления. Это было в Академии, молодой неофит, будущий маг, тяжело дыша, будто бы обремененный грузом, навалился на неё сверху, стал торопливо засовывать свой член в её пещерку.
Иона была старательной ученицей, она подробно и тщательно расспрашивала своего любовника обо всех аспектах процесса, но эти вопросы почему-то раздражали его, он злился, его член становился мягким. Наконец Иона умолкла, а ему удалось в неё войти резким толчком. Он начал двигаться в ней, при этом он каждый раз говорил ей срывающимся шепотом слова, которые местные почему-то держали под запретом, считали непристойными. Иона обхватила его бедра ногами, в одном трактате о сексе, что она прочла накануне, была похожая картинка. Там женщина так же как и она лежала под мужчиной, её ноги обхватывали его, пятки упирались в его ягодицы, как бы его направляя. Но это не помогало, Иона ничего не чувствовала, кроме трения постороннего предмета о её внутренние стенки, тяжести чужого тела, горячего дыхания под аккомпанемент из странных слов. Но эти слова видимо распаляли её партнера, он ускорился, задергался наполняя её горячей липкой жидкостью. Он вытащил опавший член и спросил, понравилось ли ей. Иона пожала плечами. Она не вполне поняла смысл происходящего. И самое главное, почему живые существа этого мира полагают это каким-то высшим удовольствием. Неофит обиделся, обозвал её непристойным словом и ушел.
А Иона ещё долгое время не понимала, что такое секс. К счастью, вместе с ней училась волшебница по имени Кира, красивая светловолосая женщина. Она была и так довольно привлекательна, однако пошла изучать магию, чтобы стать еще привлекательнее, привораживать к себе мужчин. Она многое знала о сексе, и могла говорить о нём много и страстно. И не только говорить. Узнав, что Иона весьма интересуется этим вопросом, Кира вызвалась быть её учителем. Тем более, в те времена секс с джиннами был чем-то совсем экзотическим. Соитие с Кирой было совсем иным. Она никуда не торопилась, не злилась, подробно, страстным шепотом она отвечала на любой вопрос Ионы, нежно покусывая её соски, целуя шею и особую точку чуть выше ягодиц, проводя языком по её животу без пупка к безволосому лобку. Она готова была ласкать каждый дюйм тела Ионы, от кончиков острых ушей до пальцев на ногах. Кира с большим удовольствием целовала по очереди каждый пальчик, водила ступней себе по лицу.
От этого всего Иона вся дрожала, она начинала понимать почему так тяжело дышал её первый любовник, острое желание тяжелой но приятной ношей ложилось на грудь. И когда Иона была готова, Кира успела лишь коснуться языком её промежности эротические рассказы на dojki.biz, когда женщина-джинн испытала свой первый в жизни оргазм. Она кричала, выгибала спину от нахлынувшего на неё чувства, яростно прижимала к себе растрепанную голову своей любовницы. Джинны не устают, потому едва закончился экстаз, Иона перевернула Киру на спину, оказавшись сверху, впилась в её губы страстным поцелуем, раздвинула коленом её ноги, стала тереться клитором о её клитор. Глядя на раскрасневшееся лицо Киры, на её стоны, дрожь её тела, покрытого мелкими пупырышками, Иона получила удовольствие не меньшее, чем от своего собственного оргазма.
С тех пор Иона полюбила секс, но о големе, как возможном партнере никогда не думала. Тем более, было не до того, всегда хватало желающих попробовать секс с джинном. Не то, что сейчас. Кира пару лет назад отправилась с миссией в Энрот, иные любовники и любовницы остепенились или слишком увлеклись своими изысканиями в области магии. Искусственный фаллос стал самым частым любовником Ионы.
Иона так и стояла перед големом, погрузившись в воспоминания. Голем тоже замер, ожидая приказов от хозяйки. Иона задумчиво гладила его гладкий пах. Когда она вкладывала в него заклинание жизни, своего рода аналог души голема, она не предусматривала для него каких-то чувств, но тем не менее ей иногда казалось, что ему в одних случаях весело, в других грустно. Она говорила об этом не раз Жозефине, которая хорошо разбиралась в големах, но та лишь отмахивалась, списывая все на неуемное воображение Ионы. И вот теперь она была убеждена, что голем не просто смотрел, он испытывал желание. Но какой в этом толк, когда у него нет члена? Впрочем, это поправимо. Иона вернулась к трону, нажала рычажок. Когда фаллос выдвинулся, она вытащила его из пазов. Иона приложила фаллос к паху голема, произнесла нужное заклинание и вот он уже врос в его каменное тело. Но оставалась ещё одна проблема. Железный голем весь на шарнирах, он сгибает руки и ноги, поворачивает голову с помощью механики внутри него.
Каменный голем это самая настоящая статуя. Магия, что вложена в него не только определяет его поведение, но и деформирует его каменную плоть, заставляя двигаться. Иначе говоря, если бы она приделала член к железному голему, то его бы поднимал специальный механизм, который пришлось бы встроить в его пах. В случае каменного нужно другое заклинание, более сложное и мощное, нежели то, что управляло големом сейчас. Иначе член так и останется бесполезной игрушкой торчащей вниз. Конечно, она могла его приделать под несколько иным углом, чтобы находился в горизонтальном положении, но... Ионе хотелось не просто ходячую секс-куклу. Ей очень хотелось, чтобы и голем тоже чувствовал при этом. Вожделение, приятные ощущения от соития, оргазм. Это было бы новое слово в магии.
Но даже её знаний и опыта явно не хватало. Впрочем, она хорошо знала ту, кто сможет ей помочь. Жозефина. Нет в мире человека, да и иного существа, что лучше разбирается в големах. Собственно, первого каменного голема в мире создала и оживила именно она. Отличный повод, чтобы навестить её. Иона накинула одежду, велела голему оставаться на месте, а сама оторвалась ногами от пола, взмыла в воздух, вылетела в открытое окно.
Она летела над городом, что раскинулся на снежных вершинах гор и облаках. Высокие башни, удивительные ажурные строения соседствовали с ослепительной белизной. Иона бывала во различных городах Антагарича, Энрота и Джаддама. Но ни один из них не мог сравниться с небесным городом Селеста. Здесь был ледяной разреженный воздух, но для женщины-джина он казался свежим и прохладным. Она обожала летать, ей нравилось как её тело ласкает ветер, как красиво развевается её одежда в полете. Она, конечно, могла переместиться к Жозефине телепортом, но разве можно было пропускать такое удовольствие, как полет на самым прекрасным в мире городом? Здесь все использовали телепорты или летали, потому во многих зданиях не было дверей. В некоторых даже окон. Но подобное Иона считала глупостью. Жить посреди такой красоты и не смотреть в окно? Таким существам место не здесь, а в стране мертвецов и некромантов Дейе или подземельях Нихона.
Вот и мастерская Жозефины, к счастью у неё есть окна. И одно было даже открыто. Иона из ослепительного облачного мира в мгновение оказалась в пыльной мастерской. Несмотря на большие окна, здесь царил какой-то странный полумрак. Иона грациозно приземлилась прямо возле стола, на котором лежал полуразобранный железный голем. Возле него возилась Жозефина, угрюмая женщина с темными от бессонницы кругами под глазами. Впрочем, Иона находила её вполне привлекательной, в её чертах лица, фигуре были благородство, высокий лоб говорил о незаурядном уме, пронзительные горящие синие глаза выдавали скрытую страсть. Жозефина удивленно посмотрела на гостью, но потом обиженно сжала свои полные губы.
— Ты ещё сердишься? — спросила Иона вместо приветствия.
— Нет, просто ты не вовремя, мешаешь работать — ответила Жозефина нарочито сухо, ковыряясь во внутренностях голема.
— Но я по делу — улыбнулась Иона. Её улыбка была ослепительнее горных вершин за окном.
— Опять какое-то извращение?
— Нет, я по поводу голема!
Жозефина недоверчиво покосилась на Иону.
— У меня возникла одна прекрасная идея, но без тебя её сложно будет воплотить! — продолжила Иона.
Жозефина сощурила глаза, она явно чувствовала подвох. Иона не дожидаясь ответа открыла портал, ведущий в её дворец, и велела своему голему пройти через него. Жозефина окинула его быстрым оценивающим взглядом и остановилась в районе паха, где теперь красовался огромный фаллос.
— Так я и знала! — сказала она, — у тебя один секс на уме?
Иона попробовала в двух словах рассказать о своей идее. Но Жозефина была непреклонна.
— Голем тем и хорош, что не испытывает эмоции и чувства. Просто делает свою работу, не отвлекается на глупости. И не отвлекает других!
Сейчас Жозефина сама была похожа на голема. Такая же рациональная и бесчувственная. И фригидная. Ионе в свое время было очень с ней тяжело, как она её ни ласкала, что только с ней не делала, но Жозефина не кончала. Просто гладила Иону по голове и тихо шептала, что ей было приятно. Иона, привыкшая к тому, что её ласки всегда приводят к пику удовольствия, была несколько обескуражена. Но не теряла надежды. Вдобавок к этому Жозефина ещё оказалась ревнивой. Однажды она пришла к Ионе в тот момент, когда женщина-джинн занималась любовью с двумя нагами и устроила настоящий скандал. Иона не знала куда деваться от разъяренной девушки, даже наги поспешили уползти от греха подальше. Но Жозефина успокоилась и ушла, сказав, что больше не желает видеть предательницу. Иона себя предательницей не считала, к этой вспышке отнеслась снисходительно, списав на власть предрассудков, что не удалось изжить даже здесь, в Бракаде. Но Жозефина с тех пор её избегала. И вот сейчас она стоит, рассерженная, с горящими синими глазами, почти как тогда, в день скандала. Какая же она все-таки красивая. Иона почувствовала как в ней растет желание.
— Убирайся! — крикнула Жозефина, — не желаю больше видеть тебя в своей мастерской!
В ответ Иона обняла её и впилась страстным поцелуем в губы. Жозефина недовольно замычала, попробовала вырваться, но из объятий джинна так просто не вырвешься. Ионе очень нравились её губы, полные и чувственные, мягкие, словно шелк. Когда она оторвалась от них, Жозефина влепила ей пощечину. Иона рассмеялась, подобные игры заводили её ещё больше. Снова поцелуй. Пощечина, уже чуть слабее. Поцелуй. Жозефина горько вздохнула, словно отпуская свою обиду и прильнула к Ионе, обняла её талию.
— Я люблю тебя — шептала она джинне, — люблю... и не хочу ни с кем делить...
Иона сейчас решила не спорить, она языком заскользила по шее, Жозефина горячо задышала ей в остроконечное ухо. Спуститься ниже мешало платье Жозефины, но у Ионы на этот случай было заклинание малой дезинтеграции. Его придумала Кира и очень гордилась им. Заклинание дезинтегрировало чью-либо одежду. Быстро и элегантно, не нужно возиться с застежками, когда хочешь насладиться чьим-то прекрасным телом. Вспышка и Жозефина уже без одежды, её тело прекрасно. Большая тяжелая грудь с темными сосками, живот с небольшой складочкой, пышные аппетитные ягодицы, длинные ноги. Иона опустилась перед ней на пол, словно в земном поклоне перед её красотой. И начала покрывать поцелуями её аккуратные ступни, лодыжки, поднимаясь все выше. Жозефина гладила её лысую голову с черной косой, тихо вздыхала от удовольствия. Иона же получала двойное удовольствие, она чувствовала, что её голем неотрывно смотрит на эту игру. Ей даже показалось, что он тяжело возбужденно дышит. Хотя нет, это все же Жозефина, она вся дрожит от страсти. Язык Ионы уже скользил по внутренней стороне бедра, поднимаясь все выше. Иона слегка коснулась носом её клитора. Какой прекрасный сладкий запах. У всех смертных в этом мире был свой особый, неповторимый запах. По нему можно было определить их истинную суть. Жозефина пахнет жасмином, тяжелый обволакивающий аромат. Язык Ионы уже щекочет её промежность.
— Так бы тебя и съела... — прошептала она любовнице, а потом произнесла заклинание левитации. Жозефина немного взлетела и перевернулась горизонтально, как бы легла на спину в воздухе. Так гораздо удобнее, когда дело доходит до вагины. Иона взлетела и пристроилась сверху, лицом к промежности Жозефины, её же промежность оказалась перед лицом девушки. Перекрестная любовь, так называли эту позу в том трактате о сексе, что читала Иона перед своим первым разом. Она ей очень нравилась, особенно если партнеры не лежали на полу, а как сейчас висели в воздухе. Однажды они с Кирой занимались любовью в такой позе прямо в небе над Селестой.
Иона проникла языком в упругую и горячую пещерку Жозефины, Жозефина в свою очередь горячо дышала и страстно лизала её вагину. Иона ритмично двигала языком, захватывала губами большой торчащий клитор. Жозефина стонала, её промежность становилась все более влажной и горячей. Иона краем глаза уловила какое-то движение. Она повернула голову и застыла в удивлении и восхищении. Жозефина же продолжала самозабвенно ласкать её языком. Иона мягко отстранилась.
— Смотри! — сказала она восхищенно Жозефине.
Голем стоял так же как и раньше, не шелохнувшись. Но его фаллос медленно поднялся и теперь находился в боевой готовности.
— Этого... не может быть... — выдохнула Жозефина.
— Я знала! Знала!
— Что знала?
— Что в заклинание оживления вкладывается и частичка нашей души, наши чувства. Они все живые, понимаешь, живые! Просто нужно суметь пробудить это в них...
Иона подошла и взяла фаллос рукой, стала нежно его ласкать. Голем мелко задрожал, словно от удовольствия.
— Видишь? — шепнула она подруге.
Иона велела голему сесть на специальный стул для осмотра. Не стул даже, какой стул выдержит многопудовую статую, скорее каменный куб. Член его по прежнему смотрел вверх.
— Ты первая... ты должна опробовать его первой! — сказала Иона.
— Почему это? — удивилась Жозефина.
— А кто ещё в мире лучше разбирается в големах? Смелее!
Жозефина завороженно подошла к голему. Она не занималась сексом с мужчинами наверно с времен Академии. Слишком они грубые, пошлые, нечистоплотные. И вообще много с ними проблем, с женщинами намного проще. Но ей иногда не хватало того чувства, когда большой упругий член наполняет её до самого конца, трется о её стенки. Она подошла к голему, наклонилась, взяла его фаллос в рот. Почти как настоящий, даже приятнее на ощупь. Сидящий голем судорожно вцепился пальцами в куб, на котором сидел. Ему очень нравилось, когда по его члену скользили шелковые полные губы девушки.
Жозефина села ему на колени, начала медленно и осторожно на него насаживаться. Иона стояла сзади, нежно целовала её спину, слегка покусывала пышные ягодицы. Член голема проникал все глубже, Жозефина глухо стонала. Она прильнула к его груди, её ягодицы упруго двигались, вгоняя фаллос в себя. Никогда Иона не видела Жозефину столь горячей и страстной. Её пронзительные синие глаза казалось излучали свет. Она двигалась все быстрее, вагина хлюпала, несмотря на огромные размеры, Жозефина вобрала весь член в себя. Она прыгала на нём, вскрикивала, когда тот достигал самой её глубины. Никто из мужчин и тем более женщин не мог проникнуть столь же глубоко, достать до самого сокровенного места. Иона любовалась её лицом. Розовые щеки, закрытые глаза. Страсть и наслаждение. Иона спустилась вниз, язычком проникла в её задний проход. Это было последней каплей. Жозефина задрожала всем телом и начала кончать. Её тело содрогалось, она кричала, продолжая свою бешеную скачку на големе. Когда она обессиленно слезла, фаллос и пах голема был залит жидкостью, соком её любви.
Иона нежно поцеловала её, а потом велела голему встать. Сама же взгромоздилась на куб, встала на нём на одно колено, развела ягодицы пошире.
— Давай! Теперь меня! — сказала она голему.
Голем схватился за её талию и резким движением вошел полностью, задвигался в бешеном темпе. Жозефина опустилась на ближайший стул. Голем быстро и резко двигал бедрами, Иона вся выгнулась, высунула от удовольствия кончик языка. Голем выходил из неё почти полностью, а потом загонял свою дубину обратно. Это зрелище волновало Жозефину, она снова возбуждалась. Одной рукой голем схватил Иону за косу и каждый раз, когда проникал на полную глубину, слегка оттягивал её за косу на себя. Ионе это нравилось, она в порыве страсти шептала заклинания, мастерская каждый раз расцвечивалась узорами молний. Неожиданно голем замер. Он стоял, охваченный странной дрожью, запрокинув голову.
Жозефина испуганно вскочила и подбежала к любовникам.
— Он... он горячий! — сказала она, прикоснувшись к телу голема.
— У него оргазм, самый настоящий оргазм! — в экстазе шептала Иона, я чувствую, как он сейчас вибрирует во мне...
Иона и сама, не выдержав всех этих переживаний, задергалась задом на огромном фаллосе, достигла такого оргазма, что был гораздо сильнее утреннего.
Потом она сидела, у неё на коленях сидела Жозефина, они нежно ласкались. Голем, удовлетворившись, стоял спокойно, с поникшим членом.
— Может, приделать ему язык? — тихо спросила Иона.
— Не стоит... языком и ты хорошо можешь. А мужчина должен быть молчаливым. Иначе не оберешься с ним хлопот...
Над Селестой, самым прекрасным городом в этом мире, сгущались сумерки.
 --- Дал поснимать --- (измена, минет)
По случаю возвращения из поездки в Крым Колины соседи устроили застолье, пригласив его семью. За время совместного проживания на одной лестничной площадке между ними сложились очень добрые отношения. Больше всего Коле нравился глава семьи дядя Витя, с которым они вместе ремонтировали машину и ездили на рыбалку.
С его женой Светланой Павловной, как ее все называли из уважения к ее статусу школьной учительницы, отношения наоборот не сложились. Вернее, они немного расстроились несколько лет назад после того, как она, поймав тринадцатилетнего Колю с сигаретой, оттаскала его за уши и все рассказала его родителям. Правда, это были дела давно минувших дней и сейчас никто уже про этот инцидент не вспоминал, но осадочек, как говорится, остался. Впрочем, это не мешало им приветливо здороваться при встрече. Кроме них, была еще их дочка Ася, которую Коля всерьез не воспринимал из-за мелкого, по его мнению возраста — шестнадцати лет. Иногда только засматривался на нее, пробегающую мимо, отмечая длинные ноги и аккуратную спортивную попку и все. Для общения ему хватало сверстниц. Сидя за столом, на котором в изобилии были представлены южные фрукты, вина и коньяки, Коля откровенно скучал. Выпить было нельзя из-за присутствия родителей, а слушать восторженные рассказы про экскурсии ему надоело.
Немного оживился он лишь тогда, когда начался просмотр фотографий, который Светлана Павловна организовала, подключив камеру прямо к большому телевизору. Тут он смотрел с интересом. Во-первых, он любил смотреть фотографии разных достопримечательностей, а, во-вторых, чуть не на каждой второй фотографии позировали либо мама, либо дочка в купальниках. Неожиданно для себя Коля понял, что на тетю Свету ему нравится смотреть больше, чем на Аську. У Аськи конечно была уже сформировавшаяся грудь и ножки на загляденье, но в целом ее фигура оставалась какой-то нескладной, что ли. А вот Светлана Павловна восхищала зрелой красотой. К своим тридцати шести годам тетя Света сохранила стройную фигуру и пока она рассказывала про что-нибудь, расположенное за ее спиной, Коля исподтишка рассматривал её формы, благо фоточки получились хорошего качества. Его восхищали крутые широкие бедра, плоский живот и большая грудь, которой явно было тесно в купальнике.
Добавим к описанию то, что помимо хорошей фигуры, она была красива, что называется, «на лицо». Длинные светлые волосы обрамляли простенькое, очень миловидное личико с голубыми глазами. Слишком пожалуй длинный, как у Кристины Орбакайте, нос ничуть не портил ее а наоборот — украшал, лишая её лицо излишней кукольности, впечатление которой создавал небольшой ротик с припухлыми губами. В общем, типичная милфа, мечта подростка.
Незаметно поправив вставший член, чувствуя приятную истому в паху, Коля внимательно рассматривал слишком быстро, по его мнению, пролистываемые Светланой Павловной снимки. Он старался запечатлеть в уме все детали, понимая, что училка вряд ли выложит такие фотографии в Одноклассники или Инстаграм. Жаль только, что дядя Витя не удосужился поснимать жену сзади. Задница то у неё тоже зачётная. Коля сидел и сам себе удивлялся. Раньше он не часто думал про тётю Свету как про женщину, то есть не рассматривал её как объект сексуального влечения. Ну женщина, ну привлекательная. Конечно, встречая её в подъезде или на улице, он порой оборачивался вслед, как это происходило и со сверстницами. Отмечал про себя, что неплохие у неё ноги, сиськи тоже ничего и тут же забывал об этом. Все равно ведь ничего не светит. Теперь он понял, что хочет её.
Правда шансы выебать такую вчерашний подросток справедливо расценивал как стремящиеся к нулю, но мечтать то об этом никто не запрещает. Коля вздохнул и откинулся на спинку дивана. Украдкой поглядывая на тётю Свету, он думал лишь о том, что когда закончится просмотр фотографий, надо будет смыться под благовидным предлогом и подрочить. Впечатлений для этого хватало через край. И такой предлог дала сама Светлана Павловна. Когда народ просмотрел все фотографии, она вышла с камерой, вернулась с двумя чехлами и произнесла, обращаясь к Коле:
— Забирай, Коля. Спасибо, что дал поснимать. — У парня совсем вылетело из головы, что камера то его. Её ему подарили родители на совершеннолетие. А чехол для неё и штатив, помещенный во второй чехол, принесенный тётей Светой, подарили как раз они, соседи.
Закрывшись в своей комнате, Коля кинул чехлы с камерой и штативом на стол и прилёг на диван, намереваясь тут же заняться самоудовлетворением. Однако врождённая привычка к аккуратности заставила его заняться сперва ревизией возвращенного имущества. Достав камеру из чехла, парень придирчиво осмотрел её и, не найдя никаких изьянов, проверил наличие прилагающихся аксессуаров. Зарядка, все шнуры, все вроде на своих местах. Он сунул камеру в чехол и хотел уже положить её в ящик своего большого письменного стола, как вдруг обратил внимание, что в специальном кармашке есть флешка. Это была не его флешка, он отдавал камеру без носителей. Интересно, что на ней? Забыв на время про то, чем он собирался заняться, сгорая от любопытства, Коля включил компьютер и сунул чёрный прямоугольник в специальное гнездо в системнике. В открывшемся окне появились иконки, каждая из которых означала видеоролик. Парень насчитал их больше десятка. Так, посмотрим. Коля рандомно выбрал одну запись и нажал.
Сначала ничего интересного. Оператор без всяких комментариев обвел объективом типичную для всех курортных гостиничных номеров обстановку — две кровати, телевизор, холодильник. Дальше показалась дверь. Снимающий повернул ручку и распахнул её. Это оказалась ванная комната с душевой кабиной. За полупрозрачной дверцей мелькал чей-то силуэт. Предвкушая нечто необычное, Коля от волнения даже забыл дышать. Оператор отодвинул дверцу, давая возможность заглянуть за неё. А там была тётя Света собственной персоной, полностью обнажённая. Стоя под струями воды, она гладила себя руками, пританцовывая под негромкую музыку. Душевая кабина была оборудована проигрывателем. Потерявший дар речи Николай рассматривал загорелое стройное тело, её большую грудь с крупными коричневыми сосками. Завидев оператора, она нарочито стыдливо прикрыла её одной рукой, а вторую опустила между ног, хотя Коля успел рассмотреть тонкую полоску аккуратно постриженных волос, располагающуюся в центре треугольника незагорелой кожи, повторяющего очертания трусов.
Не сводя глаз с танцующей чаровницы, пытающейся сейчас изобразить подобие восточного танца, парень машинально сунул руку в штаны, привычно зажал в кулаке твёрдый член и задергал рукой.
— Ну покажи себя, откройся. — Произнес голос дяди Вити за кадром. Улыбнувшись, женщина закинула руки за голову и начала медленно поворачиваться в кадре, покачивая призывно бёдрами, переступая длинными мускулистыми ногами, демонстрируя все свои прелести.
— Я пришел к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало, — Произнес опять голос дяди Вити и камера, переместившись, выхватила его член, который мощно, как копье торчал из приспущеных шорт, подрагивая. Массивное древко венчало чуть заостренное навершие. Как зачарованный, Коля увидел, как на это орудие легла изящная ручка Светланы Павловны. Тонкие пальчики с нанизанными на них блестящими колечками мягко обхватили член ее мужа, она провела кулачком вверх-вниз и спросила:
— Где Ася?
— На кухню убежала, хочет нам завтрак приготовить.
— А ты зачем пришел? — Явно играя, спросила она.
— Хочу сам тебя завтраком покормить. Прямо сейчас.
— Ну ты наглый. А если Ася зайдет?
— Не зайдет, ты только давай быстрей.
— Выключи камеру, — С этими словами Светлана Павловна опустилась на корточки, так что член мужа уставился ей в лицо. Это для перевозбужденного Коли было уже слишком и он, вытянувшись в кресле, со стоном выпустил накопленный боезапас прямо себе в штаны. Запись кончилась.
Сняв так долго копившееся напряжение, Коля мог, наконец, спокойно обдумать ситуацию. Благодаря случаю, у него в руках оказалась настоящая бомба. Никакая интернетная порнуха и близко не давала такого мощного возбуждения и яркого оргазма, что он испытал сейчас. В самом деле, редкий парень откажется от возможности увидеть голой свою хорошенькую соседку ну или просто знакомую женщину из тех, что встречаешь почти каждый день. А тут ещё и видео, да это просто праздник какой-то. Понимая, что вряд ли его похотливые соседи перемешали на одной флешке видосы из спальни, не предназначенные для посторонних глаз и, к примеру, видеоотчеты с семейного похода в з**парк, Коля, тем не менее, наугад открыл ещё несколько роликов. Убедившись, что все они посвящены одной теме, он не стал больше их просматривать, решив заняться детальным изучением семейного архива соседей в более подходящее время. А сейчас следовало его сохранить, пока Светлана Павловна не хватилась пропажи. Копирование файлов на жесткий диск, а оттуда на свой флеш-носитель не заняло много времени. Для собственного удобства Коля перекачал ролики еще и в галерею смартфона, поместив их под замок. Лишь проделав эти процедуры и убедившись, что видео на новых местах «идет», молодой человек аккуратно извлёк соседскую флешку и сунул её туда, откуда взял. Только после этого он сел на диван с видом человека, выигравшего ценный приз в лотерею.
В то время как Николай поливал спермой свои трусы, в соседней квартире продолжалось застолье. В какой то момент Светлана Павловна решила подрезать на стол фруктов, прошла на кухню и, склонившись над столом, взялась за нож. Сзади послышалось какое-то движение и она почувствовала на своих бёдрах руки супруга, а ушком его горячее дыхание:
— Скорей бы все разошлись...
Игриво боднув мужа попкой в пах, женщина решила подразнить его:
— Не знаю как ты, а я хотела сериал посмотреть.
Крепко прижавшись к плотно обтянутой джинсами выпуклой заднице жены, дядя Витя одну руку положил ей между ног, ухватив за промежность и несколько раз качнул тазом, имитируя сношение. Ласково прошептал, касаясь губами шеи:
— Я тоже не против сериала. Но только чтобы ты была там в главной роли... — Поняв, на что он намекает, женщина почувствовала приятное возбуждение. Сначала она была против инициативы супруга и под разными предлогами отказывалась от съёмок. Потом, уступив его настойчивым просьбам, поняла, что не прогадала. Видеокамера привнесла в их супружеский секс приятную изюминку, превратив эту поездку в настоящий медовый месяц. Теперь она тоже предвкушала совместный просмотр и то, что за ним последует. Томно вздохнув, она потерлась попой о мощный стояк мужа, совершенно забыв для чего она пришла на кухню. И тут её как током ударило. Флешка! Она пыталась вспомнить, куда её положила и вдруг поняла, что та осталась в чехле от камеры. Вот овца! Решительно отстранив супруга, она направилась в зал.
— Я пойду у Коли спрошу, придёт он ещё, а то я тарелку уберу. — Мама Коли кивнула, немного удивившись взолнованному виду соседки, но не придала этому никакого значения. Две квартиры отделяла от подъезда мощная стальная дверь, образуя тамбур, поэтому двери квартир почти никогда не закрывались и Светлана Павловна, беспрепятственно попав к соседям, тихонько постучала в дверь Колиной комнаты.
— Войдите, — Сказал Николай, лёжа на диване и не отрываясь от смартфона. Женщина шагнула в полумрак комнаты и глядя на его освещенное экраном лицо, спросила:
— Я включу свет? Кажется, я флешку свою в чехле забыла, хочу посмотреть.
— Конечно. — Ответил парень. Включив свет, Светлана Павловна сразу увидела камеру в чехле, лежавшую на столе. Взяв ее в руки, она облегченно выдохнула — флешка была на месте. Сунув ее в карман, Светлана Павловна пробормотала слова благодарности, на что Коля слегка кивнул головой, и направилась было к выходу, но что-то ее насторожило. Запах. Едва войдя в комнату, она почувствовала его, но что это было, не поняла. Не до этого было. Сейчас, принюхавшись, она поняла, что это. В комнате отчетливо пахло спермой. Он только что онанировал! Светлана Павловна не могла ни с чем перепутать этот запах — резкий, немного пряный, похожий на запах моря. В первый раз в жизни она почуяла его в комнате мал*чиков-старш*классников в летнем лагере, где она проходила практику, работая вожатой, будучи суденткой педа. Угораздило заглянуть после отбоя с проверкой... Этот запах молодой, здоровой, свежевыпущенной спермы она запомнила на всю жизнь. Правда в тот первый раз она еще не знала источника этого запаха, потом более опытные коллеги просветили. И больше она старалась после отбоя к мал*чикам не заходить.
Резко обернувшись, Светлана Павловна поймала взгляд Николая. И поразилась, как он на нее смотрел. Нет, то, что он пялился на ее задницу ее не удивило. Ей уже приходилось ловить на себе заинтересованные взгляды повзрослевшего сына соседки. Ее это даже забавляло. Поразило то, что пойманный, что называется, с поличным, парень не отвел в смущении взгляд а продолжал смотреть на нее откровенно раздевающим взглядом. Наглые глаза ощупывали ее с ног до головы, а губы скривились в глумливой усмешке. Такая неслыханная дерзость натолкнула Светлану Павловну на догадку, от которой у нее подкосились ноги — он смотрел! Она бы упала, но вовремя подскочивший Коля подхватил ее за талию и в полуобморочном состоянии усадил на диван, присев рядом.
— Что с вами, теть Свет? — Участливо произнес он. В его голосе ей послышалась насмешка. Она не могла ответить, лишь как рыба хватала ртом воздух. — Ааа, понял, тяжело дышать. — С этими словами он принялся расстегивать на ней блузку. Совершенно деморализованная, она не пыталась ему помешать. Коля довольно сноровисто добрался до груди, обтянутой прозрачной в кружевную сеточку тканью бюстгальтера. Сдвинув бретельки с плеч, он обнажил её.
— Ммм, какие дыньки. — Урча как котенок, он присосался к ней ртом, жадно ухватившись губами за крупный, размером с фалангу его мизинца сосок. Придя в себя, женщина наконец собралась с силами и отпихнула его от себя. Дрожащими руками она торопливо приводила себя в порядок.
— Не торопитесь, я ведь все равно все уже видел. И ещё не раз увижу. Пусть и не вживую.
— Обломаешься. — Светлана Павловна уже окончательно овладела собой. В голосе слышалась прежняя строгость. Она собиралась тотчас же встать и уйти, но тут до неё дошёл смысл его слов.
— Ты что, переписал её? — Яростно прошипела она.
— Конечно.
— Ты прямо сейчас, при мне все удалишь или я... — Тут она запнулась.
— Что вы сделаете, интересно? Расскажете родителям?
Её бесила его насмешливая уверенность, и Светлана Павловна едва сдерживалась, чтобы не влепить наглецу пощёчину. Но женщина решила попробовать зайти с другой стороны:
— Кооль, — Просительно протянула она. — Ну я очень прошу, ради бога.
— А помните, я просил вас не рассказывать родителям, когда вы меня поймали с сигаретой, а вы?
— Ну прости меня. — Она готова была заплакать и Коля решил пока не перегибать палку.
— Ладно, — Он как бы между прочим положил руку ей на бедро. — Завтра дядя Витя повезёт Аську в деревню, так?
— Да.
— Приходите утром, когда родители уйдут на работу. Мы посмотрим какую-нибудь запись вместе и после этого я её удалю.
— Ни за что!
— Как хотите. — Пожал плечами Николай. — Значит останемся при своих. Я найду с кем посмотреть.
— Ты не посмеешь. — Она уже почти примирилась с мыслью, что парень видел её во всех видах. Бог с ними, с этими копиями. Пусть смотрит, задрот несчастный. Но эта новая угроза привела её в ужас. — Я на тебя в суд подам за это!
— И хлебнете такого позора, что мало не покажется. И имейте в виду, если будете на меня давить через мужа или родителей, я знаю, как анонимно выложить это в интернет.
— Где гарантия для меня, что ты и в самом деле все удалишь? Что мешает тебе сделать хоть десять копий?
— Понятное дело, таких гарантий я дать не могу. Могу дать слово, что те ролики, которые мы посмотрим вместе, больше никто, кроме меня, не увидит. А я так и так их видел, что вам от того, удалю я их или нет? В общем, думайте, теть Свет. Если вы завтра придёте, значит наш договор вступил в сил*. Если нет, то нет.
Не ответив, Светлана Павловна посмотрела на Колю таким взглядом, что казалось, её глаза сейчас извергнут молнии, которые испепелят наглеца. Парень выдержал этот взгляд и женщина, так ничего ему и не сказав, вышла в коридор и ещё целую минуту стояла перед дверью своей квартиры, приходя в себя, как боксер после тяжёлого нокдауна.
Была уже глубокая ночь, когда Виктор, до предела заведенный просмотром «сериала», после третьего захода на жену, наконец уснул. Света, несмотря на выпитый алкоголь, так и не смогла расслабиться, забыть о разговоре с соседским сыном. И лёжа под мужем, и стоя перед ним в коленно-локтевой, она отчаянно искала выход из положения. И на третьем заходе, когда Витя все не мог кончить и ей пришлось долго досасывать супругу, вместе с его членом у неё в голове сидел гвоздём вопрос — что делать? И после, лёжа рядом с ним, положившим во сне руку ей на грудь, она продолжала перебирать в голове варианты. Рассказать все мужу? Чего доброго, он может и покалечить сгоряча этого сопляка и сам сядет в тюрьму. И опять же нет гарантии, что Коля не оставит копии на каком-нибудь носителе или не сохранит на каком-нибудь облаке. А потом из мести выложит в интернет. Пусть даже его накажут за это по закону, все равно её ждёт огласка, увольнение и позор.
А Аське каково придется? Рассказать все его родителям? Но опять же никаких гарантий, что он не исполнит свою угрозу и не распространит в сеть. Предложить денег? Но они живут не богато, лишних сбережений у них просто нет, да и как объяснить мужу необходимость потратить такую сумму? Поддаться на его требования? Аппетит, как известно, приходит во время еды и, начав с малого, он за удаление каждого последующего ролика будет требовать от неё все больше. Наглости ему не занимать. Готова ли она так далеко зайти? За всю жизнь Светлана Павловна изменяла мужу всего два раза. После первого раза, когда она, будучи в командировке на повышении квалификации, пошла ужинать с коллегой из другого города, выпила лишнего и тот ее соблазнил, она чувствовала ужасный стыд и раскаяние. Но потом, когда она вернулась домой к мужу и провела с ним какое-то время, она с удивлением обнаружила, что после её измены мир не перевернулся и она сама, и их отношения остались прежними.
Постепенно осадок сошёл на нет и после второго раза, когда она, решая вопрос о переводе дочери в элитную школу, расчетливо отсосала чиновнику из департамента образования, она практически не чувствовала угрызений совести. Этот мужчина потом пытался обхаживать её, и если бы его не перевели в другой район и она не перестала зависеть от него по работе, не исключено, что она стала бы его любовницей. Но отдаться мал*чишке, хулигану, практически ровеснику её дочери? Впрочем, пока он не настаивает на этом вроде, а там может и не станет? Приняв, наконец, решение, она спокойно уснула.
Проводив мужа и дочь, Светлана Павловна сделала то, что никогда раньше не позволяла себе с утра — достала из холодильника бутылку водки и налила себе маленькую стопку. Выпивая, она услышала разговор в тамбуре и щелчок замка закрывшейся за соседями двери. Спустя примерно час, после третьей стопки, она придирчиво разглядывала себя в зеркало в прихожей. Лёгкий макияж подчеркивал то, на что в первую очередь обращали внимание, глядя на её лицо — выразительные голубые глаза, которые она умело подвела, скрыв круги под глазами и небольшой чувственный ротик с пухлыми губами, для которых она выбрала неяркую помаду. Зачем она накрасилась, Света, пожалуй, и сама не смогла бы себе объяснить. Вероятно, следствие привычки всегда выглядеть хорошо, независимо от настроения. С одеждой вот заморачиваться не стала. Надела то, в чем привыкла ходить дома — футболку и короткие шорты. Повернувшись, зачем-то оценила вид сзади. Жопа ничего, не висит, а выглядит таким аппетитным орешком. Ноги не идеальные конечно, но главное не толстые. И бедра без целлюлита. Удовлетворенная осмотром, она вздохнула. Пора идти. Осторожно постучала в соседскую дверь. Никто не ответил. Тогда она нажала на ручку и дверь открылась.
— Есть кто-нибудь? — Не дождавшись ответа, Светлана Павловна робко вошла в квартиру. Заглянув в кухню и никого там не обнаружив, она вошла в зал, откуда доносилось бормотание телевизора. Тоже никого. Перед диваном стоял небольшой кофейный столик, на котором красовалась чуть отпитая бутылка ликёра, два бокала и поломанная на кусочки плитка шоколада на тарелке. «Тоже волнуется, скотина такая», — Подумала она и, к своему удивлению, поймала себя на том, что не чувствует к нему злости. Надо же, ещё вчера разорвать готова была, а сегодня... Светлана Павловна не успела проанализировать свои чувства к сыну соседки, потому что неслышно подошедший сзади Коля со словами: «А вот и Светка пришла», смачно шлепнул её всей пятерней по заду. Резко обернувшись, она хотела разразиться гневной тирадой, но парень не дал ей этого сделать. Притянув её к себе, он впился в её губы своими, крепко удерживая за талию. Совершенно растерявшаяся, не ожидавшая такой прыти от него, Светлана первое время отвечала на поцелуй, вдыхая носом запах его свежевымытого, обнажённого по пояс тела. Низом живота она хорошо чувствовала его эрекцию, поскольку Николай довольно крепко прижимал её к себе. К своему стыду, она поняла, что возбуждается и, испугавшись этого чувства, с трудом освободилась от его объятий.
— Да что ты себе позволяешь? — Возмущённо выкрикнула она, заставляя себя не смотреть на молодое, слегка подкаченное тело юноши. Из одежды на нем были только небольшие плавки, которые рельефно облегали вставший член. Ему там было мало места и край головки выглядывал из-под резинки. Парень примирительно указал на диван:
— Садись.
— Это когда мы перешли на ты? — Снова вспыхнула Светлана Павловна, решив не давать этому нахалу спуску.
— Когда мы поцеловались, — Невозмутимо ответил тот. — Но если ты хочешь соблюсти формальности, то давай выпьем на брудершафт. — С этими словами Коля взял бутылку и наполнил бокалы.
— Когда ты успел стать таким подонком, а, Коля? — Принимая бокал, она вложила в свои слова как можно больше горечи и какого-то материнского отчаяния, делая последнюю попытку достучаться до его совести. Впрочем, она не надеялась на это, да и не хотела уже особо. Как ни страшно ей было себе в этом признаваться, она всерьёз начала заводиться.
— Давай обойдёмся без этой литературщины, — Поморщился парень, поставив на стол пустой бокал. — Начнём?
Николай прямо на телефоне выбрал самый первый файл из списка и включил трансляцию на ТВ. Хоть он и хорохорился, однако он тоже плохо спал. То с нетерпением ждал утра, то жалел, что затеял это. С утра его тоже бил мандраж. «Не познакомиться бы с кулаками дяди Вити», — Думал он. Лишь когда он увидел в глазок, как Аська с отцом с надетыми рюкзаками вышли из квартиры, то понял, что мужу она ничего не рассказала. Правда, теперь его терзала совесть. Он представил, что чувствует сейчас соседка и ему стало стыдно. С трудом дождавшись, когда родители уйдут на работу, он выпил бокал крепкого ликера, чтобы заглушить это чувство. Теперь он чувствовал по отношению к ней только безумное желание близости. Когда он увидел ее, стоявшую в нерешительности у себя в зале, он неожиданно понял шестым чувством, что она испытывает схожие чувства — стыд и возмущение в ней борятся с возбуждением и желанием попробовать нечто новенькое, запретное. Когда он заключил ее в объятия и она ответила на его поцелуй, он убедился в своей правоте — эта игра ее тоже заводит. А ее возмущение и сопротивление — лишь ширма. Ей комфортнее, видимо, чувствовать себя жертвой, которую загнали в угол, ну и пусть.
Хоть они и ждали чего то такого, но оба вздрогнули от неожиданности, когда комнату заполнили громкие звуки любви. Без сомнения, стонала Светлана Павловна — громко и протяжно. Правда, любовников пока не было видно. Камера неторпливо двигалась по часовой стрелке, снимая уже знакомый Коле интерьер гостиничного номера. «Кто же снимает?» — Недоумевал парень. Разгадка появилась, когда в объектив попали совокупляющиеся соседи. Светлана Павловна стояла рачком посреди двух кроватей, опершись на одну из них руками, лицом к камере. Сзади пристроился ее муж. В руках он держал два пульта. Коля понял, что этими пультами он управляет поворотом камеры и ее зумом, одновременно выбирая и ракурс, и приближение. Присмотревшись, Коля с изумлением увидел, что на спине у женщины лежит смартфон. Коля догадался, что скорее всего, гаджеты связаны по блютуз и таким образом, экран телефона заменяет оператору видоискатель. Ловко. Дядя Витя приблизил вплотную и весь огромный экран телевизора заполнило искаженное от страсти лицо соседки, которая кусала губы в сладкой муке. Дядя Витя наконец выбрал наилучший, по его мнению ракурс и, отложив пульты, взял жену за жопу и начал так мощно качать, что бедная женщина чуть не перевернула кровать.
— Фигасе, он у тебя продвинутый. — Происходящее на экране так увлекло Колю, что он на минуту забыл о присутствии рядом соседки. Посмотрев на нее, он увидел, что она сидит, закрыв лицо ладонями. — Эээ, мы так не договаривались! Смотрим так смотрим! — И, поставив на паузу, начал отдирать ее руки от лица. Подчинившись, женщина уставилась на экран, вся красная от стыда. Коля возобновил просмотр.
— Ты не возражаешь? А то ему тесно. — Парень, не дожидаясь ответа, быстро стянул плавки и сидел с вздыбленным, как флагшток, членом. Светлана Павловна хотела было протестовать, но, понимая, что это бессмысленно, лишь поджала губы. Не она устанавливает тут правила игры. Покосившись, она украдкой посмотрела на него. Неплохой он себе отрастил. Примерно как у Витьки, может даже чуть больше. Но толще, это точно. Ей захотелось взять его в руку. Подняв глаза, она встретилась с насмешливым взглядом Николая.
Глядя ей в глаза, он медленно взял ее за руку и, почти не чувствуя сопротивления, подтянул к члену. Ей оставалось только обхватить ствол пальчиками, что она и сделала. Ее поразила твердость его органа. У мужа тоже хорошо стоит, но он мягче и сгибается. Она осторожно попробовала согнуть член Николая. Бесполезно, как деревянный. Интересно, каково его почувствовать там?
— Ты можешь тоже что-нибудь снять, а то у нас неравноправие, — Усмехнулся парень, не зная куда глядеть — то ли на маленькую ручку, сжимающую его член, то ли на экран, где супруги малость умерили пыл и теперь неторопливо сношались в миссионерской позе.
— Еще чего, — Вяло запротестовала Светлана Павловна, но эти слова прозвучали крайне неубедительно.
— Тогда я сам. — Сын соседки решительно взялся за подол футболки и потянул его вверх. Отпустив член, она подняла руки, помогая ему. Дальше настала очередь лифчика. Расправившись с этой преградой, он, как и вчера, присосался к груди. Только теперь она ничуть не препятствовала юноше, а наоборот, гладила по голове, поощряя. Вдоволь наигравшись с ее сосками, он поднял голову и начал целовать желанные губы. Шорты с трусами она сняла уже сама, нетерпеливо отшвырнув их ногой. Теперь ей оставалось только перекинуть через него ногу, чтобы он овладел ею. Светлана Петровна очень хотела это сделать, но заколебалась. Усмехнувшись её нерешительности, парень потянул её на себя:
— Иди сюда, что уж теперь..
Усевшись на него верхом, Света ловко поймала своей дырочкой торчащий член и начала насаживаться на него, забирая в сладкий плен. Опустившись на него до конца, она застонала, даже зажмурившись от удовольствия.
— Что, нравится на новом месте? — Засмеялся Николай. Вместо ответа она поцеловала его, улыбнувшись, кивнула утвердительно и, запрокинув голову, начала упоительную, неспешную скачку. Откинувшись на диване, Коля лениво подмахивал ей бёдрами. Торопиться было некуда. Весь день впереди. Чуть наклонившись влево, он взглянул из-за неё на экран телека, про который в последние минуты они и думать забыли. Происходящее там заставило его рассмеяться.
— Ты чего? — Открыв глаза, Светлана недоуменно уставилась на него, прекратив возвратно-поступательные движения тазом. Николай глазами показал ей на экран. Обернувшись, женщина прыснула от смеха, упав ему на грудь. По иронии судьбы, супруги на экране заняли точно такую же позицию. Дядя Витя сидел на кровати, а Светлана Павловна оседлала его, расположившись жопой к объктиву камеры. Даже придерживали они её руками за широкую задницу одинаково. Если бы не волосатые ноги дяди Вити, можно было бы подумать, что они смотрят не в телевизор, а в зеркало. Ужасно забавно.
— Ну что, чей слаще? — Поинтересовался Николай через несколько минут скачки, тиская её за грудь. Женщина не ответила. Ей было не до разговоров. Вцепившись руками ему в плечи, она, откинувшись назад, с упоением насаживалась на Колин член, сопровождая процесс громкими криками, порой заглушая звук телевизора. Скоро Николай почувствовал, что вот-вот кончит.
— Светик, я спускаю, — Прохрипел он, считая своим долгом предупредить любовницу. Но та не обратила на его слова внимания, вся поглощенная собственными ощущениями. Никогда до этого Коля не кончал так остро, до потемнения в глазах. Извергаясь в лоно соседки, он громко и как-то жалобно стонал... Поняв по этим стонам, а также по сопровождающим их судорогам, что ее партнер кончил, Светлана Павловна задвигалась на нем интенсивнее, стремясь получить свое, пока член юноши остается твердым. Кончала она довольно бурно, больно царапая его плечи длинными ногтями. Наконец она затихла и повалилась на него. Лишь время от времени вздрагивала. Посмотрев через ее плечо на экран, Коля увидел, что парочка там еще продолжает акт. Соседка еще пару минут дергалась, сидя на члене супруга, прежде чем кончила. Еще несколько секунд камера показывала их, блаженно развалившихся на кровати, потом запись кончилась.
— Значит, мой лучше. — Лениво резюмировал Коля.
— Что? — Переспросила соседка, приподняв голову.
— Ничего.
— Нас тут никто не увидит с улицы? — Светлана Павловна приподнялась с кресла и осторожно выглянула с балкона.
— Да ладно, второй этаж все-таки. — Успокоил ее Коля. Затягиваясь сигаретой, он с вожделением посмотрел на нее. В футболке на голое тело она выглядела очень и очень сексуально. Раскрасневшаяся от секса и алкоголя женщина с большим удовольствием ловила на себе этот взгляд и в свою очередь, тоже любовалась хорошо сложенным телом юноши. Теперь она понимала, почему он без особого труда подавил её сопротивление и, можно уже было себе в этом признаться, полностью подчинил себе. Была в нем эта харизма и напор, просто все это до поры до времени дремало в нем. эротические рассказы А эта история с флешкой просто сработала как детонатор. Он был полностью обнажен и Светлана Павловна, пробежав по его мускулистому торсу глазами, остановила взгляд там, где начинались мягкие курчавые заросли. Он и тут был красив. Если у мужа все неряшливо торчало большими кустами, то здесь все было аккуратно, хотя вряд ли он стриг там. У мужчин это не принято. Вот и Витька всегда отказывается наотрез, хотя эти заросли для неё проблема, когда она делает минет. Так и лезут в рот, противно.
А Коле и стричь не надо, все так эстетично, залюбуешься. И член хорош. У мужа он съеженный какой-то в лежачем, маленький. Она всегда поражалась, как из этого отростка вырастает такая палка. А у Николая он, опав, не сильно и уменьшился в размерах. Висит себе такой большой сосиской. Протянув к нему ножку, она подцепила член тонкими длинными пальчиками с ярко накрашенными ноготками и покачала его, играя. Замерев, Коля ждал, что будет дальше. Ему очень хотелось, чтобы эта взрослая женщина взяла у него в рот. Для его возраста у него был неплохой сексуальный опыт. Казановой его нельзя было назвать, но и в отстающих он не числился. А вот минет ему ни разу не делали. Была у него такая проблема — попросить девчонку об этом. И как назло, попадались ему такие, что инициативы в этом вопросе не проявляли. Поэтому пока Коле оставалось только с завистью выслушивать рассказы более удачливых в этом вопросе друзей. Про соседку-то он теперь точно знал, что она сосет, но как ее попросить?
Приподняв ножкой член, Светлана Павловна прижала его к животу и начала аккуратно ласкать его подошвой, подрачивая. Ей хотелось взять его в рот, мысль об этом возбуждала ее, но в то же время женщине казалось унизительным сосать у молодого парня, который годился ей в сыновья. Да и злость и обида на него еще до конца не прошла. «Раз уж сама не устояла, то секс пусть, а на большее не соглашусь» — подумала Светлана Павловна и эта мысль немного помогла ей примириться с той ситуацией, в которой она оказалась. Так алколик, напиваясь, обещает себе, что сегодня ладно, еще побухаю раз начал, а вот завтра все.
— Пойдем дальше смотреть? — Увидев, что он докурил, Светлана Павловна убрала ножку, оставив его висячий член беспомощно болтаться.
— Я думал, одна встреча — один ролик, — Разочарованный тем, что она прервала свою ласку, ответил Коля.
— Ты ведь от первого ролика получил больше, чем мы договаривались, верно? Я тоже хочу, чтобы мне пошли навстречу.
— Хорошо, давай еще посмотрим. Только у меня есть условие. Мы будем смотреть ролик, выбранный случайно и повторять то, что вы делаете с мужем на записи.
Светлана Павловна заколебалась, но Коля не дал ей времени на раздумья. Решительно потянул ее за руку из кресла:
— Пошли.
— Ну хоть в душ-то можно сперва? — Засмеялась она, увлекаемая нетерпеливым любовником.
Пока Светлана Павловна плескалась в душе, Коля, который освежился первым, быстренько приготовил «траходром» — разложил диван, застелил его чистой простынью. Увидев его, возлежавшего с бокалом в руке в позе античного бога с классических картин, Светлана Павловна вся затрепетала. Ей захотелось наброситься на него, целовать все его тело, начиная от кончиков пальцев и до самой макушки. Давно она испытывала столь сильного возбуждения.
— Иди сюда, — Голос парня привел ее в чувство. Скинув с себя полотенце, она послушно улеглась рядом, принимая из его рук бокал. Николай тут же пристроился к ее бедру, поцеловал в губы. С трудом оторвавшись от нее, он взял телефон и выбрал функцию «воспроизведение в случайном порядке». Две пары глаз с любопытством уставились на экран.
В этом ролике разыгрывалась классическая для жанра постановка. Светлана Павловна в коротком халатике лежала на кровати, поджав под себя голые ноги и читала книгу, когда в комнату вошел дядя Витя в одних плавках. Между ними произошел короткий диалог, который нет смысла тут приводить и мужчина забрал у нее книгу, небрежно бросив на тумбочку. Увидев на экране это начало, Светлана Павловна чему-то усмехнулась. Как показалось Коле, немного злорадно. Не придав этому значения, он продолжал прижиматься к ней, поглаживая ее руками и ждал, что будешь дальше. А дальше произошло то, что обяснило усмешку соседки. Быстро освободив жену от халата и трусиков, дядя Витя раздвинул ей ноги и припал головой между ними. Наслаждаясь оторопелым видом юноши, женщина с мстительной улыбочкой подтолкнула его голову вниз:
— Чего ждем?
Оказавшись между её широко раздвинутых ног, Николай в нерешительности смотрел на открывшееся перед ним во всей красе самое сокровенное, не зная, с чего начать. Подняв на неё взгляд, он увидел, что она приподнялась на локтях и смотрит на него с нетерпением и интересом одновременно.
— Никогда не ласкал там девушку?
— Нет. — Парень не стал объяснять, что в кругу его друзей лизать бабе считалось большое западло. И сам он придерживался такого же мнения. Однако сейчас, глядя на розовую восхитительную складочку, образуемую двумя большими губками и крупную горошину клитора, он подумал, что на самом деле, может ничего такого тут и нет. А пацанам знать не обязательно...
— Начинай, я подскажу как надо. — В голосе соседки звучало плохо скрываемое нетерпение.
Смущаясь, парень осторожно лизнул языком щелку между губок, зацепив клитор.
— Охх, — Моментально отреагировала Светлана, — Можно посильнее.
Послушавшись, он провел по тому же месту, стараясь нажимать сильнее. Почувствовав, как женщина вздрогнула, он понял, что находится на верном пути и начал лизать чуть интенсивнее. Прислушиваясь к её стонам и выкрикам, он скоро нашёл ту точку, в которой его манипуляции приносили ей наибольшее наслаждение и направил на неё все усилия своего языка.
— Даа, дааа, — Выкрикивала Светлана Павловна. Извиваясь под ним, она то скребла руками простынь, откинувшись на спину, то прижимала к себе его голову. — Пальцы, пальцы сунь, — Вдруг закричала она.
Поняв, парень засунул в истекающую соком пещерку сразу два пальца, отчего соседка натурально взвыла, изгибаясь дугой. Вылизывая её, Коля вопреки своим опасениям, не чувствовал ни отвращения, ни вообще никаких неприятных ощущений. Наоборот, он возбудился так, что было больно лежать и ему пришлось поджать ноги. Теперь он стоял перед ней на коленях, в позе человека, пьющего из ручья. Вдобавок к этому он чувствовал удовлетворение от того, что сумел доставить удовольствие этой искушенной женщине. Этому немало способствовала сама Светлана Павловна, в которой заговорил педагог. Награждая юношу лестными эпитетами, она одновременно и направляла его действия и благодарила его, вдохновляя на оральные подвиги.
И Коля старался, наяривая пальцами и языком. Долго так продолжаться не могло и скоро женщина, ухватив его за голову и прижав к себе так, что он вскрикнул от боли, затряслась мелкой дрожью и с минуту ещё вдавливала Колин подбородок себе в промежность, постепенно ослабляя хватку по мере того, как затухали волны её оргазма. Отстранившись, парень вытер нижнюю половину лица, мокрую от её выделений и покосился на экран телевизора, про который они благополучно забыли, увлеченные друг другом. На экране роли между супругами перераспределились. Светлана Павловна лежала на боку, подперев голову рукой, а дядя Витя, стоя у неё в изголовье, давал жене в рот. Возблагодарив себя за отличную придумку, которая избавляла его от необходимости уговаривать тётю Свету на минет, а её лишала права на отмазку, он потрогал член, как бы проверяя его боеготовность и решительно придвинулся вперёд, пристраиваясь к её голове.
«А у мал*чика определенно талант» — Подумала Светлана Павловна, приходя в себя после потрясающего оргазма. Витька так никогда не старался. Неожиданно она почувствовала, что в щеку ей уперлось что-то твердое, скользнуло по ней и прижалось к губам. Открыв глаза, она увидела прямо пред собой багровую, блестящую от смазки головку. Смазка так и сочилась из перевозбужденного Колькиного члена. Отделившись, крупная прозрачная капля ее на мгновение повисла на длинной тонкой ниточке и, оборвавшись, упала ей на верхнюю губу. Вздохнув, женщина приподнялась на локте и потянулась губами навстречу нетерпеливо вздрагивающему члену.
Невозможно описать словами тот восторг, который испытал Николай, когда ласковые губки тети Светы коснулись головки, раздвинулись и сомкнулись на ней.
Вот они поползли вперед, поглощая его орудие, а язычок пристроился прямо к уздечке, ох. Коля не удержался и протяжно простонал. Сколько раз он представлял в голове подобную картину! Но в самых смелых своих мечтах он и помыслить не мог, что в первый раз сосать будет не кто-нибудь, а строгая, недоступная Светлана Павловна. Глядя, как она неторопливо насаживается на него головой, он боялся лишь того, что кончит слишком быстро и не успеет насладиться в полной мере ее сахарными устами. Выпустив с громким чмокающим звуком член изо рта, соседка шумно дышала, отдыхая, ласково подрачивая член рукой.
— Может рачком давай? — Спросила она.
— Нет, соси. — Поспешно ответил парень, испугавшись, что сейчас все и кончится.
— Обязательно так выражаться? — Поморщилась женщина.
— А, ты ж у нас филолог. — Засмеялся Коля. — Ну в общем, продолжай.
Минет продолжился. Всомнив виденное в порно, парень осторожно положил руку ей на голову. Не почувствовав отрицательной реакции с ее стороны, он начал потихоньку дергать ее за голову, задавая темп. Одновременно с этим он покачивал бедрами, посылая член навстречу движениям ее рта. Осмелев, парень решил немного поглумиться. Взяв ее за уши, он насмешливо произнес:
— Вот видите, теть Свет. Вы меня таскали за уши, а теперь я держу за уши вас.
Светлана Павловна что-то протестующе замычала, но Коля не обратил на это на это внимание. Он почувствовал, что вот-вот кончит. Он уже хотел сказать соседке об этом, но тут она, видимо решив отдохнуть, выпустила его болт изо рта и неожиданно для него присосалась к яйцам.
— Уууу. — Только и смог произнести парень, когда трепетные губки тети Светы мягко захватили один из его шариков. Принимая их по одному в рот, она перекатывала их там, не забывая играть с ними язычком. Пососав яйца, она опять вернулась к члену. Сама того не зная, она натолкнула Колю на идею. Теперь, когда она сосала член, он подгадывал момент и перед самым финалом отстранял её голову, поднося ко рту яйца. Насладившись изысканной лаской, он опять вставлял ей в рот. Наконец, женщина взмолилась:
— Ну может хватит? Шея уже болит.
Коле и самому уже хотелось спустить ей в рот. Изо всех сил обхватив ствол губами, Светлана Павловна задергала головой, подчиняясь его рукам. Вцепившись ей в волосы, Николай с громкими стонами начал выстреливать тугие струи ей в рот. Пережидая это извержение, женщина покорно сглатывала сперму. Дождалась, когда он, обессиленный, ослабил хватку и отпихнула его. Схватив бокал, она вылила в него остатки ликёра и торопливо выпила.
— Не люблю глотать. — Пояснила она.
— Ничего, я и не настаиваю, — Пожал плечами парень. Откинувшись на диван, он удовлетворённо вздохнул, прикидывая в уме, сколько осталось непросмотренных роликов.
 --- Кризис среднего возраста или мы были первые --- (потеря девственности, студенты)
Ах ты юность! Если б знала ты,
Как ты дьявольски прекрасна!
Вечно солнечно мечтала ты,
Только правде присягала ты,
И любой огонь встречала ты,
Как бы ни было опасно!
Я приветствую с волнением
Твои сложности и радости,
С бесконечным восхищением
И грустинкой невозвратности.
Э. Асадов.
05.01.2020 года вечер.
Жена негромко звенела посудой на кухне. Я лежал на диване, и держал ноутбук на коленях. На мониторе сменяя друг друга, мелькали фотографии, А в верхнем углу светилось окошко мессенджера с новым сообщением: «Привет, Стас, это Ольга Ицкова (Похмелкина). Расскажи как дела, кого из наших видел?».
На экране появилась фотография двух солидных молодых мужчин в чёрных пиджаках на фоне старинного желтого здания с колоннадой и портиком. Это мы с Эдуардом Сергеевичем после избрания его деканом, у главного входа в университет.
Следующее фото, еще и ещё, а вот: мы же, напротив бани в одних простынях и по пояс в снегу. Это я стал начальником отдела.
Ещё пролистал два десятка фото... а вот Эдуард Сергеевич с женой, стаканом водки и шампуром. Это «Шашлыки» после защиты его «кандидатской».
А вот мы с Эдиком на первом «юбилее» — пять лет выпуска из академии. Пьяные, галстуки отпущены, болтаются почти на пузе. У меня уже борода.
Вокзал, Эдик с Машей встречают меня из армии, с водкой, хлебом и солью. Прямо на капоте старенькой «Девятки», на площади Московского вокзала. (А где фотки с их свадьбы? На третий день после моего приезда они поженились, я свидетель. Надо найти и добавить).
Снова вокзал, они с Машей провожают меня в армию. Я какой-то потерянный, чешу «репу».
Вот вручение дипломов. Эльф ещё лохматый, с гривой до плеч, я в черной рубашке с белым галстуком и белых брюках.
Вот мы снова в полотенцах в снегу у бани. Экватор. Фотка эпохи плёночных фотоаппаратов, полгода назад Эдик где-то нашел её, оцифровал и прислал мне.
Вместе со следующей, последней в папке.
Мы были первые, первый набор на первый курс новой специальности. Актовый зал Академии, в руках у нас студенческие билеты и зачётки. И целая долгая счастливая жизнь впереди...
Я вновь погрузился в воспоминания в этот раз совсем не глубокие. Всего пару часов назад на кухне, с сигаретой в руке я сидел и смотрел в потолок.
— Э, братан, да это у тебя кризис среднего возраста. — Улыбается Эдик. — Не грусти, а то хуй не будет расти.
— Какой там расти? Он уже стачиваться начал.
— Я, так-то в глобальном смысле. — Невозмутимо ответил он. — Давай накатим: «За нас с вами, за хрен с ними!».
Я потянулся, выловил пальцами прямо из банки крепкого малыша корнишона, ухватил второй рукой рюмку с водкой. Чокнулись, выпили.
— Ну, рассказывай дальше, — подгонял меня Эдик, — Белку видел, и что, как она, как дела.
— Чё я её видел, три минуты. «Привет, ты?», «Я, а это ты?», «Я!» «Ну пока... «. Жопу большую отъела, так-то она вся точённая была. Из рыжей в блонду перекрасилась. Вот дочка — красавица, на мать в молодости похожа. Муж — тюнтель, худой как спичка и длинный (в смысле высокий) выше меня на пол головы.
— А контактами обменялись?
— Так... — Я махнул рукой и погрузился в воспоминания вчерашнего дня...
После кино мы со Светой решили зайти в кафе выпить по кружке пива. К пенному заказали небольшое блюдо с колбасками. Жена сидела напротив, и что-то мне говорила. Но я был поглощен своими мыслями о скоротечности времени.
За соседним столиком справа и чуть впереди (от меня) сидела семья. Пара нашего возраста (тоже слегка за тридцать), и девочка лет десяти. За спиной у женщины висел экран, по которому крутили какой-то «голубой огонёк». И я смотрел прямо через неё, в ожидании заказа.
Лицо женщины мне показалось когда-то знакомым. Да, постарела, располнела, но очень похожа на... хотя так не бывает, подумалось мне.
В это время нам принесли пиво. Мне IPA в тяжёлой глиняной кружке, Свете «Тыквенный эль» в лёгком, почти «летящем» бокале тонкого стекла. Светка негромко гудела над ухом, про то как ей понравился фильм. Потом, про Бесединых, которые завтра придут в гости, и про что-то ещё...
Между тем я вдохнул яркий цитрусовый аромат Индийского эля. Сделал первый небольшой глоток. Катая его во рту, ловил каждую нотку горького переохмелённого вкуса. При этом не отрывал взгляд от экрана.
Через некоторое время я поймал на себе взгляд из-за соседнего столика. Женщина разглядывала меня, стараясь не привлекать внимания, но довольно пристально. Потом она что-то сказала, наверное, мужу, встала и пошла в конец зала.
Я допил свое пиво. Дождался паузы в монологе жены.
— Сейчас в туалет схожу, и договорим. — Сказал я.
Светка лишь молча, кивнула.
Я поднялся, и пошёл по проходу в дальний конец зала, где находились туалеты.
На выходе из дверей с табличкой «WC» я лицом к лицу столкнулся с дамой из-за соседнего столика.
— Мы знакомы? — поинтересовалась она, уже без всякого стеснения внимательно разглядывая меня.
Я на секунду замялся, а потом спросил:
— Ольга Похмелкина?
— В девичестве, да. — Спокойно ответила блондинка. Снизу вверх глядя на меня холодными серо-голубыми глазами.
Я улыбнулся. Улыбнулся радостно, от всей души и почти закричал:
— Белка, ну!... — выдержал паузу и добавил, — неужели я так изменился. Бельчонок из дупла четыре-двадцать три.
— Ёжик!? Не может быть. — Ольга порывисто приблизилась ко мне, обняла и отстранилась.
— Сам не верю. Я только вчера про тебя вспоминал.
— Правда? Что именно?
— Новый две тысячи третий год, Эльфа и Чёрную Мамбу. — Я улыбнулся.
— С чего вдруг?
— Витька, племяш, у него вчера день рожденья был, семнадцать лет. Ты не помнишь уже, как мы пьяного брательника в роддом тащили по снегу? Так вот, Витя вчера интересный вопрос мне задал, философский. Вот и вспоминал нас в его возрасте. — Сказал я и перевёл тему. — Ты как? Рассказывай. С мужем здесь?
— Да, и с дочкой, а ты?
— С женой, малых вчера тёща забрала. На три дня.
— Малых? Сколько их у тебя?
— Двое, Саньку — девять, а младшему, Ваньке — шесть.
— Молодец. — Улыбнулась она, — ладно, пошли обратно, пока нас не хватились.
Я достал из кармана бумажник, вынул из него плотный прямоугольник бумаги и протянул Ольге.
— Вот, возьми.
— Спасибо. — Она легко выдернула визитку из моих пальцев. — Познакомьтесь, Игорь.
Мужчина, встал из-за столика, протянул мне руку.
— Станислав, — представился я. Тронул жену за плечо, — Света, моя жена.
Светка обернулась и кивнула.
В этот момент к столику Игоря и Ольги подошел официант и принес счёт. Муж быстро рассчитался наличкой.
— До свидания, мы пойдём. — Оля помахала мне рукой.
— Рад был увидеть, Оля. — И они пошли в сторону гардероба.
— Кто, это? — Спросила Светка, подзывая официанта.
— Похмелкина, в академии вместе учились.
— Можно повторить. — Сказала Света, глядя на подошедшего парня с подносом в руках.
— И еще сто пятьдесят водочки в графин, Илья. — Добавил я.
Официант еще раз проговорил заказ, дождался моего кивка, и ушел.
— Ты чего, накидаться решил? Завтра Эдик с Машей придут, опять нажрётесь. — Скорее в шутку сказала жена.
— Ладно тебе, «нажрётесь». Ты нас «напившихся» не видела. Да и не напиваемся мы уже. Возраст не тот. Старость — не радость.
И я вновь погрузился в воспоминания вчерашнего дня:
Мы стояли с племянником на заснеженном балконе. Он кутался в куртку, я курил, с наслаждением вдыхая сигаретный дым, и медленно выпуская его из лёгких.
— Так вот, Стас, все говорят, что самые лучшие годы в жизни это — школьные. Ты тоже так считаешь? Ведь столько всяких проблем, учёба, родители. Вот ты мне скажи, когда они лучшие годы в жизни. Я глубоко затянулся, задумался на несколько секунд и ответил.
— Дальше больше, этих самых проблем... хотя объективно лучшие годы у тебя только начались.
— В смысле?
— Понимаешь, Вить, объяснить это сложно даже самому себе, а уж тебе тем более.
— Ну, уж попробуй, дядька.
Я опять задумался. Докурил, затушил окурок в банке.
— Лучшие годы, я так думаю, это, вот десять лет — с шестнадцати до двадцати шести. По крайней мере, я их для себя так отрядил. Пошли в квартиру, а то ты совсем закоченеешь.
Мы вошли с улицы в кухню.
— А подробнее? — Витёк уселся на стул и уставился на меня. — Ведь никакой независимости.
— Вот, — я перехватил его на полуслове, — независимости. Независимости, полной, мой юный друг — не бывает. Любой человек, и не только человек, априори зависим. Хотя бы от того же кислорода, которым тебе надо дышать, воды, еды и так далее. Сейчас ты зависим от родителей, учителей, одноклассников, ещё от чего-то, но так было всегда и будет. Только вот количество тех, от кого ты «зависим» будет только расти. Зато сейчас у тебя есть практически полная свобода меняться самому и менять окружающий тебя мир. И ещё у тебя наступает самый пик «первого раза».
Витя смотрел на меня, и задумчиво, и непонимающе моргал глазами.
— Вот смотри, начнём, наверное, со времени «первого раза». Всё что с тобой сейчас происходит, ну, глобального, происходит в первый раз. Первая любовь, первое свидание, первый поцелуй, первая сигарета, первое предательство... всё это первый раз в твоей жизни. Поэтому все события вызывают в тебе такую бурю эмоций. Потом будет первый секс, первая машина, первая смерть близкого человека.
— С этим допустим понятно, а что со свободой?
— При этом у тебя есть свобода выбора, в пределах зависимости конечно. Ты можешь изменять свое положение в мире, в обществе, и тем самым подгонять его под себя. Ты будешь выбирать, в какой университет поступать (то есть шансов попасть в Гарворд или даже МГИМО, у тебя нет, но возможность поступить в приличный даже московский ВУЗ у тебя есть). Учиться там, или нет, тоже твой выбор. В конце концов, даже машину ты будешь себе выбирать сам. Какой-нибудь трёхдверный хэтчбэк спортивного вида по деньгам, конечно, это может быть и «восьмёрка» жигулей и походивший фольксваген «гольф» или, если ты любишь охоту и рыбалку, возьмёшь внедорожник. Я этого выбора уже лишен. Денег вполне хватает на «Мазду RX» или «Мерин CLK» хоть и не новый. Но что им делать, когда у меня жена и двое детей. Поэтому я иду и покупаю кроссовер или седан на автомате, чтобы жена тоже могла детей возить.
— Но может бросить всё?
— Что всё? — Улыбнулся я, — Светку, Сашку с Ванькой? Я их люблю, безумно люблю. Прикинь отец твой зайдёт и скажет: «Я в рот ебал всё это, и уезжаю на Тибет, чистить чакры на три года».
— Ну да, не норм. Лажа какая-то. Но, предки как прессуют.
— А, фигня. В универ поступишь, даже здесь, а не в Москве, слезут сразу. Только рассказы эротические учёбу не запускай. Новый год на первом курсе ты уже будешь отмечать у кого-нибудь на хате с друзьями. Или не на хате...
Тут в кухню зашел брат.
— Ну, где вы потерялись?
— Да вот, сын твой совсем повзрослел, серьёзные почти философские вопросы задает.
— А ты его глупостям не научишь? Меня в пример ставь.
— Ага, — хмыкнул я, — вот с того момента как ты их с Ликой из роддома забирал сейчас и начну.
— Потом... — Процедил сквозь зубы брат.
— А чё было? — Встрепенулся Витька.
— Потом, тебе сказали, — гы-гыкнул я, и пошел в зал, где за столом сидели гости.
Народ уже разделился на группы по интересам, и с упоением общался каждый на свою тему. Я подсел к бате, который со сватом обсуждал: «Когда же лучше замачивать семена перцев на рассаду».
Через пару минут Витька вошел в комнату с большим красивым тортом в руках.
Ещё через полчаса народ стал расходиться, мы со Светкой остались последними. Помогали убирать со стола.
— А ты помнишь, как отмечал первый новый год с друзьями? — Спросил меня Витя, передавая очередную порцию стаканов для протирки.
— Помню. Что круто было — помню, а вот подробностей не помню. И не до того было. Ты вот-вот должен был родиться. Все на ушах стояли. — Соврал я. Хотя прекрасно помнил почти каждую минуту тех двух дней маеты и приключений.
— Да и времени прошло страшно сказать — семнадцать лет. — Добавил я.
— Может хоть что-нибудь вспомнишь? Ну, самое крутое. — Не унимался племяш.
— Сам Новый год, в полночь, встретили на площади Ленина, причём на всю компанию у нас была бутылка портвяги «Три топора», да пара мандаринов, даже стаканов не было, пускали по кругу из горла. Всё остальное было на вписке, но мы не успевали добраться туда. Чтобы не встречать праздник где-нибудь посреди улицы мы остались на площади. А до хаты пошли только после. Потом до утра куролесили.
А ведь всё было совсем не так. Или точнее не совсем так. И я начал сам прокручивать в памяти воспоминания тех дней...
Началось всё с того, что подставил меня (тогда еще будущий папаша Витьки), мой родной старший братец Андрей. Новый год он должен был встречать с женой Ликой у её родителей на даче, а бабушкину «двушку», в которой они тогда жили, передавал мне в безвозмездное пользование для встречи праздника, в скромной компании близких друзей. Туда было затарено немало всяких нештяков, и бухла, ещё 29 и 30 декабря.
Тридцатого же вечером оставил он мне ключ, но не тот. Лика в спешке закрыла не на нижний, а на верхний замок.
И вот стоим мы у дверей, за которыми полный холодильник жратвы и выпивки, и не можем внутрь попасть. Денег естественно нет или почти нет. И выхода тоже нет.
Белка, девушка моя не местная, и жила в общаге. И если бы она вернулась в общежитие, то «встречала» бы вообще одна. Эльф с Мамбой решили, что не бросят нас с Олькой в беде, пока я им не возмещу финансовые затраты либо не выкачу поляну. И была у меня с собой старая потрепанная гитара.
Поехали мы в переход к «Вечно Молодому» и стали «Аскать». Морозы стояли не чета нынешним погодам, под минус двадцать. Хорошо, что кроме меня ещё и Эдик «Эльф» на гитаре неплохо играл, так что менялись. Пока один лабал, второй пытался отогреть руки и прыгал рядом подпевая. За два с половиной часа набрали мы баснословную, по тем временам, сумму — почти триста пятьдесят рублей. Сотку пришлось отдать ментам. Да и не беда.
Тогда в 2003, нет ещё в 2002 году, полторашка пива стоила 35 рублей, «Три топора» — сорок с копейками, а пузырь приличной водки под восемьдесят. Взяли мы три бутылки портвейна, мандаринов и пару шоколадок, а вот про стаканы, и правда, забыли.
С распитием в те времена было значительно проще. Совсем уж «в наглую» не пей и пьяным не чуди, и не тронут тебя менты, ну может пальцем погрозят. О чём говорить, когда пиво по праздникам в розлив из бочек в стаканы лили прямо на центральной площади города.
Пошли мы с этим запасом провианта на Площадь Ленина смотреть салют и ждать прихода «Нового Года». В надежде, что встретим кого-нибудь из знакомых и удастся им «присесть на хвост» и погреться на вписке. Мы с Эльфом перешёптывались о том, где бы найти теплый подъезд и погреться. Но, увы, тщетно, весь центр города был в кодовых замках (домофоны тогда были большой редкостью). Хорошо хоть на площади гремела громкая музыка, и толпа народа танцевала согреваясь. Тут мы откупорили первую бутылку. Хотя и без неё нам было хорошо и весело, а креплёное вино только разгоняло кровь. Мы встречали кого-то из знакомых, общались по 10—15 минут, потом они уходили. А мы продолжали скакать под попсовые ритмы, пытаясь согреться. Из колонок на площади играли то «Ласковый май», то «Руки вверх», то «Отпетые мошенники». Потом вдруг всё стихло, и над площадью разнёсся бой курантов. Народ стал свистеть, кричать, улюлюкать. Кругом открывали шампанское, хлопали петарды. Повсюду произносился единственный тост: «С НОВЫМ ГОДОМ!!!», и слышался один ответ: «С новым счастьем!!!».
От судьбы динозавров и полного вымерзания нас в ту ночь спасли родители Эльфа. Уже почти в час ночи мы случайно столкнулись с ними под ёлкой. И при расставании отец Эда непрозрачно намекнул, что они идут к «тестю с тёщей» и там останутся ночевать.
Уже через минуту Эльф принял волевое решение о том, что можно и нужно идти к нему домой. Потому что там тепло, и есть что пожрать.
Транспорт естественно не ходил, и мы отправились пешком, почти пять остановок. По пути разговорились с компанией, которая тоже шла в попутном направлении домой. Я поделился портвейном. И на ходу пытался играть на гитаре. Когда они услышали нашу историю с ключами и приключения — предложили зайти к ним. Это как раз на полпути. Там нас угостили водкой на ход ноги, и подарили бутылку шампанского.
До дома Эльфа мы дошли в три часа ночи. На кухне распили «Шампунь», закусили «Оливьешкой» и разошлись спать. Нам с Белкой было постелено в комнате у Эда, а они с Машкой пошли в спальню родителей. Через пятнадцать минут поцелуев и лёгкого петинга мы с Олькой заснули.
В семь-пятнадцать я проснулся от стука в дверь.
— Да...
— Пора просыпаться, — сказал Эльф. — Родичи через час придут.
— Встаём, — сказал я, — и нежно поцеловал Белку в шею.
Эльф напоил нас чаем с печеньем. И в восемь утра мы с Олькой вышли из подъезда, на абсолютно пустую улицу. Город спал после праздника.
Проверяя содержимое карманов на наличие сигарет, я обнаружил в одном из них неучтённые 50 рублей и ещё остатки от вчерашнего «аска» в переходе.
Пока шли до остановки я покурил.
На остановку подошел троллейбус. На нём мы поехали к Ольке в общагу, точнее она в общагу, а я её проводить.
Двери в общежитие были уже открыты. На вахте дремал, толи сонный, толи похмельный, дежурный охранник. Ольга показа ему пропуск, он кивнул, и снова задремал.
— Пошли, — Белка ухватила меня за руку, и потащила через вертушку.
Охранник никак не отреагировал и даже не спросил у меня документы.
По пустой гулкой лестнице, стены которой были исписаны всякими надписями и разрисованы маркерами, с облупившейся местами краской, мы поднялись на четвёртый этаж. Второй блок, третья комната. Прошли через кухню. По отсутствию всякого движения и грязной посуды, я понял что, кроме нас здесь никого нет.
— Все разъехались по домам на Новый Год. — Сказала Олька, отпирая дверь.
Зашли в комнату. На столе у окна стояла маленькая ёлочка, на стекло было прилеплено несколько снежинок из белой бумаги.
Я сел на стул.
— Да-а-а, Ты одна бы тут встречала... — сказал я.
— Грустненько было бы. — Покивала Белка. — Я в душ, ты как хочешь.
Она быстро подошла к шкафу, открыла одну створку и зашла за нее. Стала раздеваться. На дверце шкафа повисла её кофточка, потом джинсы. Из-за створки она вышла уже в махровом халате.
— Ты пойдёшь? Полотенце дать? — слегка подмигнув, спросила она.
— Да, — быстро согласился я.
— Лови, — в меня полетело большое банное полотенце. — Только мочалка одна, Потрёшь мне спинку.
Я хотел что-то сказать, но потом просто встал и пошел к двери из комнаты.
— А раздеться? Там негде — пояснила девушка, и отвернулась.
Я снял свитер, футболку и джинсы. Повесил всё на спинку стула. Оставшись в одних трусах, намотал полотенце на поясе.
— Я готов.
— Пойдём.
Небольшая душевая комнатка. Старая ещё советская плитка с ржавыми подтёками на стенах и полу. Кое-где она отвалилась. На полу её залили бетоном для ровности, а на стенах так и зияли дыры с кривыми краями. Лейка душа, намертво, прикручена к проржавевшей, давно не крашеной трубе. На грязно-белой двери небольшой крючок для одежды.
Белка стояла ко мне спиной. Сняла халат, не поворачиваясь, и стесняясь, подала его мне.
— Повесь. — Под халатом было обнаженное тело.
Я тоже разделся.
Оля повернула кран, и отступила назад. Из душа полилась, непонятная коричневая жижа. Через минуту вода стала почти прозрачной. Она вступила под струи. Я подошел ближе. Немного неуклюже приобнял Олю за плечи, слегка коснувшись её ягодиц членом. Она передёрнулась, и я убрал руки. Мы несколько минут стояли под струями еле тёплой воды. Я разглядывал её шею, спину, ямку на копчике, ягодицы.
Она взяла мочалку, намылила, взбила пену. Сделала полшага вперед и резко развернулась. Оказавшись ко мне лицом, прижалась к груди.
Я поцеловал её в губы. Поцелуй оказался не таким страстным как обычно. Много раз мы целовались с ней в одежде. А каким-то не уверенным, как первый детский поцелуй в подъезде.
Мы снова несколько минут стояли прижавшись друг к другу. Я гладил её по спине. Она просто прижимала к моим лопаткам мочалку.
— Что дальше? — глупо спросил я.
— Не знаю. — Олька отстранилась от меня, провела по моей груди мочалкой.
Я нежно взял в руки её налитые упругие груди. Нагнулся, поцеловал в шею, в грудь, и наконец, прикоснулся губами к соску. Она снова отстранилась и уже увереннее стала тереть мою грудь и живот мочалкой. Спускаясь всё ниже, Оля присела на корточки. Очень осторожно, она взяла мой торчащий член своей маленькой нежной ладошкой. Я аккуратно взял её руку с пенисом в свою. Сдвинул вместе с крайней плотью, оголяя головку, и как бы показывая, что надо делать.
Она несколько раз передёрнула его, потом отвела мою руку и снова взялась за фаллос. Второй рукой откинула намокшие волосы назад. И... лизнула головку. Сначала самым кончиком языка, потом еще и еще. Потом заглотила её, своим маленьким ротиком. И начала сосать, неумело, странно подёргивая головой и всем телом.
Мне хватило нескольких секунд, всё тело пробила дрожь.
— Сейчас кончу, — Как будто чужой, хриплый голос тяжело вырвался из моей груди.
Оля выпустила член изо рта, и в то же мгновение, упругая, горячая, струя спермы ударила ей в лицо.
Беловатая густая жидкость стекала по её подбородку. Капала на грудь, затекала между сисечек, вместе со струйками воды из душа.
И вдруг она расхохоталась. Обхватила мои бёдра руками, уткнулась лицом в мои ноги. Так, что яйца прижимались к её лбу. Всё её тело сотрясалось от хохота, она, то целовала мои бёдра, то пыталась их укусить. Вдруг отстранилась. Стерла остатки спермы с лица.
— Ты и, правда, девственник. Всё как Мамба рассказывала. Я думала, ты врёшь.
Да, до неё у меня не было женщин. К слову как и у нее до меня мужчин. Я это знал, а она не верила.
Белка встала, прижалась ко мне, поцеловала в губы. Теперь как всегда страстно, жадно.
Потом я снова намылил мочалку, мы мылись, я тёр её груди, живот, целовал в пупочек. И вот предо мной возникли её лобок и писечка, подёрнутые, мягким, еле заметным, светлым, пушком. Слегка разошедшиеся половые губы. Я осторожно провёл по ним снизу вверх большим пальцем несколько раз. Потянулся к ним губами, поцеловал. Лизнул языком. Погрузился языком внутрь, ощутил кисловато-солёный вкус её выделений. Раздвинул пальцами губки. Стал искать языком клитор, о котором так много читал в «умных» книжках.
Белка стала дышать глубже. Опустила руки мне на плечи.
Я неглубоко вставил палец второй руки в её вагину. И начал двигать им внутри, пока не коснулся чего-то. От этого Оля вскрикнула негромко и сказала:
— Не надо, — сделала глубокий вдох и добавила, — пока не надо.
Я встал, поцеловал её.
Мы всё-таки домылись. Потёрли друг другу спины. Помогли друг другу вытереться, и пошли в комнату.
В комнате Оля сказала:
— Стас, пойдём, покурим.
— Пойдём, — ответил я. Надел джинсы и футболку.
Курили на кухне. Я облокотился на подоконник, Оля уселась на краешек кухонного стола. Просто смотрели друг на друга и молчали.
— Ты хочешь? — Оля заглянула мне в глаза.
— Да, но если ты не готова...
— Я готова, — перебила она меня.
Затушила свой окурок в раковине и бросила в ведро.
— У тебя есть... — Белка смутилась на секунду, — Ну... эти... презервативы?
— Да.
— Пойдём, — Она поманила меня рукой.
— Иди, я сейчас.
Докурив, я пошел в туалет. Мне очень хотелось помочиться.
Когда я вошел в комнату, Оля полулежала на кровати, прикрывшись простынёй. На столе стояла бутылка вермута, и две чашки.
— Налей нам немного, Стас. — Попросила она.
Я открыл бутылку, налил по половине. Подал одну чашку ей.
— Я тебя люблю. — Сказала Оля, тихо стукнула в край моей чашки своей. Залпом выпила.
Я лишь пригубил. Забрал у неё посуду, поставил обе чашки на стол.
Снял футболку, джинсы, трусы. Подошел к кровати. Откинул с белки простынь. Она отпрыгнула и забилась в угол, подтянув под себя ноги. Я сел, на край кровати, рядом.
— Ну, что, ты? Боишься?
— Да.
— Я тебя, очень, люблю. Всё будет хорошо.
— Да. Я верю, Ёжик. — Олька вытянула ножки вдоль стены.
Я наклонился, поцеловал в губы. Провёл рукой по её щеке, шее, груди, Взял в руку её сисечку, аккуратно начал её массировать. Опустил голову, поцеловал в грудь, облизал сосочек. Соски её набухли и стали твёрдыми, как и мой член. Потом я стал спускаться ниже покрывая поцелуями её живот. Пока вновь не дошел до самого главного, самого сладкого, и вожделенного места на её теле.
В душе я не мог как следует рассмотреть её писечку. Даже стоя на коленях, моя голова, всё равно была на уровне её живота. И мне приходилось изгибать и выворачивать шею, чтобы дотянуться до неё. Сейчас же я мог занять удобное для себя положение, и во всех подробностях рассмотреть все мельчайшие детали молодого девичьего тела. Ведь это было в первый раз.
Целуя, её губки, я раздвигал их пальцами, лёгко касался её клитора, ощущал вкус её сочных выделений.
И Белка была благодарна за то, что я делал. Выражая свои чувства прерывистым дыханием, и тихим постаныванием.
Наконец я оторвался от её промежности. Встал на колени перед её раздвинутыми ножками.
Оля приподнялась, и села по-турецки. Протянула свою нежную ручку и взяла меня за пенис. Несколько раз передёрнула его, пока я открывал и вынимал презерватив.
— Можно я сама его надену?
Я лишь кивнул, и протянул ей скатанный в плоскую шайбу кусок латекса.
Оля неумело попыталась натянуть презерватив на фаллос. Удалось это корявенько со второго раза. После, она вновь откинулась на подушку.
Я вновь наклонился над ней, слегка коснулся членом её вагины. Она вздрогнула. Я приблизился к её лицу, поцеловал. И шепнул на ушко:
— Не бойся, Бельчонок, я буду очень осторожен и нежен с тобой.
С этими словами я вновь коснулся её писечки своим пенисом. Попытался вставить его. Получилось не с первого раза. Член несколько раз проскакивал, но, наконец, вошел в узкое отверстие влагалища. Сначала совсем чуть-чуть, потом глубже, ещё и ещё. Пока там, не стало совсем узко. Тогда я немного вытащил член и снова вставил, так несколько раз. Потом с усилием продавил, его глубже внутрь.
Оля вскрикнула, и, кажется, даже сказала: «Блять».
Я уже понял, что всё случилось, и теперь меня ничего не сдерживает. Большими размашистыми движениями я продолжал разрывать её плеву. Стараясь ускорить темп.
По лицу Белки метались отголоски её ощущений. Они ежесекундно сменяли друг друга. Ей было то страшно, и она упиралась руками мне в грудь, пытаясь оттолкнуть от себя. То больно, и тогда она зажмуривалась, и стискивала зубы. То приятно, и она улыбалась и облизывала губы языком. То вновь больно и тогда она кусала свою нижнюю губу. Её руки вцеплялись в сетку панцирной кровати, сминая матрац и простынь.
— Тише. — Прошептала она. — Помедленнее, делай это. Мне, уже почти, не больно.
Я снизил скорость и амплитуду движений.
— Да... Стас... глубже... сквозь стон, прерывисто выдыхала Олька. — Ты... достаёшь... хорошо.
Я старался, следовать её подсказкам. Её и моим первым живым ощущениям. Первым результатам, полученным опытным путём.
Когда на меня стала накатывать волна оргазма, Белка изогнулась, вскрикнула и обмякла на секунду. Я уже вышел на финишную прямую.
— Стас, мне больно. — Крикнула она.
Я не слышал, и остервенело, продолжал трахать, её ещё и ещё пока не кончил. Наконец я вынул член, и тяжело дыша, свалился рядом.
Мы без движения, лежали на узкой панцирной кровати. Молчали и смотрели в потолок.
Оля первая повернулась, приподнялась на локте, посмотрела на меня и сказала:
— Мне было больно, ты не слышал?
— Нет, но это нормально, как мне кажется. — Ответил я, подсовывая руку ей под голову.
— Нет, не сразу, а потом когда я... кажется, кончила. — Олька, опять повалилась на спину. — Я же кричала, просила остановиться. А у тебя были такие глаза... и ты продолжал и продолжал.
— Прости. Тебе было хорошо?
— Это было круто... не передаваемо... не забываемо... ни с чем не сравнимо.
— И для меня...
— Так и должно быть, ведь мы — Первые.
Да, подумал я тогда, ведь мы действительно первые... нет, не первые кто трахался в этой общаге, в этом обшарпанном душе, может даже на этой самой, узкой, старой, скрипучей панцирной кровати. Для себя, друг для друга, в первый день нового года, здесь и сейчас, мы были — Первыми.
Знать бы тогда как много их будет: вторых, третьих, пятых, десятых... Будут единственные. Будут незабываемые. Когда-нибудь будут и последние. Но первых уже не будет.
 --- Двоелуние --- (потеря девственности, эротическая сказка)
Отпущенная тетива тренькнула, стрела коротко свистнула и исчезла в траве. Крин досадливо зашипел, как от боли. Опять промазал. Который уже раз. Руки, натруженные от постоянных упражнений болели, но он с утра ни разу не попал в медвежью шкуру, что висела на стене длинного приземистого дома.
Крина жгла досада, ведь его сегодня не взяли на охоту, оставили присматривать за младшими. Как будто Фро с этим не справится! Старый противный Фро, который сейчас дрыхнет в своей хижине. Крин подошел к зарослям травы и вытащил оттуда стрелу. Они ушли без него на птицу. Сказали, что толку от Крина будет мало, только лишняя трата стрел. И это Крин, у которого уже есть одна насечка на щеке. У взрослых, правда, их было две. Но у младших их не было вовсе. Насечку надо было заслужить. И Крин заслужил её, когда его копье выпустило кишки матерому серому волку. Но вот вторую он пока не заслужил. И все из-за того, что не умел стрелять из лука! Да, кому он нужен, этот лук! Крин хорошо владеет копьем, дубиной, да и камни неплохо кидает. Недавно они соревновались с Бродхом, и Крин бросал дальше шагов на десять. А у Бродха давно уже две насечки.
Ну ничего, Крин всем ещё покажет! Он превзойдет в стрельбе из лука даже старого Хугга. Вот сейчас... Крин сосредоточился, напряг все свои силы, прицелился, натянул тетиву. Давай! Тетива тренькнула, стрела свистнула и... Описав дугу она перелетела дом, покрытый дерном. Только не это! Она же упала... упала у реки! А к реке было ходить нельзя. Только взрослые с двумя насечками могли это делать. И то не все, и не всегда. Лишь в ночь, когда две луны встречались на небе, набрав полную сил*, люди бросали жребий, и те кому он выпал отправлялись туда, за реку. Конечно, будь у Крина вторая насечка, его бы тоже допустили к жребию. Но без неё нечего было о том и думать. Что там им приходилось пережить? Крин не знал, о том, что происходило за рекой говорить было нельзя. Они приносили ягоды и фрукты, которые не росли лесу на их стороне. Иногда они приводили из-за реки новых младших, бледных и заплаканных. Те сначала первые дни отказывались даже от еды. Что там такого они видели, там, за рекой? Про то нельзя было спрашивать. Да и ответить младшие не могли, они ещё не знали человеческой речи. Крин и сам много двоелуний назад тоже пришел оттуда. Но он не помнил, ничего не помнил. Только чувство боли, горя, утраты. И что-то ещё странное и щемящее.
К реке было ходить нельзя. Как-то Крин будучи ещё младшим, заигравшись подбежал почти к самым камышам, когда его настиг шаман Фро и ударил большой узловатой палкой, на которую он опирался при ходьбе. Потом долго ругался, брызгая слюной. И сейчас бы Крин не пошел. Но, ему надо тренироваться, чтобы хорошо стрелять из лука. А стрела у него была только одна. Он быстро, только туда и обратно. Он же не прям к реке, так... в заросли. Никто и не увидит. Правда, ведь? Он с опаской посмотрел на хижину Фро. Шаман был человек особый. Особый во всем. Он даже не ходил со всеми на охоту, не свежевал шкур, не ел со всеми у общего костра. Но он видел духов, умел лечить болезни, заговаривал оружие, приманивал зверя. Потому ему всегда полагалась доля от добычи равная со всеми. При том, что он даже не спал со всеми в длинном доме, у него была отдельная покосившаяся хижина. Оттуда доносился его раскатистый храп. Так, что в этот раз он не ударит Крина своей дубиной. Если, конечно, никто из младших ему не расскажет. Крин посмотрел в их сторону. Они самозабвенно играли в охоту на оленя. Маб прикрепил к голове две кривые ветки, которые изображали оленьи рога, все прочие гонялись за ним с палками, что изображали копья. Игра так занимала их, что никто не обращал внимания на Крина. Можно попробовать!
Крин, стараясь ступать бесшумно, будто он тоже охотится сейчас на оленя, обошел длинный дом и когда скрылся из поля видимости младших быстро побежал к камышам. Где же стрела? Как сквозь землю провалилась! Или утонула. Чем дальше заходил Крин в заросли, тем больше становилось вокруг воды. А в воде как известно, и живут те самые духи. Может и сейчас, они следят за Крином... Что-то шлепнуло, Крин вздрогнул, сердце его забилось, как птица, попавшая в силки. Ещё шлепок, что-то серо-зеленое прыгнуло совсем рядом. Крин оцепенел от ужаса, но тут услышал мерзкое булькающее кваканье. Лягушка, духи её побери! Где же стрела? Камыши неожиданно поредели и блеснула поверхность воды. Река! Назад, надо быстро назад! Но Крин не мог оторвать взгляда от её блестящей поверхности. Река... Какая спокойная, какая завораживающая... У него защемило где-то в груди. Какие-то неясные образы и воспоминания из самой глубины. Он, сам того не желая, завороженно сделал ещё шаг навстречу реке, раздвинул заросли камышей.
Река была гладкой и ровной, как большая обледеневшая дорога. Ещё она блестела в свете солнца. Она была недвижна и в тоже время шла куда-то. Она была не такой уж и широкой, как ему казалось раньше. Совсем рядом виднелся другой берег, так же заросший камышами. Что-то снова плеснуло. Лягушка? Нет, это на том берегу! Крин хотел закричать от ужаса и побежать прочь, но он не мог и пошевелиться. Меж тем, у чужого берега кто-то плюхнулся в воду, подняв тучу брызг. Бобер или выдра? Нет, кто-то более крупный... Существо вынырнуло. Оно было человеком. Обнаженным человеком с длинными каштановыми волосами, которые прилипли к плечам и спине. Он был несомненно взрослым, хотя может примерно столько же Лун, сколько и Крину. Он был удивительный. Какой-то более стройный и в то же время округлый. Его движения были грациозны, словно у газели. Кожа белая и гладкая. По ней капельками стекала вода. Крин не мог оторвать взгляда от этого человека, его удивительного тела. В его груди загорался костер, в висках стучали каменные топоры. Человек, словно почувствовав взгляд Крина, медленно повернулся.
Ужас! Его грудь! У него вытянутая грудь. Две висящие груди, как у Фро или старого Хугга. Только упругие и красивые, с большими розовыми сосками. А между ног... Там, где в зарослях волос должен был торчать отросток-мочевик ничего не было! Это... это не человек! Это дух, дух реки, которым так стращал его Фро. Дух увидел Крина, их взгляды пересеклись. Крин на мгновение увидел, как ясные синие глаза словно заглянули ему в самую душу. У человека было лицо совсем юное, даже без пушка, не то что усов или бороды. Гладкое и красивое, как у младшего. Под стать его безволосому стройному телу. К тому же на лице у него не было насечек. Но он не младший, явно не младший... Неожиданно дух опустил голову, резко повернулся и бросился бежать в камыши. Крин, которого наконец отпустило, сделал то же самое. Дыхание его сбилось, сердце стучало так, что готово было выпрыгнуть из груди. Дух... Крин видел духа! Что же теперь будет? Что теперь делать?
Крин обессиленно оперся о стену длинного дома, сполз вниз. Припекало летнее солнышко, младшие по-прежнему охотились за оленем, роль которого играл теперь Сва, Фро по-прежнему храпел в своей отдельной хижине. Но что-то изменилось, казалось даже солнечный свет стал тусклее. Что делать? Рассказать Фро и вождю Дору? Ну и достанется тогда ему! Может... может даже его не просто побьют, а выгонят. Выгонят из племени, как Лира, который убил в ссоре Ульта. И будет он вечно скитаться один в лесу, словно дикий зверь. Нет, Крин будет молчать.
Стрела его бесследно исчезла в камышах, но упражняться в стрельбе у него не было больше ни сил, ни желания. Он сидел у дома, стоило ему закрыть глаза, как он видел того речного духа, его удивительные глаза и его удивительное тело. Руки его дрожали, в груди разливался странный жар. Но самое странное происходило с его отростком. Он напрягался и вытягивался, хотя Крин не хотел мочиться. Он пульсировал и распух, будто укушенный осой. Проклятие... Это наверно и есть проклятие речного духа! Что же делать? Что... делать... Крин чувствовал, как мир кружится вокруг него и жизнь покидает его тело.
Когда он вновь вернулся из мира духов, уже смеркалось. Над ним нависли лица прочих людей. Нахмуренные и обеспокоенные. Среди них было и морщинистое, словно высохший фрукт, лицо Фро и рыжебородое, свирепое, со шрамом на щеке лицо вождя Дора.
— Что с тобой? — спросил Дор низкий густым голосом.
— Там... у меня распухло... там... наверно укусила...
Шаман не дослушав приподнял набедренную повязку Крина.
— Ты был у реки? — тихо спросил он.
Его темные глаза пронзали его, словно две острые стрелы с наконечниками из небесного камня. Глядя в них, врать было невозможно. Да и бессмысленно врать тому, кто видит духов. Будь, что будет...
— Да... — так же тихо ответил Крин.
Фро медленно повернулся к Дору.
— Кажется, он готов... — сказал он вождю.
Вождь нахмурился посмотрел на шамана, потом на Крина. А после на небо, где уже взошла первая луна.
— Да будет так... — сказал он и встал с корточек, — успеешь подготовить его до темноты?
Шаман кивнул. Все старшие странно заулыбались, младшие же так ничего и не поняли.
Фро увел его к себе в хижину. Здесь мучительно долго окуривал его удушливым дымом и что-то бормотал, то распевно, то монотонно. Когда они вышли на свежий воздух, Крин плохо соображал. Было темно, но пространство освещалось ночным костром. Младшие уже спали в длинном доме, старшие же подбрасывали над огнем гадательную кость. Они бросали жребий, кому в этот раз идти за реку. Крин никогда не видел, как это выглядит, его, как и младших никогда не допускали на эту церемонию. Но после всех манипуляций шамана, его песен и удушливого дыма, ему было уже все равно. Он спокойно смотрел, как после броска кости, вождь наклоняется, чтобы увидеть какой стороной та упала и что-то тихо говорит. Люди отходили после этого по одну или другую сторону костра. Вскоре все разделились на две группы. Большинство разочарованно вздыхая осталось по левую сторону от огня. Небольшая группа, в которую попали вождь Дор, среднего возраста воин Тен, молодые Крех и Сарг, Бродх, лучший из охотников после Дора, да старый Хугг. Видимо, в этот раз идти за реку жребий выпал именно им. Они повернулись и направились к ней. Крин провожал их безразличным взглядом.
Дор, который шел последним неожиданно обернулся.
— Эй, что стал? Идём!
— Я? Но я же... я...
— Идём, ты с нами!
— Но я...
Однако, судя по взгляду Дора он не собирался вступать в споры. Он был тверд и прям, как тогда, когда он вел свое племя против медведя или росомахи. И Крин замолчал, опустил глаза и последовал за вождем.
Они вышли к берегу в другом месте, не там, где накануне Крин искал стрелу. Здесь не было камыша, а был холодный мокрый песок, усеянный острыми ракушками и засохшими водорослями. От реки шел сладковатый запах гниения и ещё чего-то, чего Крин не мог понять.
Он ещё был в том состоянии, потому не помнил толком, как оказался на плоту, который переправлял их на тот берег. Тот самый плот! Что привез некогда и его. Крин отчетливо, словно с того времени не прошло и взмаха ресницами, помнил, как он совсем маленький и плачущий плыл по ночной реке. Оттуда, с того берега... А теперь, теперь он плывет обратно. Он посмотрел туда, пытаясь понять, что его там ждет. Но тьма, даже для его тренированных глаз была непроглядна. Тихо плескала палка, которую Хугг называл веслом, противно квакали лягушки, ухала сова. Река же что-то тихо и монотонно шептала, словно старый Фро.
Плот дернулся, наткнувшись на другой берег. Воины сходили с него один за другим. Крин с опаской попробовал его босой ногой. Такой же мокрый песок и такие же острые ракушки. Его пробрал озноб. Где-то совсем рядом в темноте мелькнула чья-то тень. Или показалось? Он был готов схватиться за дубину. Но её не было. Крин пошел за Дором, как есть, без оружия. И тут его прошиб холодный пот. До него дошло, что руки остальных охотников тоже пусты. Вернее, они несли какие-то свертки из шкур, но там внутри было явно не оружие. Никто из тех, кому выпал жребий, не взял даже камней! Как же так? Ночью и с голыми руками? Не наслали случайно местные духи на них всех безумие?
Но Дор и все прочие шли уверенно, без всякой опаски по хорошо протоптанной тропе. Впереди что-то светилось. Неужели... неужели костер? Да, так и есть: они неожиданно вышли на поляну, в центре которой горел костер, а вокруг стояли одиночные маленькие хижины, вроде той, в которой жил Фро. Люди? Здесь тоже люди, или те жуткие и привлекательные духи, вроде того, что он видел сегодня? У костра никого не было видно. Но Крин чувствовал, что там, в хижинах кто-то есть. Кто смотрит на них пронзительными изучающими глазами, словно хищные звери из темноты. Дор, дойдя почти до самого огня, остановился. Все прочие сначала раскрыли тюки. В них было мясо, шкуры, куски жира, кости, которые можно потом использовать в хозяйстве, даже точильные камни. Зачем это все? Но воины, выгрузив то, что принесли, выстроились полукругом вокруг и не сговариваясь стали снимать свои набедренные повязки. Мало того, что без оружия, так совсем голые. Этого Крин не понимал. Но последовал примеру остальных. Они стояли у костра так, словно тем кто за ними наблюдает, было хорошо их видно. Крин вздрогнул, увидев как в темноте заметались тени. Но в тоже время в нем вновь разгорелся тот огонь, а его отросток вновь стал набухать. Проклятие... То проклятие... Но отростки других охотников тоже. Тоже распухли и увеличились. Значит, проклятие пало не только на него? И о чем он только думал, когда полез за этой злосчастной стрелой!
Неожиданно одна из теней вынырнула из темноты. Это был дух, не то, что Крин видел тогда, но несомненно такой же. Он был гол, как и охотники. Огромные груди колыхались в такт его шагам. Грациозным шагам, которые вызывали такое волнение. Она внимательно разглядывала каждого из охотников, слегка поглаживая рукой свою левую грудь с большим темным соском. Неожиданно она резко подскочила к Дору, схватила его за отросток и утащила в темноту. Крин вздрогнул, но прочие воины рассмеялись. Появилась ещё одна тень, она дернула Бродха, затем исчезли Сарг с Крехом. Крин стоял один со старым Хуггом. У того отросток и вовсе стал напоминать громадную кожаную дубину с множестом синих прожилков. На лице Хугга выступили сосуды, словно он нес какую тяжесть, оно побагровело. Ещё одна тень и вот и Хугг скрылся. Из темноты слышались странные звуки: возня, борьба, стоны боли. А потом из темноты выступила ещё одна фигура и оказалась прямо перед Крином. Это был дух с большими карими глазами, в которых сейчас плясали отблески костра. Был он чуть ниже и смуглее Крина. Волосы длинные и черные опускались почти до самых ягодиц. Округлое лицо без волос и насечек, пухлые губы, большие круглые груди с розовыми сосками. Он улыбнулся Крину и спросил на человеческом языке:
— Что, в первый раз?
Голос у него был удивительный. Не низкий, как у охотников. Высокий, но все же не такой, как у младших. Крин кивнул, не сводя глаз с того места, где у человека должен быть мочевик. Там все густо заросло черными кучерявыми волосами. Может, его просто не видно за этими зарослями? Дух, перехватив его взгляд, рассмеялся, обнажив острые белые зубы.
— Ваш шаман ничего не рассказывал? Впрочем, один из ваших в прошлый раз жаловался, что шаман только дерется дубиной, пугает, да бормочет себе что-то под нос.
Крин кивнул в знак согласия.
— Я — Ая! А ты?
Ая... как удивительно и мелодично. Впрочем, под стать и внешности духа.
— А я Крин...
— Пошли, Крин — сказал Ая.
— Куда?
— Ляжем на шкуры, так будет гораздо удобнее...
— Зачем?
Ая снова рассмеялся, в этот раз более низким, горловым смехом.
— Затем, что пора уже тебе стать мужчиной!
— Мужчиной?
— Для мужчины ты задаешь слишком много вопросов, пошли!
И Ая, не дав сказать ему больше ни слова, увлек Крина за собой во тьму. За кустами, прямо на земле была расстелена большая медвежья шкура. Та самая, что они добыли год назад. А потом она пропала. Вот, значит, куда...
Но думать не было времени, Ая неожиданно толкнул его, так что Крин повалился на спину. Он попытался вскочить, но Ая рассмеялся своим приятным мелодичным смехом:
— Я не причиню зла. Мы просто немного поиграем.
Крин не понимал:
— Это как дети?
— Нет, дурачок, как взрослые! Есть такая древняя игра, для неё нужны двое. Один мужчина, вторая женщина...
Крин был окончательно сбит с толку. О чем он вообще толкует? Глядя в обеспокоенно-настороженное лицо Крина, Ая не переставал смеяться.
— Ладно, начнем с самого начала. Ты наверно думаешь, что я демон?
Крин кивнул. Ая лег рядом, наклонился к мал*чику, щекоча его теплым дыханием и зашептал, слегка поглаживая по руке. От него веяло чем-то теплым, родным и забытым.
— Я такой же человек, как и ты. Просто людей бывает два вида: одни такие, как ты. А другие, такие как я. И нам нужно жить раздельно. Таков древний закон. Но когда две луны сходятся на небе, так же сходимся и мы...
Рука Аи потянулась к отростку Крина и тот стал снова набухать.
— Тебе приятно? — спросил Ая.
— Ты странный — ответил Крин, — но это приятно.
— Не странный, а странная. Я — женщина. Ты мужчина. И я самая обычная. Но очень люблю новичков.
Где-то недалеко раздался протяжный стон. Крин хотел вскочить, но Ая ласково удержала его.
— Не беспокойся, им хорошо. Обоим. Поверь мне.
Её рука скользила вверх-вниз по его отростку, нежно двигая покрывающую его кожу. Это было так приятно, Крин задохнулся от неожиданного удовольствия.
— Мы называем его член, — тихо сказала Ая.
В её голосе появились какие-то особые нотки, от которых Крина бросало в сладкую дрожь.
— Это очень волшебная штука. Она умеет делать приятно и тебе и мне...
Ая тяжело дышала, почти так же как недавно старый Хугг. Груди её тяжело вздымались. Крин, движимый каким-то неведомым ему чувством, приподнялся и коснулся губами большого розового соска. Ая нежно прошелестела:
— Ещё... не останавливайся... Пососи их...
Крин, забыв обо всем на свете, прильнул в мягкой, приятно пахнущей груди. Ая застонала ему в ухо.
— Тебе больно?
— Нет... нет... не останавливайся...
Крин сосал губами грудь, словно новорожденный олененок. Соски Аи затвердели, она лежала на спине, от удовольствия то сгибая в коленях, то вытягивая голые ноги. Член Крина стал подобен каменной дубине, он пульсировал, словно готовясь к тяжелому бою. Ая неожиданно отстранила его от себя.
— Давай, я готова...
Она раскинула перед ним ноги, и среди мохнатых зарослей Крин увидел то, что у женщин было вместо члена. Это было похоже на розовую щелочку.
— Засунь в меня свою дубину...
Крин опустился на колени и прижался членом к пещерке Аи. Она была горячая и влажная. Такая приятная, словно губы Аи.
— Не торопись... не торопись... — жарко шептала ему женщина, — вот так, медленно... Ах!
Она вскрикнула, когда член Крина наконец проник внутрь. Там было хорошо. Ая задрожала всем телом, обхватила его бедра ногами, вжала в себя.
— Мы с тобой... одно целое... две луны на небе... мужчина... ах... и женщина... на земле!
Крин двигался. Стоны Аи, её жаркий и шепот, её нежная кожа без волос, её тело распаляли его, заставляли двигаться всё быстрее. Каждое его движение приносило ему все большее удовольствие. И Ае тоже. Когда он достигал глубины, её лицо искажалось, она скалила зубы, словно волчица, царапала его спину, словно пума. Это удовольствие нельзя было ни с чем сравнить. Оно было лучше, чем съесть пьяную ягоду с болот, лучше чем дикий мёд, лучше чем первым догнать зайца, лучше, чем пить теплую кровь из горла ещё живого оленя... В его голове застучали каменные топоры, Крин почувствовал как его окутывает багровая пелена. Его член содрогался, сотрясая все тело. И он извергал в Аю горячую густую жидкость. Ая тоже что-то кричала, извивалась под ним, загребала ногами лежащую под ними шкуру. Крин тоже закричал и погрузился в темноту.
Крин открыл глаза. Он лежал все на той же шкуре, только на спине. Ая сидела верхом на его бедрах, она что-то бормотала, а в её руках был нож! Крин дернулся, но он бы настолько слаб, что едва пошевелил рукой. Ая мелодично рассмеялась и резким движением надрезала ему щеку. Крин почувствовал, как течет по щеке горячая жидкость. В этот раз его кровь. Ая спрятала нож и склонилась к его лицу, нежно лизнула рану, которая только что нанесла.
— Не бойся... это просто знак... знак того, что ты... не мал*чик... а мужчина...
До Крина дошло. Насечка. Она поставила ему вторую насечку. Значит, вторую дают не за стрельбу из лука... Ая слизала кровь, потом достала лечи-травы, пожевала и выплюнула на рану. Странные эти женщины. Используют траву для каких-то царапин. Она была по виду очень довольна. Движения её обрели большую плавность, даже голос как будто стал чуть ниже, как у сытой рыси. Она нежно провела пальцем по его груди.
— Я очень рада, что оказалась у тебя первой... Ты молодой, сильный... От тебя будут хорошие дети. Выпей, это восстановит силы. Они тебе ещё понадобятся.
С этими словами Ая влила ему в рот какой-то травяной настой. Такими часто любил их потчевать Фро.
— Ая, ты ещё с ним не наигралась? Я тоже хочу! — послышался совсем рядом ещё один женский голос. Ая засмеялась в ответ, поцеловала в Крина в щеку.
— Все, он твой, Ума!
Ума была выше и стройнее Аи, груди у неё были совсем маленькие, чуть больше мужских. Волосы бурого цвета и заплетены в косы, как у Бродха. Только у Бродха одна коса сзади, а у Умы их было две, и они опускались вниз к её небольшим грудям с торчащими сосками. И она была не такая округлая, как Ая. Но вид её был приятен Крину. Сильные мускулистые ноги, подтянутое тело, глаза удивительно-зеленоватого цвета. Крину она нравилась не меньше Аи. Ума села перед ним на колени и криво улыбнулась.
— Давай посмотрим, оставила мне Ая что-нибудь? — спросила она, погладив член Крина. Он снова начал твердеть.
— Очень хорошо — Ума облизнулась, словно хищник при виде добычи, — расти, наливайся силой... Какой он у тебя красивый.
Ума наклонилась к розовой головке, щекоча её дыханием.
— Расти... твердей!
И она неожиданно лизнула кончик члена. От этого он вздыбился и стал ещё больше.
— Какой хороший... — прошептала Ума. Она провела рукой, водя кожицу вверх-вниз, делая крину приятно. Не так нежно как Ая, но тоже очень приятно. Даже приятней. Особенно когда большой палец ей руки делал вращательные движения там где кожица соединялась с членом. Как же хорошо. Крин почувствовал, что его дубина слегка запульсировала. Ещё немного, и он снова начнет лить ту густую жидкость. Но Ума почувствовала это, хрипло зарычала, оскалив зубы и оседлала Крина, словно горного осла или степного мустанга. Член Крина снова нырнул в теплую влажную глубину. Ума зарычала, задвигала бедрами, вгоняя в себя упругую палку. Она подпрыгивала на ней, сжимала своим лоном. Крину сейчас нравилось даже больше, чем с Аей. Неистовство Умы передавалось и ему. Он крепко схватил её за ягодицы, двигал снизу тазом, рычал вместе с ней. Перед его глазами мелькали её груди с торчащими сосками, косы, разлетающиеся в стороны от каждого движения, искаженное от страсти лицо, звездное ночное небо и две луны, что на небе соединялись друг с другом. Почти так же как Ума с Крином внизу, на земле. Крин почувствовал, что он одно целое. Не только с Умой, но с небом, двумя лунами, всем миром. И в этот момент Ума, запрокинув голову к небу, стала дергаться, волна удовольствия, не такая сильная, как в первый раз, накрыла и Крина. И весь мир сейчас пульсировал вместе с ним. Крин уже излился и успокоился, а Ума ещё продолжала тихо и расслабленно двигаться на его члене. А потом устало опустилась ему на грудь, поцеловала в губы.
Позже все собрались в центре женского поселения у костра. Мужчины и женщины сидели вперемежку. Крин сел между Аей и какой-то рыжеволосой женщиной возраста Тена. У ней были огромные груди почти до живота и веснушки на шее и плечах. Вождь Дор сидел с высокой статной женщиной, на шее у которой было ожерелье из зубов волка. Глаза её были такие же пронзительно-синие, как у той женщины, которую Крин видел за рекой сегодня днем. Кстати, где она? Среди тех женщин, что были у костра, её не было.
Все болтали, смеялись. По кругу ходила чаша из черепа козла. В ней был тот отвар, сдобренный медом. Крину не верилось, что совсем недавно, когда луны только входили в сил*, он ничего не знал о женщинах, никогда в жизни не был за рекой. Все здесь было так знакомо, словно он бывал здесь не раз. Было хорошо, легко, хотелось смеяться, петь, танцевать вокруг костра.
Неожиданно высокая женщина хлопнула в ладоши, призывая к тишине. Так же делал часто и Дор во время общих разговоров. И тех, кто не замолкал, ждал обычно его огромный волосатый кулак, выбивающий за раз несколько зубов. Судя по всему, та женщина в этом поселении была тоже вождем, поскольку после её хлопков все смолкли.
— Пришло время для моей дочери! — сказала главная женщина, — сегодня Вира станет женщиной!
Все радостно загалдели. Крин немного не понял. Кто такая, эта «дочь»?
— Вира! — крикнула женщина-вождь.
— Вира! Вира! Вира! — подхватили остальные.
Из темноты к костру шагнула фигура. Это была совсем молодая женщина. Белое гладкое тело, длинные темные волосы. И глаза. Ясные синие глаза. Вира! Вот кого видел Крин за рекой!
Вира медленно обходила людей у костра, внимательно заглядывая им в лица. Около Крина она задержалась и улыбнулась ему.
— Ты выбрала, Вира? — спросила её синеглазая женщина.
Вира посмотрела на Крина и с улыбкой покачала головой.
— В другой раз... — еле слышно сказала она ему. И пошла дальше. Она остановилась возле вождя Дора. Когда он посмотрел на неё, она опустила голову и её лицо стало красным. Такое бывает у младших, если они сделали что-то плохое и не хотят признаваться.
Высокая женщина посмотрела на неё и молча кивнула. Дор поднялся. Крину показалось, что он немного дрожит, будто от страха. Но такого не могло быть. Вождь не знает ни страха, ни сомнений. На то он и вождь. Он был выше Виры на две головы, огромный, массивный. Она по сравнению с ним казалась маленьким олененком. Он взял её за плечи. Она покраснела ещё сильнее и тоже задрожала. Дор непривычно осторожно и нежно убрал волосы с её щеки. Потом склонился и поцеловал в губы. Она обхватила тонкими ручками его массивную шею. Их окружили женщины. Две приподняли Виру за ягодицы, так что она оказалась одного роста с Дором. Ещё одна стала на колени между вождем и Вирой. Она смазала пальцы жиром, а потом проникла этим пальцами туда, в пещерку Виры. Дор стоял, разминая свой огромный член. Вира выгнулась, когда пальцы женщины вошли в неё. Член Дора стал ещё больше. Он налился той огромной силой, что всегда помогала Дору. Крин даже немного испугался. Теперь понятно, почему они не захватили оружие в этот поход за реку. При желании Дор мог убивать и этой вздыбленной дубиной между ног. Вира тоже испугалась, даже вскрикнула при виде его члена. Но Дор снова нежно провел рукой по её щеке и что-то негромко сказал. Вира снова покраснела и кивнула.
Дор был непривычно осторожен. Он раздвинул своим набалдашником створки пещерки Виры, но не стал проникать сразу. Он провел по ней самым кончиком. Вира часто задышала, словно испуганный зверек. Женщина, что сидела у их ног покачала головой и что-то сказала Дору. Потом взяла его член рукой, привстала и неожиданно засунула головку вождя себе в рот. Он закряхтел, на его лбу вздулись жилы. Женщина умудрилась вобрать эту громадину почти целиком в себя. Правда, на глазах у неё выступили слёзы. Она несколько раз прошлась языком по всей длине, сделав член Дора совсем мокрым, блестящим в свете костра. Потом женщины держащие Виру пошире раздвинули ей ноги и Дор наконец смог засунуть свою штуковину в молодую женщину. Вира закричала. У неё выступила кровь. Сидящая женщина подставила чашу из черепа козла и капли крови закапали в общий напиток. Дор был осторожен. Он вошел лишь наполовину. Потом замер, глядя в её синие глаза. Потом начал осторожно двигаться. Вира охала. Но её выражение лица стало все больше походить на выражение лиц Аи и Умы, когда они совокуплялись с Крином. Она входила во вкус, получала удовольствие от происходящего. Она протянула руки к Дору и он прижал её к себе, удерживая своими огромными ручищами на весу. Крин почувствовал, как снова им завладевает то приятное возбуждение. При виде стонущей, извивающейся на огромном члене Виры, его член начал напрягаться. Впрочем, как и других мужчин у костра. Рыжая женщина с огромной грудью улыбнулась Крину, потом повернулась задом и раздвинула руками ягодицы, чтобы Крину было удобней овладеть ей сзади. Ая в это время стонала под яростным напором Тена. Крин не сводя глаз с Виры, которая вошла в раж, насаживаясь на упругую дубину, резко вошел в рыжую, она крикнула:
— Давай! Давай! Быстро! Не останавливайся! Ах... как хорошо! Хорошо!
Все кто собрался у костра слились в едином движении, стоне, удовольствии. Ума скакала верхом на члене Хугга, обзывая его старикашкой. Женщина-вождь закрыла глаза, выгнула спину, словно дикая кошка, пока её сзади резкими толчками брал Бродх. Сарг соединился с женщиной, что сидела у ног Дора, Креху досталась совсем молодая, немногим старше Виры.
Глаза Виры закатились, она высунула кончик языка, словно волк, в это время Дор рыча изливал в неё свою белесую жидкость. Крин теперь знал, что она называется семенем. И от неё у женщин в животе зарождаются младшие. Значит и он был здесь когда-то? Значит и он когда-то родился из живота одной из них? Рядом протяжно кончала Ая, опустив голову в густую траву. Яростно рычала Ума, совсем заездив старого Хугга. И самому Крину вернулось то багровое чувство. Рыжая женщина все выкрикивала что-то бессвязное, когда он выстрелил в неё совсем небольшой струйкой.
Вира опустилась на ноги, вся дрожа. Она поцеловала Дора и сказала:
— Я хочу, чтобы это был мал*чик. Большой и сильный, как ты.
Дор неожиданно покраснел, как Вира, когда выбрала его. А шрам его наоборот стал белым. Он опустил голову и что-то тихо сказал. Вира нежно провела языком по его волосатому животу и чмокнула губами член.
Крин без сил опустился в траву. Рыжая ласкала ртом член Тена. Но тот уже не реагировал на ласку. Ая лежа рядом с Крином, нежно гладила его ногой. Костер горел, две луны, видимо тоже закончив соитие, спокойно и расслабленно смотрели на маленьких человечков с ночного неба.
Потом было прощание, немного грустное. Крин хотел бы погостить подольше в этом удивительном поселении. Но таков древний закон. Он вернется сюда в следующее двоелуние. Если выпадет жребий. Женщины дали им немало подарков. Это и коренья, и сушеные травы, и кисло-сладкие оранжевые ягоды, и зеленоватые яйца. А ещё они подвели к ним испуганных и плачущих младших, тоже мужчин. Только ещё совсем маленьких. Многие боялись, не хотели идти. Особенно к страшному, бородатому Дору. Но женщины нежно прижимали их к себе, что-то шептали, целовали в голову, плакали вместе с ними. И настойчиво подталкивали к мужчинам. Таков закон. Мужчины с мужчинами, женщины с женщинами. Так было, так будет всегда, пока две луны светят на ночном небе.
Обратно возвращались в молчании. Даже новые младшие успокоились, затихли. Небо уже начало светлеть, одна за другой исчезали на нем звезды. Крин смотрел на тот берег и вспоминал ярок-синие глаза Виры и её тихий шепот: «в другой раз». И уже знал, что будет ждать этого раза каждый день, а каждую ночь ему будет сниться то, что произошло этой ночью там, на другом берегу реки.
 --- Холодная ночь --- (анальный секс, групповой секс, минет, студенты)
Новый семестр только начался, постепенно втягивалась в учебный процесс после каникул. Снова адаптировалась к веселой студенческой жизни в общаге. Где много времени, общалась, ходила на вписки и вечеринки и много трахалась, особенно в морозные зимние дни, когда не очень хотелось без лишней необходимости выходить на улицу.
Легла в холодную постель, закуталась в одеяло. Общага практически уснула, изредка слышались какие-то шаги в коридоре. Мороз разрисовал окно своеобразными узорами, теперь оно напоминало картину, созданную художником на одну ночь, фонарь у входа красиво подсвечивал его, местами кристаллы льда красиво переливались какими-то холодными оттенками. Некоторые включали вентиляторы, от чего проводка часто замыкала. Комендантша несколько раз устраивала обыски, пугала выселением и другими санкциями. Повернулась к стене, потянула одеяло. Интересно, сколько здесь градусов 15—16, вряд ли больше. Слышала, как поскрипывала кровать соседки.
Постепенно становилось теплее тем более, что одела пижаму. Завтра первой парой лекция, может, проспать. В этой громадной аудитории снова придётся писать в перчатках. Мелкая дрожь пробежала по телу. Прикидывала, что лучше одеть. Хотелось выглядеть красиво, но и мерзнуть желания не возникало. Мысли путались, постепенно погружалась в сон.
— Илона, — услышала я тихий голос подружки. — Можно к тебе, мне очень холодно.
— А, — открыла глаз и во мраке комнаты видела силуэт соседки.
— Подвинься, — толкнула она меня в плечо и явно дрожала.
— Яна, — нехотя двинулась. — Почти уснула.
Подружка подняла моё одеяло и пустила холодный воздух, ловко забралась, укрылась и прижалась ко мне. Ощутила её дыхание, двинулась ближе к стене. Вспомнила громадную кровать из квартиры, где недавно трахалась со Светкой и мужчинами, мы там вчетвером спали и практически не теснились. Подружка пыталась лечь поудобнее, кровать прогибалась и скрипела.
— Чёрт, — вырвалось у меня, потянула одеяло к себе.
— Что-то не так? — уточнила Янка и практически легла.
— Руки грей, — недовольно буркнула ей.
Её холодные ладошки прижались к моей попе, показалось, что приложили лёд. Неужели, она и правда так замерзла. Вздохнула, мы с ней почти одного роста. Обе стройные, учились на одной специальности, только в разных группах. Яна — типична блондинка, симпатичная, красивая, сексуальная, но учеба ей давалась с трудом. Как-то дотянула до третьего курса. Она легонько водила по попе и бедру, еще плотнее прижалась ко мне. Ощущала её дыхание. Сон путался с каким-то возбуждением. Нас первый секс с ней начался практически так же, еще на первом курсе одной холодной осенней ночью оказались в моей кровати. Эти нежные прикосновения, смех, ласки, поцелуи, секс. Дня три потом не знали, как вести себя друг с дружкой, но потом поняли, что нам безумно понравились наши ласки.
Приятное тепло растекалось телом. Сама не понимала, почему моё тело так реагировало на прикосновение её нежных, игривых пальчиков. Яна молча лежала, но всё активнее гладила меня. Проскальзывала в промежность, моё дыхание участилось. Недавний сон практически развеялся, старалась не шевелится и не выдать себя. Знала, если проявлю слабость наши секс игры могут затянуться на час или больше, а тогда, точно, сонная пойду на первую пару. Подружка забралась под пижаму и водила по спине и боку. Хотелось её остановить, но другая часть требовала продолжения. Я не ласкалась с ней несколько дне. Пальчики нащупали мою грудь второго размера, специально повернулась чуть больше. Не хотелось, чтоб соседка дотронулась до торчащих сосков.
— Ты пахнешь сексом, — прошептала она мне на ушко и поцеловала его.
— Ну, у тебя и нюх, — отозвалась и пыталась не хихикнуть.
— Кажется, у тебя сперма в волосах осталась.
— Где? — дернулась и пыталась повернуться.
— Наверное, здесь, — она пропустила мои темные волосы между пальчиками. — Ага, — нащупала склеенное место.
— Чёрт! — недовольно сдвинула брови и скривилась.
— Ты с кем трахалась? — спросила Янка и пыталась осторожно разорвать.
— Со Степой, будь он не ладен, не хотела, но уговорил, что может больше и не встретимся, — глубоко вздохнула. — Ехал на Киев, всё равно у него пятый курс и сидеть здесь он не может. Зря, голову не помыла и так мочится не хотелось в такой холод.
— Куда он тебя трахал? — оживилась подруга и активнее целовала меня. — Сюда? — её рука нырнула под штаны и легонько пыталась нащупать дырочку ануса. — Или сюда? — пальцы скользнули по слегка влажным губкам.
— Яна! — повернулась на спину и прижалась к стене. — Не трогай.
— Разве тебе не нравится? — слегка обиженно звучал её голос.
В темноте смотрели друг на дружку. Она моргала своими длинными ресничками. Видела милые черты её личика, она снова хотела меня ласкать, но я остановила её руку. Она мотнула головой, наклонилась и наши губы коснулись. Сразу не ответила на её поцелуй, но устоять не смогла. Она нежно водила по моему бедру, влажные губы скользили, дыхание участилось. Потекла еще сильнее, старалась сдержать свои стоны. Яна покручивала головой, ткань приятно терлась об сосочек. Хлопнула дверь, в коридоре слышались шаги. Дернулась, подружка разорвала поцелуй и легла рядом. Держала меня за ладошку. Прошли рядом с нашей комнатой, показалось, что сейчас догадаются о наших мелких шалостях. Слышала удары своего сердца.
В темноте интерьер, выглядел еще более убого. Две кровати, старый разваливающий шкаф, стол у окна, две тумбочки, несколько полок на стенах. Стекло почти полностью покрылось узорами, теперь оно словно прятало наш разврат от стороннего взгляда. Разглядывала завитки, хотелось сделать фото, но вылазить из-под теплого одеяла так же не хотелось.
— Ты спишь? — тихо спросила подружка и легонька стиснула мою ладошку.
— С тобой разве уснешь, — буркнула ей в ответ, хотела забрать свою руку, но она не отпустила.
— Расскажи, что ни будь, у тебя хорошо получается, — Яна немного повернулась ко мне и поцеловала в щеку. — Не обижайся. Мне одной холодно, я не знаю, как ты не мерзнешь.
Пожала плечами, всегда холод переношу относительно нормально, покосилась на свою соседку. Она продолжала меня нежно целовать, её нога дотрагивалась моей. Жар возбуждения растекался по телу. Слегка поправила одеяло, кровать скрипнула. Всегда казалось, что она сломается, особенно когда еще на ней оказывались парни. Хотя за три года такое случилось только раз.
— Ты когда ни будь трахалась при родителях? — спросила она и прижалась ко мне, пыталась запустить мне руку под резинку штанов, но я её остановила.
— Случалось несколько раз, я домой редко кого приводила, всегда боялась такого. А, ты? — приятное тепло возбуждения растекалось телом, повернула голову в сторону подружки.
— Да, — она кивнула и улыбнулась. — Помнишь, как мы ласкались у меня в комнате?
— Ага, — вздохнула, вспомнила, ту сладкую ночь и жгучие ласки.
— Ты с парнями или с девушками?
— Одноклассница иногда ночевала, парни на ночь не оставались, так заходили. Но ограничивалось только минетом или в киску. Когда на море ездила, тогда устроила разврат, — дрожь волнами прокатилась телом, сердце забилось быстрее, Янка сильнее стиснула мою ладошку.
— Расскажи, — попросила меня соседка.
— Яна, давай спать, — пыталась уклонится от нашей беседы, широко зевнула.
— Ну, расскажи, прошу. — умоляла она и принялась меня целовать. — Что вы с ним делали? Как он тебя трахал? Вас застукали?
— Давай завтра, сделаем чай, сядем спокойно, — сонно говорила ей, закрыла глаза.
— Я теперь не усну, — подружка забралась в промежность и вдавливала влажную ткань между губками. — Мне очень интересно. Давно ты ездила?
— Еще до универа. Я с родителями поехала, а также их друзья с детьми. Почти две недели отдыхали. Море, солнце, пляж и много секса. Не знаю, чего нас тогда с ним понесло. Он на год меня старше. Как только могли, так и трахались, — сглотнула, снова от воспоминаний возбуждение нарастало, дырочка текла сильнее.
— Ты с ним встречалась? — уточнила соседка и продолжала меня поглаживать.
Отрицательно мотнула головой. Как-то и не задумывалась над таким вопросом. Наши семьи дружат достаточно длительное время, Андрея помню совсем малым, еще есть пару фото, как мы вместе играемся в песочнице. Хотя, до поездки на отдых, между нами, ничего не было, ловила на себе его взгляды, но это вполне нормально.
— Илона, — легонько толкнула меня в плечо и вывела из воспоминаний. — Уснула?
— С тобой разве уснешь, — вздохнула, легла поудобнее.
— Расскажи, как ты с ним начала и где ты с ним трахалась?
Повернулась чуть на бок, в мраке комнаты встретились взглядами. Яна легонько ласкала меня, положила руку на неё, водила по небольшой груди, прощупала её сосочек и легонько тискала, он терся об ткань её футболки. Соседка вздрогнула, тихий стон сорвался с её уст. Она наклонилась, мы нежно поцеловались, губки скользнули по моим, теплое дыхание, пустили в игру язычки, они неспеша кружились в игре похоти и разврата, звук поцелуя нарушал тишину ночи. Дырочка выделила порцию смазки, штаны полностью промокли. Хотелось избавится от мешающей одежды, покручивали головами в разные стороны, обхватывала губками её язычок, она мой. Снова нежно дотрагивались друг до дружки. Ощутила, как вздрогнула подружка.
Забралась её между ножек, нащупала влажные трусики. Сколько раз ей говорила купить теплую пижаму, обязательно подарю, жаль, что у неё день рождение летом. Нащупала бугорок клитора, легонько массировала его одним пальчиком. Яна задышала быстрее, сквозь поцелуй вырывались её сладкие стоны. Она мяла мою грудь, перемещалась между ними. Развела её ножки чуть шире, поднялась выше, натянулись ниточки слюны, под одело ворвался холодный воздух, опустилась обратно. Облизала губы, ногой ласкала её ножку. В коридоре слышались какие-то голоса. Насторожилась, старалась угадать с какой стороны приближаются звуки.
— Как у вас всё получилось? — вспомнила Яна о моей истории, вытерла рукой губы и подбородок. — Он тебя каждый день трахал?
— Ага, — кивнула и легла рядом, прислушивалась к звукам за дверью, кому еще кроме нас не спится.
— Классно, а как вы начали? Родители тоже рядом были? — соседка тихо шептала мне вопросы и водила пальчиком вокруг соска.
С коридора слышались выпившие голоса, кто-то явно хорошо посидел на вписке и теперь не мог попасть в свою комнату. Лишь бы только к нам не начали ломится, а может парни решили поискать кого можно трахнуть, мурашки пробежали по коже. Не хватало здесь только их. Уснут на кровати и потом не знаешь, как их выгнать. Это еще лучший вариант, про другие последствия злоупотребления спиртным даже не хотелось вспоминать. Кажется, они миновали нашу комнату, они так смешно бормотали, что хотелось засмеяться, но приходилось сдерживать себя. Янка легонько ущипнула меня за сосочек, перевела взгляд на неё.
— Родителей не было, — тихо рассказывала я. — Они пошли в ночной клуб, я с Андреем осталась, уложили его младшую сестру спать. Мы сели кино смотреть.
— Везет тебе на Андреев, — прервала мой рассказ соседка.
— Ага, — всё же хихикнула. — Даже два одновременно трахало. От три еще не было.
Видела, как улыбалась подружка, всё же поглаживала её бедро, дотрагивалась до промежности, ощущала влажные трусики. Сама так же текла от возбуждения и воспоминаний, стало слегка жарко, только немножко выставила ногу из-под одеяла, как быстро вернула её обратно.
— Продолжай, — Яна прижалась ко мне сильнее. — Давай в этом году вместе на море поедем на месяц или два, будем официантками работать по вечерам, день свободный. Знаешь сколько там классных парней. Я так два года отдыхаю и работаю.
— Посмотрим, — ногой обхватила её и легонько поглаживала. — Слушай тогда.
Остановились мы тогда в одном небольшом городке на берегу море, простой райцентр ничего особого. Ты знаешь, как на море, вдоль берега санатории и отели, несколько многоэтажек, куча разных баров и тому подобное. Мы тогда сняли второй этаж дома. На первом хозяева жили, на втором мы. Там три комнаты и как бы холл и кухня общая. Я с родителями в одной спала, а Андрей со своими и сестрой во второй разместились. Условия так себе, без кондиционера, мебель простенькая, но все чистенько и убрано. В саду нам все кушать разрешали. До моря минут пятнадцать пешком. На третий день наши родители решили сходить погулять в какой-то ночной клуб, нас соответственно не взяли. Мол такие развлечения только для взрослых.
Предки слиняли гулять, мы втроем остались, малая сразу спать не хотела, но как-то после одиннадцати она утряслась. Мы решили себя не обделять, наелись персиков, сели кино смотреть. Он хотел ужастик, но я их терпеть не могу. Сошлись на комедии «Цыпочка» как раз перед сном хорошо такое глянуть, посмеяться можно. Я уселась в кресло с ногами, на мне шорты и топ, лифа, точно, не было, а трусики и не помню какие. Слипы скорее всего. Уже стемнело, окна все открыли. Там комната приблизительно, как две наши в общаге. Холодильник стоял маленький, два кресла, шкафчики на шмотки, обои салатовые, с листочками. Телевизор, DVD плеер, диски разные. Несколько и порно фильмов нашли, но родители их забрали и отдали хозяевам.
Сидим смотрим фильм, смеёмся, Андрей ближе ко мне подвинулся. Он выше среднего, щуплый, темные волосы, как у меня. Вытянутое лицо, серые глаза, усики только расти у него начали. Смешно так смотрелось. Наши родители вечно шутили, что мол мы можем стать прекрасной парой, меня невесткой называли, а его зятем. Доставали с этими шутками страшно, особенно если большие компаниями собирались.
— Знакомо, знакомо, — перебила меня Яна и вздохнула. — У меня тоже такие женихи есть, даже сейчас. — Мне 21, а мои и дальше шутят. Малую, блин не трогают.
— Мои тоже, — хихикнула и поглаживала бедро подружки. — Сейчас реже, но всё равно, ели выпьют без таких шуточек не обходится.
— Давай тогда замуж побыстрее и отстанут, — засмеялись, соседка легонько толкнула меня коленом. — Как дальше у вас?
Сидим смотрим фильм, шутим по сюжету. Там парень с девушкой телами поменялись, забавно. Сама понимаешь сколько ощущений. Он сел совсем рядом, руку мне поглаживает. Я слегка возбудилась, сосочки торчат, через топ видно всё хорошо. Замечаю, что заглядывает, на нём светлая футболка с корабликом и шорты. В комнате только бра на стене у дверей светит. С улицу музыку слегка слышно.
— Если б мы с тобой телами поменялись, ты чтоб делала? — он спросил меня и вообще чуть ко мне в кресло не залез, но я его вытолкнула обратно.
— Не знаю, такое всё равно, только в кино, — скривилась и пожала плечами. — А, ты?
Он задумался, так улыбается загадочно. Конечно, само как-то в голову полезло, что он точно пошёл бы трахаться. Но озвучить ему свою мысль не решилась, дыхание участилось. Взглянула на его шорты, заметила, что бугор есть. Поглядывали друг на друга. Снова ко мне, на грудь мою смотрит, на свою. Подумала, что прикидывает, как бы ему с ней. В фильме, как раз девочки уговаривали парня показать им член и болтали о сексе.
— Слушай, может, — он слегка запинался. — Покажешь грудь.
Повернула голову в его сторону, экран телевизора освещал наши лица. В комнате становилось, то светлее, то темнее.
— Ты чего, сдурел! — нахмурилась и сдвинула брови, отвернулась к стене.
— Ну, покажи, тебе чего жалко.
— Отвали, придурок, — хотелось встать и уйти, но потом пусть он валит, кино смешное.
— Хочешь, я тебе член покажу, — нерешительно предложил он.
Повернула голову в его сторону, не ожидала от его него такого. Голым его до того момента еще не видела, ну там в плавках или одних шортах. Стало жарко, сглотнула, разглядывала, его руки, красные щеки, он прятал глаза, а руками перебирал край футболки. Хотелось посмотреть, но слегка испугалась, а вдруг родители вернуться или малая проснется, сама точно раскраснелась.
— Давай, — тихо согласилась и кивнула.
— Но, ты потом грудь покажешь, — выдвинул он своё условие и снова уставился на меня.
— Хорошо, но ты первый.
Он только вздохнул, поднялся с дивана. Теперь я смотрела только на него. Картинка на экране меня почти не волновала, даже сторонние звуки куда-то исчезли. Смотрела на парня, он топтался на месте, сунул пальцы под резинку шортов, водил там, но спустить не решался.
— Ты точно мне покажешь? Не обманешь? — пристально смотрел на меня.
Скривилась, чуть не хихикнула. Как-то не думала его обманывать, а в тот момент и сомнение появилось. Можно убежать в комнату и там закрыться, подуется день и всё. Забавно, зато посмотреть, какой у него инструмент. На тот момент столько еще их не видела. Мурашки пробежали по коже.
— Давай тогда одновременно, — он словно прочитал мои мысли. — Я опускаю, а ты подымаешь.
Хихикнула, не ожидала, что Андрей такой вариант предложит. Хотя пару раз я загорала топлес правда не при родителях. Взялась за края топа, снова пауза, села нормально. Казалось, что бугор еще больше, потекла еще сильнее, еще заметит, не хотела ему показывать своё возбуждение.
— Ну, — кивнула ему. — Давай не тяни. Сам предложил. Показывай.
— Только вместе с тобой. Я снимаю, — он слегка потянул шорты, оголился низ живота, показались волосы. — Давай!
Вздохнула, потянула топ, показывался край груди. Вначале выглядело всё просто, но теперь слегка стеснялась. Наблюдала за действиями парня, он смотрел на меня, но никто из на решался действовать дальше. Местами вспотела, открытое окно практически не охлаждало, хотелось окунуться в прохладном море. На пляже слышала, как две девушки беседовали, как они купались голыми и потом трахались на берегу. Знала, что родители ночью меня одну не отпустят.
— Чего застыл? — подгоняла Андрея и покачивалась на мягком кресле.
— А, ты? — видела, как он дрожал от волнения.
— Я всё покажу, но только после тебя.
— Девушек вперед пропускаю.
Хихикнула, так дальше и не решались. Ощущала, что теку. Обменивались взглядами, но старались смотреть в какую-то точку на стене. На улице проходила шумная компания, они пели песни и выкрикивали. Мурашки пробежали по коже, сердце колотилось. Казалось, кресло стало влажным.
— Слушай, а давай ты снимешь мне шорты, а я тебе топ, — предложил нерешительно парень. — Так всё без обмана получится. Согласна?
— И ты согласилась? — перебила меня Яна и поглаживала мою грудь. — Не испугалась?
— Немного, он у меня ж не первый, голых парней на тот момент видела и себя показывала. Здесь больше роль сыграл адреналин и возбуждение, увлеклись игрой, — сама толком не знала, как объяснить подружке свой поступок.
— Сразу перед ним разделась? — соседка больше повернулась в мою сторону. — Или сосать начала?
— Всё расскажу, — облизала губы, хотелось убрать руку подружки, забравшуюся под резинку штанов.
Она кивну и приготовилась слушать дальше. Слегка сбила меня с мысли, пальчик легонько скользил по влажным губкам, надавливал на набухший клитор. Инстинктивно покачивалась, хоть и пыталась себя сдержать, но устоять перед её ласками очень не просто. В додачу еще нахлынули воспоминания горячего отдыха и безудержного секса. Хотелось избавится от одеяла, но и боялась выпускать тепло.
Я поднялась, мы стояли друг на против друга. Он потянулся к моему топу, я к его шортам. Хотелось перевести всё на шутку и убежать, но его бугор манил. Глубоко дышали, его теплые руки коснулись моей кожи, он взялся за края, запустила свои пальцы под резинку его шортов. Меня трясло от возбуждения и страха, между ножками стало совсем мокро. Всё же он набрался храбрости и решительности, и первым потянул мой топ. Дёрнула его шорты, они свались по ногам почти на пол. Эрегированный 15—16 сантиметровый орган вырвался на свободу. Легкая растительность, белая полоска от загара бросалась в глаза. Вытянутая головка, не большие подтянутые яйца, разглядывала неровности на коже. Телевизор менял оттенки, казалось, что она реагирует на всё происходящего.
— Так не честно, — прервал Андрей моё любование его инструментом. — Я тебе всё показал, а твою грудь толком не рассмотрел, — обиженно смотрел на меня. — Покажи больше, — глазами указал на мои шорты. — Давай полностью разденемся.
— Вдруг родители вернуться, — взглянула на дверь, не ожидала от него такого, нервно сглотнула. — А, если малая проснется.
— Они раньше полуночи точно не придут. Идём в вашу комнату, сестра туда точно не зайдёт, — он взял меня за руку, избавился от шортов. — Пошли, — дернул меня.
Не успела отреагировать, просто шагала за ним. Прошли в спальню, там тоже всё просто, двуспальная кровать, кресло, которое раскладывалось, на нём спала я мы его так и не собирали. Шкаф в уголке, тумбочки, небольшой комод. Через маленькое окно, комнату освещали огни вечернего города. Слышалось диалоги из фильма. Он снова потянулся ко мне, но отошла назад, Андрей подошел, но я, улыбаясь сделала шаг назад и уперлась спиной в стену. Хихикнула, понимала, что отступать некуда. Хищник поймал свою жертву, сейчас он скушает меня. Попыталась увернуться, но он прижал меня.
— Ты чего? Мы, же договаривались с тобой, — обижено произнёс он и пытался ухватится за топ. — Ну, давай. Я тебе всё показал, а ты?
Хихикнула еще раз, чисто формально крутилась, мне нравились его прикосновения, как он перехватывал мои руки. Моментами оба смеялись, он хватал меня то за шорты, то за топ, но я крутилась и снять их у Андрюши не получалось.
— Илона, перестань! — он нахмурился, видно, ему надоели мои игры. — Сейчас малую разбудим, и она расскажет всё родителям, что мы дрались.
Он прижал мои руки к стене. Глубоко дышали, его ствол мило покачивался. эротические рассказы Захотелось его ухватить, ощутить в себе. Слегка испугалась таких желаний. Не скажу, что не думала о нём раньше, но больше относилась к нему, как к другу. Он кивнул мне, я дальше хихикала.
— Я тебя отпущу, и ты всё покажешь. Мы же договаривались. От и верь после всего девочкам.
Игриво показала ему языка, он сильнее стиснул мои запястья. Скривилась от боли, захотелось ему врезать. Обменялись гневными взглядами.
— Обманщица, больше не буду тебя катать на матрасе и надувать его каждый день, — он топнул ногой. — И по мороженное будешь сама бегать.
Нахмурилась и опустила глаза, чувства путались. Не знала, как лучше поступить. Где-то взорвался фейерверк, дёрнулась от испуга, выглядывала в окно, но ничего не видела. Слышала только выстрелы, крики девушек, ночное небо становилось не таким темным.
— Пусти! — дёрнула руку и пыталась освободится.
— Отпущу, если всё покажешь. Мы же договорились, — он прижался ко мне, член уперся мне в живот, ощутила, как смазка размазалась по телу.
— Ладно, покажу, — вздохнула и кивнула головой. — Пускай, давай.
— Точно? — переспросил он и старался мне посмотреть в глаза, выстрелы прекратились, всё стихло.
— Да, пускай, — дёрнула руку и освободилась.
Он сам отпустил вторую, но не отходил. Потёрла места, где он меня держал, вздрогнула, прикидывала варианты, как от него убежать, но понимала, что вряд ли у меня получится. Взялась за края топа потянула его и сняла. Андрей довольно облизался, разглядывал мои холмики, небольшие, торчащие, розовые сосочки. Обменялись взглядами, поправила волосы.
— Хорошо, а дальше, — трудно произнес парень и кивнул на мои шорты.
— Может, хватит? — вопросительно смотрела на него, игриво водила пальчиками под резинкой.
— Ничего не хватит, снимай. Мы же договорились.
— Ты ж еще не голый, — намекнула на его футболку. — Ты первый.
Он долго не раздумывал, снял с себя её и кинул на пол. Снова уставился на меня, но я так быстро не решалась. Его потянула свои шорты и трусики.
— Илона, смелее, — подгонял он меня и снова нервничал.
Хотелось его позлить, игриво виляла бёдрами, грудь красиво покачивалась. Корчила ему какие-то гримасы, разглядывала его член, он мне еще толще показался. Сейчас еще лопнет от возбуждения, на головке образовалась большая капля смазки, хотелось её лизнуть. Сама увлажнилась еще больше.
— Он набросился на тебя? — спросила Яна и стаскивала мои штаны, прогнулась больше и освободила одну ногу.
— Нет, но тоже думала, что может. Он тогда весь раскраснелся, его аж трясло. Главное ж еще малая спала, плюс хозяева дома на первом этаже. Лишний шум подымать не хотелось, — ощутила, как пальчик подружки погружался в мою текущую дырочку, слышала чавкающие звуки. — Ох, — вырвалось у меня.
— Хорошо так? — соседка задвигалась быстрее.
— Я, не смогу, — произносила с паузами. — Рассказывать дальше, — тихо постанывала.
Подружка сбавила темп движений своих пальчиков, легонько поцеловались, губы нежно скользили, обе глубоко дышали, поглаживала подружку. Сдвинула полоску её трусиков в сторону, легонько проникла в неё. Яна задрожала, она текла не меньше меня. Надавливала на стеночку её влагалища, в ней так мокро и тепло.
— Что у вас дальше произошло? — тихо пробормотала она сквозь поцелуй. — Ты ему сама дала?
— Сама, но после той ночи, ни один день у нас без секса не обходился. Сама не знаю, как тогда не залетела, пронесло как-то, а то б дошутились про невестушку.
Обе хихикнули, подружка легонько ласкала меня, а я её. В такой позе не очень удобно, но двигали пальцами, как у нас получалось. Волны наслаждения прокатывались по телу, хотелось просто кончить, а не вести нашу развратную беседу.
— Как у вас дальше получилось? — подружка нежно целовала мой подбородок и шею.
Снова сконцентрировалась на своих воспоминаниях. Перенеслась в ту жаркую летнюю ночь. Спустила шорты чуть больше, Андрей довольно улыбался и жестом показал мне не останавливаться. Они скользнули по попе, показался лобок, набухшие, блестящие от выделений губки. Сглотнула, дрожала от волнения, не знаю почему его стеснялась. Они скользнули по ногам и упали на пол. Выступила из них. Хотелось прикрыться, но так и стояла, он разглядывал меня. Текла еще больше, капелька покатилась по бедру, стало жарко, показалось, что вся кожа пылала, словно голой оказалась в пустыне и сейчас сгорю под лучами пылающего солнца.
Парень подошёл, теперь сама не понимала, что он хочет со мной сделать, поцеловать, прикоснуться, схватить меня и трахнуть прямо у стены. Нервно сглотнула, его орган манил, самой хотелось за него ухватится, ощутить в себе. Сама пугалась своих желаний, не думала, что я настолько завелась. Сама потянула руку и обхватила его ствол. Андрей дёрнулся, он не ожидал такого, но я легонько водила ладошкой. Он тогда обнял меня, водил по загорелой коже, белые груди, промежность и попа слегка портили общую картину. Хотелось макнуть кисточку в краску и довести своё тело до совершенства. Парень всё же коснулся моей груди, нерешительно мял её, ласкал твердый сосочек. Импульсы блаженства потоком пронеслись по телу.
— Можно, тебя там потрогать, — он указал глазами на мою промежность.
— Да, — тихо ответила ему и чувствовала, как дергается его член.
— Ты очень красивая, — он скользнул и водил по мокрым губкам. — Ох, как у тебя мокро.
Покраснела еще больше, он осторожно водил, надавливал на клитор. Тихо вздохнула, он прижал меня к себе. Поцеловал в щеку, мял попу. Сама гладила его спину. Он сместился на грудь, губы обхватили сосок, втягивали его в рот. Сильнее стиснула зубы, он слегка неумело ласкал меня.
— Пошли на кровать, — тихо произнес он и потянул меня.
Ничего ему не ответила. Мы легли, вся дрожала, жар волнами прокатывался по телу. С минуту просто смотрели друг на дружку, он гладил мою грудь. Лежала и наслаждалась, сама не поняла, как наша игра зашла так далеко. Его горяча ладонь изучала изгибы моего тела, покачивалась ему на встречу. Он поднялся, шире развел мои ножки, водил по промежности, бёдрам, растирал мои выделения. Хотелось, чтоб он вошёл в меня, но попросить его я не решалась. Андрей наклонился, член коснулся меня, вздрогнула и застонала, головка легко проникла в текущую дырочку. Не ожидала такого, вцепилась в покрывало.
Парень покачивался, дырочка плотно обхватила его член, тела тихо шлепали, киска издавала чавкающие звуки. Он слегка осмелел и задвигался быстрее. Тихие стоны срывались с моего ротика, кровать поскрипывала. Ощущения путались, не знала, как реагировать. Встретилась с ним взглядом, он наклонился и поцеловал меня в губы. Толчки стали еще сильнее и резче, Андрей жадно целовал меня, чувствовала его горячей дыхание. Его трясло не меньше, чем меня.
— Не смей внутрь кончить, — со стонами пробормотала я.
Он взглянул на меня, но никак не отреагировал. Продолжал трахать меня, сама глубоко дышала, покрылась капельками пота. Парень дернулся вытащил свой член и на меня брызнула струя спермы, за ней вторая, она попала мне на живот, бёдра, промежность. Капли летели на постель. Сейчас вернуться родители, как им сюда ложиться, толкнула его в плечо. Андрей улегся рядом, взял меня за руку и глубоко дышал.
— Кайф, какой кайф, — тихо шептал он почти мне на ухо. — Тебе понравилось?
Просто кивнула, хотя сама не кончила, смотрела на белую жидкость на своём теле. В пупке образовалось целое море. Скривилась, осмотрелась по сторонам, хотелось чем-то вытереться, но под руку ничего не попадалось. Тоненькие ручейки стекали по бёдрам.
— Принеси полотенце, — попросила его и старалась ладошкой не дать капать семени на кровать. — Давай быстрее.
— Ладно, — он нехотя поднялся, разглядывал меня.
— Чёрт, — не стой давай быстрее, погрозила ему кулаком.
Парень неспеша вышел из комнаты. Я так и не шевелилась, боялась, что всё пролью на постель родителей. Жар прокатился по коже, вспотела ещё больше. Возбуждения и похоть, сменились, на какой-то страх. Хотелось вскочить, но понимала, что я всё кругом перепачкаю. Позвать Андрея, но кричать не могла. Он спокойно вошёл в спальню, еще раз смерил меня взглядом.
— Держи, — кинул мне рулон бумажных полотенц, подошел и сел на кровать, поглаживал мою ногу. — Хочешь продолжения?
Сердито взглянула на него, старалась смокнуть всю сперму с живота, вытерла промежность и бёдра. Он и дальше спокойно гладил меня, наблюдал, как я привожу себя в порядок. Возникло желание сейчас швырнуть мокрое полотенце ему в лицо, но не решилась. Просто положила его на пол у кровати. Андрей развел ножки шире и водил по влажным бёдрам, дотрагивался, до промежности, не забывал о клиторе. Тихо постанывала, выгибалась ему на встречу. Казалось, что покрывало мокрое, точно родители что-то заподозрят. Но мне хотелось кончить.
Парень забрался на кровать. Теперь он мог ласкать всё моё тело, его член снова набирал сил*. Я не противилась его ласкам, закрыла глаза и наслаждалась. Тихо постанывала, он проникал пальцами в меня, вводил их и в попу. Изучал мои дырочки, они пульсировали, текла еще сильнее, подомной и так мокро. Что-то уткнулась мне в губы, открыла глаза. Обхватила головку, ощутила в ротике вкус спермы и своих выделений. Андрей слегка покачивался, игралась язычком с головкой, подняла руку и поглаживала парня. Наклонила голову и покачивала ей, на щеках образовались ямочки. Он протянул руку и легонько массировал мой клитор. Рот заполнился слюной и у меня нормально сглотнуть не получалось, она выступала и стекала по щекам. Слегка закашлялась.
— Всё нормально? — спросил он, наклонился и лёг рядом, ладонь моментально оказалась у меня на груди.
— Да, — старалась не кашлять сильно громко. — Не туда попало.
— Хочешь еще? — уточнил он и водил пальцами по промежности.
— Ага, — улыбнулась и кивнула. — Только презерватив возьми. Подай мен сумочку, — попросила его и указала на свою сумку, лежащую в уголке комнаты.
Андрей нехотя поднялся, поглядывал на моё голое тело. Он взял мою сумочку и швырнул мне на кровать. Крикнула б на него, но желание кончить сыграло большую роль. Открыла боковой кармашек, достала и протянула ему упаковку. Легла поудобнее и наблюдала за ним. Он смешно покрутил квадратик, осторожно разорвал упаковку, раскатал защиту на стоящий ствол. Облизала губы, сама раздвинула ножки. Дрожала от возбуждения и похоти. Киска текла, слегка потеряла ориентацию во времени. Сейчас с ним трахнусь, уберу комнату, приму душ и как примерная девочка лягу спать до возвращения наших родителей.
Его теплы руки коснулись моих бёдер, приятно скользили по нежной коже. Дыхание участилось, машинально покачивалась, пальчики так и тянулись к заветному месту удовольствия. Хотела поторопить его, но просто наслаждалась, он закинул мои ноги себе на плечи, ласкал промежность, проникал то в одну, то во вторую дырочку. Вцепилась в покрывало и постанывала, закрыла глаза, сильнее стиснула зубы. С улицы снова слышались какие-то крики. Тело покрылось капельками пота. Он прислонил свой орган и надавливал, но войти в попу с первого раза у него не получилось. Член проскальзывал то вниз, то проникал в текущую киску. Наблюдала за его попытками, вся дрожала.
— Давай быстрее, — подогнала своего неумелого партнера. — Родители еще придут и нас за таким застукают.
— Сейчас, — сердито отозвался он и пытался пристроить свой инструмент.
— Быстрее, — простонала я и инстинктивно покачивалась.
Словила на себе его взгляд, он ближе потянул меня к себе. Надавил и головка проскользнула в мою кишку. Раздался приглушенный крик, легкая боль пронеслась телом. Ощущала, как его ствол погружается в мои внутренности. Глубоко дышала, сама легонько покручивала свои соски. Андрей слегка покачивался, старался глубже проникать в мои внутренности. Он наклонился, встретилась с ним взглядом. Скорость и амплитуда толчков увеличивалась. Пыталась громко не стонать, но не знаю на сколько у меня получалось. Кровать тихо поскрипывала, раздавались приглушенные шлепки тел.
Не заметила, как мои пальчики оказались на клиторе. Легонько массировала бугорок удовольствия. Волны наслаждения проносились по телу. Парень, как мог трахал мою попу. Стеночки плотно обхватили его орган, Андрюша раскраснелся, его ноздри раздувались, он ртом хватал воздух. Сама выгибалась и тряслась. Возбуждения сказалось, и волна оргазма овладела мною. Всё завертелось, я словно парила с ним в ночном небе, разноцветные звезды наблюдали за нашим совокуплением. Они проносились совсем рядом, казалось, что я смогу ухватить. Вертела головой, дырочки пульсировали. Ощутила его ладонь у себя на губах.
— Тише, тише, — звучал его голос, словно гром, дернулась, ощущения путались. — Малую разбудишь.
Моргала ресничками, вернулась к реальности, повернула голову в сторону окна, жар возбуждения и похоти растекалась телом. Только сейчас заметила, что вся покрылась потом, ощущала легкий сквозняк из приоткрытой двери. Андрей задвигался еще быстрее, что-то бормотал себе под нос, убрал свою ладонь. Тихо постанывала, кровать скрипела еще сильнее, что-то стучало в тумбочке. Как могла старалась контролировать себя, но не уверена, что у меня получалось. Его толчки становились еще сильнее, орган вываливался, он возвращал его то в киску, то попадал в попу. Меня снова трясло и второй оргазм накрыл меня, провалилась словно в параллельный мир наслаждения. Потеряла связь с реальностью.
Андрей пыхтел, но продержался не долго. Свалился на меня, что-то шептал на ушко, целовал, поглаживал щеку и волосы. Я дальше наслаждалась своим оргазмом. Ощущала, как его орган постепенно уменьшался, а мне так не хотелось осознавать всё произошедшее. Толкнула его в плечо, он повернулся на бок и лёг рядом. Стало легче дышать. Почувствовала какую-то пустоту в дырочках. Знала, что нужно вставать, но так не хотелось.
— Сколько сейчас времени? — спросила его и поправила волосы, хотела убрать руку с груди, но он мне не дал.
— Не знаю, рядом с тобой времени не замечаю, — хихикнула, а он продолжал покручивать мой сосочек.
— Хочешь, чтоб все узнали, чем мы занимались, — попробовала подняться, но он мне не дал.
— Давай ещё раз. Я у меня почти снова стоит, — он взял ладошку и положил её на подымающийся член.
— Блин, Андрей, ты нормальный! Вставай, — вывернулась и поднялась, голова слегка закружилась, ноги дрожали. — Вставай, чего разлегся, — шлёпнула его по попе. — Ты проблем хочешь?
— Нет, — он повернулся на спину. — Завтра повторим?
Взглянула на него, сглотнула, не знала, что ему ответить. По ножка покатилась смазка, подсохшая сперма напоминала о себе. Разглядывала его тело, торчащий член, презерватив со спермой.
— И что ты ему сказала? — Яна тихо напомнила о себе и легонько ласкала мою киску.
— Согласилась, — глубоко вздохнула и покачивалась. — Мы потом с ним трахались, как только у нас получалось. Не знаю, как нас родители не застукали, а может, что-то и подозревали, но сами старались погулять и решили не обращать внимания на наши шалости.
— Вы при них трахались? — соседка прижалась ко мне и нежно целовала в щечку.
— Да, — простонала ей в ответ, старалась нанизаться на её пальчики. — На пляже, к примеру, заходили в воду по шею, он прижимался ко мне, отодвигали трусики и трахались. Бывало, рядом кто-то проплывал. Смотришь на всех, они словно знают, чем мы занимаемся. Адреналин такой, хорошо, что он меня держал, а то б утонула.
— Ого! — вырвалось у подружки. — Вы даёте!
Улыбнулась, в памяти крутились моменты нашего секса. Сама не понимала, как соглашалась с ним на такое. Обе глубоко дышали, старались ласкать наши разогретые страстью и похотью тела. Наши дырочки сильно текли. В коридоре слышались шаги. Может, кто-то из парней. Прислушивалась к звукам, сейчас бы обрадовалась их визиту. Дырочки пульсировали и требовали крепкого и твёрдого члена. Нервно сглотнула, не верилось, что подумала о таком. Слегка вспотела, не смотря, на то, что в комнате вряд ли больше пятнадцати градусов.
— Где он тебя еще трахал? — спросила Яна, и мы нежно целовались.
— Сосала в кабинке для переодевания на пляже, но мы быстро справились, очередь на нас слегка косо поглядывала. В тот момент, как-то всё равно было, что они о нас думали. Еще ходили в одно кафе на мороженое, а потом в туалете, — становилось говорить всё сложнее, голос дрожал и моментами переходил на стон. — Использовали каждую возможность. Потом по дороге назад еще и в поезде умудрялись.
Тишину комнаты нарушали звуки нашего поцелуя и стоны. Слышались чавканья дырочек, только не могла понять моей или её. Поправила одеяло, немного пустила под него холодного воздуха. Губки нежно и ласково соприкасались. Услышали, как за стеной заскрипела кровать, слегка насторожились. Хлопнула соседняя дверь, скорее всего кто-то из соседок вышел освежится. Мелкая дрожь пронеслась по коже.
— У тебя что-то подобное случалось? — поинтересовалась у соседки и поглаживала её горячее тела.
— Да, но не так красиво всё вышло, как у тебя, — с паузами отвечала мне Янка, мы прижались и терлись друг об дружку. — Меня два парня трахнуло.
Подружка замолчала, мне очень хотелось кончить. Сон куда-то пропал, мяла её попу и проникала в текущую дырочку, она как могла массировала стеночку моего влагалища. Если б она ускорилась, однозначно сразу б кончила.
— Ян, расскажи, ну... — старалась целовать её носик и щеку. — Я ж тебе рассказала о своих приключениях на море.
Снова тишина, хотелось заглянуть ей в глаза, но у меня не очень получалось. Жар страсти, между нами, готов в каждую секунду перерасти в пламя похоти и разврата. Мы извивались на кровати и текли.
— Прошу, мне ж интересно, — нащупала сквозь футболку сосочек и нежно его покручивала.
— Хорошо, — согласилась она и глубоко выдохнула. — Тогда слушай.
Я улыбнулась и довольно закивала. Соседняя дверь закрылась, слышала, как скрипит кровать. Хихикнули, на общую тишину звуки казались какими-то смешными. Днём такое вообще не слышно. Подружка начала свой рассказ.
Я с со своими раз поехала на свадьбу в одно село. Малую не взяли и отправили к бабушке. Еще на улице тепло, начало сентябре. Обычная сельская свадьба на два дня, всё в шалаше, танцы на улице. Народу собралось человек триста, а может и больше. Такое впечатление, что всё село гуляло. Темнеть начало, холодно стало. Я тогда в одном коротком светло-коричневом платье и колготках. Мои решили, чтоб я не мёрзла отправить меня на ночлег, а нас поселили в каком-то доме. Родня какая-то, я толком даже не поняла. Мы там свои вещи оставили. Меня отец проводил туда и вернулся обратно.
Дом сам не большой, две комнаты. В одной общая, во второй спальня. Там только их сын дома с другом. Познакомилась с ними, уселись телевизор смотреть. Тишина установилась. Узнала, что сына зовут Стас, щуплый, не высокий, темные волосы, округлая голова, нос не большой, одна губа, казалась больше другой. Замечаю, что она на меня смотрит. На нём спортивные зеленые штаны и синя футболка. С другом своим шепчутся, тот светленький, весь в прыщах, круглолицый такой, веснушки. Он в серых шортах и... Яна сделала паузу и задумалась.
— Да ладно, не столь важно, ты сама им себя предложила? — перебила рассказ подружки и принялась стаскивать с неё насквозь промокшие трусики.
— Ты чего! — возмутилась Яна и выгибалась, что б я смогла их с неё стянуть. — Я ж их вообще не знала, первый раз видела. В любой момент кто-то мог из взрослых вернуться.
— Они приставать начали? — стянула с неё трусики и получила удобный доступ к её дырочкам, мы легонько покачивались и терлись текущими кисками.
— Ну, как бы и нет. Слушай!
Смотрели какую-то фантастику. Там тюрьма, ну и показывали, как девушки голые моются. Парни переглядывались, слегка оживились. Да и понятно, перекинулись парой общих фраз. Решила с ними не сидеть, а пойти ложится. Кровати нам его мама показала. Спальня на две части шторкой разделялась. Такая в цветочки. В это части за шторкой две кровати, и в другой получалось одна, но побольше. Зашла за шторку, она жёлтая с красными цветочками. Закрылась, покрывало с кровати собрала. Окно получалось в другой части, там столик не большой, книжки разные, учебники, тетрадки. Открыла одну посмотрела, как пишет.
Слышу парни шепчутся, показалось рядом. Насторожилась, подумала выглянуть, но побоялась. Села на кровать, спать не очень хотелось. Еще в районе десяти, на стене плакаты Месси и Рональдо. Симпатичные, с такими я б погуляла. Не то что эти двое, поправила подушку села на кровать. Достала из сумочки телефон, ленту новостей пролистала, но интернет с напрягом работает. Посердилась про себя, взяла нашу сумку, достала розовую футболку с пони из мультика. Нам с малой одинаковые купили, ну футболки одинаковые, а героини на футболка разные. У меня с Пинки и шариками.
Снова поднялась, расстегнула замок на платье. Кажется, снова парни шепчутся. Даже шторка качнулась, повернулась смотрю. Шагнула, пол скрипит, но тишина. Слышу только телевизор. Потянула стул, осторожно сняла платье, положила его. Принялась кружевной лиф расстегивать, новое бельё мне специально мама купила под платье. Разделась полностью, нагнулась, из сумочки обычные трусики достала. Поднялась верчу их в руках. Здесь резко из-за шторы вваливается Стас. Аж подскочила, он на меня смотри, я на него. Слышу Илья смеётся, впихнул его. Машинально прикрылась, оба красные стали. Он поднялся, вижу бугор на его штанах.
— Ну, это... — он не знал, как оправдываться, разглядывал меня. — Это всё Илья, — указал рукой в сторону.
Так и стояла, не знала, крикнуть ему или нет. Чувствую руки дрожат, паника какая-то началась. Дырочка увлажнилась, по-своему заводит, что они за мной подсматривали. Сердце просто выскакивало. Шторка снова ходит, там темно, наверное, Илья заглядывает. Дрожу вся, жарко стало. Стас стоит никуда не уходит, только штаны поправил. Второй голову сунул, на меня взглянул, затем на друга.
— Чем вы здесь занимаетесь? Меня к себе возьмёте? — не дожидаясь нашего ответа он сам заглянул. — Можешь не прикрываться, мы и так всё прекрасно рассмотрели, толкнул Стаса. — Как она тебе?
Парни переглянулись, их члены так и просились наружу. Повернулась чуть в сторону, потянулась за трусиками, думала, запрыгнуть под одеяло и там одеть их на себя.
— Покрутись, — предложил Илья, наклонился, прикрыл рукой и что-то шептал другу на ухо. — Хочешь на нас тоже посмотреть? Видела голых мал*чиков?
— На тот момент ты видела? — снова поставила подружке свой вопрос, представляла её голую перед двумя парнями. — Ты ж говорила, что еще в школе трахаться начала.
— Видела, но у меня в основном одни и те же, это тебя в селе одни, в городе другие трахали. Эти вообще свалились, как снег на голову. В кино через камеры подсматривали, а здесь смелости набрались, — Яна постанывала, а я всё активнее работала пальчиками в её промежности. — Испугалась еще, а если б мои или его родители пришли б, а я стою голая.
— Ты ж их не прогнала? — сама дрожала от возбуждения, очень хотелось кончить.
— Нет, — голос подружки дрожал и смешивался с тихими стонами. — Испугалась их и не знала, что делать.
— Рассказывай дальше, — поцеловала её в щеку и легонько терлась об её бедро.
Я двинулась к кровати, но Илья остановил меня. Потянулась к платью, но здесь сразу оказался Стас. Испугано смотрела на них, они просто улыбались. Бугры стали еще больше. Хотелось заплакать, но просто стояла.
— Не бойся, — Илья протянул руку и поглаживал моё плечо. — Ты очень хорошенькая. Давай быстро развлечемся, сейчас никого нету, — он стянул с себя футболку и кинул её на кровать. — Мы тебе разве не нравимся?
Оценила их, но ничего не сказала. Он потянул шорты, и они скользнули по его ногам. Он толкнул Стаса и тот тоже начал раздеваться. Вся тряслась, хотелось выгнать их накричать, а с другой стороны, они меня манили. Еще до этого момента ни разу не была с двумя одновременно. Взглянула на 16 сантиметровый член Ильи, светлые волосы на его яйцах, головка слегка приплюснута, капля смазки в любой момент готова упасть на пол. Стас поглядывал на своего друга, но всё же решился избавится от одежды. Выделялись мышцы на прессе, орган у него не очень большой в районе 15 сантиметров, немного загнут в лево, яйца, я б сказала, чуть больше, но головка вытянутая. Он легонько дёргал его.
Илья осмелел, лапал мою грудь, тискал попу. Чисто формально отбивалась, но особо его ласкам не противилась. От всего потекла сама. Раскраснелась, на улице крики какие-то. Страшно, что сейчас, точно, застукают. Мои не знали, о моих похождениях, а увидят с двумя. Никуда больше не пустят, еще и денег на мелкие расходы не дадут. Стас тоже подошёл, теперь они оба меня тискали, их стволы покачивались, хотелось взять в ладошки, но боялась, так и крутила в руках трусики. Ладони вспотели, вся дрожала и текла. Их руки изучали моё тело, проникали в промежность, проводили по клитору, мяли грудь и попу. Тихо постанывала, глубоко дышала.
— А, ты не хотела, — Илья прижался ко мне с зада и ощутила, как его пенис уперся мне в спину. — Вон как течёшь, — палец проскользнул в меня и надавливал на стеночку. — Хочешь нас потрогать?
Дернулась, сделала шаг в сторону, но уперлась в кровать. Переглянулась с ними, стало жарко, казалось, что хотела их послать, крикнуть, но просто стояла. Парни слегка осмелели, проникали в меня пальцами, киска чавкала. Не сдержалась и постанывала. Сама не поняла, как оказалась на кровати. Видела слегка пожелтевший потолок, ковёр на противоположной стене. Илья навис домной, он шире развел мои ножки, головка коснулась и легко проскользнула в дырочку. Вздрогнула, вскрикнула, отпустила трусики. Кровать поскрипывала, закрыла глаза.
Стас ткнул мне в губы свой член, сама не поняла, как его обхватила губками. Ощутила слегка горьковатый привкус, он покачивался, язычком водила по стволу, рот заполнился слюной, и она стекала по щекам. Чувства смешивались, страх, возбуждения, удовольствие от проникновения. Парни мяли мою грудь, сосала активнее, орган пульсировал в ротике, казалось, что в любой момент готов разрядится. Всё тряслось, звуки смешивались, в глубине создания зарождался оргазм. Стас дёрнулся, и струя спермы ударила мне в губы, попала на щеку, на шею. Белая жидкость стекала по коже и капала на подушку. Мои стоны становились всё громче. Парни посмеивались, Илья ускорился, проникал в меня на всю длину своего инструмента.
Вскрикнула, стало сразу так хорошо и легко. Забыла обо всём, полностью расслабилась. Илья продержался недолго, вытащил свой член и поливал мою промежность спермой. Хорошо, что в меня не слил. У меня тогда и таблеток при себе не было, о презервативах, как-то тоже не подумали. Он свалился рядом и лежит, бормочет что-то на ухо. Улыбаюсь ему, киваю, он меня лапает. Постепенно в себя прихожу.
— Стас, принеси чем-то вытереться, — попросила его и старалась пальцем собрать его семя у себя со щеки.
— Полотенце подойдёт? — уточнил он и водил пальцами по стволу.
— Ага, — кивнула ему и вздохнула, вся спина вспотела.
Он скрылся за шторкой. Илья мял мою грудь и покручивал сосок. Взял мою руку. И положил себе на член. Обхватила его и легонько водила, ладошка плавно скользила. Орган отзывался пульсацией и набирал сил*. Вернулся Стас и протянул мне белое кухонное полотенце. Принялась стирать сперму. От него пахло чем-то жареным. Сначала с лица, затем наклонилась и вытирала киску, промежность, бёдра, животик. Ткань приятно тёрлась об набухшие губки и клитор. Левой рукой перебирала волосы, нащупала в них мокрое место.
— Запрыгивай, — поманил меня к себе Илья. — Ты же хочешь еще.
— Презервативов у вас нету? — разглядывала себя в поисках остатков спермы.
— Стас? — он вопросительно взглянул на друга.
Тот снова скрылся за шторкой. Положила мокрое полотенце у кровати. Илья приподнял свой орган и потряс им.
— Пососи, — попросил он и поднял свой член вертикально.
Перекинула волосы на одну сторону, наклонилась и обхватила его губками. Он сразу отозвался на мои ласки. Жар волнами прокатился по телу, в ротике ощутила вкус спермы, он пульсировал и дергался, на щеках образовались ямочки. Особо не старалась, парень покачивался мне на встречу. Матрас поскрипывал, вернулся Стас и протянул резинку своему другу. Услышала, как порвалась упаковка, за ней другая.
Выпустила ствол, от него потянулись ниточки слюны. Смахнула их рукой, несколько раз сглотнула. Парень раскатал защиту и поманил меня к себе. Кожа подсохла, снова испугалась, вдруг родители что-то заподозрят. Запрыгнула на его ствол, он легко вошёл в меня. Вздохнула, смотрела на его прыщавое лицо. Как-то покачивались вместе. Тихо постанывала, тела шлепали, кровать скрипела еще больше. Стас забрался к нам, пытался толкнуть мне член в губы, но я не хотела ему сосать, обхватила его и водила ладошкой.
— Ты ей в зад вставь, чего дырка пустовать будет, — предложил Илья и потянул меня к себе.
Хотела запротестовать, но через стоны толком ничего произнести не могла, получалось не совсем разборчиво. Стаса долго просить не пришлось, он сразу пристроился ко мне. Возился, надавливал мне на спину, пробовал ввести кол в мой зад, но у него не очень получалось. Проскальзывало, по влажной промежности. Илья двигался еще быстрее, вздрагивала, дырочки пульсировали. Звуки секса заполнили небольшую комнату. Парню толком не получалось ввести мне в попу, проникала только головка, но не полностью. Он очень старался мне засадить, но нормально у него не получалось. Мои стоны становились всё громче, встретилась взглядом с Ильёй. Он мне довольно улыбнулся. Изображал какие-то рожицы удовольствия.
Издала звуки наслаждения, свалилась на его горячее тело, он старался резче вталкивать свой кол в меня. Стасу удалось хоть как-то войти в мою вторую дырочку. Он двигался очень быстро, но не глубоко. Ощущала, как член двигались во мне. Казалось, оргазм стал еще сильнее. Илья поцеловал меня в щеку, затрясся и сопел. Дыхание обжигало щеку. Стас продолжал дёргаться, он только и не проник в меня, но ему хватило. Закряхтел, сам еще лёг на меня. Казалось, что они меня раздавят. Слышалось только наше дыхание. Слегка доносились звуки телевизора.
— Прикольно, — старалась больше тереться об подружку, она отвечала мне тем же. — Вы дальше продолжили или всё?
— На второй день повторили. Я сбежала со свадьбы, и мы трахались у Ильи в летней кухне. Он мне в попу хорошо вставил, они поменялись, — ощутила, как дрожала подружка, говорить ей становилось всё труднее.
— Развратница, — прошептала ей на ушко и целовала соседку.
Мы как могли ласкались, кровать поскрипывал, стало жарко. Толкнула одеяло чуть в сторону, холодный воздух сразу прошёлся по вспотевшей, разогретой похотью и страстью коже. Тихо постанывали, дрожала толи от похоти, толи от наслаждения. Наши движения становились всё быстрее, а стоны громче. Смазка растекалась по бёдрам, развратно целовались, волосы слегка попадали в рот и мешали, но мы не могли разорваться наши ласки. Языки крутились в вихре разврата и страсти, слюна стекала по губкам.
Вскрикнула, и оргазм овладел мои разгоряченным и вспотевшим телом. Импульсы наслаждения проносились по телу. Янка наклонилась больше ко мне, целовала мои губы, обхватила ногой меня и прижала к себе. Её всю трясло, и она получила свой оргазм. Нас подхватил холодный зимний ветер и вертел в потоках наслаждения. Комната моментально расширилась, мороз рисовал на стенах свои узоры, с потолка летели и блестели снежинки, они словно маленькие иголки касались кожи и моментально таяли. Всё вокруг стало белым, завитушки меняли своё расположение, казалось, что сейчас замёрзнет и моя кожа, покрытая нашими соками любви. Вздрогнула, глубоко дышала. Хотела натянуть на себя одеяло, но тело еще плохо слушалось меня.
— С тобой так хорошо, — шептала мне на ушко соседка, потянула одеяло и обняла меня.
— И мне, — тихо ответила её и пыталась укрыться получше.
Глаза закрылись, мы лежали в объятиях, стало так тепло, легко и хорошо. Обе незаметно и крепко уснули.
 
 Электронная Библиотека Дойки.Biz (18+)