Электронная Библиотека Dojki.Biz (Рассказы для Взрослых 18+)

 Название : Сборник коротких порно рассказов (часть 95) - Секретарши 3
 Ссылка: https://dojki.biz/book/ 
 Категория : Сборник секс рассказов

 Содержание :
 - Гейша
 - Пост-Новогодний корпоратив
 - Молодая жена задержалась на работе 
 - Упоение властью 
 - На краю
 - В рабстве у фетишиста
 - Оргазм Юли
 - Сон
 - Как жарко
 - Рабочий момент
 - У моей жены это случилось так
 - Как-то раз
 - Новая сотрудница 
 - Вечерний десерт
 - Секс моей мечты
 - Коллеги 
 - Втроем
 - Любаша
 - Любитель 
 - Марат
 
 --- Гейша ---

Не успел я сладко потянуться в кресле и выкурить перед обедом свой любимый «Кэмэл», как в кабинет вошла моя смазливая синеокая секретарша, и заикаясь, еле произнесла:
 — Николай Иванович! Там проверяющий...
 — Откуда?
 — Сказал, что из Москвы...
 — Зовите, — встал я из-за стола и направился к двери. Она открылась, и на пороге я увидел своего товарища по высшему училищу в форме капитана первого ранга Петю Погорелова.
 — Петро! Сколько лет, сколько зим! — хлопнул я по плечу мрачноватого каперанга.
 — Слушай! Не надо фамильярничать. Я помню, что ты мой друг, но в настоящий момент я при исполнении... , — недовольно поморщился он. И тут я понял, что, несмотря на теперешнее равенство в воинских званиях, наша курсантская дружба, переодетая в офицерские погоны, осталась в далеком прошлом.
«Чем же умаслить этого новоявленного чинушу?» — терялся в догадках я. И тут, так кстати, подвернулся под руку заведующий столовой части старший мичман Бутс, который, в отличие от ученого, знал все. Я отвел его в сторону, пользуясь некоторой заминкой (гость в этот момент разглядывал интересные журнальчики с девочками, лежащие на моем столе) и заговорщески прошептал:
 — Петрович! Надо охмурить гостя...
 — Организуем...
 — Сейчас накормишь его, чем Бог послал, а ужин накроешь в адмиральском салоне.
 — Сделаем, — понятливо подмигнул мичман.
Адмиральским салоном у нас назывался отдельный зал с обратной стороны столовой. Там обычно гуляли высокие гости. Овальный стол, мягкие кресла, рояль, большой плазменный экран телевизора, видик с набором самых пикантных дисков, хрусталь и серебро в буфете располагали к застолью на любом уровне. Зеленые шторы на окнах надежно укрывали присутствующих от посторонних, любопытных глаз. Не говорю уже о сауне, в которой наши умельцы массажа и прочих утех доводили проверяющих до настоящего экстаза. Петр по рангу не относился к салонной категории проверяющих. Таким, как правило, накрывали стол в моем кабинете, и укладывали в постель в смежной с ним комнатой отдыха, иногда вместе с секретаршей, но все же когда-то он был моим личным другом, а дружба на флоте ценится очень высоко.
Число участников вечернего застолья было, как всегда, определено: я, мой заместитель по воспитательной работе, Петр и одна из красивейших молодых женщин части — начальник лаборатории двадцатипятилетняя блондинка Татьяна Николаевна. Эта женщина была изюминкой всех застолий, ее иногда брали у нас «на прокат» даже в самые высокие инстанции на флоте. Высокая, голубоглазая, остроумная, юморная собеседница, и что самое главное — женщина без комплексов по части секса. Ее прозвали «Гейшей» за ее необыкновенные способности умасливать самых строптивых и неприступных мужиков. Кроме всех прочего, она неплохо играла на рояле и отлично пела. Поэтому нас не страшили никакие комиссии, ибо весь выявленный негатив неизбежно разбивался, как волны об утес, о неотразимые прелести Татьяны.
Вечером, когда дежурный по части доложил, что личный состав отужинал и убыл в клуб на просмотр кинофильма, в моем кабинете нарисовался мичман Бутс.
 — Товарищ командир. Ваше приказание выполнено. Стол накрыт по высшему разряду.
Я заглянул в технический отдел, где Петр совсем зарылся в бумагах и шепнул ему на ухо:
 — Ну, как?
 — Плохо, старик! Очень плохо! Я не знал, что у тебя такой завал... Акт будет — дрянь...
 — Брось. Ужин остывает. Бумажки подождут до утра.
И вот мы за столом. На сей раз мичман Бутс блеснул своими кулинарным способностями, как никогда. На столе красовались вареные крабы, томились под сметаной жареные трепанги, а уха из пеленгаса, посыпанная укропчиком и зеленым лучком, казалась, сама просится в рот. Ну и украшением стола было блюдо с красной икрой, приготовленной из только что выпотрошенной кеты. Про жареный картофель с грибами и наши знаменитые соленые огурчики я уже помалкиваю. Их сметали со стола любые проверяющие. С напитками дело обстояло хуже. В нашем медвежьем углу редко появлялись хорошие вина, а шампанским нас баловал военторг только по великим праздникам. Палочкой — выручалочкой служил все тот же спирт, который в нашу часть поступал только самой высшей очистки. Его и пили в праздники и трудовые будни. Разбавляли его разными соками, превращая в приятные настойки, а если и с таковыми были заминки, то ставили чистейший, окрестив его водкой «Новгородской». Вот и сейчас, едва выпили по первой, как тут же развязались языки. Сначала разговор (в угоду проверяющему) крутился вокруг проверки, но вскоре перешел в более приятное русло.
 — Выпьем за дам-с! — провозгласил четвертый тост мой заместитель, подмигнув красавице Татьяне.
 — Точнее, за прекрасную даму, — поправил его Петр.
 — Спасибо, — зарделась Татьяна Николаевна, пригубливая рюмку.
Вскоре заместитель стал прощаться, пояснив, что надо приглядеть за матросиками, чтобы те после просмотра кинофильма не разбежались по темным углам. Мы не возражали, втайне радуясь тому, что зам оказался столь сообразительным. Остался, как говорят, узкий круг, уже которого и не бывает. Наконец наступило время, когда принятые во внутрь градусы стали побуждать к действию плоть. Это пьяное мужское хотение заместитель окрестил «Дорогою члена». Он часто предупреждал матросов, уходящих в увольнение, говоря, «что стоит мужику напиться, как его уже не ум ведет, а член». Наша «Дорога члена» началась с невинных анекдотов. Один из них принадлежал Татьяне, которая рассказала, как пьяный моряк, возвратившись домой из загранрейса, не мог попасть в собственную квартиру. Сначала он звонил, потом стучал костяшкой пальца, затем бухал кулаком в дверь, а когда начал грохать каблуком, то вышла соседка по площадке и сказала: « А ты рогами, рогами постучи». Ну а дальше пошли сальные шуточки. Танечка смеялась громче всех. Затем она села за рояль и спела песенку о том, как бравый капитан трахнул пассажирку, и та родила ему такого же нахала, как он сам. Я еще круче решил завести компанию, и включил видик с известной английской порнушкой, где на экране здоровенный красавец — негр натягивал на свой супер-член пышную супер-задницу белой леди. Порно звезда была чертовски хороша. Она так классно стонала, одновременно отсасывая излишки «влаги» у другого негра, что даже у меня поднялся член, не говоря о госте, который руку уже не вынимал из кармана своих брюк. То, что можно было прочитать в эти моменты на его лице, ничем другим, как «Дорогой члена» назвать было нельзя. Одна Танечка была невозмутимой. Она потихоньку пригубливала рюмку, закусывая икрой.
 — Что. Не нравится? — шепнул ей на ушко.
 — Нет. Это же липа! Разве так надо трахаться?! А еще профессионалы. У наших любителей и то лучше получается.
 — А вы — любитель? — пьяный Петр откровенно лапал ее коленку.
 — Любительница...
 — Выпьем за любительский секс, — пьяно промычал Петр.
Мы выпили. Фильм закончился и заиграла тихая, томная музыка. Петр щелкнул перед дамой каблуками, едва не упав, и пошел с ней танцевать. Она вжалась в него, а он, положив обе ладони на ее миниатюрные ягодицы, повесил голову на ее плечо. Они еле топтались на одном месте, но со стороны казалось, что он уже ее трахает. «До чего же глупеют мужики по-пьяне!» — подумал я и подошел к танцующей паре.
 — Ребята! Возьмите третьим...
 — Прочь! Третий — лишний... пьяно отмахнулся Петр.
В этот момент на экране телевизора показывали стриптиз. Пышногрудая блондинка постепенно избавлялась от одежды, вылезая из нее, словно змея из кожи.
 — Хороша, чертовка! — облизнулся Петр.
 — Эта? И она вам нравится? — ревниво передернула плечами Танечка.
 — А что? Видная дама. Все при ней, — Петр пялил пьяные глаза на голую женщину.
 — Сразу видно, что вы дилетант, а еще москвич, — ущипнула она его за кончик носа.
 — А вы можете показать нечто более глубокое?! — вспылил Петр.
 — Могу. Только не хочу...
 — Танечка! Давайте еще по рюмочке, — предложил я, видя, что она еще не дошла до нужной кондиции.
 — С удовольствием! С вами, Николай Иванович, я всегда «за», потому, что вы настоящий джентльмен, — улыбнулась она и залпом осушила рюмку. В этот момент в дверях обозначилось лицо мичмана Бутс.
 — Все в порядке?
 — Угу...
 — Какие еще будут приказания?
 — Сделай так, чтобы в эту дверь никто не вошел, кроме господина «П» в нужный момент, — сказал я.
 — Есть! — козырнул тот и тут же исчез.
Мы выпили еще по одной. Щечки у Танечки порозовели, глаза заблестели. Я понял, что пришла пора действовать.
 — Танечка! Так вам не понравился стриптиз? А вы могли бы нас порадовать чем-нибудь подобным?
 — Раздеться?
 — Ну!..
 — Тогда водрузите меня на пъедестал.
Мы с Петром подсадили ее на рояль.
 — Рюмку мне! — приказала красавица и ногой швырнула свою туфельку прямо в Петра. Тот подхватил ее прямо налету и налил в нее «Новгородской» водки.
 — Пью за вас, Венера! — провозгласил Петр.
«Да. В ней есть нечто венерическое», — подумал я и тоже выпил.
Таня мигом выпила рюмку и грохнула ее об пол. сборники секс историй про секретарш на https://dojki.biz/book/
 — А ну, поставить меня на ноги на пъедестале! Я буду памятником не рукотворным. И заметьте, что ко мне никогда не зарастет народная тропа.
Мы с Петром тут же выполнили ее приказание.
 — А теперь держитесь за свои концы, мужички! — воскликнула «Гейша» и сняла свою кофточку. В этот момент на экране курчавый негр выбивал на барабане мелкую дробь. Мы увидели, как розового цвета лифчик плотно облегает ее грудь.
Женщина расстегнула «молнию» на юбке, и та тут же упала к ее ногам. Оставшись в лифчике и трусиках, она лукаво глянула на Петра. — Продолжить? Мы обалденно смотрели на ее пупок, стройные ноги и не могли вымолвить ни слова. — Молчание — знак согласия, — улыбнулась обольстительница и игриво повела плечами. Вслед за кофточкой к нашим ногам полетел ее ажурный лифчик. Молочного цвета грудь, украшенная розовыми сосками, притягивала наши взгляды, что магнит железную пыль. Ее соски топорщились и, казалось, трепетно дрожали от страсти. Негр убыстрил темп, и к нашим ногам упала юбка. Женщина стояла перед нами, прищурясь и лукаво улыбаясь.
 — А трусики? — прохрипел Петр.
 — Их снимет самый достойный! — заявила озорница и под бешенную дробь барабана принялась отбивать чечетку прямо на крышке рояля.
 — Это я! — ринулся к женщине Петр. Он уцепился за ее трусики и потянул их вниз. Таня переступила через них, и перед нами открылось лоно самой Афродиты.
«Где же я такое видел? — не мог я вспомнить и тут меня осенило. — «Да. Именно там. В Питере. В «Русском музее» это тело запечатлено на картине «Фрина на празднике Поссейдона». А озорная «Гейша» уже пела и еще быстрее работала ногами под аккомпанемент музыки из кинофильма «Девушка моей мечты». В этот момент она была красивее и азартнее самой Марики Рок. Закончив танец, она упала на одно колено и бросила в зал:
 — Мужики! Кто же отблагодарит женщину за такой концерт!?
 — Проси, что хочешь! — стал перед ней на колени Петр.
 — Только один поцелуй, — и она, вращая бедрами, протянула свой маленький пальчик к черному треугольничку.
Петр ринулся к ней и припал губами к ее блестящему от пота телу.
 — Хотите поиметь красавицу — русалку? — смеясь, спросила она.
 — Хотим! — в один голос выкрикнули мы.
 — Стоп! Не все сразу. Первым будет самый достойный...
 — Это я, я! — надрывался Петр.
 — Не уверена! А что же молчите вы, Николай Иванович?
 — Долг гостеприимства обязывает первый бокал отдавать гостю.
 — Я! Я — гость! Мне первый бокал, — рванул он ее за плечи, посадил, раздвинул ноги и впился в то, что он там нашел. Петр так старательно сосал и чмокал, что, казалось, это могли услышать на улице. Тело женщины напряглось. Она согнула ноги в коленях и поставили их на крышку рояля.
Теперь у нее появилась более реальная возможность подмахивать ему. Их встречные движения стали убыстряться, наконец, они превратились в настоящую пляску чувств. Она схватила его за голову и так прижала ее к себе, совершая ее круговые движения по своему лоно, что он чуть не задохнулся. Глядя на его затылок, создавалось впечатление, что это белое, плешивое «ядро» вот — вот исчезнет в чреве женщины.
 — Выпей меня всю! — крикнула Гейша, соскочив с рояля. Она стала в позу буквы «Г», положив грудь на его крышку. Петр лихорадочно сбросил с себя рубашку, брюки, трусы, оставшись только в майке с надписью «Адидас». Татьяна увидела это и прыснула в кулак.
 — А ты — молоток. Знаешь что носить! — засмеялась она.
 — А что? — не понял он.
 — «Если носишь «Адидас», то любая девка даст!» — слышал такую шутку?
 — Не-е-е, — проблеял он.
Петр пристроился к ней сзади и стал вводить свой «хобот». Попав, он заработал быстрыми, сильными толчками.
 — За открытый секс, ребята! — поднял я рюмку и, не успев ее выпить, увидел в дверях своего верного оруженосца мичмана Бутс. В руках он держал фотоаппарат «Поляроид».
 — А у нас гость! — прищелкнул я пальцами. Ребята замерли, оглянулись на дверь, и в этот миг яркая вспышка почти ослепила их. Через несколько минут фото стало великолепным. Я взял его и положил в нагрудный карман тужурки. Повернувшись к голой паре, жестко сказал: — Фенита ля комедия! Вы Танечка, свободны. Спасибо вам за компанию. Вы успешно выполнили специальное задание командования. А ты, Петя, потрудись, чтобы завтра к обеду твой акт был у меня на столе. Я не гордый. Пятерки у нас не в моде, но твердую четверку я заслужил. Ты же не хочешь, мой друг, чтобы это фото появилось на ночном столике в спальне твоей супруги. А?
 — Твоя взяла! А еще друг называется. Хрен с тобой. Будет тебе четверка...
... Прочитав акт, я понял, что Петр сдержал слово, часть вытянула на твердую четверку. Я тут же вернул ему фото.
 — Я возвращаю ваш портрет, — сказал я ему при этом.
 — Вы негодяй и шантажист, Негоро! — с пафосом ответил он, пряча фото в карман.
 — Чего не сделаешь ради флотской дружбы! — улыбнулся я и фамильярно потрепал его по плечу. — А фотку-то порви...
 — Еще чего! На ней же настоящая «Гейша!». Это память на всю оставшуюся жизнь... А как она трахается! Песня!
Я согласно кивнул, так как о способностях Танечки в этом деле давно знал не понаслышке.

 --- Пост-Новогодний корпоратив ---

Наш корпоратив проходил в каком-то странном коктейльном баре на одном из верхних этажей какой-то высотки в центре города. Как и обычно это вполне себе унылое мероприятие, на котором «нужно» присутствовать, просто потому что. Официальная программа в этот раз была достаточно растянутой поэтому народ начал заниматься своими делами уже в процессе. Мне нужно было перевести дух и немного развеяться, поэтому я свистнула недопитую бутылочку шампанского и пошла погулять. Здание было достаточно большим, на этаже был расположен не только бар, но и какие-то то ли офисы, то ли магазины, то ли хрен знает, что еще. Казалось я была одна такая умная, — пройдя пару поворотов по коридорам, я оказалась в тишине. Вроде никого рядом не было. Пройдя чуть дальше по коридору, я обратила внимание на приоткрытую дверь. Так как я была не против куда-нибудь присесть и спокойно приложиться к бутылке, я прошмыгнула внутрь. В небольшом помещении были обычные офисные столы, несколько кресел и проход в еще одну комнату. Из этой комнату раздавались не совсем очевидные, но все же намекающие на приключения звуки. В обеих комнатах свет был выключен, и я тихонечко подошла ко входу и одним глазком заглянула туда. Увиденная картина заставила меня нервно сглотнуть слюну.
Посреди комнаты на полу копошилась пара. Это была наша секретарша Эля (ну ладно, «офис-менеджер» как теперь принято говорить) и парень, коллега, хорошо знакомый мне по одному из прошлых моих похождений. Эля была поставлена в вариацию коленно-локтевой, — в общем-то она была просто на коленях, ведь ее руки были заведены за спину. Лицо ее упиралось в пол и было направлено от меня, так что палева не было. Эле было уже чуть за 40, но у нее была отличная фигура с сочной круглой задницей и всегда неплохо сделанным макияжем, да и сохранилась оно очень достойно. Пробег, если он и был, не ощущался визуально. Я считала Элю той еще сучкой, не особо сложилось у нас с ней. Так что происходящее с ней меня вполне обрадовало, и заодно воодушевило. А происходило вот что. Одна рука парня упиралась Эле в спину и вдавливала ее в пол, дополнительно сковывая ее движения, а в другой руке он держал свой член и быстрыми, резкими движениями вгонял его Эле поочередно то в пизденку, то в попку. От некоторых людей ты такого просто не ожидаешь. В данном случае от Эли. Никогда бы не сказала, что у нее где-то сидит блядский ген, но неопровержимые доказательства были прямо передо мной. Какой-то молодой пацан на моих глазах вполне себе жестко ебет ее в две дырки. Интересно, как много она сегодня пила... В любом случае, действо было интересное. При каждом входе члена в ее киску она постанывала, а в попку — тихонько всхлипывала. Из этого я сделала вывод, что анальные радости не были для нее привычным занятием. Это меня радовало — пусть сучка помучается от своей неопытности и в будущем лучше готовится к корпоративам.
Парень был ко мне как бы в пол оборота и если бы повернулся, то заметил бы мое присутствие. На самом деле на это я и рассчитывала, — хотела посмотреть, как повернется ситуация, если он меня увидит, а Эля свернутая в узел — нет. Я уже слегка возбудилась и поглаживала себе рукой между ног, и было бы неплохо присоединиться к этой вечеринке. Парень продолжал пробивать Эле дырочки. Раз, в попку, два в пизденку, снова в попку, и снова в попку. Да, иногда он несколько раз подряд вгонял член ей в задницу, выпуская его из руки, что позволяло засовывать его внутрь на всю длину. Эля в такие моменты буквально вскрикивала. Может быть она была анальной девственницей? Ахаха. Такими темпами недалеко и до анальной шлюхи. Ее ебырь видимо запарился бить по двум мишеням и поменял подход. Член отправился в киску и начал полноценно насаживать Элечку. По опыту я знала, что член там весьма достойный и его вполне хватает, чтобы быть качественно отодранной. Его руки легли на Элин попец так, что оба больших пальца уперлись в ее анал. Кажется, сначала он просто начал его массировать, продолжая фрикции. Мммм, как это круто, я уже текла. Хорошо, что платьишко у меня было короткое и могла тихонечко его задрать и запустить руку себе между ножек. Было бы супер если бы мне сейчас так массировали мою анальную дырочку. Пока же я довольствовалась пальцами. На полу же ситуация слегка поменялась. Закончив предварительные ласки Элиного анала (хотя какие они предварительные, ее анал уже был отодран), парнишка слегка засунул оба больших пальца в ее попку и начал ее постепенно растягивать. Он делал это совсем не торопясь, продолжая работать членом в предоставленной ему пизденке, но итоге он растянул это очко весьма сильно. И отпустил. И естественно снова растянул. Его любовь к девичьим попцам явно прослеживалась. А у Эли все-таки включился режим шлюхи. Она уже не всхлипывала и не вскрикивала из-за происходящего с ее задницей. Оно просто постанывала, и мне эти стоны казались вполне довольными.
Через несколько минут они принялись менять позицию и это был чертовски опасный момент, — одно неосторожное движение, и кто-то из них увидел бы меня. А я еще не придумала как бы их не спугнуть и вместо нежданной свидетельницы стать третьей участницей. Мои дырочки все больше требовали внимания к себе. Мне повезло, и я не была замечена. В итоге он лег головой в мою сторону, а она уселась на него, но спиной к нему (и ко мне тоже). Член был снова в ее заднице, она на нем распрыгивалась. Судя по всему, она реально начала получать удовольствие. Она поднимала свою попку весьма высоко и амплитудным движением насаживалась обратно на член. Снова и снова. Очень сексуально. Мне вообще всегда казалось, что попка с членом внутри выглядит более органично и сексуально, чем вагина. Наверно потому что это боле округлая дырочка, не спрятанная в каких-то странных складках кожи. Но неважно. Эля активно прыгала на крепко стоящем члене. Периодически по ее попке прилетали смачные шлепки. Попка была, конечно, крутая, я бы и сама ее высекла. В другие моменты он подхватывал ее за булочки и с дополнительным усилием насаживал ее на член, посильнее прижимая к себе. Так она могла немножко перевести дух.
Я собралась с духом и решила, что пришло мое время. Пора присоединяться или хотя бы попробовать это сделать. В крайнем случае — это я застала двух коллег за еблей... Я осторожненько поставила бутылку на ковролин, сняла туфли и сделала несколько шагов вперед. Я рассчитывала на то, что попаду в поле зрение парня и не прогадала. Он заметил меня и напрягся. Главное, чтобы меня не заметила Эля. Нужно было как-то взять ситуацию с напряженным мужиком под контроль. Я мгновенно задрала платьишко и продемонстрировала ему свою киску. Ну а что вы думали — офисные бляди не могут носить трусики на вечеринках. Это возымело успех — он подмигнул мне. Я же демонстративно погладила свою пизденку, раздвинула губки одной рукой, а другой начала массировать клитор. Эля продолжала методично насаживать свою задницу на член. Он поманил меня пальцем и, видимо, решил пока скрыть мое присутствие — начал активно двигаться и шлепать Элину задницу, создавая немного дополнительного фонового шума. Я подошла к ним на носочках и заняла лучшую из возможных позиция, сев ему на лицо. Надеюсь, он был доволен, — два комплекта дырок ведь лучше, чем один. Он прикоснулся к моей киске язычком и начал меня обрабатывать. Я взяла себя за задницу и начала аккуратно двигаться на нем, чтобы увеличить трение. Моя киска намокала сильнее с каждой секундой, а клитор явно набухал под атаками его языка. Мне было уже сложно контролировать дыхание от возбуждения, и пора было как-то себя проявить, чтобы Эля осознала, что теперь участвует не в простом поебчике, а в тройничке. На мое счастье, он продолжал пошлепывать Элю по заднице, так что было решено провести эксперимент. Я положила свои руки ей на талию, как будто это были его руки. Было интересно как быстро она заметит неладное. Долго ждать не пришлось, сразу после второго шлепка она обернулась. Я же была наготове, и пока она даже не успела пикнуть, приложила палец к ее губам, а другой рукой показала большой палец вверх, типа «все окей детка». В ее глазах читался, как минимум легкий шок, но главное, что она не начала визжать. Наш парень вряд ли знал, что сейчас происходит — я сидел у него на лице, его язык был в моей киске, а сам он продолжал заталкивать член Эле в попку, пока она приостановила свои прыжки. Я решила, что нельзя давать Эле очухаться, так что я слегка наклонилась к ней, прихватила ее за голову и поцеловала ее в губы. Потом еще, потом я высунула язычок и легонько провела языком по ее лицу. Эля обмякла, расслабилась и начала отвечать мне. Мы засосали друг друга. У нее был весьма вкусный рот. В поцелуях это главное. Если человек нравится тебе на вкус это супер. Эля была слегка пассивна, видимо, все еще переваривала происходящее, поэтому я взяла все под контроль. Я засунула язык ей в рот настолько насколько это возможно. Затем припустила немного слюны — я большая фанатка влажных поцелуев и нахожу это таким же сексуальным, как смазку, выделяемую кисками и сперму, которую спускают на меня или в меня. Одновременно с этим я поработала руками с доставшимся мне женским телом. Эля была мягкая, гладкая и приятная на ощупь. Я гладила ее спину, животик и талию. Это отлично на нее влияла, она открыла глаза, начала смотреть в мои и постепенно возвращалась к активным действиям — ее попка снова запрыгала на члене. Так как мне не терпелось самой быть заполненной этим членом, я решила ускорить Эльвиру. Я запустила обе руки ей между ножек, чуть-чуть раздвинула их для удобства и взялась за ее пирожок. Для начала я просто поигралась с ее губками и клитором. Эля просто текла рекой, думаю происходящее было весьма выдающимся опытом в ее жизни. Немного поигравшись с ней и покрыв пальчики ее смазкой, я пошла ва-банк, — два пальца одной руки я запустила в Эле в пизденку, а двумя пальцами другой — прихватила и слегка сжала ее клитор. Элина киска было очень узкой, конечно же, на это влиял весьма достойный член в ее заднице. Мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы протиснуться и Эля сначала простонала, а потом начала тяжело дышать. Я двигала вперед-назад пальчиками в ее киске, при этом, нажимая на переднюю стенку ее влагалища; и вместе с этим сжимала и разжимала пальчики на ее клиторе. Эле задвигалась активнее и сконцентрировала на себе, прервав наш поцелуй. Все втроем мы начала наращивать амплитуду и скорость наших движений. Член полностью скрывался в Элином анусе, и казалось, что ей даже такого мало. Она дышала все быстрее и громче и в какой-то момент с усилием опустила свою попку вниз и остановилась. Все ее тело охватила легкая судорога и дрожь, я это чувствовала, и остановила свои движения, давая ей насладиться моментом. Она кончала около полуминуты и в конце откинулась назад, на меня. Не знаю могла ли она сквиртить, но влаги на моих руках стало еще больше. В итоге она буквально сползла с члена и осела на полу.
Пусть переводит дух, наступила моя очередь. Я поманила хозяина члена и усадила его на диванчик, стоявший у дальней стены комнаты. Я залезла сверху и направила агрегат в свою мокрую киску. Он взял меня за зад и медленно насадил на член. Он вошел в меня на всю длину и как раз поместился в меня по самые яйца, буквально причиняя мне удовольствие. Я уперлась руками в верх его живота и начала поднимать свою попку кверху и затем ронять вниз, так что член медленно и не спеша выходил из меня, а затем одним резким движением пробивал меня насквозь. Парень же переключился на мою грудь. Он взялся за нее обеими руками. Одной он начал массировать ее, пощипывая и оттягивая сосочек. Я взяла его руку и сжала посильнее, показывая ему что его ласки могут быть чуть более агрессивными. Он внял моей безмолвной просьбе и начал сжимать грудь сильнее, а мой сосочек вдобавок еще и выкручивал. Другой сосочек он ласкал свои языком, обильно смазывая его слюной, а затем начал его покусывать. Мне казалось, что я кайфую на полную катушку — слегка пьяна, прыгаю на отличном члене, моя пизденка течет водопадом. Но это было не все. Эля очухалась и снова вступила в игру, еще больше удивив меня. Я почувствовала, что она подползла сзади и пристроилась лицом где-то под моей прыгающей задницей. Сначала ее активность никак меня не касалась, и я представляла, как она работала с яйцами. Облизывала ли она их? Брала ли она их в ротик, подкладывая под них язычок? Сжимала ли она его мошонку между пальцев у самого основания, впиваясь в эти яйца губами? Я не могла этого видеть, но она была там явно занята. Через некоторое время ее язычок начал добираться до меня. Судя по всему, он решила одним движением доставлять удовольствие нам обоим. Он облизывала его член от самого основания (я надеялась, что от самых яиц, это все-таки меня заводило) и дальше ее язык двигался в мою сторону, касаясь моих губок и останавливаясь у дырочки моей попки. Мастерица, она отлично отрабатывала язычком. Видимо, она весьма успешно ото всех скрывала имеющийся у нее неслабый опыт по части ебли. Или наоборот, у нее прямо в резюме было про это все подробно написано, но шефы успешно это скрывали, оставляя всю мякотку себе. Кто знает. Из-за обрабатывающего меня язычка, я убавила темп и больше не распрыгивалась на члене, а скорее терлась о него своими внутренностями — так чтобы амплитуда не мешала Эльвире. Вместе с этим я понимала, что язычок останавливающийся прямо около моего анала — это как дело сделанное наполовину, так что я думала о том, как напомнить Эле, что не только ее задница сегодня заслуживает веселья. И кажется я была такая не одна и мне не пришлось ни на что намекать самой. Его руки переместились на мою попку и схватили за нее так, что его средние пальцы оказались прямо рядом с моим анусом. Затем он одним движением развел в стороны мои булочки и слегка растянул мне попец. Теперь моя вторая дырочка никак не могла ускользнуть от Эли, она должна была прямо-таки смотреть ей в глаза. Оставалось лишь надеяться, что Эля будет послушной сучкой.
И Эля не подвела. Буквально сразу он добавила пару лишних сантиметров к движениям своего языка и начала дотягиваться до моей попки, понемногу смазывая вход, слегка щекоча его. Через несколько повторений она полностью переключилась на меня, активно вылизывая мою попку. Она прикладывалась ко мне на всю ширину своего языка, сильно прижимая его. Мне это нравилось, я получала кайф. Моя попка начала непроизвольно сжиматься от удовольствия, обратив на это внимание, Эля начала осторожно обрабатывать кончиком языка отверстие моей попки, самую дырочку. Он чуточку вводила в меня свой язычок и делала несколько небольших круговых движений внутри. Я же продолжала работать порно рассказы попкой, то сжимая, то разжимая ее. Действия Эли каким-то образом не прошли мимо третьего участия нашего действа и в какой-то момент, он сильнее упер свои пальцы в мою анальную дырочку и еще чуть больше ее растянул. Я почувствовала, что мой дырочка в попке слегка приоткрылась, и я сама уже не могла усилием мышц его прикрыть. В этот момент меня уже переклинивало от удовольствия, так что я отвела руки назад, нашла где-то под собой Элину голову, схватила ее и посильнее прижала к своей заднице. Эля вроде даже не пыталась протестовать, а просто вытянула свой язык посильнее и запихнула мне его прямо в задницу. Я могла это прекрасно чувствовать, язычок ее был довольно длинный и очень активный. Он обрабатывал меня изнутри и приближал к финалу. С такой симуляцией мне потребовалась буквально еще одна минута. Я со всей силы вжалась в член, который все еще работал во мне, и опала чуть-чуть вперед, содрогаясь в конвульсиях. Из-за этого мне пришлось отпустить голову Эльвиры, чем она не преминула воспользоваться — она оторвалась от моей задницы и мгновенно ввела в нее свои пальцы, причем, как мне казалось сразу три, и сразу начала активно меня ими трахать. Я вскрикнула, но было больно только чуть-чуть и эта боль скорее усиливала мощь моего оргазма и добавляла ему вторую волну.
Когда я закончила, я почти упала вперед лицом от изнеможения и очень хотела немного перевести дух, но мне не дали этого сделать. Сразу же, не сговариваясь, они просто развернули мне и снова начали усаживать меня на член. Но в этот раз входом руководила Эля. Он взяла член в руку, спустила на него слюну и размазала ее язычком. Затем она направила его мне в попку, а он помог меня насадить. Благодаря недолгому, но активному вмешательству Элиных пальцев и язычка мой анал был слегка подготовлен, и я легко приняла этот член в себя. Я попробовала было начать двигаться сама, но мне это не светило. Эля уже кончила, я тоже, теперь была его очередь. Я расслабилась и была готова принимать. Он взял меня под коленки и отвел мои ножки назад на столько, насколько это было возможно. Сначала понемногу, а затем все быстрее и сильнее он начал двигаться подо мной. Каждое погружения члена в мою задницу сопровождалось смачным хлюпаньем — я была смазана по полной программе и Элиной слюной и влагой сочившейся из моей киски все последнее время. Он громко дышал где-то у меня под ушком, таким образом демонстрируя, как ему нравится трахать меня в задницу. Чтобы разбавить ощущения от того, как мне разъебывают анал, я протянула руки к своей киске и начала с ней играть, поглаживая клитор и губки. Увидев это, Эля, все еще стоявшая там на четвереньках подмигнула и потянулась в мою сторону. Тогда я обеими руками взяла свою пизденку и пошире развела губки, полностью высвободив клитор и раскрыв ее вход. Эля этим воспользовалась — она снова начала вылизывать мою киску и запустила в нее пару пальцев, быстрыми движениями разрабатывая ее и через стенку моего влагалища прижимая пальчики к члену, который находился в моей заднице. Я снова начала получать удовольствие от происходящего — слишком уж активной была стимуляция. Через пару минут наш парень начал замедляться, — теперь он вбивал в меня свой член более медленными и акцентированными движениями. Он собирался кончать. Я нагнула голову в попытке увидеть, как это будет происходить, а он резко отпустил мои ножки, одной рукой взял Элю за голову, другой резко вытащил член из мой жопы и засунул Эле в рот. Перехватив ее голову в обе руки, он начал насаживать ее рот на член, а она каждый раз тыкалась лицом мне в пизденку. Когда он отпустил, она немного откинулась назад, оставив во рту только головку. Он начал кончать, Эля смотрела мне в глаза, а я смотрела на нее. Этот член сегодня побывал во всех наших дырочках, в тои числе в ее и моей попке, а теперь он был у нее во рту и спускал туда живительную влагу. Кончал он достаточно долго и обильно, — Элины щечки надулись, а в уголках губ проступили капельки спермы. Все это время Эля поддерживала со мной зрительный контакт. Когда она открыла ротик и продемонстрировала мне его содержимое, я была польщена. Наши труды не пропали даром и ей в рот была спущена огромная порция густой белой спермы. Эля придвинулась к моей киске и выплюнула сперму мне на лобок. Из-за своей густоты она медленно растекалась по мне, а Эля уже была наготове в районе мой киски, — она снова вылизывала меня и одновременно язычком собирала сперму обратно в ротик. За этой время я почти успела кончить во второй раз, но Эля наполнила свой рот быстрее, чем это случилась. Она забралась на меня и приблизилась своими губками к моим. Я открыла рот в ожидании. Эля открыла свой и спустила мне в рот половину спермы, перемешанной с ее слюной и всеми моими выделениями.
Мы переглянулись и почти одновременно проглотили свои порции. Я наслаждалась стекающей по моей глотке горячей спермой. Это был мой лучший десерт за последнее время. Кажется, Эльвире он тоже пришелся по вкусу.
Пришло время допить шампанское и вернуться к вечеринке.

 --- Молодая жена задержалась на работе ---

 Я сидела за компьютером в приемной, вслушиваясь в едва слышимые из-за двери кабинета босса голоса. Время перевалило за шесть часов вечера, все уже разошлись, а босс все не унимался. Двух наших поставщиков я знала плохо, хотя бывали у нас с завидной регулярностью. Обычно они приезжали раз в месяц, не чаще, обычно во второй половине дня, но на этот раз чего-то припозднились.
— Маша! — послышался из-за двери голос босса.
Ну, наконец-то! Вскочив из кресла, я оправила подол платья и сексуальной походкой направилась к нему в кабинет. На столе у босса меня поджидала до половины опустошенная бутылка коньяка и четыре налитых стопки.
— Выпей с нами.
Рука шефа обняла меня за талию и притянула к себе. В нос ударил запах алкогольного перегара.
«Похоже, они тут уже вторую бутылочку приговаривают», — мелькнула в голове у меня мысль.
К А. В. я устроилась на работу незадолго до того, как вышла замуж. На прежнем месте работы после замужества оставаться было рискованно, так как там я успела перетрахаться со всеми начальниками и половиной сотрудников. Будущий муж, правда, всё же узнал о том, что в прошлом я занималась проституцией, но до сих пор верил, будто бы блядство осталось у меня в прошлом. А. В. производил впечатление вполне благопристойного пузанчика, к тому же женатого семьянина с двумя отпрысками и молодой женой вполне приятной внешности. На новом месте работы я вела себя куда сдержанней. На четвертый месяц пока никто из сотрудников не имел доказательств того, что я сосу своему начальнику.
Улыбнувшись, босс вдруг подался вперед и крепко меня поцеловал. Блядь! Его язык вторгся мне в рот. Одна рука бесцеремонно ощупывая через ткань мою грудь, другая, которой он меня обнимал, спустилась вниз на ягодицу. Приплыли! Я скосила взгляд на двух мужиков, сидящих за столом. Происходящее их совсем не удивило. Блин! А я же, типа, хотела стать порядочной женщиной... Ну, может, иметь одного-двух любовников для души, тела и кошелька, но не больше... Неужели всё по новой? Я стала потихоньку высвобождаться, но босс вовсе не собирался выпускать меня из своих объятий и лишь крепче прижал мое тело к своему. Восставший член под ощутимым брюшком уже упирался мне в бедро. Портить отношение с работодателем я не решилась и мой язык тоже пришёл в движение, сплетаясь с языком А. В.
Наконец оторвавшись от меня, босс подвёл меня к столу, уселся в своё кресло и увлек меня к себе на колени. Мне было немного неудобно сидеть в такой позе, но выбора особо не было.
— Выпей.
Взяв стопку, я одним махом ее опорожнила. На глазах выступили слёзы. Я закусила бутербродом с красной икрой.
— Идеальная секретарша для души и тела, — массируя мне грудь, сообщил босс. — Когда-то была девочкой по вызову, а теперь стала женщиной по звонку.
Он громко рассмеялся своей шутке. Я тоже улыбнулась. Это у меня профессиональное. Я всегда улыбаюсь мужчинам, стараюсь им понравиться. Даже если с мужчины получить нечего, я всё равно улыбаюсь на всякий случай, а тут я имела дело со своим работодателем, который щедро выписывает ежемесячные премии и не обделяет подарками.
Тем временем рука босса, до тех пор лежавшая у меня на ляжке, поползла выше и забралась под подол платья. Слегка разведя мои ноги в стороны, ладонь легла прямиком на промежность и стала её ласкать. Почти сразу по моему телу разливалась приятная слабость, лишающая желания возмущаться, будь оно у меня вообще. Я развела ноги чуть шире. От внимания гостей шефа происходящее не укрылось. Они чуть подались вперед. Тот, кто моложе, даже покраснел. Почему-то я тоже покраснела. Возможно, в ту минуту я подсознательно понимала, что все мои попытки стать порядочной женщиной потерпели полное фиаско. До этого я изменяла жениху с двумя разными мужчинами, но делала это по необходимости, выполняя взятые прежде, до встречи с Олегом, обязательства. После свадьбы я изменяла мужу только с боссом, но делала это чисто из своих корыстных побуждений. К А. В. я вообще ничего не чувствовала. Он был не ближе мне, чем любой из многих сотен, если не тысяч, моих клиентов, которые побывали во мне за годы работы прастой. Теперь же, сидя у него на коленях в присутствии еще двух мужчин, я подспудно понимала, что после этого я очень скоро снова пойду по рукам.
На минуту убрав руку из-под платья, босс высоко задрал подол на бёдра так, чтобы всё всем было видно. Сквозь прозрачную ткань трусиков виднелся подбритый лобок и щель пиздёнки. Оттянув ткань трусиков в сторону, мужчина проник пальцем мне во влагалище.
— Глубже, бля, — невольно вырвалось у меня.
Я уже достаточно завелась, а эта медлительность и полумеры, признаться, начинали бесить. А. В. намёк понял и проник в мою пизду сразу двумя пальцами. Там у меня всё уже окончательно намокло и сочилось. В области таза пробегали теплые волны. Соски набухли. Во рту набежало столько слюней, что пришлось их сглотнуть. Пальцы босса продолжали методично шуровать у меня в пизде. Двое других мужчин, словно завороженные, смотрели на нас. Больше сдерживаться я уже не могла. Прикрыв глаза, я откинула голову назад, издав протяжный стон. Волны оргазма накатывали одна за другой. Я выгнулась, случайно двинув плечом босса по скуле. Попа оторвалась от брюк, и стало заметно темное пятно на более светлой ткани его штанов. Вот, значит, сколько из меня натекло.
— На, оближи.
Его рука оказалась у моего лица. Я вполне игриво принялась облизывать каждый его палец, слизывая то, что недавно вытекло из меня.
— А теперь отхуесось меня, — приказал босс.
Упрашивать меня нужды не было. Я опустилась коленями перед ним на пол и потянулась к ширинке. Выудив наружу торчащий хуй, я прильнула к нему ярко накрашенными губами. Оттянув крайнюю плоть, я поцеловала его, затем облизала со всех сторон языком, прошлась туда-сюда рукой, чтобы возбудить еще сильнее, и только затем сунула себе в рот. А. В. прикрыл глаза, кайфуя. Я смачно посасывала его хуй, с каждым разом принимая его всё глубже и глубже. Долго это не продолжалось. А. В. вообще легко кончал. Струя спермы ударила мне в рот. Первую порцию чуть горьковатой жидкости я проглотила на одном дыхании, затем остановилась, подождала, пока хуй не извергнет из себя остатки, а затем сделала второй, последний, глоток.
Если вы думаете, что после этого я отсосала двум другим мужчинам, вы ошибаетесь. У босса такие фантазии были, но я настояла на безопасном сексе, а, поскольку презиков ни у кого под рукой не оказалось, оставшимся двум пришлось удовлетвориться тем, что я подрочила им руками, позволив кончить мне на дойки. Уже после третьего, когда я вся была измазана спермой, на мой мобильный телефон позвонил муж. Я его уже предупредила, что задержусь, вот только не предупредила, насколько... Пришлось в голом виде, вся в кончи, отвечать на его звонок и спокойным голосом говорить, что договор уже заключен, босс меня отпустил и через полчаса я приеду домой. Всё это сопровождалось миленькими словечками, которыми обычно обмениваются молодожёны. Босс присутствовал при этом разговоре, да и двое других держались в пределах слышимости. Как они удержались, чтобы не заржать, когда я говорила Олегу, что очень его люблю, скучаю, что он самый-самый, я не знаю. Я же чувствовала при этом сильнейшее возбуждение, стоя в сперме трёх ебарей и клянясь ему в любви. Признаюсь, я почти кончила при этом...

 --- Упоение властью ---

Не вызывает восторга необходимость возвращаться обратно в свой офис после насыщенного рабочего дня из-за неправильно оформленного документа, но который будет так необходим на встрече с партнерами на следующее утро. День определённо уже сложился плохо, и понимание этого не задает тона и мотивации на следующий день, когда ты должен быть максимально готов, чтобы выгодно заключить договор и не должен упустить своего.
Полупустые дороги делового цента, окруженные полупустыми офисными зданиями, где остался только офисный планктон в надежде на то что, потратив свое личное время на работу они заслужат признание от руководства. Будучи самому руководителем своего бизнеса, неоднократно приходится пользоваться подобными надеждами сотрудников чтобы достичь результата. Сложно сказать насколько это выгодная сделка для сотрудника, но определенно выгодная для бизнеса.
Эти мысли мелькали в голове пока мне приходилось вести машину проезжая мимо однотипных стеклянных зданий. К подобному зданию, где мной были арендованы два этажа под офис, уже приближалась и моя машина.
Выйдя с парковки, я вошел в здание, для формальности поздоровался с охранниками в приемной, и зашел в лифт. Дверь лифта открылась на 7 этаже, и я прошел по пустому коридору, окруженному кабинетами и кабинками сотрудников, двигаясь к своему кабинету в конце этого коридора.
Свет в секретарской часть от моего кабинета не был выключен, и это странно, потому что Саша, моя секретарша и одна из тех преданных сотрудников, всегда была обязательной и пунктуальной. Подойдя к ее столу, я увидел ее включенный ноутбук, на котором светилась наша с Сашей совместная фотография, когда я вручал ей сертификат лучшего сотрудника. Еще одна мотивационная белиберда, однако почему она поставила на просмотр эту фотографию и ушла, при этом оставив свет и свой рабочий компьютер включенными. Кроме того, само это фото со мной немного меня насторожило, и заставило подумать о том, что же у неё крутиться в голове. Как раз в этот момент мне вовсе не нужны были беспокойные мысли о возможных проблемах с сотрудником.
Оставив внимание от ее стола, я направился к двери своего кабинета. Приближаясь к двери, мне стали доноситься тихие женские стоны. Мгновенно через меня стали проходить волны разных мыслей, о том, что возможно это Саша, и вероятно она страдает от боли, или может быть другая сотрудница нарушила все рабочие уставы и занимается с кем-то там сексом. Отбросив размышления, я слегка надавил на ручку, и медленно приоткрыл дверь. В темноте на моем кресле обернувшись спиной к двери сидела девушка. Ее ноги были расставлены на подоконнике, а сами они были облачены в бежевые чулки, на которых играл лунный свет, падающий сквозь щели жалюзи на окне. Было видно, как одна ее рука интенсивно двигалась, и одновременно с этим комнату переполнял приятный женский стон. Шаг за шагом, я начал движение к ней чтобы узнать, кто же был настолько дерзок, чтобы заниматься мастурбацией на моем рабочем месте. Наконец подойдя к ней, я увидел Сашу, глаза, которой были закрыты, а голова ритмично моталась из стороны в сторону от удовольствия. Ее правая рука теребила из-за всех сил промежность, которая была открыта от задранной к верху юбки и приспущенных колготок. Трусиков нигде не было, видимо она их даже не носила. В то же самое время левая рука растирала грудь, спрятанную под белую блузку. Опустив глаза вниз к ее промежности, я увидел, как хлюпающая жидкость из ее промежности растекалась и пачкала мое кожаное кресло. Она самозабвенно растирала свой клитор, который скользил между указательным и средним пальцами её руки. Сами пальцы были пропитаны её влагой, создавая приглушенный хлюпающий звук от ритмичных движений. Зубами она прикусывала свою нижнюю губу, выдавая на лице гримасу блаженства и вместе с тем стирая красную помаду на них. Для мужчины и тем более холостяка, наблюдение за тем как женщина неистово удовлетворяет себя занятие крайне возбуждающее, однако сейчас у меня нет времени на подобные спектакли.
— «Александра!» — серьезным громким голосом вскрикнул я.
Опешив от моего крика и от осознания того что ее застукали, Саша буквально выпала с моего кресла. Тишина озарила комнату, а из-под подлокотника кресла медленно стала выглядывать голова Саши. Наконец показались ее глаза, которые смотрели на меня снизу-вверх. В ее глазах был взгляд нашкодившего котенка, а лицо было залито красным цветом от стыда.
— «Простите меня» — тихим голосом прошептала она, смотря мне в лицо.
«Посмотри, что ты сделала с моим креслом! Что ты себе позволяешь на рабочем месте, в моем кабинете?! Ты отдаешь себе отчет где и чем ты занимаешься?!» — повышенным тоном отчитывал я ее, пытаясь высвободить все недовольство что накопилось у меня за день.
— «Что за поведение?! И это один из моих лучших сотрудников?!»
— «Простите меня пожалуйста. Мне очень стыдно, я сейчас все уберу, пожалуйста простите» — трепеща оправдывалась Саша, сумбурно передвигаясь на коленках и пытаясь вытереть блузкой свои выделения на кресле.
Смотря на ее жалкое положение, хаотичные движения и покрасневшее лицо, гнев, бушевавший внутри, начал сменяться на возбуждение. Стоя на коленках, она металась по креслу пытаясь создать видимость осознанных действий. Она перебирала руками, пытаясь опустить свою юбку и одновременно вытирать кресло.
— «Простите, простите, я сейчас все уберу» — продолжала тараторить она.
— «Хватит! Встань!» — приказным тоном сказал я ей. сборники секс историй про секретарш на https://dojki.biz/book/
Она остановилась, и медленно встала. Ее голова была опущена как у провинившегося ребенка перед родителем. Глаза смотрели в пол, и даже не думали подниматься под грузом стыда. Будучи метр шестьдесят и без туфель на ногах, она еле доставала мне до груди. Снова чувство возбуждения от ее поступка и моего положения начало накатывать внутри, что даже на миг у меня на лице появилась улыбка. А затем пришло осознание, что подобную ситуацию можно будет выгодно использовать, ведь при всей ее серости в ней все же было что оценить. Но чтобы определиться как этим воспользоваться, нужно все обдумать и переварить, а сейчас мне необходимо закончить с делами.
— «Хватит на сегодня. Завтра после обеда, когда я вернусь с переговоров, мы с тобой выделим время и поговорим о твоем поведении и твоем дальнейшем будущем. Собирайся и быстро домой с глаз моих» — насколько возможно строго высказал ей.
— «Простите меня пожалуйста» — не поднимая глаза пробормотала Саша, схватив с пола свои туфли рядом с креслом, и почти на цыпочках вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.
Присев на кресло, и сомкнув руки у подбородка, я пытался успокоить свое возбуждение и сконцентрироваться на работе, оставив все мысли о произошедшем. Закончив с оформлением документов, я поспешил собраться и покинуть офис. Выходя из кабинета, я ощутил стоящий запах ее аромата, что напомнило мне вновь о ней и ее деянии.
Приняв освежающий душ, лежа в своей кровати, я вспоминал что Саша сегодня делала. Интересно, кого она себе представляла, когда играла со своим бутоном. И насколько в конце концов она развратна, что при всей ее нарочитой скоромности она могла себе позволить такое наедине с собой на рабочем месте. А много ли я знаю о ней на самом деле? Эта неприметная серая мышка, приехавшая в большие каменные джунгли с младшей сестрой для достижения карьерных успехов, заставила думать о себе как о сексуальном объекте. При таких-то обстоятельствах, вполне можно ей воспользоваться и вдоволь удовлетворить свои сексуальные фантазии. Кто знает может ей даже понравится удовлетворять меня при ее то внутренней пошлости. Девственница ли она в свои 24 года? За два года что она работает я не слышал и не видел, чтобы она с кем-то встречалась, да и нужно ли было бы ей заниматься мастурбацией если бы у нее кто-то был? Определенно ее надо наказать за такое поведение и заставить как следует отработать прощение. Одно точно, что этот хмурый день закончился прекрасным подарком к своему концу в виде сексуальных возможностей, которые передо мной открывались. С легкой улыбкой от этой мысли, я погрузился в сон на встречу следующего дня.
Мотивация от ожидания деликатного разговора с Сашей, заряжала меня уверенностью во время переговоров, что в конце концов они прошли невероятно успешно и выше всяких ожиданий. Будучи в прекрасном расположении духа, я мог перейти наконец к самому сладкому за день, к Саше. К концу рабочего дня, когда все сотрудники покинули офис, я вызвал Сашу к себе в кабинет. Она робко вошла и встала по среди комнаты, слегка опустив голову вниз. Она была одета в очередную белую блузку и серую стягивающую юбку ниже колен. Ее руки были сложен впереди, казалось она не знала куда деться и боялась что-то говорить.
— «Так, пожалуй, я скажу, что думаю Саша» — разрядив тишину промолвил я.
— «Такое поведение неприемлемо на работе! До вчерашнего случая, я раздумывал вновь наградить тебя званием лучшего сотрудника, и даже хотел назначить повышенную премию, зная твои постоянные расходы на обучение младшей сестры в университете. Ты так усердно работала и достигла всех поставленных целей за год по работе, а теперь ты совершила настолько тяжелый проступок, что он перечеркивает все твои заслуги. Ты понимаешь, что это фактически увольнение с записью в резюме как о работнике с неподобающим поведением? А это в свою очередь уже ставит крест на твоей будущей профессиональной карьере. Я уже не хочу говорить, как это скажется на твоей сестренке и ее обучении» —
— «Простите пожалуйста, мне так стыдно. Я не хотела вас подводить своим поведением, простите меня пожалуйста» — со слезами на глаза, оправдывалась тихим голосом Саша.
— «Уверен, ты не хотела, но ты уже подвела меня, да и в целом нас всех своим распущенным поведением. Мне очень неприятна сложившаяся ситуация, Саша, но я, как руководитель, никак не могу оставить такое поведение сотрудника незамеченным и спустить все на тормоза» — пояснительным спокойным тоном ответил ей на ее попытки оправдаться.
— «Пожалуйста простите меня, я даже не знаю, что мне делать. Мне так важна работа, которую мы делаем, и я так горжусь работой с вами. Я не хочу все терять, простите мое глупое поведение. Я не знаю, что могу сделать чтобы вернуть ваше доверие. Я не знаю, что мне теперь делать, простите меня» — уже рыдая бормотала Саша на мои слова о грядущем тяжелом будущем для нее.
«Конечно, Сашенька, ты можешь заслуженно гордиться своей проделанной работой, но что тут можно сделать? Мне самому не хочется расставаться со столь ответственным, покладистым и умным сотрудником как ты. С болью в сердце, я пытаюсь найти возможные решения, но все крайне скверно складывается» — продолжил я свою речь, нагнетая безысходности к сложившейся ситуации.
«Пожалуйста, я сделаю все возможное чтобы вернуть доверие к себе. Мне так нужна эта работа, я буду стараться вдвойне чтобы оправдать себя. Прошу вас, скажите, как мне быть? Я не могу все потерять сейчас» — рыдая говорила она.
На моем лице начала расплываться улыбка от осознания насколько Саша уже находится в моей власти. Встав из-за стола, я вытащил белый платок из кармана пиджака и подойдя к ней, протянул его Саше. Пока она вытерла свои слезы, я обошел ее сзади и встал рядом с ее спиной.
«Знаешь, Сашенька, я могу заставить себя подумать о том, чтобы дать тебе шанс, но не знаю сможешь ли ты оправдать его. Я озадачен и теряюсь в своих рассуждениях» — снисходительным голосом высказал я обнадеживающие предложение.
Саша затрепетала, захлебываясь в своих слезах, и обернувшись начала умоляюще уверять.
— «Я сделаю все что угодно, пожалуйста дайте мне этот шанс. Я на все готова лишь бы оправдать себя в ваших глазах! Пожалуйста будьте снисходительны ко мне, я буду стараться из-за всех сил» — с надеждой пролепетала она.
— «Ты действительно готова на все чтобы сохранить работу и вернуть мое доверие?» — нарочно спросил я чтобы вынудить ее условно подписаться на все что угодно.
— «Да, конечно да, я сделаю все для этого. Я буду стараться не покладая рук» — уверенно и с энтузиазмом прокричала Саша.
— «Что ж, раз ты настолько уверяешь, Сашенька, тогда и проверим, насколько хорошо ты готова поработать своими руками. Поэтому сними с себя все одежду. Медленно» — тихим уверенны тоном произнес я, смотря в ее заплаканные глаза.
Саша опешила от сказанного, она замерла на месте и ничего не говорила. Её рот остался в открытом состоянии выражая шок на её лице. Она переваривала услышанное и пыталась понять в какой ситуации она оказалась. Я в это время вновь медленно обошёл ее и сел на край стола в предвкушении, когда начнется шоу для меня в ее исполнении.
«Саша, я жду, у тебя не так много времени, как ты думаешь, если ты не можешь доказать свою преданность, то ты как раз уже смотришь на дверь» — пригрозил ей, чтобы заставить перейти к действиям.
Саша потратила еще несколько секунд на осознание происходящего, после чего повернулась ко мне и начала сверху расстёгивать свою белую блузку, опустив при этом глаза на пол. Слышались ее хлюпающие звуки из носа, по лицу стекались остатки слез, но уже проявлялось спокойствие и покорность от того что пришло понимание что все для нее изменится, но она сохранит свое рабочее место, а может и добьется большего если будет послушной девочкой. Она хоть и неуклюже, но смогла стянуть с себя блузку, выявив на свет свой оголённый торс с прикрытой белым лифчиком грудью. Она сжала руки вокруг грудей смущенно пытаясь их прикрыть от моих глаз.
«Умница, теперь убери руки с грудей, дай мне их рассмотреть, как следует» — приказал я ей.
Она неловко опустила руки по швам, открыв моему взору свои нежные широко посажанные груди. Овальная форма груди выдавала на глаз второй размер, в то время как соски, смотрящие вперед, были выпуклыми и слегка припухшими, как и кожа вокруг них. Не смотря на всю Сашину непримечательность, все же ее грудь была аппетитной и призывала своим видом поиграть с ними руками всласть, а затем вкусить их на вкус губами. Ее живот был достаточно ровным и плоским, но не выделялся рельефностью, видно, что она не придавала значения физическим упражнениям. Кто бы мог подумать, что за бесформенными блузками у Сашеньки скрывалась достаточно тонкая талия. Видимо серость ее глубинки не позволяла ей подчеркивать свою фигуру.
«Хорошо, Саша, ты молодец, уже начинает казаться что ты в самом деле хочешь загладить свою вину. А теперь продолжай и сними с себя эту серую юбку. Уверен тебе там есть что показать в свете вчерашнего» — с довольной ухмылкой произнес я, глядя на ее покрасневшее лицо.
Вспомнив вчерашнее, Саша сильно покраснела, а ее руки задрожали, словно листья колосятся от ветра. Содрогаясь, но собравшись с духом, она начала расстёгивать молнию юбки на правом бедре. Неуверенно Саша стала стягивать со своих ягодиц и бедер облегающую серую юбку. Юбка упала на пол образовав круг у её ног. На ее как оказалось длинные ноги были вновь надеты бежевые чулки, делая их такими аппетитными. К верху эти чулки подчеркивали ее бедра, которые были достаточно широкими. Странно что она претворялось серой мышью прикрываясь этими серыми костюмами и юбками. Вновь, как и вчера вечером, на ней не было трусиков. Под чулками скрывался легкий пушок, было заметно что она ухаживала за ним придавая форму треугольника, конец которого указывал на ее клитор. А сам клитор был достаточно выпуклым, слегка выдаваясь из-под чулок. На эту картину было приятно смотреть, все ее лицо краснело от того что на нее, почти обнаженную, смотрит мужчина, её начальник, а по сути уже хозяин. Да, в самом деле, теперь я стал её хозяином, в чьих руках находилась её серая жизнь.
— «Ты гораздо аппетитнее чем кажешься в своей одежде Сашенька. Думаю, тебе лучше стоит ходить голой, когда будешь рядом со мной» — насмешливо произнес я.
В моем взгляде прослеживался огонек возбуждения, который возникал от вида женского тела, которое не смело даже сопротивляться мои приказам. Я встал со стала, и отойдя в сторону указал рукой ей на стол.
— «Пройди вперед Сашенька, и ложись животом на мой стол» — приказал ей я.
На её лице показалось желание что-либо сказать, и вроде даже приоткрылись губы на красном лице, но она даже не смогла выдавить звук из своих уст. Она смотрела на меня несколько секунд, видимо собираясь с духом, либо крутила в голове мысли о том, что я с ней сделаю в этом положении. Хотя, вывод был очевидным, что ещё можно было сделать с покорным женским телом, лежащим на столе с выпяченной попкой. Тишину комнаты начали разрезать стуки каблуков, издававшиеся от робких шагов Саши. Она медленно подошла к столу и остановилась. Её глаза смотрели на стол, куда её тело должно было лечь. Похоже она вновь обдумывала как она поборет себя и нагнется, оголив при этом перед мужчиной свою промежность.
— «Ну же, не стесняйся Сашенька, вчера ты была куда более уверенной, когда пачкала мое кресло» — с издевкой в голосе сказал я, чтобы заставить её наконец лечь.
Она посмотрела вновь на меня, в её глазах читался жалобный взгляд, но я смотрел сурово на нее, давая понять, что от меня она уже получила жалость в виде шанса, и кредит шансов для нее уже исчерпался. Повернув обратно голову к столу, она тихо положила на него ладони. Ее спина стала сгибаться, а попка выпячиваться к верху. Наконец её груди коснулись поверхности стола, из её уст послышался легкий вздох от прикосновения к холодному покрытию. Оттопыренная попка показалась во всей своей красе предо мной. Она была достаточно упругой грушевидной формы с чудным средним размером ягодиц, словно призывая сделать с ней непотребное.
— «Расставь широко ноги и раздвинь их, Сашенька. Открой доступ к своим прелестям для меня, будь хорошей девочкой».
Она стала неуверенно перебирать ногами в стороны, открывая все лучше и лучше свою промежность. Наслаждаясь видом, неспешным шагом я начал движение к ней. Я встал позади нее и смотрел сверху на ее ягодицы. Мои руки приподнялись и медленно опустились на них. Она содрогнулась, ощутив на своем теле мужские руки. Какие нежные, наливные ягодицы, словно мячики в моих руках. Я стал двигать ладонями по ее попке, похотливо обглаживая ягодицы спускаясь к бедрам и обратно. Чулки позволяли скользить рукам по ее телу. Столь аппетитные формы, что моя рука сама взмыла вверх и резко опустилась, шлепнув ягодицу Сашеньки. Шлепок раздался эхом по все комнате, за которым последовал вскрик из уст Саши. Я провел руку вверх, чтобы увидеть, как покраснела ее попка от моего удара. На ее ягодице остался след моей руки, след моего желания овладеть этим телом.
— «Пожалуйста, не делайте мне сильно больно, сэр» — дрожащим голосом выдавила из себя Саша.
— «Сэр? Разве так умаляют о прощении? Я тебе дал шанс, а ты ставишь мне условия?! Нет! Я твой Господин, Сашенька! Ты меня поняла?» — слегка опустившись к ней, надменным тоном произнес ей в ухо.
— «Я поняла. Простите меня» — слегка плача прошептала Саша.
— «Надо говорить, я поняла мой Господин, Саша!» — рявкнув на нее возмутился я.
— «Я поняла мой Господин» — почти сопя заговорила она.
— «Что ж, хорошо, Сашенька, я всегда видел, что ты быстро учишься на работе, и сейчас не исключение. Уверен сегодня твое тело многому научиться, и усвоит уроки как следует, правда?» —
— «Да, я буду стараться Господин» — пролепетала Саша.
— «Вот и отлично, Сашенька» — с удовлетворенной улыбкой сказал, опустив руки на середину чулок у промежности и схватив ее руками. Одним резким движением я порвал её чулки, тем самым открыв на свет её влагалище и анус. Опустив глаза на ее влагалище, я заметил, как из него начала сочиться струйка влаги. Моя Сашенька уже текла от того что я с ней делаю, до чего развратное создание попалось мне в руки. Я опустился на колени, и мне в нос ударил аромат ее промежности. Её влага отдавала таким стойким запахом что вызывала легкий опьяняющий экстаз, воспаляя во мне все больше огонь страсти. Мои руки раздвинули ее полупопия чтобы открыть больше взор на ее влагалище. Сашенька вздрогнула, ощутив руки на своей промежность, осознавая, что ее бесцеремонно трогают между ног. Видно, что она и хотела бы выдвинуть возражение, но продолжала тихо посапывать, ожидая того что я буду делать дальше.
Слегка отойдя от одурманивающего запаха ее влаги, мой язычок словно неудержимый выскользнул из моего рта и прилип к ее половым губкам. Я начал медленно слизывать с них ее жидкость и пробовать ее на вкус, словно лакомился мороженым как маленький мальчик. Я делал это не спеша, полностью окунувшись во вкус ее влагалища и нектара из него. Язык проходил вновь и вновь от клитора по губкам к самому отверстию влагалища. Какое наслаждение вкушать женщину и упиваться своей властью над ней. Снова пройдя по ее девочке языком, я стал слышать, как Сашенька начала томно постанывать вперемешку с хлюпаньем от слез. Я улыбнулся, понимая, что она начала поистине наслаждаться тем что я делаю. Но моя цель не доставить ей удовольствие, а насладиться ее телом, ее вкусом, ее ароматом. Поэтому мой язык снова начал облизывать ее промежность. Я убрал руки с полупопий и обнял ее бедра ими, начав сильно прижимать к своему лицу ее промежность. Я сделал глубокий вдох, жадно вдыхая ее запах, обмазывая свой рот и язык ее соком. Опустив ее, я сделал страстный выдох с опьяненной улыбкой на лице. Я снова прильнул к ее промежности, и сделал второй жадный вдох ее аромата. Сашенька прогнулась в спине и простонала от этого. До чего чудесно, видимо она получила небольшой оргазм, потому что я почувствовал, как на мой нос и рот брызнула ее секреция. Отведя лицо, я медленно и жадно начал облизывать губы вокруг языком, улыбаясь словно кот напившийся молока.
Выдержав небольшую паузу от ударившей крови в голову, мой взор упал выше, на ее колечко ануса. Оно было словно цветок, линии которого сходились симметрично в одной точке. Ее анус был бесподобно чарующей формы, что в моей голове проскользнула мысль что возможно я открыл в себе фетиш к красивому женскому анусу. И передо мной находился один из идеальных его образчиков. Я вновь раздвинул ее полупопия, но на этот раз чтобы открыть шире вид на ее манящие колечко сфинктера заднего отверстия. Наслаждение одним только видом, делало свое дело, мой член давно набухший от происходящего, готов был разорвать трусы с брюками от мыслей овладения этим отверстием. Я опустил свой нос к ее колечку, что проверить нет ли неприятного запаха от него, который я не улавливал пока вкушал влагалище Сашеньки. На мое удивление, и радость, Саша придавала большое внимание к своей гигиене, что даже будучи почти кончиком носа в ее отверстии, я не смог учуять другой запах кроме аромата, источающегося из влагалища. Не знаю, мыла ли она себя внутри своей попки, но меня ее чистота стала воспалять все сильнее, что я уже не мог терпеть, наслаждаясь лишь только видом и ее соком.
Я поднялся на ноги, и начал медленно спускать ширинку вниз, так чтобы это было слышно Сашеньке. Было видно, как она засуетилась, заерзала ее тело, а ее голова пыталась обернуться чтобы увидеть, как я вынимаю член. Прекрасно наблюдать за тем как женское тело трепещет как рыба на крючке, осознавая, что скоро ее ждет. Мне не пришлось долго стараться, чтобы член оказался на воздухе из-под трусов, когда брюки упали на пол. Член стоял колом, а из его отверстия во всю стекала предсеменная жидкость, выражая жгучее желание овладеть этим безропотным телом.
Я обхватил пальцами кончик головки своего члена, и начал растирать по всей его длине свою жидкость, тем самым увлажняя его перед актом будущего секса. Достаточно обмазав рукой член, я взял его рукой и направил к ее половым губам. Она вновь испуганно прогнулась и взвизгнула, пытаясь смотреть назад, когда член коснулся ее клитора и половых губок.
— «Тихо, тихо, Сашенька, я еще не вхожу в гости» — томным голосом успокаивал ее.
Саша молчала, видимо она была все еще в шоке от недавнего оргазма, и того что теперь мужской член стоял у входа в ее сокровенное отверстие. Дразнящими движениями я начал двигать член круговыми движениями по ее клитору, а затем головкой водить по ее половым губкам вверх, слегка приближаясь ко входу во влагалище, а потом спускаться обратно вниз. От подобного массажа, по головке начал проходить легкий возбуждающий ток. Наши соки начали смешиваться, и создавали хлюпающий звук от движения головки по ее промежности. Ее тело трепетало каждый раз как головка подходила к отверстию влагалища, видно, что каждый раз она ожидала что я могу резко овладеть ею.
Наконец, я был готов войти, остановив головку у ее отверстия. Сашенька определенно поняла, что сейчас уже точно член начнет погружаться в нее. И как только моя головка, начала продавливать вход в ее отверстие влагалище, она затрепетала.
— «Пожалуйста подождите, не надо. Я еще... Я еще девственница. Пожалуйста не надо» — жалобно всколыхнулась Саша, пытаясь обернуться ко мне.
— «Что? Ты, и еще девственница? Та которая позволяет себе самоудовлетворение на рабочем месте, и не знает мужчины внутри себя?» — слегка насмешливо и удивленно произнес я.
— «Простите меня. Пожалуйста не надо, я сейчас не готова, я не могу, пожалуйста» — щебетала Саша, пытаясь оправдаться и отложить, казалось бы, неизбежное.
— «Знаешь Сашенька, могу тебя успокоить в одном, сейчас твоя девочка определенно не лишиться девственности. Потому что я не хочу запачкать кровью свой рабочий стол, да и рабочее помещение вообще. Ты молодец что сказала об этом. Хвалю!» — почти успокаивающе объяснил ей я.
— «Спасибо, спасибо, Господин, простите меня что не я не могу сейчас» — полу плача говорил она.
— «Сашенька, это конечно печально что твоя девочка сейчас не может удовлетворить меня, ввиду подобных обстоятельств. Но у тебя есть и другое отверстие которое способно удовлетворить меня полностью, и при этом тебе не нужно будет бояться крови» — слегка улыбнувшись спокойно предложил ей неизбежную альтернативу.
На Сашеном лице стояла опешившая гримаса, выдавая то что ей нечего было сказать, а мозг был занят мыслями о том, что сейчас ее попка будет оплачивать грех девственности ее влагалища. Сглотнув слюну, наконец она смогла выдавить из себя хоть какие-то слова.
— «Но ведь оно не для этого» —
Меня рассмешила ее наивная речь, после этой небольшой паузы и попытки анализа в голове своего положения.
— «Что я могу сказать тебе Сашенька, теперь оно будет для этого! И будет нести двойную функцию с сегодняшнего дня! Не пропадать же скопившейся энергии во мне из-за тебя» — немного посмеиваясь громким голосом ответил ей. После чего, Саша вновь опешила, и не могла подобрать слов.
— «Тебе будет немного больно, поскольку как я вижу, что твоя попка, как и твоя девочка, не вкушала мужской член. А теперь повернись вперед, и не сбивай меня с настроя, иначе я могу расстроиться, и тогда твоя попка треснет как арбуз от моего необузданного гневного напора» — продолжил я, насмешливо приказывая ей.
Саша молча обернулась вперед с широкими глазами, на ее лице не было гримасы отчаяния, а легкий шок от осознания будущего для ее попки.
— «Умница! Знаешь я попытаюсь облегчить тебе твой первый раз, за твое послушание и прилежание. Я надену презерватив на своей член, чтобы он спокойно скользил в твоей попе, а тебе возможно будет даже приятно. Потому, я жду благодарности, Александра, за свое милосердие, или я не заслужил?» — с легкой иронией спросил я её.
— «Спасибо за вашу доброту, Господин... « — с малым энтузиазмом произнесла она.
Злорадным смехом я заполонил тишину комнаты и опустился вниз к брюкам чтобы достать из его кармана приготовленный презерватив. Вскрыв его, я бросил обертку на стол, специально возле Сашеного лица, чтобы заставить ее еще больше думать о том, что сейчас в ее попку в первый раз начнет вторжение мужской член. Презерватив туго натягивался на член, облегая его по всей поверхности. Наконец он был полностью натянут, а вся его поверхность была обмазана лубрикантом. Наслаждаясь видом своего стоящего члена, я обратил взор на вожделенное отверстие заднего прохода Саши. Она была так смирена, а ее попка так соблазнительна что уже не оставалось внутренних сил сдерживать себя. Но чтобы не порвать попу моей послушной девочки, я решил сплюнуть на ее колечко, и потихоньку начал обмазывать его ее выделениями и своей слюной. Указательный палец делал круговые движения по ее отверстию, и чтобы облегчить себе вход для члена, я начал немного продавливать колечко чтобы пройти пальцем внутрь.
— «Ай, ай, больно. Пожалуйста, там больно» — затрепетала Саша.
— «Тихо, тихо, Сашенька, это только еще палец. Сейчас я приготовлю немного твое отверстие, чтобы ты не сильно страдала, так что терпи и не ной, а лучше расслабь свой зад, чтобы не мешать мне» — ответил ей серьезным голосом.
Я снова плюнул уже на палец, кончик которого слегка уже погрузился в ее отверстия, слегка растягивая вход. Палец обмок от слюны, и продолжил движение во внутрь раздвигая дальше сфинктер Саши. Медленно треть пальца проходила внутрь, пока Саша в это время мычала, стиснув зубы и прикусывая губы. Тепло заднего прохода обволакивало мой палец, и передавала энергию в мой стоящий член. Казалось словно я высасываю тепло из ее попки. Мой палец продолжил свой поход вглубь этого вожделенного отверстия, который миллиметр за миллиметром поглощало его, стискивая в своих объятиях. Вот уже две трети пальца смогли пройти внутрь, пока Саша продолжала стонать впереди. В голове закрадывалась мысль, что я могу сейчас натолкнуться на каловые массы в ее заднем проходе, но похоть продолжала подстегивать меня продолжая двигать палец внутрь. Вновь я плюнул на палец, словно смазывая станок. Палец медленно начал поход до конца. Не спеша я двигал его вперед, опустив левую руку на ее таз, чтобы удержать ее на месте пока Саша пыталась дергаться в стороны от движения пальца внутри. Её мычание сквозь закрытый рот становилось интенсивнее, как и мое возбуждение от проделываемой операции с ее попой. Наконец-то весь палец погрузился в ее вожделенное заднее отверстие, которое сжимала его со всех сторон. Какое блаженство, осознавать, что женская попка насажена на твоем пальце, и она не может никуда от этого убежать. Я начал медленное кручение пальца внутри нее, на что она вновь раздалась стоном. Прокрутив в одну сторону, я продолжил в обратном направлении, где снова смочил палец своей слюной. Саша уже неистово постанывала впереди, пока палец вращался то в одну сторону то в другую, а я упивался этим зрелищем и ее стонами.
Достаточно уже насладившись и разработав ее заднее отверстие, я остановился и начал медленно вытаскивать палец из нее. Сашина попка так обтягивала палец, словно не хотела его отпускать на свободу, а пыталась удержать в себе. Наконец палец покинул это вожделенное пространство. И только на воздухе я ощутил насколько палец был нагрет теплом ее заднего прохода. Я вынул платок из кармана рубашки и вытер им палец, чтобы не сбивать свое настрой от возможных запахов.
Опустив взор к влагалищу, я увидел, как из него на пол капали капельки ее секреции. Моя Сашенька возбудилась от прогулки мое пальца внутри ее попки. Меня стало интриговать мысль, насколько сильно она потечет, когда ощутит внутри уже мой член, диаметр которого почти в три раза превосходил мой указательный палец. Поэтому я решил не откладывать выяснения в долгий ящик и приставил головку члена к ее заднему отверстию. Почувствовав кончик презерватива на своем сфинктере Сашенька начала напрягаться всем телом, в ожидании того что я начну свой напор.
— «Сашенька, попробуй расслабить свое тело, чтобы получить удовольствие, потому что так или иначе процесс будет необратим» — томно посоветовал я перед входом.
Я начал руками продавливать головку члена в ее заднее отверстие, на что Сашенька, взвизгнув начала подаваться вперед. Я придавил ее второй рукой к столу, а ее попытки движения были пресечены самим столом. Головка стала медленно, но верно погружаться в отверстие, раздвигая стенки сфинктера в стороны. Саша металась впереди и начала громко стонать. Головка двигалась неумолимо вперед, а попка Сашеньки тихо начала заглатывать ее, обволакивая словно губами. Наконец прозвучал легкий щелчок, когда головка погрузилась в Сашину попу. Она взвыла от ощущения диаметра головки, на что пыталась увернуться попкой в стороны, но тщетно. Ее руки обхватили край стола, и казалось она могла сломать мой стол, настолько сильно мой раскаленный член в ее заднем проходе придал ей сил. Я выдержал паузу наблюдая за ее стенаниями, пока она наконец не пришла к смирению от того что девственность ее попки уже нарушена, а дальше ждет неизбежное погружение всего члена. Увидев смирившееся тело Саши, я продолжил погружение своего члена в ее узкую попу. Стенки заднего прохода туго обжимали член, и не хотели его пропускать, но мой напор не могло сдержать столь несущественное препятствие, а наоборот дарило мне все больше удовольствия. Ощущение как плотно член сидит в заднем проходе девушки приводит в настоящий экстаз. Член двигался вперед и уже зашёл наполовину, как вновь Саша начала ерзать по столу и стонать.
— «Пожалуйста хватит, так жжет внутри, Господин!» — умоляюще завопила она.
— «Александра, не смей прерывать меня своими мелкими проблемами, смотри вперед и расслабь зад как я тебе говорил! Если вновь мне будешь мешать, то я не буду столь милосерден к твоей заднице, и она будут уже не жечь, а гореть огнем внутри. Ты меня поняла!?» — строго высказал ей в ответ.
— «Да, Господин, простите меня» — жалобно сказала Саша и повернулась лицом вперед.
Наконец разобравшись с ее возражениями, я вновь приступил к медленному овладению ее анального отверстия. Прижав руками ее бедра, я стал потихоньку насаживать дальше мою покорную девочку на свой член, как кусочек мяса на шампур. Членом я ощущал, как стенки ее заднего прохода растягивались, издавая слегка похлопывающий звук. Звук лишения анальной девственности, какое блаженство. Член шел уверено, натягивая на себя Сашину попку, как буквально недавно я натягивал на него презерватив. Тепло начало обхватывать член, когда он наконец полностью погрузился в ее попку до упора. Я выдохнул, закрыв глаза и приподняв лицо вверх от наслаждения этим ощущением и своим положением. Саша стонала, и даже визжала, ерзая по столу, но эти стенания только услаждали мой слух. Опустив опьяненные глаза от удовольствия на ее попу, я увидел, как ее отверстие словно пульсировало, делая мне массаж члена. Что может быть прекрасней сейчас, как овладеть женщиной, ее попкой и так безмятежно наслаждаться моментом. Я почувствовал, как по моей мошонке начала стекать жидкость. Это была Сашина секреция, которая просто хлюпала из влагалища, пока я наслаждался полным погружением в ее зад.
— «Какая похотливая девочка, так ты значит реагируешь на то что в твой зад опустился мужской член?! Ты просто безбожно развратная натура, Александра» — издевательски заметил я, посмеиваясь.
— «Простите меня, я не хотела... Господин» — робко и тихо пропищала Саша, смущаясь своего потекшего влагалища от проникновения в ее зад.
— «Прощаю тебя Александра, прощаю. Сегодня я почему-то благосклонен к тебе!» — улыбаясь от удовольствия расплескал я ей свое благодушие.
Вернув свое внимание к ее попке, я начал движение обратно. Член начал медленно и туго выходить назад из ее анального отверстия, словно оно теперь не хотело его отпускать, а продолжать массажировать и одаривать своим теплом. Тугое сжатие колечками сфинктера массировало головку члена при движении назад, создавая небывалое напряжение в члене от наслаждения. Член почти полностью вышел из этого райского отверстия, оставляя только его головку внутри. Слегка выждав, я вновь направил давление тела вперед и член вновь стал погружаться в ее задний проход. Саша вновь начала бурно реагировать на повторное бурение ее попки членом. Она визжала и стонала, что казалось она сейчас потеряет сознание. На этот раз член гораздо быстрее смог достичь ее глубины. Моя мошонка ощутила опять ее влагу, что меня крайне порадовало. Выждав легкую паузу, я начал движение назад. На сей раз попка расставалось с членом куда охотнее, что давало понять, что медленно, но верно она разрабатывается под размеры моего члена. Вновь, только головка оставалась внутри, как я сделал движение обратно, пока Сашенька мычала.
С каждым новым медленным погружением члена в ее задний проход, Саша все меньше и меньше взвывала от боли. Видимо я уже приучил ее зад принимать мой член, а отчётливое возбуждение перекрывало дискомфорт от растянутого кольца сфинктера. С этими мыслями, я стал понемногу ускорять темп движения, чтобы насладиться в полной мере как ее попкой и так ее стонами. Ускоренное вхождение члена сделало свое дело, и Саша снова стала покрикивать, а тело подергиваться, когда член входил на полную длину в ее чудесный задний проход. С каждым новым входом по комнате раздавался чавкающий звук, словно ее попка пожевывала мой член, при этом Сашин рот продолжал наращивать болезненные стоны в пересмешку с томными. Наслаждаясь видом каждого погружения члена в ее зад, я заметил, как вокруг ее сфинктера стала образовываться белая пена. Не сбавляя темпа, я сплюнул на свой движущийся член, чтобы улучшить скольжение словно на поршне станка, и возможно слегка облегчить ее страдания от погружения в доселе не ведомого для Саши мира анального секса.
Потихоньку темп движения уже стал достигать скорости близкой к обычному сексу во влагалище. Хотя Саша все больше и больше начинала извиваться на столе, я уже не мог остановиться, наслаждаясь ее стонами и упиваясь властью над ее попкой. Мои крепкие руки сильно сжимали ее бедра, да так сильно что было видно, как краснеет на них ее кожа и начинают образовываться синяки. Наконец я стал вколачивать свой горячий член так сильно насколько был физически способен, ощущая в себе зверя, который терзает плоть пойманной жертвы. Саша стала неистово кричать, уже не разбирая чего в крике было больше, страданий или возбуждения. С каждым новым толчком, я чувствовал, что уже близок к тому чтобы освободиться от накопившейся спермы во мне, благодаря Сашиному заднему проходу и ее мягким ягодицам, ласкающим мой слух от каждого шлепка по ним моим тазом. Однако мне хотелось спустить именно в Сашу, а не в презерватив, чтобы она ощущала брызги струй и пульсацию моего члена в своей заднице, таким образом окончательно утвердив свою власть над ней.
Не в силах себя больше сдерживать и остановить свой напор, я резким движением назад вынул свой член из ее заднего отверстия и расторопно сорвал презерватив за торчащую головку. Член был таким горячим и набухшим, словно готов был взорваться от скопившейся энергии. Потому не теряя ни секунды, я моментально и грубо ввел его обратно в Сашин еще не успевший закрыться задний проход. Саша вскрикнула вновь от такого входа в ее открытое отверстие. Этот вскрик послужил возбуждающим сигналом наконец разрядить накопившуюся во мне сперму в нее. Член словно в самом деле взорвался в ней, я ощущал, как неконтролируемо спускаю обильные струи одну за одной под натиском желания заполнить ее попку. Член неимоверно пульсировал, разряжаясь вновь и вновь, моя руки со всей силы сжали Сашины бедра заставляя ее кричать, оглушая меня.
Я почувствовал, как по моим губам хотела скользить вниз тягучая струя слюны, когда я пришел в себя от блаженства оргазма, который сейчас получил, обильно кончив в Сашин зад. Мой руки отпустили ее бедра, и показалась что кожа ладоней слилась с кожей на ее бедрах, которые посинели от моего сжатия. С моего лица стекали капельки пота, падая на ее ягодицы, пока я выравнивал свое дыхание склонившись над Сашиным телом. Одно я определенно осознал сейчас, смотря на ее прекрасные ягодицы, что Саша мне подарит еще много прекрасных моментов своим телом.
Я выпрямился и медленно начал вытягивать член из ее заднего прохода. Саша слегка вздрогнула, когда головка наконец покинула ее отверстие. Сфинктер так привык к размеру моего члена, что уже нехотя пытался сомкнуть колечко. Я вновь испытал блаженство смотря на открытое отверстие, как символ успешно проделанной работы по лишению ее анальной девственности. Спустя несколько секунд Сашин сфинктер начал пульсировать и из отверстия стала стекать тонкая струйка моей спермы.
— «Так, погоди Сашенька! Давай сожми свой задний проход изо всех сил, ведь ты не хочешь, чтобы моя благосклонность к тебе вытекла из тебя, правда?» — с недовольством в голосе вымолвил я ей.
— «Да, простите меня. Я не хотела» — обессиленно простонала она в ответ. сборники секс историй про секретарш на https://dojki.biz/book/
Ее колечко начало сжиматься, было видно, что она старалась сузить его, напрягая мышцы сфинктера. Обхватив ее, я приподнял ее чтобы из нее перестало вытекать. В конце концов Саша справилась и смогла крепко сжать колечко своего ануса. В качестве похвалы, я пригнулся и поцеловал ее в спину.
— «Молодец Сашенька, как я и думал, ты умелая девочка, которая воспользовалась своим шансом и смогла загладить вину» —
— «Спасибо, Господин. Я очень старалась» —
— «Вот и отлично. Теперь мы посмотрим, как ты будешь оправдывать ожидания дальше. Сейчас ты соберешься, и мы поедим ко мне на апартаменты, где ты сможешь продолжать показывать свои таланты» — с улыбкой на лице спокойно произнес, смотря на спину Саши.
— «Господин, подождите, я думала... « —
— «Заткнись Саша! Кого волнует, что ты думала?! Чтобы ты была готова к выходу, к тому моменту, как умоюсь. Ты меня поняла?» — перебил я ее.
— «Я поняла» — сжавшись на столе выронила Саша.
— «Я только что выразил недовольство твоей глупость, а ты даже не извинилась?» — выкрикнул я, сильно ударив по Сашиной ягодице, так что она вскричала.
— «Простите, Господин, простите меня за мою глупость» —
— «Отлично, тебе еще многому нужно учиться. Скажи спасибо что я столь милостив к твоей персоне, не смотря на твою развратность и глупость» —
— «Спасибо, Господин, за ваше милосердие и понимание» — посапывая, покорно вымолвила Саша, съёжившись на столе.
Расплывшись в улыбке, я спокойно одел трусы с брюками, и пошел умыться, привести себя в порядок, ожидая и предвкушая дальнейшие радости на сегодня с моей услужливой Сашенькой.

 --- На краю ---

Владимир уже давно устал от понятия секса, от молодых секретарш и работниц в его офисе, которые хотели постоянно пощупать его попку, от взглядов девушек, одевших футболки с большим декольте; хотя дома у него давно не было секса с женой, уставшей от похоти мужа и погрязшей в домашней рутине. В первые отказы ему казалось, что это вполне нормально, такое тоже случается с некоторыми его друзьями, что такое часто показывают в фильмах, упоминают в шутках, что это вообще обыденное устройство брака, где жена, чтобы на время утихомирить животную натуру мужа, отказывает ему в постели; но после того, как Маша отказывала ему целый год (через два месяца он потерял надежду), после того, как ненадолго они поссорились насчет этого, — он утверждал, что секс — это естественное явление и долг обоих супругов, а она — что это грязно и отвратительно, и недостойно интеллигентного мужчины, коим он, по ее мнению, является, — ему стало показываться, что положение, которое в первое время отсутствия секса застыло и просто ждало пробуждения, чтобы продолжить движение, стало наоборот идти вниз, углубляться в те края и границы, через которые проходили его друзья перед разводом.
Их ссоры стали происходить по малым причинам, по их сверхчувствительности к словам, которые до табу Маши Владимиру казались совершенно безобидными; Владимиру выход из такого положения брака виделся лишь только в том, чтобы дойти до этого дна, но как только он во время ужина смотрел на жену, усталыми глазами обращенную на еду, которую она готовила три часа после своей же работы, то вдруг замолкал, мысли останавливались перед тем, как вырваться, и возвращались обратно в черный сундук всех его возможных решений. Ему не хотелось бросать семью, не хотелось нарушать окончательно устройство жизни, поэтому он решался наладить жизнь с Машей. Но она не поддавалась ни цветам, ни поцелуям, хотя они не подразумевали прелюдия для секса, а лишь знак его любви, и, решив, что он сделал все, что может сделать мужчина в таких случаях, учитывая его гордость и предубеждения, он решил, что нужно принять окончательное решение и заявить о нем первым, как мужчина.
Его мысли о разводе усугублялись и тем, что хорошенькая работница запала на него и постоянно проявляла внимание к нему. Вам кажется, что она как сумасшедшая носилась вокруг него, говорила о своей сумасшедшей любви и фанатично дома писала рассказы об их браке и сексуальной жизни, но на самом же деле она проявляла свою любовь, внимательность, снисходительность и доброту милой улыбкой, когда он приходил и уходил, нежной интонацией голоса во время общения с ним, случайной встречи в коридоре, спокойными вопросами насчет работы, когда ей было что-то непонятно, и нежелательностью совершенно носить вызывающую одежду, чтобы привлечь его внимание. Владимир это замечал, поощрял и любил, как никто другой, наверное, потому что такое ее отношение было ни к кому другому, как только к нему. «Тут ничего такого не будет, тем более, что Маша совершенно не хочет, чтобы я находился дома.
«Перед тем, как позвать ее на ужин, он нисколько не сомневался в том, что она может отказать, ведь симпатия и уважение друг к другу вполне очевидны, даже для других работников, поэтому он позвал ее скорее только затем, чтобы, наконец, разрушить их обоюдную «слепоту» к ухаживаниям друг за другом, перестать делать вид, что они хранят друг от друга какой-то секрет. Когда же она согласилась, то ее красивое лицо стало не просто красивым, а скорее ангельским, невинным, таким чистым, что ему совершенно не хотелось, чтобы кто-то в этом офисе, да даже в мире, лишал ее этой чистоты, а так как он завладел возможностью сводить ее в ресторан, то он хотел, чтобы это был ресторан с высшим уровнем обслуживания; и он повел ее в ресторан, где он обычно любил сидеть после работы и выпивать, особенно в дождливые или вечерние зимние времена, чашечку кофе, осматриваться на скромные картины на стенах, слушать тихую музыку, а затем, в качестве кульминации хорошего времяпровождения, оставлять приятные чаевые.
Оказываясь в центре внимания официантов, которых Владимир заставал в одиночестве, привлекая хоть и мимолетные, но многочисленные внимания сидящих женщин и мужчин, она совершенно раскрывала свою красоту по неволе, что Владимир начинал чувствовать то же самое, что он когда-то чувствовал к своей однокласснице в восьмом классе, что он почувствовал, когда увидел фотографию прекрасной Элизабет Тейлор, что почувствовал, когда увидел Машу, держащую их дочку в руке после ее рождения, — любовь. От ее уверенности, не смущённости, несмотря на то, что официанты так улыбаются ей, что мужчины смотрят на нее, Владимиру казалось, что нет ничего прекраснее, чем эта девушка, эта женщина, что сидела перед ним. Чем больше он узнавал о ее жизни, чем больше он узнавал о ней через ее поведение, через ее истории, через ее язык тела, тем больше он чувствовал уже то сексуальное влечение, которому придаются в случае большой любви, но не то влечение, которое он сам испытывал от сексуального голода, похотливое и животное. порно рассказы Смотря на ее губы, на ее руки, держащие вилку, на ее глаза, слушающие его унылые речи, он хотел поцеловать ее глаза, ее гладкий лоб, открывающийся разведенными в сторону волосами, поцеловать ее шею, снять аккуратно ее кофточку и поцеловать ее небольшие груди, затем спуститься ниже и...
В машине, когда он решился подвезти ее до дома, он краем глаза видел ее руку, лежащую на подлокотнике, устало согнутые пальцы, подростковую светлость кожи, решался взять ее, посмотреть на нее, чтобы дать понять, что он любит ее, что он хочет ее, что он хочет войти с ней домой, заняться любовью, но ее рука все также оставалась одинокой в той стороне салона. Дорога, показанная на GPS, становилась все короче и короче, а огни все реже и реже, что ему становилось все труднее видеть ее лицо, ее руку, которую уже, казалось, унесло в эту темноту, но последний раз, когда они уже приехали, огни осветили их двоих, словно последний раз ему дан шанс посмотреть на нее, попрощаться, может поцеловать в щечку, но только и всего. Они немного прошлись к ее дому и остановились, чтобы произнести последние, прощальные слова после хорошего свидания, во время которого им было очень хорошо, после которого было бы еще лучше, если бы они занялись любовью, но эти слова были произнесены, а затем дополнены ею: «Хочешь зайти?» Он удивился, она смутилась и стала извиняться: «Прости, пожалуйста, прости. Я забылась, совсем забылась. Прости. Я лучше пойду. « Если бы она не сказала эти слова, если бы не стала по-девичьи извиняться, думать, что эти слова совершенно портят ее, портят его отношение к ней, совершенно ломает красоту этого вечера, то он бы не согласился, не улыбнулся ей, не почувствовал, что в этот момент он еще больше любит, не поцеловал ее.
И он все это сделал. Когда они посмотрели друг другу в глаза, то на ее глазах нарисовались слезы, она обняла его, так сильно, как только могла. рассказы о сексе Он взял ее за руку и не отпускал, пока они шли, пока поднимались по лестнице, пока она открывала дверь одной рукой, а он помогал ей другой, пока они раздевались, снимали обувь, и только когда они оказались в одной комнате, где горела пламенным цветом небольшая около кроватная лампа, они посмотрели друг на друга и снова поцеловались, но уже с бОльшей страстью и порывом любви. Владимира охватила та похоть, которую он обычно проявлял к Маше, и он сжал в руке ее ягодицу так сильно, что ей стало больно.
— Прости, — сказал он, и они продолжили целоваться.
Она остановилась и с улыбкой сообщила, что не может, пока не примет душ. Он остался один и сел на кровать. Он посмотрел на фотографии, что стояли перед кроватью. На одной из них она стояла со своими друзьями. Она улыбалась, улыбались ее друзья. Все были счастливы. Ему тоже стало как-то радостно на душе. Он не мог оторвать взгляд. Он все вглядывался и вглядывался в ее улыбку, на ее друзей, которые были также счастливы, которые смотрели на него, смотрели, как он сейчас сидит в комнате ее подруги и ждет, пока она не выйдет и не займется с ним сексом. Их улыбки уже казались надсмехающимися над ним, говорящие, что она никогда не станет такой же счастливой, как в тот момент, когда она была счастлива по-настоящему, потому что не имела никакой вины ни перед кем, потому что в тот момент, когда они были так счастливы, у них не было никаких секретов, потому что они не пытались казаться какими-то особенными, ведь этого не нужно было, потому что...
И вот он теперь, сидит здесь и ожидает ее, потому что никто не ожидает его дома, хочет ее, потому что она так прекрасна и молода, и хочет быть счастливым только потому, что ему кажется, что он несчастлив там, где когда-то был также счастлив, как и сейчас. «А может я счастлив? Почему я так быстро сдался?» Он вдруг посмотрел на себя со стороны, сидящего в комнате своей подчиненной, желающего получить ее тело, желающего любить и жить с ней и, скорее всего, развестись с женой и оставить дочь; и ощутил себя как в каком-то театре, где зрители смотрят на него с той презрительностью, с которой вы обычно смотрите на человека, нагло обманывающего вас в глаза. «Я вру себе, я вру всем, я вру жене!» Вдруг вышла она, в белом халате и остановилась в дверном проеме. Ее лицо излучало девственность, девичью красоту, которую теперь Владимир совершенно не мог осквернить, поэтому, когда она, развязав халат, осталась совершенно голая, показывая ему тело, которое он отчетливо представлял в ресторане и на работе каждый день, он окончательно понял, что ему нужно уходить, что нужно вернуться домой, чтобы не перейти черту так далеко, ведь он уже переступил ее на шаг. Он встал.
— Прости, — сказал он, чувствуя страх и желание уйти, — но я не могу.
Она растерялась, стала глазами искать что-то, и через мгновение, она осознала все, что он сказал, почему он это сказал, увидела себя также со стороны и с его точки зрения, и, подняв глаза, закрыла свое тело. Вдруг она заплакала и упала на колени. Было жалкое зрелище. Но душераздирающее. Владимир почувствовал, что разрушил чью-то жизнь, вскрыл свое сердце, разбив ее, и, посмотрев на нее, снова захотел обнять ее, поцеловать, поднять на руки и уложить на кровать, чтобы предаться любви. Ему казалось, что так будет правильно, что будет лучше, если он вернет все то, что он начал строить, что если он и делает неправильный выбор, то делает это сейчас, но он осознал, что это остатки его юношеской слабости к женским слезам и страданиям. Ему даже стало отвратительно смотреть на нее, словно она обманывала его, словно она стала такой же, как и все другие девушки, которые пытались его заполучить драматичными уловками, но он не мог ее оставить так, ведь он был «интеллигентным мужчиной», достойный своей жены, каждый день работающей и следящей за домом. Он подошел к ней.
— Прости, моя дорогая, прости. Мне жаль, что я так обидел тебя, — сказал он и поцеловал. Он поправил ее халат и направился к выходу.
Машина разгонялась до ста километров, дорога ночью была пуста, а огни в темноте казались ярче, чем обычно. Наконец, все его сомнения и неудачи стали ясны, а решения черного сундука уже не пригодятся. Он представлял себе Машу, ставящую перед ним ее стряпню, спрашивает дочь, как она провела свой день, как тот парень, который проявляет к ней симпатию. А может еще лучше, если он им обоим купить цветы, сводит в ресторан, а может и купит драгоценности. «Не, это уже слишком. « Но он почувствовал, что то, что он делает, что он собирается сделать — это хорошо, правильно, истинно, а ложно и мрачно, как ему казалось раньше, все, что казалось ему раньше, все это стало ужасно, неправильно, отвратительно.
Вот они, его две прекрасные женщины, едят. Дочь рассказывает о дне в школе, Маша о работе, а он слушает их и получает удовольствие, что все не стало на свои места, а просто прояснилось и перестало казаться некрасивым, недостойным внимания, что он сумел спасти все в самый последний момент.
Когда дочь уснула, Маша принимала душ, и этот звук воды в ванной, казался особенно приятным. Он лежал в кровати, смотрел в стену, но видел, как ему хорошо, как он счастлив, как складно сворачивается время его супружеской жизни и сколько еще счастливых моментов его ждет дальше, когда дочь окончит школу, когда он с Машей проживет двадцать, может и сложных, но настоящих лет, когда они постареют. Вдруг в нем снова пробудилась та похоть, то желание женщины, что его мучало целых полтора года, и он, решив, что, когда она выйдет, он страстно схватит ее и возьмёт сзади, как она любила, подумал, «что может помешать ему это сделать прямо сейчас, когда она в душе?» Он открыл дверь ванной и открыл шторку.
— Влад, ты что делаешь? — спросила она.
Она залез в душ, посмотрел на ее удивленные и слегка недовольные глаза, а затем нежно, как любовник целует холодную жену жестокого мужа, поцеловал ее. Она оттолкнула его, словно поддалась бессознательному отторжению его похоти, но когда он поцеловал ее второй раз, то она уже осознала, что поддаваться разуму в такой момент, когда у нее не было члена в вагине более года, совершенно глупо, и не стала отвергать его. Наоборот же, она стала ласкать его волосы, целовать его шею, его широкую грудь, его плоский живот, который она всегда любила гладить, и оказалась лицом напротив его вставшего и одеревеневшего члена. Сначала она обводила ствол языком, лизала с одной стороны, с другой, прижимала его к лобку и начинала языком теребить мошонку, затем заглотнула одной яйцо и, потянув на себя, внутри рта стала ласкать языком и последний раз от самых яиц до самой головки стала вести языком, словно так ее ротик делал последний аккорд. Она выпрямилась, что член оказался напротив ее грудей, и побила им по соскам, а затем плюнула на головку и заглотнула его. Она сосала сначала очень медленно, иногда высовывала, чтобы подрочить его и посмотреть на мужа, затем снова заглатывала, и ту часть, что не вмещалась ей в рот, она гладила рукой кругообразными движениями. Маша слегка увлеклась своей работой и подумала, что следующим шагом станет то, чтобы сделать что-то особенное, раз уж они стали так близки после столько времени, и она постаралась заглотить весь член, но где-то на половине головка уперлась в горло, и затвердевший член не мог изогнуться, чтобы пролезть дальше, но Маша держала член в горле и начала кашлять и издавать неприятные звуки. Но, видимо, Владимиру так это понравилось, что он взял ее за голову и стал насаживать ее еще сильнее. Маша вытащила член и глубоко вдохнула и снова стала ласкать яйца, заглатывая и лаская языком внутри рта. Дроча ему член, она спросила
— Тебе понравилось, дорогой?
— О да, — сказал Влад, гладя ее голову.
— Хочешь еще раз?
И она заглотила член, но теперь чуть больше, и когда вытащила, то была весьма довольна собой. Вдруг она встала, Влад подумал, что она уже готова, но вдруг:
— Ну все, пока хватит.
— Как это хватит?
— Потом получишь, давай выходи.
— Да как же потом? Как мне ждать то еще? Давай я прямо сейчас, мы ведь год не трахались.
— Ну и что, я хочу сейчас помыться. Тем более дочь подумает, почему я так долго.
— Но она же спит.
— Ну и что, вдруг проснется. Давай выходи уже.
— Не выйду.
— Выходи!
— Пока я в тебя не войду, отсюда не выйду. Ну это же смешно, почему ты не можешь дать мне сейчас? У нас ведь тут никогда не было.
— Ты чо, хочешь сделать какой-то рекорд? «Потрахался во всех местах дома»?
— Ну надо же мне чем-то перед друзьями хвастаться. А то про то, что мне дала в анал, уже скучно говорить: анал уже давно у всех был.
— Да неужели? Тогда вот тебе новый рекорд: потрахался с женой спустя десять лет. Как тебе?
— Да какие десять лет?!
— Да шучу же я. Когда я помоюсь, тогда войдешь в меня. А сейчас выходи отсюда.
— Точно?
— Да что ты как маленький? Сказала же, что войдешь.
— Только давай быстрее.
— Ну конечно.
Напоследок она чмокнула его, держась за его член. Влад сидел в комнате со вставшим членом целых двадцать минут, а Маша все мылась и мылась. Он терпел, очень терпеливо терпел, осознавал, что когда-нибудь она выйдет, когда-нибудь она даст ему, но она все не выходила и не выходила, и он намеревался снова войти в ванную и взять. Но он оставался, ждал, подумал, «может, если я дождусь ее через столько времени, то это будет отличный шанс уговорить ее на... « Вот она вышла, в новом рассвете сил, в том обличии, в котором она показалась перед ним десять лет назад, и, смотря на ее большие, подтянутые груди, на тонкую талию, нежно переходящую в широкие бедра, на которых лежала ее тоненькая рука, он посмотрел на ее по-новому, даже не так, как перед минетом в душе. Теперь она казалась богиней, сохранившей красоту до тридцати пяти лет, сохранившей сексуальность тела после родов, сохранившей пылкость после года ссор.
— Иди ко мне, — прошептал он. Закрыв дверь на замок, она подошла и поцеловала его, затем оттолкнула на кровать. Она подняла его член, лежавший на его лобке, и, пылкими глазами смотря ему в глаза, она приняла головку члена внутрь и сомкнула губы, словно пресс, и медленно, что губы натягивались от трения, стала поднимать голову и под самый конец освободила головку, издав звук «чпок». И сделала так еще несколько раз.
— Поработай грудью, — сказал он.
— Хочешь, чтобы я поработала грудью?
— Да, — прошептал он.
— Хочешь?
— Ну хватит.
Она улыбнулась. Сосок ее грудей, свисавших над его лежачим членом, находился над самым краем члена, прикоснулся к головке, затем стал спускаться вниз, до самой мошонки и там играться с яичками, пока Маша не опустилась, чтобы вся ее большая упругая грудь, подобно теплой нежной подушке, на покрыла его яйца. Она поднялась и, продолжая держать его член под своим мягким прессом, двигалась вверх и вниз, делая массаж члена сиськами, так медленно, что у Влада начинали содрогаться ноги и руки сжимали простыню от такой муки, от того, чтобы удерживаться и не насадить ее вагину на член. Но Маша продолжала мягкими грудями, плоскосжатыми между ним и ней, двигаться вверх и вниз, пока ей не стало жалко смотреть на его изнывающее лицо, и, плюнув на ладонь, она начала ему нежно, но быстро подрачивать, прерываясь на то, чтобы поласкать язычком и губками. Влад взял ее за плечи и, подняв к себе, поцеловал ее, перевернулся так, чтобы оказаться над ней, и посмотрел в ее глаза. Они закрылись, когда он вошел в нее. Сначала головка слегка постояла внутри, затем он вынул его, чтобы кончиком потереть ее клитор и половые губки, заставив ее стонать от импульсов между ног, затем снова вошел, но теперь надавил всем телом, чтобы член вошел до самого лобка. Маша издала стон ли от удовольствия, то ли от боли, но ее ногти крепко впились ему в кожу его спины, что означало, что ей хорошо, а значит и ему, ноги с вытянутыми носками обхватили его талию и прижали к себе еще сильнее. Когда она ослабила хватку, он медленно стал выходить из нее, что вызвало очередной стон от Маши, а затем начал двигаться, уже властно, вверх и вниз, хлопать своими бедрами об ее. Во время этого действа он смотрел ей в глаза и целовал, нагло запуская язык ей в рот и устраивая там такой же секс с ее языком, но Маша от члена внутри вагины не могла так долго, как он, наслаждаться поцелуями, поэтому она прерывалась на то, чтобы, закрыв глаза, стонать и следить, как усиливается импульс от ее клитора, говоривший о наступающем оргазме. Он отлично помнил, как выглядит ее лицо перед наступающим оргазмом, но вместе с тем, помнил, что она получает бОльший оргазм, когда он постоянно прерывает предыдущие, чтоб, словно очередь, один оргазм мог соединить в себе все и нахлынуться на разум Маши, поэтому он вытащил член и встал около ее лица, чтобы она немного пососала его, тем самым успокаивая зуд клитора. Но она начала дрочить клитор пальцами, это его не устраивало, поэтому он перевернул ее на живот, чтобы ее талия была прижата к кровати (это его любимая поза), и взял за руки, что окончательно лишить ее власти и взять себе. Он снова начал входить, и так как у Маши не было способа как-то совладать с импульсами, впиваясь Владу в спину или сжимая постель, она прикусывала нижнюю губу и мотала ногами позади него, но и так не могла добиться ощутимого результата: ей придётся терпеть безрезультатное приближение оргазма. Хотя он отпустил ей руки, но это никак не спасало Машу, а Владу давало возможность двигаться не над ее ногами талией, а над ее попкой всем туловищем, чтобы его бедра могли шлепаться об ее большие ягодицы, поднятые вверх, словно горка. Когда он так стоял, он снова целовал Машу, смотревшую на него вытянутой назад головой.
— Еби меня, Влад. Дай мне кончить, пожалуйста.
— Только если дашь кончить в тебя.
— Да, кончай, если хочешь, кончай, только дай мне кончить.
Он добился своего. Он начала двигаться яростно, что хлопки раздавались и так часто, что казалось, в комнате аплодируют тысячная аудитория, и эти хлопки, которые так любила Маша, заводили ее еще большее, большой член терся о стенки ее вагины, вызывал импульсы, бившие в голову, словно молоток. И вот, наконец, вдруг она впилась лицом в подушку и сжала кулак, что на ее костяшках руки кожа побелела от напряжения, и закричала, чтобы никто не услышал ее позора, как она считала. Но, зная это, зная ее чувство позора, Влад взял ее за волосы и потянул на себя, чтобы она кричала уже на всю комнату, на всю квартиру, на весь этаж. Маша осознала, что это даже усилило эффект от оргазма. Когда волна отступила, она уже легла, не чувствуя, как Влад делает последние движения. Он вытащил член и, встав у ее лица, приставил к ее рту. Маша открыла его и, заглотив член, приняла и всю сперму, наполнявшую ее рот, и вкус спермы, что охватывал почти все рецепторы языка, казался ей таким вкусным, что она глотала все сразу же. Даже когда Влад вытащил его, а из дырочки еще показывались последние капли мутной жижи, она облизнула и также проглотила эту капельку.
Они легли. Рядом. Смотрели друг на друга. Абсолютно голые и удовлетворенные.

 --- В рабстве у фетишиста ---

Меня зовут Анна. Мне тридцать пять лет, я мать двоих детей, замужем. Прошёл ровно месяц, как закончился тот кошмар, в котором я побывала. Но всё началось месяца четыре тому назад, в тот день, когда меня продали в рабство...
* * *
Рабочий день подходил к концу. Я работала секретаршей в небольшой частной юридической фирме. Прозвучал телефонный звонок. Не знаю почему, наверное это было предчувствие, но я сразу почуяла что-то недоброе.
— Добрый вечер! Фирма «Смирнов и партнёры» — я сняла трубку.
— Сергея Петровича позови — рявкнул на том конце провода хриплый бас.
Я удивилась. Со мной ещё никогда не разговаривали в таком тоне. Хмыкнув, я переключила звонок на аппарат босса.
Кабинет шефа находился за полупрозрачной стеклянной перегородкой.
— Да, да, я обдумал ваше предложение... Двести тысяч? Нет, давайте триста... Да! Я согласен! Я сейчас её направлю... — я прислушивалась к разговору, наблюдая за неясным очертанием начальника в толстом стекле, кажется, он сам бросал взгляды в мою сторону.
Закончив разговор, Сергей Петрович вышел из двери своего кабинета и вошёл в мою. Подошёл к моему столу, положил на стол увесистую папку.
— Анна, ты сейчас домой, передай, пожалуйста, эту папку нашему заказчику... Тебя встретят возле офиса — босс выглядел взволнованным, я ещё никогда не видела его в таком состоянии.
Кажется, он избегал смотреть на меня.
— Хорошо, Сергей Петрович, я всё сделаю — я чуть привстала, беря папку в руки.
Шеф, в лёгком замешательстве, вышел из моего кабинетика, а я, собрав сумочку, с папкой в руках, поспешила домой.
* * *
Выйдя из дверей офиса, я направилась к автобусной остановке, попутно размышляя о том, кто и где меня встретит. Когда я проходила мимо роскошной иномарки, припаркованной неподалёку, открылась пассажирская дверь.
— Вы от Сергея Петровича? Присаживайтесь... — услышала я вкрадчивый мужской голос.
Порадовавшись тому, что теперь я наконец-то смогу спокойно поехать домой, я впорхнула в полутёмный салон автомобиля...
* * *
Что было дальше, я точно не помню. Помню прилично одетого молодого человека, сидевшего рядом со мной, бритый затылок водителя и кого-то ещё, на переднем сиденье. А потом я ощутила платок или тряпку со сладковатым запахом на своём лице... И больше ничего не помню...
Очнулась я в полной темноте, с руками, связанными за спиной. Ноги мои также были связаны в районе щиколоток. И так начался мой трёхмесячный кошмар.
* * *
Сколько я так просидела, я точно не знаю, но не меньше часа. Руки и ноги полностью затекли и онемели. И вдруг показался яркий свет — открылась дверь. Я зажмурила глаза, а когда открыла их вновь — передо мной стояли два амбала, гнусно скалясь. Я не успела сказать ни слова, как один из них резко поднял меня на ноги, грубо ухватив за плечо.
Второй, в свою очередь, развязал мои руки и ноги.
Мне казалось, что это всё происходит не со мной. Я аккуратная, ухоженная, чуть полноватая блондинка, примерная жена и мать. С мужем у меня отличные отношения, в том числе и сексуальные. Регулярный секс во многих позах, спереди и сзади, вот только в попу мы не занимаемся, и я ни разу не брала в рот его член. Не моё это. И уж точно меня ни разу не похищали.
Не говоря ни слова, быки вытолкали меня из моей темницы, и, без лишних слов, под руки повели по коридору.
Что это за коридор? Что это за картины висят на стенах? Мне не было дела до этого, равно как и до роскошного интерьера. Меня занимало лишь одно — что происходит и что будет дальше.
На ватных ногах, дуболомы втолкнули меня в большой роскошный зал и встали по обе стороны от меня. Весь пол зала покрывал густой, тёмный ковёр, в центре зала, на мягком красном кресле, восседал импозантного вида пожилой полный человек, с седыми усами и такими-же седыми волосами, в руках, увенчанных перстнями, он держал рукоятку дорогой трости, опираясь её на пол.
Всем своим видом он напоминал мне барона или миллионера из романов, которые я любила читать перед сном.
Человек вперил в меня свой немигающий зелёный взгляд, и я почувствовала, как подо мной закачался пол.
— Подойди сюда — вдруг резко пророкотал его голос, и я ахнула — это был тот самый голос звонившего!
Как во сне, помимо своей воли, подталкиваемая в спину одним из верзил, я подошла к человеку и застыла пред ним, как куропатка перед удавом.
— Кто я такой, тебе знать незачем. А кто ты — я знаю, ты — мой товар. Товар для изысканного покупателя! — вновь пророкотал ужасный голос и зашёлся в зловещем хохоте.
Тут я не выдержала. Свет померк перед моими глазами, и я провалилась в спасительную темноту... Боже...
Очнулась я от того, что один из верзил похлопывал меня ладонью по щекам, второй, в свою очередь, поддерживал меня за плечи в горизонтальном положении.
— Отпусти её, она крепенькая — как сквозь вату, до меня донёсся голос «барона», держащие мои плечи руки разом отпустили меня.
Слегка покачиваясь, я вновь стояла перед креслом грозного хозяина.
— Какая ты вся нежная, пугливая — участливо проговорил мужчина, чуть поддавшись ко мне, опираясь руками на рукоятку трости.
— Как тебя зовут? — участливо спросил он, обжигая меня зелёным взором.
— Аня... — против своей воли прошептала я, вероятно, взгляд этого человека оказывал на меня гипнотическое воздействие.
— Да я знаю, я всё про тебя знаю — улыбнулся мужчина.
— Зачем вы... похитили меня? — осмелела я.
— Я тебя не похищал, я тебя... купил! Я, видишь ли, люблю изысканные развлечения, эксперименты... Я человек состоятельный, я могу себе это позволить... — я не дослушала, начав вновь проваливаться в темноту.
— Сними блузку! — требовательный приказ вернул меня в реальность.
Глотая слёзы, я отрицательно замотала головой.
На мои плечи легли тяжёлые лапы одного из бугаёв, седовласый господин мягко улыбнулся.
Дрожащими пальцами, я расстегнула пуговицы белой блузки, обнажив белый лифчик. Верзила, стоявший справа от меня, услужливо снял с меня блузку и передал её своему товарищу. Я стояла перед креслом таинственного человека в синей юбке, чуть ниже колен, чёрных туфельках и белом лифе, нервно ломая пальцы. В полной тишине зала слышался лишь звук моих хрустящих костяшек и моё прерывистое дыхание.
Опираясь на трость, мужчина поднялся со своего трона и подошёл вплотную ко мне. Я почувствовала запах дорогого одеколона и ощутила новую порцию страха.
— Подними руки вверх — тихо приказал он мне, чуть стукнув тростью по полу.
Мне показалось, что я ослышалась. Всё это напоминало мне какой-то чудовищный медицинский осмотр. Если бы я только знала, через что мне предстоит пройти в дальнейшем...
Я чуть приподняла вверх руки, почему то думая о том, как давно я пользовалась дезодорантом.
— Выше! Руки распрями и вверх вытяни! — грозно пророкотал усатый, сверкнув зелёными глазами.
Дрожа от страха, я повиновалась.
— Вот так и держи — грозный человек приблизил своё лицо к моей правой подмышке и вперил в неё внимательный взгляд.
Что он там хотел углядеть, я тогда ещё не понимала, ловя себя на мысли о том, что в последний раз я брила подмышечные впадины дня три-четыре тому назад, и уже сейчас там были заметны коротенькие, тоненькие светленькие волоски.
— Хорошо — хмыкнул он, оторвавшись от моей второй подмышки, — А теперь снимай юбку и трусы.
Я стояла чуть жива, продолжая держать руки кверху. От этих слов моё сердце было готово выскочить из груди. Мужик буравил меня своими зелёными глазами, я старательно смотрела в пол.
— Послушай, детка — мой мучитель уселся в кресло и закурил сигару, — Хочешь ты или нет, но тебе всё равна придётся подчиниться...
— Да опусти ты свои руки! — рявкнул он, окутывая себя ароматным дымом.
От неожиданности, я подпрыгнула, опустила руки и вытянулась по стойке смирно.
— Ну так вот — продолжил незнакомец, затягиваясь дымом, — Сейчас ты разденешься донага, я тебя осмотрю, а потом расскажу тебе, почему и для чего я всё это затеял.
Я не проронила ни слова.
— Раздевайся, а не то мои мальчики тебе помогут — один из амбалов за моей спиной одобрительно крякнул.
Покраснев как рак, я ухватилась трясущимися пальцами за боковую молнию юбки.
Я всегда была весьма стеснительна. И не только из-за своей небольшой полноты. Такой уж я человек. В нашу с мужем первую брачную ночь, я раздевалась в почти полной темноте, а при свете дня я разделась перед ним лишь спустя полгода после свадьбы.
А тут мне под страхом расправы приказывали раздеться догола перед тремя незнакомыми мужчинами!
Глотая слёзы, я справилась с молнией, юбка услужливо упала к моим ногам.
Теперь меня скрывали лишь белые трусики и такой-же белый лиф, не считая колготок и туфель.
— Переступи через юбку и сними туфли — внёс коррективы мой мучитель.
Я переступила через юбку, сделав шажок в сторону.
Седовласый господин оглядел меня с ног до головы, чуть задержав взгляд на массивных чашечках лифчика и оглядел мои ноги, обтянутые прозрачными, тоненькими колготками. На моих белых трусиках также остановил свой взгляд, довольно цокнув языком.
Я с ужасом ждала, что он скажет дальше.
— Ну, продолжай раздеваться — как-бы между делом произнёс он и вновь принялся сосать свою сигару.
Вот так вот, просто и понятно, «продолжай раздеваться».
Чуть постояв, я присела на корточки, расстегнув застёжки туфель. Коленки оглушительно хрустнули, в тишине зала это прозвучало как выстрел. Я сняла туфли и распрямилась. Хозяин положения чуть сощурился и одобрительно кивнул. Я ухватилась за резинку колготок, и, пылая жаром, сняла и их. Мои пальчики потонули в густом ворсе ковра. Последние мои женские прелести закрывали лишь белые трусики и лифчик.
— Зачем... зачем вы это делаете? — пролепетала я, обхватывая себя руками.
— Скоро я всё тебе объясню. Продолжай — человек поторопил меня движением руки.
Мои руки отказывались слушаться, я не могла переступить через себя.
— Андрей... — седовласый взмахнул рукой.
В тот-же миг за моей спиной возник один из громил. В следующее мгновение его лапы легли на мои бока, пальцы ухватились за резинку трусиков и сразу-же стащили их до моих щиколоток. Мной овладела ярость. Сама не знаю как, но мне удалось развернуться и залепить негодяю звонкую пощёчину.
Больше мне ничего не удалось сделать. Подошедший на помощь первому второй верзила, заломил мою левую руку, а тот, которого я ударила — правую. Вдвоём, они согнули мне спину, и я так и стояла, задницей к восседавшему на кресле седовласому ублюдку, крича и плача.
— Выебать бы тебя за твоё неповиновение — услышала я позади себя хрипловатый голос, — Вот прям этой штукой — я ощутила на своей ягодице прохладный стальной наконечник трости, — Да только не интересно мне это уже, натрахался я уже за свою жизнь...
— А вот мальчики не прочь, правда ребята? — сволочи одобрительно загудели.
Моё лицо находилось в непосредственной близости от паха одного из них, повернув голову, я ясно видела его вздувшиеся чёрные брюки.
— Что... вам... от меня... нужно? — прохрипела я, бугаи уж очень сильно заламывали мои руки, не давая мне распрямиться.
— Скоро узнаешь... Ребята, поверните её ко мне.
Амбалы, не давая мне распрямиться, развернули меня в сторону главного. Мой взгляд упёрся в его пах, но, по всей видимости, там было всё спокойно.
— Ещё раз выкинешь подобный фокус — пожалеешь — главарь взял меня за подбородок, приподнимая моё лицо.
— Мальчики, отпустите её.
«Мальчики» отпустили мои руки, я распрямила спину, поведя затёкшими плечами. Осознание того, что я стою перед тремя незнакомыми мужиками без трусов, в одном лишь бюстгальтере, пришло спустя секунды три. Вскрикнув, я закрыла руками промежность.
— Руки! — рявкнул седой и стукнул тростью об пол.
Задрожав, я отдёрнула руки. Я стояла чуть жива, а старый мерзавец подошёл вплотную ко мне, крякнув, присел передо мной на корточки и уставился мне между ног...
Я всегда следила за собой. Волосы на моей промежности короткие, светлые и не очень густые. Я регулярно брила их там, оставляя лишь чуть заметную светлую полосочку. На половых губах их у меня и без того почти нет.
Также я тщательно следила за своими ногами, орудуя бритвой и пеной не реже одного раза в три дня.
— Неплохо, неплохо — толстяк провёл ладонью по моим гладким ногам.
— Ну, последний штрих — сумасшедший распрямился, — Подойди к моему креслу, встань на колени, руки и грудь положи на кресло...
— Нет... Нет!!! — я отчаянно замотала головой, и в тот-же момент седой посторонился, и я ощутила сильный толчок в спину.
Я плюхнулась на колени перед самым креслом, амбал-Андрей вжал моё лицо в красную седушку. Ощутив тошнотворный запах плоти хозяина этой комнаты, вперемежку с запахом натуральной кожи, я ощутила позывы к рвоте, а подошедший сзади главарь раздвинул пальцами мои ягодицы.
— Ты, я вижу, никак не поумнеешь? — его палец прикоснулся к моему анусу.
Я затаила дыхание, ожидая самого страшного.
— Как я и думал — ничего нет... Одевайся — он чуть шлёпнул меня по ягодице.
Воя от стыда и ужаса, я вскочила на ноги и кинулась к куче своей одежды, лежащей на полу неподалёку.
— Видишь ли, меня привлекают женщины с... волосами, в самых разных местах — старый подонок вновь уселся в своё кресло и закурил новую сигару.
Глотая слёзы, я натягивала трусы.
— С волосами у тебя не очень, но это только пока — урод засмеялся, подавившись дымом.
— Ты пока побудешь у меня, некоторое время... Стоп!!! Совсем забыл! Подойди-ка сюда... — он стукнул тростью по полу.
Я застыла, не успев до конца натянуть колготки. Придерживая колготки руками, подковыляла к креслу.
— Грудь покажи — его приказ прозвучал как что-то само собой разумеющееся.
Без эмоций, как робот, я завела правую руку за спину и, открыв замочек лифа, вывалила свои груди.
Груди у меня большие, сочные. Почти четвёртый размер. рассказы эротические Соски тёмные, крупные, ореолы вокруг сосков ярко-розовые. И конечно-же никаких волосков. Я северянка.
— Иди, одевайся — махнул рукой «купец».
Я поспешила исполнить его приказ.
— Ну так вот, ты пока поживёшь у меня... Месяц, может быть два... Потом я тебя отпущу, может быть даже денег дам... — от последних слов мне стало ужасно гадко, чувства стыда уже не было.
Почти одевшись, я заозиралась в поисках блузки. Последнюю деталь моего гардероба подал мне тот самый Андрей.
— Ну, веди её в её апартаменты — обратился мой похититель к Андрею...
— Лучше бы я южанку купил... — услышала я голос главного, когда Андрей, держа меня под локоть, открывал передо мной дверь...
* * *
Андрей привёл меня в небольшую, но чистую и хорошо обставленную комнату, в которой я и прожила последующие три месяца.
В комнате была кровать, два кресла, си-ди проигрыватель с дисками, много книг. Туалет и душ. Только вот в комнате не было окна, радио, компьютера и, естественно, телефона. А в душе — ножниц и бритв, ничего такого, чем можно резать, подстригать и брить. Или убить.
И везде где только можно и нельзя, были понатыканы видеокамеры.
И вои так потянулись три месяца моего заточения и унижения...
* * *
Еду мне доставлял три раза в день тот самый Андрей или другой прислуживатель, имени которого я так и не узнала.
А раз в три дня меня водили на унизительный осмотр в зал к главному. Впрочем, спустя две недели, у меня пропало чувство унижения и стыда.
Я просто спокойно раздевалась донага, показывала хозяину подмышки, промежность, грудь и ноги. Вставала на колени, клала грудь и голову на красное кресло, разводила руками ягодицы и демонстрировала мужчине кружочек ануса.
Вокруг сосков и вокруг ануса за все три месяца у меня не прибавилось ни волоска, а вот в промежности и в подмышках спустя месяц у меня выросла целая светлая роща. Да и на ногах образовался целый реденький лесок.
Всё это безумно радовало моего таинственного фетишиста. При осмотрах у него радостно блестели глаза, он даже просил у меня разрешения погладить мои лобковые волосы или провести своей щекой по моей волосатой ноге.
Иногда, разглядывая меня, вытаскивал из штанов свой член и с наслаждением мастурбировал. Но меня не домогался и к сексу меня не принуждал.
И вот как-то раз, когда я обросла волосами как обезьяна, так, что вовсю топорщились трусы, из подмышек волосы торчали во все стороны, а ноги напоминали ноги мужика, меня вновь привели на осмотр.
Мой таинственный фетишист, имени которого я так и не узнала, был одет как при параде, в элегантный белый костюм и галстук-бабочку.
Когда Андрей ввёл меня в зал, мой фетишист встал со своего кресла, приветствую меня.
— Анна, присаживайся, пожалуйста — он указал на кресло, стоявшее напротив его.
Это было странно, раньше второго кресла там не было. Поблагодарив, я села, сведя колени вместе. Я была одета как и в тот день, когда я сюда попала: туфли, колготки, юбка и блузка.
— Сегодня я тебя отпущу — проговорил он, — Жаль, конечно, но ничего не поделаешь.
Моё сердце затрепетало от радости. Нет, к постоянным унизительным осмотрам я уже привыкла, даже привыкла к своему заточению, но я была оторвана от мира, от семьи... Находилась в полной социальной изоляции.
— ... попрошу тебя раздеться — долетел до меня голос моего фетишиста.
— Пожалуйста, разденься ещё раз, полностью, и встань передо мной — повторил он.
Теперь уже для меня это было пустяковым делом. Я встала со своего кресла, расстегнула пуговицы блузки, потянула за молнию юбки, сняла её. Разулась, стянула колготки, ухватилась пальцами за резинку белых трусиков.
— Стой, стой! Подожди! — седовласый вскинул руку, устремив взгляд на мои трусы.
Белая ткань трусов выпирала плотной подушечкой, из-под тканевого треугольника в разные стороны лезли светлые пряди лобковых волос.
— Оставь пока так, снимай верх — его брюки вздыбились в районе паха.
Я сняла блузку и лиф. Привычно подняла вверх руки. Из-под подмышек выскочили кусты таких-же светлых, длинных волос.
— Какая ты... настоящая... — прошептал фетишист, засовывая руку под ремень своих брюк.
— Приспусти немного трусики... — прошептал он, надрачивая член в своих штанах.
Я подчинилась. Не опуская правую, левой рукой я стянула трусы до середины бёдер, оголив светлые заросли лобковых волос.
— Поиграй, поиграй с волосиками... — заикаясь, смахивая со лба пот, прошептал мужчина.
Я провела пальцами по волосам, чуть потянула их, скрутила жгутик. Мужчина, тяжело дыша, продолжал мастурбировать невидимый мне член.
Я пропустила волосы между пальцами, сжала кулак, поскребла пальцами кожу лобка. Фетишист, не отрывая глаз от сего действия, застонал, продолжая гонять «лысого».
Я вошла во вкус, никогда ещё я себя не запускала до такого состояния небритости. Мне стало интересно самой. Я ухватилась рукой за свою поросль и с силой потянула руку вверх, обнажая половые губы. Мой наблюдатель застонал громче, судорога прошла по всему его телу, он откинул голову назад и замер. На его белых брюках расплывалось большое, светлое пятно...
* * *
Минут через пятнадцать, Андрей привёл меня в мою комнату. На мне были лишь трусы и лифчик. Пока мы шли, мой конвоир ввёл меня в курс дела...
Перед моим вызволением оставалась одна небольшая мелочь...
Я сняла трусы и легла спиной на кровать, подняв и широко разведя ноги в стороны. Андрей достал из кармана небольшой пакетик и маленькие маникюрные ножницы, пристроился между моими разведёнными ногами и принялся осторожно, не спеша, состригать мои «джунгли». Работал он достаточно долго, а я думала о том, как-же я изменилась за эти три месяца.
Когда с промежностью было закончено, я подняла голову и не смогла сдержать улыбку: тут и там виднелись кустики волос, разной длины и густоты.
Мой «парикмахер» собрал полный пакет моих лобковых волос. Я подумала о том, что сейчас он займётся моими подмышками, но нет. На этом всё и закончилось. Но нет, ещё не всё.
* * *
Андрей подал мне мои трусики. Не вставая с кровати, я подняла ноги, приподняла попу, свела ноги вместе, готовясь надеть трусы, и тут почувствовала горячий, влажный язык на своей задней дырочке. Кончик языка щекотнул мой анус, ещё и ещё.
— Папа любит волосы на женском теле, а я люблю их попы — проговорил Андрей и совсем уж бесстыдно заработал языком и губами, разводя пальцами мои ягодицы.
Сколько продолжалось это бесстыдство, я точно не помню. Помню только, что между ног у меня стало мокро... я никогда ещё не испытывала такого блаженства в своей задней дырочке... и помню опять же тряпку или платок на своём лице, темнота... и больше ничего не помню.
* * *
Очнулась я у себя дома на кровати. В одном лишь лифчике. Напротив меня, на стуле сидел мой муж, глядя на меня ошарашенным и непонимающим взглядом.
Из его сбивчивого рассказа я поняла, что когда раздался звонок в дверь, муж открыл и увидел меня. Я стояла в дверях, словно пьяная, опустив голову, а в руке сжимала пачку стодолларовых банкнот...
— Дорогой, будь добр, лизни, а? — не дослушав, я подняла ноги, согнула их в коленях, пальцами развела ягодицы, обнажая анус, бесстыдный и зудящий...

 --- Оргазм Юли ---

— Антон Андреевич, пожалуйста, умоляю Вас, остановитесь!
Зажавши в углу своего кабинета Юлю, свою секретаршу, Антон Андреевич и не думал ее отпускать, ведь сегодня это она специально для него так вырядилась, в розовое тоненькое платье.
— Я же Вам говорила у меня муж, я его люблю.
— Люби, кто тебе не дает.
Нежно целуя ее в шею, приподнимая платье, его руки подло поднимались все выше и выше...
— Остановитесь!
— Нет, не могу! Я хочу тебя уже очень давно...
Юля была натуральной блондинкой с безупречной фигурой. Ей все давали 20 лет. Но они все ошибались на сем лет. 27 летняя Юля сводила с ума Антона Андреевича, которому было 39.
Нащупав своими сильными руками ее нижнее белье, он начал его снимать!
— О нет! Нет, остановитесь немедленно! Я не отдам вам себя никогда.
— Отдашь, я же вижу, ты хочешь меня.
Как-то она силой ускользнула от него и побежала к дверям, но двери были замкнуты преждевременно Антоном Андреевичем. Он не стал ее догонять. Остановившись возле двери, Юля повернулась лицом к своему директору, который ехидно улыбнулся и начал снимать из себя одежду! Теперь уже другая картина взбудоражила Юлю, член Антона Андреевича, который стоял в полной боевой готовности проникнуть в виновницу его возбуждения!
Юля повернулась опять лицом к дверям и началу руками стучать по ним! Но директор был уже сзади ее. И теперь силой обхватил ее, поднял платье на спину, передвинул полоску трусиков и сделал это!..
— О, нет! — обомлевшим голосом проговорила Юля.
— О, да! — начал свои эгоистичные движения вперед и взад Антон Андреевич!
Минуту спустя, Юле, стало слишком хорошо и приятно, она начала сладко стонать и сама насаживаться на член Антона Андреевича.
Вытащивши член с влагалища Юли, Антон Андреевич уселся на диване, но девочка была слишком уже возбужденная, чтобы на этом все заканчивать. Оглянувшись назад, она увидела, как Антон Андреевич сидит на уютном диване и дрочит свой член. Юля, недолго думая, подошла к нему, развела ножки, уселась на член Антона Андреевича, и принялась его трахать. Забыв уже о муже и обо всем на свете.
— О! — застонала Юля.
— Тебе нравится, как мы трахаемся? — проговорил он Юле.
Да! Еще чуть-чуть и я буду кончать. Давайте! Ну же, еще чуть-чуть напрягитесь.
Антон Андреевичи молотил молодую девушку, как болт, влетая снизу из дивана в нее! Она только подпрыгивала и кричала от удовольствия во все стороны кабинета, как тут нежданно постучали в кабинет!
— Не открывайте, Антон Андреевич!
— Уймись ненасытная.
Скинув ее из себя, подошел к двери, кто там? (Эротические рассказы) Но никто ничего не ответил. Обернувшись к своему Цветку, который в истоме одной рукой поглаживал клитор, другой свою правильной формы грудь. Но все же решил перепроверить все ли спокойно в офисе. Оставив свою Милую, целиком обнаженную, саму себя самостоятельно удовлетворять. И вышел в просторы владений.
Как тут через пять минут, зашел вместе Антона Андреевича его заместитель Андрей Владимирович.
Увидевши Юлю в процессе, Андрей Владимирович немедля прибежал поближе и ротиком впился в балованное место Юли.
Она от испуга и неожиданности закричала, но пришла в себя. Видя, как Андрей Владимирович, вылизывает ее девочку. Решила ничего не делать, а просто наслаждаться тем, что уже и так неизбежно.
Андрей Владимирович начал потихонечку раздеваться, чтобы освободить своего скакуна, который и так уже вырывался в то, возбужденное, Юлино место.
Юля не хотела отпускать столь рабочий ротик, Андрея Владимировича, который так искусно выделывал с ее дырочкой все искусства удовлетворения.
— Ложись на живот, я буду сверху!
Юля повиновалась! И приняла в себя всего ненасытного Андрея Владимировича.
Заново крик Юли оглушал кабинет!
— Да! да, не останавливайтесь, доведите дело до конца!
Но в возрасте Андрей Владимирович, устал так работать над Юлей. Все же 55 лет не 25. И сел на диван, cхватившись за сердце!
Что такое? — спросила Юля у Андрея Владимировича? Думая при этом, удовлетворит меня сегодня кто-то или нет.
— Да сердце немного прихватило. Сейчас немножко отдышусь, и продолжим!
— Может, вам не стоило вообще в меня проникать. Это, наверное, вредно вам в ваши то годы.
— Да нет! Голубушка, ты что, ты же прелесть!
Юле только одно было непонятно если ему плохо, то почему у него так стоит член. И соблазнившись, предложила Андрею Владимировичу:
— А давайте, я буду очень нежно и осторожно на него насаживаться, а вы будете просто сидеть, ничего не делать. Ведь он у вас и так стоит, как кол, никуда не падая.
Обрадовавшийся такому предложению, Андрей Владимирович, с удовольствием согласился! Давай, Голубушка, насаживайся на него! Вот умница.
Юля приступила к тонкой ювелирной работе и уже уверена, что наконец-то получит желанный свой оргазм.
Зрелище было красивым! Плавные, точные, глубокие проникновения, придавали наслаждения обоим партнерам. Но Юли, чтобы достичь оргазма, нужно было ускорить темпы проникновения. И Юля, как дикая кошка, начала бежать к цели удовлетворения... Она трахала Андрея Владимировича чудовищной силой, он уже сам удивлялся, как такая хрупкая девушка, может такое вытворять.
Андрей Владимирович был уже не в силе владеть молодым телом Юли, которое требовало свое от него, закричав от боли и удовлетворения: О, Юля, я кончаю! Залив ее внутри...
Она еще в бреду на нем извивалась, крича: Да. Хорошо! Очень хорошо Андрюша.
Оргазм был у нее сильный! Это прочувствовал внутри Андрей Владимирович по ее сжатиям, и, то, как она его назвала, Андрюшей!... Ведь всегда называла Андреем Владимировичем.
Прибежавший недавно и видевший всю эту картину Антон Андреевич стоял темный, как ночь.
После всего этого, Юля больше не работала на Антона Андреевича. Уволилась по собственному желанию!
А ровно через девять месяцев у них с мужем родился сын! По инициативе Юли его назвали Андреем.

 --- Сон ---

Даша забежала в приемную, где работала секретаршей, опоздав на целых, пять минут.
 — Слава богу, шеф ещё не пришёл!
И только она так подумала, как раздался голос из селектора.
 — А ну-ка в мой кабинет живо!
Она встала посреди кабинета, и как было принято, положив руки за голову, быстро повернулась несколько раз на месте.
 — Так, так! Почему опаздываем?
К ней подошёл её шеф, Юрий Михайлович. В свои тридцать лет этот высокий мужчина уже занимал один из высших руководящих постов в фирме, где работала Даша.
 — У мужа машина не заводилась.
На самом деле муж просто не удержался от соблазна, и они занимались любовью прямо в прихожей. Ещё бы ему удержаться, если его красавица жена в прозрачной белой блузке, сквозь которую отчётливо видна её грудь без лифчика, наклонилась за туфлями. Из под короткой юбки, стали видны не только ноги над ажурными чулками, но и край ягодиц. Муж задрал юбку на пояс и погладив ягодицы, засунул пальчик в её вагину. Поскольку трусиков на ней не было.
 — Ну, давай! Только быстро!
Сдалась Даша, откликаясь на его ласку.
 — Блузку расстегни!
Скомандовал Юрий Михайлович. Ухватив за сосок, он потянул его себе с силой, так что Даша была вынуждена сделать шаг.
 — Вот зачем я душ приняла? Здесь бы в кабинке подмылась!
Корила себя Даша. Но за две недели воздержания муж выплеснул столько спермы, что пришлось поменять и испачканные чулки с юбкой. У Даши были бледные ореолы на груди, и шеф приказал обводить их, о чём она впопыхах забыла.
 — Мне это надоело! Позвони и после работы сделай татуаж сосков. Поняла?
Шеф дернул юбку вниз, и она сев на бёдра скрыла наполовину широкую резинку ажурных чулок, раскрывая секрет Даши, подтянувший её на живот.
 — Интересно! Какое наказание меня ожидает?
Думала Даша. В прошлый раз она изображала зайчика, бегая в одних чулках с заячьими ушами на голове по лесу. Руководство фирмы играла в пейнтбол. Было весело, ей даже дали неделю отгула, залечивать синяки от попаданий на теле. Но сегодня шеф был в явно нехорошем настроение, и её ждало что то похуже. Дёрнув за юбку, он стащил её с Даши и ногой откинул в сторону. Потом взяв со стола красный маркер.
 — Три дня будешь ходить совсем без юбки! Неделю сидеть на стуле номер два. В субботу будешь прислуживать гостям на даче. У жены день рожденья. Будет человек двадцать. Ладно! Катьку с юридического отдела возьми и Эдика с маркетинга.
Шеф усмехнулся, думая о чём-то смешном про себя.
 — Будет Ваграм с Арменом, так что его попа не помешает. Жена потом даст тебе ц. у.
Вот это действительно огорчило Дашу. Без юбок в некоторые дни ходило и пол фирмы. Стул тоже не представлял труда. Правда, он сильно отвлекал от работы. Фаллос, прикреплённый к нему, нужно было не менее десяти раз в минуту двигать, нажимая на специальную педаль, иначе у него включался счётчик. И за каждую пропущенную минуту в конце рабочего дня полагался удар по попе розгой. Провинившийся ложился на стол недалеко от выхода и свои же сотрудники секли его, нажимая кнопку на столе после каждого удара. Если ты кому-то не нравилась, то тот мог сжульничать, нажимая кнопку через раз.
А вот на дачу Даши ехать совсем не хотелось. Жена шефа имела бурную фантазию, и воплощать их порой было довольно сложно, а порой и очень больно. Весной ей пришлось помогать на даче. Так Вера Ивановна, так её звали. Заставила Дашу перекапывать грядку, надев одновременно пятнадцать зимних колгот по 100ден и два колючих шерстяных свитера. Даше потом показалось, что она скинула килограмм десять с потом. Да ещё и не разрешила сходить в туалет, и ей пришлось писать в колготки. Аню даже как-то раз зашивали после встречи с ней. Порвали ей киску.
 — Иди работать! И позови ко мне Машу!
Прервал её воспоминания шеф. Даша сидела на стуле, покачивая рычаг, когда мимо не неё прошла Маша, кивнув головой. Маша была уникум в коллективе, и шеф почти всегда вызывал её. Когда хотел писать. Однажды ей на спор помочились пятеро мужиков по очереди в рот. И она не пролила ни капельки! Даша пробовала не раз, но шефу не нравилось, что она не могла сосредоточиться и часто она оказывалась, забрызгана ей.
Позвонила охрана и сказали, что пришли давние клиенты из банка. Даша связалась с шефом и доложила.
 — Пусть проходят, подождут в приёмной. Я скоро освобожусь. Развлеки их.
Когда дверь из кабинета шефа открылась и оттуда вышла Маша, а за ней и он, Дашка стояла, широко расставив ноги, и облокотившись грудью на стол. А один из клиентов насаживал её попу на свой член.
 — Дашь! Проснись! На работу опоздаешь! Что с тобой? Ты пол ночи ворочалась и охала.
 — Нет ничего. Всё нормально. Сон приснился.
И одевшись, как советовал дресс-код, в строгую деловую одежду, она пошла на работу.

 --- Как жарко ---

Как жарко. Юрий поправил галстук, струи тугого жаркого воздуха от направленного в лицо вентилятора не приносили облегчения. Раздражение и усталость разрывали гудевшую голову. Напрасно стараясь успокоиться, он вспоминал проведённые на работе вчерашний день и всю ночь. Оплата по так тяжело давшемуся, так не обходимому его фирме проекту была на грани срыва. Он и секретарша Маша всю ночь перебирали ворох платёжек, пытаясь в них разобраться. Бардак в компьютере... Только к утру всё было сведено и упорядочено. Было понятно, что, сколько, когда и кому за что было переведено. Сумма, после вычета всех платежей и налогов была понятна и приятно радовала.
На столе лежала папка, личное дело его новенькой бухгалтерши и стоял запотевший, истекающий каплями стакан холодного апельсинового сока, принесённый Машей.
 — Что же мне с ней делать? Уволить к чёрту... — Глоток из запотевшего стакана, и прохладная влага, прокатилась прохладной волной по горлу.
 — Или... А кондиционер надо поставить, и не медленно. Маша! Позови Ирину!
В комнату вошла высокая светловолосая женщина лет 30, одетая в летнее платье, от жары прилипшее к телу, остановилась перед столом, за которым сидел Юрий.
Вызывали? — виновато сказала она.
Юрий поднял глаза и, не произвольно заглянув в глубокий вырез платья, заметил полоску темно-синего лифчика, скрывавшего упругие груди.
 — Да. Чёрт. Мало того, что ты каждый день опаздываешь, ты такой бардак в платёжках развела. Мы с Марией Петровной всю ночь работали, твой бардак разбирая.
 — Юрий Иванович...
Юрий нервно затеребил галстук и глотнул из запотевшего стакана.
 — Такие ошибки и такой бардак не простителен. Ты это понимаешь? Не важно, что тебя мой дядя привёл.
 — Юрий Иванович, это больше не повториться, я обещаю.
 — Ты будешь наказана. Юрий открыл лежавшую перед ним папку, любовно приготовленную Марией Петровной.
 — Это приказ о твоём увольнении, осталось только подписать. У тебя два варианта. Или забирай приказ и катись к чёртовой матери, или будешь выпорота. Дам тебе шанс, тем более, что ты обещаешь, что это не повториться. Выбирай.
Ирина, сделав круглые от удивления глаза, в упор посмотрела на Юрия.
 — Вы это серьёзно?
 — Серьёзней не куда. Выбирай — или, или. Ты меня чуть не разорила, думаешь, это тебе так просто с рук сойдёт?
Ирина подумала о том, как долго искала более — менее прилично оплачиваемую работу, а дома двое детей. Мужа нет. Придётся потерпеть. Как стыдно...
 — И кто же меня будет пороть? Вы?
Юрий, сердито взглянув, протянул конверт.
 — На конверте телефон, позвонишь и передашь конверт. Ступай.
Ирина, повернувшись, поспешила к выходу, а Юрий, глянув в след на круглую попу обтянутую тонким платьем, подумал о том, что, наверное, эта блядь трусов не носит.
Вернувшись, домой Ирина достала из сумочки заветный конверт и, волнуясь, набрала написанный на нём крупными цифрами номер.
 — Добрый вечер. Чем могу помочь? — К удивлению Ирины ей ответил женский жизнерадостный. доброжелательный голос.
 — Добрый вечер. Я от Юрия Ивановича, он просил передать вам конверт.
 — Да, да. Он звонил мне. Вы Ирина? Очень приятно. Приезжайте ко мне завтра с утра, пока дети в школе. В 10 у меня. Жду.
И она назвала адрес.
В назначенное время Ирина постучала в дверь. Ей открыла стройная девушка лет 25.
 — Здравствуйте. Вы Ирина? Я — Стела. Проходите. Это потом — она остановила Ирину. Пытающуюся дрожащими от волнения пальцами достать из сумочки конверт и пропустила её в квартиру.
В большой комнате у стены стоял диван, на котором лежало несколько маленьких подушек, по середине лежал ковёр, стояли спинками друг к другу два стула. У другой стены узкая кушетка, обтянутая кожей. На крючках висело несколько ремней и странных гибких прутьев с рукоятью.
 — Проходите, раздевайтесь — она улыбнулась оробевшей от не понятной ситуации Ирине. — Вы же не чай ко мне пить пришли. Вот, можете там раздеться — показала рукой в угол, где на стене было не сколько крючков. Разденьтесь до трусов, если стесняетесь. А можете и до гола, всё равно ведь трусы придется снять. За тем пройдёте на середину комнаты, конверт не забудьте.
И она уселась на диван, сложив тонкие руки на груди, забросив ногу на ногу, с интересом бесцеремонно рассматривая Ирину.
 — Ты так хорошо загорела. Где отдыхала?
 — В Болгарию ездила, на Золотые пески — ответила, смущаясь, Ирина, отвернувшись и спуская трусы. сборники секс историй про секретарш на https://dojki.biz/book/
 — Одна или с кем? Если не секрет.
 — Не секрет. С Вадимом. Он врачом работает во 2 городской больнице.
 — А с Вадимом... Тень пробежала по её лицу.
 — А ты его знаешь?
 — Как же мне его не знать, он мне второй месяц алименты не платит. А сам с тобой значит, по заграницам разъезжает.
 — Извини, я же не знала. Мы с ним расстались — сказала Ирина, съёжившись и прикрываясь руками.
 — Расстались? Почему? Ты девушка видная. Всё при всём. Ну, да ладно. Начнём. Возьми конверт и стань передомной на середину комнаты.
Стела встала с дивана, и, подойдя почти вплотную, взяла конверт из её дрожащих рук.
Ирина ощущала себя как воробышек в гостях у кошки. Нервная дрожь, пробежав пупырышками по телу, застыла в кончиках сосков.
 — Опусти руки, ровно стой. Стела разорвала конверт и округлила удивлённо глаза, увидав цифру на листе бумаги.
 — Что же ты натворила?
 — Ошиблась в расчётах. Ответила чуть не плача Ирина, пытаясь вызвать к себе жалость.
 — В расчётах ошиблась, значит. Стела осуждающе сдвинула брови и нахмурилась.
 — Предлагаю тебе на выбор — пороть тебя на спине, на животе, или на четвереньках.
Ирина, находясь в полной растерянности, молчала.
 — Ну, тогда я решу сама.
И взяв Ирину за плечо, подвела к стульям.
 — Становись коленями на сиденье перегнись через спинки, обопрись на локти. Попу вверх. Голову в низ. И не вздумай шевелиться.
Ирина встала коленями, как велено, на сиденье одного стула, перегнувшись через их спинки, опустилась на локти на сиденье второго. Выставив круглую мускулистую попу, груди, слегка отвиснув, розовели сосками. Белокурые волосы, упав вниз, закрыли лицо.
Стела, выбрав орудие наказания — тонкий гибкий прут, не спеша, подошла и нанесла первый удар.
Ирина непроизвольно вскрикнула и сжалась. Прут не спешно, и не сильно, жалил её тело. Ирина, стиснув зубы, решила терпеть, но после нескольких ударов, добавивших розовых полосок в узоре линий, на её ягодицах и спине, начала визжать и кричать, каждый раз закрывая ладонями пылавшие ягодицы.
Стела несколько раз шлёпнула кончиком прута по ладоням — руки! Руки на место!
Наконец, когда визг и плач перешли в сплошной вой — Ирине было разрешено встать.
Стела, подав стакан воды, сочувственно посмотрела на зарёванную Ирину, судорожно глотавшую воду.
 — А где ты эпиляцию делала?
 — Что? — не поняла Ирина.
 — Где ты эпиляцию делала?
 — На набережной у Лены.
 — И сколько заплатила?
 — 800 — всхлипнула Ирина.
 — 800. Дёшево. Удивилась Стела, мне она сказала1500.
 — Я же от Вадима...
 — От Вадима. Продолжим. Не будем время терять. Скоро дети из школы придут.
Она подвела Ирину к кушетке, и, уложив её на спину, велела ей поднять ноги, Затем она плотно связала ей кисти рук под коленями. В рот вставила круглый алый шарик кляпа, в который немедленно Ирина вцепилась зубами.
Ирина оказалась полностью беззащитной. Даже не сильный удар вызывал в ней панический ужас.
Стела, наклонившись к ней, тихонько сказала: Я же тебе говорила, не шевелиться, а ты не правильно себя вела — попу закрывала. Дёргалась. Перерыв делать пришлось. Я тебе вынуждена добавить, кроме того, что Юра просил. Извини Ирина, но так положено.
Ирина, поняв, что от этой стервы пощады не ждать — вцепилась лакированными ноготками в ладони.
... Входная дверь распахнулась, выпуская Ирину.
 — Заходи. Всегда рада тебя видеть. Можешь без звонка. Не стесняйся. Приветливо улыбалась ей на прощанье Стела. Юрию передай, что я жду от него клиентов. Пока! И приветливо помахав на прощанье ручкой, закрыла дверь.

 --- Рабочий момент ---

Лена сегодня встала явно не с той ноги: кофе был пролит, кот путался под ногами, — в итоге опоздание на работу. Пробегая по коридору до своего кабинета, она успела заметить, что макияж и прическа у секретарши шефа целы и невредимы. А это означало, что настроение у начальника серьезное, поиграть с Катенькой он по какой-то причине не успел, или не захотел, в общем, разговор будет по делу.
 — Елена Вячеславовна, вас просили подняться наверх к директору на совещание.
У Лены окрепла уверенность, что без грозы сегодня не обойдется: «Интересно, кто будет присутствовать, и кто будет в итоге виноват?»
 — Сергей Геннадьевич, вызывали?
 — Да, Лена, проходи, и дверь закрой, у меня к тебе важный разговор.
Лена очень не любила этот кабинет. Здесь всегда было холодно, мрачно, окно вечно было занавешено, кругом кожаная мебель и этот мерзкий запах сигарет, который ничем нельзя было вывести.
 — Лена, как ты прекрасно знаешь, вчера я был на совещании в банке по поводу предоставления нового кредита нашему предприятию.
Конечно, она знала, целую неделю она готовила расчеты и планы для получения этого кредита. Неужели, она где-то прокололась?
 — в финансовом плане уже во время переговоров было найдено расхождение!
Он уставился на нее своими волчьими глазами, от которых становится жутко до глубины души, не смотря на вежливую улыбку.
 — Несоответствие по выручке составило 300 млн! ты понимаешь, в какую неловкую ситуацию ты поставила нас? Поставила меня?
 — Как это 300 млн? как же так? Я все проверяла!
Лена резко почувствовала себя, как школьница на педсовете! Что же делать? Не видать ей теперь премии, а возможно и отпуска! Все рушилось к чертям!
 — Сергей Геннадьевич, простите меня! Я все пересчитаю!
 — Не надо! Я уже сам пересчитал! Ты меня расстроила! — сказал шеф и швырнул на пол папку с расчетами, все бумажки рассыпались по кабинету. — Поднимай!
Делать было нечего, пришлось нагнуться и поднимать листочки, хотя на каблуках делать это было очень неудобно. Сергей Геннадьевич явно наслаждался разворачивающейся картиной.
 — Задери юбку!
 — Что непонятного? Задери юбку! слушай, Леночка, если будешь послушной девочкой, то уйдешь отсюда с премией и внеочередным отпуском.
Он подошел к ней сзади и сам загнул ей юбку, оголив мягкую круглую попку в черных стрингах.
 — вы планируете меня трахнуть? — робко спросила Лена.
 — Думаешь, я тупо хочу тебя выебать? Ха-ха-ха. Ты удивишься, что я только не хочу с тобой сделать. Возьми в зубы карандаш!
Она закусила карандаш и замерла в страхе перед директором. Он резко нагнул ее и поставил на четвереньки, спустил трусы и ударил по заднице линейкой! Она вскрикнула от удивления.
 — а вот кричать совершенно не надо! Люди работают!
Он стал шлепать ее длинной хлесткой пластмассовой линейкой. Удар за ударом становился все сильнее и сильнее. От ударов оставались розовые следы. Кожу жгло нестерпимо. Ягодицы становились красными. Лена не могла сдерживать крики:
 — Может уже достаточно?
 — Детка, я сам решу, когда будет достаточно! Он запихнул ей в рот вместо карандаша огромный комок бумаги, чтобы заглушить ее крики, и продолжил хлестать ее пятую точку.
Терпеть уже было невозможно! Из глаз посыпались слезы, потекли сопли, а бумага душила ее и не давала стонам прорываться наружу.
Она упала на пол и поползла от него.
 — Вот так, моя шлюшка, теперь я достаточно тебя наказал!
Он схватил ее за руки и подтащил к окошку, сорвал нить от жалюзи и стал связывать ее кисти. Пока Лена радовалась тому, что ее перестали пороть, начальник успел ее крепко связать и привязать к батарее. Тут она поняла, что попалась окончательно!
Она стала крутиться, пытаясь высвободить руки, но веревка от этого еще больнее впивалась в кожу.
Его рука стала гладить измученные ягодицы, а потом мять, все сильнее и сильнее. Другой рукой он уже достал свой член из брюк и начал его слегка дрочить. Член упорно не хотел подниматься, тогда шеф решил раззадорить себя посильнее. Он начал щипать Ленкину задницу, защипывать кожу и выкручивать ее. Ей было больно, очень больно, но выхода не было.
 — Давай Леночка, стони! Стони сильнее!
Она уже рыдала. Этого оказалось достаточно для того, чтобы его пресыщенный хуй встал, как положено. Тогда он перестал ее мучить и воткнул свой хер ей между ног со всей силы. Тогда ей показалось это спасением! Потому что с ее половых губ уже капала смазка, и член вошел внутрь как по маслу. Она была вынуждена признать, что все издевательства над ней ее заводили! И от этого было еще более тошно!
Он начал неспеша ее ебать прямо на полу под окном, привязанную к батарее. Он вцепился в ее русые волосы и стал ускорять темп. Потом он аккуратненько взял один волосок между пальцев и выдрал его!
Как же это мерзко! Это такая противная боль, но Лене это понравилось! Она подала свой зад ему навстречу и стала крутить им из стороны в сторону.
 — так тебе это нравится, сучка?! Тогда получай еще!
Он выдирал ей волосок за волоском с разных частей головы, наматывал их на свои пальцы и нюхал. Она уже давно двигалась с ним в такт, насаживаясь на его член. Из влагалища тек сок и медленно стекал по бедрам, так что чулки становились влажными. Ан он так и не кончал. Ему было этого мало!
Шеф задрал ее блузку, оголив спину, и начал кидать в нее маленькие канцелярские гвоздики. Иногда они просто скатывались, а иногда впивались, как дартс. Каждый укол доставлял ей боль и наслаждение, каждое попадание отзывалось сокращением мышц влагалища. Тело корчилось в судорогах, но это было восхитительно! Ноги ее совсем не держали. Только в голове отзывались толчки, от его бедер, впечатывающихся в ее зад.
Лена уже ничего не соображала и просто находилась на грани обморока. Только сейчас он натешился так, что мог кончить. Он вынул свой хуй и пристроился к ее зареванному лицу. Горячая сперма брызнула с бешеной скоростью и залила ее глаза, попала в нос и стала медленно стекать вниз. Глаза стало резать, они снова заслезились. Лена упала на пол.
Она лежала оттраханная и измученная, но не чувствовала гнева, потому что такого с ней еще никогда не случалось! Но признаться в том, что ей понравилось, даже самой себе, было очень страшно.
 — Елена Вячеслвовна, приведите себя в порядок и ступайте на рабочее место. Вечером я жду вас в своем кабинете на планерке.

 --- У моей жены это случилось так ---

 Часть 1
Я всегда не переставал, быть может, и эгоистично, но, все же, радоваться тому факту, что моей жене, по прошествии лишь двух недель времени ее работы в бухгалтерии одного из многих частных торгово-посреднических предприятий нашего периферийного городка, шефом было предложена должность, пусть вначале и по-совместительству, его личного секретаря. В душе порадовался за жену, которую просто съедали в бухгалтерии завистливые, так любящие посплетничать коллеги-бухгалтера, от чего она уставала и уже собиралась было бросать опостылевший за столь короткое время небольшой коллектив.
Жена так спешила мне сообщить о предложении шефа, что набрав на телефон (ммм... писая, при этом, в туалете офиса) так и сказала: «Вот ссу и спешу сообщить тебе, милому... !» И я обрадовался сему, так как уж больно тяготила ее работа в сугубо женском окружении.
Вау, а с работы моя мила пришла уже с короткой стрижкой да с упаковкой революционной для себя, в плане цвета, краски для волос. Я мечтательно присвистнул: «Милая, теперь ты у меня будешь яркой брюнеточкой с черными шелковистыми волосами!». Ну наконец-то что-то ее расшевелило, я был рад, а она просто сияла. Той ночью она подарила мне особый минет.
В свете ночничка, с новой ее прической, в новом цвете ее волос он был просто шикарен, да и старалась милая как никогда раньше: обхватив ручкой мой, признаюсь, лишь ближе средненьких размеров ствол, у основания, она старательно его полировала своими пухленькими губами, теребя кончик головки дерзким язычком. И, пускай, как и всегда, она не стала глотать мою сперму, а лишь спустила ее через уголок рта, пускай и не умела принимать глубоко в себя член, но сегодня это выглядело истинно восхитительно.
Струйки спермы изо рта попали на ее немного отвисшые так любимые мной дойки — сиськи, затем стекали на ее ляжки. Она продолжала блаженно сидеть на коленках, поджав под себя ступни ног думая, конечно о своем — о предстоящей новой работе. В моей голове, после шума оргазма, сразу же мелькнуло: «как же мало ей, милой, нужно для счастья!».
Поднявшись жена подошла ко мне, игриво наклонила голову в сторонку и указав пальчиком на свой ротик дала понять, что за такой минет я должен ее отблагодарить поцелуем. Вышел он необычайно, под стать возбужденному нашему состоянию, страстным и приятным, как и всегда, но тогда-то вот по-особому.
Банально, как и всегда, она легла на спинку, раздвинув ножки, разрешила мне сделать ей куни. Старался, особо не напрягая язык, скорее им расслабленным, обильно смазанным слюной, нежно ласкать ее лоно, посасывать при этом клитер. Как же приятен его сладко-соленый привкус... Она кончила или сделала вид, что кончила, мы уснули...
Сейчас, вспоминая все это, понял, что после той ночи все в нашей жизни изменилось, понял, что так продолжаться больше не могло, оно и к лучшему...
Мне 35, ей 30 лет (не худощавая, в теле, с аппетитными формами), и все десятилетие в браке она жаждала наконец-то увидеть во мне надежного, пробивного мужа, способного «поднять на ноги» семью, научить ее, девственную, прелестям постельных утех. За 10 лет, однако, признаю, она поняла, что я мягкохарактерен, увы — совсем не пробивной. Все было в кредит, даже ее заочная учеба. Это я уже со временем понял и осознал, что придя на работу в это ЧП она в шефе, мужчине 40-ка лет, в цвету, увидела ЕГО — свою мечту, такой яркий контраст с действующим мужем, а скорее, признаю, тряпкой. Все сравнения мои с ним не в мою, понятно, пользу.
Уже в первые дни работы она, за сигареткой в туалете, узнала от коллеги, что ОН успешен, избирателен, что подружка, как и многие из числа женской части коллектива фирмы готова лечь под него, но, увы, не по его вкусу... Решения он принимал как-то сразу «в точку» правильные, не паниковал. Респектабелен, спокоен, пусть и с животиком, но привлекателен, что сразу улавливалось — самец...
И ей приглянулся, а тут и приглашение быть его секретарем... Моя милая изменилась и хотя я глупо ревновал ее к нему, не мог признать, что изменения в ней в лучшую сторону явно произошли. Собирание на работу — целая церемония у зеркала, дополнительный повод ею мне порадоваться — пускай другие завидуют моей красотке — соске. Уже обновлен ее гардероб, притом вплоть до нижнего белья, появились духи подороже, качественней косметика, что там говорить — нижнее белье стало говорить, что моя леди возвысилась в касте.
Секс со мной, притом, так и остался: в режиме 1 раз на неделю, по — форме: ее минет (увы совсем не таков, как описывал выше), мое ее вылизывание щелки (видать также не то).
Уже потом понял, что с месяц шеф знаков внимания к ней не проявлял, как жена рассказывала: строг, кофе, приход — подход («дрессировка»). Интересно, что жена только лишь заводилась от этого. А потом случилось...
В честь 10-тилетия фирмы ее шеф организовал ресторанчик на выезде из города. Приглашены были и члены коллектива с супругами. Именно тогда я и познакомился с ним поближе.
В тот вечер жена была королевой действа, у меня, как и у всех мужчин, от ее вида, одежки, форм был, думаю, что на 100% стояк... А как по-другому: туфельки на каблучках, белое кружевное платьице сквозь которое особо внимательным видны были беленькие стринги, а от шикарной груди, пускай и отвисшей как у рожавшей женщины, но в лифчике, взгляд просто невозможно было отвести. В дополнение просто шикарные вызывающе накрашенные губки,... все-все выдавало в ней, да-да... шлюху...
Лично я понимал, что весь ее марафет исключительно ради прихоти шефа. Думаю, что такого же мнения был женский коллектив фирмочки. Я лишь прикидывался дурачком, а в душе был счастлив за нее.
Наше «Советское» шампанское вперемешку с французскими коньяками свое дело делали умело, шеф, не стесняясь, усадив поближе к себе, лапал мою подвыпившую супругу прямо у всех на глазах. То и дело его ладони тискали ее упругие ягодицы.
Похоже, что единственной преградой для последствующего разврата был лишь я.
Шеф, стремясь уединиться с моей благоверной женой, как бы невзначай, попросил меня выйти покурить. То ли летний воздух был так опьяняющий, то ли еще что-то, но разговор получился следующим...
Он, прямо (благодарю за это) сказал, что после того, как ОНА (моя жена) появилась в его фирме, он ее возжелал (захотел и все). Я молча, справляясь с эмоциями, слушал его монолог.
Все то, что пришлось тогда выслушать мне, читателю, думаю, будет не совсем интересно принять, но все свелось к следующему, если я ее действительно люблю и не хочу потерять, то должен, под каким-то предлогом, уехать домой сам и в квартире дожидаться ее.
Я не сказал ему: «Да», но заглянув в зал, встретившись взглядом с женой, понял: «Она в курсе!!!». А жена, подойдя ко мне, поцеловала меня в губы, прошептала: «Я должна, и вернусь, тебя не брошу!».
Заснуть той ночью так мне и не пришлось. Около 7-ми утра послышался звук дверного замка. Хотя дверь я не замыкал, жена сама не захотела войти без моего приглашения. Все ей можно было простить, поскольку на ее лице была манящая улыбка довольной во всех отношениях жены.
Она сказала: «Прости!» и поцеловала меня страстно, своим пьянящим страстным поцелуем. Пройдя в спальню завалилась на спинку, продолжив: «Он сегодня меня отымел как блядь! И я этого хотела! Развода тебе не дам, поскольку люблю только тебя!».
Я был в полном замешательстве, но лишь секунды, в следующий миг задрал подол ее платья, под которым стрингов не было и в помине, прильнув к ее горячему влажному лону всласть насладился его соками. Довести ее до вожделенного экстаза мне не удалось, поскольку, думаю, все получила она до меня. Заснуть тогда мне так и не удалось.
В лучах утреннего солнца моя спящая жена, со смазанной помадкой на губах, раскинутыми ножками выглядела такой соблазнительной шлюхой, что я не мог отвести он нее своего восторженного взгляда...
 Часть 2
«Милая моя! Солнце! Просыпайся! Работа ждет!»: уже в который раз я, став на коленки у изголовья нашей супружеской кровати, старался «поднять» жену. «10-ый час уже пошел, как ни крути, а в приемной она, секретарша, уже давно должна находиться!»: думал я. «Принеси ка лучше кофе!» — сквозь сон сказала мне милая. «Это я мигом!» — бросил в ответ.
Забавно было увидеть ее несколькими минутами позже. Я, держа в руках блюдце с чашкой и парующей над ним ароматной молотой арабикой, задержался в проходе спальной комнаты. Жена сидела на кровати в том же кружевном платьице. Ощутив отсутствие трусиков, думаю, готова была упрекнуть мне мол, если я удосужился стринги снять, то мог бы и платья, заодно, лишить, но, даю все 200% (за годы в браке, поверьте, изучил соску!) в сию минуту вспомнила вчерашнее. Вот оно — озарение!!! Стоило бы ее увидеть. Лицо налилось краской, зубки нервно покусывали губы.
Выйдя из минутного оцепенения, уже в следующий момент, лишь тихонько пролепетала: «На работу, после всего этого, мне ну просто нельзя!». «Да ну, брось! Вчера надо было головой думать, а не пи... ой! Так, что давай быстрее пей кофе и в ванную!» — парировал я.
Когда же на еще сонном личике милой появилась улыбка, я понял, что роль шлюшки шефа ей явно понравилась. Такого желания ее поиметь я ранее не испытывал никогда: одно дело, что вылизывая ее писю я лишь представлял ее блядью и, совсем другое — видеть в жене шлюху уже в реале. Чувствуя что-то на подобии вины, перед своим мужем, она быстренько скинула с себя платье, легла на спинку, после чего ладонью провела по своей гладко выбритой пи... де, подвела ручонку к носику, быть может, надеясь, зря конечно, что запах ебаря улетучился.
Без помощи рук я своим средненьким размером вошел в ее горячее влажное, раздолбанное, как мог удостовериться и удивиться сему (как такое могло произойти лишь за ночь?!) лоно. Кайф, однако, был прерван телефонным звонком на ее мобильник. Так и не спустив в нее я убрался.
Потому, как она кинулась к телефону понял — ждала звонка именно от НЕГО! сборники секс историй про секретарш на https://dojki.biz/book/
На ее слабое дрожащее «Да», директор ответил: «Милая моя девочка, как спалось? Когда я буду иметь счастье тебя вновь видеть, ласкать? Мне так тут скучно!!!». Несмотря на все ее попытки прикрыть динамик телефона я, находясь рядом, все прекрасно слышал. Что во мне тогда творилось?! Скорее всего, сильнейшим из чувств, была боязнь утратить жену. При мне она сказала лишь, что не может сейчас говорить, и, решаясь, добавила: «Я скоро у тебя буду!». Ее «тебя» меня окончательно сразило. Как много всего между ними случилось за одну ночь и вот с «Вы» она с ним уже на «Ты»!!!
Потом была ссора — по моей вине. Как-то не совладал с эмоциями. Жена же, также разойдясь, резко выговорила: «А знаешь что! Не надо было меня с ним вчера оставлять! Я тебя проверяла — сможешь ли подложить жену свою, как шлюху последнюю, под другого! Думаешь не знаю, что ночами «пропадал» на форумах о мужьях — куколдах, что дрочил при «живой» жене, что фотки мои инетом через разные там агенты пускал! Знай — получишь то, чего возжелал! Да и как по-другому! Он меня думаешь, что только в рот и писю меня еб... л... ?! Да, правильно понимаешь — я дала и притом сама, ему в свой зад! Понял! Достал уже... !»
Я остолбенел, а она закрылась в ванной. Минутами позже моя желанная жена, одев лучшее из своего нижнего белья, карандашиком подведя очертания линий своих сладких, ммм... минетных... губ, на сей раз одев, да вновь для своего еб... ря, коротенькую вызывающую юбченку и блузу к ней, скрылась за дверью.
Мне оставалось провести ее лишь взглядом. Когда она ушла, я, найдя телефон ее директора, набрал ему и таким же неуверенным голосом спросил: «Она от меня не уйдет?» Он: «Для меня она шлюха! Ее пошиба блядей, признаю, ранее я еще не имел! Ебе... ся твоя поблядушка отменно! В отношении ее у меня много чего реализовать надо! Кстати научу ее глубокому минету, сперму она уже глотает — с первого раза получилось! И ее шикарный зад уже не девственен! Для тебя же, она будет оставаться еще и женой! Так, что смирись! Да, и совсем забыл, мой водитель тебе на ночь привезет ее трусики, а твою соску я верну лишь утром!»

 --- Как-то раз ---

Случилось это не так давно, я уже была замужем, но все еще училась в институте. Работала я тогда секретаршей в офисе, начальница требовала соблюдать определенный дресс-код, никаких мини юбок, глубоких декольте и откровенных нарядов. Меня, да и моих ровесниц такое требование стареющей мымры немало раздражало. И тут как то раз она объявила о том, что ей нужно съездить в другой город, к сыну. Эту новость мы восприняли как сигнал к действию. На следующий день все девушки в офисе, а нас там было четверо, причем на шестерых мужчин, пришли одетыми так, словно собрались не на работу, а на пенную вечеринку. Я, как дама уже замужняя, оделась поскромнее. Мини юбка, чулки-сеточка, полупрозрачная блузка с глубоким вырезом, и отсутствие лифчика. Девчонки пошли еще дальше, и мы весь день наслаждались тем, что ощущали на себе похотливые мужские взгляды. Естественно, уже к обеду о работе все забыли, вспомнили о каком то празднике, и решили его отметить. Офис моментально закрылся, появилось вино и фрукты, столы сдвинулись и мы сели отмечать. Помня о том, что мне еще в институт, я старалась не особо налегать на спиртное, предоставив девчонкам отрываться на полную, но выпить пару фужеров шампанского пришлось. Хмель быстро ударил в голову, я стала вести себя более свободно, и вот уже я пью на брудершафт с Михалванычем, нашим програмистом, который косится мне в вырез блузки на темнеющий сосок, а Леночка, наша бухгалтер, танцует с Толиком, нашим шофером, причем Анатолий гладиит ее спину немного ниже талии. Короче. разогретая вином и мужским вниманием я совсем забыла уже об учебе, как мне напомнил об этом будильник. Это меня слегка отрезвило, и я, несмотря на уговоры, сбежала с вечеринки, которая уже перерастала в откровенную пьянку.
Час пик, толчея на остановке, и поэтому я зашла не в среднюю дверь, как обычно, а в заднюю. точнее не зашла, а влетела, подхваченная людским потоком. Двери захлопнулись, и народ стал с кряхтением и матом устраиваться поудобнее. Меня тоже пару раз чувствительно толкнули, я не осталась в долгу, пытаясь одновременно поправить одежду и застегнуть плащ. Я успела застегнуть его сверху, но на уровне груди он завернулся вправо и назад, а хвост его оказался у меня на левом бедре. А тут еще и толкают со всех сторон, вобщем настроение у меня стало портится. Пока я сражалась с плащом, троллейбус пару раз неслабо дернуло, он то ускорялся, то резко тормозил, вобщем хаотичное движение в салоне не прекращалось. Вдруг я почувствовала, что к бедру моему прижалась рука, точнее я обратила на это внимание, потому что рука эта пыталась пролезть между моими ягодицами и дородной теткой. Эта тетенька, с габаритами борца сумо, везла свернутый в рулон ковер, держа его вертикально. этим то ковром и прижало ко мне руку. Точнее, прижало ее только сначала. потом я почувствовала, что давление ковра на мою спину уменьшилось, а вот рука так и осталась лежать на ягодице. Постепенно ладонь стала спускаться ниже, и пальцы стали совершать поглаживающие движения.
Попа у меня красивая, все девчонки завидуют, и мне приятно, когда ее ласкают, а тут еще и корпоратив с явным эротическим подтекстом... Но не позволять же лапать себя в транспорте! Пока я разбиралась в противоречивых чувствах, рука, осмелев, стала откровенно гладить не только правую, но и левую ягодицу, все время пытаясь спуститься пониже. Я взглянуло влево, смерив взглядом владельца этой наглой конечности. Ничем не примечательный парень, одетый в споривный костюм, крепкий, но не качок, разве что глаза веселые, да на губах намечается насмешливая улыбка. Может быть раньше он меня и не заинтересовал бы. Но сегодня был такой день, что мне вдруг захотелось немного пошалить. Я резко повернулась к нему лицом, и прижалась к его мускулистому телу. Парень замер, ожидая моей реакции, но не торопясь убирать руку с попы. А я, глядя ему в глаза, свободной рукой скользнула ему между ног. Так и есть, член его был напряжен. Запускаю руку в его спортивные брюки, благо они на резинке, а не на ремне, таак, это у нас трусы, а вот и то, к чему я стремилась.
С мужем мы в постели не скучаем, и обычно я не даю ему поводов усомниться в своей верности, но то ли сегодняшняя пьянка, то ли необычная обстановка на меня так подействовала, но мне вдруг дико захотелось почувсвовать этот член в себе. Этот член был хорош, а оказавшись в моей ладони он окончательно отвердел, опешивший парень судорожно вздохнул. Я наклонилась к нему и прошептала в ухо:
 — Расправь мой плащ.
Тот снял руку с моей попы и торопливо расправил плащ, так что полы его прикрыли нас от случайных нескромных взглядов. Я тем временем задрала юбку и сдвинула в сторону край намокших трусиков. Парень был невысок, а я на каблуках, так что наши интимные части тел находились на одном уровне, поэтому проблем особых не возникло. Я прислонила головку его члена к своей киске, губки послушно разошлись, и я слегка застонала от острого наслаждения. Очередной рывок троллейбуса помог нам; член легко вошел в меня. Он показался мне таким огромным, что у меня перехватило дыхание. Я навалилась на моего насильника, который начал двигаться внутри меня в такт покачивания нашего троллейбуса. Одной рукой он обхватил меня за ягодицу, и толкал меня навстречу ударам своего члена, а другую запустил под блузку, пытаясь добраться до груди. Поняв, что на мне нет лифчика, он еще больше округлил глаза, и схватил мою грудь, она прекрасно поместилась в его ладони, твердый сосок попал меж пальцев и он слегка сжал его. Я пыталась не стонать, но все таки не могла сдержаться. Уткнулась ему в висок и зашептала срывающимся голосом:
 — Я так долго не выдержу. Давай!
Парень все понял правильно. От его ударов члена меня казалось стало отрывать от пола. Несколько резких и глубоких погружений, и я почувствовала что наступает оргазм. И тут же, о чудо, начал кончать и он. Нас трясло от взаимного наслаждения, мы стояли закрыв глаза, стремясь продлить эти мгновения.
Но не все длится вечно. Троллейбус остановился на остановке, люди опять принялись толкаться, и нас снова стало растаскивать этим потоком друг от друга. Мы еще немного боролись, вцепившись друг в друга, но нас все же разъеденило. Вид у нас наверное был еще тот; я с задранной на пупок юбкой и блузкой, на которой осталась лишь одна пуговичка, а он вообще с членом наружу. Пока мы пытались привести себя в порядок, не привлекая внимание окружающих, нас оттеснили друг от друга еще дальше, а потом мне нужно было выходить...
Так мы и расстались. В институт я конечно не пошла, а побежала домой, запахнувшись в плащ, и чувствуя как сперма вытекает из влагалища. Мужу сказала, что на вечеринке выпила немного лишнего, и теперь плохо себя чувствую. Слава богу что он не заметил следов спермы на одежде, а блузку пришлось вообще выбросить — пуговицы были выдраны «с мясом».
Пока мы не купили машину, мне не раз еще приходилось ездить на общественном транспорте, и несколько раз чувствовать на себе прикосновение похотливых рук, но больше я никогда не позволяла себе того, что было тогда. И парня того я больше не видела ни разу.

 --- Новая сотрудница ---

Сегодня у меня на работе случился маленький аврал. На место ушедшей в декрет секретарши главного бухгалтера пришла новая женщина. Надо сказать, что главбух человек пожилой, а потому как женщина секретарь его не интересует. Так что Елена оказалась эдаким синим чулком, с некоторой ноткой затаенного разврата. Скромно одетая, явно никогда много не зарабатывавшая, судя по кольцу разведенка, она была очень стройной. На вид имела тридцать пять или тридцать семь Смазливой ее было не назвать. Лицо в оспинках, небольшие глаза становились еще меньше под квадратными очками. И пожалуй слишком много тонака. Однако было в ней что-то, что крепко цепляло. И прокуренный, немного в нос голос. И порывистость движений, выгодно подчеркивавшая все изгибы ее тела, и какое-то простятское отношение к общению.
Сейчас, в эпоху гламура его редко встретишь, только вот у таких неудачниц. В ней было что-то из девяностых. Простое и безпроблемное. Чувствовалось, что мартини и вискарю она скорее предпочтет водку и пиво. Короче это была легкомысленная и компанейская дама. Сегодня у нее все не ладилось. Компьютер не авторизовывался в сети, а если войти локально, естественно не определялся сетевой принтер, отгороженный правами доступа. В итоге она разогнала обоих эникейщиков, и начала устраивать не то скандал, не то истерику. Это я узнал зайдя в кадры, заодно девчонки охарактеризовали ее как стервозную суку, что зная наших девченок выглядело как комплимент. Короче я сунулся к ней сам. Белая блузка, плиссированная юбка до колен, лодочки, и черные колготки или может чулки. Светло-русые с рыжцой волосы собраны в пучок на затылке, искривленный обидой рот, и острые, цепкие глаза, сразу ощупавшие мою фигуру. Надо сказать что ростом я не велик. Метр семьдесят два, и если прикинуть без каблуков, она не уступала мне в росте. Вообще я парень спортивный. Штанга, бокс. Так что грудь колесом и широкая спина в комплекте, парень в самом соку, двадцать шесть лет. И видимо мой экстерьер ее удовлетворил. Да и моя вежливость, выработанная многолетней работой с людьми. Все это произвело на нее впечатление, и мне не закатили скандал с порога.
Долго объеснял, как организована система доступа к ресурсам сети, на сами компьютеры, ну и прочую чепуху. Сначала она отбивалась. Только и было слышно, что я с компом тыщу лет, и вообще, набираю быстрее чем пишу. Но я ее переборол. Нарисовал все в картинках, несколько раз объяснил. Умудрился сразу запомнить девятизначный пароль, чем удивил, и видимо впечатлил ее. Короче настоящий синий чулок, который ведется на всякие мелочи. Старик главбух вышел в приемную в дубленке и шапке, и посмотрев на нашу перепалку, натянул шапку поглубже и сказал, что уезжает на весь день. Ну а мы, уже маленько поутихнув, договорились заодно заменить ей старую клаву и мышь. Обернулся я махом, так что мы даже не потеряли нити разговора. Обсуждали паршивую погоду, пробрасывавший за окном мокрый снег. Перемыли кости девчоночкам из кадров, добром помянули Аню, бухгалтерского программиста. К моему удивлению оказалось что они сестры. Ане было тридцать четыре, Елене тридцать восемь. Конечно сходство между ними было. Обе стройные, рослые женщины, светловолосые, и обе говорят в нос. Но я честно говоря и не подумал бы. И вот обсуждая Анькины длинные ступни я наконец-то размотал провод новой клавиатуры и обойдя стол присел на колени. Елена сидела напротив меня скрестив ноги. И вот когда я сел, она не прекращая разговора, ка-бы невзначай, сначала поставила ноги вместе, а потом понемногу стала раздвигать их, пока мне отчетливо не стали видны резинки чулок и белые кружевные трусики между ними. Я все пытался воткнуть клаву в разъем, а Елена уже уронила ручку, и подтолкнув ее ногой ко мне поближе, наклонилась под стол. Она смотрела мне в глаза, а я утопал то в ложбинке ее грудей, отлично видимых при таком ракурсе, то глядя между ее стройных ног на потемневшие в центре трусики. Она улыбалась, а я видимо обалдел, но все-таки передал ей ручку. Елена протерла ее в кулачке, потом облизнула, и встав из-за стола пошла закрывать дверь. Я задернул жалюзи, чтоб из корпуса напротив на нас не таращились, и развернувшись, буквально набросился на нее. Обнял и стал целовать. Она обхватила меня ногами за талию а руками за шею, и стала покусывать мои губы, лезть языком мне в рот. Я обсасывал ее язычок, сжимал ее нижнюю губу своими зубами, а руками в это время расстегивал ширинку. — Я на таблетках, — простонала Елена, и я ничего более не опасаясь, сдвинул ее трусики и ввел моего дружка в ее жаркую и влажную пещеру. Видимо там давно никто не бывал, сначала было узко, но Лена быстро подстроилась. Мы рухнули в ее кресло, и она стала скакать на мне как сумасшедшая. Я кончил почти сразу. Лена вздохнула, и пересев ко мне спиной, поставила руки на мои колени. Мой дружок снова был готов к делу, а внутри ее девочки был просто бассейн от ее соков и моей спермы. Мы снова начали, и теперь мой агрегат стоял просто железно. И я и она кончали раз за разом, и примерно на шестой раз кончили одновременно. Она уже была на пределе, и обмякнув, навалилась на меня. Так мы и сидели не расцепившись. Я уткнулся носом в ее волосы, и с наслаждением облизывал ее вспотевшую шею, щекотал языком за ухом. Она тихонько посмеивалась, и тяжело дыша сжимала мою руку. Но все хорошее заканчивается, и нужно было вставать.
Я попросил салфетку, но Лена дала мне свои трусики, и попросила вытереть ими. Она развернула меня спиной к двери, и набрала Аню, свою сестру. Через минуту та постучала, и Лена впустила ее внутрь. Она развернула меня лицом к двери, и надо было видеть глаза Ани, когда она смотрела на мой увядший агрегат, который я тщательно вытирал трусиками ее сестры. Он конечно, немного окреп, но все-равно представлял собой вялую сардельку. Лена закатив юбку села на стол, и пошире раздвинула ноги. Ее бритая киска и бедра были просто залиты густой смесью спермы и соков. Аня улыбнулась своей неподражаемой, смущенно-извиняющейся улыбкой и ни слова не говоря скинула туфли, и встав на колени принялась вылизывать сестру. Я тоже присоединился к процессу, тихонько надрачивая трусиками свой член. Мы работали с Аней щека к щеке, иногда встречаясь языками. К тому времени как мы вылизали Елену, я снова кончил, хорошенько запачкав трусики. Аня спустила неизменные капри, сняла свои стринги, и протерев моего дружка этим черным лоскутком, для порядка вылизала его, и заправила мне в штаны. Девчоночки обменялись трусиками, и Аня, взасос поцеловав сестру, отправилась к себе, а мы с Леной крепко поцеловались, и каждый наконец вернулся к своим обязанностям.

 --- Вечерний десерт ---

Вечер обещал стать романтичным и эротичным, со свечами, розами, шампанским и сексом для троих. Перед приездом Бориса я долго думала, кого же из девушек пригласить на этот вечер и мой выбор пал на хорошенькую секретаршу Наташу. Как мне удалось заручиться её согласием на такой вечер, я не буду описывать. А перейду к самому действию.
Итак, мы пригласили Бориса в гости. Специально для встречи подготовили гостиную, расставили в разных местах комнаты подсвечники, зажгли свечи. Включили не громкую, приятную музыку, навевающую эротические грёзы. На столе в красивом запотевшем ото льда ведёрке охлаждалось шампанское, ждали своего часа бокалы и аппетитная ягодка-клубника в красивой вазочке.
И вот наш гость прибыл. Его встречали две красивые шлюшки в роскошных нарядах. На Наташе было сиреневое платье, аппетитно обтягивающее её стройную фигурку и чуть прикрывающее самый верх бёдер. Таня была в лёгком, почти прозрачном летнем платье, подчёркивающем её женственность и эротичность. Обе шлюшки высились перед Борисом на высоких каблуках лаковых туфель и без того удлиняющих их стройные роскошные ножки.
Сексапильность шлюшек заставила разгуляться в голове Бориса много смелых фантазий. Он поднёс девушкам по алой розе и все трое подошли к столу выпить искрящегося шампанского. Сомкнув бокалы с игристым вином, мы выпили за знакомство и предстоящий прекрасный вечер. Пока текла не торопливая беседа, Борис положил руку на талию Наташи, нежно поглаживал её спинку, спуская руку ниже и наслаждаясь лаской её попки сквозь ткань платья. В этот момент заиграла красивая композиция, и Борис пригласил Наташу на танец.
Было красиво наблюдать со стороны их мягкие грациозные движения, видеть, как руки Бориса ласкают голую спинку Наташи, представлять, как он вдыхает сейчас аромат её волос, её тела, как соприкасаются уже совсем близко их губы, сливаясь сначала в нежном, а потом уже страстном поцелуе. Таня видела всё это, представляла, как дрожит сейчас от возбуждения тело Наташи и сама страшно возбуждалась. Поэтому подошла сзади и прижалась к спине танцующего Бориса, начав нежно целовать его шею. В этот момент Борис выскользнул между шлюшек и они оказались лицом друг к другу. Уже было видно по глазам, что девушки возбуждены, они прижались друг к другу, ощущая, как трепещут их тела в предвкушении дальнейшего наслаждения.
Борис встал сбоку от шлюшек и их руки начали гладить его тело. В этот момент Таня расстегнула Наташе сзади платье и смахнула его с её плеч. Платье бесшумно скользнуло вниз, обнажая красивую фигурку Наташи. Руки Тани начали гладить бархатную кожу её тела, обводя по шее вниз, к груди, поигрывая с сосками спускаться ещё ниже по ложбинке живота, к горячему треугольнику между ножек. Наташа не громко постанывала от удовольствия. А Борис стоя чуть в стороне, любовался этой картиной. Наташа тоже не осталась в стороне и теперь уже её руки грациозно освободили Таню от одежды. Обе шлюшки остались только в своих стройных телах и красивых лаковых туфельках. Они нежно обнялись и начали ласкать тела друг друга, покрывая их поцелуями и нежными касаниями рук.
Бугорок на брюках Бориса становился всё больше, его глаза стали затуманиваться дымкой страсти и темнеть от возбуждения. Он присел на диван и обе шлюшки, улыбаясь, отправились к нему. Наташа села рядом, прижавшись к Борису, а Таня уселась ему на колени. Девушки начали целовать Бориса. Их нежные и сладкие губы сводили его с ума, смелые язычки, исследовали лицо и рот и возбудили его плоть, которая уже приподнимала попку Тани. Таня сползла с колен Бориса, смело расстегнула ширинку, проникла ладошкой в его трусы и, взявшись за уже крепкий член, начала двигать его кожицу, ещё больше возбуждая желание.
И вот он, прямой, налившийся кровью, такой крепкий и красивый член Бориса на свободе! Таня начала нежно ласкать головку язычком, а Борис страстно целовал Наташу, гладя рукой её грудь. Дыхание всех троих становилось всё быстрее, сердца колотились от наслаждения. Таня уже глубоко поглощала член и приятно сосала его.
Руки Тани погладили коленки Наташи, и та чуть отстранившись от Бориса, тоже скользнула вниз. И вот уже обе шлюшки попеременно облизывают член, их язычки встречаются друг с другом, оборачиваются вокруг члена, скользят один вверх, другой вниз, обнажают головку и теребят её, по очереди засасывая в ротики и отпуская на волю, где уже ждёт следующий ротик. Ни секунды плоть Бориса не остаётся без ласки. Руки девушек тоже не пустуют без дела, нежно массируя мошонку, перекатывая яички и подрачивая член у его основания.
При этом шлюшки громко стонут и их язычки, занятые таким лакомым предметом, успевают ещё и встретиться друг с другом и подарить взаимные поцелуи, как бы передавая вкус член от одного ротика другому.
Движения ротиков, язычков и рук достигают цели и Борис, доведённый до края возбуждения и наслаждения, начинает бурно кончать. Таня смело выставляет язычок, на который падает струйка тёплой спермы. Ещё пару движений и ротик Тани заполнен её любимым лакомством. Наташа насухо вылизывает опустошённый член Бориса.
«Попробуй! Это очень приятно!» и Таня приближает свой спермовый ротик к ротику Наташи. Та в нерешительности, но всё же высовывает язычок и тугая ниточка спермы падает на его кончик. Наташа с осторожностью пробует новый вкус, и он ей нравится! В это время Таня подаёт всем бокалы с шампанским и звучит тост: « За восхитительное начало прекрасного вечера!»
И вот шампанское выпито, горят свечи, тихо наигрывает красивая музыка. В воздухе витает аромат, смешанный из запаха спермы, женских соков, разгорячённых сексом тел. Всё это будоражит кровь, а ещё нежные руки шлюшек, которые поглаживают бёдра Бориса и попеременно подрачивают его член. Член, совсем недавно отдавший свой драгоценный нектар, опять становится сильным и его сосуды вновь набирают вкусную влагу. Таня медленно сползает с дивана и устраивается у ног Наташи. Её руки начинают гладить стройное тело шлюшки, а ротик целовать ей грудь. Таня нежно берёт маленькие сосочки себе в губы, и, не выпуская их, нежно посасывает и лизает кончиком языка. Наташа закатила от удовольствия глаза, и, принимая ласки от поцелуев, опускающихся всё ниже и ниже по её телу, уже слегка постанывает. И вот Танин ротик достиг гладко выбритого лобка Наташи. Она стала нежно лизать его, и, коснувшись клитора, надавила на набухающий бугорок губами. Наташа громко застонала.
Борис наблюдая за этим прекрасным зрелищем поднялся с дивана и, встав сзади Тани, начал ласкать её бархатную кожу руками. Он гладит лопатки, спинку, талию и попку... Таня, виляя попкой, даёт ему понять, что ей это страшно нравится. Нагнувшись, Борис принялся покрывать её спинку поцелуями. Наташа стонет всё громче, изнывая от ласк своей киски, где Таня берёт губами половые губки шлюшки, и слегка оттягивает их, дразнит быстрыми прикосновениями клитор, а потом засасывает его, надавливая язычком. И в этот момент Таня ощутила, как крепкий ствол Бориса раздвинул её лепестки и быстро вошёл в хлюпающую от возбуждения пещерку. Борис начал ебать медленно, его член осваивался в горячей дырочке, вот он на мгновение замер, ощущая, как сжались ему навстречу стенки влагалища. Да, член давал пещерке возможность побаловать его и Таня это поняла. Её дырочка стала волнами наслаждения накатывать на член и также отпускать его, пытаясь выдоить из него до капельки всю его силу.
Борис стонал от наслаждения, крепко держа Таню за попку. А потом резкий толчок члена, и он, как бы вырвавшись на свободу из нежных пут, начал быстро и сильно ебать пещерку. И ещё, и ещё...
Таня тем временем обработала Наташу так, что та уже тряслась в конвульсиях оргазма, сжимая и не отпуская пальцы Тани, которые та вставила во влагалище шлюшки и ебала её там, одновременно посасывая клитор губами.
Но ведь по наслаждаться членом и подарить ему удовольствие хотели обе шлюшки, поэтому Таня отстранилась от дырочки Наташи, которую её ротик отлично подготовил ко встрече члена и, облизав торчащий ствол, вставила его в пещерку Наташи.
Наташа лежала, широко раскрыв ножки, между которыми трудился член Бориса, глубоко погружаясь в пещерку и выныривая из неё, и затем опять пропадая в пучине наслаждения. И Борис и Наташа громко стонали. Борис ебал сильно и ритмично текущую от недавнего оргазма дырочку. Таня пристроилась рядом и ласкала её грудь. Член Бориса сильно блестящий от соков шлюшек выскользнул из пещерки Наташи, Танин ротик подхватил его и стал нежно и с удовольствием обсасывать со всех сторон.
Теперь уже Таня оказалась на диване и язычок Наташи готовил её дырочку к ебле. Он медленно раздвинул большие Танины губки, обводя каждую из них, слегка коснулся клитора и быстро проник внутрь дырочки, обдавая её жаром дыхания. В это момент Таня попросила Бориса поебать её в попку.
Борис приложил головку члена к нежной задней дырочки Тани и начал медленно надавливать, увеличивая напор. Сначала дырочка не пускала его, но постепенно расслабившись, полностью поглотила член. Пару секунд покоя и член стал медленно двигаться в попке, набирая темп. В это время пальчики Наташи теребили клитор Тани, вызывая громкие стоны удовольствия. В узкой и горячей задней дырочке было страшно хорошо, член окреп настолько, что уже готов был взорваться миллионами капелек спермы. Но Борис не хотел так кончать, он быстро вывел член из попки, засунул в Танин ротик, который облизала его со всех сторон, затем в ротик Наташи. После чего спешно повалил Наташу на диван и, направив член на нежный животик шлюшки, начал выпускать струйки тягучей спермы.
Таня в это время уже взяла вазочку с клубникой и когда последние капельки спермы упали на животик Наташи, окунула одну ягодку в сперму и смакуя погрузила её в свой похотливый ротик. Со второй ягодкой она поступила также, только отдала её ротику Наташи.
Обе шлюшки расслабившись неспешно наслаждались таким вкусным вечерним десертом!

 --- Секс моей мечты ---

Одно время я работал охранником. В мои обязанности входили: личная охрана шефа, и, соответственно, частичный контроль офиса.
Мила была секретаршей шефа — стройная блондинка, с большими сиськами, которые она всегда подчеркивала при помощи одежды.
Она ходила на работу без трусиков, но всегда в чулках — так шефу было проще её трахать. А это происходило постоянно.
Мое рабочее место было недалеко от её, секретарского. Весь день я, как правило, не был ничем занят и мог наблюдать за ней. Когда она наклонялась, я мог видеть её киску — она всегда носила юбки с разрезом, чулки и высокие каблуки. Грудь всегда была так обтянута блузкой с глубоким декольте, что были видны темные круги сосков. У меня была постоянная эрекция. Особенно, когда я видел её сиськи и киску и тогда, когда шеф звонил и вызывал её к себе и я слышал её крики.
Судя по её крикам он ебал её зверски. Однажды, когда дверь была приоткрыта, я видел, как она стоит раком у стола в одних чулках, выгибается, принимая в себя огромный член босса и дико стонет.
Иногда к нему приезжали партнеры и они трахали её вдвоем, втроем или даже четвером. И судя по блеску в её глазах, когда она выходила из кабинета или переговорной ей это доставляло невероятное удовольствие.
Она была немыслимо сексуальна. Каждую ночь я мечтал оттрахать её во всех позах и положениях.
И вот однажды она, видимо, провинилась перед боссом. Он вызвал её и громко кричал. Потом он стонала (вероятно он снова трахал её), потом затихла и лишь постанывала — так было, когда она сосала. Мой член стоял, как обычно. Я уже хотел выйти и подрочив, кончить, когда он вызвал меня.
Когда я вошел, это шлюшка стояла раком на диване в его кабинете. Она была без трусов и блузки — лишь в чулках, туфлях на шпильках и юбке. Она стояла, выгнув спину и раздвинув ноги.
 — 
Хочешь её? — спросил босс. Я знаю, давно хочешь. Так выеби её! Сейчас.
Он сидел за столом и поддрачивал свой огромный хуй. Не зря она так орала, когда он трахал её, особенно в анал.
Мой член разрывался. Я подошел к этой суке, расстегнул ширинку, и вошел. Через секунду я уже неистово ебал её, а она орала. О, как она орала и выгибалась подо мной! Так продолжалось, пока босс не подошел к ней и не заткнул ей рот членом, заставив сосать.
А я, понимая, что другого шанса у меня не будет вошел ей в анал.
Она взвыла — с огромным членом босса во рту и с моим в попке.
Я видел, как он кончает ей в рот. Она выла всё это время. Жестом, он показал, что я могу кончить ей в киску. Я же хотел обкончать ей анус.
Я залил ей всю попку. Он визжала, выгибаясь под струями спермы.
На следующий день меня уволили. И я знаю за что.

 --- Коллеги ---

Все началось с того, что Оля однажды разглядела его. Он словно возвышался над всеми в офисе, над докучливыми наглыми секретаршами, над высокомерными начальниками, над простыми служащими. Он казался на голову выше всех их, и не только физически. Скорее морально.
Оля любовалась им издалека вот уже с месяц. Его стройной фигурой, затянутой в деловой костюм, его лицом, его глазами, обрамленными в тонкую оправу очков. Его мускулистым телосложением, которое не сложно было разглядеть под обычно белой или голубой рубашкой. Он был консервативен и вежлив. Подчеркнуто вежлив. Никогда не позволял себе лишнего. Даже по отношению к безумно сексуальным офисным девушкам. Даже к Ольге. И ее это раздражало.
Сказать, что она была красива, нельзя. Она обладала такими чрезвычайными обаянием и харизмой, что заставляла чуть ли не каждого мужчину, хоть единожды разговаривавшего с нею, трепетать от восторга. А если при разговоре на девушке еще и была соблазнительно расстегнутая блузка и обтягивающая строгая юбка...
В общем, не в красоте здесь было дело.
Ольга сходила с ума от желания, которое испытывала к нему, а он и глазом не вел.
Однажды она решила пригласить его в ресторан. Благо, был повод — успешная защита проекта, над которым сама Ольга корпела не одну ночь, как, впрочем, и многие другие сотрудники компании.
 — Привет, — тихо поздоровалась она, входя в его кабинет, но оставляя дверь открытой.
 — Привет, — несколько удивленно ответил он, явно не ожидав ее увидеть, — Что тебя ко мне занесло?
«Как хорошо, что он первый начал разговор, — вздохнула про себя Ольга». Она чувствовала себя школьницей, отчитывающейся перед родителями за двойку.
 — Ничего особенного. Просто хочу пригласить тебя в ресторан, — своим самоуверенным тоном и видом по Ольге нельзя было сказать, что она волнуется, хотя в душе у нее бушевал настоящий тропический шторм.
 — Меня?! — Павел поперхнулся.
 — Тебя, — коротко кивнула девушка.
 — А по какому поводу? С чего вдруг?
Он все еще не мог поверить в ее слова. Она, такая уверенная в себе, такая сексуальная и успешная — пригласила его в ресторан?! Его, неудачника и ботаника, офисный планктон?! Уф! Голова шла кругом.
 — Мы защитили проект. Успешно, — она говорила короткими фразами, пытаясь скрыть свое возбуждение и волнение. — И я решила. Почему бы и нет?
 — Действительно.
Он вздохнул и вышел из-за стола.
 — Сегодня корпоратив. Предлагаю побыть там примерно полчаса, а потом продолжить отмечать в более комфортном месте, ежели этот идиотский клуб, куда нас всех сгоняют.
Ольга вздохнула. Ей удалось высказать всё то, что она хотела.
 — Хорошо, — он устремил на нее полный благодарности и смущения взгляд. — А куда мы отправимся?
 — Решим, — ответила она и вышла, улыбнувшись ему.
Спустя примерно два с половиной часа они выходили на улицу из клуба, где проходила вечеринка. Решили поехать в не очень дорогой, но и не самый дешевый ресторан в городе. Ресторан для миддл-класса. Как назло, столиков не оказалось. Ну, а чего было, собственно, ожидать? Москва, вечер пятницы.
 — Поехали ко мне, — внезапно предложила Ольга. У нее самой перехватило дыхание от этой идеи. Вернее, от ее возможных последствий.
 — Поехали, — натянуто улыбнулся Павел, и у него внутри тоже все свело судорогой. Как-никак, а он уже долго присматривался к Ольге, любуясь ее стройной фигурой и миловидным лицом.
Девушке показалось, что дорога до ее дома на такси пролетела за одно мгновение. Вот они уже входят в подъезд, Ольга ищет ключи, открывает входную дверь...
 — Ты будешь красное или белое? — произнесла девушка, обращаясь к Павлу, скромно сидевшему на диване в гостиной.
 — Белое.
 — У меня, правда, только полусухое, хотя я его терпеть не могу, предпочитаю только брют. А сладкое так вообще — голова кружится от отсутствия вкуса у тех, кто его пьет.
Павел улыбнулся девушке своей мечты и принял из ее рук два бокала и бутылку вина.
 — Увы, из закуски только яблоки, — Ольга виновато взглянула на своего спутника. — Я думала, вечер пройдет в ресторане.
«Я тоже, — мысленно прошептал Паша». Голова от волнения кружилась у обоих. Павел не помнил, как поставил на стол бокалы, но, видимо, не очень удачно, так как один из них с треском упал на пол.
 — Боже мой, извини, пожалуйста! — Паша тут же бросился поднимать осколки, Ольга тоже подалась вниз, чисто инстинктивно. Они соприкоснулись сначала пальцами, потом ладонями, затем руки обоих были у друг друга на плечах. Они поднялись и молча посмотрели друг другу в глаза. Затем Оля стремительно подалась вперед, коснувшись его мягких губ, обвив руками его шею, стараясь при этом не наступить ногами на стекло. Он отступил несколько шагов в сторону и притянул ее к себе. Теперь их ничто не разделяло. Она ощутила его язык на своих губах, и в этот самый момент кровь невероятно взыграла. Ольга начала расстегивать его рубашку, казавшуюся такой нелепой и лишней в данной ситуации. Он помогал девушке руками, вытаскивая подол из брюк. После того, как рубашка уже лежала на полу, настал черед штанов, но как только Оля начала расстегивать ремень, Павел развернул ее и начал расстегивать молнию платья, попутно целуя в шею и шепча на ушко нежные слова.
 — Я никогда никого так не хотел, как тебя, — проговорил Павел, когда шелковое платье с легким шелестом спустилось вниз. Он поднял девушку, оставшуюся в шикарном черном белье, на руки и опустил на диван, примостившись сверху. Он стал целовать ее тело, расстегивая при этом ремень на брюках. Ольга застонала, когда он припал губами к груди, опустив лифчик. Он стал водить языком вокруг пуговки соска, но не дотрагиваясь до него самого, что заставляло Ольгу буквально кричать от этой сладкой пытки. Она вцепилась руками в его спину, пытаясь сделать так, чтобы он, наконец, сделал это, но Павел завел ее руки за ее голову, прижав своими. Несмотря на это, Ольге все-таки удалось извернуться таким образом, что он все же коснулся языком темного ободка на груди. Девушка издала глубокий стон, запрокинув голову назад. Павел понял, что его игра проиграна, и продолжал целовать грудь, уделяя особое внимание соскам. В конце концов Оля высвободила свои руки из плена и, оторвав его лицо от своей груди, нежно поцеловала, прошептав при этом:
 — Сильнее...
На Пашу это подействовало лучше любого афродизиака. Он стал выкручивать соски, прикусывать их зубами, теребить, отчего Ольга просто сходила с ума. Шикарные апартаменты наполнились стонами и криками, девушка билась неистово, пока Павел, наконец, не начал спускаться вниз по ее животу. Оля облегченно вздохнула, осознавая, правда, что главное наслаждение еще впереди. Павел остался уже в одних спортивных трусах, обтягивающих его возбужденное мужское достоинство, стянув, лаская девушку, всю остальную одежду.
Ольга не ошиблась в его фигуре — он был мускулист, плечи покрывали бугристые мышцы, а живот — пресс в форме кубиков.
Паша оттянул резинку ее трусиков, спуская их вниз по ножкам. Отбросив белье в сторону, он развел ее ноги и шумно вздохнул, прошептав:
 — Ты божественна.
Оля лишь томно улыбнулась и сама взяла в свои руки его ладони, обрекая себя на сознательный плен. Тогда он припал губами и языком к ее промежности, влажной, зовущей, так ароматно пахнущей...
Ольга почти потеряла самообладание от его волшебных прикосновений. Он водил языком по клитору, по малым половым губам, целуя их и засасывая, доставляя своей «коллеге» неимоверное удовольствие. Она же, в свою очередь, извивалась и громко стонала, не стесняясь того, что звук могут услышать соседи. Паше в голову пришла потрясающая идея, и он решил тут же воплотить ее. Подготавливая Олю, он начал водить языком по клитору очень нежно и мягко, но на девушку это произвело меньшее впечатление, нежели довольно грубая предшествующая ласка. Теперь Павел почти не сомневался в успехе своей задумки. Он крепко сжал ее руки и, подавшись вперед, закусил клитор зубами. Не сильно, но этого было достаточно, чтобы Ольга забилась под ним в конвульсиях. Оргазм накатывал волнами, стирая рассудок, но оставляя, все же, неудовлетворенное еще желание слиться с этим волшебным мужчиной воедино.
Оля шумно вздохнула, когда резкий прилив наслаждения немного спал. Паша уже был над ее лицом, с абсолютно сухими губами (странно, и когда это он успел). Он снова начал целовать ее в засос, лаская и прикусывая язык. Ольга высвободилась из его объятий и, поставив его на колени, сама опустилась перед ним на корточки. Девушка, глядя Павлу в глаза, опустила резинку его трусов и достала уже порядком отвердевшее мужское достоинство. Взяв его в рот, Оля начала слегка посасывать, едва касаясь языком головки. Мужчина запрокинул голову и слегка постанывал, стараясь при этом насадить на Ольгу глубже. Она, поняв его желание, сама взяла его руку и положила себе на затылок. Он удивленно взглянул на нее, но расспрашивать не стал, уж больно неподходящее время. Паша начал осторожные движения вперед и назад, наслаждаясь теми ощущениями, которые доставляла ему Ольга. Она же сама насаживалась быстрее. Он понял ее замысел, и начала грубо иметь девушку в рот. А она, казалось, была не меньше довольна, чем он. Почувствовав приближение разрядки, Паша вынул из ее рта член и повалил на кровать. Но Оля, решив, что раз уж затащила этого жеребца в свою кровать, то добьется от него выполнения всех своих желаний, стала перед ним в позу, оттопырив сексуальный зад и игриво посматривая ему в глаза через плечо.
 — Ох уж ты и озорница! — воскликнул Павел, улыбаясь. Он ввел член в ее влагалище, ощущая при этом, что оно не растянутое, ясно было, что хозяйка не оттопыривает его так же, как сейчас, перед каждым встречным. Ольга застонала, чувствуя его в себе, чувствуя прекрасную заполненность, единение с Пашей, такое желанное столь долгое время...
Мужчина начал насаживать Ольгу на свое орудие, медленно, растягивая удовольствие. Но почувствовав, что его «коллеге» этого мало, значительно убыстрил темп и глубину погружений. Тогда-то и началась бешеная круговерть оргазмов. Они накатывали на девушку бесчисленное количество раз, она буквально орала от наслаждения, билась в судорогах, моля о пощаде, но, в то же время, желая, чтобы Паша вошел в нее еще глубже, еще сильнее и быстрее. И он делал это. Он тоже стонал (иногда их крики сливались в унисон), ощущал ее оргазмы, тоже при этом кончив огромное количество раз. В конец обессилев, Паша вытащил из Оли член и повалился на нее, совершенно опустошенный. Так они пролежали несколько минут, приходя в себя. Потом, развалившись на широком диване, они уснули, обнявшись, осознавая, что теперь они ничто друг без друга...

 --- Втроем ---

Ох, как она просила меня пригласить ее на тот пикник! Конкретно «запала» на Леху. Конечно, он в нашем отделе босс: и по деньгам и по полномочиям. А Леха Настю просто не замечал, не так, чтобы совсем, но сердце его принадлежала другой — секретарше Светочке, длинноногой и вообщем-то скучной девахе с ревнивым мужем. А со мной Настя дружила, я уже и мечтать перестал, что мне что-то перепадет от ее гибкого ароматного тела. Дружба да дружба — и тут такая просьба. Ладно, позвал и ее. Вечеринка проходила у моих родителей за городом. Они совсем недавно закончили строить сауну. Вместо бассейна была роскошная мраморная ванна, глубиной в метр. Сауна, правда, в программу приема гостей не входила.
Пикник начался с утра, шашлыки — напитки, и к темноте народ начал расходиться, т. к. на машинах почти никого не было, а до электрички 7 км. Настюхина программа искушения Лехи не пошла с самого начала. Он игнорировал и ее топик, и мини-юбку. К вечеру она начала скисать, наклюкалась, и мое предложение остаться на ночь приняла без всякой задней мысли. Думала она несколько минут, но решила оставаться. Леха ушел провожать свою Светочку (по плану он тоже должен был ночевать, и заодно помочь мне с уборкой — не все время же быть боссом), и мы с Настей остались вдвоем. Для нее я нагрел сауну, и пока она там трезвела, зачем-то завернувшись в полотенце, основательно подготовился к продолжению праздника... Попка у нее упругая, стройная, как у девочки, и меня ох как посещали нескромные «задние» мысли. Я, раздевшись до шорт-плавок, заглянул к ней в сауну с веником в кадушке.
Настя почему-то считала, что полотенце, зафиксированное на груди, надежно прикрывает ее киску, но вид ее дизайнерской стрижки в самом главном месте настолько отвлек меня, что я просто забыл, зачем пришел. Смущение я начал выбивать из себя фамильярностью. Ну что я, в самом деле, голых девушек никогда не видел? Но с такими красивыми кисками никогда! Ее губки были чуть великоваты, казались набухшими и деликатно прикрывали дырочку, сливаясь губка к губке трубочкой. Я предложил ей попариться. Мое искусство обращаться с веником сделало ни один круг по нашей конторе — Настя согласилась, подумав несколько секунд для приличия, и охотно перевернулась на живот, прикрывая груди с боков ладошками и переместив полотенце на попку.
Как я за нее взялся! Мужиков я охаживаю веником совсем по-другому, у некоторых остаются следы на спине. С девушками иначе. Эротичнее что-ли. Тем более, что мои мысли катились в заданном направлении неудержимо.
Настя возбудилась от моих усилий. Ее дыхание стало заметно чаще, ножки чуть раздвинулись (от жары видимо), а на возбужденных сосочках стало лежать неудобно. Я окончил сеанс, дождался, пока вымоется она, вымылся сам, захватил заветную баночку со смазкой, презерватив, завернул это все в полотенце, решительно направился к ней в полумрак комнаты отдыха и уселся у ее ног на пол. Настя была задумчива и расслаблена.
 — Стопы помассировать тебе? — это была ловушка, и она попалась в нее целиком, сразу, не раздумывая ни секунды. «Не «облажаться» бы только».
Я поставил ее розовые гладкие пяточки себе на бедро, 37 размер уместился на моей ноге целиком. И по очереди принялся гладить ее ножки, стараясь не сделать щекотно. Мои прикосновения становились все нежнее, она охотно дала ласкать свои пальчики. Она совсем не удивилась, когда я поцеловал их. Тогда я стал перед ней на колени, приподнял ее ножку так, чтобы можно было ласкать нежную кожу пальчиков снизу языком, и посмотрел ей в глаза. Там я прочитал томление, нежность и согласие. От такой ласки ее бедра раздвинулись, снова показав роскошную стрижку. Оставлять ее киску закрывшейся губками я больше не мог. Одним махом раздвинув ее ноги сначала головой, потом плечами, я припал к ее лобку, раздвинул мокренькие губки языком и поцеловал киску «взасос» прямо языком в дырочку, как целуют девичий ротик. Настя ахнула, ее слабеющие пальцы утонули в моих волосах, сначала отталкивая (друг же!), потом прижимая... Я оставался страстным не долго. Когда стало ясно, что сопротивления уже не будет, я обрушил на нее столько нежной ласки, насколько был способен мой язычок... Крыша сползла не только у Насти, самое осознанное, что я запомнил — это вывести кончиком языка на ее клиторе имя и признание в любви — буква за буквой!
 — Потрогай меня, — хриплым голосом попросила Настя. Похоже, ей захотелось ускорить приближение заветного момента, и уточнила: — пальчиком, чуть-чуть.
Но заветная баночка со смазкой была тут — наготове. Я окунул мизинец и, не прекращая оральных ласк, дотронулся пальчиком до крепко сжатого ануса моей девушки. Она встрепенулась, нечаянно расслабилась, совсем немножко, на мгновение, но ее попка предательски впустила мой мизинчик на первую самую короткую фалангу. Вот! Я принялся энергично вводить и выводить свой самый маленький палец ей в попку, стараясь разминать краешки ануса равномерно по всей окружности.
 — Я туда не даю-ю-ю-ю, — Настя подвывала от удовольствия в такт моим движениям, — Не надо-о-о-о».
Борьба с моим пальцем ее почему-то полностью расслабила, и я угадал, что трепетный девичий оргазм вышел на прямую перед финишем. «Ну, уж нет, не так быстро». Я сменил ритм ласк языком, стараясь смочить клитор своей слюной как можно обильнее.
 — Не бросай!!! — стонала Настя.
Окунул в смазку большой палец правой руки, я ввел в ждущую продолжения попку сначала ноготь, а потом мерными накатывающими движениями протолкнул палец целиком — почти до запястья. Сделал несколько полуоборотов и — все! Больше двигаться уже не понадобилось. Ни языком, ни пальцем. Настя сдалась, она с рычанием сытой кошки кончала от двойной ласки и клитором, и попой, прижимая мою лохматую голову к своей роскошной благодарной киске... Конечно, ей было здорово, но вот своего требовательного друга мы передержали в возбужденном состоянии. Ему надоело ждать, и сейчас он жалко торчал в полувзведенном состоянии. «Догадается помочь?» Настя вдруг застеснялась своей распахнутой попы, подобрала под себя ноги и ПОЦЕЛОВАЛА его. Член тут же отреагировал благодарно, но Настя заявила:
 — Я сейчас, на минутку, — и двинулась, прикрывая попу ладошкой в сторону ванной.
Я последовал следом. Ванна была действительно роскошной. Не знаю, где предки ее подсмотрели. Глубиной метр она могла вместить хоть троих, с угла вниз вела огромная ступенька, я уселся на угол ванны, поставив ноги на эту ступеньку, и наблюдал за омовением моей обкончавшейся нимфы. Видя, что за ней наблюдают, Настя из обычного подмывания попы устроила эротическое шоу. Ах, как грациозно она двигалась и выгибала спинку! Я только слюну сглатывал. «Надо взять себя в руки».
 — Настя! Я хочу тебя в попу, — решительно заявил я, демонстративно положив справа от себя баночку, слева презерватив. Настя загадочно улыбнулась. Похоже, она чувствовала себя хозяйкой положения. Опершись о ступеньку руками, она принялась сосать мой член, приводя его в чугунное состояние. Стать на коленки она не догадалась, ее попка призывно выпятилась. Но у мня длинные руки! Я принялся рукой густо намазывать ее анальное отверстие смазкой.
 — У меня там совсем узенько, — ее попе явно нравилось прикосновение моих пальцев.
Я чуть откинулся на краю ванны, а Настя добросовестно приставила мой член к анусу. «Блин, у нее, в самом деле, там узко!» Член отказывался проникать внутрь, и, похоже, мне было даже больнее, чем ей. Соскользнув, Настя стала надевать на меня презерватив, снова привстала надо мной, красиво выпятив грудь, и направила член прямо в киску. Здорово! Так здорово, что я даже забыл про попку. Похоже, в этой позе она была королевой. Она прыгала на мне, гарцевала, сжимала меня киской в разных ракурсах, а я только постанывал и прижимал ее к себе за попу, за плечи. К себе, еще ближе к себе! Мне казалось, что мой член увеличивается в размерах у нее внутри, становится огромным колом, на который я нанизизываю прелестную девушку. Йес! Она потеряла контроль над собой и закричала:
 — Мама! Мама! Мамочка!
Опала на меня как бы сверху, но я удержался. Я то еще не кончил. И не жаль совсем. Мне захотелось посмаковать, удержать ее на «плато» между оргазмами. Мы затихли в забытьи, она умиротворенно нанизанная на пульсирующий и готовый взорваться член...
Как зашел Алексей, мы оба не услышали. Не знаю, как долго он любовался нами. Но вдруг Настя задергалась на мне, как-то нехорошо взбрыкивая, чуть ли не слезая, я обиженно стиснул ее в руках, не пуская. Звонкое чмоканье над ухом привело меня в чувство. Леха, стоя у меня за спиной, размашисто трахал Настеньку в рот, держа ее обеими руками за уши. Она, зажмурившись, старалась держать губы буковкой «О» и не сопротивлялась. Такой зверский минет перед самыми глазами возбудил меня настолько, что я ущипнул себя за бедро, чтобы не кончить. Настя удержалась на межоргазменном «плато». Я чувствовал возбужденные конвульсии растянутой моим членом матки. Леха заметил смазку, спрыгнул с ней в ванну. Одним движением он окунул член в баночку и приставил его к Настиному анусу. Я держал ее за плечи, не пуская спрыгнуть, он держал ее за бедра. Стоя в ванне, он оказался членом на одной высоте с Настиной попой, ему даже не пришлось наклоняться и выгибаться. Вцепившиеся в мою спину Настины ноготки рывком отодвинули мой оргазм, и я смог прислушаться к ощущениям. Леха уверенно ввел ей в попу головку члена, Настя вскрикнула, скорее от страха, чем от боли, но анальное отверстие уже открылось, и ее попка пустила Лехин член внутрь целиком — по самые яйца.
Я почувствовал, как его член прогнул стенку влагалища с другой стороны и задвигался то слева, то справа от головки моего члена. Настину башню сорвало напрочь, она, уже не сдерживаясь, вскрикивала при каждом движении, стонала, подвывала. Теперь она держалась за мои плечи, выпятив попку навстречу движениям лехиного члена. Ее глаза были мутными от удовольствия. Мой член начал необратимо распухать, и мне уже не хотелось сдерживаться. Настя почувствовала эту растущую внутри нее силу оргазма, подалась навстречу мне, снова пытаясь сжать член. Но я уже не различал таких тонкостей. Я кончал так, что презерватив, казалось, лопнет у Насти внутри. Она взвизгнула, снова позвала мамочку, и кончила следом, сползая по моей груди вниз, снова выпячивая попу Лехе. Леха кончил третьим, он вдруг как-то замер, погрузив член на сколько смог, выгнулся всем телам назад и захрипел...
Мы расплелись, я отнес обессиленную Настю на кушетку, оставил одну, упал в кресло отдыхать...
***
Минут через тридцать в предбаннике послышалась возня. Я выглянул туда. Настя не справилась с запертой дверью, и теперь с совершенно потерянным видом сидела на ступеньках перед выходом.
 — Зайка! Ты хочешь уйти? На ночь глядя? И где бы ты машину тут искала в темноте?
Настя не отвечала. Я приблизился к ней почти вплотную, она оторвала взгляд от моего члена на перевес и жалобно посмотрела мне в глаза.
 — Что случилось? Поговори со мной. Пожалуйста. Тебе не понравилось?
 — В том то и дело, что понравилось, — ее голос звучал низко, — вот так запросто, на трезвую голову трахнуться с двумя мужиками, дать во все дырки, и еще кончить при этом столько раз! От себя самой такого не ожидала...
Она помолчала и добавила:
 — мне надо одной побыть, чтобы в себя прийти. Не могу так сразу к себе привыкнуть.
 — Брось дурное. Зачем так про себя грубо? — я принялся гладить ее голову обеими руками, — Ты — прелесть, просто к книге твоей сексуальности добавилась новая страничка. Не грусти, не надо. Все ведь было здорово?
Она снова подняла на меня глаза, в которых блеснула слезинка. Вместо ответа она целиком взяла в рот мой член и принялась ласково сосать его, снова возбуждая. Я убедился, что член послушался ее язычка, и стал поудобнее, подмахивая ей. Леха появился минуты через три. Он просто стал рядом со мной, в позе немого призыва к совести Настиного ротика. И Настя, видимо убедившись, что мой член вытерпит паузу, принялась сосать Лехе. Я обычно не присматриваюсь к достоинствам других мужиков, но сейчас мне стало понятно, почему у Лехи получилось с Настиной попкой, а у меня нет. Лехин член был уже и длиннее моего. Ну, кому что нравится. Тем временем, Настя вошла во вкус сосания, и, похоже, завелась по-настоящему. Она перестала обреченно подставлять рот нашим фрикциям, теперь она сосала страстно и импровизировала язычком.
Зазвонил ее мобильник. Первый звонок остался неотвеченным. На второй, у Лехиного члена как раз был перерыв, пошел отвечать Леха.
 — Настя, тебя!
Она оторвалась от моего члена. Леха стоял с мобильником по другую сторону стола, где была ее сумочка. Но я не пустил ее пройти туда. Вместо этого я нагнул ее и положил животом на стол. Лицом к Лехе, к себе попой. Задрал юбочку, стянул трусики. Настя так спешила домой в темноту, что после дуплета подмываться не стала. За стягиваемыми трусиками потянулась клейкими нитями вязкая масса спермы из попки и ее выделений из киски. Она лежала на животе расслабленной, и обе ее дырочки были распахнуты и готовы. Я без усилия ввел член Насте в попу и замер. Она сладким стоном прервала телефонный разговор.
 — Это Серега в попу член вставил... Да нет, второй раз совсем не больно... И потом они меня хорошо подготовили... Леха... Бутербродик мне сделали... Да тут стоит, ждет в рот давать, когда мы договорим... Да весь вечер только и делаю что сосу... Конечно круто... Сама от себя такого не ожидала...
От такого разговора мои яйца просто загудели от возбуждения, и я принялся трахать Настину попу как сумасшедший. Она выронила телефон. Что Лешка делал с ее ртом, я уже не видел, Настино страстное мычание означало, что рот был занят. Ощущения были незабываемы. А какой открывался вид! Настина попка в целом не большая, наверное размера 44го. Мои ладони на ее бедрах казались гигантскими. Член распирал ее анус так, что казался непропорционально толстым относительно ее попы. Мне казалось, что просто рву ее... А Настя просто получала удовольствие... В экстазе она принялась подбирать под себя ноги, сворачиваясь калачиком на столе. Теперь она лежала на боку, я замедлился, теперь мой член входил в Настину попу под другим углом. Зрелище тоже симпатичное, а с другой стороны стола я любовался ее губами, туго охватывавшими Лехин член, который со звонким хлюпаньем трахал Настю в рот. Через несколько минут бешенного секса, я взорвался у нее внутри... Ноги меня уже не держали. Я добрел до дивана и рухнул на него, досматривая, как Настя досуха высасывает Лехин член.
***
Спать мы ее положили между собой. Чисто вымытую, насухо вытертую, везде помазанную успокаивающими кремами. Мы грели ее своими телами, прижавшись с двух сторон. Мы ласкали ее кожу четырьмя ладошками. И ласки наши были уже не дразняще возбуждающими, а оберегающе успокаивающими. Настя таяла в неге наших рук и поцелуев. Я выбрал ее верхнуюю половину: лицо, губы, шея, груди, плечи и подмышки — ничего не пропустил. Алексей обнимал ее бедра, что-то мурлыкал ее в лобок, прижимаясь ухом и щекой к пупку.
***
Проснулся я уже утром, последним, от шелеста рвущейся упаковки презерватива. На меня смотрели две пары глаз. Настя с моей груди — вопросительно загадочно, Лешка со своей половины кровати — торжествующе возбужденно. Они оба лежали на правом боку, Леха уже пристроился сзади к Насте.
 — Вместе... — тихо скомандовала девушка и опустила голову к низу моего живота.
Я повернулся на левый бок, подложив ей под щеку ладонь так, чтобы ее ротик оказался вровень с моим членом, и вставил его между губ. Так мы снова занялись сексом втроем, но, совсем не страстно, а наоборот — тихо-тихо. Я двигал членом в Настином ротике неглубокими медленными движениями, даже когда он окончательно встал и перестал там помещаться, все равно сохранил нежный ритм. Настя смаковала его. Судя потому, что ее тело почти не двигалось мне навстречу, Алексей поддерживал нашу спокойную игру. Настя дирижировала процессом. Она то расслабляла губы, чтобы снизить накал моего вожделения, когда он ей казался чрезмерным, то наоборот начинала посасывать член страстно, чтобы усилить эрекцию. Правой рукой она придерживала его, чтобы не задыхаться. Вторую руку Настя держала на бедре Леши, видимо, манипулируя интенсивностью и его фрикций. Не знаю, как ей это удалось с первого раза, но ни один из нас не кончил раньше времени. Вдруг Настино тело затрепеталось, минет стал страстно эгоистичным, она застонала от оргазма. Я остановился и кончил ей в рот несколькими мягкими обильными толчками. Похоже, что Леха кончил одновременно. Уж я то знал, как Настя умеет сжимать член киской во время своей кульминации!
***
С тех пор пошло много времени, видимо, нам удалось отыскать необидный и комфортный формат отношений друг с другом. В нашем трио Настя стала доминировать. Теперь она определяет программу наших эротических праздников, хотя иногда мне хочется, чтобы они случались чаще.

 --- Любаша ---

Было жарко. Раздражало буквально все... и скучные морды коллег, и гора недоделанной работы на столе, и невозможность покурить на рабочем месте (попробуй-ка, выйди на улицу — вмиг сваришься!), и, даже, шум кондишена... Но особенно раздражала наша секретарша Люба. В отделе ее никто особо не жаловал... девчонка была с гонором, не особо отягощена интеллектом, зато с агромадными амбициями. Ну, определенная доля привлекательности, конечно, была... красавицей не назовешь, но все на месте — мордашка среднестатистическая, грудки хорошие, крепкие (лифчик принципиально не носит), попка кругленькая, ножки стройные...
Сучка, правда, первостатейная... весьма правдоподобно изображала из себя девственницу — не тронь! Не пошути! Если случалось потанцевать кому с ней на корпоративных вечеринках — держала на пионерском расстоянии, не дай бог прижаться! Коллеги, между тем, стали потихоньку линять. Последним тяжело уковылял на своих кривых ногах наш толстый шеф, напоследок оставив сразу поскучневшей Любаше кучу каких-то документов для копирования. Вот так мы с ней вдвоем и остались... она усердно выполняла задание шефа, а я, забив на работу, украдкой рассматривал ее из-за монитора. Ишь, вырядилась... юбочка ситцевая, коротенькая, кофточка-футболочка скорей подчеркивает, чем скрывает, босоножки еще сняла... Короче — было на что посмотреть. Не знаю, от жары или от скуки, я начал мучиться вопросом — а есть ли вообще на Любе трусики? С одной стороны, вроде как приличная девушка должна носить трусики, а с другой... в такую жару все может быть... Я встал, прогулялся по офису, дошел до Любиного места, и вяло поинтересовался...
 — Люб, говорят, некоторые девушки, когда жарко, трусиков не носят...
Любаня помолчала, и, не отрываясь от работы, поинтересовалась...
 — Это вы к чему, Анатолий?
И тут меня понесло...
 — Да, вот, думаю, что у тебя некомплект нижнего белья, точнее, его полное отсутствие!
Что тут с ней стало!!! Во-первых, она густо покраснела, во-вторых, довольно визгливым тоном сообщила обо мне столько интересного и нового, что я поразился ее осведомленности, ну и т. д. Внимательно ее выслушав, и выдержав соответствующую паузу, я вежливо спросил...
 — Я так понял, что трусики, все-таки, отсутствуют?
 — Это, может, ваша жена шляется без трусов, следили бы за ней! Завтра же сообщу шефу о вашем непристойном поведении! Между прочим, в США за домогательства на рабочем месте сажают в тюрьму!
Каюсь, тут я не выдержал... упоминание о моей жене, и о тюрьме привели меня, буквально, в ярость! Я вплотную подошел к Любе, и резко сунул руку ей под юбочку. Надо сказать, что трусики я нащупать успел... весьма условные, но все-таки они были. Ее реакция была моментальной... вильнув бедрами, она освободилась от моей руки, и в меня полетел довольно увесистый степлер, от которого я не успел увернуться... Не то, чтоб было больно, просто обидно как-то. И я решил разозлиться... схватив Любу за волосы, я прижал ее голову к столу...
 — Я тебе покажу, как кидаться казенным оборудованием! Я тебя жизни-то поучу!
Она молча вырывалась. И тут вдруг, я заметил, что Любино лицо находится прямо напротив моей ширинки. Мысль еще не успела оформиться, а член начал вставать. Он у меня довольно крупный, и в возбужденном состоянии в одежде помещается плохо... Не особо задумываясь над своими действиями, я расстегнул ширинку... Люба сразу перестала вырываться, с ужасом смотря на качающийся перед носом мужской орган, потом пару раз дернулась, и, поняв, что я не собираюсь ее отпускать, прошептала...
 — НЕТ!!!
 — Да, Любаня, да... — я был неумолим — Сосать, девочка, сосать... Открывай ротик!
Люба изо всех сил сжала зубы, и, стала пытаться мотать головой, особенно дергаясь, когда член касался ее губ.
 — Пожалуйста, не надо! Я не могу! Я еще не разу! Это так стыдно! сборники секс историй про секретарш на https://dojki.biz/book/
Свободной рукой я несильно ударил ее по лицу. Она замерла. Член в очередной раз уперся ей в губы, мешали сжатые зубки. Я ударил еще раз. Ротик открылся...
Сосать она, действительно, не умела, приходилось работать самому. Возбуждала сама картина... плотно охваченная губами головка, капелька слюны в уголке Любиного рта...
Она что-то промычала, и не доставая члена, слегка уперлась рукой мне в живот. Я остановился, и тут... Тут я почувствовал робкое прикосновение язычка к моей головке, затем смелее, затем круговые движения, ритмичное посасывание... Внезапно я заметил, что за волосы то держу девчонку чисто символически, что одна ее рука подрачивает мой член у основания, а другая нежно перебирает яички... Я сел на стул (Люба член не выпускала), она стояла передо мной на коленях и с упоением сосала! Я слегка нагнулся, и дотянулся до ее попки, погладил крепенькие ягодицы, и задрал юбочку. Трусики были так себе, стринги называются. Люба, не прекращая сосать, чуть расставила ножки, и я пальцем сместил полоску трусиков с ее щелки... Бог ты мой!!! Она была совершенно мокренькой! Она пыталась двигать попкой навстречу моему пальцу!
Я достал член из Любиного ротика (как неохотно она его отпустила!!!), поставил девочку раком, и провел головкой органа по возбужденным половым губкам. Девочка выгнулась и застонала. Провел еще — эффект тот же, а затем горячий шепот...
 — Хочу! Хочу! Давай же, давай...
И я аккуратно ввел. Причем, сразу на всю длину... Люба выдохнула...
 — Ах, как сладко... !!
Девственницей, конечно, она не была, но влагалище имела девичье... его стенки очень плотно охватывали мой член, но он скользил легко благодаря огромному количеству смазки. Любаня что-то бормотала, активно подмахивала, вдруг ее движения ускорились, стали резче...
 — Еще! Еще! Миленький, только не кончай! Только не сейчас!
Смазочка стекала по внутренней стороне бедер. Люба кончала. Оргазм был бурным... выгнулась спинка, голова запрокинулась, дыхание замерло... Я посадил обессилевшую девочку на стул, она благодарно поцеловала головку моего, готового взорваться, члена, затем нежно взяла его в рот... Вот тут оно и произошло! Люба, не вынимая члена, слегка поперхнулась, удивленно подняла на меня глаза, глотнула, и принялась с удовольствием высасывать последние капли.
Такая, вот, история. Добавлю, что сейчас мы с Любой — лучшие друзья. На людях она остается такой же стервочкой, но, когда мы вдвоем, и нас никто не видит, мой член моментально оказывается в ее умелом ротике...

 --- Любитель ---

Сегодня я вышел из дома в плохом настроении. Приехав на работу развлекался глядя на секретаршу Ирочку. Блондинка с большими зелеными глазами, которые жаждали видеть мир и развлекаться по жизни. Ноги росли из коренных зубов, грудь ее колыхалась во время дыхания, твердые соски проступали сквозь неплотную ткань. Бюст не привлек бы внимание матерого playboy, но мне он нравиться. Всегда меня поражала Ира своей обворо-жительностью и более всего тем, что никогда не испытывала стеснения. Она была желанна для всех мужчин в офисе, но никто никогда не был с ней в близких отношениях. О ней ходили сплетни и байки. Говорили, что в постели она настоящая тигрица. Улыбка голивудская с русской ухмылкой, была иногда подарена и мне. Ее длинные ноги интриговали меня когда она проходила к шефу. Юбка оттягивающая без единой морщинки пре-красно облегала ее великолепные бедра.
Бывает я не могу удержаться и в нашей столовой подхожу слишком близко к ней. Мой младший брат стоит на страже и не много оттопыривает штаны. Я как бы случайно касаюсь рукой ее попки. Обычно она отодвигается. Сегодня было иначе. Как обычно я, немного задержавшись с делами, вошел в переполненную столовую быстрым уверенным шагом. Подойдя к очереди я не нашел знакомых и мне пришлось встать в самый конец. Перед мною стояла Ленка под-руга моей блондинки. Она была одна. Перекинувшись с ней парой тройкой слов я замолчал. Она не представля-ла для меня интереса. Но выглядела она достаточно шикарно. Лена крашеная брюнетка, с достаточно отеплен-ными чертами фигуры. Ее грудь могла заинтересовать многих, тем более, что она носила просвечивающие вещи. С ногами было тяжелее, но ее зад компенсировал все недостатки. Для меня она была обычной блядью хотя в душе я мечтал переспать с ней тем более по рассказам сослуживцев (она кажется не спала только со мной) в по-стели она вытворяла такие пурше-мурше не присущие многим леди.
ЛЕНА.
Говорят она однажды взяла за один вечер троих. На даче у шефа. Сначала там были еще две девчонки, но одна удалилась к шефу, а вторая напилась до судорог. Оставшись одна с захмелевшими мужиками она не долга думая стала их подтрунивать, то задернет платья высоко, то подставит свой зад кому-нибудь под нос, то в танце рукой им руку на пах положит. Ее желтые шорты в сочетании с просвечивающей блузкой выглядели на ней бо-лее чем сексапильно. Когда они разогрелись Ленка лихо в танце сняла свою блузку. Из под ткани выскочили два упругих шара. Матовый цвет в полутьме вечера предавал им еще более сексуальный вид. Соски уже набухшие, как бы говорили Майклу и Юрию «Чего же вы ждете?» Они не долго думали, смекнув сквозь пьяный угар что им предстоит прекрасная возможность развлечься с громким улюлюканьем бросились к Ленке. Не ожидая тако-го напора она упала со страху в бассейн. Теплая вода обняла ее нежное тело и она успокоилась. Через секунду раздался плеск воды и двое крепких муж! чин обхватили ее тело и утопили в своих страстных поцелуях. Бассейн был не глубокий и поддерживаемая двумя самцами Ленка спокойно лежала на воде. Сняв шорты, на это потре-бовалась не мало времени, Юрий припал губами к ее черному треугольнику, в то время как член Майкла уже вовсю сосала эта развратница. Майкл поднял голову к небу и с удовольствием подбадривал ее «Comon baby let`s drive comon» Все ускоряя свой темп, Ленка довольно мычала. Ее поддерживал Майкл за голову, в то время как сам уперся спиной в стенку бассейна, они были в самой узкой его части, сама Ленка уцепила руками за его яго-дицы, за бедра ее держал Юрка. Лене было довольно не удобно, но зато не забываемое чувственно и интересно. Юрий уже попробовал вкус ее раковины и своим языком прокладывал себе путь в ее глубины дальше. Совершая круговые движения языком он уже достаточно напряг ее жемчужину и красная от возбуждения горошина при-влекла внимание его копья. По другому это грозное оружие не назовешь, в длину он точно был не меньше два-дцати сантиметров. Распрямившись и подняв немного зад Ленки над водой, Юрий раздвинул алые губки и вбил свой банан ей во влагалище до упора. Ленка не ожидала такой прыти и поначалу толи от боли толи от неожи-данности нечаянно прикусила член Майклу. Это было последней точкой в переполненном наслаждении Майкле. Издав не членораздельный звук он излил свой нектар в рот Ленке. Афродита быстро стала заглатывать свой любимый напиток. Обессиленный Майкл опустился в бассейн. У Юрия не очень получалось в воде аккуратно пользоваться своим копьем, то он выскакивал, то не попадал в заветную щель. Тогда Юра аккуратно взял на руки Ленку и подняв ее из бассейна понес к кушетке. Поставив ее на колени он лег на кушетку. Ленка взяла в рот его немного остывшую плоть. Сначала медленными движениями, посасывала наконечник потом постепенно заглатывала внутрь все копье, казалось, что такой размер не мог войти в ее ротик, но видимо имея не малый опыт она заглотила его целиком. Сося и причмокивая она входила в раж. Ее щеки раздулись она посылала го-ловку копья то к себе в горло, то в щеку. Юрий стонал право было от чего. Выглянув в окно шеф увидел своего коммерческого директора абсолютно голого и одну из своих бухгалтерш занимающихся с его членом. Посмот-рев на кровать где спала его красавица с которой он только недавно закончил, патрон не долга думая перепрыг-нул подоконник и спортивным шагом в одном халате направился к сладкой парочке. Тем временем Лена уже оседлала Юрку и во всю прыгала на нем. Сначала она осторожно села на одну четверть его копья жжение про-дернуло ее тело. Его член не хотел вмещался в нее, в бассейне ему помогала вода, а тут смачивать было нечему. Тут было задето самолюбие Лены и с гаком она сразу села до упора на его член. Когда головка члена коснулась ее матки сладостная истома пробежала по ее телу. Она осторожно поднялась с него и опять начала действие. В это время шеф уже стоял недалеко от кушетки и с интересом наблюдал эту картину. Свет луны освещал доволь-ное лицо нашего директора. Немного подождав, выбрав наиболее подходящий момент, шеф подойдя к Ленке с зада опустил ее тело на Юрку и всадил свой член в отверстие сфинкса. Слезы выступили на глазах у афродиты пересиливая боль чтобы не закричать она впилась когтями в грудь Юрки. Юра все это время находился в со-стоянии блаженства, еще в бассейне его тело под воздействием алкоголя и чар Лены размякло. Он чувствовал непреодолимое влечение работать своим копьем в глубины Лены все быстрее и глубже. И вот когти Лены при-вели его в сознание. Он еще не понимал, что они уже не вдвоем, но чувствовал это по нагибающийся к нему Ленке и чужим волосатым рукам мявшим грудь Лены. Третий его не сколько не смущал, наоборот новая струя воздуха влетела в его тело и он с большим усердием принялся орудовать своим копьем в глубинах Лены. Все трое образовали живой сендвич в котором Лена была котлетой. Ленка еще некогда не чувствуя в двух своих проходах двух гостей завилась до конца.
Она рычала и царапалась, иногда потирая свои соски. Шеф продолжал безжалостно прокладывать себе путь, с силой мял упругие шары, пропуская соски между пальцами и сжимать их в большом и указательном пальцах. Так продолжалось не долго.
Первым кончил Юрка, с возгласом ДА! опус-тошил свои хранилища, кисельная жидкость залила влагалище Ленки, через секунду издав жалостливый звук ответным потоком излилась Ленка дергаясь в консульте, она отклонилась назад. Плохо стоявший шеф не вы-держал ее веса и упал на газон. Встав и повернувшись к нему Ленка увидела его набухший член жаждущий вот вот излиться, не долго думая она бросилась к нему в ноги и схватила жадными губами его плоть моментально засосала ее целиком. Через несколько секунд с непонятным всхлипывающим звуком кончил шеф.
Вспоминая рассказанный мне случай я потихоньку продвигался к кассе. Взглянув в зал я увидел при-ближающуюся к нам Иру. Ирен своей обычной неспешней походкой, виляя бедрами подошла к нам. Улыбка залила ее личико.
«Привет Лен, а чем это вы с Вадимом секретничаете» — спросила она свою подругу.
Та открыла рот чтобы сказать, но я опередил ее. «Обсуждаем приключения Лены « — с улыбкой сказал я.
«Нехорошо ты Лена делаешь совращаешь мужчин в свои грязненькие истории» — с иронией сказала Ира.
«Да никого я не совращаю, мы о жизни говорили правда Вадим» — с укором посмотрела на меня Лена.
«Ты гляди вон твоя командирша идет, не пропусти ее, а то она после обеда в банк едет» — обратился я к Ленке.
«Ой, точно она. Ну ладно я побежала, отчет отдам, ты купишь мне обед?» — быстро бросила она Ирки и побежала к столику гл. бухгалтера.
Остаться вдвоем с Ирой для меня было приятно. Не растягивая паузу я стал с ней говорить о мелочах, откалывая шуточки. Ее улыбка не исчезала с лица и восхитительные губы заставляли меня думать не о теме разговора. Очередь приближалась к кассе, а я все еще искал причину для того чтобы пригласить ее хотя бы в кафе. Неожиданно вспомнив о приближающемся дне рождении матери я понял как буду действовать.
«Ир ты сегодня слишком занята, не поможешь мне в одном деле?» — с надеждой спросил я. Она внима-тельно посмотрела на меня.
«Ты понимаешь у меня у мамы скоро день рождения, мне конечно не удобно про-сить, но может ты поможешь выбрать для нее подарок?»
«Только и всего» — со смехом сказала Ирен «Я то думала, что ты меня о чем-то глобальном просишь». «Да конечно мне самой надо было кое-что прикупить, вдвоем веселее.»
«Ну тогда я после работы к тебе заскочу.»
«O`k буду ждать»
ЮЛЯ
До конца рабочего дня я сидел как на иголках. Пару раз порывался зайти в приемную, но понимал что это оз-начает открытое признание в любви, а женщины такого не любят. Мои мысли летали там в далеки в моем дет-стве, я вспоминал свою первую девушку. Она была не высокой блондинкой с синими глазами, ее ноги были великолепно сложены, икры не имели лишнего веса, не было видно ни одной волосинки на ее прилесных нож-ках. Ее грудь была еще не велика, но уже виделись черты будущей клубничной формы. Она всегда улыбалась и любила ходить с распущенными волосами. Как-то раз я зашел к ней домой. Вечерело. Она предложила выпить чаю, я согласился. Юля сидела напротив меня в одном халатике, положив ногу на ногу. Обнажив свою ногу почтичто до бедра Ее глаза смотрели на меня, вернее не смотрели, а созерцали. Я не мог поймать ее взгляд, она смотрела мне в глаза, но я это не чувствовал. Странное ощущение, охватывает тебя, когда ты не можешь уло-вить взгляд созерцающий тебя. Мы болтали обо всем, начиная от погоды заканчивая сексом. Рассказывали друг другу любимые порнографические фильмы и описывали любимые позы. Я обращал внимание на ее сильно ого-ленную ногу, она безусловно замечала это, но не старалась укутать ее в свой пушистый халат. Я не мог больше терпеть и сделал ей комплимент. Она улыбнулась, поднялась и сказала, что я еще не видел другие ее прелести. Оставив меня на кухне она пошла мыться, на мой вопрос отпарировала тем, что скоро закончится вода и она не хочет изо меня остаться грязной. Попросила подождать ее, чтобы вместе пойти на денс. Я допил свою чашку чая, посидел в одиночестве и решил к ней присоединиться. Я вошел в ванну в полотенце обхватывающим мою талию. Она сначала не замечала меня и продолжала купаться в ване. Ее бархатное тело покрытое пенкой было просто великолепно. Грудь ровно поднималась и опускалась над водой.
Еще не вполне сформировавшееся она отсвечивала розовым оттенком, ее живот был мягким и нежным немного опущенным в душистую пену. Светлый треугольник не ясно выделялся в помутневшей воде. Левая рука ее тихонько легла на грудь, а правая спустилась к роковой пещере. Я не стал отвлекать ее, наоборот мне было очень примечательно видеть ее прелести. Она была чудесна. Невольно моя рука сбросила полотенце и опустилась к паху. Юля постепенно раскрыла свою ра-ковину и ввела туда палец. Сначала осторожно, не до конца, потом дальше и дальше. Ее левая рука мяла и терла соски. Они были уже румяными и твердыми по виду. Я почувствовал, что дальше ждать нечего. Осторожно опустившись на колени, чтобы не прервать ее кайф раньше времени, я протянул руки к ней. Одну я положил на грудь, а второй приподнял голову. Она испугалась и открыла глаза. На ее лице застыл неожиданный испуг. Она сделала попытку отстраниться от меня, сесть, но моя рука и мыльные стенки ванны мешали ей. «Не бойся, все будет хорошо» — она мне не поверила, но это было не важно. Поймав ее губы я крепко целовал ее. Правую руку я опустил к ее расщелине. Постепенно сопротивление уменьшалось. Вскоре она уже судовольствием целовала меня. Я перелез в ванну, благо, что она была большая, места нам хватило. В воде я объял ее грудь в своих губах. Опустил ее в пропасть поцелуев, понемногу я обошел почти что весь ее торс постепенно опускаясь к заветному треугольнику. Юля размякла в моих объятьях. Она гладила мою спину, пыталась регулировать мои поцелуи положив свои руки мне на голову.
Добравшись до ее раковины я раскрыв половые губы взял в рот ее жемчужи-ну. Терпкий вкус пробил мое горло, сглотнув слюну, я пошел дальше. Свернув язык трубочкой я прокладывал дорогу глубже в ее пустоту. Юля уже достаточно ощутила наслаждение и немного постанывала от удовольствия. Она шептала «Хватит, хватит достаточно». Я сам понял что больше медлить нечего. поставив ее на четвереньки я аккуратно раздвинув раковину и вставил своего младшего брата. Он был уже напряжен и вошел в ее глубины достаточно медленно. Чтобы нам было удобней Юля выгнула спину. Сначала я проверил глубину ее пещеры, она почти что совпадала с моим членом. Выведя полностью свое оружие я ввел снова его на четверть, вывел снова но на этот раз не до конца, потом ввел на половину и так далее. Постепенно я увеличил темп, Юля стала помогать мне бесподобно двигая своими бедрами. Через некоторое время я почувствовал, что я устаю и не полу-чается до конца того кайфа который она хочет. Тогда я поднял ее на ноги, левую закинул вверх, чтобы она упер-лась в кафельную плитку, правой рукой она взялась за поручень для полотенец. И мы продолжили. Теперь мой член шел не к матке, а в бок к стенам ее потайного хода. Не забываемое ощущение. Она похрипывала, постаны-вала, кусала свои губы. Я страстно стал целовать ее шею. Мы с ней сосались и занимались любовью одновре-менно. Целоваться когда твой член в ней и когда он далеко от ее глубин — это две разные вещи. Я ожесточал свои удары. Через несколько секунды, ее зубы впились в мое плечо и она забилась в моих объятьях. Моментально высунув член, я уже тоже был на пределе, и положив ее в ванну я кончил ей на грудь. Мои белые потоки потекли по ее молодому бюсту.
Жадно она размазывала их по себе, но теплая вода уже стала смывать их. Я упал в мут-ную воду и мы потонули в поцелуях друг друга.
Рабочий день подошел к концу, уставший не только от работы, но и от дум по возлюбленной я встал из-за стола. Уверенным движением открыв дверь в приемную я оказался в полумраке кабинета. Жалюзи мешали пробивать-ся теплым летним лучам в комнату. Ира сначала не заметила меня. Стоя в профиль ко мне она продолжала оживлено рыться в шкафу. Она нагнулась к нижнему шкафчику. Ее красная юбка оголила еще больше стройные ноги. Красном платье было достаточно вызывающе, естественно, что с вырезом на груди. Платье на удивление хорошо подчеркивало красоту фигуры этой женщины. Конечно же туфли были красные и на шпильках. Ира как я понял была без безгалтера. Ее груди давили на плотную красную ткань. Волосы закрыли большую часть лица, мне были видны лишь подбородок и ее пухленькие, красные губки.
«Не заработалась еще?» — спросил я с иронией.
Резко подняв голову и улыбнувшись она лихо отпарировала:
«Сделал дело — гуляй смело» — «Сядь посиди, сейчас я папку найду?»
«Не про меня ли?»
«Может и про тебя. Должна ли я знать с кем проведу сегодняшний вечер»
«Не плохо» — подумал я. Говорили, только о магазинах, а замахнулась уже на вечер.
Разговор пошел дальше. Выйдя из офиса, мы выяснили, что у каждого из нас по машине. Пришлось выбирать на какой ехать. Мой джип явно не был предназначен для поездки по городским пробкам. Фольцваген Ирен для этого идеально подходил. Я предложил сесть за руль ее авто она согласилась, не без боязни. Мы покатили. Весе-ло смеясь и улыбаясь
Новый трильяжный столик на день рождение матери был куплен. Мы с Ирой сидели в кафе в цетре на Манеже. Допивая вторую стакан колы мы мирно беседовали.
 — «Интересно, вот если бы Ты спала с кем-то ты чувствовала бы себя не верной?» — с вниманием я обратился к Ире.
 — «Ну, что ты, конечно нет. Один человек не достоен, что бы за него держаться всю жизнь.»
С философией, все в порядке, подумал Я.
 — «Да ты права. Ну а в среднем, сколько у кого, вот например у тебя?» — осторожно поинтересовался я
 — С загадочной улыбкой: «Больше, чем один».
 — «Не стесняйся рассказывай. От меня можешь ничего не таить» — настаивал Я
 — «Ну ладно. Первый — ... ну конечно такое не легко забываеться... ничего так приятный. Второй это было на день рождении, мои родители уехали и...» — она мотнула убедительно головой.
 — На какой день рождения? — с оживлением спросил Я
 — «На семнадцатый» — скромно прозвучал ответ.
 — «Ух ты...» — невольно вырвалось у меня.
 — «Ну я часто жила в деревне у бабушки, там сено, ну и все прочее...» стеснительно произнесла Ирен
 — Надо было уже забуриваться. «Что прочее?» с наивностью спросил я.
 — «Не глупи — Чем мальчики и девочки занимаються после первого поцелуя»
 — Я был не робкий в таких делах, но щеки поразовели. «Понятно»
 — Пятый — ... это был просто шок. Импотент полный. Шестой — слишком потный... Седьмой — из самооборо-ны. Восьмой — я сильно напилась. Десятый очень неудобно лучше не пытайся. Одиннадцатый — был великолепен. Двенадцатый, четырнадцатый — разочарование. В смысле секса несчастная затычка. Пятнадцатый он мне разбил сердце. Шестнадцатый его отец.
Ни хрена себя, я думал, что только Лена у нас так может.
 — Семнадцатый — я заснула, это со мной вообще в первый раз случилось. Двадцатый — о Боже это была страш-ная ошибка.
 — «Это ты на двадцатом ошибаешься?» — c улыбкой спросил я
 — «Я так визжала, чуть из окошка не выбросилась.»
 — «Двадцать второй, ну так себе. Вот и все» — закончила Она.
Ну я таким похвастаться не могу скромно ответил я. Работаю, работаю, иногда даже слишком много.
 — Она засмеялась: «Вы мужчины всегда в этом вопросе просто стеснительны»
 — «Но, но попрашу не обобщать.» c наигранным высокомерием сказал Я.
 — «Да?» она придвинулась ко мне.
 — «А ты что думала?» — я положил свою руку на ее оголенную ногу и потянулся к бутылке.
 — «Такого, от тебя не думала» — накрыв соей ладонью мою руку гладящию ее ногу сказала она.
 — «Людям свойствено ошибаться» — отпариролвал я. Ее черные колготки в ромбик приятно «лились» по руке. Падушичками пальцев я мягко водил по ее ноге поднимаясь все выше и выше. Вот уже пальцы пошли под мини юбку.
 — «Не здесь» — сказала возбуждаясь Ира
Летящий на крыльях.
Фольцваген с бешенной скоростью несся ко мне домой.
 — «А ты ничего. Странно, что я тебя раньше не замечала.» говорила как бы для себя Ирен.
 — «Лучше поздно чем никогда».
 — «Я думаю сегодня не слишком поздно?» ответила с улыбкой моя попутчица. Ира растегнула ширинку и погла-дила мою плоть.
Сначала тихонько провела двумя мальцами вверх, потом стала мять. Безусловно это было приятно, но мне хотелось большего. Поглаживание переросло в дружеское рукопажатие. У нее были приятные руки, и что самое главное она ими умела пользоваться. Поставив руку трубочкой она принялась дрочить. Некото-рое время я сдерживался.
«Может лучше в рот» — не выдержив выхрипнул я.
С видом профи Ира отодвинулась и посмотрела в полумраке на моего младшего друга. Он был уже набухший, как спелый банан и рвался на волю. Темно красный оттенок плоти предовал еще более сексуальный характер, как я понял по глазам Иры.
Причмокнув губами Ира нагнулась.
 — «В принципе уже можно» и ее зубки коснулись моего пениса.
Конечно мне и раньше делали минет, но в такой обстановке... впервые. Машина идущая со скоростью под 120 км/ч по Каширскому шоссе. Полумрак кабины и желанная женщина все это предовало еще более эротичный характер сцены.
Ее зубки ласково прошлись по головке и начали спускаться к основанию. Жадный рот требовал плоти, постепенно она захватывающими движениями дошла чуть больше, чем до половины. И стала подниматься. Аккуратно обойдя уздечку мелкими поцелуями, она дотронулась языком до головке. Мое напряжение росло с каждым ее движением. По томным постанываниям и еще более не контролируемым движениям я понял, что ей это нра-виться. Второй раз она всосала в себя всю мою плоть и на секунду остановиласью. По видимому приступы рвоты. Я почувствдвал легкое дрожание задней стенки горла куда уперся мой банан.
Оставалось еще буквально два сантиметра. Превозмогая рвоту она уверенным движением всосала в себя до основания. Не обыкновеное чувство рассабления и страха почувствовал я. Не прикусит ли она мне его, ведь нового не вырастет? Но кайф, который я получал в этот момент, мог бы стоить этого. Движения ее стали хаотическими и быстрыми. Мой член стоял и не смел даже нагнуться от тогого наслаждения. Ира механически упорно двигала головой... Я чувствую, что она устает, а я никак не могу кончить. Я стал помогать ей приподнимая таз. Уставшая хозяйка банана, не контролировала свои движения и потихоньку прикусывала плоть. Мой член не каждый раз упирался в гортань, все чаще он направлялся в щеки. Ира сделала не имоверными усилиями язычок трубочкой и увеличила скорость до сума-щедщей. Раз, два, три... Не ожиданно я вывернул руль влево и мы выскочили на встречную полосу. Страх, наслаждение, удовлетворение, любовь к этой женщине — все объединилось в этом порыве. Мое тело стало содра-гаться как в агонии. Теплая волна кайфа охватила меня. Мощный поток спермы ударил ей в гортань. Ира стала быстро заглатывать ее как будто она боялась проранить каплю этого киселя причитавшегося ей в качестве награды.

 --- Марат ---

Привет, я хочу поведать вам историю моего лучшего оргазма.
Это случилось около месяца назад. Мне удалось устроиться в одну адвокатскую контору секретаршей, хотя в этом нет ничего удивительного, ведь владельцем этой конторы является друг моего отца, хотя это не так важно, ведь работать мне предстояло с его сыном Маратом, который почему-то с каждым днем в конторе относился ко мне все хуже и хуже. Марат мне очень нравился. Это был высокий брюнет, с серыми глазами и восхитительной фигурой. Но, как я поняла потом, никакая фигура и красота не поможет терпеть человека, если он прирожденный хам.
В Марате было что-то, что меня очень привлекало. В свои 25 я вполне сложившаяся личность, с определенными требованиями к мужчине, но каждый раз, когда я входила к нему в кабинет я чувствовала зуд в моей киске и ничего не могла поделать с реакцией моего тела.
Однажды, нам пришлось задержаться на работе дольше обычного, было много бумаг с которыми надо было разобраться до выходных. Я прошла в кабинет, Марата на месте не было, сквозняком случайно сдело со стола какие-то бумаги. Я нагнулась для того, что бы поднять их, и в это время вошел Марат, он словно озверел, увидев меня.
 — Что ты тут делаешь?!?! — заорал он.
 — Как что заношу бумаги, — ответила ему я не желая нагнетать обстановку. — Для того, что бы положить бумаги нужно выставлять свои прелести из трусов???
 — Ничего я не выставляла, я просто нагнулась поднять бумаги!!!
 — Выди вон!!!
Я беспрекословно подчинилась. Что меня больше всего удивило, так это то, что моя киска опять зудела, мое тело при мысле о Марате покрывалось испариной. Я вышла и обессиленно прислонилась к стене, мои колени дрожали, меня бил озноб. В этом положении и застал меня Марат.
 — Что с тобой Ника??? — спросил он обеспокоенно.
 — Ничего, уйди пожалуйста.
 — Нет, не уйду, пока ты не скажешь что с тобой-с этими словами он развернул меня к себе лицом.
Взглянув мне в лицо он все понял. Без лишних слов он подхватил меня на руки и понес к себе в кабинет. По пути я сбросила с себя туфли. Я хотела его так сильно, что моя киска подрагивала, и я ясно понимала, что он меня тоже безумно хочет, его достоинство так упиралост в брюки, что казалось вот вот разойдется молния.
Не долго думая он опрокинул меня на стол и начал судорожно сдирать одежду. Я стянула с него рубашку и галстук, когда я потянулась к молнии он зарычал и не дал к себе притронуться. Он завел мои рук за спину и сказал, что если я их разомкну, то он меня накажет. Мне уже было все равно, моя киска нестерпимо зудела.
 — Дотронься до нее, — попросила я.
Но он сказал, что еще рано, наклонившись он провел языком по моей шее, и начал спускаться все ниже и ниже. Взяв сосок в рот он начал сосать и кусать его, я стонала мне так хотелось расцепить руки!!! Потом он нагнулсяк моей киске и провел по ней языком. Ощущение было такое острое, что я не выдержала и схватила его за волосы.
 — Плохая девочка, теперь ты будешь наказана.
Он спустил брюки и я увидела его член во всей красе. Таких больших я еще не видела. Я сильно испугалась, что он порвет меня, попыталась его оттолкнуть, но он уже прижал меня.
Одним резким толчком он вогнал свой член в мою кмску. Я охнула от удивления, но боли не почуствовала.
 — Ты первая женщина, которая смогла принать меня полностью.
Дальше нам было не до разговоров. Моя киска была обильно увлажнена, что помогало ему безпрепятственно двигаться. Марат становился все огрессивнее, а его движения быстрее. Руку свою он просунул между нашими телами и начал тереть мой клитор. Через несколько минут мы одновременно кончили.
Это было незабываемо. С тех пор Марат больше никогда не был так груб при работе со мной. Оказалось, что причиной его агрессии было неудовлетворенное желание. Марат оказался очень нежным и заботливым и через некоторое время наша симпатия переросла в любовь, но это уже совсем другая история.
 
  Электронная Библиотека Dojki.Biz (Рассказы для Взрослых 18+)