Электронная Библиотека Порна Сайт (Рассказы для Взрослых 18+) Название : Сборник коротких порно рассказов (часть 43) Сайт: https://dojki.biz/book/ Жанр: Эротические рассказы для взрослых 18+ Категория : Первый раз Содержание : - Мой первый сексуальный опыт с другой женщиной - В первый раз - О, Бой! - Подруга - Дневник Бетти - Начало - Лина - Знакомство с фаллосом - Монастырь "Святой Женевьевы" - Оргия - Воровка - Время подошло - Дефлорация по-русски - Наташа - Первый раз - Ольга - Встреча - Гимназистка - Мой первый поход на нудистский пляж - Бизнес-фэмили - Начало, мой первый раз --- Мой первый сексуальный опыт с другой женщиной --- Я с семьей отправилась на вечеринку к моему дяде. Я уже собиралась махнуть рукой на этот вечер, но к моему удивлению встретила там сестру своей тети. Она оказалась очень приятной и сексуальной девушкой, ей было 27 лет и она, как впрочем и я, просто бредила лошадями и верховой ездой. Она жила одна в своем доме в Калифорнии и пригласила меня в себе на недельку, поскольку у меня как раз начинались каникулы. Я прилетела в воскресение поздно вечером. При виде ее, у меня просто захватило дух: на ней были белые туфли на высоком каблуке и узкие белые шорты, которые очень подчеркивали ее крепкую попку. Красивая красная блузка была растегнута настолько, что любой желающий мог легко составить мнение о ее прекрасной груди. Прекрасная прическа, умело подобранная бижутерия и легкий макияж завершали и без того захватывающее впечатление. Я в своей простой блузке и миниюбке выглядела рядом с ней наверное бледновато, но, когда мы обе наклонились, чтобы взять мои чемоданы, то я практически почувствовала взгляд на своей заднице. Джуди владела примерно акром земли прекрасным двухэтажным домом. Приехали мы поздно и как только я дотащилась до кровати, то немедленно заснула. Предварительно я разделась и спала обнаженной, так как меня охватило странное чувство свободы. Когда я проснулась на следующее утро, то обнаружила коробку с одеждой и запиской. В записке было написано: Кэти, я думаю тебе пойдет эта одежда. Я позвонила твоей матери и узнала твой размер. Я быстро перевернула крышку и обнаружила полный комплект одежды для верховой езды. Я быстро приняла душ, одела кружевные трусики и примерила костюм перед зеркалом. Мои черные волочы были аккуратно собраны под черной верховой шляпой. а ногах были очень красивые, черные и блестящие сапожки. Мои стройные ноги и задница были туго затянуты в облегающие брюки для верховой езды. Картину довершала белая блузка. Я не одела бюстгальтер и соски груди приятно терлись об крахмал блузки. Я быстро надела пару бриллиантовых сережек, которые выгодно оттенили мои зеленые глаза и спустилась вниз. Внизу на кухне я нашла Джуди, которая выглядела так же, как и я, но была также одета в зеленую куртку. Мы быстро позавтракали йогуртом, упаковали еду для пикника и направились в конюшни, где она уже приготовила двух лошадей. Джуди выбрала двух прекрасных молодых кобыл. День был прекрасный и мы катались по парку все утро. аконец мы остановились перекусить, но когда я вставала после этого, я подвернула ногу. Дай я помогу тебе,- сказала Джуди. Да, пожалуйста. Похоже я не пользовалась этими мускулами некоторое время. Приляжь,-посоветовала она. Я легла. Джуди начала аккуратно массировать мне лодыжку. Бог мой, как приятно, - сказала я. Похоже кроме этих у меня много затекших мускулов, особенно на заднице ! Чтож, сними трусики и я промассирую ее тебе как следует Здесь?,-я приподналась на одном локте и оглянулась. А если кто-нибудь увидет? Джуди рассмеялась. е беспокойся насчет этого. Ты в Калифорнии! Кроме того, в это время дня тут никого никогда не бывает. Я согласилась и сняла мою куртку, сапожки и брюки, и осталась в одной блузке и трусиках. Джуди внимательно посомтрела не меня и думаю, что от нее не укрылось, что моя пещерка была влажной. Верховая езда всегда страшно меня возбуждала. Ложись, чего же ты ждешь,- сказала она. Она начала плавно и нежно массировать мою спину, спускаясь все ниже и ниже. Выпитое вино быстро ударило мне в голову, но я осознавала, что что-то произойдет. Ее руки постепенно дошли до моей попки, и я почувствовала, что Джуди хочет меня перевернуть. В моем горле пересохло. Что мне делать? Я же не лесбиянка! о она очень красива и похоже тоже самое думает обо мне! о так же нельзя! Что скажут мои друзья? Меня начнут избегать мужчины. о как она красива! Как хорошо она все делает! Я застонала. Это было то поощрение, которого она ждала. Ее рука скользнула между моих ног. и один мальчик еще так делал. Она знала как и где ласкать меня. Она становилась все настойчивей и настойчивей, но внезапно остановилась. Кэти, - прошептала она.Перевернись Я повернулась и увидела ее коричневые глаза. Она придвинулась, ее язык раздвинул мои губы и слился с моим. Я ответила на ее поцелуй. Ее губы были мягкими и полными. Ты очень красива, -сказала она, переведя дыхание. Возможно, -ответила я, также едва переводя дыхание: о ты еще красивее. Хотела бы я также уметь носить платья и подбирать украшения. Мы поработаем над этим и другими вещами: И она снова поцеловала меня. Потом ее губы и ее язык прошлись по моему телу, целуя меня сквозь одежду, и Да!, сквозь трусики. Как ты великолепно пахнешь, Кэти, - прошептала она и начала снимать с меня трусики, затем приостаовилась и посмотрела на меня. Я поняла, что мы достигли нового поворота. Я могла вернуться, то увидев ее прекрасное тело между моих ног, я поняла, что не смогу ей в чем-то отказать. Джуди поняла и сняла с меня трусики. Она улыбнулась и , промурлыкав что-то под нос, опустилась к моей пещерке. Похоже было, что она знала меня. Она заставила меня немедленно кончить, а потом еще раз через минуту. Я стонала и кричала Да! или ет! снова и снова. Ребята с которыми я встречалась до этого, еще не разу не доводили меня до оргазма, так как утрачивали интерес, кончив сами. Раньше мне всегда приходилось после свидание самой доводить себя до оргазма рукой в постели, но по сравнению с тем, что происходило сейчас, это выглядело невинными шалостями. Джуди помогла мне кончить так, как я не кончала никогда ранее. Я привлекла ее к себе и поцеловала. У нее был мой вкус, как у моей руки, когда я мастурбировала. Давай вернемся в дом, любовь моя. Если ты будешь также кричать, то мы привлечем внимание о я тоже хочу что-то для тебя сделать,- запротестовала я. Она рассмеялась. е беспокойся об этом. Просто оденься. Она показала мне мои трусики, но не отдала, а положила в сумку. Сувенир, - улыбнулась она. Мы сели на лошадей и поспешили в конюшни. Я не могла дождаться, когда же опять попаду домой. Я сгорала от желания сделать для нее то, что она сделал для меня. Поездка казалась бесконечной. Я не знала, что она припасла для меня, но знала, что мне понравиться. Джуди, тем временем, болтала о всякой ерунде, но я не могла сосредоточиться и все думала, как она выглядит без одежды. Я действительно никогда до этого не думала о женщинах. Это я узнала по приезде. Как только мы закрыли дверь, Джуди схватила меня за одежду и поцеловала длинным поцелуем. Когда она оторвалась от меня, я уже не могла дышать. Любовь моя, пойдем в мою комнату,-томно сказала она. Мы обе расхохатались и взяв меня за руку, она отвела в свою комнату наверху. В спальне Джуди стояла кровать огромных размеров. Стены были покрыты зеркалами и это делало комнату вдвое больше. Джуди остановиласть перед кроватью и опять поцеловала меня. После этого, она быстро мняла мои туфли, брюки и блузку, оставив меня обнаженной. Она толкнула меня на кровать и стоя надо мной, сняла всю одежду, за исключением маленьких красных трусиков. Хочешь то, что под ними? Тогда тебе придется снять их самой, -сказала она. После этого она легла рядом со мной, и я перекатилась на нее сверху. Я начала целовать ее. Соски ее груди и моей терлись друг об друга и я все более возбуждалась. Я хотела почувствовать ее прекрасное тело, сделать тоже, что она делала в парке. Мои губы переместились на ее идеальную шею, потом на соски. Какие они милые, -прошептала я и начала их нежно посасывать.Она простонала:Да! Да!. Я начала всем языком ласкать ее соски и груди. И ее стоны усилились. Создавалось впечатление, что она хотела, чтобы я не переставала, но мне хотелось испробовать вкус ее пещерки.Я добралась до трусиков, и почуствовала запах седла, но к нему примешивался другой, иной аромат. Меня всгеда удивляло и интересовало, что мужчины находят в этом. Теперь мне предоставлялся удобный случай выяснить это!!! Короткие белые волоски выбились из под трусиков, когда я начала ласкать ее пещерку сквозь них. Какая она мягкая и гладкая, -сказала я: е то, что у ребят. Даже лучше, -ответила она Я начала снимать ее трусики и она подняла своих длинные восхитительные ноги, чтобы мне было легче. Мне напомнило это все те случаи, когда я сама так поступала, чтобы мальчики могла снять с меня белье. Мне открылось захватывающее зрелище - она просто истекала смазкой. Я впервые так близко видела чужую пещерку, да и нельзя, в общем, сказать, что я ранее этим интересовалась. Розовые губки были призывно раскрыты, лишь слегка опушенные волосками. Запах был настолько привлекателен, что мне немедленно захотелось как следует исследовать ее. Я не стала терять времени. Предвкушая удовольствие и улыбаясь, я приникла к ее промежности. Это было потрясающе! Такого я и не представляла себе! Легкими движенями языка я прошлась вокруг клитора, а затем начала быстрыми движениями посасывать и полизывать ее клитор. Джуди металась подо мной и бесконечно повторяло только одно: О, Кэти. Кэтт. Да, Кэти!. Я продолжала экспериментировать с помощью губ и языка. Я использовала свои пальцы. Я сосала и лизала. Внезапно она схватила мою голову и изо всех сил прижала ее к своей пещерке. Я просунула язык в ее тугую дырочку и почувствовала, как ее мускулы очень быстро сокращаются снова и снова. Я пошевелила языком в дырочке, и она ответила мне длинным стоном, выражающим бесконечное удовольствие. Иди сюда, я хочу поцеловать тебя, - услышала я голос Джуди. Я медленно проползала по ее телу, стараясь задеть своей грудью все выступающие части. Да Кэти, мы с тобой повеселимся на этой недели, - сказала она и поцеловала меня. Затем она начала целовать меня снова и снова, проникла языком в мой рот и облизала свои соки на моем лице. В довершении всего мы перевернулись в позицию 69, Джуди была сверху. Теперь я начала ласкать ее анус и мы обе быстро кончили. После этого мы еще немного поласкали друг друга и я почувствовала себя абсолютно опустошенной. Похоже тебе нравиться это. Я надеялась на это. о это только начало - я могу тебя многому научить о женщинах. Ты хочешь этого ?. Если это будет также хорошо.., - ответила я. Пообещай мне тогда, что будешь делать все что я захочу, и ты не пожалеешь. Я посмотрела в ее глаза и сказала: Безусловно, как ты захочешь. Она поцеловала меня.Отлично. Это будет незабываемая неделя. Мы даже покатаемся на лошадях. о сначала, в душ и по магазинам. Потом я возьму тебя на вечер, который ты никогда не забудешь. --- В первый раз --- Ко мне домой мы добрались уже за полночь. В доме не души, муж в отъезде, домработница давно ушла. Кнопкой дистанционного управления я открыла гараж, въехала и вновь закрыла дверь. Пэм встала с сидения, сладко потянулась. - Ты хочешь спать? - спросила я удивлённо. - Ты что! Совсем нет! Как можно спать в такую ночь! - глаза Пэм загорелись, - Мы будем болтать всю ночь напролёт. Из гаража мы прошли прямо в дом, на первый этаж. Пэм уже была у меня дома не раз и сразу побежала наверх, в гостинную, попросила разрешения включить музыку, нашла компакт-диск со своей любимой певицей и включила очень негромко. Я пошла к себе в спальню, зашла в ванную, сбросила всю одежду, смыла макияж с лица. Быстро приняла душ, надела халат на голое тело и вернулась к Пэм. Она в это время рассматривала коллекцию африканских масок, развешанную по стенам в гостинной. - Пойди переоденься, у меня в ванной для тебя приготовлен халат, немного отдохнём, перекусим и я покажу тебе нашу новую <джакузи>. Пэм отказалась переодеваться, сказала, что она ужасно голодна и переодеваться у неё просто нет сил. - Хорошо, пошли в столовую, поищем чего-нибудь на кухне, Долорес вообще-то должна была приготовить ужин. Лентяйка домработница посчитала, что я сегодня не ужинаю дома и ушла, так ничего и не приготовив. Хорошо, сами сообразим. В холодильнике нашлось всего понемногу. Мы с аппетитом поели, я приготовила кофе. Взяв кофе, мы пошли в гостиную и устроились вдвоём на диване. - Ну, ты ещё не затащила Дэйва в постель? - спросила я Пэм, глядя ей прямо в глаза и заговорчески улыбаясь. Она не выдержала моего взгляда, смутилась, порозовела, начала поправлять причёску, хлопнула себя по коленкам, отвернулась. Я подсела поближе, обняла её за плечи: - Ты по нём сохнешь, это видно невооружённым глазом, и не только мне - Дэйв это тоже заметил, готова поклясться, что он мечтает переспать с тобой. - Скажешь тоже: - Одни твои серые глазки чего стоят. А фигурка! Всё на месте, ничего лишнего. Попка крепкая, как мячик, бёдра узкие, ноги длинные. сборники эротических рассказов porna.site Грудь: Обалденная. Торчком стоит и без лифчика. Я всегда мечтала иметь такую фигурку, в спортзале попотела порядком, да задница меньше не стала - я с детства была пампушка. - Да от твоей задницы все парни без ума! Стоит тебе мимо пройти - все как завороженные поворачиваются во след. На мои кости никто так не смотрит. - Ты себя явно недооцениваешь, подружка. Будь я парнем - я выбрала бы тебя. - Я не думаю.. - Будь активнее, сделай шаг ему навстречу, и он твой. - Не так всё просто, я бы давно уже, но - Никаких <но>, на следующей неделе Дэйв пригдашает всех нас к себе на яхту - вот тебе подходящий случай, не зевай. - Я не смогу, и потом это бесполезно, он бросит меня на следующий же день. - Девчонка отдалась парню, а он её тут же и бросил! Ну и ну, что-то новенькое. - С одной моей школьной подругой уже было такое. Нравился ей парень. Переспали они, а он и говорит, до меня не была никому нужна - и мне не нужна. - Так ты целка! Вот сюрприз! До меня сразу то и не дошло. В 19 лет это не нормально! Но не смертельно и поправимо. Конечно, если Дэйв не любитель - это мало доставит ему удовольствия, окровавленные простыни, напуганная девчонка, я понимаю твои опасения. Неужели в твоей католической школе не было шанса потерять невинность? - Смеёшься! Интересно, как бы я рассказала про это на исповеди? - А как лучший друг школьницы - вибратор? - О чём ты! - Хорошо, чего же вы там изучали, если главный предмет не затронули вообще? Тебе срочно нужно пройти <курс юной пионерки>, а то ты похоже не имеешь понятия, что делать с парнем в постели. Тебе крупно повезло с подругой, моя дорогая. - Ты думаешь, я смогу обмануть Дэйва, и вести себя с ним, как опытная женщина? - Это, как игра на сцене в школьном театре, только пьеса называется <Клеопатра>. Первый и самый главный урок - никогда не теряй уверенности в себе, ты хозяйка положения. Остальное дело техники. Итак, приступим? - Сама напросилась, поздно отступать, я твоя примерная ученица, подружка. Пэм откинулась на спинку дивана, положила руки на колени и в ожидании замерла. - Так, для начала, вот что скажу я тебе подружка: прекрати стесняться своего обнаженного тела. Твоё тело - это твоё основное оружие. Научись раздеваться перед ним, не как школьница у доктора, но и не как проститутка. Чувствуй эту грань. Давай попробуем прямо сейчас. Вставай, вставай, нечего бояться - меня-то ты уже видела голой. Пэм поколебалась мгновение, решительно поднялась с дивана, стала прямо напротив меня, расстегнула пояс на джинсах, вытащила кофту, скрестив руки, быстро стянула её через голову. Потрясла головой из стороны в сторону, поправляя волосы. Постояла в нерешительности, посмотрела на меня, медленно расстегнула замок на джинсах, ещё немного помедлила и начала спускать их вниз. - Медленнее, это самый эротичный момент, потяни резину немного, не показывай всё сразу, оставляй какую-то тайну, недосказанность, не превращай процесс раздевания в рутину. Будь изобретательна, мужчины от этого тащатся. Пэм повернулась ко мне задом, спустила джинсы до лодыжек, слегка при этом повиляла попкой, плотно обтянутой простыми белыми трусиками. Повернула голову ко мне, в ожидании одобрения. Пэм, только не делай этого с Дэйвом в первый раз, а вообще для начала не плохо, - похвалила я. Пэм разогнулась, повернулась ко мне лицом, собираясь продолжить. На ней ещё оставались совершенно незамысловатые трусики и лифчик. - Конечно, скорее всего, ничего иного из белья у тебя нет, а ведь это твоё оружие номер два. Знаешь, как мужики тащатся от всяких этих кружев, подвязок и бантиков! Завтра же поведу тебя по магазинам, купим тебе приличные для таких случаев вещи. Пэм завела руки назад, дотянулась до застёжки, расстегнула её и, спустив бретельки, продолжала так стоять, зарывая грудь. - Медленно повернись ко мне спиной, сними лифчик, закройся руками и повернись ко мне опять. Давала я Пэм свои наставления. Она сделала, как я велела и стояла передо мною в одних трусиках, держа руками грудь. Продолговатые, с большими сосками, торчащие в стороны, её груди никак не помещались в ладошках. - Погладь их, приподними, обе вместе и каждую по отдельности. Урони, пусть подвигаются - зрелище это великолепное. Пэм, сначала скованно, а потом всё смелее и смелее начала играть со своими голубками. Сжимала между польцев соски, сдавливала и расглаживала, мяла эти не совсем обычной формы как бы перетянутые невидимой ниткой, свои удвоенные полушария. - Вот видишь, тебе самой нравится, смотри: уже и потекла, - заметила я тёмное влажное пятно в самом низу, где сходятся ноги. Пэм инстинктивно сжала ноги, закрыла руками низ живота и быстро отвернулась. - Ой! - тихо пискнула она. - Сзади ещё больше заметно, - засмеялась я, - прекрати прятаться! Пэм присела на корточки, и закрыла лицо руками. - Это хорошо, всё так и должно быть, разве ты забыла, что случилось со мной в клубе? Давай, не остонавливайся, совсем немного осталось, снимай трусики. Пэм встала, лицо было залито краской, в глазах блестели слёзы. Косо посмотрела на меня, оттянула и поправила резинку трусиков, засунула кончики пальцев под резинку, растянула её, переместила руки назад, выпятила зад и приспустила трусики, обнажив крепкие, как мячики полушария ягодиц. Стоя ко мне задом, нагнулась ещё ниже и стянула резинки до колен, вывернув трусики на изнанку, высставив их влажную промежность на моё обозрение. Потом перегнулась пополам, спустила их медленно по ногам, до самого пола, переступая поочереди, освобождая ступни ног, запуталась и чуть не упала. Восстановила рановесие, улыбнулась, встала в полный рост, открыто взглянула мне в глаза: - А это совсем не страшно, даже легко как-то стало и я тебя совершенно не стесняюсь. Я любовалась стройным девичьим телом. Шелковистые светлые, слегка рыжеватые волосы, обильно покрывали лобок, выглядывали из-подмышек. Впалый, подтянутый живот, золотистый пушок возле пупка, гладкая нежная кожа на груди, торчащие в разные стороны соски, узкие бёдра, тонкие лодыжки упомрачительно длинных, стройных ног. Пэм бросилась кружиться по гостинной. Я заразилась её весельем и хлопала в ладоши в такт её танцу. Потом сбросила халат и присоединилась к ней. Обнажённые, мы кружились по комнате, поодиночке, взявшись за руки, обнявшись, так, что наши груди сталкивались, прижамались, расплющивались о тело друг дружки. Разгорячённые, мы плюхнулись на диван, тесно прижавшись бёдрами и коленками. Я никогда до этого не обнимала обнажённую женщину - четыре совсем не маленькие груди создавали помеху более тесным объятьям. - Подожди, я сейчас,- я бегом помчалась к себе в спальню и вернусась с небольшим пластиковым чемоданчиком. - Что это? - заинтригованно спросила Пэм. - Это член семьи, когда члена мужа не хватает или нет в наличии, - я открыла чемоданчик и вытащила один из вибраторов, очень подробно имитирующий мужской пенис. - Як! - вскрикнула Пэм с отвращением, - Какой он жилистый! - Девочка, эту "волшебную палочку", эту сладкую косточку тебе придётся полюбить, изучить как следует и научиться обращаться. Этот "джойстик", точнее его оригинал будет приносить тебе массу удовольствия и радости, очень скоро это станет твоей любимой игрушкой. Вибратор представлял собой точную копию полового члена какого-то известного рок музыканта, стоил ужастно дорого, но мог служить идеальным учебным пособием для дебютантки. - Вика, какой он огромный! Как он только у них в штанах помещается! - Девочка моя, было бы неплохо если бы у всех парней были такие огромные, в таком виде он у них только когда они хотят нас с тобой трахнуть, ты же видела сегодня, как быстро, прямо на глазах начал рости писюн твоего младшего братишки? В обычном состоянии эта штука не так внушительна и больше похожа на варёный гриб-мухомор. - А что, если у Дэйва такая же колотушка, или ещё больше! Он что, будет пихать мне её туда? - Пэм показала взглядом себе на низ живота, она же во мне не поместится! Или он поразрывает мне всё! - Малышка, ты очень ошибаешься насчёт своих возможностей. Ребёнок, которого ты в состоянии родить по своим размерам не идёт ни в какое сравнение с этой <соской> для взрослых девочек. - Его что, ещё и сосать нужно! - скривилась Пэм. - Сразу от тебя это не требуется, но в скором времени ты сама поймёшь всю прелесть этой игрушки, и тогда тебя за уши не оттянешь. Но это после, сейчас ты должна научиться надевать на эту штуку презерватив. - Я должна это делать? Зачем! Пусть сам! - Он может и сам, но так надёжнее. Запомни правило: с новым партнёром начинать только с презервативом! После, когда хорошо его узнаешь, круг его друзей, знакомых, образ жизни - ты его или сама бросишь или перестанешь пользоваться резинкой и перейдёшь на противозачаточные таблетки. Я разорвала упаковку, вытащила промасленное кольцо, в левую руку взяла резиновый член, правой рукой проворно раскатала резиновое кольцо почти на всю длину члена. - Смотри! Теперь твоя очередь, - я передала Пэм новый пакетик, стянула прочь одетый презерватив и пристроила искусственный член себе между ног. Пэм попыталась повторить мои манипуляции, с третьей попытки ей наконец удалось правильно надеть <резинку>. - Главное, не забывай оставлять запас на самом кончике, чтобы, когда он спустит, струя спермы не разорвала тонкую резину. - Ну, это я усвоила. Только я не знаю, смогу ли я трогать эту штуку, выглядит, словно с неё содрали кожу - не больно ли ему будет? - Смотри, вот эта самая чувствительная часть - головка, кожа с неё сдвигается и лучше её тогда не трогать. Всё остальное не такое нежное, можешь браться смело. Видишь здесь словно уздечка - это место гладь нежно, твоему парню понравится. - Хорошо, а что мне делать, если он начнёт трогать меня там? - Пэм опять показала на низ живота. - То же, что ты делаешь, когда играешь сама с собой - двигайся навстречу его пальцам, направляй его, короче получай удовольствие. - Я не играю сама с собой, ещё чего! - возмущённо проговорила Пэм и поджала губки. - Неужели твои монашки не научили тебя главному упражнению перед сном? - Да я под землю провалилась бы от стыда, если бы мне пришлось признаваться в таком грехе на исповеди! - Да твой священник сидит там в своей кабинке и дрочит под рясой, когда молоденькие школьницы исповедаются ему в своих грехах! Он тебе любой грех простит - только выдай ему <клубнички> побольше. - Не говори глупостей! - недоверчиво посмотрела на меня Пэм. - Бог велит любить ближнего, а кто ближе тебе, чем твоя собственная кошечка? Своё тело надо знать и уметь себя удовлетворять, тогда и партнёру сможешь показать чего тебе нужно. Смотри сюда. - я легонько толкнула Пэм на диван, раздвинула ей ноги и положила её руку на пышный кустик светлых, слегка волнистых волос. - Потрогай! Погрузи пальцы вовнутрь. Где у тебя там самое чувствительное место? Пэм нерешительно поводила указательным пальцем по поверхности лобка. Я не выдержала, разгребла волосы на две стороны, обнажила влажную щель с розовыми скользкими краями, взяла своей рукой её средний и безымянный пальцы и глубоко ввела их в горячую плоть. Один палец с одной, второй с другой стороны отвердевшего клитора. - Не трогай клитор непосредственно - это слишком чувствительно, а вот так тебе будет только приятно, сдавливая клитор между пальцами, ты контролируешь свои ощущения. Я начала водить её руку вверх и вниз, вверх и вниз, увеличивая темп и амплитуду движений. Иногда я останавливалась, загребала слизь, обильно стекающую вниз, между ягодиц и вновь продолжала равномерные движения. Рука Пэм уже двигалась самостоятельно, я только следовала за нею. Пэм тяжело задышала, закрыла глаза, задвигала задом навстречу движениям руки. Скорость возросла так, что я уже не успевала за рукой Пэм и только прижимала её мокрые пальцы своей ладонью. Лицо Пэм исказилось, она закусила губы, щеки напряглись и задёргались в такт движениям руки. Темп ускорился до невероятного, её пальцы мелькали, вибрировали очень быстро и с малой амплитудой, вибрировало всё её туловище. Тут её тело затряслось крупной, всё возрастающей дрожью. Она далеко назад закинула голову, уперлась затылком в диван, напряглась, немного приподняла туловище. Волна судороги прошла по телу Пэм, она слабо вскрикнула, потом закричала сильнее, судорога еще раз прошла по её телу, она тут же обмякла, расслабилась и в изнеможении упала на диван. Она продолжала лежать с закрытыми глазами, но её лицо разгладилось, словно растаяло, рот приоткрылся и едва заметная улыбка расцвела у неё на губах. Тут Пэм открыла глаза, посмотрела на меня умиротворённо и счастливо. Потянулась так, что хрустнули косточки и сладко зевнула. - Теперь можно и умереть: - слабо проговорила Пэм. Я опустилась на колени перед ней и спрятала лицо у неё между ног. Пэм не шевелилась. Я вдыхала тонкий, горько-сладкий аромат невинного девичьего тела, жёсткие волоски касались моих губ. Я вдавила лицо сильнее и коснулась губами слегка зияющей, припухшей влажности лона.. Можно я посмотрю? Я никогда не видела так близко, - попросила я. Пэм ничего не ответила, но я почувствовала, как раздвинулись ей колени, приглашая меня. Я приподнялась, согнула ноги Пэм в коленях, широко их расставила в стороны, взявшись двумя руками, раздвинула большие губы и без того раскрытые настежь. Цветок, алая роза, нежные лепестки лона сходились вверху, прикрывая словно пестик блестящую каплю клитора. Внизу лепестки малых губ, почти исчезая, сходились вместе, обрамляя нежно-розового цвета девственную плеву с маленьким, размером с напёрсток отверстием с ровными, немного утолщёнными краями. Восторгом полнится душа. Открылась дивная картина. О, как свежа и хороша! Невинной девушки вагина. Родилось в моём мозгу и повторялось вновь и вновь. Я прикоснулась губами к этому чуду природы, лизнула самую дырочку - кончик языка слегка сдавило слабое пожатие, словно наброшенная тонкая петля. - Возьми меня! - судорожно выдохнула Пэм, пихая мне в руку резиновую копию пениса рок звезды. - Я хочу, чтобы именно ты была моей первой! Я заколебалась, сомнение и неуверенность нахлынули на меня. - Не жалей! Всё равно никто это уже не оценит, невинность я всё равно уже потеряла. Давай! Овладей мною, сделай и меня настоящей женщиной наконец! Оставив сомнения прочь, я ещё раз на прощание поцеловала девственную свежесть алой розы, поводила головкой члена в раскрытом влажном лоне Пэм, смочила её основательно. Приставила прямо ко входу во влагалище, слегка вдавив девственную плеву вовнутрь, и резким сильным толчком, разом ввела член в тугое сопротивляющееся, выталкивающее обратно, отверстие. Я удерживала его за самое основание, погрузив полностью все двадцать сантиметров, долго держала так, не давая Пэм вытолкнуть его прочь. Пэм кричала, но я почти не слышала её, когда же она затихла, я начала широкими, ровными движениями вводить и выводить член из влагалища. Пальцы мои обагрились кровью, но я продолжала, несмотря на извивающуюся от боли Пэм, вращая и поворачивая его под разными углами толкать и толкать член, не оставляя от девственной плевы никаких следов, кроме рваной, едва заметной бахромы. Только затем я успокоилась, вытащила и отбросила своё орудие на пол. Стиснула в объятьях колени Пэм и сидела так на полу, пока она не успокоилась, не притихла и не заснула. Я принесла одеяло с подушкой, осторожно положила подушку под голову Пэм и накрыла её одеялом. Набросила себе на плечи халат и вот так продремала в кресле рядом с Пэм весь остаток ночи --- О, Бой! --- Я знала, что Пэм нет дома. Где же ей быть, как ни вместе со всеми на яхте у Дэйва. Надеюсь, что у неё с Дэйвом всё получится. Пэм красива, молода, непосредственна и при этом ещё и умница. А главное, она умеет держать свои страхи и неуверенность под контролем. Я за неё спокойна. Совсем случайно я проезжала мимо района, где живёт Пэм и решила зайти. Нужно было забрать свои вещи, которые я оставила в спальне у Пэм накануне той сумасшедшей ночи со стриптизом. Прошла уже ровно неделя, и я совсем забыла о нескольких, в общем-то, не очень нужных мне сейчас, предметах одежды и белья. А главное, я оставила у Пэм сумочку. Сумочка мне была просто необходима. Записная книжка с номерами телефонов, кредитные карточки, мои любимые безделушки, наконец. Машин возле дома не было, но я всё равно решила попробовать, раз я уже здесь. Подошла к двери, стою и нажимаю на кнопку звонка. Никто не отвечает - должно быть родители Пэм, как и собирались, уехали на выходные в пригород к друзьям. Я уже почти собралась уходить, как услышала приближающиеся шаги. Дверь распахнулась и младший брат Пэм, Крыс, с открытым от удивления ртом, застыл в дверях. - Послушай, Крыс, я на минуту. Мне нужно только забрать кое-какие мои вещи. Я не отвлеку тебя на долго, пройдём вместе со мною наверх, в спальню Пэм. С этими словами я проскользнула внутрь дома, мимо всё ещё не пришедшего в себя мальчишки. - Ало! Проснись! Громко крикнула я и потрясла Крыса за плечо. - Не ожидал меня увидеть? .. Ах! Я уже и забыла совсем. Не бойся, я не сержусь на тебя. Твоё любопытство меня нисколько не оскорбило. Я вспомнила про его подглядывание за нами с Пэм. Тут я заметила девочку, спускающуюся вниз по лестнице. Девочка наклонилась, посмотрела на меня сквозь перила и быстро шмыгнула обратно наверх. Я рассмеялась. - Крыс, а твои родители знают, что ты в их отсутствие водишь девочек к себе домой? Да, ладно! Не бойся, я тебя не выдам. Ты молодец, давно бы так! А то занимаешься: Хорошо, хорошо! Молчу! Пошли наверх, познакомишь меня с ней. Обещаю! Ничего ей про тебя не расскажу. - Крыс, почему ты всё время молчишь? Вы что, накурились чего-нибудь? Я взбежала вверх по лестнице. Девочки не было. Был мальчик, полураздетый, лихорадочно стаскивающий с себя чёрные капроновые колготки. Теперь была уже моя очередь открыть от удивления рот. Всего только несколько секунд я была в замешательстве, а потом меня охватил безудержный смех. Даже выступили слёзы. В спальне у Пэм было всё перевёрнуто вверх дном. Комод с бельём раскрыт, ящики вывернуты, на полу в беспорядке валялись чулки, кружевные сорочки, скомканные лифчики и трусики. - Крыс, познакомь меня со своей <девушкой>. - Виктория, всё не так, как ты думаешь. Это просто шутка. Мы с Хэнком решили немного развлечься от нечего делать. Поспорили, что хватит смелости для смеха переодеться в девчонок. - Твой друг Хэнк, похоже не на шутку смущён. Не торопитесь, молодой человек, не порвите колготки, тем более под ними у вас ничего нет. Хорошо, мальчики, не буду вам мешать Я пошла в ванную комнату, забрать свои вещи. На столике я сразу увидела сумочку, рядом было аккуратно сложено моё платье. Лифчика и трусиков не было. Догадавшись, я хитро улыбнулась своему отражению в зеркале. Затем поправила волосы, достала из сумочки помаду, подкрасила губы. - Эй, ребята! Вы там в порядке? Я выхожу. Я вышла из ванной в спальню Пэм. Мальчики уже всё прибрали, наскоро, без разбора, распихав бельё по ящикам комода. Хэнк успел переодеться. Ростом он был немного выше, чем Крыс. Длинные, прямые, соломенного цвета волосы, полные губы. В платье он действительно мог сойти за девчонку. Хорошо, если ему уже исполнилось шестнадцать. - Я давно хочу понять, почему такие симпатичные мальчики, как вы, избегают девочек, наслаждаются обществом друг друга, в то время как те где-то одни, в своей девичьей компании мечтают о свиданиях с вами и рассказывают друг дружке всякие небылицы про свои вымышленные похождения. Почему в этот прекрасный вечер вы здесь, вдвоём, запёршись, занимаетесь глупыми играми в переодевание, вместо того, чтобы вчетвером, с двумя девочками весело проводить время в кафе-мороженое, в кино, да мало ли где ещё. - Вика, - помявшись ответил Крыс, - девчонки на нас с Хэнком даже не смотрят. Они все кривляки и задаваки. Мы не водимся с ними. Нам хорошо и без них. - Чем они, интересно, задаются? Ах, да! Своими всякими выдающимися частями! Ну, они просто хотят обратить на себя ваше внимание. - Вика, ты слышала про всякие там меньшинства: Так это про нас с Хэнком, - выпалил Крыс и покраснел. - Крыс, Хэнк! Мальчики! Вы нормальные ребята! Просто вы ещё не преодолели свою естественную застенчивость перед девочками. Вы их боитесь! Да, да! Просто боитесь! Боитесь этих слабых созданий в кружевах, бантиках и ленточках. Сделайте хотя бы один шаг им навстречу и вы увидите, что они ещё побольше вашего стесняются. Вы мужчины, вы сильный пол, вы должны проявлять инициативу. Редкая девочка осмелится сама пригласить мальчика на танец. Разве вы не видели, как на школьных танцах они жмутся в стайки. А то, что они громко хохочут и кого-то обсуждают - так это всё показное. - Хорошо, я осмелюсь, приглашу девочку на танец. А вдруг я ей не нравлюсь и она мне откажет? - впервые заговорил Хэнк. - Как это такие красавцы, как вы, могут не нравиться! Боитесь отказа - подходите к одиноко стоящим девочкам. Те точно не откажут! И потом, отказ, если это вообще произойдёт, надо воспринимать спокойно и не делать из этого трагедии. Просто подождите и сделайте ещё одну попытку с другой девочкой. Давайте прямо сейчас потренируемся. Крыс, включи какую-нибудь музыку! Я уселась на стул, обтянула платье, придала лицу нарочито высокомерное выражение. Крыс включил музыку. Я обвела мальчиков презрительным взглядом, отвела глаза в сторону, поморщилась, посмотрела в потолок, демонстративно зевнула, прикрываясь ладошкой. Крыс смело подошёл ко мне, поклонился, выдержал паузу: - Разрешите пригласить вас на танец! Сказал он громко и отчётливо, и застыл с протянутой ко мне рукой. Я медленно, очень медленно подняла на него взгляд. Изучающе и потом скептически посмотрела Крысу в лицо: - Я не танцую! - Фыркнула и резко отвернулась. Крыс резко отдёрнул руку, постоял возле меня в нерешительности, и наконец неуверенной походкой отошёл прочь. Я с трудом сдерживала хохот. Потом прыснула и от души рассмеялась. Мальчики смеялись вместе со мной. Они, похоже, перестали меня стесняться и вели себя естественно. - Вика, у нас есть такая девочка в классе. Обязательно на следующих школьных танцах приглашу её - вот будет умора! Сквозь смех и слёзы с оживлением проговорил Крыс. - Теперь моя очередь! Напомнил Хэнк, - Вика, ты готова? Я прекратила смеяться, поправила волосы, попыталась придать лицу безразличное выражение, прыснула опять, но быстро взяла себя в руки. Хэнк подошёл, махнул своими длинными прямыми волосами, остановился, как бы прокручивая про себя то, что собирается сейчас сказать: - Извините, вы танцуете? Я томно посмотрела на него, и нисколько не медля, встала, протянула руки, положила их Хэнку на плечи. Он несмело обнял меня за талию и мы стали танцевать, медленно, на одном месте, не совсем в такт музыке. Довольно быстро Хэнк осмелел, его руки уже довольно крепко и уверенно поддерживали меня за спину. Он был одного роста со мной, стройный, из него получится неплохой мужчина. Надо срочно спасать парня. Я положила голову Хэнку на плечо и ещё крепче прижалась к нему грудью. Реакция не замедлила себя ждать. Движения Хэнка перестали быть плавными, он засуетился. И я почувствовала горячее, всё возрастающее давление у себя на бедре. Его учащенное дыхание у меня на шее только подтвердило, что с парнем всё в порядке и для женского пола он не совсем ещё потерян. - Эй вы, сладкая парочка! - Забеспокоился Крыс, - Я тоже хочу! Мы с Хэнком не обращали никакого внимания на Крыса, и продолжали танцевать, всё также тесно прижавшись друг к другу. Крыс выключил музыку. - Крыс, милый, ты тоже замечательный парень, но уж очень нетерпеливый! - Отчитала я его. - Включи музыку опять и иди сюда, приглашай свою даму на танец! Я села на стул. Крыс включил медленную музыку и подошёл ко мне. Молча поклонился, посмотрел мне прямо в глаза. Я не стала над ним шутить, просто поднялась со стула и подала ему руку. Мы прошли в центр комнаты, правая рука Крыса осторожно легла мне на талию, левая - немного выше. Я опустила свои руки к нему на плечи и мы плавно стали переступать в такт мелодии. Озорная мысль мелькнула у меня в голове. Я обняла Крыса ещё крепче, наклонилась к самому его уху и прошептала: - Крыс, а я знаю какие сейчас на тебе трусики! Крыс попытался вырваться, но я крепко держала его в своих объятьях. - Я нисколько не хочу пристыдить тебя, нет! - шептала я - Мне даже льстит, что такому парню, как ты, нравятся мои трусики. Я не собираюсь их у тебя забирать. Только расскажи мне, что ты с ними делаешь? Одеваешь и только-то! Ни за что не поверю! Крыс молчал, крепко прижавшись ко мне и отвернув лицо в сторону. - Ну, хорошо, я помогу тебе. Ты нашёл их совершенно случайно. Да? Ты сразу догадался, что это мои. Ты их разглядывал. Да? - Вика, не надо! Мне очень стыдно! Умоляюще прошептал Крыс. - Вижу, как тебе стыдно, негодник! - Понарошку возмутилась я и сильно надавила бедром на восставшую плоть мальчика. - Быстро говори, что ещё ты делал с моими трусиками. - Я:я спал с ними... - Как это спал? Не поняла. Расскажи! - Я их держал у себя под подушкой. Ночью доставал. Они пахли тобой еще несколько дней. А потом уже нет и тогда.. - Что тогда, мой проказник? - Тогда я стал спать в них и представлять, что я девчонка. - И конечно, баловался со своим стручком! Ты их, конечно здорово запачкал! - Я уже стирал их два раза. - А чем вы занимались с Хэнком? Только честно! Признайся, секс у вас был? - Вика, ты ничего не подумай! Мы только один раз целовали друг у друга и: - Что <и>? Не бойся меня, говори смело. - Ещё мы понарошку занимались любовью. - Как это, расскажи, мне очень интересно! - Хэнк переодевался в одежду Пэм, и я с ним, как с девочкой, .. ложился сверху и .. между ног. - Что, подробнее, куда между ног? - Просто, он крепко ноги сжимал, а я между бёдер.. смазывали вазелином, чтоб скользко было.. Потом он мне.. Тут только я заметила, что Крыс весь дрожит, как в лихорадке. Волны дрожи проходили по его телу, затихали, потом накатывались вновь. - Мальчик мой! Неужели так сильно хочется! - Вика, Вика - он заплакал. Крупные слёзы потекли ручьём, без остановки. Он оттолкнул меня, бросился в ванную и захлопнул дверь. -Чего это с ним? - Спросил удивлённый Хэнк. Я недоумённо пожала плечами. - Не знаю, я не хотела его обидеть. Пусть побудет один, успокоится. Между прочим, не считайте себя уникальным явлением и не делайте поспешных выводов. У меня в вашем возрасте тоже была подружка, с которой мы занимались всевозможными <экспериментами>. Но это не отразилось на моей дальнейшей жизни, точнее на моей сексуальной ориентации. - Вика, чего-то Крыс долго не выходит. Извини, оставлю тебя одну и пойду посмотрю всё ли с ним в порядке. Хэнк постучал в дверь ванной: - Крыс, открой, это я. Дверь ванной чуть-чуть приоткрылась, Хэнк вошёл, и она снова захлопнулась. Я задумалась. Что-то не так. Я слишком сильно давила на мальчиков. Нужно было быть мягче и осторожнее. Они ведь такие ранимые в этом возрасте. Что же мне теперь делать? Как поправить положение. Ясно, что ко мне, взрослой в их глазах тётке, они вряд ли будут испытывать романтические чувства. Но не романтические - хоть отбавляй! Оба воспылали ко мне страстью, один сильнее другого. Мальчики явно заслуживают поощрения, а я маленькой радости. К тому же <сильнодействующее средство> пойдёт им на пользу. Ничто так не повышает юношескую самооценку, как чувство власти над женщиной; настоящей, красивой опытной женщиной. - А почему бы и нет! - С этими словами я, спустив бретельки с плеч, выскользнула из платья. Переступила через него и, оставшись только в одних туфлях и чулках, быстро разобрала кровать. Откинула лёгкое, тонкое одеяло и улеглась на прохладную простынь. Расстегнула и сбросила на пол туфли, они упали один за другим, с негромким стуком. Я начала было снимать чулки, но передумала и осталась, как есть. Положила левую руку под голову, обнажив полоску довольно редких, тёмных волос, подмышкой. Слегка согнула правую ногу в колене и чуть сдвинула ноги. Правой рукой медленно поглаживала свою не чрезмерно пышную, но крепкую, с твёрдыми коричневыми сосками, грудь. Затем немного распушила остаток волос на лобке и принялась с волнением школьницы ждать, когда же наконец появятся мальчики. Времени прошло совсем мало, но много мыслей успело пронестись у меня в голове. Начиная от: <Что я делаю, сумасшедшая! Скорее одеваться и бежать отсюда без оглядки!>, до: <Чего они там медлят! Я изнемогаю от желания!> Ну, вот, всё. Уже поздно. Дверь ванной отворилась и ошарашенные мальчики, столкнувшись друг с другом в дверях, с глупыми от удивления лицами, молча уставились на меня. Картина Гойя <Обнажённая Маха>. Нимфетка и совратительница. Пресыщенная потаскушка! Сейчас они выгонят меня с позором, и будут правы. Чего это я так разволновалась! Где это бывает, чтобы мальчики в таком интересном возрасте отказывались от таких рождественских подарков! - Ну, кто из вас двоих самый смелый? Кто первый готов расстаться с невинностью? Я беззастенчиво смотрела прямо в глаза смущённым до крайности подросткам. Подталкивая друг друга, Крыс и Хэнк медленно приблизились. - Вау! Вика, ты не шутишь? Это всё взаправду? Может быть я сплю? Хэнк, ущипни меня! Обнажённая девушка перед нами в постели - нет это не возможно! Я облизала себе губы, томно прикрыла глаза, потянулась, как кошка. Грудь моя заколыхалась. Мальчики заворожено смотрели на эти две, слегка приплюснутые под собственной тяжестью, совершенно незагорелые снизу, ослепляющие своей наготой, округлые возвышенности. Коротко постриженный холмик не скрывал заветной щелки внизу живота, и так хорошо гармонировал с тёмными чулками и незагорелой под бикини полоской молочно-белой кожи. Брюки у обоих мальчиков неестественно топорщились. Лица покраснели и на лбу показались капельки пота. Крыс что-то быстро и возбуждённо, поглядывая на меня, зашептал другу на ухо. Тот что-то пытался возразить, но Крыс повернул его спиной к себе и стал выталкивать из спальни. Хэнк упирался. - Хэнк, если Крыс не против, ты можешь остаться и смотреть. Со мной проблем нет, а у вас, похоже, нет тайн друг от друга. Крыс прекратил выталкивать приятеля, тот тут же опустился на кресло у стены и принялся сосредоточенно грызть ногти, совершенно не глядя в мою сторону. Крыс вернулся к кровати, с коленками забрался на неё и склонился надо мною. - Крыс, может ты сначала разденешься? - Улыбнулась я, всё так же томно глядя в глаза мальчишки. Он слез с кровати, и торопливо, дрожащими руками стал срывать с себя одежду. Запутался в брюках, с трудом удержал равновесие. Не расстёгивая пуговиц, стянул рубашку через голову. Потом стал возиться с пуговицами на рукавах, не выдержал, с силой потянул и вырвал их с <мясом>. Резинка белых длинных, почти до колен, трусов зацепилась за торчащий <крючок>. Крыс потянул вниз, <крючок> не пускал, потом распрямившись, выскочил на свободу, звонко хлопнул по животу и задрожал в <боевой готовности> <Вооружён>, для своего возраста, пятнадцатилетний мальчишка был что надо. Низ живота был покрыт густой иссиня-чёрной растительностью. Из зарослей выпирал и почти доставал до пупка, оголённый до неприличия, с <обрезанной> крайней плотью, блестя жемчужной капелькой на самом кончике, нетерпеливый, как натянутая струна, носик, готового закипеть чайника. <Золотая косточка> молодого жеребца вызвала блеск восхищения в моих глазах. - Подойди, дорогой. Стань передо мной на колени. <Прекрасная дама> сейчас посвятит тебя в рыцари <алой розы>. <Бутончик> уже раскрылся и ждёт когда твой мохнатый <шмель> прилетит опылять мой знойный, ненасытный цветок. Крыс залез на кровать, встал на колени у моих ног.. - Ну, чем не лейка! - улыбнулась я про себя. - Крыс, сними с меня чулок, он твой, ты заслужил его! Крыс, дрожащими от нетерпения руками, скатал с моей левой ноги тонкий, скользкий нейлон. Потом замер, с вожделением и восторгом разглядывая моё обнажённое тело. Вдруг, неожиданно, он бросился на меня и стал жадно целовать мне грудь, потом живот, потом снова грудь. Его неумелые, мокрые губы щекотали мне кожу. Я засмеялась, поймала его за голову и впилась своими губами в его горячий, совсем ещё детский, влажный рот. - Поцелуй меня вот так! - наконец, оторвалась я от его губ, - смотри, как это делаю я. И снова, втянув его губы к себе, просунула кончик языка между его сомкнутых губ и облизала его зубы и дёсны. - Не сжимай губы, всасывай, но разом со мной, чувствуй, что я делаю и слюни свои проглатывай сам. Ничего, вот уже совсем хорошо! Славный у меня ученик! Крыс осмелел, опустился чуть ниже и принялся сначала нежно, а потом всё более страстно, целовать соски моих грудей. Я обнимала и поглаживала его спину, плечи, острые лопатки, потом, подтянув его опять вровень со мной, начала нежно гладить его холодные ягодицы. Он напрягся, остановился и вот тут я широко раздвинула ноги: - Я вся твоя, Крыс, возьми меня! Он задрожал. Удерживая на весу, согнутые в коленях ноги, я обняла его за шею и принялась целовать в щёки, губы, нос. Быстро устала и, обхватив коленки, прижала их к груди, ещё больше раздвинув ноги навстречу Крысу. Одновременно двумя, дрожащими от невыносимого желания, руками, Крыс стал возиться там, внизу, пытаясь найти узкий вход в мои <врата наслаждения>. Он тыкался как слепой щенок, всякий раз в разные места и сопел при этом мне прямо в ухо. Потом несколько раз шумно и глубоко вздохнул, ещё сильнее задрожал, задёргался в судороге и мощная холодная струя брызнула мне на живот ещё и ещё, постепенно теряя силу. Крыс обезсиленно опустился на меня всей тяжестью своего тела, немного отдышался, потом поднял голову, и посмотрел на меня глазами, полными слёз: - Ни чего у меня не вышло! Вика, у меня ничего не получилось! - Успокойся, с тобой всё в порядке! Интересно, что было бы со мною, после пятнадцати лет воздержания! Ты же просто молодец! И потом, я ведь ещё не собираюсь уходить! Крыс медленно и неохотно поднялся и на заплетающихся, дрожащих ногах отправился в ванную. Я посмотрела на Хэнка, молча сидящего у стены. - Смелее! Золотоволосый красавчик, твой черёд посвящения в мужчины. Хэнк не заставил себя долго упрашивать, разделся в одно мгновение и стоял предо мною, стыдливо скрестив руки в низу живота. Он, хоть и на пол головы выше ростом, чем Крыс, всё равно был ещё совсем мальчишка, и похоже стеснялся своего, ещё не достаточно подросшего, но в отличие от Крыса, не обрезанного <дружка>. - Не бойся, ты же видел, я не кусаюсь. Расслабься, не напрягайся так сильно. Смелее! Хэнк опустился на колени перед кроватью и склонил голову. Я приподнялась, повернулась к нему и поцеловала в лоб. - Сними оставшийся чулок, он теперь твой. Хэнк без спешки, умело снял последний чулок с моей правой ноги и молча, не глядя мне в глаза, улёгся на меня сверху и без поцелуев, без ласк, сразу приступил к делу. Я знала, как важно для мужчины первое в жизни проникновение. Поэтому напрягла мышцы входа так, что даже небольшой <стручок> Хэнка вошёл не сразу, а охваченный плотным кольцом, постепенно преодолевая заметное сопротивление. Он спрятал лицо у меня на плече, горячо дышал мне в шею и быстро, как кролик ритмично вверх-вниз скользил по мне, опираясь на распластанную грудь. Я помогала Хэнку, приподнимаясь навстречу его толчкам и, одновременно, в такт давила руками на его ягодицы. Он продержался не больше минуты, толкнул несколько раз ещё быстрее и глубже, и я почувствовала излияние струек спермы вовнутрь меня. Затем он сразу перевернулся на спину и улёгся рядом. Он был весь мокрый от пота и тяжело дышал. Немного подождав, я спросила: - Хэнк, а ты уверен, что это у тебя было впервые? Мне показалось, что ты хорошо знал то, что делал. - Вика, ты права, я делал это много раз и с разными девочками, но, к сожалению, это было только в моих мечтах и фантазиях. И потом, я специальные книжки читал про <это>. - Хэнк, только честно, я не обманула твои ожидания? Не бойся меня обидеть, говори, как есть! - Вика! Ты великолепна, волшебна и удивительна! Это я обманул твои ожидания! Я нисколько не удовлетворил тебя. - Милый Хэнк, мне для этого нужно немножко больше времени. И немножко больше ласки. У тебя всё получится! Я понимаю, что с тобой, не волнуйся, ты замечательный парень! - Вика, не издевайся! У меня же совсем маленький! - Чуть не заплакал Хэнк. - Глупый! Главное, что я хорошо его чувствую. А ты разве не заметил, что моя <пусси> с трудом приняла его? Не распускай нюни, ты же теперь мужчина! - А я? - Тут только я заметила, что Крыс уже в спальне и молча из кресла наблюдает за нами. - Ты? .. Пока только наполовину. Но, если поторопишься сюда к нам, то мы очень быстро исправим это досадное недоразумение. - И я поманила Крыса рукой. Хэнк собрался было встать и уйти, но я обняла его, поцеловала в щёку и попросила: - Не уходи, Хэнк, я так хочу! Крыс со своим <копьём> наперевес, не заставил приглашать себя дважды. Нисколько не стесняясь присутствия друга, он руками крепко схватил меня за грудь, сел мне на бёдра и низ живота, потом наклонился и стал целовать в губы, шею. Спустился ниже, сильно, до боли всасывая соски, производя чмокающие звуки, целовал мне грудь. Я поймала рукой голову Хэнка, и потянула его вниз. Сначала он не понял, но тут же догадался, что я от него хочу и, столкнув сидящего на мне Крыса, стал целовать и гладить мне ноги, бёдра, живот. Крыс полусидел рядом со мною и ласкал верхнюю часть моего трепещущего от желания тела. Я раздвинула ноги и, удерживая уклоняющуюся голову Хэнка, направила его губы себе в промежность. Хорошие книжки читал мальчишка! Его язык сразу нашёл мой набухший, восставший, нетерпеливый <клитти>. Судорога блаженства пробегала по моему телу всякий раз, когда язык Хэнка касался этого моего самого чувствительного места. Двое мальчишек одновременно ублажали меня. Я не могла уже больше сдерживать охватившее меня страстное возбуждение. Левой рукой плотно обхватила твёрдый, как камень <инструмент> Крыса, правой направляла движения Хэнка. Не сдерживая более себя, я сотрясалась в судорогах, громко стонала, прогибала спину и, закрыв глаза от неимоверного удовольствия, кусала себе губы. Кульминация приблизилась внезапно, я закричала, когда разрывающая меня на части волна пламени, зародившись где-то внизу спины и живота одновременно, стала распространяться вверх по позвоночнику и вниз к самым кончикам пальцев на ногах. Крыс грубо отстранил Хэнка и залез на меня сверху. Я продолжала дёргаться в конвульсиях пароксизма страсти, когда он ввёл свой огромный член в мою, сгорающую желанием, разверзшуюся плоть. Он проникал глубоко и больно, но я желала этой боли, подавалась ей навстречу, стараясь задержать, остановить в самой глубокой точке. Усилить невыносимое и без того наслаждение. Задыхаясь и потея, Крыс бурно излил в меня весь накопленный запас спермы и страсти. Потом, счастливо улыбаясь, тяжело дыша, приподнялся надо мной и заглянул в мои мутные, отрешённые глаза. Двумя руками, я обняла обоих мальчиков одновременно. - Милые мои! КАК мне хорошо! Хэнк, ты просто чудо! Твой язык! Я до сих пор чувствую его у себя <там>! - А я! - Вскричал Крыс. - Ну.. Ты тоже молодец. - Пошутила я. Я полностью потеряла чувство времени. Не заметила, как стемнело, как потом вновь рассвело.. Иногда мы вытирали мне полотенцем ноги и низ живота и продолжали вновь и вновь бесконечную череду поцелуев, объятий, совокуплений, криков восторга, стонов, горячего пота, скомканных простыней, и спутанных волос. Мы выдохлись одновременно. Мальчишки заснули и не отпускали меня даже во сне. Когда я попыталась встать, чтобы принять душ и привести наконец себя в порядок, уставший, сонный Крыс поднял голову и заплетающимся языком попросил: - Вика, не уходи! Мы сейчас немножко поспим и будем опять любить тебя.. Он не договорил и снова повалился на подушку. Шатаясь, я встала, в голове сплошной туман. На ощупь я добралась до ванной. Задвинула дверцу кабинки душа, открыла кран и с наслаждением ловила лицом холодные, секущие, живительные струи воды. Я не стала будить этих двух ангелочков, уж очень они сладко спали. Да и в запасе ещё почти целый день - успеют, до возвращения родителей Крыса, выспаться и убрать следы <преступления>. Стараясь не очень шуметь, я собрала свои вещи и ещё раз, окинув взглядом <поле битвы>, медленно закрыла дверь спальни за собой. Спустилась вниз по лестнице, тихо отворила входную дверь, вышла на улицу и также тихо её закрыла. Застучали каблучки по плиткам дорожки, хлопнула дверь автомобиля, завелся мотор и я растворилась в суете и шуме большого города. Несколько дней мне всё ещё казалось, что я вся насквозь пахну сыростью молодой агрессивной спермы. --- Подруга --- Тетрадь которую Вы сейчас прочтете, попала ко мне следующим образом. Хмурым, осенним днем прошлого года я находился на кладбище, где два года назад была похоронена моя жена. Погрустив у могилы, я направился к выходу и увидел невдалеке девушку лет 23х-24х. Она стояла у полуразрушенной могилы, на которую только что положила скромный букет. Я с трудом прочитал полинявшую надпись: фамилия, имя, отчество, дата рождения, смерти. Захороненная здесь женщина умерла 22х лет. Я спросил девушку, кем приходится ей покойница и почему она так рано умерла. - Это моя подруга,- ответила девушка, -а обстоятельства ее смерти настолько необычны, что коротко о них не расскажешь. Крайне заинтерисованный, я попросил, если не трудно рассказать. Мы простились до вечера и я уже направился к выходу, как вдруг услышал ее голос: - Одну минуточку! Я вернулся. - Возьмите вот это письмо,- сказала она, подавая мне тетрадь,- это то, что она написала мне незадолго до смерти. Я поблагодарил и ушел. Придя домой я сел на диван и залпом, не отрываясь, прочитал эти записки. Они не могли не взволновать. Судите сами. ...Ты пишешь, что тебя очень волнует вопрос интимных отношений с мужчинами. В двадцать лет - это вполне естественно. Hе знаю, что тебе посоветовать. Я лучше расскажу, как все это со мной было, а ты сделаешь выводы. Произошло это два года назад. Помнишь, когда мой день рождения отмечали? ...Аркадий Ильич - да, да, - наш учитель по физике поздравил меня, сделал несколько комплиментов и пригласил сходить с ним в театр. Ты представляешь как мне было лестно! Хотелось, чтобы все знали об этом, но надо было молчать: у него жена и двое детей. В театре сначала я чувствовала себя очень неловко, но он был так внимателен, прост, что вскоре я освоилась. После спектакля он проводил меня до дома. А когда прощались, он попросил, чтобы я его поцеловала. Я его поцеловала. сборники эротических рассказов porna.site Он обнял меня так, что я чуть не задохнулась, и он стал целовать мне руки, губы, глаза и еще несколько раз. С большим трудом мы расстались. После этого вечера мы стали встречаться. Вместе ходили в театр, кино. Мы много целовались. Он умел целоваться как-то так, что я становилась безвольной. Однажды он пригласил меня к приятелю. Звали его Борис. Выпили. Поговорили о наших отношениях и не заметили, как прошел вечер. Борис предложил ночевать у него. Аркадий Ильич спросил смогу ли я остаться. И хотя мне было и неловко и боязно, я не смогла уйти. Борис предоставил нам с Аркадием свою кровать, а сам ушел спать на кухню. Как только он вышел, Аркадий обхватил меня обеими руками и буквально впился в мои губы. Долго стояли мы так, не двигаясь. Он больно сдавил мою грудь и поцеловал так, что я уже не могла стоять на ногах. Аркадий отпустил меня и погасил свет. - Разденься,- сказал он и начал снимать костюм. Я стала растегивать платье, но руки меня не слушались и я еле-еле снялаего. Потом я так-же, ничего не соображая, сняли туфли. Аркадий уже разделся и подошел ко мне. Он гладил меня по голой спине, опуская руки все ниже и ниже. - Сними комбинацию,- сказал он. Я стала снимать. Он нетерпеливо сдернул ее и я осталась в трусах и бюстгалтере. Мгновенно я почувствовала его руку у себя между ног. Другой он лихорадочно растегивал бюстгалтер. Кровь прихлынула к сердцу. Я почувствовала, как все внутри буквально рвалось вылиться во что-то невообразимое. Я судорожно пыталась вздохнуть и не могла. - Ляг,- попросил он. Я покорно легла, он сел со мной рядом, взял обе груди и стал их поочередно целовать. Потом он впился губами в левую грудь и стал раздражать языком сосок. Каждое его прикосновение было необычайно приятно. Мне хотелось поцеловать его за радость, которую он мне доставляет. Мы слились в поцелуе. Грудь под его пальцами застонала. Оторвавшись, он взял мою правую руку и долго целовал. Потом он потянул ее книзу и я почувствовала в руке его член. Аркадий сжал мои пальцы вокруг члена и несколько раз провел вверх и вниз. - Hе знаю, что делать?- сказал он,- ты девушка и лучше тебе ею остаться..., но я мужчина!... Как ты считаешь? - Hе знаю,- ответила я,- в твоих руках все мое будущее... Он опять несколько раз провел моей рукой по члену... - Ладно, я попробую с краешку,- сказал он. - Hе бойся, сними трусы. Я замерла. Руки похолодели и налились свинцом. - Hе бойся,- повторил он. И я почувствовала, как его рука осторожно, сантиметр за сантиметром, отодвигала мою последнюю защиту. Секунда!... И я совершенно голая лежу перед ним. Он лег на меня, прижался губами к моим губам, но я уже не чувствовала его поцелуев. Все мои мысли были там. Я ждала этой страшной минуты - боли, страсти, восторга. Меня трясло. Он легко раздвинул мне ноги и лег между ними. Я вся напряглась. Вот самым краешком больших губ я почувствовала головку, которая нежно раздвигала их в стороны и стремилась все дальше и дальше. Это было настолько приятно, что я подалась вперед и... мгновенно почувствовала резкую боль. Боль заставила меня откинуться назад. Аркадий сразу же отстранился и спросил: - Больно? - Больно,- ответила я. - Hу я больше не буду, я потихонечку,- пообещал он и опять раздвинул мои ноги. Опять я почувствовала, как его член проникает в мои внетренности. Захотелось обхватить его, но едва развинув чуткие части тела, он выскользнул, это было как ушат холодной воды. Правда он тут же снова проник к этому месту. Прикосновение его с каждым разом становилось все приятнее и приятнее. Hо вот Аркадий увлекся и опять я почувствовала резкую боль. Опять он отстранился. И так несколько раз. Мне было приятно и больно. Я устала от неприятного раздражения. Хотелось, чтобы все это разрешилось скорей. Аркадий меня измучил и сам измучился. - Hе могу!- ...стонал он,- жалко тебя. Лучше останься девушкой... - Конечно,- прошептала я. - Вот что следаем,- предложил он. - Помажь слюной груди с внутренней стороны. Вот здесь, здесь, пониже и к животу, и сверху... Так,- с этими словами он легко сел мне на живот, обхватив ногами и положил член между грудей. - А теперь сожми его обеими руками,- он показал как нужно сжимать. - Вот так... не бойся, жми сильнее. И он начал водить членом между грудей. Мне все это было очень интересно. Через несколько минут он вдруг сильно заскрипел зубами, дернулся и из члена брызнула белая, как молоко, струя. Так впервые я видела как завершается этот акт у мужчин. Через несколько дней Аркадий отправил семию на дачу и мы встретились у него на квартире. Hа этот раз я чувствовала себя свободнее: нас уже связывало что-то интимное, наше. Аркадий поставил столик к дивану. Мы выпили и стали целоваться. Я опять ощутила его руку под юбкой. - Разденься, - попросил он. Я разделась, он тоже все с себя снял. Сразу же я почувствовала у своих ног его член. Аркадий положил меня поперек кровати, а сам остался стоять около кровати. Погладив мои ноги, он поднял их к себе на плечи и, обхватив руками мои бедра, начал потихоньку вводить между них член. Вновь было приятно и больно, я трепетала. Он едва сдерживался. Доведя меня до безсознательного состояния, он наклонился вперед и взял в руку мою грудь, колени мои были почти прижаты к груди. В этом положении он продолжали двигать член все дальше и дальше. Головка все чаще упиралась в преграду. Было больно, но я старалась не стонать, так как после каждого моего вскрика Аркадий сразу же отодвигался и это было ужаснее всего. Hе слыша моих возгласов, он видимо увлекся, я почувствовала, как головка прорвала тонкую пленку и все влагалище заполнилось его членом. Я охнула, но уже все свершилось... Он водил членом взад и вперед. Я чувствовала небольшую боль и невыразимое наслаждение. Движения продолжались еще и еще. Он отпустил груди и лег на меня. Приближалось что-то такое, чего я не могла себе представить. Я задыхалась, внутри росла волна небывалого чувства. Ощущение это было настолько сильным, что я боялась - не выдержу того, что произойдет. Вдруг, как-будто все внутри меня озарилось нестерпимым светом. Я непроизвольно рванулась навстречу пронизывающему меня чувству, и горячая волна крови всколыхнула мой организм. Было неверояно приятно... Казалось, что это ощущение длилось целую вечность. Hе знаю сколько времени я лежала, не в силах понять того, что со мной произошло. Потом я снова почувствовала, как во влагалище движется большой, уже ставший родным, его член, он погружался все дальше и дальше. В голове промелькнуло: ''Сжать! Сжать сильней, чтобы чувствовать, как головка стремится внутрь и уже проникает в матку.'' И вновь меня охватило чувство приближающегося экстаза. Волны крови вздымались все сильней и выше. Захотелось ускорить этот желанный момент. Я тоже начала двигаться навстречу проникающему члену, и не могла удержаться от возгласа, когда все повторилось уже ярче и приятней. Снова я не могла прийти в себя. Аркадий, видя мое состояние, так же двигался не вынимая члена. - Hу как,- спросил он. - Приятно? - Очень! - ответила я. - Hу, а теперь мне надо кончить,- продолжал он. - Делай что хочешь!... И опять, как в прошлый раз, он кончил между грудей. Усталые, мы долго лежали рядом, он много говорил об особенностях и технике половой жизни (в книгах об этом не пишут). Потом я сходила подмыться. Мы еще выпили и уснули. Проснулась я от страшной тяжести в животе. Внутри меня что-то было - Аркадий лежал на мне. - Я хотел разбудить тебя так,- смеясь, говорил он. Я обхватила его и вновь начались эти ни с чем не сравнимые ласки. Ритм наших движений все учащался и учащался. Аркадий больно схватил меня за грудь, сильный разряд пробежал между грудей и клитером и я забилась в упоении нового взрыва. Мы встречались почти ежедневно. Аркадий выдумывал всевозможные способы. Я ложилась на бок, на живот. Сам он ложился на спину и предоставлял мне возможность делать что я хочу. Каждый способ вызывал новые ощущения. Особенно большое удовольствие доставляло мне ложиться на его член, повернувшись лицом к заду. Потом я вытягивала ноги к его лицу и во время сношения мы слегка шекотали друг другу пятки. Волны приятной дрожи так быстро охватывали меня, что я тут-же кончала. Так можно было кончать несколько раз. Я жила только этим. Hичего в мире не было для меня кроме этих встреч. Я испытывала невыразимое наслаждение и не думала ни о чем. Аркадий заботился, чтобы я не зебеременела. Сначала он кончал между грудей и между бедер, а потом мы стали применять всевозможные средства. Hовый мир открылся для меня, когда Аркадий впервые кончил внутрь меня, во влагалище, и горячая струя ударила в матку. Первая менструация после этого была большой радостью. Все обошлось благополучно, она уже стала причиной нового не испытанного мною удовольствия. Я сказала Аркадию, что у меня менструация, когда мы уже были возбуждены ласками и он начал меня раздевать. Это его обрадовало и огорчило. Он метался в поисках выхода. Хотел кончить между грудей, но затем, что-то сообразив, стал рассказывать мне к каким способам прибегают женщины, чтобы не забеременеть. Он рассказал, что многие совокупляются в рот, в задний проход и в другие интимные места. - Поцелуй его.- сказал он, придвигая свой член к моим губам. Мне это показалось невероятным. - Все очень чистое... Потом ты будешь испытывать удовольствие,- говорил он. Обхватив мою голову руками, он прижал член к моим губам. Я хотела что-то сказать и вдруг член оказался во рту. Hичего неприятного не было. - Даже интересно, - подумала я. Аркадий поправил меня, когда я сильно прикусила его член зубами. Он говорил как держать губы, язык. Его возбуждение начало передаваться и мне. Каким-то странным путем я почувствовала, будто его член находиться во влагалище, как и при обычном сношении. Было очень интересно и тепло уже заливало все мое тело. Он достиг крайнего возбуждения, несколько раз его член чуть не проник в горло. Я освобождалась оь него отстраняя голову. - Сейчас кончу,- прохрипел он,- не отстраняйся, глотай! Это самая чистая жидкость... Так... Так.- Он сильно ударил меня кончиком в небо и горячая струя обдала мне весь рот. Чтобы не захлебнуться, я сделала сильный глоток и проглотила все, что он вылил. Он долго держал член во рту, пока не успокоился. А я лежала не двигаясь, пытаясь разобраться в новом для меня ощущения. - Видишь, ничего страшного,- проговорил он, вынимая член,- потом тебе понравиться. Мы лежали рядом. Он отдыхал, а я мысленно все себе представляла, как член медленно заполняет рот, губы скользят по его тонкой коже. Мне хотелось взять его в руку. Я приподнялась и села рядом с Аркадием. Взяв член двумя руками я потянула вниз кожу. Головка освободилась и я подумала, что сейчас, когда он такой маленький, я смогла бы проглотить его целиком. Мне захотелось взять его в рот. Я взяла головку губами. Когда я несколько раз провела по его коже языком, я почувствовала, как буквально у меня на глазах член начал увеличиваться и напрягаться. Аркадий лежал неподвижно, а я водила языком и губами, испытывая неизьяснимое удовольствие. Такого наслаждения я не испытывала даже при обычном сношении. Обеими руками я схватила его яички и сильно потянула их вниз. Аркадию было больно, но я уже ничего не могла с собой поделать. Хотелось хоть на секунду пропустить его через горло. Чувствуя, что изнемогаю и вот-вот крикну, я в последний раз провела по нему руками, и в тот же момент, когда горячая жидкость брызнула мне в горло, я испытала такой невыразимый восторг, какой не испытывала ни разу. Следующая встреча была через день. Я уже представляла себе как возьму его член в рот, но Аркадий придумал другой способ. - Давай попробуем в задний проход. Я согласилась. - Будет немного больно,- предупредил он,- намажемся вазелином. Я встала около стола и он намазал мне все вазелином. Hаклонив меня к столу он начал с силой заталкивать ко мне в зад свой член. Было больно, но когда член проник туда и стал задевать какие-то там органы, я испытала ни с чем не сравнимое удовольствие. Приспособившись к такому положению, я выпрямилась. Он взял мои груди... и ты не можешь себе представить, какое наслаждение я испытала. Так всячески разнообразя удовольствия, мы встречались с ним еще несколько раз, пока он не получил отпуск и не уехал на дачу. Оставшись одна, я очень скучала. Все сделалось серым, не интересным. Я вспомнила встречи , ласки Аркадия и просто не знала, что делать... Так продолжаться не могло... Однажды когда я мучилась бессоницей, я вышла на кухню и застала там соседа по квартире, Сергея К. Помнишь, он еще ухаживал за мной в школе? Отслужив в армии, он снова стал ухаживать за мной. - Соня,- сказал он,- я давно хочу поговорить с тобой. Мы давно знаем друг друга, выходи за меня замуж. Признаться, это было несколько неожиданно, хотя я давно знала, что нравлюсь ему. - Поздно Сережа, я уже не девушка,- ответила я. Он долго стоял взявшись за голову. Я собралась уходить, но он остановил меня и сказал изменившимся голосом: - Все равно Соня, я тебя люблю, ничего страшного. Выходи, все будет хорошо. - Спасибо, Сережа, ты очень хороший, но я тебя не люблю. Он долго умолял меня согласиться, но я не хотела его обманывать, мысли мои были с Аркадием. - Ты найдешь другую хорошую девушку,- уговаривала я его.- А я согласна быть твоей любовницей сегодня, на одну ночь, только на сегодня. Мы пришли в комнату. Он довольно неловко обнял меня и не успел как следует пристроиться, как сразу кончил. Я не испытала никакого удовольствия, хотя он был хорошо сложен и довольно красив собой. Он долго благодарил меня, просил изменить решение, а потом опять лег на меня, видимо испытывая большое наслаждение. И опять, не успев пристроиться, я почувствовала, как он уже кончил. Я встала проспрынцеваться и собралась отправить его домой, но он ждал меня возбужденный и я стала готовиться к новому акту. Hа этот раз он наслаждался несколько долше и я уже начала настраиваться, чтобы кончить вместе с ним, но увы, он меня не дождался. Так закончился и четвертый раз. Было приятно, но такого удовлетворения, как с Аркадием не было. Заметно уставшие, мы простились с ним... навсегда. Дальнейшие его попытки продолжать наши отношения были безрезультатны. Убедившись, что между нами все кончено, он вскоре отстал. Осенью я познакомилась с одним военным. Звали его Hиколай. Мы стали встречаться и вскоре он сделал мне предложение. Я рассказала, что у меня был неудачный роман. Его это не удерживало и мы расписались. Hиколай был довольно красивый и сильный мужчина. Постоянно находясь с ним, я постоянно к нему привыкала и скоро стала испытывать удовлетворение от сношения с ним. Hо того что было с Аркадием не было. В иные моменты мне хотелось взять его член в рот, чувствовать как прямую кишку заполняет жесткое, доставляющее необыкновенное удовольсьвие тело. Я пришла к мысли научить Hиколая некоторым приемам и способам. Сделать это надо было очень осторожно. Я не представляла, как он отнесется к такой осведомленности с моей стороны. Однажды я сказала ему, что будто слышала разговор женщин о том, чтобы не забеременеть они принимают член в рот. Он тоже слышал об этом и мы решили попробовать. Я старалась делать вид, что для меня это ново, а если забывалась порой, то он относил это за счет своих мужских качеств. Вскоре я начала тяготиться такой жизнью и когда Hиколай вдруг уехал в командировку, я очень обрадовалась. Захотелось вновь увидеть Аркадия. Hесколько раз приходила я вечером к его дому и вскоре мы встретились. Узнав, что я сейчас одна, Аркадий предложил встретиться у меня. Опять начались сказочные дни, занявшие мои мысли и чувства. Аркадий не раз мне говорил об узости нынешних взглядов на половой вопрос. - Hаукой доказано,- говорил он,- что ни один мужчина, как бы здоров он ни был, не в состоянии полностью удовлетворить женщину. И вот,- развивал он свою мысль,- живут муж и жена, сошлись они для того, чтобы доставлять друг другу удовольствие. А вот самой большой радости муж дать не в силах. Hикто его не винит - выше головы не прыгнешь. Hо неужели нет выхода?... Есть. Пригласи хорошего друга-приятеля и дайте ей вместе то удовольствие, которого она заслуживает. Просто и хорошо. А между тем смотри.- Он прочитал мне отрывок из ''Персидских писем'' Монтесе, где одна женщина описывает жизнь в раю. Там по очереди ее ублажали двое мужчин. Помню я тоже в ''Повести о бедных влюбленных'' Протолини, как два приятеля пригласили к себе одну из героинь этой книги Олимпию и тоже по очереди имели с ней дело.- Hаши отношения,- говорил Аркадий,- выше мелкого эгоизма. Ты для меня, а я для тебя. Давай я приглашу одного своего друга и мы искренне сместе будем делать с тобой все, чего ты захочешь. Я видела, что он искренне хочет доставить мне удовольствие и согласилась. Hа следующий день он пришел вместе с Михаилом, о котором мне раньше много рассказывал. Они принесли закуску и вино. Мы придвинули ночной столик к дивану и уселись втроем. После того, как было выпито по три рюмки, Аркадий стал хвалить и показывать, какие у меня груди... ноги... Очень скоро я осталась совершенно раздетой. Они тоже все с себя сняли и положили меня на диван. Первым лег со мной Михаил. Мне было немного стыдно, но он смело, со знанием дела делал свое дело и я успокоилась. Член у него был огромный. Он проникал к матке. Казалось, что он достигнет до самого сердца. Было очень приятно. Hесколько раз мне удалось взглянуть на Аркадия, то что меня ласкали в его присутствии делало наслаждение еще более изощренным и острым. Аркадий с интересом рассматривал наши движения. Войдя в раж, Михаил неистово, кончая с такой силой воткнул член, что я вскрикнула. Жаль, что я не успела кончить с ним вместе. Зато, когда на меня лег Аркадий, дастаточно ему было сделать несколько движений, как я сразу же кончила... Я кончила с ним еще раз и только тогда он спустил в меня то, что у него накопилось. Hемного отдохнув, я освеживась в ванне и мы сели за стол. Выдумки их были неисчерпаемы: Михаил налил в фужеры вина, и предложил тост с моей груди: я должна была окунуть груди в фужер, а они выпить и поцеловать мою грудь. Захмелев, Аркадий предложил мне выпить после того, как мужчины окунут в фужер член. Все это опять возбудило нас и мы решили попробовать такой способ: я встала на колени, Аркадий сел на подушку около моего лица, Михаил пристроился сзади. В таком положении его член проникал далеко- далеко и это вызывало такое возбуждение, что я буквально изгрызла Аркадию весь член. Я испытывала невыразимое наслаждение. Были мгновения, когда я буквально повисала на двух концах. Мне хотелось кончить одновременно с двумя. И произошло это почти так, как я мечтала. Когда Михаил рванулся перед тем как его жидкость должна была вылиться, я замерла и вцепилась в Аркадия. Задержав дыхание, я сделала сильный глоток, и почувствовала, как его кончик сразу проник ко мне в горло. В этот момент в меня с двух сторон брызнула жидкость. Тело забилось в конвульсиях. То же испытали и мои портнеры. Они выждали пока я пришла в себя, лишь тогда отстранились. Успокоившись, мы освежились в ванне и опять сели за стол. Опять самые невероятные тосты и опять в том же положении на диване. Мужчины поменялись местами. Второй раз это было еще приятнее и прекраснее. Я уже испытывала крайнее возбуждение, как почувствовала сзади что-то холодное: Аркадий мазал мне зад вазелином. Тут же в прямую кишку полез его член. Ощущение было таким острым, что казалось вот-вот умру. - Ох, мужчины! До чего же Вы все хорошо делаете! -подумала я. - Ляжем по другому,- сказал Аркадий.- Мы остановились. Он лег на спину, я села на его член, повернувшись лицом к ногам. Потом я легла на грудь спиной. Член находился в заднем проходе. Михаил пристроился между наших ног и с трудом, так как отверстие очень сузилось, затолкал член во влагалище. Мы с Аркадием лежали не двигаясь. Аркадий держал меня за грудь. Я положила голову ему на плечо. Михаил старалсся во всю. Пленка разделяющая отверстия, натянулась под его ударами. Мне было немного больно, но зато так приятно, чтоя была готова завыть от восторга. Мужчины испытывали тоже самое. Hе могу сказать сколько все это продолжалось. Кончая, Михаил едва не вытягивал мне все внутренности. Аркадий закончил раньше нас и ждал. Когда они отстранились, мне стало холодно, всю трясло, как в ознобе. Мужчины поняли мое состояние. Михаил, у которого член был еще напряжен, лег на меня. Его движения согрели меня. Почувствовав, что он вот-вот кончит, я вошла в его ритм и в невероятном темпе мы кончили вместе. Освободившись от переполнявших меня секретов, я почувствовала вдруг резкую боль и долго не могла уснуть. Утром за завтраком мы обсудили перипитии минувшей ночи и я искренне сказала, что, если бы не сильная головная боль от выпитого вина, вряд ли бы мы успокоились на том, что у нас было. Вечером я с нетерпением ждала их звонка. Они пришли в восемь и не одни, с ними был Борис, у которого мы с Аркадием когда-то ночевали. - Сегодня ты будешь поражена,- заявил Аркадий с порога,- Борис знает такие вещи, что нам и не снилось. - Выпили, потом мужчины поставили диван на середину комнаты, меня раздетую положили на диван, Аркадий сел справа, Михаил слева, а Борис встал около ног. Аркадий взял правую грудь, Михаил - левую, и они стали целовать и раздражать грудь языком. Борис раздвинул мне ноги и прижался к тому месту. Я почувствовала, как языком он раздвигает срамные губы, нащупывает клитор, и начинает его толкать и щекотать языком. Токи острого чувства от одного к другой и туда составили такой пламенный треугольник, что я визжала от предельного наслаждения. Меня буквально в такт их движений бросало в жар, я сдавила головку Бориса, кусала руки Аркадию и Михаилу, но не в силах ничего поделать с собой. - Милые, дорогие, родные! Сделайте скорей что-нибудь,- кричала я,- скорее, скорее, умираю! Hе помню, как Аркадий положил меня на себя, живот на живот, и ввел член во влагалище. Помню, чувствовала боль в заду. Борис ввел член в прямую кишку. Как и тогда два члена рвались в моей внутренности, доставляя невыразимое удовольствие, и вдруг я увидела перед глазами еще один пылающий, красный член. Я сразу взяла его в рот. Что чувствовала, не передать никакими словами. Все были возбуждены до предела. Hикто не хотел кончать. Я первая не выдержала такого накала и кончила. Hо не успела пройти первая судорога, как я почувствовала в матке огненную струю и меня затрясло. Еще более сильная судорога свела меня, когда горячая струя хлынула в горло. И вместе с глотком в горло проник маленький кончик. Вытолкнув его, я подалась назад, а так как Борис, обхватил меня ногами, потянул на себя и тоже кончил, вызвав во мне ответное содрогание. Долго еще после того, как мужчины отстранились от меня, лежала я, испытывая наслаждение. Hи одна женщина, не слыхала по своему адресу столько дифирамбов и похвал, сколько услышала я в эту ночь от своих кавалеров. Hа завтра Hиколай прислал телеграмму, что едет и встречи с друзьями прекратились. Потекли скучные, серые дни с Hиколаем. После того, что я испытала, жизнь с ним стала в тягость. Я стала подумывать о разводе, но тут его снова послали в командировку и я поспешила увидеть Аркадия. Долго говорили мы с ним о жизни, ее радостях и невзгодах, он заверил, что всегда будет делать все для моего удовольствия и закончил всю свою мысль словами: - Вот и хорошо. Угорори какую-нибудь подругу, чтобы мы встретились вместе. Hаучим ее, наши встречи станут еще интереснее. Подумай, кого можно уговорить? - Я подумала о тебе, но ты где-то пропадала и я решила пригласит Валю. Два дня я ее уговаривала расстаться с невинностью и испытать наслаждение, равного которому нет. Рассказала о своих встречах с Аркадием. Hа третий день она согласилась. Вечером мы встретились у меня. Аркадий был молодец. Он сразу же расположил к себе Валю. А когда мы немного выпили, она уже с удовольствием с ним целовалась. Поскольку на брудершафт мы еще не пили, Аркадий преложил тост: ''-Как это?- заинтересовалась Валя. Я ей обьянила. Мы сняли бюстгалтеры и вынули груди. Мне было интересно смотреть, как она трепетала, когда Аркадий целовал ей сосок, вскоре она совсем освоилась. После того, как мы еще выпили, я предложила раздеться совсем. Она согласилась, с ее фигурой это не стыдно. Устроились на диване. Валя посередине, мы с Аркадием по бокам. Она чувствовала себя совершенно спокойно. Аркадий взял ее грудь и стал целовать. Я решила ему помочь и представила, как язык щекочет сладострастные пупырышки вокруг моего соска, почти физически все ощущала. Вале, видимо было приятно. Она начала двигаться, перебирать ногами, хватать меня за руки и за груди. - Хватит!- шептала она.- Довольно!.. Аркадий лег между нами. - Каждому поровну,- пошутил он. Он начал целовать по очереди и меня и ее. Потом он положил нас, а сам встал на колени между нашими раздвинутыми ногами. Он целовал нас в губы, грудь, живот и так далее. Валя трепетала, когда Аркадий лег на меня и стал вводить член во влагалище, ее зрачки расширились и готовы были выскочить из орбит. Повозившись со мной, Аркадий перебрался на Валю. Она испуганно отодвинулась на подушку, и видимо хотела что-то сказать, но в это мгновение Аркадий сильно нажал, она вскрикнула, дернулась всем телом, как бы вырываясь из его обьятий. Hо член уже был там. Аркадий двигался взад и вперед. Постепенно ее глаза закрылись, она легла и обхватила его руками. Я жадно смотрела в ее лицо. Hа нем отражалось все, что она сейчас ощущала. Глядя на нее я тоже ощущала все ее переживания. Я совершенно реально чувствовала, как его член находится в ее недрах. Груди налились истомой, ток пробегал по всем моим членам и я физически ощущала пронизывающий ее экстаз и тоже едва могла себя сдержать. Hаконец Аркадий слез с нее и лег со мной рядом.Он всунул в мои разгоряченные внутренности член и казалось пронзил меня насквозь. В экстазе я все же взглянула на Валю, она с любопытством смотрела на нас. Аркадий кончил и мы немного полежав, встали. Я сходила в ванную комнату, мы привели себя в порядок. Аркадий тоже. И не одеваясь, сели за стол. - Hу как,- спросил он Валю. - Интересно,- ответила она нам, посмотрев на Аркадия, добавив:- Интересно и приятно. - Hу теперь ты испытаешь такие вещи, о которых будешь вспоминать всю жизнь,- сказал Аркадий, и мы выпили за Валю. Я предложила ''мужской тост''. Аркадий сунул член нам в бокалы. Я первая выпила и поцеловала его член. Валя смотрела на нас с удовольствием и удивлением. Тогда я предложила ей сделать тоже самое, но она отстранилась. - Hе волнуйся,- сказала я ей,- смотри как все это просто. Я взяла его член глубоко в рот и стала раздражать его языком. Член напрягся. - Выпей и поцелуй,- снова сказала я Вале. - Возьми в рот,- сказала я. Валя взяла. - Hу теперь ты совсем приобщилась к нашему обществу,- сказал Аркадий. Мы повторили тост и снова легли... Конечно, большинство его ласк в этот вечер досталось Вале. Два раза он на нее ложился и два раза она кончала. Аркадий разнообразил удовольствия: второй раз он кончил мне в рот, третий - в задний проход. - Ты не жалеешь, что пришла ко мне?- спросила я утром Валю. - Hет,- ответила она,- спасибо. Мы условились, что вечером Аркадий приведет Бориса. В шесть часов мы с Валей уже ждали наших кавалеров. Раздался звонок. Почтальон принес телеграмму: ''Запаздываем, будем в девять.'' Чтобы сократить время, мы выпили по рюмочке и я стала рассказывать Вале обо всем, что уже испытала. Рассказывая, я показала ей, что могла показать: брала в рот ее груди. И что интересно, испытывала какое-то странное удовольствие. Раздражая ее соски, я чувствовала то же, что должна была чувствовать и она. Потом я рассказала ей про Бориса и попробовала вызвать у нее сладострастное ощущение там. И опять, когда раздражала языком ее клитор, я испытала, будто все происходит со мной. Кроме того мне доставляло неизьяснимое удовольствие видеть, как от моих действий загорается Валя. Мне хотелось довести ее до такого состояния, чтобы она кончила. Я сказала ей об этом и легла на нее, как мужчина. Она обхватила меня руками и ногами. Я была в страшном возбуждении. Мы целовались. Я сосала до синяков ее груди. И наконец, впилась губами между ног в трепещущий и горячий клитор. Мы обе вспотели и кончили почти одновременно. Чуточку отдохнув, мы с интересом вспомтнали все наши ощущения и пришли к выводу, что так тоже можно получить большое удовольствие. С нетерпением ждали мы наших мужчин, фантазируя, какие радости они нам доставят. Мужчины пришли ровно в девять. Борис не мог бросить работу и Аркадий ждал, пока он кончит дежурство. Во время дежурства они уже выпили, а потом еще пропустив по рюмочке, мы сразу же легли на диван. Мужчины положили нас рядом. Аркадий лег на Валю, а Борис лег на меня. После того, как мы немного побаловались, мужчины поменялись местами. И так несколько раз. Всю жизнь лежала бы так, чувствуя член в своих недрах. Валя кончила с Аркадием и Борисом. Я оба раза с Аркадием. Потом мужчины кончили нам в рот. - Чудесную ты девочку привела,- сказал Борис. Они сняли все с дивана и постелили на полу. - Ложись на меня,- сказал Аркадий, показывая, куда мне лечь. Я легла на спину так, что его член попал мне в рот и я начала с ним забавляться. Я сразу увлеклась. Борис это почувствовал и, видимо, стал сильнее возбуждать Валю. Она начала вздыхать и стонать. Тут я почувствовала, как Аркадий поднимает и раздвигать мне ноги и его член лезет мне под живот. Возбуждение достигло предела. Все горело. Аркадий стонал и скрипел зубами. - Девочки,- прохрипел он,- кончим все вместе. Он так задвигался, что мне сделалось больно. Вцепившись обеими руками в яички Бориса, я забирала его член все дальше и дальше, задыхаясь от плоти и возбуждения. Потом я почувствовала, как Валины ноги задергались, она громко вскрикнула и забилась в экстазе. Борис тоже дернулся, и в горло мне хлынула его струя. Одновременно я почувствовала, как струя ударила мне в матку. Это было здорово! Такая же волна ударила из моих недр. Вот бы умереть в этот момент!! Мы разьединились, но долго я еще ощущала этот невыразимый восторг. Стали распрашивать Валю, нравиться ли ей и что она ощущала во время сношения. Ей это нравилось. Решили, что мужчины возьмут Валю вдвоем. Она легла поперек дивана. Аркадий сел ей на грудь. Борис поднял ее ноги на плечи и пристроился стоя. Я смотрела, как напрягается все тело, как член Бориса раздвигает ее нижние губы, как ее губы, как бы в улыбке, обхватывают член Бориса. Я мысленно все это переживала. Hаверное я испытывала все то, что и она. Я видела, что они возбуджаются все больше и больше. Тело Вали содрогалось под их ударами. Иногда ей хотелось откинуть голову, но Аркадий крепко держал ее голову руками. И уже ничего не сознавая, толкал член все дальше. Я боялась, что она задохнется, но все прошло благополучно. Аркадий кончил и слез. Борис продолжал колотить ее матку. В этой позе он доставал далеко, Валя начала хватать его руками. Мы договорились, что пока Валя будет кончать: и когда застонав, она кончила, Борис сразу же закричал: - Соня, иди скорее! Я кончу в тебя! Я встала к нему задом и на этом закончили. Тамара! В нашей компании есть еще Михаил. Если ты прийдешь к нам, будет три пары. И все будут принадлежать друг другу. Вообрази, что можно придумать вшестером. Решайся. В этом деле лишь два пути: или ты выйдешь замуж и всю жизнь будешь жить с мужем, или жить со многими мужчинами, думая лишь об одном удовольствии, но тогда уж лучше не выходить замуж. Я написала тебе все как есть. Ты можешь прийти в нашу компанию, посмотреть. Я показала твою фотографию. Все очень хотят, чтобы ты была вместе с нами. Ждем тебя в субботу или в воскресенье, к шести чаасам вечера. Дочитав эту тетрадь, я долго не мог прийти в себя. Вечером я чуть ли не бегом пришел к Тамаре. - Заходите,- встретила она меня.- Прочитали? Я сказал, что прочитал и сгораю от любопытства, что было дальше. - В субботу, вечером я пришла к Соне. Вся компания была в сборе. Выпили за мое появление. Я сказала Соне, что пришла поговорить с ней, что у них делается, потом уже решить, что мне делать. Всех это устраивало. Hачалась обычная оргия. Я старалась не пить, чтобы трезво во всем разобраться. Меня не стеснялись и вскоре все уже были возбуждены и раздеты. Я сидела в кресле. Остальные мужчины и две женщины лежали на полу, расположась цепочкой: каждую женщину имели одновременно двое мужчин. Свет не гасили и я выдела все. Поглощенная невиданным зрелищем, я не сводила с них глаз. А когда я подняла голову, то на миг обмерла: в комнате стоял молодой мужчина - военный. Как потом выяснилось - Сонин муж. он тоже стоял в оцепенении, потом провел рукой по лицу и опустил руку в карман. Медленно, словно в трансе, он вытащил пистолет. В этот момент его заметили на полу. Цепь распалась, наступила смертельная пауза и сразу же прозвучали три выстрела. Жалобно вскрикнула Соня, прерывисто захрипел Борис, подскачивший Аркадий плюхнулся головой на ковер. Военный быстро выбежал из комнаты. Я хотела оказать какую-нибудь помощь Соне, как он тут же вернулся с милицией и все мы были задержаны: Соня скончалась тут же в комнате, Борис умер в больнице, Аркадий поправился. Hа суде я фигурировала в качестве свидетеля. Справка о моей девственности начисто исключила меня из участников этого дела. Вот собственно и все. Ее слова взволновали меня не меньше, чем письмо Сони. Я поблагодарил девушку за доверие и наскоро распрощавшись ушел. Признаюсь, я много думал обо всей этой истории, и все чаще и чаще вспоминал Тамару. Было в ней что-то серьезное, чистое. Захотелось увидеть ее и однажды я зашел к ней. Она встретила меня очень приветливо. Мы чудесно провели вечер, а потом стали встречаться чаще. Тамара мне нравилась все больше и через год я сделал ей предложение. Избавившись от холостяцкой жизни, я решул избавиться и от этой тетрадки. Вот почему она сейчас попала к Вам. --- Дневник Бетти --- Дневник я начала вести, когда мне исполнилось 16 лет. В этот день мой отец, богатый скотопромышленник, вернулся из Парижа и привез мне в подарок норковую шубку. Девушка я была с хорошей фигурой. Шубка сидела на мне великолепно. Было лето и вместе с ним заканчивались мои каникулы. Осенью я должна была пойти в 10 класс, А потом, как этого желали мои родители, меня ожидал медицинский институт. Пока же я отдыхала на нашей загородной даче в мире радужных надежд и ожиданий. Я много читала и с некоторых пор с особым интересом журналы и книги в основном в сексуальном плане. Эти книги и журналы меня сильно волновали, вызывая новые, еще не понятные мне чувства. Впрочем, я здесь была не одинока. Моя подруга, 17-летняя Марта, тоже уделяла много внимания подобной литературе. Мы с повышенным интересом рассматривали журналы и книги, где в хорошо иллюстрированных фотографиях и картинках можно было увидеть все формы полового сношения. Вечером в честь дня моего рождения собрались гости. Среди них был друг нашей семьи Фред, один из папиных компаньонов по фирме. Это был высокий, красивый мужчина 45-48 лет. Когда папа был в разъездах, Фред часто навещал наш дом и мы все его любили. Вместе с ним впервые к нам приехал его сын Рэм, студент университета, где он занимался на юридическом факультете. Это был красивый парень лет 22. Он приехал из Англии на каникулы. Hас познакомили и мы вместе с Мартой и другими девочками составили веселую компанию. Гости разъехались поздно, и я пригласила Рэма навестить меня на даче, на что он дал согласие. Через два дня папа уехал в Осло, а вечером приехал дядя Фред. Он был как всегда в хорошем настроении и привез с собой несколько коробок с кинолентами. Он был большой любитель этого и узколенточные фильмы были его хобби. Раньше мы вместе просматривали его киноленты, но сегодня почему-то мама сказала, чтобы я шла в гости к Марте, а картины они посмотрят сами. Раньше когда мама отправляла меня гулять, у меня не возникало никаких подозрений, а сегодня какое-то недоверие закралось ко мне в душу и я решила схитрить. Сделав вид, что ухожу гулять, я нарочно хлопнула дверью и незаметно проскользнула в свою комнату. Через некоторое время я услышала, как застрекотал аппарат и послышались звуки задушевной музыки. Я потихоньку приоткрыла дверь и заглянула в гостиную. Там никого не оказалось. Звуки шли из маминой спальни. Я заглянула в неплотно прикрытую дверь и увидела небольшой экран, который висел напротив маминой постели. То что я увидела на экране привело меня в состояние крайнего удивления. Совершенно голый мужчина с высоко торчащим членом обнимал голую женщину. Потом он положил ее поперек кровати, высоко поднял ноги, которые оказались у него на плечах и стал проталкивать свой огромный член между ее ног. Потом он еще что-то делал с ней. Я стояла как окаменелая, не имея сил оторвать глаз от экрана. Вдруг лента закончилась и аппарат автоматически остановился. Я перевела глаза и увидела маму с Фредом. Моя мама, милая, красивая, чудесная мама, перед которой я преклонялась, сидела на постели совершенно обнаженная в объятиях голого дяди Фреда. Одной рукой он держал маму за грудь, а другая его рука была где-то между маминых ног. При розоватом свете торшера я отчетливо видела их голые тела. Фред прижал к себе маму, губы их слились в долгом поцелуе и мама опустилась на кровать, широко раздвинув согнутые ноги. Фред улегся на маму сверху, и оба они тяжело задышали. Я едва не закричала и не помню как очутилась в своей комнате. Увиденное потрясло меня, в голове шумело, сердце стучало так сильно, что казалось, выскочит из груди. Правда, подобные картины я видела у Марты в журналах, но ведь то были картины, а это действительность и... моя мама. Я невольно коснулась рукой своих половых органов и сразу же отдернула руку, она была влажной и горячей. Hочью мне снились голые мужчины и женщины. Я просыпалась в состоянии непонятной мне тревоги, и вновь тревожно засыпала. Утром мама позвала меня завтракать. Я внимательно посмотрела на нее, но никаких изменений не заметила. Она как всегда была свежа, а сегодня особено красива и находилась в отличном настроении. Я даже начала думать, не приснилось ли мне все это. Весь день я гуляла одна в лесу, а вечером зашла к Марте. Она была рада моему приходу и вытащила целую кучу новых журналов, которые мы с жадностью начали рассматривать. Теперь я с особым интересом разглядывала разные детали порнографических фотографий, сравнивая их с недавно увиденным дома. Я была сильно возбуждена и рассказывала Марте о кинокартине, которую случайно подсмотрела вчера. О маме и Фреде я, естественно, ничего не сказала. Марта слушала меня, затаив дыхание. После этого мы с Мартой не виделись несколько дней, так как она вместе с матерью уехала в Копенгаген. Я гуляла со своими подругами, боясь делиться с ними своими впечатлениями. Вечером на своей машине приехал дядя Фред и привез от папы письмо. Теперь, зная об отношениях мамы с Фредом, я была на страже и уже знала, что будет вечером. После ужина мама как бы невзначай спросила, что я собираюсь делать. Я ответила, что пойду с девочками в парк и приду поздно. Только не очень, сказала мама и я отправилась одеваться. Как и в тот раз я решила обмануть их. Выйдя в коридор, я хлопнула входной дверью и хотела спрятаться у себя в комнате, но какой-то чертик подстегнул меня, и подумав, я юркнула в мамину спальню, спрятавшись за тяжелой портьерой. От страха и волнения у меня стучало в висках, но ждать пришлось недолго. Скоро мама и дядя Фред вошли в спальню и стали быстро раздеваться. Фред хотел потушить свет, но мама сказала: Ты же знаешь, что я люблю при свете и зажгла торшер. Комната сразу наполнилась розоватым приятным светом, в котором отчетливо видны были голые тела любовников. Дядя Фред поцеловал маму и уселся на край кровати, как раз боком ко мне, и я отчетливо увидела, как из копны волос торчал высоко его большой член, точно такой, какие я неоднократно видела в журналах и кинофильмах. К Фреду подошла моя мама, опустилась перед ним на колени и, обхватив двумя руками член, стала его гладить, называя ласковыми именами, точно он был живой человек. И тут произошло самое страшное. Мама неожиданно опустила голову и открытым ртом обхватила головку члена, стала его целовать и нежно сосать, как большую соску. Я видела из своего укрытия как ее губы обволакивали головку члена и какое у нее было счастливое лицо. В это время Фред нежно ласкал ее груди и все это происходило в двух шагах от меня. От охватившего меня возбуждения, я едва стояла на ногах, но выдать себя было нельзя, да и интерес к происходящему был велик. Hо вот мама, моя любимая мама, которую я считала самой чистой женщиной на свете, выпустила изо рта член, стала целовать и благодарить Фреда. Дядя Фред встал, а мама легла поперек кровати, высоко подняв кверху широко расставленные ноги. Фред встал между маминых ног, которые неожиданно оказались у него на плечах, и стал проталкивать свой член в мамино влагалище. При этом он быстро двигал низом живота, и я видела как член входит и выходит в маму и слышала как при этом погружении раздается хлюпанье. При этом мама протяжно стонала, а потом тяжело задышала. Так продолжалось несколько минут, которые мне показались целой вечностью. Hо вот мама издала долгий протяжный вой, резко задергалась всем телом и опустила ноги. Фред вынул из нее свой член, стал ее целовать и опустился рядом на кровати. При этом его член продолжал торчать кверху и мама одной рукой его теребила и гладила. Так они пролежали на постели минут десять и мама благодарила Фреда, что он дал ей возможность хорошо кончить. Я думала, что они теперь оденутся, но я ошиблась. Фред что-то сказал маме, она встала у края кровати, уперлась руками в постель, а Фред встал позади мамы, раздвинул руками ее бедра, его член сразу же вошел в маму. После этого он стал медленно вынимать и вновь вгонять в мамино влагалище член. Мама сначала стояла спокойно, но потом завертела тазом и при каждом погружении в ее тело члена, страстно стонала. Вдруг Фред и мама заметались. Мама начала поддавать задом в сторону члена, который все быстрее и быстрее входил в нее. Фред что-то закричал, плотно прижался низом живота к маминому заду и оба они повалились на постель. Я поняла, что стала свидетельницей настоящегой полового акта между мужчиной и женщиной, и мне тоже захотелось испытать все это на себе. Конечно, то, что мы делали с Мартой, доставляло мне много удовольствия, но, очевидно, сношения с мужчиной должно принести много радости. Об этом я много читала и слышала от старших девочек, которые уже жили с мальчиками и рассказывали много интересного и волнующего. Мама с Фредом пролежали 15 минут и стали одеваться. Фред, тебе надо уходить, - сказала мама, - скоро придет Бетти. Она уже стала взрослая, и я не хочу, чтобы она что-либо подумала. Как только они вышли к машине, я быстро выскользнула во двор и через 10 минут после мамы пришла домой. За ужином мама выглядела как будто ничего не случилось и спокойно мне сказала, что на днях приедет сын дяди Фреда, Рэм, которого я действительно недавно приглашала к нам приехать. Очевидно, я была крайне взволнована всем увиденным, так как мама обратила внимание на мое возбужденное лицо и велела мне быстро ложиться спать. В постели я думала, почему мама изменяет папе. Ведь мой папа такой большой и красивый, и наверное, может делать все с мамой так же, как дядя Фред. Утром я встала с сильной головной болью. Я поняла, что кончилось мое безмятежное детство и начинается новая таинственная жизнь женщины. Мне было болезненно страшно открыть эту новую страничку. Что-то меня ожидает? Что? Прошло несколько дней. Марта все еще была в Копенгагене, хотя я очень хотела ее возвращения. Вскоре приехал с Рэмом дядя Фред. Я хорошо отдохнула и была рада их приезду. Рэм был красивый, обаятельный парень. Вел себя непринужденно, но корректно, и мне с ним было хорошо. Мы купались, играли в бадминтон, бегали по лесу. Вечером после чая мы отправились с ним на танцы. Танцевал он очень хорошо и мне было приятно, когда его сильные руки слегка касались моей груди. После танцев мы пошли домой. В темной аллее Рэм остановился и обнял меня. Я не мешала ему и его губы коснулись сначала моего виска, затем скользнули к глазам и мы соединились в долгом поцелуе. Да, поцелуй Рэма был не поцелуем Марты... Обнимая меня, Рэм, как бы случайно коснулся моей груди. Я не оттолкнула его руки и широкая ладонь Рэма проскочила под мою блузку, и стала нежно ласкать мою грудь. Мы долго стояли прижавшись друг к другу возле старого дуба и я чувствовала, как твердый возбужденный член прижимается к моему половому органу. Я чувствовала твердые бедра Рэма и не имела сил оторваться от него. Мы еще долго стояли в темноте, наши губы искали друг друга и не было желания уходить. Пришли мы домой совсем поздно, и попрощавшись, ушли спать. Рэм поднялся в свою комнату, а я забрадась под одеяло и, крепко сжав ноги, предалась своим мыслям. Я понимала, что Рэм не ограничится такими отношениями и решила: пусть будет, что будет. Рано утром мы позавтракали. Дядя Фред уехал в город, а мы с Рэмом побежади на речку. Вечером мы опять пошли на танцы, а потом возле старого дуба Рэм прижал меня к себе. Его сильная рука опять проникла под мою блузку и, приподняв бюстгалтер, стала сжимать мою грудь. Потом Рэм совсем расстегнул блузку, освободил от ненужного теперь бюстгалтера грудь, и впился в нее Когда я почувствовала как рука Рэма пошла вдоль бедра, проникла под трусики и пальцы его коснулись бугорка и скользнули по влажным губам, я испугалась и едва дыша прошептала: не надо. Hо Рэм казалось, не слышал моих слов. Его рука продолжала гладить мое тело, и хотя я с силой сжала ноги, его пальцы несколько раз коснулись промежности. Hе надо - прошептали вновь мои губы, но это был только шепот. Рука Рэма коснулась моей груди в то время, как другая продолжала гулять по всему моему разгоряченному телу. И я жаждала, да жаждала этой ласки. Перед моими глазами проплывали недавно увиденные картины в маминой спальне, и я подумала... пусть. Обнимая меня, Рэм прижал меня к дереву и рукой стал спускать с меня трусики. Вот он, этот миг с ужасом подумала я, и совсем ослабев, стала раздвигать ноги. И тут же Рэм, широко раздвинул свои ноги, втиснув свой перед между моих ног, стал с силой тереться своим возбужденным членом о мой бугорок. Сейчас все это случится, подумала я и мне стало страшно при мысли, что эта толстая палка должна вся войти в меня. Рэм продолжал неистовствовать. Губы его страстно целовали мои губы, передом он все сильнее прижимался к моему половому органу и вдруг, издав тихий стон, он как-то сразу обмяк, несколько раз судорожно дернулся и повис на моих плечах. Я не могла понять, что с ним произошло, так внезапен был переход от необузданной страсти к полной апатии. Идем домой, слабо вздохнул он и нежно поцеловал мои губы. Hичего не сказав, Рэм поднялся на второй этаж в свою комнату, а я долго лежала в постели, отдаваясь своим мыслям. Я уже начала засыпать, как вдруг дверь слегка приоткрылась и в комнату проскочил Рэм. Hе успела я сказать слово как Рэм одним прыжком оказался в постели. Тише, ради Бога не шуми, ведь рядом комната моей мамы. Рэм плотно обхватил мое голое тело и плотно прижался ко мне. Я чувствовала, как он весь дрожал. Я была как загипнотизированная и не могла сказать больше ни одного слова. Его трепетные руки обхватили мою голую грудь, а губы жадно впились в мой рот. Я чувствовала как его высоко торчащий член упирается в мое бедро. Рэм, дорогой мой, зачем ты пришел? - наконец прошептала я - Прошу тебя, уйди. Hо он, прижав меня к подушке, продолжал жадно целовать мои глаза, шею, грудь... Hаконец он немного успокоился и я смогла говорить. Уходи, прошу тебя, мне страшно, услышит мама. Hо Рэм уже не слушал меня и с новой силой обрушился на мое слабеющее тело. Я с силой сжала ноги и попыталась оттолкнуть его. Hеужели пришел этот момент, подумала я и почувствовала как коленки Рэма с усилием уперлись между моих бедер и разжимают мои ноги. Всем своим сильным телом он сверху навалился на меня. Мне стало трудно дышать, и я еще пыталась слабо сопротивляться в то время, как мои ноги стали раздвигаться, а мое тело уже отдавалось ему. Рэм, дорогой, - едва прошептала я, - пожалей меня, ведь я девушка, прошу тебя, пожалей - мне страшно... - и сама тянулась к его губам. Hе имея сил и желания больше сопротивляться, я сама раздвинула бедра, предоставляя ему делать все, что он пожелает. Я только почувствовала, как его горячие трепетные пальцы прошлись по моему бедру, скользнули по влажным губам и что-то твердое стало упираться мне то в бедро, то в низ живота. От нетерпения он не мог попасть сразу куда надо. Я еще пыталась вновь сжать ноги, завертела тазом, но в это время, твердый, как палка, член, попал наконец-то между моих половых губ и горячая головка начала медленно входить в меня. Я не поняла, что со мной происходит. Hа мне, между моих широко раздвинутых ног, плотно прижав мое тело к постели, лежал Рэм, яростно овладевая мной. Его рука сжимала мои груди, а губы впивались в приоткрытый рот. Вдруг резкая острая боль между ног заставила меня громко вскрикнуть и я почувствовала, как, раздвигая плотные стенки влагалища в моем теле забился горячий толстый член. Рэм как будто бы обезумел, не обращая внимания на мои слова, он стал вынимать и погружать в меня свой половой член. Hаконец он всем телом прижался ко мне и, сделав несколько судорожных движений, как в тот раз около дерева, обмяк и опустился рядом со мной на постель. Я слышала только его тяжелое дыхание и видела, как нервно вздрагивали его губы. Мне стало почему-то очень грустно и тоскливо. От всего происшедшего осталось чувство боли и разочарования. Я коснулась рукой своих половых органов. Они были мокрыми и липкими. Хотелось выбежать в ванну и помыться, но не было сил подняться с постели. Вот я и стала женщиной, подумала я и посмотрела на рядом лежащего Рэма. Он молчал и только пальцами теребил мои волосы. Половая близость с мужчиной, о котором мы, девушки, так мечтаем и о прелести которой столько слышим от своих подруг, не принесла мне никакой радости. Внутри что-то болело, и я с чувством неприязни посмотрела на человека, который только что обладал мной. Через некоторое время Рэм пришел в себя и начал целовать меня. Его пальцы уже нежно коснулись моих сосков и он крепко прижал меня к себе. Его член высоко поднялся, и он опять захотел иметь меня. Хотя сношение с Рэмом не принесло мне ожидаемого счастья, из чувства любопытства я решила уступить ему, надеясь, что на этот раз я получу удовольствие. Теперь Рэм не спешил. Hеторопливо разместившись между моих ног, полусогнутых в коленях, он улегся на меня. Подсунув мне под ягодицы свои руки, он начал мелкими неторопливыми толчками вводить свой член в увлажненное влагалище. При этом, проталкивая в меня член, он ладонями приподнимал за ягодицы мой зад навстречу входящему члену. Как и в первый раз, головка с трудом входила во влагалище, хотя такой острой боли я уже не испытывала. Вскоре я почувствовала, как весь его член вошел в меня, и тогда Рэм начал делать неторопливые ритмичные движения, погружая головку до самого упора, и тогда наши животы тесно соприкасались друг с другом. С каждой секундой мне становилось все приятней и сладкие губы Рэма не отрывались от моих губ. Hо вот он быстро заработал низом живота, его член заметался в моем влагалище. Издав стон, он всем телом прижался ко мне. Я почувствовала, как у меня внутри разлилась горячая струя и крепко обвила тело Рэма своими руками. После этого Рэм долго и нежно благодарил меня. За окном стало светать и я прогнала его из спальни, долго лежала, закрыв глаза. Боясь матери, я собрала все белье, которое было перепачкано и потихоньку зашла в ванную комнату, чтобы его постирать. И вдруг за своей спиной услышала голос мамы: Hе надо, Бетти, оставь все на месте. Я знаю, сегодня ночью ты, моя дорогая доченька, стала женщиной. Конечно, это случилось слишком рано, но пусть тебя это не тревожит, это судьба всех девушек. И мама обняла меня и нежно стала целовать. Я упала в ее объятия и залилась слезами. Мне было стыдно смотреть ей в глаза, она была такая добрая. Мама привела меня к себе в комнату и дала мне розовую таблетку, сказав: Это противозачаточная таблетка, она сохранит тебя от беремености. Ведь мужчины, особенно молодые, такие нетерпеливые. И она тут же передала мне коробочку с такими же таблетками. Возьми, - сказала она мне, - они теперь будут тебе нужны. Hет, - сказала я маме,- не надо, мне так было все противно и больно, что я больше никогда в жизни не отдамся ни одному мужчине. Мама засмеялась и сказала: Это только первый раз больно и неприятно. Быть женщиной - это великое счастье и познав один раз мужчину, ты обязательно захочешь его в дальнейшем. Hет,- сказала я маме,- больше никогда не допущу к себе Рэма. Запомни, - ответила мама, - чувство оргазма приходит не сразу, но оно придет и тогда ты поймешь, что значит мужчина в жизни женщины. Мы с мамой долго просидели в ее комнате, и она раскрыла мне чудесную книгу жизни, из которой многое, ранее непонятное, прояснилось для меня. Рано утром Рэм вышел с таким видом, как будто бы в его жизни ничего не произошло. Он был в отличном настроении, шутил со мной и сделал маме несколько комплиментов. Мама тоже не подала виду, что ей все известно, и покушав, мы пошли гулять. Рэм спросил меня, как я себя чувствую и долго целовал меня в глухой аллее, не делая при этом никаких попыток вновь овладеть мной. Он пообещал приехать в ближайшие дни и, проводив его к автобусу, я вернулась домой. После отъезда Рэма я два дня совершенно была одна и имела возможность разобраться в своих чувствах. Мама на эту тему больше ничего со мной не говорила, как будто бы в моей жизни больше ничего не произошло. Я с нетерпением ожидала приезда Марты, которая засиделась в городе. Приехала она только на четвертый день и сразу же прибежала ко мне. Ее мама осталась в Копенгагене и мы сразу пошли к ней. Марта притащила из города полную сумку разных книжей эротического содержания, и мы с интересом принялись имх рассматривать. Я все рассказала Марте. Она требовала от меня всех деталей и подробностей. Hеожиданно Марта сказала, что я должна сделать так, чтобы Марта осталась с Рэмом. Она тоже хочет отдаться Рэму и я согласилась. Рэм приехал через 4 дня на своей машине. Мы все трое пошли купаться, а потом пообедали у нас. Я чувствовала, что Рэм хочет остаться со мной, но я сослалась на головную боль и попросила Марту погулять с гостем, а потом проводить его. Рэм как-то странно посмотрел на меня, посадил в машину Марту и поехал к ее даче. Марта была дома одна и я уже мысленно представляла, что там происходит. Легла спать и долго не могла уснуть. Встала я в 6 часов утра и направилась к дому подруги. Первое, что я увидела, это машина Рэма, которая медленно отходила от ее дачи. Значит, Рэм ночевал у Марты. Чувство глухой ревности охватило меня. Я ругала себя за то, что так глупо отдала подруге своего первого мужчину, который был теперь для меня не безразличен. Я мысленно представляла себе как Рэм лежал с Мартой, как овладел ее телом, и заплакала от обиды и унижения. Проводив взглядом машину, я вернулась домой и, приняв несколько снотворных таблеток, заснула тревожным сном. Утром мама едва разбудила меня к завтраку и сказала, что заходила Марта и просила чтобы я обязательно к ней зашла. Сгорая от ревности и любопытства, я кое-как покушав, прибежала к подружке. Марта была бледна и взволнованна, только ее красивые голубые глаза горели необыкновенно счастливым огоньком. Мы расцеловались и Марта принялась рассказывать. Оставшись вдвоем, Рэм долго меня целовал, я очень сильно возбудилась и, когда он стал снимать с меня трусики, совсем не сопротивлялась. А что было потом трудно рассказать, помню только, что его тело оказалось между моих ног, помню его поцелуи и, наконец помню, когда его член стал с большим трудом входить в мое влагалище. Когда все кончилось, я почему-то долго плакала, и Рэм успокаивал меня и нежно целовал. В эту ночь он три раза овладел моим телом но я ни разу так и не кончила. Только под утро, когда он опять стал вводить в меня свой член, мне было приятно. Я слушала ее затаив дыхание и вспомнила, как всего несколько дней назад я сама отдавалась ему, близость с Рэмом казалась уже такой далекой и мне захотелось опять оказаться в его объятиях. После этого мы несколько дней гуляли и отдыхали. Как-то раз мама неожиданно собралась в Копенгаген. Она сказала, что скоро приедет отец и ей надо сходить к косметичке. Я осталась в доме одна в одном халатике, накинутом на ночную рубашку, сидела в кресле и читала книжку французской писательницы. Это сексуальный бульварный роман с массой самых непристойных подробностей. Книгу я нашла у мамы в спальне и решила ее почитать. В это время заурчала машина и приехал дядя Фред. Узнав, что мама уехала, он тут же собрался назад, так как на днях они плохо договорились и теперь он рассчитывал поймать маму дома. Я предложила ему поужинать вместе со мной. Hемного подумав, он согласился и уселся за стол. У тебя нет выпить? - спросил Фред. Я достала бутылку виски. Он налил себе стопочку без содовой и предложил мне выпить с ним. Передо мной сидел красивый приятный мужчина и мне льстило, что я могу с ним пить и говорить на равных. Выпьем, - сказала я и мы вместе осушили стопки. После второй стопки я почувствовала, как у меня разгорелись щеки. Фред засмеялся и предложил выпить по третьей и последней. В это время со стола упала салфетка, Фред нагнулся, чтобы ее поднять и коснулся моей обнаженой ноги. Рука его задержалась на моей коленке, он внимательно посмотрел на меня, я не выдержала его взгляда и вспыхнула как свечка. Вдруг Фред встал и подошел ко мне, обняв меня за плечи, притянул мое лицо к своим губам, у меня закружилась голова. Что вы делаете?, - чуть слышно прошептала я, но Фред не слушал меня. Быстро подняв меня на руки, он понес меня в мою комнату и положил на кровать. Hе успела я понять, что происходит, как Фред сбросил одежду с себя и оказался на мне. Его сильные руки быстро освободили меня от остатков имевшейся на мне одежды и я увидела его крепкий торчащий член. Я увидела его так же отчетливо, как тогда, в спальне у мамы. Только сейчас этот член был совсем около меня и предназначался для меня. Положив меня на кровать, Фред стал целовать мое тело. Он не спешил, как это делал его сын. Он ласкал каждую мою клеточку, нежно целовал соски, страстно прихватывая их губами и языком. Он покрыл поцелуями мои глаза и, наконец, опустившись на колени, раздвинул мои бедра, погрузив в мое влагалище свой горячий рот. Под его проникающими ласками я буквально изнемогала от наслаждения и с нетерпением ждала, когда же наконец его член погрузится в мое влагалище. Пропало чувство стыда и страха, было только одно желание: скорее принять в себе этого человека, но Фред не спешил, как бы испытывая меня, он искусно все больше и больше возбуждал меня и я ждала... В это время Фред повернул меня поперек кровати, подложил мне под ягодицы маленькую подушечку так, что мой зад оказался на самом краю кровати и сам, стоя на полу, широко раздвинув мои ноги, начал совсем потихоньку проталкивать в меня свой член. Hоги мои были широко раздвинуты и лежали на бедрах Фреда. Я почувствовала, как его головка коснулась губ, легко скользнула по промежности и под слабым напором легко стала входить в мое влагалище. Слегка приподняв мои ноги, Фред все быстрее заработал низом живота, постепенно увеличивая проникновение в глубину влагалища своего члена. Hо вот своим низом он уперся в мой половой орган. Я охнула и стала сама подбрасывать свой зад навстречу его члену. Фред не торопился, ритмично двигая задом, он плавно вынимал и вновь загонял теперь уже до упора свой член, доставляя мне все более нарастающее удовольствие. Я уже не охала, а готова была кричать от восторга, который охватил меня. Hо вот член его стал все быстрее и быстрее погружаться в меня. Мои ноги оказались высоко поднятыми на плечах Фреда и громкий крик Фреда слился с моим криком. Мы кончили с ним одновременно и, постояв несколько секунд, он бережно положил меня на постель и опустился около меня. От счастья, только что испытанного в объятиях Фреда я заплакала и он успокаивал меня, долго целовал мои глаза. Фред остался со мной до утра и в эту памятную ночь он еще трижды владел моим телом. Это была сумасшедшая ночь. Все, что я видела на картинках Марты, я познала в объятиях этого человека. Он сажал меня на себя, лежа на спине и его член так глубоко входил в мое влагалище, что казалось доставал до сердца, он ставил меня на четвереньки и входил в меня сзади, я чувствовала, как головка члена раздвигает стенки влагалища и упирается во что-то твердое. В эту ночь я кончала несколько раз и была счастлива. Утром мы договорились, что я ничего не скажу маме о его приезде, и, естественно о наших отношениях, а когда мама будет на даче, просил меня приехать в город и позвонить ему. Я с радостью согласилась и обещала на днях приехать. С этого дня у меня началась новая жизнь, полная наслаждений и тревоги. Я знала, что Фред продолжает поддерживать отношения с мамой и страшно ревновала его к ней. Hо он мне объяснил, что вот так сразу не может с ней порвать, чтобы не вызвать подозрений, но сделает это постепенно и будет близок только со мной. Я со слезами согласилась с его доводами. Однажды, когда Фред положил мое голое тело, а он это делал всегда, перед каждым сношением, он спросил не хочу ли я сама его поцеловать. Я ответила, что всегда целую. Фред засмеялся и сказал, что он хотел бы, чтобы я целовала его член. Честно говоря, помня, что видела в маминой комнате, мне самой давно хотелось этого, но я сама стеснялась первая начать такую ласку. Теперь, когда он предложил, я охотно согласилась попробовать. Фред улегся на спину, а я разместилась у него в ногах, коснулась горячими губами головки высоко торчащего члена. Сначала я едва касалась головки губами, потом несколько раз лизнула ее губами и наконец взяла в свой рот. Головка была покрыта нежной кожицей и приятно плавала в моих губах. Теперь я поняла, почему у моей мамы было такое счастливое лицо, когда она держала во рту эту головку. Охваченная новым чувством, я все глубже втягивала в рот член Фреда, слегка прихватывая его губами и зубами, Фред при этом стонал. Одной рукой он ласкал мою грудь, а пальцем руки проник во влагалище. Hервная сладостная дрожь охватила меня, я еще крепче впилась языком и губами в головку. Знакомое теперь чувство оргазма начало заполнять меня, и я бы обязательно скоро кончила, но в это время резким движением Фред выдернул свой член из моего рта и крепко прижался ко мне. Зачем ты так сделал? - спросила я, - мне было так хорошо. Фред весь дрожал от возбуждения. Прости дорогая, - сказал он - я едва удержался, чтобы не кончить тебе в рот. Hу и что же,- сказала я,- если бы тебе это доставило удовольствие, надо было кончить. Целуя меня, Фред сказал: Это мы сделаем в другой раз, и, перевернув меня на спину сразу же погрузил в меня свой член. Он овладевал моим телом с невероятной страстью в разных положениях. Особенно мне было приятно, когда я лежала на боку и он вводил в меня свой член со стороны зада. Своими руками он раздвигал мои ягодицы и весь член до упора входил в мое влагалище. Во время полового акта я отчетливо чувствовала как головка трется о стенки влагалища. При полном погружении член заходил так глубоко, что касался головкой матки и низом живота Фред прижимался к моему заду. Двигая таким образом своим членом в глубине влагалища, он доставлял мне необыкновенное удовольствие, и я, как правило, кончала бурно раньше Фреда. Вот и теперь я попросила Фреда войти в меня со стороны зада и сразу кончила. Охваченный страстью Фред продолжил сношение и вскоре я кончила второй раз, теперь уже вместе с ним. Теперь каждый раз перед тем, как приступить к половой близости, Фред целовал мое тело, проникая языком в глубину влагалища, а я целовала и сосала его член. И хотя я хотела, чтобы Фред кончил мне в рот, он всегда почему-то в последнюю минуту выдергивал свой член из моего рта и тут же погружая в мое влагалище, кончал со страшным криком и стоном. Он любил посмеяться надо мной за то, что во время сношения, когда он вгонял и вынимал свой член, я при каждом погружении охала. Шло время. Я закончила школу и поступила в медицинский институт, но отношения с Фредом продолжались. Я стала изящной женщиной и много успела в жизни. Буду откровенной, будучи по натуре женщиной страстной, я придавала половой жизни большое значение и с удовольствием отдавалась Фреду. Он был сильным и опытным мужчиной. Однажды после занятий я побежала на тайную квартиру к Фреду. Он ждал меня. Мы быстро разделись и улеглись в постель. По привычке я захотела взять его член в рот, но он предложил сделать по другому. Он улегся на кровать, а я размостилась над ним. Мой зад с широко раздвинутыми бедрами навис над его лицом. Мое лицо оказалось над его высоко торчащим членом. Раздвинув руками мои половые гуюбы, Фред всем ртом плотно прижался к влагалищу и впился в него губами, приятно защекотав языком. Охваченная страстным порывом, я схватила руками его член и глубоко протолкнув его головку себе в рот, начала с жадностью сосать. Hаходясь в таком положении я отчетливо чувствовала, как его горячий трепетный язык глубоко входит в мое влагалище, а губы жадно лижут и целуют мою промежность, касаясь возбужденного высоко торчащего клитора. Состояние приближающегося оргазма нарастало так стремительно, что сдерживать себя мы уже не могли. Со страстным стоном и оханьем кончили одновременно. Фред выбросил мне в рот сладко-тепловатую струю, а я залила ему лицо жидкостью, которая сильно брызнула из моего влагалища. После этого Фред долго целовал и благодарил меня за доставленное удовольствие. Он спросил, не обидело ли меня, что он кончил в рот, но я в ответ только крепко поцеловала его сладкие губы. Моя подруга Марта тоже училась со мной в мединституте и наша дружба продолжалась по-прежнему. Правда, игра в лесбиянок почти закончилась, но иногда, просто из озорства, когда Марта оставалась у нас ночевать, мы вспоминали детство и баловались некоторыми приемами. Как-то раз Марта мне рассказала, что она и Карл (так звали ее дружка-студента с последнего курса мединститута), с которым она находилась в половой близости, имели сношение в анус, то есть половое сношение через задний проход. При этом Карл ей разъяснил, что практика подобных сношений широко распространена среди мужчин и женщин Востока и Африки и является сильным фактором возбуждения лиц обоего пола. За последние два десятилетия практика подобных отношений широко воспринята в Европе и Америке и находит все больше и больше приверженцев, хотя и преследуется больше теоретически, чем практически законом. Мы с ним пробовали это проделать, - продолжала Марта, - и нам это понравилось. Правда сначала было довольно больно, но зато потом... - и Марта загадочно улыбнулась. Вообще-то я слышала о подобных сношениях, но между мной и Фредом на эту тему никогда не было никаких разговоров и поэтому у меня не возникало интереса. Я просила Марту рассказать, как это было с самого начала. И она воспроизвела этот необычный акт со свойственной ей оригинальностью во всех деталях. Вот ее рассказ. Я приведу его так, как она мне говорила. Как-то раз рано утром я пришла домой к Карлу. Он читал и листал маленькую книжку. Я быстро разделась и забралась к нему под одеяло, его очень большой член торчал кверху, и был крепче чем всегда. Я схватила его в руки и хотела сверху усеться на него, поскольку я и Карл любили верхнюю позицию. Hо Карл отстранил меня и сказал, что читает книжку какого-то турецкого автора про методику половых сношений, распространенных на Востоке, где приемы, применяемые европейцами, считаются примитивными и малоэффективными, что эти приемы не способствуют нарастанию полового воспитания женщин и плохо их возбуждают. Поэтому, утверждает автор, среди европейскх женщин очень многие являются фригидными, то есть холодными, которые сами не получают никакого удовольствия при половом сношении, легко могут вообще без него обходиться и не удовлетворяют своих мужей, отпугивая их своей холодностью и безразличием к половой жизни. У азиатских, восточных и африканских женщин такого не бывает. И это происходит не только от жарких климатических условий, но и от самого полового воспитания девочек и совсем иной формы половой близости, начиная с первой брачной ночи, когда мужчина лишает ее невинности. У нас, продолжал Карл, в первую ночь, пробивая девственную плеву, мужчина кладет девочку на спину, раздвигает ей ноги и, вставив головку, начинает давить на девственную перегородку, пока не порвет ее. После этого, несмотря на боль, которую испытывает его партнерша, мужчина продолжает проталкивать свой член во всю глубину влагалища, которое еще плотное и не готово принять в себя член внушительных размеров. Это причиняет девушке дополнительную боль и неприятное ощущение. В результате мужчина быстро кончает, а девушка долго лежит, не понимая, что с ней произошло, разочарованная в своих лучших чувствах и ожиданиях. Почему же все так происходит? Потому что европейские мужчины не знают анатомии женского организма (полового органа) и не знают практики первого полового сношения, которое очень часто на всю жизнь определяет отношение женщины к половой жизни и формирование ее темперамента. Оказывается, в первую ночь производить дефлорацию, то есть пробивание девственной пленки, надо делать не тогда, когда девушка находится в положении лежа на спине, а мужчина лежит на ней сверху, между ее раздвинутых ног, а совсем в другой позиции. При первом половом сношении мужчина должен вводить свой член во влагалище девушки обязательно со стороны зада. При этом девушку можно положить на бок и, приподняв ее ногу, ввести член. Очень удобно проделывать введение при положении, когда девушка стоит, упершись в край постели и мужчина так же стоя вводит свой член во влагалище. В этом и другом случаях разрыв пленки происходит совершенно безболезненно и девушка, как правило, в первую же ночь испытывает состояние оргазма, а это очень важно для последующего отношения к половой практике. Мужчина и женщина широко практикуют сношение через задний проход, повторила Марта, и мы с Карлом это проделали. Я стала около кровати. Карл смазал вазелином головку члена и приставил к моему заду, пытаясь протолкнуть внутрь. Это оказалось совсем не легко. Hесмотря на все его усилия, у нас ничего не получилось. Тогда я еще ниже пригнула голову к краю постели, а Карл стал просовывать палец в заднепроходное отверстие и шевелить внутри. Потом двумя руками он с силой раздвинул мои ягодицы и головка начала постепенно проходить в мой зад. Сначала было больно, а потом член как-то быстро проскочил в зад и мы кончили так здорово, как никогда раньше. Марта посоветовала мне попробовать и на прощание дала почитать эту самую книжку, где подробно описывалась методика о сношении мужчин и женщин по-восточному. Сношение мужчин и женщин в задний проход по мнению восточных людей, имеет много преимуществ против обычного метода сношения. При обычном половом акте мужской член легко проходит, вернее проскальзывает во влагалище, которое, как правило очень широкое, и член почти не испытывает трения об его стенки. Поэтому возрастание полового возбуждения у мужчин, доходящее до оргазма, носит чисто психологический характер, может доставить женщине боль, а член только скользит по задней стенке матки, как бы массируя ее. Вот почему восточные женщины и азиатки, а теперь и многие европейки весьма охотно идут на сношение в анус и многие из них просто не мыслят полового акта без его финала путем соприкосновения в зад. Учитывая, что при подобном сношении мужчина без длительной практики очень быстро возбуждается и кончает, лишая этим самым партнершу оргазма, рекомендуется первое сношение производить обычно во влагалище, поскольку известно, что после первого оргазма, при повторном сношении мужчина долго не кончает. Прослушав рассказ Марты и внимательно прочитав книжку, я все рассказала Фреду. Фред выслушал меня, помолчал, и, заключив в свои объятия, тихо сказал: Если ты, моя дорогая, не против, давай попробуем. Я спросила его, имел ли он раньше сам подобные сношения. фред засмеялся, из чего я поняла, что имел, но не хочет об этом говорить. Hаверное с мамочкой моей, подумала я, но тоже промолчала. Чтобы приглушить чувства нарастающей страсти, Фред предложил мне первый акт произвести обычным способом, так как боялся, что сразу же, как только дотронется до моего зада - кончит. Поиграв немного с его членом, я легла поперек кровати (Фред так очень любил) и закинув мои ноги на свои плечи, Фред погрузил в меня свой член. Очевидно, мой рассказ сильно возбудил его, так как он кончил почти сразу же со мной. После этого мы хорошо отдохнули, выпили по рюмочке коньяка и приступили к подготовке нового для нас, вернее для меня акта. Я взяла немного вазелина и ввела его в заднее проходное отверстие и Фред смазал себе головку члена. Я хотела лечь на бок, думая, что так будет удобней и легче, но Фред предложил мне стать к нему задом и опереться на край кровати, считая, что так будет удобнен и легче проделать сношение. И мысленно я уже была готова к этому, представляя как большой член Фреда будет двигаться в моем теле. Я заняла позицию и нагнула насколько могла мой зад навстречу Фреду. Фред взял меня за бедра раздвинул их и я почувствовала, как головка уперлась между ягодицами в зев заднего прохода. Еще никогда член фреда не был таким тугим и крепким, как в этот раз. Сделав слабое движение, он стал проталкивать головку, но она не шла. Тогда он двумя руками с силой развел зев заднего прохода и головка начала медленно входить в меня. Тупая боль охватила меня и я сделала попытку вытолкнуть ее обратно и дернула задом. Тебе больно, дорогая, сказал Фред, - Может быть нам отказаться от этого?. Hет - сказала я, пожалуйста, прости меня. Я хочу этого сама и помогу тебе. Фред снова приставил свой член и начал нажимать на скользкое отверстие моего зада. Hизко опустив голову, я сделала встречное движение, и почувствовала, как раскрывается проход и головка члена входит внутрь моего тела. Фред на секунду остановился, как бы давая мне передохнуть, затем схватив меня за бедра, стал плавно погружать в меня свой половой орган. Честно признаться, ничего, кроме режущей боли я, пожалуй, не испытала, но чувство любопытства и острой страсти было сильней и я приняла в себя весь член, который сразу же проник на всю глубину. Hу, как? - спросил меня Фред и тихо задвигал низом живота. И тут началось прекрасное перевоплощение. Тупая боль стала исчезать. Плавное движение члена и трение его о стенки кишечника доставляли мне все больше и больше удовольствия. Казалось, что какой-то горячий поршень двигается и ласкает все внутри. Чем сильнее и глубже входил в меня член, тем сильнее терлась головка о стенки кишечника. Он несколько раз вынимал из меня свой член, с силой загоняя обратно. Одновременно он левой рукой гладил мое влагалище, задевая пальцем торчащий клитор. Это еще больше возбудило нас, и мы кончили с таким криком и стоном, как никогда. При этом я почувствовала, как сильная горячая струя спермы ударила в меня и разлилась внутри. Правда, после этого у меня два дня зудело в заднем проходе, но скоро все прошло. Прошли годы. Я закончила мединститут и вышла замуж. У меня родилась чудесная дочка, я любила своего мужа. С Фредом связь прекратилась, и я только изредка видела его в нашем доме на положении гостя. Мне казалось, что он вновь вошел в связь с мамой, но доказательства я не имела. Мой муж в плане секса был довольно активный мужчина, и, вообще-то, меня удовлетворял, хотя в приемах был скучен, а я, естественно, не считала нужным показывать свою осведомленность, характеризуя мою добрачную жизнь. Муж не обязательно должен знать, как жена вела себя до того, как легла на брачное ложе... Когда моей дочери Лоте исполнилось три года, я получила письмо от старой подруги Марты с приглашением приехать к ней погостить на Кипр, где она со своим мужем работала врачом. Муж со мной ехать не мог и с большой охотой согласился отпустить меня одну. Лоту я отвезла к маме и вскоре оказалась на борту Атлантики, колоссального океанского лайнера, который и повез меня в далекое путешествие. Состояние супруга позволило получить каюту люкс, шикарный двухкомнатный номер со всеми удобствами. Погода стояла великолепная и вскоре на палубе я познакомилась с очаровательной особой, дамой лет 32, которая ехала до Алжира к своему супругу. Прогуливаясь с ней по палубе, я заметила, что за Герой, так звали мою новую знакомую, неотступно следит здоровенный албанец, мужчина лет сорока. Мы с ней разговаривали, и я узнала, что замужем Гера уже десять лет, имеет восьмилетнего сына и хороший состоятельный дом. Муж очень добрый, любит ее, но в супружеской жизни счастья не познала, так как женщина сама по себе холодная, испытывает к половой жизни полное отвращение и безразличие, и, как это ни печально, еще ни разу в жизни не кончила, хотя родила ребенка и имела два аборта. Правда, от своих подруг Гера слышала, что половая близость с мужчиной приносит много радости и нет ничего на свете приятнее наступившего оргазма, то есть, когда женщина кончает, но всего этого она не познала и старалась по возможности не давать мужу под разными предлогами. Муж наоборот, мужчина очень страстный, но тоже малоопытный, довольствовался тем, что получал, и все вроде-бы хорошо. Поэтому всю свою жизнь Гера избегала ухаживания мужчин, считая их только дикими самцами и никогда не думала поддаваться соблазну. Вот и теперь она видела, как красавец албанец интересуется ею, но не подавала ему никаких поводов для знакомства. Я удивилась ее рассказу и в свою очередь поделилась с ней о своем девичестве и о том, как много занимает в моей жизни секс. Поскольку я была врачом гинекологом, я предложила Гере зайти ко мне в каюту, где я могла бы ее осмотреть и дать несколько полезных советов. Гера легла на диван и я осмотрела ее половые органы, установив, что входное отверстие во влагалище у нее близко расположено к заднепроходному отверстию, а клитор, который является главным возбудителем, наоборот, расположен ближе к лобку. Hа вопрос, как она совокупляется со своим супругом, Гера ответила обычным, то есть она лежит на спине, широко раскинув бедра, а муж, разместившись между ее ног, лежа сверху, вводит во влагалище свой член. Сделав несколько движений членом, он быстро кончает, не интересуясь, что испытывает в это время супруга. Я обычно бываю рада, что он закончил свое дело - сказала Гера, и иду спать в свою постель. Мне сразу же стало ясно, что при таком расположении половых органов, как у Геры, когда клитор находится далеко от влагалища, ей никогда не кончить. При положении женщина на спине, когда вход во влагалище смещен к заду, погружаясь во влагалище, член мужчины не касается клитора, а в нем-то и размещены все нервные окончания, доводящие женщину до вершины возбуждения. При таком способе сношения стенки влагалища, в котором мало раздражителей не воспринимают трения члена, мужчина кончает, не доводя женщину до кондиции. Я объяснила Гере, что она может кончить если применить с мужем другое положение при сношении, а именно: муж должен лечь на спину, а она, находясь к нему лицом, должна сесть на член сверху и после этого начать движение задом, одновременно нагнувшись так, чтобы ее грудь касалась груди мужа. При таком положении член будет сидеть глубоко во влагалище, а ствол члена при скользящем движении ее тела будет касаться кончика клитора. Возбуждение будет стремительно нарастать и она обязательно кончит. А если при этом муж кончиком пальца будет дополнительно касаться и раздражать клитор, то эффект превзойдет все ожидания и она сможет почувствовать счастье оргазма дважды и более. При этом я объяснила Гере, что поскольку ее муж кончает очень быстро, ему следует перед началом полового сношения позаботиться о том, чтобы хорошо возбудить свою жену, самому оставаясь относительно спокойным. И в этот момент, когда жена сильно возбуждается и будет желать, чтобы муж погрузил в нее свой член, начинать сношение. Услышав это, Гера пришла в ужас, считая, что муж никогда на это не пойдет и сочтет ее безнравственной женщиной. И тут у меня мелькнула мысль познакомить и свести Геру с албанцем. Уж этот то самец препедаст ей отличную школу секса. Я сказала Гере, что ей следует познакомиться с этим албанцем, и если он проявит инициативу, не отказать ему в половой близости, заверив ее, что с ним то она наверняка кончит и не раз. Гера вначале и слушать не хотела меня, но верх взял мой убедительный тон и извечное женское любопытство. Я сказала Гере, что каждая женщина до и после брака должна иметь в жизни несколько мужчин, когда мы сидели в ресторане, к нашему столику подошел албанец и вежливо попросил занять свободное место. Мы разрешили и вскоре завязалась беседа. После ужина я пригласила всех к себе в каюту. У меня мы выпили две бутылки мартини с содовой и Гера сразу захмелела. Сославшись на недомогание, я ушла во вторую комнату, оставив их вместе. Вскоре через тонкую перегородку я услышала звуки поцелуев, а еще чуть позже, заглянула в дверь и увидела, как албанец раздевает Геру. Как вы догадываетесь, знакомство с албанцем было дело моих рук. Я предварительно с ним поговорила и рассказала, как ему следует действовать. Гера пыталась слабо сопротивляться, не помня мои наставления, закрыла лицо руками, предоставив ему возможность раздеть ее. Положив Геру на диван, он мгновенно сбросил с себя одежду и я увидела великолепного мужчину с громадным высоко торчащим членом. В эту минуту я позавидовала подруге, так он был хорош. Гера лежала на диване, широко разбросив ноги и закрыв ладонями лицо, албанец подошел к ней, как-то тяжело крякнул и вогнал ей свой член. Я слышала как охнула моя подруга и как забилось в конвульсиях ее тело. Забросив на бедра ее ноги, он стал двигать член как поршень. Затем, резким движением тела он повернулся на спину и Гера оказалась сидящей верхом на его члене. Схватив ее за грудь, он низко пригнул ее голову, а затем, бросив руки на ее бедра, стал двигать ее задом по всему своему торчащему члену. И вдруг я услышала страстный стон женщины, испытавшей приближение оргазма. Гера, сидя верхом на толстом члене, заметалась, яростно завертела задом и испустив свои сладострастия, стала кончать, албанец перевернул ее животом вниз, поперек кровати и раздвинув ее безвольные ноги, вогнал между ягодиц свой член в самую глубину ее влагалища, в таком положении, не имея сил сдержать страсть, они оба с криком и стоном кончили и повалились на диван. С Герой творилось что-то невероятное. Она жадно целовала своего неожиданного любовника. Буквально не прошло и 20 минут, как член албанца высоко поднялся и Гера с жадностью предалась любви. Маури вновь поставил ее к краю кровати и я увидела, как его член вошел в подругу со стороны зада, потом он положил ее на бок и в этом положении они оба кончили. Когда Маури ушел, я зашла в комнату к Гере, которая лежала в изнеможении. Со слезами на глазах она благодарила меня за впервые принесенное счастье. Hаш путь из Европы в Азию продолжался 8 дней и все эти дни Гера безумствовала в страстных объятиях албанца. Она с такой жадностью отдавалась ему, что казалось никогда не насытится. Однажды вечером, после очередного сеанса, проводив Геру к себе я стояла с Маури на палубе и любовалась луной. Его присутствие всегда волновало меня. Разговорившись мы случайно коснулись друг друга руками, но отдернули их. Hо потом он прижался ко мне своим боком и слегка обнял меня за талию. Hе говоря ни слова, я пошла в свою каюту и Маури пошел за мной. Все остальное шло как во сне. Hе успели мы закрыть дверь, как мощные руки подняли меня в воздух и бросили на диван. Hет, он не раздевал меня, он просто сорвал с меня одежду. Hе успела я опомниться, как мощный член Маури ворвался в меня до упора. Я охнула от боли и восторга. Такого члена я никогда не видела и не принимала в себя. Он был размером не менее 20-22 см., и я чувствовала, как он буквально продирается внутрь моего тела и как головка касается матки. Я даже не могу сказать сколько раз я кончала, пока наконец Маури, прижав меня к постели не выбросил в глубину влагалища мощную струю семени. Такого мужчину дано познать не каждой женщине. Hемного отдохнув, Маури вновь накинулся на меня. Hа этот раз прежде, чем погрузить свой член, Маури разместил свои колени возле моей головы и приставил головку своего могучего члена к моему лицу. Широко раскрыв рот, я с трудом проглотила его и стала жадно лизать губами. Hесмотря на то, что головка едва уместилась у меня во рту, я испытывала нарастающее блаженство. После этого он долго целовал мое влагалище и, наконец, по его просьбе позволила ввести его член в мой зад. С большим трудом, после хорошей смазки головка, раздвинув зев, стала проходить в анус и я едва не закричала от боли. Hо все же я весь приняла его в себя и дважды кончила в состоянии непередаваемого экстаза. Hа следующий день Маури ко мне пришел чуть свет и как дикий зверь набросился на меня. Его мужская сила была просто поразительна. Такой необузданной любви я еще не испытывала. Он знал несчетное количество разных позиций, а особенно мне нравились две, а именно: в первом случае он, положив меня поперек на диван и приподняв мои ноги плотно прижал их к моей груди. Сам же, находясь в положении стоя на полу, раздвинул мои ноги и стал проталкивать в плотно сжатое влагалище свой член. Поскольку мои ноги и бедра были плотно сжаты, он с трудом входил во влагалище и трение головки и всего члена были настолько возбуждающими, что я буквально завыла от наслаждения. При этом он умел хорошо сдерживать себя и давал мне кончить несколько раз, после чего, забросив мои ноги на плечи, кончал вместе со мной, бквально заливая мое влагалище спермой. Hе менее приятной была позиция, когда он садился на самый край дивана, свесив ноги на пол. Я подходила и, широко раздвинув ноги, садилась на высоко торчащий член, положив свои ноги на его бедра, и начинала неистово двигать задом. В таком положении он поддерживал меня за ягодицы, а я двигалась взад и вперед, скользила всей промежностью по его члену. В момент, когда наши груди соприкасались, он успевал губами прихватить меня за соски, что способствовало дополнительному возбуждению. Да, те долгие часы, что я провела с этим мужчиной, доставили мне много удовольствия. Удивительно, как только у него хватало силы обрабатывать одновременно двух молодых женщин, учитывая, что Гера быстро вошла во вкус и была готовой целый день отдаваться. Скоро мы распрощались с Герой, которая сошла в Алжире. Ее встречал муж, и было немного смешно смотреть, как она, едва выскочив из постели Маури, бросилась в объятия супруга. Как то у них будет теперь? Мне тоже недолго оставалось побыть с неожиданным любовником, так как на следующий день мы прибывали в Тарану. Маури был со мной ласков и сказал, что в Албании в первый день весны отмечают праздник, который называется Hочь большой любви. По традиции в эту ночь ни один мужчина полностью не удовлетворит свою партнершу. Он обязан выполнить все ее прихоти, как она того пожелает. Если эта ночь будет первой ночью для девушки, которая вышла в этот день замуж, мужчина не имеет права ломать ее девственность, хотя может и должен ласкать ее половые органы, вводить во влагалище свой член, водить им по всей промежности, но погружать его в глубину влагалища и кончать туда не имеет права. Самое большое, что ему позволено, это кончить на живот или в бедра. В ночь большой любви ни один мужчина не имеет права выпить даже глоток алкоголя, он должен быть с женщиной предельно ласков, ласкать ее эрогенные части тела. Он обязан дать ей кончить столько раз, сколько она может это сделать. Если мужчина нарушит этот ритуал, утром его подруга расскажет всем о своем неудачном любовнике и он станет предметом насмешек. Молодожены, обязательно рано утром обязаны показать свою постель старикам, и если будут обнаружены следы нарушения традиций, молодой муж на целый год лишается права на брачную близость со своей супругой. Все это мне рассказал Маури, когда мы улеглись на диван. Он обещал провести со мной эту последнюю ночь в нашей жизни в традициях ночи большой любви и показать мне, какими бывают нежными и сильными албанцы-мужчины. Если раньше Маури был нетерпелив и даже дерзок, пытаясь сразу же овладеть мною, то сейчас он был спокоен, как будто бы он приступал к какому-то торжественному ритуалу. Мы плотно прижались голыми телами друг к другу и он стал ласкать мне грудь. Своими толстыми чувственными губами он плотно охватывал мои соски, глубоко втягивая их себе в рот. В это время его руки едва прикасались к моему телу, плавно скользили по внутренней поверхности бедер, лишь слегка касаясь лобка. Потом он положил меня на бок, а сам лег сзади, плотно прижался животом к моей спине и протолкнул между ног свой громадный член, стал головкой и стволом члена скользить по всей промежности, не допуская погружения головки во влагалище. Это была сладостная любовь, и я буквально сгорала от желания. Маури, скорее, милый, прошу тебя, возьми меня, нет больше сил терпеть. Hо он только улыбнулся и сказал: В эту ночь нельзя спешить, надо уметь терпеть. Ведь это же ночь любви, и ее надо провести так, как это делают албанцы. Доведя меня почти до состояния оргазма, Маури с трудом вытащил из моих плотно сжатых ног свой член, который стоял как кол, и, присев на корточки перед моим лицом, приставил головку к жадно раскрытым губам. Будучи сильно возбужденной, я, сгорая от нетерпения, с трудом втиснула гоовку себе в рот и с жадносью начаа ее сосать. Он задвигал низом живота, как при половом акте, то почти вынимая весь член, то до горла вталкивая его в мой рот, так что я с трудом дышала. Его посиневшая, с крупными яйцами мотня плавала перед моими глазами, и я схватилась за нее руками и с силой затеребила ее. Казалась, что Маури был готов кончить, но, сдержав себя, он вытащил свой член и в изнеможении растянулся около меня. Дорогой, я хочу тебя - прошептала я, но Маури был неумолим. Hочь еще велика - сказал он, - вся наша. Hемного отдохнув, он вновь принялся за меня. Улегшись на спину, он попросил меня разместиться своими половыми органами над его лицом, и в эту же секунду его губы впились в мое влагалище. Его пылающее лицо заметалось между моих ног, а губы и язык были во мне. Больше я не имела сил терпеть и кончила с такой страстью, что мой крик, вероятно, был бы услышан на палубе. Дав мне кончить, Маури, вновь немного отдохнув, опять приступил к любовной игре. Hа этот раз я опустилась руками на ковер, Маури взял меня за ноги, положил мои икры себе на бедра, так что сам оказался между моих ног, и, пригнувшись, стал со стороны зада загонять в меня член. Я выглядела как тачка, у которой вместо ручек были мои ноги. В такой позиции член прошел на всю глубину влагалища настолько глубоко, что я заохала, а когда он начал им двигать туда и обратно, то сразу кончила. Заметив это, Маури вытащил член, чтобы не кончить самому, и опять притих возле меня. Я просто изнемогала в его объятиях и жаждала новой близости. Ждать пришлось недолго. Теперь он хотел иметь меня через задний проход. Я боялась этой близости, но сегодня, в эту прощальную ночь, решила уступить. Смазав себе зев, а ему головку, я приняла заднее положение, упираясь руками в край дивана. Hо вот головка коснулась зада и под большим давлением член стал входить в меня. Сжав зубы, я терпела, и как только он прошел в анус, у меня наступило облегчение. Сделав несколько скользящих движений, Маури мощно заработал задом и загнал член глубоко в мое тело. --- Начало --- Свой первый раз помню очень хорошо. Это произошло на вечеринке в университетском городке, куда меня пригласил мой друг. Почти все здесь были старше меня. Я сидел на диване вдали от пьющих водку и курящих марихуану. Было темно и накурено. В ушах гремела музыка. Вдруг, перекрывая все звуки, в другом конце комнаты разгорелся громкий спор, после чего хлопнула дверь. Затем кто-то сел на другом конце дивана. Я взглянул — это была девушка по имени Жанна. Жанна — одна из тех, кого трудно не заметить. Она была достаточно крупной (но не толстой) и весила, вероятно, столько же, сколько и я, однако выглядела ничего — достаточно приятная внешне девица. Она тихонько шмыгала и делала все возможное, чтобы ее не заметили. Я знал ее маленького брата Николая из моей группы по каратэ, поэтому подумал, что у меня есть все основания заговорить с ней. Кроме того, Жанна плакала, и мне хотелось узнать, почему. Поэтому, подсев к девушке, я тихо спросил, что случилось. Она подняла глаза, удивленная моим вниманием к себе, и, всхлипнув еще пару раз, объяснила, что поругалась со своим дружком, который напился, а теперь к тому же еще и сбежал от нее с вечеринки. Добраться до дому одной теперь было практически невозможно. А раз так, то это означает, что ей здорово достанется, если она опоздает. Я галантно предложил отвезти ее домой. При этом, конечно, сыграло свою роль и то, что находился я на этой вечеринке без особого удовольствия, поскольку пришел один, а здесь практически не было ни одной девчонки без парня. К тому же все вокруг занимались любовью, словно сошли с ума. Андрей обеими руками залез под блузку Марине, а Тамара запустила свою руку в джинсы Сергея. В общем не самое лучшее место для того, чтобы сидеть в одиночестве. Я поднялся и взял Жанну за руку. Она поднялась с дивана и пошла рядом со мной в такой близи, что я почувствовал тепло тела и сладкое дыхание в тот момент, когда девушка прошептала: “Ты уверен, что хочешь сделать это ради меня? Мне, честно говоря, кажется, что я могла бы доехать и на такси”. Огромная грудь Жанны коснулась моей груди. Я, продолжая держать ее за руку, потянул к двери. Когда добрались до автомобиля и я начал открывать дверь для нее, она неожиданно развернула меня к себе и поцеловала, погружая свой розовый язык в мой рот и одновременно прижимая меня к дверце. Казалось, что этот поцелуй длится целую вечность. Я чувствовал, как мягкая грудь прижались ко мне. Жанна уперлась бедром мне между ног и начала тереться об мое твердеющее мужское достоинство. Наконец она прекратила исследовать мой рот и сделала шаг назад. Я спросил: “Зачем ты это?” — “Чтобы ты мог стать джентльменом, вот для чего!!!” Полный смущения, я помог ей сесть в салон. Я залез в машину и спросил, как доехать до ее дома. Она как-то странно посмотрела и произнесла: “Езжай, я покажу тебе дорогу”. В ее глазах отражался лунный свет, а блузка, казалось, была открыта больше, чем до этого. Автомобиль тронулся. Жанна развернулась так, что ее спина была повернута к двери, а скрещенные ноги оказались на сиденье. Мне не представляло никакого труда рассмотреть черную нейлоновую полоску материи, плотно прилегающую к промежности. Даже при слабом освещении я мог различить канавку, прикрывавшую вход в пещерку, которая угадывалась под тугой, несколько отсвечивавшей тканью. Девушка сидела спокойно некоторое время, явно ожидая, как мне кажется, сделаю я какое-нибудь движение в ее сторону или нет. Что касается меня, я, может быть, и начал бы что то делать, но был попросту парализован происходящим. Наконец, Жанна подвинулась ко мне сама и спросила, не случилось ли что-нибудь, при этом рукой прижалась к моему бедру в нескольких сантиметрах от моего возбужденного дружка. Заикаясь, я ответил, что все нормально, и спросил, в какую сторону ехать дальше. Моя правая рука совершенно естественным образом легла на плечо Жанны и начала играть с мочкой уха. Она махнула в ту сторону, куда нужно было повернуть, и, взявшись рукой за мою, притянула ее к своей груди и твердеющим соскам, которые тут же оказались под моей ладонью. Я понимал, что что-то происходит, но не был пока уверен, что именно! Пока ехал, продолжал играть с сжавшимися маленькими сосками в то время, как рука Жанны проникла между моих ног и не оставила уже никаких сомнений относительно того, что же именно она намеревалась делать дальше. Девушка гладила и сжимала член. Я чувствовал, как в моих шортах разрасталось мокрое пятно. Жанна убрала мою руку со своей груди и спросила: “Может быть, есть еще что-нибудь, что бы ты хотел потрогать? Если ты меня хорошенько попросишь, я позволю это сделать, но тебе придется тогда сказать, что именно ты хочешь сделать. Мне хочется тебе описать, что делаем и что при этом чувствуем. Договорились?” У меня перехватило дыхание. До этого я дурачился, а сейчас, как выясняется, она хотела еще и говорить об этом. Тут я спросил: “Ты хочешь сказать, что если попрошу, то смогу поиграть даже с твоей дырочкой?” Жанна изумленно осмотрела меня и вдруг все поняла: “Ты что, девственник? Да? О-о-о-о! В таком случае сделаю для тебя кое-что особенное!” Она взяла мою руку и, притянув к себе под юбку, положила туда, где было тепло и влажно. “Посмотри, что ты делаешь со мной”, — сказала Жанна и потянула мою руку вверх, а затем вниз, туда, где были жар и липкая сырость. Я нащупал бороздку под тканью и мои пальцы чуть было не провалились туда. Затем просунул палец под резинку и оказался в зарослях волос, именно там, где сходились ноги девушки. Она отклонилась назад и раздвинула бедра еще больше, слегка постанывая. Я начал тереть упругие половые губки, а Жанна, взяв мою руку, запихнула ее еще глубже. И тут я обнаружил клитор. Я погладил его, и она застонала, а потом еще больше откинулась на спинку сиденья и оказалась полностью открытой моему взгляду. Мое копье было уже наготове, а девушка в свою очередь была открыта полностью для того, чтобы принять его. Сняв трусики, она попросила меня погладить “там, прямо там... и не надо останавливаться...” Жанна поднималась и опускалась под моей рукой, в то время как я ласкал клитор. И вскоре она начала кончать, сжимая своими бедрами мою руку, словно каждый ее мускул был поражен спазмами. Мне показалось, что сделал девушке больно. “А-а-а-а-а...” — откинувшись назад, она свернулась в клубок, а в это время я продолжал теребить пальцем ее клитор. Наконец добрались до ее дома. На дороге рядом с ним не было ни одного автомобиля. Она попросила остановиться, что я и сделал, припарковав автомобиль в полумраке рядом с домом. Жанна пришла, насколько это было возможно, в себя и, поблагодарив за поездку, начала застегивать блузку. Вдруг она повернулась ко мне и спросила, можно ли задать мне вопрос. “Конечно, а что?” — словно издалека услышал я свой голос. Я был несколько огорчен, и это, очевидно, было по мне видно. Она собиралась уйти, а я был возбужден и не удовлетворен. Ну, а ей, как выяснилось, захотелось узнать, симпатична ли она, на мой взгляд, или нет. Спотыкаясь и заикаясь, я все-таки выдавил из себя, что она была хороша. Тут Жанна вновь начала хлюпать носом. И тогда я спросил, что случилось. В ответ я услышал: “Конечно, ты такой же, как и все остальные... ты думаешь, что толстая и уродливая... Но это не так, и я докажу тебе!” Руки Жанны начали вновь расстегивать блузку... пуговицу за пуговицей, оголяя белую, едва мерцающую в свете луны плоть. Она сняла блузку, и массивная грудь выпрыгнула наружу. Полушария были великолепные, большие и более упругие, чем мне казалось, с огромными темными пятнами посредине и крошечными, но твердыми сосками. Я был безмолвен. Жанна притянула меня к себе и подтолкнула грудь прямо к моему рту. Я ухватился за нее и прижался губами к соску. От нее исходил необычный запах, и я начал гладить и сжимать другой сосок. А в это время рука девушки вновь разыскала затвердевший комок между моих ног и начала гладить его вверх и вниз по всей длине. У меня вдруг закружилась голова и я вновь оказался на сиденье, а рука Жанны уже разыскала и расстегнула мою молнию. Затем вползла внутрь моих штанов и схватила твердый девственный петух. Я тут же кончил. Прямо на руку и свои брюки. Всего одно движение — и конец. Жанна улыбнулась и спросила, отчего это произошло, может быть, оттого, что она мне понравилась. При этих словах девушка начала облизывать свои пальцы. Мне казалось, что нахожусь во сне. Грудь Жанны у меня в руках и во рту. Мой верный друг покачивается в воздухе, а она улыбается... Жанна взяла двумя пальцами мой расслабленный ствол и начала дрочить его, растирая по нему все, что выплеснулось из меня. Откинувшись назад, я получал удовольствие, чувствуя, как ласковая рука сжимает мой отросток. Затем член вновь начал твердеть. Мои глаза были закрыты, я стонал и не видел, как Жанна сняла трусики, но вдруг почувствовал, как она оказалась на моих коленях и пара нежных, влажных губ пушистого зверька прижались к моему древку. Затем, как будто бы у него был свой собственный разум, он нашел отверстие в ее ложбинке и нырнул в теплую плоть. Жанна прижалась ко мне и начала двигаться вверх и вниз по моему стволу. Я протянул руки вниз в удивлении и нашел то место, где мы соединялись. В моих волосах было много сока. Жанна тоже протянула руку и начала гладить член. В действительности девушка ласкала клитор, но я думал, что она гладит мое древко, которое становилось с каждой секундой все тверже и тверже. Я почувствовал, что во второй раз кончу не так быстро, и тут же осознал, что уже не являюсь девственником, а мой меч погружен по самую рукоятку во влажную, хлюпающую пещерку. Все произошло как-то само собой, спонтанно. Время, проведенное Жанной со мной, доставило ей удовольствие. А я получил возможность поиграть с любой частью этого роскошного тела, которая мне нравилась. Автомобиль раскачивался и скрипел в такт нашим движениям. Внезапно Жанна остановилась и, прижав палец к губам, дала мне знать, чтобы я притаился. Ее брат въезжал на улицу вслед за нами. Он не мог не заметить бешеную активность в нашем автомобиле и наверняка узнал мой автомобиль, когда увидел его в свете фар. Что же будет сейчас? Я занимался любовью с его старшей сестрой и... что я мог ему сказать?!! Жанна спасла меня. Когда брат подошел к окну, она сказала: “Если ты проронишь хотя бы одно слово, я расскажу отцу, что все это время ты разбавлял его виски водой. Так что ни слова, братишка”. Произнося это, девушка не прекращала раскачиваться на моем члене, который был словно стальной брусок в расплавленной печи ее плоти. Огромные полушария раскачивались и тряслись, а она продолжала движения вверх и вниз, вверх и вниз. Давление внутри меня стремительно нарастало, и Жанна поняла, что я близок к тому, чтобы кончить. Она начала тихонько постанывать: “Давай!. Войди в меня-я-я... Я хочу... чтобы ты вошел глубже...” Я понял, что она вот-вот тоже кончит. И хотя меня смущало присутствие Николая, я тем не менее четыре или пять раз резко вошел в нее, после чего полностью разрядился в глубине пещерки. Жанна вскрикнула, когда почувствовала разрывы, и задрожала всем телом, присоединяясь к моей радости. Николай посмотрел вниз в темноту и произнес: “Ну, ты даешь, парень! Кто бы мог подумать!” Вот такова история моего первого вступления в близкий контакт с представителем противоположного пола... --- Лина --- Маленькая колдунья Лина точно знала, что путник не проснется. Она сама готовила сонное зелье - а это она готовить умела. Лина никогда раньше не видела мужчин. Они с матерью жили в лесу, и, сколько она себя помнит, она изучала основы колдовства: Сбор трав, приготовление отваров, заклинания, предсказания. О жизни людей ей еще ничего не говорили. "Рано",- объясняла мать. Люди иногда приходили в их лесную избушку. Чаще всего это были мужчины. Но Лину к ним не подпускали. Все посетители удалялись в темный пристрой к избушке и там о чем-то подолгу советовались с матерью. А вчера матушка заболела. Стала таять ее сила, и она пошла в горы к Великому магистру. Вернется не раньше завтрашнего дня. И вдруг - такая удача! Путник. Пришел к матери за приворотным зельем. Маленькая колдунья сама могла приготовить такое зелье, но ей хотелось задержать путника. И Она его уговорила остаться до утра. Накормила, приготовила баню.. А потом, вместо кваса, поднесла отвар сонных трав. Крепкий отвар. Теперь сутки не разбудишь! Лина зашла в комнату, где спал путник. Мужчины отличаются от женщин, это было видно и издалека. Но вблизи... Любопытство заставило ее подойти поближе и осторожно откинуть одеяло, обнажив лежащего мужчину до пояса. Широкие плечи, плоская грудь. Соски, как две горошины. Лина осторожно провела ладошкой по легкой растительности у него на груди. Потом прижала руку, прислушиваясь к ровному биению его сердца. Спит... Кожа сухая, прохладная, чуть шершавая. Лина расстегнула блузку и погладила свою грудь. Ее кожа мягче, шелковистее. Но почему тогда так приятно трогать этого спящего мужчину? Она наклонилась и понюхала его. Обоняние и вкус - это ей всегда помогало, при определении качества трав. От мужчины шел незнакомый, чуть терпкий запах. Лина осторожно лизнула грудь, твердый сосок. Солоноватый, но приятный вкус. Волосы на груди щекотали губы, вызывая желание прижать их покрепче. Колдунья провела губами по обнаженной груди, изредка прикасаясь к ней языком. Приятно. Почему-то, у самой мурашки побежали по коже. Она, вдруг, почувствовала СВОЮ грудь, как будто та стала тяжелее и слегка заныла. Девушка подошла к зеркалу и сняла блузку. Она и раньше видела себя обнаженной, но такие странные ощущения при этом не испытывала. Снимая юбку, Лина слегка погладила себя по животу. Сладкая истома разлилась по спине, заставляя задержать дыхание и слегка выгнуться. Она еще раз погладила свой живот, запустила пальцы в легкие завитки внизу живота, провела ладошкой между ног... Горячая волна пробежала по всему телу, ноги слегка ослабели. Ладошка мокрая. Почему?.. Маленькая колдунья присела у постели спящего путника, взяла его руку. Большая рука. Ладонь почти полностью закрывает ее небольшую, еще неразвитую грудь. Ей, вдруг, захотелось, чтобы эта ладонь сжалась, ухватив сосок между пальцами. Но мужчина спал... Девушка вздохнула, уронив бесчувственную руку. Рука скользнула по животу, задержавшись на сгибе ноги, внизу, рядом с кудрявым треугольником. Пальцы путника во сне слегка шевельнулись, пощекотав девушку и вызвав новый прилив ощущений - тяжесть в животе, жжение между ног... Резким движением Лина отбросила одеяло и стала внимательно изучать незнакомое ей прежде строение мужского тела... Плоский живот, узкие бедра, мускулистые волосатые ноги. А внизу живота нечто совсем непонятное... Лина потрогала, обхватила ладонью этот незнакомый ей орган. Мягкий, сухой. Внутри чувствуется биение пульса. Она осторожно провела рукой между ног спящего мужчины. И там гладко и сухо! Нет, они все-таки совсем разные... И вдруг она заметила, что то "нечто", которое она секунду назад держала в руках, стало увеличиваться в размерах. Лина посмотрела на спящего. Нет, не проснулся! Но его тело, казалось, жило своей жизнью. Орган рос прямо на глазах. Девушка по-звериному встала на четвереньки и понюхала его. Лизнула. Провела языком по всей длине. Горячий и плотный, он словно потянулся следом за ее языком. Складка кожи на конце раздвинулась. Лина провела рукой, отодвигая ее дальше. Ой, внутри совсем тоненькая, сильно натянутая кожа! Чтобы не сделать больно, девушка старательно облизнула обнажившийся конец, обхватила его губами... Старый, давно забытый младенческий инстинкт заставил сделать глотательное движение, еще глубже заглатывая этот причудливый орган... Почему-то, это вызвало самые приятные ощущения. Казалось, сердце забилось прямо в животе, причем забилось мягко, лаская ее изнутри и побуждая сделать еще что-то... Знать бы, что? Еще какое-то время, губами и языком она поиграла с причудливой частью тела спящего мужчины, удивляясь, что это доставляет ей удовольствие. Но жжение между ног, сначала незначительное и достаточно приятное, усилилось и вызывало беспокойство. Лина прижала рукой свое влажной отверстие, до боли вдавила туда пальцы. Не проходило. Хотелось давить сильнее и сильнее, чем-нибудь более плотным, толстым. Она оглянулась. Волосатая нога. Сев верхом, она прижалась к ноге изо всей силы, потерлась о нее, оставляя влажный след. Еще... Посмотрела на плотный и горячий орган, который она только что лизала и обсасывала. На нем выступили жилы. Он поднялся вверх и лежал параллельно животу. Девушка опустилась на него, потерлась, просовывая как можно глубже в заросли волос и кожных складок. Она сама не заметила, как застонала... И вдруг сильные руки, обхватив ее за талию, властно и резко опустили на просунутый между ног конец. Боль, резкая боль, пронзила все ее тело. - Тихо. Спокойно. Не двигайся, сейчас пройдет. Мужчина не спал! Он смотрел на нее из-под полуоткрытых век и -непонятно - улыбался или сжимал зубы. Лину охватила паника. Она чувствовала себя пойманной. С того кола, на который она была посажена, пригвождена сильными руками ей уже не уйти. Мужчина пошевелился, слегка приподнимая и раскачивая сидящую на нем женщину. Сделал это еще и еще. Боль уходила. Новые чувства: восторг, наслаждение, желание чтобы это наслаждение росло и не прекращалось - вытеснили боль. Она опять застонала. Ее тело извивалось, вздрагивало, следовало за движениями более опытного партнера. Оно уже было неподвластно разуму и отключилось от внешнего мира. Сильнее, глубже! А сейчас- нежнее и ласковее... Сердце колотилось бешено, в ушах стоял звон... И вдруг этот звон оглушил, перевернул все ее тело, заставив вцепится в мужчину руками, чтобы не потерять равновесие, не упасть, не улететь, не рассыпаться!.. Все. Тихо. Колдунья открыла глаза. Путник спал. Она лежала сверху. --- Знакомство с фаллосом --- С тех пор как Алина приехала из деревни в город, прошло несколько недель. Все это время она жила у своей новой подруги Ванги. Алина, конечно, подыскивала себе другое жилье, но делала это, откровенно говоря, не слишком энергично - ей самой не хотелось признаваться в этом, но образ жизни Ванги притягивал и завораживал ее: то к ней забегали на чашечку кофе веселые, раскрепощенные мальчики, то она ворковала с кем-то по телефону и весьма недвусмысленно подмигивала при этом Алине, то возвращалась под утро, наполняя комнату ароматом дорогих духов, легким запахом импортных сигарет и утонченными испарениями заморских вин. Стиль жизни подруги был не совсем понятен Алине. В самых неожиданных местах она обнаруживала удивительные вещи. В их числе были и безумно дорогие заграничные журналы - а в них великолепные цветные фотографии обнаженных мужчин и женщин, подчас вытворяющих такое, что поначалу Алина, разглядывая их, невольно прищуривала глаза. А надорванные упаковки "штучек", как деликатно именовала презервативы Ванга? А однажды Алина натолкнулась на нечто, что и вовсе потрясло ее: в одном из ящичков серванта она обнаружила сделанный из материала, напоминающего резину, мужской половой член. Его внушительные размеры невольно вызывали в памяти могучие гениталии племенного быка, которого она не раз видела в деле. Это что же, сувенирчик такой? - растерянно подумала Алина, машинально постукивая резиновой игрушкой по руке. Он приятно пружинил и источал цветочный аромат. Она порылась в том месте, где только что случайно наткнулась на него, и обнаружила баночку, наполненную душистым вазелином, а также еще один член меньших размеров. "Значит, это не сувенир!" - почему-то внутренне обрадовавшись этому, решила Алина. В том же ящике лежал и толстый иллюстрированный журнал. Алина начала механически листать его, все еще находясь под впечатлением сделанных открытий. И вдруг на одной из фотографий она увидела обнаженную красавицу, самозабвенно орудующую как раз таким же инструментом в своем лоне. Алина буквально пожирала фотографию глазами. Поза красотки была что ни на есть вызывающая. Как же можно вот так, с широко разведенными ногами сидеть перед фотоаппаратом? - соображала про себя Алина, одновременно слегка возбуждаясь от этой мысли. Кто же фотографировал? Уж конечно, молодой мужчина, - продолжала размышлять девушка. Она попыталась принять подобную позу. Для этого ей пришлось расстегнуть халатик. Трусики, пожалуй, тоже мешали. Слегка смущаясь, Алина стянула их и теперь невольно сравнивала женщину на фото и себя. Она с гордостью отметила, что ноги у нее, пожалуй, лучше, а вот аккуратно подбритое интимное место красотки выглядело необыкновенно аппетитно, даже сочно. Заочное состязание с женщиной на снимке настолько захватило Алину, что она решилась воспроизвести фотографию полностью. Дрожащим пальчиком она коснулась своего чувствительного клитора и сделала несколько вибрирующих движений, ощущая, как бутон наполняется влагой, а затем, задыхаясь от внезапно подступившего волнения, осторожно взяла со стола член, что поменьше и стала ласкающими движениями наносить на него тонкий слой столь аппетитно пахнущего вазелина. Стоило Алине подвести подготовленный к работе инструмент к полураскрытому входу - и член словно сам погрузился в него со звуком, отдаленно напомнившим поцелуй. "Ах!" - выдохнула она, разведя ноги пошире и наблюдая за собой в зеркало. Затем она начала медленно извлекать фалл, но сладкая судорога, родившаяся в глубине лона, заставила Алину втолкнуть его обратно. Он проскользнул внутрь словно длинный кусок мыла. Алина откинулась назад. Инструмент столь легко двигался в ней, что она почти не чувствовала его. Алина нащупала рукой штуку побольше, лежавшую на столе, и с неведомым прежде чувством сладострастия попыталась ввести в дело новый инструмент. Ей это удалось не сразу, но когда удалось, она чуть не застонала от восторга. Казалось, он давил сразу во все стороны, а его проникновения заставляли ее от наслаждения ерзать попкой по дивану. Теперь уже Алине было не до фотографии, ее охватила безумная похоть, движения стали судорожными, а рука, крепко сжимавшая инструмент, двигалась все быстрее и быстрее. Одновременно она мяла и ласкала член, словно бы он был настоящим и принадлежал эффектному мужчине. В очередной раз, крепко стиснув пальцы, она услышала слабый щелчок и сейчас же почувствовала, как головка члена совершенно непонятным, но очень приятным образом стала разбухать во влагалище. Казалось, этому не будет конца: член вел себя загадочным образом, и Алина не без тревоги подумала, что вряд ли теперь сможет легко извлечь его. Как сквозь сон она услышала, что в прихожей открывается дверь. С быстротой кошки Алина принялась приводить себя в порядок. Трусики полетели под диван, журнал она успела сунуть на место, а член пришлось просто крепко зажать между ног и запахнуть полы халата. Почти тут же в комнату вошла Ванга и галантно одетый, обросший бородой мужчина средних лет. Они с Вангой, видимо, продолжали еще начатый на улице разговор и сначала не обратили на Алину почти никакого внимания. Во всяком случае, мужчина взглянул на нее всего два или три раза, безучастно скользнув по ее аппетитным ножкам. - Да, да, Ванга, это будет совершенно элитарная программа, для денежных тузов, и ставки в ней, заметь, очень высоки, так что все дело в исполнителях. Ванга крутилась по комнате, явно кокетничая. - Вы предлагаете мне принять в ней участие? - держа руку с сигаретой на отлете и слегка покачивая бедрами, спросила она. - Конечно! Мне кажется, ты подходишь как нельзя лучше! – мужчина лениво потянулся. Алина молчала и старалась не двигаться: член по-прежнему распирал ее влагалище, она все время оставалась как бы на грани оргазма. И все же она поняла, что речь идет о каком-то новом супер-шоу, в котором, возможно, примут участие и иностранцы, причем Ванге отводилось в шоу далеко не последнее место, а мужчина - явно один из организаторов. - Пожалуй, я приготовлю кофе? - кокетливо улыбнувшись, сказала Ванга и выпорхнула на кухню. Теперь мужчина переключил свое внимание на девушку. - Кажется, нас не представили друг другу? - мягко улыбнулся он. - Арнольд, - он первым протянул руку. Алина потянулась вперед и ощутила, как член заворочался в ней, вызвав теплые волны нестерпимого желания. Она непроизвольно застонала и Арнольд с любопытством уставился на нее. - В первый раз произвожу такое сильное впечатление на девушку! - пошутил он. - Но, может быть, ты просто сверхчувствительная? Как раз такие нам и требуются в шоу! Мучительно покраснев, Алиса заерзала на диване, не зная, что ответить и сразу же пожалела об этом: член неровными толчками задвигался внутри. С каждой секундой ей все труднее было сдерживаться. Как ни странно, ее очень возбуждало, почти завораживало, что сидящий напротив мужчина как бы поделился с ней своим мужским естеством и сейчас, во время разговора, словно присутствует в ней. Между тем разговор получался довольно пикантным. Арнольд принялся рассказывать об эпизодах, из которых должно состоять представление. В одном из них как раз обыгрывались игры с искусственными членами. Это доконало Алину: она судорожно стиснула ноги и халатик, не застегнутый на нижнюю пуговицу, начал расползаться в стороны словно занавески на окне. Не в силах сдержать себя, Алина откинулась на спинку дивана и выгнулась дугой. - О! - услышала она восхищенный возглас мужчины и тут же почувствовала его теплые, умелые пальцы у себя между ног. - Вытащите это! - простонала она. - Не-ет, не так сразу! - промурлыкал Арнольд, тоненько захихикав. - Значит ты, милочка, не знаешь, как этим пользоваться? Могу показать за отдельную плату. - Прошу вас, вытащите, а то сейчас вернется Ванга, - взмолилась Алина. - Это тебе обойдется в один минетик, - ответил Арнольд, поспешно расстегивая брюки. Алина увидела напряженно подрагивающую головку возле своего лица. Ей не оставалось ничего другого, как аккуратно обхватить ее губами. Но получалось у нее, видимо, не очень умело, потому что Арнольд заметил, мягко пошлепывая ее по ягодицам: - Язычком, язычком поработай! Алина послушно последовала его совету. Как раз в этот момент дверь распахнулась и в комнату с подносом в руках впорхнула Ванга. Увидев живописную картину на диване, она выдохнула: - А ты шустрая, Алинка! Быстро освоилась! Пока Ванга деловито, словно не замечая происходящего, накрывала на журнальный столик, Арнольд кончил. Алина впервые отведала спермы и ее вкус показался ей довольно приятным. Как истый джентльмен, который всегда держит обещания, Арнольд ловко нажал на какой-то выступ на искусственном члене и извлек его, наконец, из набрякшего лона девушки. Смутившись до слез под пристальным взглядом Ванги, Алина поспешно запахнула халатик и скрылась в ванной. - А девчушка ничего, только необстрелянная! - подмигнул Ванге Арнольд. - Почему бы ни попробовать ее на вторые роли в нашем шоу? - Хорошо, я попробую понатаскать ее, - пообещала Ванга. - А я с удовольствием приму экзамен, - рассмеялся Арнольд и с наслаждением пригубил кофе. --- Монастырь "Святой Женевьевы" --- Настоятельница монастыря "Святой Женевьевы", строгая монахиня Матильда Краузе, склонившись над столом, просматривала тетради своих юных воспитанниц, подчеркивала красным карандашом обнаруженные ошибки. "Ах, как плохо пишут" - сокрушалась она, намериваясь сделать выговор матери Гортензии, преподававшей французский язык. Она хотела позвонить, но в это время одна из монахинь-надзирательниц подала ей на подносе для писем конверт. Разорвав его, Матильда Краузе прочла следующие строки: "Вы просили меня подыскать вам такого человека, который был бы, с одной стороны настолько силен, что мог бы выполнять различные хозяйственные работы и, с другой, чтобы не мог быть опасным для вверенных вашему воспитанию девочек. Податель сего письма может быть совершенно безопасен в этом отношении, так как он, как я заметил, непроходимо глуп и к тому же глухонемой. Свидетельствую вашему преподобию мое глубокое уважение." Таль де Мурен. - Вот, наконец-то, найден нужный нам человек! - прочитав все письмо, сказала настоятельница, ожидавшей приказания надзирательнице, - теперь будет кому обрабатывать наш сад. - Вы правы, ваше преподобие, - ответила надзирательница, - мало вероятно, чтобы этот человек оказался опасным. - Приведите его ко мне в кабинет, - распорядилась настоятельница, желая лично осмотреть нового человека, рекомендованного в садовники. Через минуту в кабинет вошел молодой человек, с блуждающим взглядом и улыбкой, лет около двадцати, довольно чисто одетый и по простой моде. "Действительно глуповат", - смерив его взглядом, заметила настоятельница монастыря, видя не сходившую с его лица глуповатую улыбку. - Жаль только, что он молод и довольно красив, - сказала она, обращаясь к надзирательнице. - Едва ли это обстоятельство может иметь серьезные последствия, когда он глупец и глухонемой, - почтительно сказала надзирательница. - Ну, вы совсем не правы, - возразила Матильда Краузе, - девочки очень любопытны и могут поинтересоваться его мужскими особенностями, а это может привести к печальным последствиям, хотя, впрочем, они будут под строгим наблюдением, - добавила она. - Конечно, мы не будем спускать с них глаз, - подтвердила надзирательница. - Растолкуйте ему как-нибудь, что он должен делать у нас и, затем доложите мне о его способностях, - распорядилась настоятельница, давая знак, что разговор окончен. Надзирательница увела молодого человека в сад и мельком стала показывать ему, что он должен делать: мести дорожки, срезать и убирать сухие листья и сучья, колоть дрова. Все это молодой человек понял, обнаружив ловкость и силу. - Да, он препонятливый, ваше преподобие, - сказала монахиня, докладывая через два часа настоятельнице о результатах испытания молодого человека. - О, это отлично, - согласилась настоятельница, - условьтесь с ним относительно вознаграждения, а главное следите затем, чтобы он как можно реже встречался с нашими девочками. - Получив строгий наказ по надзору за молодым человеком, весь штат надзирательниц постоянно вертелся около него в саду, когда юные воспитанницы, пользуясь часами отдыха, бегали резвились по саду, придумывая разные забавы и игры. Все это были молодые девушки, лучших фамилий, не старше шестнадцати лет, вверенные воспитанию настоятельнице монастыря Краузе, пользовавшейся великолепной репутацией строгой и благочестивой женщины. Основное внимание в воспитании своих воспитанниц было обращено на то, чтобы девочки были совершенно не осведомлены ни о чем касающемся половых отношений и вообще интимных сторон жизни. В их юные головки были внедрены понятия, что детей приносит аист, что их находят на огородах, в капусте, что мужчины отличаются от женщин только костюмом, что волосы растут в известных местах от того, что они кушают баранину. Этот вздор рассказывается не только малышам, но и шестнадцатилетним девушкам. Нравственность девочек охранялась так строго, что даже ванны принимались ими в сорочках, чтобы они не видели собственной наготы. Конечно, уродливость такого воспитания должна была сказаться и вылиться в безобразные формы. Появление среди девочек молодого садовника, конечно, было замечено. Высокий, стройный, с кудрявыми волосами и прекрасными чертами лица он производил на девочек чарующее впечатление. Многим из них хотелось вступить с ним в разговор мимикой, но тотчас появлялась какая-нибудь воспитательница и шаловливые девочки должны были с разочарованием отходить прочь. Главное им хотелось подтвердить свою догадку, что мужчина отличается от женщины не только костюмом. Таким постоянным надзором был чрезвычайно недоволен молодой садовник Ксаверий де Монталь, ибо не этак он рассчитывал, когда прочел объявление в "Основе христианской нравственности", приглашающего молодого человека, сильного, глухонемого на постоянное место. Зная, что тот клерикальный журнал пользуется благословением монастырей, занимающихся воспитанием и образованием молоденьких девушек, Ксаверий де Монталь без особого труда догадался, почему именно требуется глухонемой. Будучи молодым повесой, совершенно свободным и независимым, он переменил имя, взял на себя довольно трудную роль глухонемого. Поступая в монастырь, он надеялся, что ему будет легко сдружиться с девочками и посвятить их в запретные тайны. Особенно ему нравилась одна прелестная воспитанница по имени Клариса де Мурель, девочка лет около шестнадцати, с пухлыми коралловыми губками, тонкой талией и таким упругим бюстом, как будто две половинки яблока были спрятаны на ее девственной груди. Веселая, резвая она чаще других подбегала к нему, выбирая момент, когда не было около нее стерегущих аргустов. Однажды, Клариса де Монталь, бегая вблизи садовника, осмелилась даже толкнуть его пальчиком и, отбежав, увидела, что этот глупый, но красивый глухонемой парень сделал жест весьма похожий на воздушный поцелуй. "Глупый, однако, он не совсем деревяшка", - подумала она, сделав это открытие, и решила подойти поближе и познакомиться с ним. "Вот именно с этого роскошного цветка я буду обрабатывать этот дивный сад", - подумал Ксаверий де Монталь, любуясь изящным личиком девочки и ее большими красивыми глазами. Постоянный надзор не только ему самому, но и надзирательницам надоел, которые предпочли бы сидеть в своих кельях, и пить кофе, как это было раньше. "И зачем наблюдать за ним, - думали они, - когда он дурак и глухонемой, не подозревает даже своего мужского назначения?" Но надзор за ним был неизбежен, ввиду строгого наказа самой настоятельницы. "Надо что-нибудь придумать, чтобы ослабить этот проклятый надзор", - часто думал Ксаверий, ломая голову над этой трудно решимой задачей. В конце концов, он все-таки придумал и выкинул фортель. В день "Святой Женевьевы" персонал монастыря отпустил садовнику две кварты превосходного монастырского вина. Выпив это вино и притворившись пьяным, Ксаверий перед приходом надзирательницы, которая должна была принести ему обед, развалился на кровати, в отведенной ему каморке и притворился глубоко спящим. Предварительно он принял такую позу, что принадлежность его туалета, как будто бы во сне сползла со своего места, обнажив ту часть тела, которая обыкновенно тщательно скрывается. Вошедшая монахиня, сокрушаясь, покачала головой, увидев в таком безобразном виде монастырского садовника, ставя на стол принесенный обед, она огорченно подумала о невоздержанности и неопрятности мужчин. Уходя, она, однако, не могла устоять от искушения, и, взглянув вдруг обмерла от удивления, увидев на том месте, где как она доподлинно знала в дни своей молодости, находится мужская принадлежность, - было пустое место!!! - Святая Женевьева! - про себя воскликнула она с радостью, - а мы так боялись и охраняли от него наших девочек, а у него оказывается, и нет ничего для них опасного, и он даже не мужчина!!! Сделав такое открытие, она со всех ног, побежала доложить об этом настоятельнице. - Сама видела, ваше преподобие, - уверяла она настоятельницу. - Не поверю, доколе сама не увижу, - произнесла та, не доверяя глазам своей подчиненной. Спустя несколько минут, Матильда Краузе, в сопровождении надзирательницы вошла в коморку садовника и была поражена необычной картиной. С некоторым смущением, непонятным для нее, рассматривала она покрытый волосами "лобок" выпившего садовника, крепко спящего. На нем действительно, отсутствовало самое страшное для ее воспитанниц. - Это чудо-милость божья "Святой Женевьевы", и нашему монастырю, - сложив руки, умиляясь сказала монахиня, - это должно быть большая редкость в мужском сословии, - продолжала настоятельница, - и надо принять все меры, чтобы удержать его в нашей обители. Взглянув еще раз на пустое место, они, осторожно ступая, оставили его одного. Как только они ушли Ксаверий весело рассмеялся. Его мужская принадлежность, вытянутая и зажатая между ног, освободилась и оказалась на надлежащем месте. И была она такой величественной, что если бы видели ее монахини, то непременно пришли бы в ужас. "Ну, кажется, дело идет превосходно, - думал Ксаверий, - время для обработки сада, по-видимому, наступило!" На другой день все воспитанницы были удивлены, когда увидели, что все надзирательницы исчезли, а они предоставлены сами себе. Бегая по саду, они наталкивались на садовника, который делал вид, что не обращает на них внимания, поправляя изгородь на клумбах. - Смотрите, а ведь он очень красивый, - говорили они друг другу, окружая садовника, жаль, что он глухой, а то бы многое мы узнали из того, что скрывают от нас старые монахини. Не может быть, чтобы он отличался только платьем, что-нибудь да есть в нем особенное, - говорили третьи осматривая его со всех сторон. Ксаверий усмехнулся, слыша веселую болтовню девушек, еще не зная что все придет в свое время. Монахини перестали обращать на него свое внимание и только изредка осматривали работу, которая велась им безукоризненно. Девочки также привыкли к нему и часто тормошили его, весело смеясь. Он в свою очередь иногда схватывал шутящих с ним девушек, а более взрослых сажал к себе на колени, что многим из них нравилось. Когда они вполне освоились с ним, он иногда, руками забирался к ним под платье лаская тело все выше и выше. При этом он заметил, что некоторые девочки относились к таким ласкам с нескрываемым удовольствием. Они горели и немели он его ласк и прижимались к нему с нежностью юных существ, смутно желающих новых ощущений. Особенно часто к нему подсаживалась Клариса, позволяющая ему трогать себя всюду. Она как бы замирала от его ласк, когда Ксаверий осторожно просовывал свою руку в разрез ее кальсончиков и нежно щекотал ее своими пальцами, то гладя шелковистые колечки волос на круто поднимающемся лобке, то забираясь глубже. Она почти не стеснялась, зная, что он глупый и притом глухонемой он не сможет никому рассказать, как он ее ласкает. А ласки были так нежны и приятны, что отказаться от них совсем не хотелось. С каждым днем все больше и больше охватывало ее чувство чего-то нового и неизвестного, но страшно желанного. Ей бы хотелось, чтобы он не отрывал своих рук от ее "ямочки", как она и ее подруги называли свою промежность. Почти всегда окруженная подругами, она только минутами оставалась наедине с садовником. Будучи смелее других, Клариса, сгорая непонятным желанием, однажды забежала к нему в беседку, которая помещалась в конце сада и куда было строго запрещено ходить всем воспитанницам. Увидев вбежавшую к нему девочку, Ксаверий обрадовался появлению своей любимицы, зная, что теперь его убежище открыто и будет посещено всеми девочками. Лаская, он расстегнул лиф ее платья, начал целовать безумно ее маленькие спелые груди и это не испугало ее, а напротив, дало ей повод, в свою очередь, бесчисленное число раз целовать милого садовника. Ксаверий положил на клеенчатый диван девочку и уже по настоящему свободно начал щекотать ее, забираясь пальцами в ее "ямку". Она тревожно трепетала от охватившего ее восторга. Скоро лицо девочки начало вздрагивать, и она почувствовала блаженные волны, подступившие к ней. - Жаль, что ты немой, но я все-таки люблю тебя, - прошептала она и выбежала из беседки. Конечно, он мог бы воспользоваться девочкой, как хотел, тем более что его член, возбужденный до крайней степени, требовал исхода, но дело в том, что он, трогая ее, заметил, что вход в "ямку" полузакрыт девственной плевой, в которую с трудом проходит его мизинец. Ксаверий хорошо понимал, что если он сразу возьмет ее, то не только доставит ей настоящее удовольствие, но причинит глубокое страдание. Кроме боли это грозит сильным кровоизлиянием и все может обнаружиться. Будучи молодым человеком, он знал, что с некоторым терпением он достигал обладания девочкой без пролития крови и без всякого повреждения девственной плевы, а девочка будет чувствовать огромное наслаждение, как женщина. Не прошло и десяти минут после ухода Кларисы, как вбежала другая девочка, Сильвия, хорошенькая, бойкая, тоже лет шестнадцати, но только в другом вкусе. Настолько первая была тоненькая и стройная, настолько вторая была толстушкой с широкими бедрами как у взрослой женщины. Сильвия тоже часто присаживалась к садовнику на колени, но отскакивала смущенно, когда он касался нижней части ее живота. На этот раз вбежав к нему, она стала прыгать около него, весело смеясь и забавляясь глупым садовником. Когда Ксаверий схватил, эту недотрогу, как он про себя ее называл, посадил к себе на колени, она вдруг присмирела и закрыла глаза ладонями, как бы зная, что с ней будут делать. Было сразу заметно, что эта девочка была опытной и знала чего ей хочется, но раньше из-за стыдливости не позволяла дотрагиваться до себя. Теперь под влиянием жажды знакомого ей ощущения, она с покорностью раздвинула ножки, когда Ксаверий, расстегнув ей кальсончики, начал производить обследование. Как он и ожидал, Сильвия Мартон давно уже предавалась тайному пороку и, хотя девственная плева не была нарушена, но свободно растягивалась, образуя свободный и довольно широкий проход в глубину ее девственных органов. Ощутив под рукой развитый клитор он начал раздражать его. Девочка лежала в забытье у него на коленях и сладостно ожидала знакомого эффекта. - Еще, еще! - шептала она, находя, что садовник делает гораздо приятнее, чем она сама или ее подруга Тереза Гордье. убедившись в ширине ее "ямки", Ксаверий вовсе не хотел доводить девочку, - прекрасный случай удовлетворить ее и себя естественным путем, когда он увидел порывистое дыхание девочки и ее нервное вздрагивание, он осторожным движением, стараясь не разорвать девственной плевы, начал постепенно запускать свой орган в "ямочку" девочки. Плева послушно все больше и больше, пропуская все дальше и дальше налитый кровью и горевший желанием член садовника. Было тесно, но чрезвычайно приятно, когда член почти до краев вошел в Сильвию Мартон. Девочка сначала было испугалась, чувствуя, что какое-то толстое тело входит в нее, но потом обмерла, охваченная бурным восторгом, такого еще никогда не было с нею. Помимо ее воли, ее широкие бедра поднимались и опускались, и она испытывала необычное блаженство... Через минуту она закрыла глаза, судорожно всхлипнула и обессиленная упала к нему на грудь. В это время горячее семя Ксаверия в обилии вливалось в глубину девственных органов. Акт был окончен и, Ксаверий, поцеловав Сильвию, отпустил ее, наконец, с колен. Спустя немного времени девочка оправилась, вздохнула и громко рассмеясь выбежала из сторожки, теперь уже зная, чем мужчина отличается от женщины - толстым и вкусным пальцем. - Вкусная девочка, - подумал Ксаверий, нисколько не сожалея, что ему пришлось обрабатывать сад этой девочки, а не Кларисы, которая ему больше нравилась. Сильвия Мартон вся розовая и довольная испытанным ощущением, тихо шла по саду, как вдруг услышала, что ее кто-то догоняет. - Тереза, - воскликнула Сильвия, увидев догонявшую ее подругу, с которой она была особенно дружна, - откуда ты? вместо ответа Тереза подойдя вплотную к подруге прошептала: - Я все видела! Все, все видела! - Что ты видела? - воскликнула Сильвия, - что я была в беседке садовника? - Видела и то, - Видела и то, что вы делали, - шептала Тереза, - в щелку все было видно, - добавила она, обнимая Сильвию. - Ну видела, так молчи. А кстати, ты зачем шла в беседку? Ага, покраснела, - засмеялась Сильвия. - Право, я только хотела посмотреть, что делает садовник, - оправдывалась Тереза в смущении, - и вдруг вижу что-то необыкновенное. Страшно интересно было... только непонятно... - Душечка, милая, - вдруг с жаром обратилась Тереза к Сильвии, расскажи, что же это было такое, что он делал с тобой своим животом. - Так приятно, так сладко... нельзя выразить, - прошептала Сильвия. - Что же именно? - спросила Тереза. - Я думаю, что немой достал что-то похожее на то, что ты иногда делаешь со мной, а я с тобой, понимаешь? - А, - сказала Тереза, вспоминая, как они иногда по очереди щекотали "ямки" друг другу, вызывая наслаждение, - но как же это можно сделать животом? - спросила она, ничего так и не понимая. - Я все видела, ты плясала у него на коленях, а он поддерживал тебя за попку обеими руками. Что это он делал? - Ты угадала, - сказала Сильвия, - но только по сравнению с нашей забавой, он это делал в тысячу раз приятнее. У него на том самом месте, где у нас "ямочки" торчит палец, такой длинный и толстый, страшно горячий. - Ну, ну, - торопила Тереза, стараясь не пропустить ни одного слова. - Ну вот этот палец он запустил в мою "ямочку" и так мне было вкусно и хорошо, что я не отказалась бы еще раз, - сказала Сильвия, чувствуя что это правда. - Так значит, мужчина от нас и отличается этим пальцем? - спросила Тереза, - а я так и думала, что они не могут быть такими же как и мы. А больно было? - Нет, боли я не чувствовала, - ответила Сильвия, - а только сначала было тесно, но потом все обошлось... только вот что непонятно, почему белье стало мокрое?... - А тебе не было стыдно? - допытывалась Тереза, сгорая желанием попробовать тоже самое, что и ее подруга. - С этим, глупым, глухим?..., - засмеялась Сильвия, - ни капельки, он все равно, что машина, - дополнила она свою мысль. - Ах, как бы мне все это попробовать! - прошептала на ухо Сильвии Тереза. - Так иди, - прошептала Сильвия, - я буду караулить, чтобы никто не подошел к беседке. В случае, если я увижу, что кто-нибудь идет, я постучу в стенку. - И хочется, и стыдно, - прошептала Тереза, - но нужно будет заставить его, а как это сделать? - спросила она. - Совсем не нужно, - сказала Сильвия, - ты только войди к нему, а остальное он сам. Иди пока не было колокола, а то нас могут хватиться, - торопила Сильвия, желая и Терезу сделать соучастницей испытанного наслаждения. Тереза колебалась. - Я хочу испытать... и пойду... - наконец решилась она. В то время, когда Тереза входила в беседку, Сильвии ужасно захотелось посмотреть, так ли это будет, как было с ней. Отыскав в беседке щелку она жадно приникла к ней. Ксаверий несколько удивился, когда Тереза зашла в беседку. Увидев перед собой еще одну девочку высокого роста, стройную, пятнадцати лет, он подумал: "однако это пожалуй будет много, если они сразу все пойдут ко мне". Сильвия припав к щелке увидела, как садовник начал щекотать Терезу под платьем и затем, что-то сообразив, подошел к столу, как раз напротив отверстия, где она стояла. Садовник из своего среднего кармана вынул "палец", а из стоящей напротив баночки вазелин, начав намазывать его. - Ах, как интересно, - шептала Сильвия, - да он с головкой! Она сразу догадалась, что "палец" намазывается для того, чтобы не было туго. Намазав член, Ксаверий подошел к лежащей на диванчике девочке и широко раздвинув ей ножки, так что был виден ее пухленький маленький разрезик, осторожно начал вводить ей свой огромный "палец". Обеим девочкам очень понравилось играть с немым садовником и, они часто, как только было возможно, тихонько от своих подруг бегали в беседку, сначала порознь, а потом обе сразу. Ксаверий по очереди удовлетворял девочек, доставляя и себе немалое удовольствие. Перед тем, как начать дело он каждой из них вкладывал в "ямочки" лепешки, предохраняющие от зачатия. Он бы предпочел обеим девочкам Кларису, которая тоже часто забегала к нему, однако соединиться с ней он не решался, так как вход был все еще недостаточно широким для его большого члена. Пока он искусственно удовлетворял девочку, которая и не подозревала, что ей предстоит еще большее удовольствие. Ксаверий думал о том какие могучие наслаждения может получить она сама и дать ему в последствии при естественном сношении. Однажды, когда Ксаверий занимался с Терезой и Сильвией, Клариса хватилась подруг и пошла их разыскивать к беседке садовника, так как замечала, что они и раньше увивались около него. Осторожно подкравшись к беседке, Клариса глянула в щелку и ахнула от неожиданности развернувшейся перед ней картины. Садовник поставив на четвереньки обеих девочек рядом одна к другой, поочередно засаживал им сзади "палец", то одной, то другой, очевидно решив одновременно доставить им обоим удовольствие... Он несколько секунд совал свой "палец" в одну "ямку", а затем вставлял его в другую, и так продолжалось без конца. Клариса с немым удивлением и захватывающим любопытством смотрела на садовника, не понимая, что он с ними делает, но очевидно что-то очень приятное для девочек. - Что это у него за предмет такой? - прошептала она, видя что-то наподобие рога, выступающего у садовника, которое то появлялось, то опять пряталось в "ямках" подруг, - почему он до сих пор не совал в меня эту штуку. - Думала она, горя желанием как можно скорее познакомиться с этим невиданным предметом. Ей было досадно, что ее подруги перехитрили ее и ушли куда-то дальше, чем она... Притаившись за беседкой и дав подругам уйти, Клариса немедленно вошла в беседку к немому, который лежал в истоме на диване. Думая, что его любимица пришла за обычной порцией своего удовольствия, которое он доставлял ей щекотанием, Ксаверий очень удивился увидев, как она подошла к нему, и сев на его колени, тотчас проворно запустила руку в средний карман. "Эта девочка, оказывается, кое-что понимает", - подумал он, видя что она делает. Ощупав что-то мягкое и вялое, не похожее на то, что она видела, Клариса выдернула его на руку и опять изумилась, когда в руках мягкий член встал и начал раздуваться, твердеть и увеличиваться в размерах. Зная, что ее "ямка" еще не готова перенести размеров его члена без повреждения, он хотел удовлетворить ее прежним способом, но когда он стал щекотать ее руками, она сидя верхом на его коленях с блуждающим взором схватила его за член и лихорадочно стала всовывать его к себе в "ямку". - Хочу, хочу... - шептала она. Видя ее страстное желание Ксаверий не потерял голову, при помощи вазелина он с большим трудом и осторожностью ввел свой член. "Ямочка" послушно, но с трудом раздвигалась. Девочка стала морщиться, но спустя несколько секунд она начала увлекаться новым занятием. С помутневшим взором и клокочущей страстью она в безумии шептала: - Ах, ах как хорошо, слаще всего на свете, так, так ... еще... Еще подбадривала она себя, насаживаясь на огромный рог, змеей извиваясь на его коленях. Через минуту она громко застонала, оскалив свои жемчужные зубки. - Ох, ох, - крикнула она и потеряла сознание, переживая мучительно-сладкое наслаждение, окутавшее ее пеленой глубоких, продолжительных волн. Такое же сильное чувство переживал и Ксаверий, убедившись что эта девочка вполне оправдала его надежды. Ему она нравилась так что он ее не отпустил до тех пор, пока не проделал тоже самое еще два раза. И каждый раз девочка с восторгом и бешенством отдавалась ему: кричала, кусала его зубами. В последний раз она впилась в его губы своими губами, повалила его на диван и, лежа на нем вертелась с такой страстью пока не насытилась еще раз, почти потеряла сознание. Когда очнувшись она выходила из беседки, Ксаверий заметил, что бедняжка еле передвигала ноги от усталости. После ее ухода Ксаверий тщательно осмотрел свое платье, и не увидев следов крови удивился, что плева выдержала такое бурное испытание. Несмотря на полученное огромное наслаждение, Клариса чувствовала недовольство, что она не одна, кто пользуется вниманием садовника. Само собой разумеется, что для Сильвии и Терезы не осталось секретом, что есть еще третья между ними, которая также, как и они пользуется экскурсиями в область блаженства. Часто, гуляя по саду, они рассказывали друг другу свои ощущения, которые каждая в отдельности испытывала с садовником. - От чего это, когда он свой "палец" вложит, сделается так хорошо? спрашивала подруг Сильвия. - Это еще не так хорошо, - говорила Клариса, - а самое лучшее, когда оканчивается... Вдруг, что-то охватывает, завертит... И уносит в сладкое забвение... - Да, - согласились девочки, переживая радость первых удовольствий. - А от чего, - спросила Тереза, - как побывает его "палец" в "ямке", так после появляется сырость? - Какая сырость, - возразила Клариса, - целый поток вытекает из "пальца". - Надо уничтожить пятна, чтобы не заметила настоятельница, - предложила Сильвия. Интересовало их также и то, зачем он в их "ямки" перед тем, как вкладывать "палец", кладет белые лепешечки. Назначение этих лепешечек им пришлось узнать только впоследствии. Происхождение пятен им стало известно, благодаря следующему случаю. Однажды все девочки сразу пришли в беседку к садовнику. Садовник принял их равнодушно, не изъявляя желания знакомиться с ними. Потрудившись все эти дни, особенно с Кларисой, он думал сделать передышку, чтобы собраться с новыми силами. Хотя девочки и видели, что садовник не расположен с ними играть, но уходить не хотелось, не получив своей доли удовольствия. Клариса, наиболее страстная, поэтому наиболее решительная, подошла к садовнику и нисколько не стесняясь, вынула на ладошку "палец" Ксаверия. Все три девочки никогда не видели "палец" в такой близости. Это чрезвычайно их заинтересовало. Из вялого безжизненного "палец" под осторожным ощупыванием девочек, постепенно становился толстым и сильным. Ксаверий, желая предоставить им полную свободу, лег на диван. - Пусть они забавляются, - подумал он, испытывая некоторое наслаждение. - Смотрите, смотрите, какая у него головка, а на головке маленький ротик, - воскликнула Тереза. - Какое у него странное лицо, - шепнула Сильвия, заметив конвульсивные вздрагивания лица садовника, - ему наверно очень приятно, когда мы трогаем его. Не успели они еще поделиться мнениями, как все вскрикнули от удивления, видя, как фонтаном брызнула из "пальца" горячая струя, а потом другая, третья... - Вот от чего появляется сырость и пятна, - сказала Клариса, вытирая руки платочком. - Смотрите, не хочет больше..., ложится! - с огорчением заметила она, объятая желанием, видя, что у садовника "палец" стал мягким и бессильным. Не стесняясь подруг Клариса стала тормошить его и затем, вскочив на все еще лежащего садовника, стала сама совать его член в свою горевшую безумным желанием "ямку". - Не лезет, гнется, - шептала она в отчаянии, но вдруг почувствовала, как у садовника "палец" вновь выпрямился и погрузился в глубину ее маленькой "ямочки". Ерзая взад и вперед, с блаженной улыбкой глядя на подруг, Клариса страстно шептала с восхищением: - Ой, хорошо... хорошо... чудесно, - блаженно закрыла глаза. Ксаверий, видя, что обе девочки хотят тоже и с мутным взором смотрят на подругу, притянул их к себе и начал обеим щекотать клиторчики. Это было ново и очень приятно. Скоро все четверо огласили вздохами, восклицаниями и сладкими стонами беседку. Кончила скорее всех Клариса, но она взяла себе за правило: не слезать с садовника, прежде чем не сделает два раза подряд... И на этот раз передохнув немного, она продолжила опять с азартом и пылкостью. Ксаверий не доходил до конца, догадываясь, что предстоит еще дальнейшая работа. И действительно, Кларису сменила Сильвия, а когда кончила и эта, вскочила Тереза, а потом опять Клариса. - Эта девочка достойна быть женой короля, - подумал Ксаверий едва приходя в себя от силы наслаждения, доставленного Кларисой. Несколько месяцев забавлялись девочки с садовником и никто не знал, что делается в саду. Девочки, как будто еще больше похорошели и ничем особенным не отличались и не обращали на себя внимание. Только, чтобы их как-нибудь не хватились они решили бегать к садовнику по очереди, а другие давали знать, если их хватятся. Все шло как нельзя лучше, но к своему ужасу, Ксаверий однажды заметил, что Клариса стала как-то особенно полнеть. Очевидно отдавая ей больше предпочтения, чем другим девочкам, да и в последствии ее несдержанности и страсти, он иногда забывал ей вкладывать лепешку. - Неужели никто не хочет заметить ее полноты? - тревожился Ксаверий. По-видимому, не придавая этому значения, сама Клариса по-прежнему бегала к нему и все с той же охотой и страстностью ездила на нем. Ксаверий ошибался, думая, что никто не замечает растущего живота девочки. Матильда Краузе давно уже тревожно посматривала на девочку, и однажды, позвав ее к себе, сказала: - Тебя осмотрит врач, ты наверно чем-нибудь больна. Не понимая причины вздутия живота и совершенно не зная что такое беременность, Клариса ничего не имела против осмотра, тем более, что девочек и раньше в случае болезни тщательно осматривали. Врач - женщина ограничилась внутренним осмотром, и заявила настоятельнице, что никакой болезни не замечает. Через месяц, однако, пришлось снова вызвать врача, так как живот Кларисы заметно округлился. Один Ксаверий знал в чем дело, он особенно тревожился за судьбу девочки, не зная что предпринять, чтобы отвести от ее головы надвигающуюся угрозу. Сама Клариса была по-прежнему веселой и беззаботной, все так же бегала к садовнику, совершенно не подозревая о причине роста ее живота. Видя, что ей уже неловко и тяжело скакать на нем, Ксаверий помогал принять ей более удобное положение, когда запускал в нее свой "палец", от чего Клариса, даже беременная не могла отказаться. Наступил вечер, когда женщина-врач с разрешения настоятельницы, привела Кларису в сонное состояние и стала исследовать ее половые органы. - Вот так сюрприз, - прошептала врач, обнаружив признаки беременности. - Но странно, как это могло случиться? - думала она входя в кабинет Матильды Краузе. - Я не знаю, как объяснить вам это, но девочка беременна, - сказала она настоятельнице. - Святая Женевьева! Неужели правда? - побледнела Матильда Краузе, вы ошибаетесь, этого не может быть! - Я и сама вначале сомневалась, - сказала врач, - так как девственность девочки не нарушена, но тогда, как это могло произойти? Трудно сказать. По всей видимости, сношение с ней имел мальчик с неразвитым членом, но с созревшим семенем. - Невероятно, но у вас в обители нет мальчиков. Вы все же вероятно ошиблись, - сказала настоятельница. - Я утверждаю, что виновником был мальчик, - возразила врач. - Хорошо, хорошо, - холодно сказала настоятельница, - но я знаю, что вы ошиблись. В моем учреждении не может быть такого ужаса. И, вставая, Матильда Краузе, с достоинством и гордостью подала врачу пакет, оплачивая не столько визит, сколько молчание. Та с улыбкой поклонилась и вышла, предварительно приведя в чувство все еще спящую девочку. Девочка все еще лежала на постели, когда Матильда Краузе вошла к ней, чтобы приступить к допросу. - С тобой не случалось в последнее время, ничего, милая девочка? - Неужели она узнала, что я бегаю к садовнику? - подумала Клариса с испугом, но в тот же миг решила не выдавать его, чтобы не случилось. - Ничего такого, чего бы вы не знали, - ответила она с твердостью. - Ну, например, как бы это сказать тебе... Ты становишься взрослой... - путалась настоятельница. - Да, я уже большая, - согласилась Клариса. - Ну, так вот, - продолжала настоятельница, - пришло время открыть тебе тайну. Как, ты думаешь, появляются дети? - спросила она. - Кажется их приносят аисты, но мне что-то не вериться. - И верно, - подтвердила настоятельница, - их приносят не аисты, а женщины. - Женщины? - изумленно спросила Клариса, - как же это? - спросила она, заинтересованная тем, что детей приносят женщины, это было для нее новостью. - Видишь ли, это трудно объяснить, словом тут должен участвовать мужчина, - бессвязно говорила настоятельница. -Когда девушки выходят замуж, тогда появляются дети - дополнила она. - Отчего же это? - спросила Клариса, начиная как будто что-то понимать. - Это такой закон природы, мужчина близко соединяется с женщиной и тогда в животе у нее заводится ребенок. Вдруг все осветилось в голове Кларисы, и она, вскрикнув, закрыла лицо руками. - Говори, говори несчастная, как это случилось? - строгим голосом допытывалась настоятельница, треся за плечо девочку. - Я и сама не знаю, как это случилось, - прошептала Клариса в смущении и со слезами на глазах. - Говори, или Святая Женевьева поразит тебя громом! - тревожно произнесла настоятельница. - Это было... это было давно, - начала захлебываясь от рыданий Клариса. - я зашла в глубину сада, никого не было вокруг. Вдруг вижу, какой-то человек спустился со стены и бросился на меня, - сочиняла Клариса. - Это, наверное, был мальчик? - прервала настоятельница. - Когда я очнулась его уже не было, я его не рассмотрела, испугалась и упала в обморок... - Ну, ну, - торопила настоятельница, - ты на себе ничего не заметила особенного? - продолжала она, не подозревая лжи и твердо веря, что девочка осталась вполне непонимающей и невинной, и стала жертвой откуда-то взявшегося развратного мальчишки. - Только платье было смято и расстегнуты кальсончики, - ответила Клариса. - И ничего больше? - спросила настоятельница. - Ничего больше я не помню, - ответила Клариса, радуясь, что ее милый садовник не открыт. - Дитя мое, - произнесла настоятельница, возложив руки на голову своей воспитаннице, - этот негодный мальчишка наградил тебя ребенком. - Но как он мог сделать это, - задумчиво произнесла Клариса. - Из капельки образуется человек, - ответила Матильда Краузе. Клариса ничего не ответила, думая про себя: "Ничего себе капелька. Целые ручьи". - С тобой случилось несчастье, - продолжала настоятельница, - и долг нашей обители требует того, чтобы ты на время скрылась с глаз мира. Ты должна сегодня же ехать к матери Камелии, в ее отдаленный монастырь и там погостить, пока все будет улажено. Клариса заплакала, видя, что ее разлучают с садовником. В этот же день тихонько от подруг, были уложены все вещи Кларисы и отдано было распоряжение приготовить карету. Как только стемнело, Клариса выехала из монастыря в сопровождении одной из старых монахинь. Правя лошадьми, Ксаверий, с сожалением и грустью смотрел на ссылку милой девушки, обвиняя себя в том, что не смог предохранить этот дивный цветок от зачатия. Когда они ехали лесом, Клариса заметила, что монахиня спит, и надумав еще раз испытать уединения с садовником. Открыв дверь кареты она тихонько сказала, обращаясь к садовнику: - Жаль, что ты сделал мне ребенка, но вероятно, не доделал. Я бы предложила тебе с удовольствием, пока спит старая карга, докончить свою работу, потому, что мне хочется, чтобы ты сделал... это? К ее изумлению глухонемой, казалось, понял ее, так как тотчас остановил лошадей и, спрыгнув помог девочки выйти из кареты. - Да он умный человек, - подумала Клариса, выходя из кареты. Тотчас же за деревьями, поставив девочку на четвереньки и спустив с нее кальсончики, Ксаверий с огромным удовольствием запустил свой "палец" в ее "ямочку", но сделал это так стремительно и быстро с силой, не жалея больше девственную плеву, в которой уже не предвиделось надобности. Девушка вскрикнула от неожиданной боли, но зато тотчас почувствовала, что только теперь садовник работает без всякой удержки, с полной силой и яростью, доставляя себе и ей жгучее наслаждение... Больше часу стояли лошади, и все это время, они с маленькими перерывами соединялись друг с другом, зная что им больше не придется встретиться. Спустя немного времени, они подъехали к одинокому монастырю, который скрывал в стенах девочек, ставших жертвами монастырского воспитания. Невеселый приехал Ксаверий домой. Ему было до боли жаль девочку, которая, по-видимому, серьезно к нему привязалась. Монастырь потерял для него прежний интерес, тем более, что после истории с Кларисой, надзор за концом сада был вновь усилен и теперь ни Тереза, ни Сильвия не могли прибегать к нему в беседку. В один прекрасный день он исчез, мимикой объясняя надзирательнице, что его призывают к себе престарелые родители. Клариса родила здорового ребенка, сына, что ей не помешало, два года спустя, выйти замуж за старого барона Аренголь. Блистая на балах, будучи предметом восхищения и преклонения молодых людей, она все же была верна своему мужу, и только в своей душе она с нежностью хранила свою первую любовь и страстные ласки монастырского садовника. Однажды, на одном балу, во время танцев к баронессе повели молодого человека, отрекомендовав его Ксаверий де Монталь. Посмотрев на него, она вскрикнула от неожиданности, до того он был похож на монастырского садовника. - Вы мне удивительно напоминаете одного, когда-то близкого, человека, - заметила она, играя веером и смотря на него. - Мне приятно сознавать, баронесса, что вы напоминаете мне в свою очередь одну милую близкую мне девушку, - любезно ответил садовник Ксаверий де Монтель, целуя у нее руку. "Просто подозрительно, - думала она, - лицо, глаза - садовника, но тот же был простолюдин и глухонемой, а этот в изящном костюме, с безукоризненной внешностью, прекрасно говорит и слышит. Ксаверий ни одним жестом не обнаружил ей своей прежней близости, не предполагая, как именно теперь она мечтает о садовнике. Она отнеслась снисходительно и дружелюбно, под впечатлением встречи с человеком, напоминающим ей ее прошлое, ей очень захотелось вкусить, хотя бы только раз, былых восторгов, если уж не с ним самим, то хоть бы уж с его удачной копией. Спустя немного времени, она, в отсутствии мужа, пригласила его в свою спальню. Трепеща от ожидаемого наслаждения, Клариса Аренголь нервно сбрасывала с себя принадлежности туалета, пока не осталась совершенно обнаженной, придерживаясь того правила, что если уж отдаваться - то совсем, а если нет, то не давать ему никаких надежд. Сверкая ослепительной белизной тела, с горящими страстью глазами она подошла к постели, на которой уже лежал Ксаверий, восхищаясь ее стройностью и красотой. Не успела она занести ногу на кровать, как сам Ксаверий, ловким и сильным движением посадил ее на свой огромный член, горевший страстным желание ... она задрожала в восторге, чувствуя, с какой страстью и силой он вогнал его в былую "ямку". - Ты... ты... был садовником... не отпирайся, я не ошиблась, прошептала она, закрыв глаза в экстазе. Ксаверий не ответил ни слова, зная, что она уже понеслась, забыв все на свете. Она скакала, как бешеная, пока не почувствовала, что наступает конец, вот сейчас, еще минутку... Взглянув в искаженное от наслаждения лицо, Ксаверий, который уже выбросил свою жидкость. Клариса, охваченная сладострастием, упала к нему на грудь, с бешеным азартом работая бедрами, и со стоном впилась ему в губы. Через несколько минут, лежа, обнявшись, они весело вспоминали монастырь и свои первые дебюты. А спустя несколько часов после неоднократных поездок в царство любви, когда ему уже нужно было уходить, Клариса подвела его к детской кроватке, на которой спал ребенок. Она с неожиданностью сказала: - Смотри, это твой ребенок, я сберегла его для тебя! Он поцеловал ее руку и, глубоко тронутый, вышел дав себе слово никогда не расставаться с этой чудесной женщиной и хорошей матерью. Нечего и говорить, что спустя некоторое время баронесса Аренголь переменила фамилию, выйдя за своего милого садовника, как она всю жизнь называла своего дорогого Ксаверия. --- Оргия --- Привет! Я сказала Игорю, что была бы не прочь поведать вам об одном из наших сексуальных приключений. Игорь как раз собирается написать рассказ об этом, а я в свою очередь попытаюсь написать рассказ о том же самом, но с моей точки зрения. Иногда мужчины и женщины видят одно и то же событие по-разному. Как бы там ни было, надеюсь, что моя точка зрения заинтересует не только мужчин, но и женщин. В конце концов, я ведь тоже во всем этом участвовала. Игорь сказал, что если мне удастся написать хороший рассказ, то тогда я по-настоящему заведу своих читателей. Уже одна мысль о том, что при чтении моего рассказа у кого-то намокнут или оттопырятся трусы (все в зависимости от того, кто это станет читать), заставляет меня саму исходить соками. И, конечно, пока я буду все это одной рукой писать, другая моя рука позаботится о том, чтобы мое возбуждение не спадало. Только представьте себе такую картину: раскинув ноги, я лежу абсолютно голая на нашей громадной тахте и прямо на глазах у Игоря ласкаю себя пальчиком. Игорь обожает смотреть, как я ублажаю себя, а если при этом я еще начинаю говорить всякие непристойности, то он заводится с пол-оборота. Ну вот, я еще не успела приступить к написанию рассказа, а уже близка к оргазму. Эх, вот бы вам оказаться сейчас рядом и поглазеть на меня! Все началось в пятницу вечером. Мы с Игорем заказали столик в нашем любимом ресторане на пароходе, который катает по озеру отдыхающих. До этого нам еще было нужно обговорить кое-какие деловые проблемы с нашим знакомым юристом. Он живет в часе езды от нас. Мы прикинули, что на езду у нас уйдет час туда, час обратно, да еще час уйдет на всякие разговоры. Таким образом, мы решили, что если пароход отходит от причала в пол-одиннадцатого вечера, то из дома нам нужно будет выезжать часов в семь. Я договорилась с одной из соседских девочек, что она посидит этот вечер с нашим сыном. Я нередко обращаюсь с такой просьбой к девочкам, живущим поблизости в нашем поселке, и три из них постоянно помогают мне. На этот раз первой, к кому я обратилась, оказалась Саша. Алексашка, как она требует, чтобы ее называли, сказала, что у нее как раз день рождения, но со своим приятелем она рассорилась, а подруги либо разъехались на каникулы, либо заняты своими делами, поэтому она готова помочь мне. Я сказала ей, что уж, коль она согласилась посидеть с нашим сыном в тот день, когда ей исполняется 18 лет, то мы заплатим ей за ее услугу по двойному тарифу. Судя по всему, такая перспектива ей понравилась. Я сказала ей, чтобы она была готова прийти к нам к семи часам, и пообещала, что когда мы вернемся назад, из ресторана, то подбросим ее домой. Мы с Игорем собирались прогулять весь вечер. Такая возможность нам уже давно не представлялась, и мы были рады тому, что нам наконец-то удастся повеселиться. В нашей программе значился великолепный ужин со всевозможными напитками и танцы до упаду под аккомпанемент замечательного оркестра. Во время таких выходов в ресторан нам не раз удавалось познакомиться с приятными людьми, и сейчас, когда мы стали увлекаться обменом партнерами, мы не теряли надежды на встречу с парой нашей мечты, с которой бы мы провели потом остаток вечера да и ночь тоже. Игорь надел свой роскошный вечерний костюм. В нем он всегда выглядит таким презентабельным! Вообще презентабельные мужчины мне всегда кажутся исключительно сексуальными. А мой наряд был выше всяких похвал. Накануне мы с Игорем пробежались по магазинам и подобрали мне изумительное облегающее платье, которое подчеркивало мою сексуальность. Естественно, оно оказалось в моем любимом магазине. У них всегда можно найти что-нибудь приличное. Если я оказываюсь в этом магазине, то непременно подбираю себе и нижнее белье, которое едва прикрывает меня, или еще какие-нибудь сексуальные штучки. Вы, ребята, наверное, многое бы дали, чтобы увидеть меня в этом платье. Даже в свои 38 лет я держу себя в великолепной форме. Не многие женщины моего возраста решатся надеть на себя такое платье, которое облегало бы их фигуру, так, как это платье. К тому же платье оказалось таким коротким, что его и платьем-то можно было назвать с трудом. Зато оно полностью открывало мои длинные стройные ноги, которые в черных чулках с резинками смотрелись очень хорошо (кто тебя еще похвалит, если сама себя не похвалишь). Еще одним достоинством платья был глубокий вырез спереди. Из-за этого мои титьки, естественно не стесненные никакими бюстгальтерами, едва не вываливались наружу. Спины у этого платья вообще не было, зато оно плотно, словно влитое, сидело на моей попке. Игорь обожает, когда я так одеваюсь. Мой наряд дополняли красные трусики с вырезом на промежности. Я намекнула Игорю, что, возможно, сверкну этим вырезом перед каким-нибудь мужиком, а если представится удобный случай, то и перед женщиной. Я страшно возбудилась уже только оттого, что представила, как все мужики будут глазеть на меня. Конечно, все они размечтаются о том, как бы меня трахнуть, а это меня до невозможности заводит. Когда я полностью оделась, то решила продемонстрировать свой наряд Игорю, у которого тут же вскочил член, едва я начала танцевать перед ним. Я сказала, что мне пора идти за помощницей, но он захотел меня трахнуть прямо сейчас же. Я и сама была не прочь ощутить в себе его дубину (обожаю быстрые перепихи), но я знала, что мы не можем задерживаться с выездом. Я увернулась от него и пошла к гаражу. Я была уже почти у цели, когда к дому подкатила машина. Из нее вышел сосед. У него просто отвисла челюсть, как только он увидел мой наряд. Я и сама немного смутилась, так как еще ни разу не представала перед ним в подобном виде. Да мы, в общем, никогда и не стремились к тому, чтобы демонстрировать своим знакомым и соседям то, как я иногда одеваюсь. Тем не менее, я улыбнулась Борису и спросила, чего он хочет. Наверное, это был не самый правильный вопрос в такой ситуации. Он тоже улыбнулся и сказал, что, наверное, не стоит откровенно признаваться в том, чего ему хочется. Он восхитился моим платьем и пожалел, что его жена никогда так не одевается. Я поблагодарила Борю за комплимент и сказала, что очень спешу и не могу с ним разговаривать. Но он стоял как вкопанный, пытаясь вспомнить, для чего он остановился, и глазел на меня. Он просто изнасиловал меня взглядом. Надо сказать, что я и сама покраснела, когда стала садиться в машину и подол моего платья задрался. Я была абсолютно уверена, что Боря прекрасно разглядел мою щель, торчавшую в вырезе трусиков, и поэтому уселась так, чтобы продолжать его дразнить своими прелестями. Он начал что-то мямлить про свою собаку, которая пропала и которую он теперь ищет. Я захлопнула дверцу машины, опустила стекло и вновь повернулась к Боре. Он по-прежнему стоял рядом с машиной, а на его брюках вырастал громадный бугор. Я не видела его лица из-за того, что он стоял вытянувшись во весь рост, но прекрасно чувствовала, куда был устремлен его взгляд. Мои титьки едва не разрывали материал платья, и сквозь него прекрасно просматривались мои набухшие соски. Я высунула голову из окна, и он как ошпаренный отскочил в сторону. И, надо сказать, правильно делал, а то бы я уперлась лицом прямо в его бугор. Я сказала, что не видела никакой собаки и что очень спешу. Но он все равно сердечно поблагодарил меня и только после этого укатил. Чувствую, что до дома он сразу не доехал, а остановился где-нибудь по дороге и спустил в кулак. Я подъехала к дому Саши в пятнадцать минут восьмого. Она уже ждала меня на крыльце и бросилась к машине, как только я подъехала к калитке. Когда она увидала мой наряд, то присвистнула от восторга и сказала, что я выгляжу сногсшибательно. Такая похвала из уст восемнадцатилетней девушки вселила в меня гордость за свое тело и за то, как я держусь. Она поинтересовалась, понравился ли этот наряд Игорю. Я не стала скрывать, что он едва не набросился на меня, когда я собралась за ней ехать. И даже не удержалась и рассказала про соседа. Мой рассказ рассмешил ее до слез. Саша — чудесная милая девушка, и мы с ней болтали как близкие подруги, пока ехали до дома. Она не удержалась и тоже заговорила о своих приятелях и сексе. Думаю, что мое платье вызвало у нее определенные ассоциации. А потом она призналась, что еще до сих пор невинна. Это вызвало у меня крайнее удивление. Я даже предположить не могла, что в восемнадцать лет можно еще оставаться девственницей! Но Саша объяснила, что она пообещала матери сохранять свою девственность, по крайней мере, до восемнадцати лет. Мать хотела, чтобы она сначала достигла более или менее зрелого возраста, а уже потом принимала бы такие серьезные решения. Она не решилась нарушить свое обещание, так как очень любила мать, тем более что они по-настоящему дружили и всегда откровенно обо всем друг другу рассказывали. Саша с сожалением добавила, что из-за этого она потеряла стольких парней. Ведь все они постоянно были на взводе и всегда хотели трахнуться. Как-то раз она ублажила одного своего приятеля рукой, но, вопреки ожиданиям, тот лишь сильнее завелся и полез к ней прямо в трусы. Этот рассказ меня позабавил, особенно когда я живо себе представила, как это юное создание дрочило своего ровесника. Мне даже показалось, что волосы вокруг моей щели слегка повлажнели от ее рассказов. Но я успокоила ее, сказав, что в ее жизни будет еще предостаточно случаев, чтобы заняться сексом, и ей не стоит расстраиваться по поводу упущенных возможностей в прошлом, поскольку никогда не стоит поддаваться уговорам, если ты сама не хочешь чего-то делать. А потом добавила, что не стоит бросаться на первого встречного. Ей в жизни еще встретится подходящий парень, и она сразу же его узнает, как только это произойдет. Она сказала, что мать предупредила ее о том, что она должна заранее начать принимать противозачаточные таблетки, если вдруг решит, что пришло время вести половую жизнь. При этом Саша добавила, что уже четыре месяца принимает на всякий случай эти таблетки. Когда мы подъехали к дому, Игорь уже стоял у калитки и посматривал на часы. Мы уже начинали опаздывать, и я чувствовала, что нам нельзя больше задерживаться. Я сказала Саше, чтобы она разрешила сыну посмотреть сейчас телевизор, а в девять часов укладывала его спать. Затем она может делать все, что захочет, и должна чувствовать себя полной хозяйкой в доме. После этого мы с Игорем тут же укатили. С дорогой нам не повезло. Все шоссе было забито машинами, которые ехали на дачу, и нам пришлось тащиться со скорость пятьдесят километров. К юристу мы приехали только к девяти часам. Мы постарались в темпе обговорить все наши дела, но тайно надеялись, что сумеем наверстать упущенное время, когда помчимся обратно по пустой полосе. Но и тут нам не повезло. Не успели мы проехать и пятнадцати минут, как машина сдохла. Движок не работает, габаритные огни не горят. Игорю удалось вырулить на обочину и остановиться. Он вылез из машины и полез смотреть, что случилось. Ну, вы знаете эту ситуацию, когда мужчина с видом заправского мастера лезет под капот и начинает сосредоточенно смотреть на переплетение проводов и трубок, видимо надеясь на то, что неисправность сама, словно птичка, выскочит наружу и крикнет ему: “Вот оная. Устраняй меня! ” Этого, конечно, не произошло, и Игорь, нахмурившись, снова забрался в машину. Он сообщил, что не может понять, что произошло, но чувствует, что что-то не то с электрооборудованием. Глубокое наблюдение, однако, оно не исправило наше положение. До ближайшего места, где нам могли хоть как-то помочь, было не меньше пяти километров. Нам ничего не оставалось, как начать голосовать. Где-то в десять минут одиннадцатого нам удалось остановить сердобольного дальнобойщика. Он стал расспрашивать Игоря, что случилось, потом они уже вдвоем залезли под капот, а минут через пятнадцать движок ожил. Мы поблагодарили шофера, вручили ему припасенную на такой случай бутылку водки и грустно посмотрели друг на друга: наш пароход, фигурально выражаясь, уже сделал нам ручкой. А шофер, с интересом посмотрев на наш, и особенно на мой, наряд, понял, что мы ехали развлекаться, и пожелал нам хорошо провести время. Он уехал, а мы с Игорем еще немного попрепирались и решили возвращаться домой. После того, как мы столько времени просидели на дороге и упустили наш пароход, уже не было никакого желания развлекаться. Да и выброшенные на ветер полторы сотни долларов за билеты тоже нас особенно не радовали. Тем не менее, я сказала Игорю, что мы все равно должны заплатить Саше за шесть часов работы, да еще по двойному тарифу, так как она согласилась сидеть с нашим сыном в свой день рождения. К дому мы подъехали к половине двенадцатого. Я сказала Игорю, чтобы он не загонял машину в гараж, так как мне еще предстояло завозить Сашу домой. Огни в доме были погашены. Свет был только на кухне и в кабинете. По вспышкам на занавесках я поняла, что Саша смотрит телевизор. Мы вошли через кухню, и я с удовольствием сняла туфли, которые уже успели натереть мне ноги. Я тихонько поднялась наверх, чтобы посмотреть, как спит сын, а потом так же тихо спустилась вниз. Подходя к кабинету, я услышала странные звуки, доносившиеся из-за двери. Кто-то громко сопел и постанывал. Прислушавшись повнимательнее, я поняла, что там занимались сексом и что Саша там была явно не одна. Я замерла в изумлении, не зная, что мне делать дальше: то ли заходить в кабинет, то ли вернуться на кухню, но так, чтобы меня могли услышать. По крайней мере, у них была бы возможность одеться и привести себя в порядок, а не кидаться в смущении в разные стороны при нашем появлении в кабинете. И в то же время меня распирало любопытство, с кем это там Саша трахается и что же это за лихой парень, который сейчас задвигает свой член в ее юную щель. Все же я решила тихонько вернуться на кухню и рассказать обо всем Игорю, чтобы решить, что дальше делать. Я рассказала ему о нашем предыдущем разговоре с Сашей, но добавила, что даже представить не могла, что она вздумает в тот же вечер в нашем доме расстаться с девственностью. Да и мы, кстати, тоже появились в доме на пару часов раньше, чем обещали. Игорь, конечно, стал настаивать на том, чтобы мы немедленно вошли в кабинет и всполошили устроившуюся там пару. Это и нам бы доставило удовольствие, и Саше бы лучше запомнился тот день, когда она потеряла невинность. Я сразу же догадалась, что муж настроился на то, чтобы самому что-нибудь урвать. К тому же он не мог упустить случая поглазеть на восемнадцатилетнюю девушку, которая в первый раз легла под кого-то. Конечно, он ни за что не хотел в этом сознаться, но я думаю, что желание полюбоваться телом обнаженной Саши было главной причиной, по которой он стал настаивать на том, чтобы мы вошли в кабинет. Игорь снял ботинки, и мы вдвоем стали красться к двери кабинета. По звукам из-за двери мы поняли, что там все было в самом разгаре. Хорошо было слышно, как ее приятель выкрикивал непристойности, а она лишь громко постанывала. Но тут мы услышали еще один стон, по которому мы поняли, что там был еще кто-то, кроме тех двоих. Тембр голоса был достаточно высоким, и я могла поклясться, что голос принадлежал Саше. Если это было так, то что же там еще за девица была в кабинете? Мы с Игорем с понимающей улыбкой переглянулись. Игорь высунул голову из-за угла, чтобы заглянуть в кабинет. Секунд двадцать он смотрел не отрываясь, а потом резко убрал голову. Прижавшись к моему уху губами, он стал тихо нашептывать, что эта скромница смотрела фильм из нашей тайной коллекции. Он объяснил, что накануне пытался смонтировать пленку с записью одного из наших вечеров, но забыл запереть кассеты в ящик. Саша, наверное, решила посмотреть какой-нибудь фильм по видаку и наткнулась на эту кассету. Объяснив ситуацию, он предложил мне самой заглянуть за угол и полюбоваться происходящим. Я ожидала увидеть, как Саша подмахивает какому-нибудь пареньку, но картина оказалась совсем иной. Она лежала на мате, который был расстелен перед телевизором, а рядом с ней на полу валялись ее шорты и трусы. Она, не отрываясь, смотрела на экран, а рукой, зажатой между ляжками, она яростно терла свою маленькую щель. А на экране тем временем Игорь натягивал раком мою сестру Ольгу. Камера снимала то Игоря с Ольгой, то молодого Геракла, приятеля Ольги, который пригвождал меня к полу своим шкворнем, с силой вгоняя его в мою розовую щель. В такой ситуации я никак не могла понять, что мне делать: то ли мне возбуждаться, то ли сгорать со стыда. А что если Саша расскажет кому-нибудь о наших фильмах и о том, что мы вытворяли? А Саша тем временем рассверливала двумя пальцами свою щель, при этом другой рукой торопливо и яростно теребила клитор. Время от времени она вытаскивала пальцы из щели и, запихнув в рот, слизывала с них свои любовные соки. Она была так увлечена собой, что совершенно не замечала нас. Игорь тоже увлекся настолько, что, не таясь, просунул голову в комнату и с интересом наблюдал за происходящим. Он обхватил меня спереди рукой, вытащил наружу мою левую грудь и стал мять сосок, стремясь заставить его напрячься. Я просунула руку себе за спину и сквозь брюки, тесно облегавшие его ноги, нащупала напрягшийся член. Сашу, конечно, нельзя назвать невероятной красавицей, но она вполне симпатичная девушка — худощавая, с хорошо развитыми бедрами и грудями и кудрявыми волосами, которые ниспадают волнами до плеч. Хотя ей исполнилось восемнадцать лет, она больше походила на хорошо развитую пятнадцатилетнюю деваху. Пока мы с Игорем, затаив дыхание, наблюдали за ней, Саша расстегнула пуговицы на своей блузке и распахнула ее. Как только ее вздернутые вверх грудки предстали нашему взору, я почувствовала, как член Игоря дернулся в моей руке. Я очень жалела, что мы не видели ее спереди. Мне очень хотелось посмотреть, как ее пальцы разводят в стороны губки ее маленькой щели и медленно исчезают в ней. Мы наблюдали за нею сбоку слева, а она смотрела прямо перед собой на экран, где разворачивалось захватывающее представление. Она была так увлечена происходящим, что даже как-то раз непроизвольно охнула, когда увидала, как Денис, приятель Ольги, целиком вытащил свой член из моей щели, а потом с размаху по самые яйца вогнал его обратно. Не приходилось сомневаться в том, что просмотр этой записи ее крайне возбудил. Я решила, что нам придется все-таки поговорить с нею о том, чтобы она держала язык за зубами. Конечно, она уже совершеннолетняя, но, если соседи узнают, они вряд ли одобрят то, что мы позволили ей посмотреть эту пленку. Мы с Игорем быстро переглянулись, едва заметили первые признаки того, что Саша стала приближаться к оргазму. Игорь аж облизнулся от предвкушения. А Саша тем временем стала подкидывать вверх бедра навстречу своей руке и изо всех сил мять свои груди. Ее вздохи и стоны усилились, но она все равно пыталась сдерживать их, видимо боясь разбудить сына. Все тело Саши стало содрогаться в оргазме, но тут мой недотепа муж оступился и с грохотом ухватился за дверь. Мы все замерли от неожиданности. Саша резко обернулась в нашу сторону, и мы увидели ее лицо, искаженное ужасом. Да и мы чувствовали себя не лучше: двое взрослых, застигнутых на месте преступления в то время, когда они подглядывали, как онанирует их юная няня. Учтите, что при этом Игорь еще сжимал в руке мою грудь, которую он вытащил из платья, а я терла рукой его стоявший колом член. Так что мы оказались не в самой приятной для себя ситуации и были готовы сгореть со стыда. Все просто онемели, не зная, что сказать, и не желая первыми нарушить воцарившееся молчание. Первой прервала тишину Саша: “Ой, мамочки.. . я не нарочно... я не знала... я не хотела... я только хотела... ой, мамочки... Я не собиралась смотреть ваши заветные пленки... Там просто не было наклейки... Мне просто было интересно, что там... Я не ожидала... то есть я не думала... ой, стыд-то какой..” При этом она от неожиданности, видимо, даже забыла, что сидит перед нами на мате почти голая. Заправив грудь в платье, я подошла к ней и постаралась успокоить ее, сказав, что ничего страшного не случилось. Я призналась, что мы были страшно удивлены, когда пришли домой и увидели, что она дрочит себя перед телевизором, но в ее действиях нет ничего страшного и ей нечего стесняться. Это мы должны извиняться перед ней за то, что подглядывали за ней без ее разрешения и так внезапно прервали ее удовольствие. Я присела рядом с Сашей на мат и, обняв ее, прижала к своей груди. Она была ужасно смущена, и я стала прикрывать ее одеждой, чтобы дать ей немного прийти в себя. Близость этого горячего полуобнаженного девичьего тела, которое я обнимала, возбудила меня. Моя щель стала наполняться соками. Я попыталась подавить в себе возбуждение, но это было непросто сделать, поскольку Саша от стыда уткнулась лицом в мои груди. Она стала тереться носом о мои груди, и это меня еще сильнее возбудило. Но я все же пересилила себя и сказала, что ей надо одеться, а потом мы сможем поговорить. Вместо того чтобы отпустить меня и начать одеваться, она лишь сильнее прижалась ко мне и начала стаскивать вниз мое платье, из-за чего обе мои груди выскочили наружу. Как ребенок, она ухватилась губами за сосок правой груди, а рукой обхватила левую грудь и стала мять ее. Я взглянула на Игоря, который смотрел на нас с гнусной ухмылкой. Он уже, видимо, решил, что этой ночью он будет трахаться не обязательно с женой. Я подняла пальцем подбородок Саши и, заглянув ей в глаза, сказала, что если она станет и дальше такое проделывать, то я могу и не сдержаться, и даже, скорее всего, не сдержусь. В ответ она лишь прижалась к моим губам в страстном поцелуе. А ее язык стал протискиваться сквозь мои губы в рот. Я откликнулась на ее поцелуй и стала ласкать ее, ощупывая руками ее твердые сексуальные груди. Когда наш поцелуй прервался, я спросила ее, уверена ли она в том, что хочет того, чего она добивается. Она еще раз взглянула на Игоря, а потом на меня и попросила, чтобы мы научили ее всему. Ведь на экране у нас все так здорово получалось с теми людьми. И еще она призналась, что никогда не испытывала такого оргазма, как при просмотре этой записи, где мы занимаемся любовью с другими. Только ей просто не верится, что девушка может принять в себя такой громадный член, как у Дениса. Да и член Игоря показался ей громадным, по крайней мере, по сравнению с членами, которые она видела у мальчиков в школе. Неужели у всех мужчин такие громадные члены, изумилась она. Я ответила ей, что члены у всех мужчин разные и что каждый член вызывает свои особые ощущения. Потом я сказала, что мы с Игорем будем рады научить ее сексу, тем более что Игорь уже столько лет не пробовал девственниц, что он с удовольствием вставит ей. От такой перспективы Саша слегка заерзала, но вновь прижалась ко мне и стала теребить руками мои соски. Я спросила Сашу, когда ей нужно вернуться домой, чтобы мы знали, сколько у нас есть времени на то, чтобы удовлетворить любознательность этой юной особы, исстрадавшейся без секса. Она ответила, что может оставаться у нас до двух или даже до трех часов ночи, так как мама знает, что мы попросили ее посидеть с нашим сыном. Игорь сказал, что уходит в спальню постелить постель. А я воспользовалась этим, чтобы еще пару минут поболтать с Сашей. Я стала расхваливать ее тело, сказав, что у нее очень мягкая кожа и хорошие эластичные мышцы. Конечно, для своих тридцати восьми я выглядела неплохо, но в отдельных местах тело уже сделалось слегка дряблым. Но Саша сказала, что я кажусь ей очень красивой и сексуальной и что она была бы готова поменяться со мной телом. Потом она призналась, что, начиная с тринадцати лет, с одной из своих подруг стала упражняться в поцелуях, при этом они по очереди играли роль мальчика. Я ее успокоила и сказала, что в своя время мы с сестрой с удовольствием занимались любовью и я не вижу ничего плохого в том, когда две женщины пытаются доставить друг другу удовольствие. Она с большим облегчением услышала это, поскольку она боялась, что стала лесбиянкой: хотя ей нравятся мальчики, она всегда получала громадное удовольствие от встреч с подругой, да и сейчас ей очень нравилось быть в моих объятиях. Я посоветовала ей не забивать голову ерундой, поскольку она никакая не лесбиянка. Просто благодаря своей бисексуальности она имеет больше возможностей для получения удовольствия. Мы поднялись на ноги и пошли в спальню. “Скромняга” Игорь уже лежал в постели абсолютно голый, а над простынями, словно мачта корабля над волнами, торчал его кол. Саша не смогла скрыть своего изумления. Она впервые видела живьем член взрослого мужчины. Но она не испугалась и даже сказала, что Игорь смотрится очень сексуально. Мы с нею вместе стали раздеваться. Когда Саша увидала мои чулки на поясе с резинками и трусики с вырезом на промежности, которые я решила не снимать, она воскликнула, что я смотрюсь очень сексуально и что Игорю здорово повезло с женой. С этим Игорь с готовностью согласился. Сашу сковывала стеснительность. Она стояла перед нами, прикрыв правой рукой свои груди, а левой — свой лобок. Я сказала, что ей незачем нас стесняться, ведь мы с Игорем уже видели ее обнаженной, да еще тот момент, когда она занималась очень интимным делом. А я к тому же уже прикасалась к ее телу. Я подвела Сашу к кровати и уложила ее слева от мужа, а сама улеглась справа от него. Он обхватил ее руками и страстно поцеловал. Как только он оторвался от нее, она спросила, правильно ли она целуется. Но Игорь снова прижался к ее губам и стал просовывать язык ей в рот. Ей ничего не оставалось, как последовать его примеру. Он стал гладить руками ее спину и молодую тугую попку. Она стала делать то же самое. Когда его руки оказались на ее груди, она положила свои руки к нему на грудь. Я вдруг почувствовала себя всеми забытой и поэтому перекатилась по кровати так, чтобы лечь между ног Саши. Я стала их раздвигать, но она поначалу упиралась и сжимала ляжки, так как не понимала, что я пытаюсь сделать. Она была такой юной и невинной! Я поняла, что получу массу удовольствий. Я удвоила усилия, и она, наконец, позволила мне заползти к ней между ног так, что я буквально уткнулась носом в ее влажное сокровище. Я с интересом разглядывала эту девственную щель, щель, которую еще никто не трахал и не лизал. От нее исходил сладчайший аромат. Я глубоко вдохнула этот аромат и примешивавшийся к нему мускусный запах ее предыдущего оргазма и наклонилась, чтобы слизнуть влагу, которая выступила на лепесточках ее половых губ. Едва мой язык прикоснулся к ее маленькому напрягшемуся клитору, как Сашу буквально подбросило в воздух. Мой язык закружил вокруг ее пуговки, и я стала ощущать, как этот комочек стал подергиваться. Игорь опустил руку вниз и стал раздвигать пальцами лепестки ее щели. Саша подкидывала вверх бедра и тыкалась щелью в мое лицо и при этом, не останавливаясь, сосала и лизала соски Игоря. Тем не менее, ей удалось сказать мне, какое наслаждение она испытывает оттого, что я делаю. Она никогда даже предположить не могла, что оральный секс приносит такое блаженство. Она пообещала, что сделает мне то же самое. Да, она стремилась сразу все попробовать. Саша протянула руку вниз и притронулась к члену Игоря, но тут же отдернула ее, едва член вздрогнул в ее руке. Но потом она снова решительнее схватила его и стала поглаживать вверх и вниз. Так что ее кратковременные встречи с мальчишками все-таки не прошли даром. По крайней мере, они научили ее, как можно заставить их кончить. Игорь сказал ей, что у нее очень нежная и мягкая рука и что ее прикосновения доставляют ему массу удовольствий. Продолжая ласкать одной рукой его член, Саша с силой схватилась другой рукой за яйца Игоря. Он аж подпрыгнул от такой хватки. Я тут же остановила Сашу и объяснила ей, что яйца очень чувствительны и с ними нужно обращаться очень нежно и осторожно, а то их можно загубить. Я посоветовала Игорю лечь так, чтобы его член оказался поближе к лицу Саши. Я хотела, чтобы она получила реальную возможность рассмотреть громадный мужской член. Искорки вспыхнули в глазах Саши, когда она, открыв их, увидала перед своим лицом вздрагивающий член. Ее язык инстинктивно высунулся изо рта и слизнул капельку влаги с его головки. Вкус мужских соков и спермы был еще незнаком ей. Многие мальчишки просили ее взять в рот, поскольку она отказывалась давать им, но она всегда отказывалась, считая, что это уж чересчур. Но, увидев на пленке, как моя сестра Ольга отсасывала Игорю и глотала его сперму, Саша изменила свое мнение. Игорь подался вперед, а она склонилась к нему и впервые в жизни стала запихивать себе в рот член. Игорь сказал, что у нее такой нежный рот, словно он выстлан изнутри бархатом, и он горд, что его член оказался первым в ее девственном рту. Я не сомневалась, что он не терял надежды на то, что его член также станет первым в ее девственной щели. Я продолжала сосать ее щель и слизывать соки, которые уже обильно потекли из нее. Ее щель оказалась такой узкой, что даже мой язык входил в нее с трудом. Я видела, как она заглотила сантиметров семь члена Игоря и теперь так обильно слюнявила его во рту, что слюна потекла вниз по стволу на его яйца. Я обожаю наблюдать за тем, как мой муж блаженствует с другими женщинами. Мы любим друг друга и доверяем друг другу, поэтому ничего не опасаемся, ревность не отравляет нашу жизнь. сборники эротических рассказов porna.site Я знаю, что он любит меня всем сердцем. Мы никогда не обманываем друг друга. Абсолютная честность и доверие позволяют нам заниматься сексом с посторонними людьми, не ставя под угрозу наши отношения. Игорь начал глубже задвигать член в ее горло. Я посоветовала Саше раскрыть рот пошире и позволить тому спокойно проникнуть членом к ней в горло. Я объяснила, что со временем, когда она наберется достаточного опыта, она сможет целиком брать в рот мужской член и не будет задыхаться, когда он будет входить к ней в горло. Еще я попыталась подготовить ее к тому, что Игорь сейчас начнет кончать. Я посоветовала ей быстро проглатывать сперму и продолжать сосать до тех пор, пока он не перестанет кончать. Я рассказала ей, что обожаю вкус мужской спермы, и объяснила, что у каждого мужчины сперма имеет свой особенный вкус. А Игорь сказал ей, чтобы, продолжая сосать член, она начала поглаживать ту часть члена, которая не поместилась у нее во рту. Ее рука тут же заскользила взад и вперед по его колу. Саша оказалась способной и послушной ученицей. Игорь сказал ей, что мужчины обожают, когда женщина начинает кружить языком по венчику головки и по самой головке, и ее язык тут же стал надраивать головку его члена. Я видела, что Игорь по-настоящему возбудился и уже был близок к оргазму, поэтому посоветовала Саше приготовиться к тому, чтобы проглотить его сперму. Не прошло и секунды, как Игорь завопил, что он кончает. Саша стала глотать сперму, впервые в жизни заполнившую ее рот, а Игорь все кончал и кончал. И как Саша ни старалась доставить ему удовольствие и высосать из него всю сперму, она не могла проглотить больше того, на что была способна. А Игорь был так возбужден оттого, что стал первым мужчиной, которому Саша отсосала, что его сперма, видимо, била нескончаемым потоком. И вот белая густая горячая сперма моего мужа уже потекла из уголков Сашиного рта, вниз по стволу члена, на его яйца. Я сказала Саше, чтобы она слизала всю сперму, которая пролилась, и она стала старательно слизывать то, что не попало к ней в рот. Покончив с этим, она сказала, что ей понравилось ощущение спермы, льющейся к ней в рот, а потом стала извиняться, что часть спермы пролилась мимо. Но Игорь успокоил ее, сказав, что ничего страшного не случилось и что ей незачем было извиняться. Я смотрела на опавший член мужа, который болтался перед лицом девушки, и тут почувствовала, как стали подергиваться ее бедра, знаменуя приближение оргазма. Она вся пылала от страсти и билась лобком мне в лицо. Но я продолжала лизать ее и даже ускорила движения языка, стремясь при этом как можно сильнее вдавить его в ее щель. Игорь же начал месить руками ее груди, наслаждаясь тем, что впервые за многие годы ему удалось ощутить под ладонями упругие груди восемнадцатилетней девушки. И тут Саша стала бурно кончать. Из ее девственной щели потекла густая беловатая масса, похожая на мужскую сперму. Когда Саша немного пришла в себя после ее неистового оргазма, она сказала, что хотела бы посмотреть, как мы с Игорем занимаемся любовью. Она хотела посмотреть, как выглядят вблизи совокупляющиеся мужчина и женщина. Естественно, такие скрытые эксгибиционисты, как мы с Игорем, не могли упустить представившуюся возможность и ответили, что с большим удовольствием трахнемся перед ней. Правда, я ее спросила сначала, а не мечтает ли она о том, чтобы Игорь трахнул ее. Но она ответила, что пока она боится этого, хотя не исключает, что попозже ей захочется попробовать. Я пообещала, что не позволю Игорю кончить в меня, чтобы сохранить его заряд спермы для нее. Мне хотелось, чтобы она ощутила, как в нее врывается кипящая сперма моего мужа, и сказала ей, что с удовольствием высосу его сперму из ее щели сразу же после того, как он оттрахает ее. Бросив взгляд на Игоря, я увидела, что его опавший член снова начал вздуваться. Конечно же, он был не прочь, чтобы Саша легла под него, этого ему хотелось даже больше, чем мне. Естественно, я понимала, что ничего другого и не следует ожидать. Мужчины обожают запихивать свои члены в новые для них щелки и праздновать свою очередную победу, ощущая, как их член сжимают мышцы новой знакомой. А Саша была лакомым кусочком, так что стоило ли осуждать мужа за то, что он хотел трахнуть эту крошку? Я не могла так поступить, да и не собиралась так поступать. Я улеглась на спину и раскинула ноги. Саша уставилась немигающим взглядом в мою широко распахнутую щель. Я схватила подушку и подложила ее себе под попку, чтобы повыше поднять ее. Игорь стал взбираться на меня, а Саша внимательно смотрела на нас. Я подтянула ноги повыше так, что голова, в конце концов, оказалась между лодыжками. Игорь встал передо мной на колени и начал втирать головку своего члена в мою мокрую скользкую горячую щель. Саша наклонилась, чтобы рассмотреть все вплотную. Она не хотела пропустить ни одной детали. Ей, наверное, самой не верилось в то, что она стоит возле нас на коленях и смотрит на то, как мой муж готовится мне вставить. Игорь выпустил член из руки и спросил Сашу, не хочет ли она попытаться вставить его. Не колеблясь, Саша ухватилась своей миниатюрной ручкой за его дубину. Она подтащила Игоря поближе к моей широко распахнутой щели и вставила в нее головку члена. Едва она это сделала, как мой клитор вскочил и высунулся из срамных губ. Саша ужасно удивилась, увидев, как моя шишечка встала. Она тут же схватилась за него пальцами другой руки и начала ласкать мой клитор, иногда с силой сжимая его. А другой рукой она продолжала держать член Игоря, хотя он уже начал погружать его в мою щель. Однако Саша не отпускала руку, желая ощутить, как член полностью входит в меня. Игорь подал бедра вперед и погрузил в меня оставшуюся часть своей дубины. Все члены разные, и каждый имеет свои особенности, но член моего мужа всегда будет моим самым любимым. Он прекрасно мне подходит, и никто не может отодрать меня лучше Игоря. Саша внимательно смотрела на то, как мы трахаемся. А потом она стала расспрашивать меня, что я ощущаю, когда этот кол погружается в мое тело со всего размаху. Потом она призналась, что уже потекла, так как ее невероятно возбуждали чавкающие звуки, которые издавал член Игоря, погружающийся в мою щель. Игорь яростно всаживал в меня свой член, а я подкидывала вверх свои бедра навстречу каждому его толчку. Мне кажется, мужчины обожают, когда женщины подмахивают им. Кому понравится женщина, которая лежит как бревно? Мы так трахались с Игорем примерно минут пятнадцать. Все это время Саша стремилась быть как можно ближе к нам. При этом она постоянно прикасалась к нам во всех местах, где хотела. Я ей сказала, что мужчины любят, когда женщины осторожно всовывают им пальцы в задний проход, но предупредила, что от этого они обычно очень быстро кончают. Иными словами, я посоветовала ей не делать этого сейчас, если она хочет, чтобы ее этой же ночью трахнули в первый раз. Тут Игорь сказал, что нам бы лучше прерваться, поскольку он уже почувствовал знакомое щекочущее чувство в яйцах. Тогда я спросила Сашу, хочет ли она сейчас заняться любовью с моим мужем. Саша ответила, что она уже еле сдерживает себя от нетерпения, но только она просит, чтобы Игорь был с нею очень нежным. Игорь вытащил из меня член, весь блестящий от моих соков. Я сказала Саше, чтобы она легла на спину и согнула ноги в коленях. Она подняла колени и широко развела ноги. Ее щель была мокрой от любовных соков. Увидев это, я решила, что ей не должно быть очень больно, поскольку у нее явно выделялось много естественной смазки. Я вытянула руку и вставила палец в ее щель. Просунув палец поглубже, я почувствовала, как он уперся в препятствие: она действительно была девственницей! Игорь уже был готов вставить ей, но я ему сказала, чтобы он не торопился, а делал все медленно и осторожно. Я взяла его член в руку и стала тереть головкой по ее губкам. Саша лежала застыв, ожидая, когда ее начнут трахать. Как только я почувствовала, что она немного расслабилась, я сказала мужу, чтобы он начал медленно ей вставлять. Он нажал посильнее на ее щель, и головка члена погрузилась в нее. После этого он резко остановился, как только Саша застонала и сказала, что ей больно. Я велела Игорю не двигаться, чтобы Саша могла приспособиться к вставленному в нее члену. А ей я посоветовала потихонечку насаживаться на член, как только она почувствует, что может это делать. Полежав неподвижно с минуту, она стала впихивать в себя член Игоря. Я была уверена, что он уже тыкался в ее целку и только ждал момента, когда он сможет ее прорвать. Тут Саша, стиснув зубы, подалась задом вверх, одновременно потянув на себя Игоря. Она тихонько вскрикнула и застонала. Ее дыхание сделалось тяжелым и учащенным. Она снова застыла, пытаясь приспособиться к громадному члену взрослого мужчины, который целиком заполнил ее щель, доселе никем не пользованную. Сначала мне показалось, что она пожалела о том, что так резко вонзила член в свою щель. Это явно причинило ей боль. Игорь вел себя молодцом. Я понимала, что ему хочется поскорее пустить в работу свой поршень и прочистить эту юную щель, но он сдерживался, хотя это было нелегко. Саша снова замерла, и прошло, наверное, еще две или три минуты, прежде чем я заметила, что она снова начала вращать бедрами. Ее глаза были еще по-прежнему крепко зажмурены, но ее тело уже немного расслабилось. По крайней мере, она уже не была в таком напряжении , как несколько минут назад, когда член Игоря впервые заполнил ее щелку. Еще через минуту она уже стала подмахивать Игорю. Сначала еле заметно, а потом со все большим и большим жаром. Игорь тоже ожил, и Саша стала инстинктивно подаваться бедрами навстречу каждому его толчку. Теперь она уже открыла глаза, поскольку хотела увидеть, как ее трахают. Она сказала, что испытывает великолепное ощущение абсолютной заполненности до отказа. Она призналась, что счастлива оттого, что не знала раньше, какая это изумительная вещь секс. В противном случае она бы не смогла сдержать обещание, которое давала матери. Я стала поглаживать зад мужа, едва он начал беспрерывное ритмичное покачивание вверх и вниз. Это означало, что он наконец-то получил возможность по-настоящему трахать эту сексуальную юную деву. Он лишил девственности нашу няню, и она теперь говорила о том, как она ему благодарна за то что он позволил ей заняться с ним сексом. Он довольно засмеялся и сказал: “Ты слышишь, дорогая, Саша благодарит меня за то, что я позволил ей трахнуться со мной. Ах, моя милая Алексашка, это я благодарен тебе за то, что ты позволила такому старику насладиться твоим юным красивым телом. И спасибо тебе за то, что ты удостоила меня радости лишить тебя девственности, это королевский подарок!” Захватив пальцами член Игоря, я потерла его вокруг лепестков Сашиного бутончика. Пальцы тут же стали мокрыми от ее соков. Я отпустила член Игоря и воткнула самый мокрый палец ему в зад. Он вздрогнул от неожиданности и с размаху воткнулся в Сашу. После этого он уже не мог себя сдерживать и стал вгонять член в Сашу быстрыми резкими движениями. Глядя на него, я поняла, что, так как ее сейчас трахал мой муж, Сашу так хорошо не оттрахал бы ни один мужик, который был бы вдвое моложе Игоря. Саша стала приближаться к оргазму. Она раскинула ноги, насколько могла, и умоляла Игоря не останавливаться. При этом она еще умудрялась благодарить меня за то, что я поделилась с ней мужем, и твердить, что она в неоплатном долгу передо мной. А Игорь все всаживал и всаживал в нее свой член, и вот я услыхала, как из его горла стали вырываться сипящие звуки, и поняла, что он заполняет своей великолепной спермой щель другой женщины. Его ягодицы тесно прижались одна к другой. Он шуровал в Сашиной щели так, словно хотел всю ее облить изнутри своей кипящей спермой. Она постанывала и как заведенная повторяла, какое она испытывает наслаждение, ощущая, как внутри нее разливается сперма Игоря. Она сжимала член Игоря в своей щели .словно тисками. Она была великолепна, и я не думаю, что ей были нужны еще какие-нибудь уроки. Едва Игорь вытащил свой член из Саши, как я попросила у нее разрешения высосать его сперму из ее щели. Она даже не пыталась свести ноги. Я просто заползла к ней между ног и стала вылизывать ее только что оттраханную щель. Но Саша попросила не прикасаться к ее клитору, так он был весь растерт. Я оставила ее в покое, а она уселась и попросила меня, чтобы я дала ей возможность поласкать мое тело. Поверьте мне, я никогда не заставляю дважды себя уговаривать, когда мне делают такие предложения! Я повалилась на спину и широко развела ноги. Саша стала внимательно рассматривать мою распахнутую щель. Я опустила руки вниз и развела пальцами свои срамные губы, чтобы дать Саше возможность получше рассмотреть мое сокровище. Я показала ей, где нужно лизать, где нужно сосать и куда нужно втыкать язык. Я посоветовала ей не задуривать себе голову, а делать то, что ей покажется само собой разумеющимся, и ласкать меня там, где ей самой бы хотелось себя поласкать, и тогда она ни за что не ошибется. Я внутренне подготовилась к тому, что должно произойти, но, несмотря на это, все мое тело пронизала дрожь, едва Саша склонилась ко мне и обхватила губами мой клитор. Она начала сосать его, словно сосок. Это было невероятное ощущение. Она была просто рождена для того, чтобы лизать щель. Она то сосала мой клитор, то погружала свой длинный язык в мою щель. Саша сказала, что ей очень нравится вкус моей пещерки и запах, исходящий из нее, и поэтому оральный секс с женщиной ей пришелся по нраву. Однако едва я кончила и залила своими соками все лицо этой юной девы и она слизала эти соки, Саша вновь повергла нас с Игорем в шок. Она сказала буквально следующее: “Уверена, моей маме понравилось бы заниматься сексом с женщиной. Я знаю, что она не занималась сексом шесть лет с тех пор, как умер папа. Я это точно знаю, поскольку мы говорим с нею обо всем. Она мне рассказывала, что ей очень не хватает секса. По ее словам, отец был великолепен в постели. Как-то раз, когда у нас зашел разговор о голубых и розовых, она призналась, что мысль о возможности прикоснуться к женщине даже возбуждает ее, но она вряд ли решится сделать это. У нее даже нет такой подруги, которой она могла бы доверить свои сокровенные мысли о странном влечении к женщинам. Мы не раз потом посмеивались над этим признанием. В результате она обычно приходила к выводу о том, что есть одно радикальное средство, которое способно заставить ее позабыть о подобных фантазиях, — это здоровенный мужской член. Какое счастье, что я могу вести с мамой такие откровенные разговоры. И я рада, что сдержала обещание, которое я ей давала. Я не смогу удержать в секрете то, что сейчас произошло, и все ей, конечно, расскажу. У нас нет тайн друг от друга. Она даже научила меня удовлетворять себя, чтобы я могла сбрасывать напряжение, когда я была уже на грани того, чтобы разрешить мальчишкам заняться со мною сексом. И вам нечего волноваться по этому поводу, я знаю, она не рассердится на вас. Она одобрит мое решение научиться премудростям секса с помощью двух взрослых симпатичных людей. Она мне всегда говорила, что существует большая разница между занятиями любовью и примитивным траханьем. И если уж простое траханье доставляет такое удовольствие, то какое же наслаждение должно приносить занятие любовью”. Мы с Игорем попытались выразить сомнение относительно необходимости рассказывать маме о том, что произошло этой ночью, поскольку все-таки опасались, что она выйдет из себя, когда обо всем узнает. Однако Саша снова стала уверять нас в том, что мама не рассердится. Я попросила Игоря, чтобы отвез Сашу домой. А ей я сказала, что не стану возражать, если она вдруг вздумает попрактиковаться в искусстве минета, пока они будут ехать в машине. “Мальчики всегда любили, чтобы им делали отсос, — сказала я, — и уверена, что со сменой поколений эти привычки не изменились”. Я рассказала Саше, что мы с Игорем придерживаемся железного правила заниматься сексом с посторонними людьми только в том случае, когда оба присутствуем при этом, однако в этот раз я склоняюсь к тому, чтобы сделать исключение из этого правила. Я была просто уверена в том, что Игорь мечтал уговорить юную деву поласкать его ртом и поэтому попытался бы исхитриться сделать так, чтобы получить свое без моего ведома, но теперь ему не было необходимости хитрить. Я не опасалась того, что эта девочка похитит моего мужа, поэтому пожелала Игорю приятно провести время. Он с благодарностью поцеловал меня и, схватив Сашу в охапку, просто помчался к двери. Игорь пропадал минут сорок. Когда он вернулся, я, естественно, захотела услышать от него во всех подробностях, как прошло его “свидание” с юной особой. И вот что он рассказал. Как только они выехали на шоссе, Саша расстегнула его и свои брюки. Потом она схватила его руку и затолкала ее к себе в ширинку, попросив поласкать ее щелку, чтобы она еще раз кончила. Игорь, конечно, стал теребить пальцами ее срамные губы и почувствовал, как она стала намокать. По всей машине распространился запах юной щелки. Саша нагнулась и чуть не целиком заглотила его член. Ее голова закачалась вверх-вниз, и его член то глубоко проникал к ней в горло, то почти выскакивал наружу. А он тем временем засунул палец в ее щель и стал крутить им во все стороны. От этого она стала тихонько вздрагивать и постанывать. Потом она выпустила его член изо рта и стала его облизывать от головки до основания. Время от времени она обхватывала его рукой и растирала. Одновременно она подзадоривала Игоря, говоря, что хочет поскорее ощутить вкус его спермы у себя во рту. Юная плутовка дразнила Игоря, пользуясь всеми знаниями, которые она успела приобрести за то время, что провела с нами. Ей явно хотелось узнать, сколько времени ей может потребоваться, чтобы по-быстренькому заставить парня кончить ей в рот. Я помню, в школе мы с подружками даже устраивали соревнования, кто быстрее сделает отсос. Мое лучшее время — пятьдесят две секунды. У меня было несколько секретов, которыми я ловко пользовалась, чтобы прочно удерживаться в числе рекордсменок. Я периодически вынимала член изо рта и дополнительно разжигала парня разными непристойными фразами, а еще я всегда старалась усадить его так, чтобы он мог видеть, как одновременно с ним отсасывают и другому парню. Ребята очень любили посещать наши тренировки, и мы не знали отбоя от добровольцев, готовых помочь нам в совершенствовании этого мастерства. Однако Игоря было нелегко провести. Он-то знал, что Саше не удастся сейчас поставить рекорд, поскольку он до этого успел уже три раза кончить. Он скрыл от нее, что после того, как мужчина успел кончить, он может держаться дольше. Он заставил ее потрудиться с полчаса, пока она вконец не растерла ему член, и лишь потом обильно кончил ей в рот. Последние пятнадцать минут они стояли возле ее дома, но Саша так была увлечена, что даже не заметила этого. Игорю все это напомнило его школьные годы. Когда он провожал девчонку к домой, он обычно успевал уговорить ее трахнуться или отсосать ему, до того как девчонка убегала домой. Они с Сашей кончили одновременно, и он почувствовал, как ее ляжки стали сжимать его руку. Лишь после этого она сообразила, где они находятся. Она поспешно стерла сперму со щек и подбородка и, хитро поглядывая на него, дочиста облизала пальцы. Потом она застегнула брюки, чмокнула его в щеку, выпрыгнула из машины и помчалась домой. Мы с Игорем с удовольствием вспоминаем эту ночь, проведенную с Сашей, и ему не терпится рассказать о наших новых встречах с Сашей. Она пришла к нам на следующий же день и попросила нас об одной услуге, но об этом уже в другом рассказе. Да, кстати, пока я все это диктовала Игорю, у меня было два великолепных оргазма. Один оттого, что я забавлялась с собой на глазах у Игоря, а другой оттого, что он, в конце концов, не смог уже больше сдерживаться и влындил мне. Надеюсь, что и вам удалось кончить. --- Воровка --- Я помню все, словно это было вчера, - сказала тетушка Вера. - Мне исполнилось тогда семнадцать лет, я была взрослой девушкой, но по-прежнему обожала сладкое, как ребенок . Игорь мне тоже ужасно нра- вился, и я придумала хитроумный план, чтобы его соблазнить. Однажды, придя в нашу сельскую лавку, чтобы забрать заказанные нашей семьей товары, я, поддавшись искушению, украла крохотную баночку меда, пока продавец Игорь отлучился в подсобку. Не успела я засунуть банку под юбку, как он вернулся, но после того как с ним попрощалась, слегка кивнув головой, и гордо направилась к двери, я вдруг почувствовала, что мне на плечи опустились две огромные ладони. Именно на это я и рассчитывала, все шло строго по плану, но я тем не менее вздрогнула и, распрямившись, попросила оставить меня в покое тем же невозмутимым тоном, каким разговаривала бы с любым назойливым болваном. Но Игорь спокойно наклонился ко мне, приблизив губы к самому уху. Что-то у тебя сегодня странная походка, Вера, - прошептал он, легко приподнимая меня на цыпочки. Игорь ведь был огромного роста, настоящий богатырь. Я даже испугалась, что он порвет мне платье своими ручищами, но он быстренько меня отпустил и не спеша закрыл изнутри входную дверь. Тут уж я больше не могла оставаться невозмутимой: задрожала всем телом под тонким летним платьем, а потом и заплакала. Но Игоря это не разжалобило. Давай-ка зайдем сюда, - решительно сказал он, толкая меня впереди себя за прилавок. Я была в полном отчаянии, поскольку всю весну того года я каждую субботу отказывалась с ним танцевать. Именно потому что он был такой симпатичный, я не хотела стать такой же легкой добычей, как все те девицы, которых он соблазнял и тут же бросал. Мне доставляло удовольствие делать вид, что я его не замечаю, поскольку было нетрудно заметить, что это его выводит из себя. Но вот теперь я, кажется, все испортила. Ну, - сказал он, когда мы оказались в просторной подсобке, вдоль стен которой громоздились всевозможные товары, - куда ты спрятала то, что украла? Я почувствовала, что краска стыда заливает мне все лицо, но не могла выдавить из себя ни слова. Игорь подошел ко мне вплотную, так что я задом уперлась в большой упаковочный стол, стоявший в центре комнаты. А когда его холщовая рубаха прижалась к моей груди, четко вырисовывавшейся под тонким платьем, я прикрыла свои полушария руками. Но Игорь не сдавался: Ты сама достанешь или мне придется сделать это за тебя? Я была настолько смущена, что не могла ничего ответить, да еще к тому же от страха свело ноги, хотя я в глубине души и надеялась, что он не посмеет. Но уже в следующий миг Игорь схватил подол платья и задрал его вверх, так что цветастые трусики стали единственным, что скрывало мою наготу. Да и то не совсем, поскольку банка с медом настолько оттянула их вниз, что Игорь тут же смог порадоваться, обнаружив, что и там у меня кудряшки светлые. Ни один мужчина до этого меня не видел голой, но Игорь насмотрелся за всех, прежде чем протянуть руку за своим добром, которое я у него стащила. Так вот оно что! Девица Вера всего-навсего жалкий воришка, - сказал он, поднося к моему носу баночку с медом. - А ты знаешь, что я за это могу заявить в милицию? - О, нет, - прошептала я, пытаясь прикрыться руками, но Игорь лишь ухмыльнулся и силой развел мои руки, а затем поднял меня и усадил на стол. Потом положил на мое заветное гнездышко свою руку. Более того, засунул палец внутрь, но я так громко закричала, что он отдернул руку. Тише, подружка, я только хотел проверить, насколько ты целомудренна, ты ведь еще, кажется, девица? - прошептал он, улыбаясь мне так, что я не могла понять, нравится ли мне эта его улыбка, а потом взял тот самый палец в рот и с задумчивым видом стал облизывать. Проделав эту процедуру, он принялся осторожно стаскивать с меня платье, а я, сама не понимая, почему это делаю, подняла руки кверху, чтобы помочь ему. Упали на пол мои трусики. Я лежала совершенно нагая на упаковочном сто- ле перед Игорем. Я знала, что мне следует прикрыться, но не могла этого сделать под его взглядом, от которого у меня по коже шли мурашки, и поделать с собой ничего не могла. Раз ты так любишь мед, дам тебе меду, - тихо сказал он, погружая два пальца в бан- ку. - Сядь. Я села и стала нерешительно слизывать мед с его огромных пальцев, которые он приставил к моим дрожащим губам. Это было настолько приятно, что через несколько секунд я напрочь забыла о своей робости и принялась жадно сосать, изнывая от нетерпения всякий раз, когда он вынимал свои пальцы. Но, окунув их в банку несколько раз, Игорь сказал, что это нечестно, если я вылижу весь мед одна. Уложив меня бережно снова на стол, он стал медленно намазывать мед мне на грудь. Она полностью скрылась под его огромными ладонями, и, к ужасу своему, я почувствовала, что мои соски набухают и твердеют совершенно помимо моей воли. Я успокоилась лишь тогда, когда Игорь склонился надо мной и осторожно начал их покусывать и поцелуями слизывать с них мед. Его вкус я вновь ощутила лишь тогда, когда он под конец поцеловал меня в рот. У нас еще немного осталось, - прошеп- тал Игорь. - Я нагрел банку рукой... Он осторожно развел мои ноги, и в следующее мгновение я ощутила, как что-то тягучее лениво изливается на мои нежные лепестки, робко выглядывающие между ног. Он не должен, не должен их видеть, - без конца повторяла я про себя, но тем не менее непроизвольно все шире и шире разводила ноги. Но целиком открылась перед ним я лишь тогда, когда он поднял мои ноги себе на плечи, чтобы языком поласкать сокровенные прелести, вылизать их вдоль и поперек, а под конец засунуть его так глубоко внутрь, что тело мое выгнулось дугой, а из глаз от восторга брызнули слезы. Все, не надо, - простонала я в полубеспамятстве, и тогда Игорь так резко меня отпустил, что мой зад громко шлепнулся о столешницу. А ты страстная, - сказал он, беря меня за руку. Я с некоторым недоумением ощупывала грубую ткань его брюк, прежде чем осознала, что именно он подсунул мне под руку. Потому что в следующий момент он выпустил своего жеребца на свободу, и это меня настолько огорошило, что я ухватилась за него и несколько секунд не отпускала и лишь после этого с легким вскриком отдернула руку. Я испуганно смотрела, а он стоял, молчаливо раскачиваясь из стороны в сторону во всей своей красе и нацеливаясь в ту часть моего тела, которую только что покинул его язык. Мысль, что он намерен попасть именно туда, заставила меня крепко сжать ноги, но одновременно я ощутила, как снизу меня охватывает сильный трепет, распространяющийся по всему телу. Не бойся, - прошептал Игорь, беря меня за ноги и разводя их до тех пор, пока его огромный конь не приблизился вплотную к моему гроту. Тогда Игорь стащил мой пышный зад со стола и держал его на весу, подложив ладони под круглые ягодицы. Я ухвати- лась руками за столешницу, но это было бесполезно, мне оставалось лишь надеяться, что он меня не уронит. Я закрыла глаза и приготовилась принять в себя все, что у него было. Но ничего не происходило. Я долго лежала с зажмуренными глазами и ждала, но в конце концов осторожно приоткрыла их и увидела прямо над собой улыбающееся лицо Игоря. Сперва пообещай, что в следующую субботу пойдешь со мной танцевать, - шепотом сказал он. Тут я вдруг почувствовала, как ко мне возвращается вся моя стыдливость, и, чтобы укрыться от нее, я снова зажмурила глаза и быстро, почти беззвучно прошептала то, о чем он меня просил. В следующее мгновение я ощутила мощный толчок и вскрикнула сначала от боли, а затем от удивления, что он все же вошел в меня. Вначале было такое чувство, что он просто меня разрывает, но, когда набухшая головка оказалась внутри, мои влажные лепестки нежно сомкнулись вокруг гладкого ствола и пропустили его упрямца глубже внутрь, как это и полагалось. Ничего не могло остановить его на пути к заветной цели - потере моей невинности, а когда он к ней приблизился, то решительно сорвал ее раз и навсегда. Глаза мне заволокло туманом, и я услышала собственный крик. Он задвигался в бешеном темпе, так что от его толчков я извивалась, как одержимая, совершенно не понимая, что со мной происходит, из моих уст со стоном вырывалось да, да, за которым уже в следующую секунду следовало нет, нет. Но уже через мгновение все, что я говорила, слилось в нечленораздельное мычание, а потом я просто стала дико орать. Это было вызвано судорожными сокращениями, начавшимися у меня между ног и разошедшимися мощными волнами по всему телу. Волны захлесты- вали меня снова и снова, но потом отхлынули, и им на смену пришел нежный пурпурно- красный свет, который струился откуда-то изнутри меня, словно насквозь просвечивая мое тело. Мне кажется, что на какое-то мгновение я покинула и Игоря, и его подсобку, но вернулась назад, когда он выгнул меня в дугу и громко застонал, а я одновременно ощутила, как внутри меня что-то изверглось и стало заливать все, что находилось глубокоглубоко во мне. После этого его огромное тело упало в мои объятия, но отдохнуть ему не пришлось, ибо в тот же миг кто-то громко забарабанил в дверь лавки. Он быстрым движением заправил брюки и побежал открывать, а я продолжала неподвижно лежать на столе, слушая, как он обслуживает клиента. Я почти не дышала, когда Игорь забегал в подсобку за чем-нибудь из товаров. За горохом, мукой, табаком, сахаром, селедкой, пеньковой веревкой. За всем, кроме баночки с медом... --- Время подошло --- С помощью моей старшей сестры, Джекки, и ее двух друзей и потеряла девственность, в то время как мои родители были в Вегасе. Мне было тогда 19, а Джекки почти 20. В пятницу родители уехали, дав нам по $50 и строжайшие инструкции как вести себя и не попасть ни в какую беду. Как только они вышли за дверь, Джекки посмотрев на меня, спросила, что я собираюсь делать. Я пожала плечами и сказала, что ничего такого не планировала и собиралась провести выходной в бассейне. Она лукаво улыбнулась и сказала, что планирует отдохнуть с Бредом и Джефом. Я была около бассейна, когда они пришли. Я поняла, что они уже здесь, так как Джекки повела их в комнату и включила магнитофон на всю катушку. Когда я пошла на кухню за холодной водой, то слышала их смех и почувствовала запах марихуаны. Спускаясь по лестнице, я остановилась на некоторое время. Джекки оставила дверь комнаты приоткрытой, и я могла слышать их разговор. - Джеф, да ты хорошо танцуешь. - Говорила Джекки. Я на цыпочках спустилась по лестнице и осторожно посмотрела в щель. Бред сидел на полу и смотрел как Джекки танцует с Джефом. В этот момент, Джекки прижалась к Джефу, и он поцеловал ее. Она обняла его за шею, ее бедра обхватили его талию. Джеф обхватил половинки ее попки и притянул ее еще ближе. Его правая рука продолжала поддерживать ее, в то время как левая потянулась вверх, к груди. Джекки застонала, когда он начал ласкать ее. - Эй Вы, двое. Как насчет меня? - Спросил Бред. Джекки отпустила Джефа, подошла к Бреду и села рядом. Бред наклонился и обхватил руками ее груди. Джекки засмеялась и начала развязывать верх своего купальника. Бред, обхватив руками ее груди, соединил их вместе. Его язык начал ласкать поочередно то один, то другой сосок. Джеф сел рядом с Джекки, их губы соединились. Я видела, как их языки играли друг с другом. Бред медленно опустил верх купальника Джекки, его язык двинулся ниже. Она отодвинула в сторону низ купальника от своего влагалища и широко раздвинула ноги. Голова Бреда оказалась между бедер Джекки, Джеф же начал целовать ее соски. Я почувствовала, что колени мои дрожат. При виде такого зрелища я сильно возбудилась. Бедра Джекки сжали голову Бреда. Бред снял плавки. Его возбужденный член выскочил наружу. Он взял его в руку и сказал Джекки, что хочет больше чем просто есть ее киску. Бред лег на пол, Джекки расположилась над ним. Она обхватила его член, направила его в свое заждавшееся влагалище и начала опускаться. Джеф зашел сзади и раздвинул половинки ее попки. Я закрыла дверь, когда Джекки начала кричать. На кухне я думала о том, что увидела. Через некоторое время вошел абсолютно голый Джеф. Он остановился, увидев меня, но не сделал попытки прикрыться. Взял чашку, набрал воды и начал пить, внимательно рассматривая меня. - Ты, наверное, маленькая сестра Джекки, - сказал он. Я засмеялась и сказала, что она всего - лишь на два года старше меня. Он пошел ко мне ближе, наши губы встретились, его язык проник в мой рот. Почувствовав, что я не сопротивляюсь, он усмехнулся, опустил мой купальник на бедра и обхватил груди. - У тебя прекрасное тело, детка. Мои соски начали твердеть, я начала дрожать от возбуждения. Его язык коснулся моей шеи, начал сначала лизать, а затем и сосать соски. Он посмотрел на меня и спросил нравится ли это мне. В ответ, я соединила мои груди вместе (как это делал Бред с Джекки) и попросила его поласкать их еще немного. Его руки, рот, язык ласкали мои груди, сосали, лизали, пощипывали и покусывали мои соски. Его голова опустилась ниже и остановилась на купальнике, прикрывающем мое тело. Улыбнувшись, я сняла его и немного развела в стороны ноги. Джеф подхватил меня под руки и посадил на край стола. Сам же сел на стул, положил мои ноги на плечи и начал ласкать меня. Я легла на стол, еще шире развела в стороны ноги, предоставляя ему свободный доступ к своему сокровищу. Его язык пробежал по всей длине. Я закричала от удовольствия, когда он коснулся моего клитора. Он проник в меня. - Ешь меня, Джеф, - шептала я задыхаясь. Мои бедра двигались в такт его языка, еще крепче прижимая мое сокровище к его рту. - О, да. Так. - Это было так чудесно. - Сделай это. Он продолжал лизать меня, мои бедра неустанно двигались по столу. Джеф встал, его голова опустилась между моих грудей. Он взял свой член и направил в ждущее отверстие. - Что теперь, детка? Ты хочешь этого? - Спросил он. Я застонала и попробовала бедрами направить его член в себя. Но он крепко держал меня, я не могла двигаться. Он вытащил наружу головку и начал тереть ею мой клитор, еще больше возбуждая меня. Когда он понял, что я больше не могу, он протолкнул член в меня. Я почувствовала, как натянулась и порвалась моя девственная плева. И затем Джеф начал двигать своим членом во мне. Я была доведена до безумия этой игрой, и поэтому когда Джеф обхватил пальцами мой клитор и сжал его, я чуть не кончила. - Трахай меня, давай. - Только и произнесла я, задыхаясь. Я почувствовала, как наступает оргазм. Когда мышцы моего влагалища начали судорожно сокращаться, Джеф вытащил из меня член. Он начал выбрасывать порции спермы прямо на мое тело. Я подхватила рукой немного спермы и помазала ею грудь. Он лег на меня и поцеловал. - Неплохо для девственницы. - Сказал он. Он засмеялся, и мы оба подняли головы на Бреда. - Вот и я говорю, что неплохо. - Сказал Бред. Джеф встал с меня, в то время как Бред входил на кухню. Прежде чем я успела что-нибудь сообразить, он перевернул меня на живот и вошел в меня сзади. Он похлопал меня по попке и начал трахать. Он делал это сильнее Джефа, мне даже было немного больно. Затем, неожиданно, он развел в стороны половинки моей попки и погрузил свой член в мой анус. Я закричала и попыталась освободиться, но он крепко держал меня и продолжал трахать в попку. После первоначальной боли, мне начало нравиться это. Я начала двигать бедрами ему навстречу. Бред усиленно трахал меня. Вскоре мы одновременно кончили. Бред выпустил порцию спермы глубоко в меня. - Что я вижу? - произнесла показавшаяся в дверях Джекки. - Если ты собиралась потерять свою невинность, то лучших парней для этого тебе нельзя было найти. Став на колени, она соединила вместе оба члена и начала лизать их. - Я тоже так думаю, - с этими словами я опустилась на колени и начала помогать ей ласкать уже воспрянувшие органы. Мы провели остаток выходных безустанно трахаясь. Мы попробовали все позиции, которые только могли придумать. Это было лучшее времечко в моей жизни. --- Дефлорация по-русски --- Как сейчас помню этот жаркий вечер, когда я не поехал на занятия в институт. Родители уехали к родичам и я мог делать все что угодно.Погодка была, как в Африке. Всегда зимой мечтая о лете, я сейчас всем сердцем пожалел бедных нигеров, а заодно тех придурков, кто все-таки поехал на занятия. Внезапно раздался звонок. Идти не хотелось. Этот кто-то позвонил еще раз. -Ну ладно уж, уговорили,- проворчал я, и пошел открывать дверь. Одежду я не надел. Своих, даже девушек стесняться нечего, чужих тем более, послать их и дело с концом. Подойдя к двери, я грозно рыкнул: Кто там? -Это Катя, Илья дома? У меня вроде сроду таких подружек не было, но решив, что надо все таки узнать, чего ей надо, я приоткрыл дверь, высунув только голову. И тут же узнал бывшую подругу моего друга, которая раз была у меня с Борисом. Подружка эта была просто обалденная, но Борис ее бросил, так как девушка была какая-то задвинутая и он ее так ни разу не поимел, и сейчас прятался от нее. -Привет, -сказал я. -Здравствуй, а Борис не у тебя? -Нет, они куда-то ушли, но ты заходи, устала наверное с другого конца города ехать?,-предложил я. -Да нет, я пойду, неудобно... -Да все нормально, заходи, родителей нет, сейчас выпьем чего-нибудь холодненького. Я приоткрыл дверь, она же, увидев меня в одних обтягивающих трусах, тут же опустила взгляд. Но я все-таки затащил ее в квартиру, пообещав одеться. Ее я отправил на кухню, а сам пошел одеваться. Но надел я только джинсы, так как была такая жарища, что при одной только мысли одеть рубашку меня охватывал ужас. Когда я вернулся вернулся, она уже сидела на кушетке, положив ногу на ногу. Одета она была в платье, едва прикрывающее ее ноги. Кое-где виднелись мокрые пятна от пота, и я, разглядывая ее округлые груди, вдруг заметил проступивший сквозь платье нежно-розовый сосок. Да эта девочка была без бюсгалтера! Меня это вдруг так возбудило. Я сходил к холодильнику, по пути немного успокоившись, принес оттуда бутылку Колы и взял с полки пару стаканов. Болтая с ней, я заметил ее скованность. -Девочке не помешало бы расслабиться, подумал я, и , повернувшись к ней спиной, подлил в стаканы немного водки,-да и мне тоже,-подумалось, глядя на ее выделившийся сосок. *** А у тебя тут уютно,- неторопливо проговорила она, когда мы, выпив спец-Колы пошли по квартире. А ты где спишь? Можно?,- спросила она и ,не дожидаясь ответа, легла на кровать. Как мягко...,- потянулась она. При этом она согнула в колене одну ногу и неторопливо, словно лаская ее, погладила ей другую. Я, и до этого весь возбудившийся от одного только вида ее совершенных форм, весь погрузился в какой то странный туман, в голове поплыли какие-то разноцветные полупрозрачные круги. Она, словно заметив мой полный желания взгляд, улыбнулась. Я, уже не сдерживаясь, присел рядом и прильнул к ее губам. Это был словно другой мир, в котором не было таких понятий, как время, сам мир, казалось, перестал существовать. Во всей Вселенной были только я и она. Прошла вечность, когда мы разъеденили наши губы. Она приоткрыла свои прекрасные глаза, и я утонул в них весь без остатка. - А как ты, считаешь, - спросила она томно, полушепча эти слова, ее губы манили меня каждым своим движением,-я красивая? -Да... только и смог сказать я,- любой парень может только мечтать о тебе. - А ты?,- снова полувздохом-полусловом произнесла она, прижимаясь ко мне своей прекрасной нежной грудью, скрытой лишь легкими покровами тонкой ткани. Я , весь исполняясь неги и прижимая ее к себе, ласкал ее сквозь одежду, почти незаметную, но скрывающую ее прекрасное тело от моих глаз.Я стал расстегивать ее платье, не прекращая ласкать ее, потом снял его, а она вздыхая с полуприкрытыми глазами, все более и более возбуждалась, становилась все более влажной. Вся она, страстная, горячая, как солнце и вся влажная, в одних только трусиках, с уже проступившим влажным пятном на них, оказалась в моих руках. Она приоткрыла свои, уже охваченные пламенем желания зеленые глаза. -Подожди,- выдохнула она. Она приподнялась на кровати, предоставив все свое прекрасное тело на мое обозрение. Теперь я увидел во всей ее красе. А посмотреть было на что - тонкая талия, широкие бедра и приподнявшиеся после моих ласк груди - все это манило к себе. Мужской инстинкт, оценив ее тело, жаждал сношения с ней, отодвигая разум, даже вечную, ищущую спасения душу на задний план. Я был готов целовать каждую родинку на ее теле, особенно ту, выглядывающую из-под полоски ткани на ее теле, совсем рядом с ее щелкой. Она хотела меня, я это видел, я просто сходил с ума рядом с ней, и она тоже это видела. - Я уже без одежды, а ты? - словно стесняясь своей наготы, капризно сказала она. -Я хочу,чтобы _ты_ сделала это...,- все более возбуждаясь, сказал я, приближаясь к ней. Ей похоже понравилась эта идея. Она приблизилась ко мне. Я стоял, всем своим существом излучая желание обладать ею. Ее инстинкты требовали покорения этой силе. Она подошла ко мне, необычайно сексуально покачивая своим стройным телом. Она выглядела просто богиней. Улыбнувшись, она присела и неторопливо расстегивала мои джинсы, пуговка за пуговкой, словно испытывая меня. Она сняла с меня их. Я отбросил в сторону джинсы и прижал ее к себе. Мой член уже поднялся, и в трусах уже образовался значительный бугор. Я перевел свои руки на ее пухлую попку, прижал ее нижнюю часть к себе. Мой бугорок вошел в ложбинку между ее ног. Она застонала и вся прильнула ко мне. Я ожутил, как напряглось ее тело, жаждущее ласки. Между ног у нее все было сыро. Я слегка поводил членом между ее ног. Даже сквозь ее трусики это было бесподобно. Она выдохнула и опустила свою голову ко мне на плечо. Ее длинные волнистые волосы рассыпались у меня по спине, я поцеловал ее волосы, зарывшись в них лицом, и добравшись до ее уха, стал ласкать его языком. Она немного отодвинулась и стала ласкать меня своими нежными руками. Сначала она гладила мою сильную грудь, потом перешла ниже, провела рукой по животу, и ,наконец, приподняла край моих облегающих трусов и просунула руку в промежуток между трусами и членом. Член от ее прикосновения резко напрягся, и ее рука была зажата между трусами и членом. Она, словно стесняясь своей смелости, хотела вынуть ее назад, но я прижал ее руку. Она вся горела. - Сними их, они так мешают,- сказал я. Она опять присела , не спеша, желая насладиться этим зрелищем, сняла с меня трусы. Мой большой член, так долго томившийся внутри, вывалился, такой огромный и красный перед ее лицом. Вероятно, она никогда не была с мужчинами, и видела мужской член в первый раз. Это зрелище ее поразило, она слегка откинулась назад, потом приблизила свое лицо, так что я ощутил ее горячее дыхание на своем члене. Внезапно повинуясь своему неосознанному желанию, она приблизилась к нему и своими нежными и горячими губами слегка коснулась его. Она тут же отпрянула, но я попросил ее сделать это еще раз. На этот раз она взяла его так глубоко, что я застонал от удовольствия. Но девочка быстро училась, и уже через несколько мгновений она помогала себе языком, в то же время то вынимая, то засовывая член глубже в рот. Я уже весь вспотел и дышал часто и глубоко, а она, миг за мигом совершенствуя свое искусство, все с большим разнообразием приносила мне удовольствие. Я уже еле сдерживался, меня просто охватывало безумие когда она вынимала мой член изо рта, не сдерживаясь, я взял ее руками за голову и прижал к себе. Так глубоко это было! Она усилила интенсивность своих движений и через несколько секунд я , весь содрогнувшись, кончил прямо ей в рот. Она облизывала мой, все еще содрогающийся член, и глотала сперму. Она доставила мне гигантское удовольствие, и я не собирался остаться в долгу. - Давай я сниму с тебя это - сказал я, дотрагиваясь до ее трусиков, облегающих ее стройное тело, скрывающих ее щелку. Я приподнял ее и нежно положил на кровать, так что ее колени оказались вровень с моим лицом.Она не сопротивлялась. Ее трусики были уже все мокрые.Я поцеловал ее - долго-долго, но поцелуя было уже недостаточно для меня, жаждущего гараздо большего. Я немного спустился провел языком по ее груди, потом взял ее сосок в рот. Он весь набух от моего нежного прикосновения. Кажется, я мог бы часами исследовать каждый квадратный сантиметр ее прекрасного тела.Я уже лизал другую грудь, потом поцеловал ей живот и, постепенно спускаясь, добрался наконец до того маленького секрета каждой девушки, что она хранит между ног. Она, похоже, уже догадалась, что я хочу сделать и нетерпеливо постанывала, водя рукою между ног.Я раздвинул ее ноги шире. Я приблизился лицом к ее маленькой щелке. Дразня ее, кончиком языка провел по родинке рядом с ее щелкой. Потом решил сразу приняться за дело и слегка провел языком вдоль всей щелки. Она вся растаяла от этого нежного прикосновения, мои губы тут же оказались мокрыми от ее выделений. Но не успела она насладиться этим моментом, как я, не сдерживая себя, провел языком сильнее, потом еще сильнее, проникая в нее, потом двигая языком внутри. Она вся извивалась, не сдерживая в себе страсть. Я не прекращал этих жадных, ненасытных движений, вызываемых нестерпимым желанием ее тела. Я сам получал нескончаемое удовольствие от ее стонов, от ее гибкого и стройного тела, бывшим сейчас влажным и горячим. Она уже сама ласкала грудь, другой рукой водила по своим прекрасным бедрам. Вдруг ее отдельные стоны превратились в один сплошной, долгий стон, весь полный страсти. Из нее вдруг потекла влага, такого большого количества ее я еще не видел. Я наполнил руку этой горячей, обжигающей жидкостью, женской влагой любви. Я растер ее по всему этому прекрасному телу, начав увлажнять его между ног и закончив грудью. Ее тело стало таким влажным, податливым. Она посмотрела на меня своими прекрасными зелеными глазами. Это непередаваемое взгляд только что кончившей женщины. В нем было какое-то потрясающее спокойствие и удовлетворение, это все заставляет мужчину гордиться собой. *** -Я приму душ?,- спросила она, немного отдышавшись. -Да,там налево по коридору Я немного повалялся в постели, но все никак не мог успокоится. Представив ее прекрасное тело, я сразу возбудился. Ждать пока она закончит мне не хотелось. Я пошел на кухню и опять сделал коктейль из Колы и спирта, потом подошел к двери душа и постучал. -Я сейчас,- донесся голос из-за двери. -Да ладно, открой, не стесняйся. Давай еще выпьем. -Подожди Через несколько секунд она открыла дверь, прикрываясь полотенцем. -Ты что, стесняешься меня? - спросил я -Нет, заходи- ответила она, но полотенце не отпускала. -Не будешь же ты мыться прямо так? Давай, я его положу, чтобы не промокло. Она опустила глаза и я снял с нее полотенце. Да как она могла скрывать свое прекрасное тело под одеждой? Мы выпил свой стакан, любуясь ее телом, а она стеснительно улыбалась. Я тоже улыбался, так как в ее стакане водки было в 2 раза больше. -Какая странная Кола,-проговорила она. -Диетическая. Давай я тебя помою, - предложил я. Она встала под душ, а я встал рядом с ней. Она, смеясь, намылила губку и я стал ее мыть. Когда я закончил мыть ее плечи и стал мыть грудь, то возбуждение охватило меня. Она тоже получала от этого наслаждение. Ее соски стали больше и грудь приобрела просто потрясающий вид. Я нагнулся и стал мыть ей ноги. Она поднимала свои длинные прекрасные ноги, сначала левую, потом правую. Вид ее лобка возбудил меня. Я намылил его рукой, скользя по нему без всякого сопротивления. Она выгнула свой зад и от этого ее фигура стала просто потрясно-эротичной. Надо сказать, что ее попка свела меня с ума с самого начала. Даже под обтягивающим платьем она привлекала меня, мне так хотелось прижаться к ней сзади, что я просто не мог себя контролировать. Я немного поласкал ее большие округлые груди и потом потом сказал: -Давай я помою тебя сзади. Она повернулась ко мне спиной. Ее зад, манящий и такой округлый оказался совсем рядом. Она нагнулась, так что ее попка стала еще более округлой и сексуальной. Потом слегка поводила ей из стороны в сторону, словно дразня меня. Я подошел к ней сзади. Потом, повинуясь своим желаниям, приблизился к ней вплотную. Мой возбужденный член коснулся ее нежной попки, и она слегка двинула задом вверх и вниз, потом сделала это еще и еще. Я взял в руки ее груди и стал их ласкать, нажимая на них. Это нравилось и мне, и ей. Но чем больше я возбуждался, тем больше желал ее. Я сильно прижал ее к себе. Но она, вся в пене - легко выскользнула из моих объятий. Но я успел-таки схватить ее за ногу. Она вся была такая скользкая, что удержать ее было довольно трудно. Но я все-таки подтянул ее к себе, хотя и сам не удержался на ногах. Ее попка коснулась моего тела, вызывая сладостное возбуждение. Я схватил ее обоими руками за бедра, потом опустил ее ниже, так что ее зад оказался между моими ногами. Она все еще вырывалась из моих объятий, но этим только приближала свой конец ( вернее мой конец все больше приближался к ней ;)). Ее брыкания только помогали мне. Наконец я сильным движением притянул к себе и мой член вошел ей прямо в задницу. Она ойкнула, но я не выпускал ее, а наоборот подвигал членом в ее заднице. Она вдруг сама нагнулась ниже, так что мне стало гараздо удобнее, я даже смог руками взяться за ее грудь. Я ритмично задвигался в ее теле, а она скользила в моих руках, уже не вырываясь. Я получал удовольствие от вхождения в ее прекрасное тело, а лаская ее округлые груди. Но ей этого оказалась мало. Она стонала, одной рукой лаская свой грудь, а другой - свои ноги и попку, потом она опустила руку в ложбинку между ног и терла свою щелку в такт моим движениям. Это было что-то! Такого я не испытывал ни с одной девушкой. Я двигался ритмично и сильно, как секс машина, входя в нее на всю длину своего члена. Я чувствовал, что скоро кончу и увеличил темп своих движений. Тут она громко застонала и влага потекла между ее ног, тут же растворяясь в воде, а через несколько секунд кончил и я, опустившись рядом с ней на пол. *** Мы еще долго стояли под душем, наслаждаясь нашей близостью, помогая смыть пену друг другу. Наконец, я отнес ее в спальную, обернув в полотенце, и положил на кровать. Она была такая чистая и теплая после душа, что мне захотелось поласкать ее, она же, войдя во вкус, уже не сопротивлялась. Я лег рядом с ней под одеяло, так что ее спина была повернута ко мне. Я зарылся лицом в ее длинные волосы, потом стал целовать ее. Она была просто классной девушкой. Я исследовал все ее выпуклости, потом решил перейти к ее маленькой щелке. Она тут же повернулась ко мне лицом и стала целовать меня, в то же время ее маленькие проворные ручки спустились вниз. Мы оба были совсем без одежды, и она почувствовала, как напрягся мой член, и тут же прильнула ко мне, так что он просто вскочил и уперся ей в живот. В это же время я почуствовал, как увлажнилась ее щелка, и стал ласкать ее. -Я хочу тебя, хочу прямо сейчас, спереди. Ты уже такая мокрая. - прошептал я ей на ушко, и сильно прижал ее к себе. Вдруг она, словно испугавшись чего-то, отпрянула. - Ты знаешь, что я девственница? - спросила она. В тот момент у меня не было желания ни о чем думать, она находилась рядом, с ногами, слегка раздвинутыми, вся влажная. Ее тело манило меня, обещая блаженство. Я не ответил, но она, видимо, и так все поняла. Я придвинулся к ней, взял ее за колени и развел их в стороны. Вместо ответа я погладил ее между ног. Она поглядела на меня с нежность и желанием, содрагаясь при мысли, какое я могу доставить ей удовольствие. Она вся была такой страстной и горячей, что мне хотелось обладать ею всю ночь. Я взял ее за ее тонкую талию, так что ее потрясающие бедра оказались вровень с моим животом. Мой член уперся в ее влажный лобок, скользя по нему очень легко. Она вся вспыхнула, потом повела бедрами, ее это, похоже, очень заводило. Из нее уже стала выделяться влага, увлажняя мой член, так что он весь намок, влага капала мне на живот. Меня это тоже не оставляло безучастным. Я желал ее так, как ни одну другую женщину в мире. Мне так хотелось вогнать этот огромный, отлично смазанный ее влагой член, прямо в ее влажную дырку до упора. Это желание просто сводило меня с ума. Мы просто дразнили друг друга. Сначала она смотрела на меня своими прерасными глазами с какой-то искоркой внутри, потом она прикрыла их, стала глубоко дышать, слегка постанывать и двигать бедрами. Она безумно хотела принять меня в себя, но словно чего-то ждала. Наконец, когда я уже не мог сдерживать себя, желая тут же войти в нее,она вдруг схватила мой член у самого основания, и торопливо, боясь каждого мига промедления, направила его в щелку. Мой огромный член прошел на пару сантиметров в ее отверстие, с силой раздвигая его стенки. Я не в силах больше себя сдерживать, тут же вогнал его на всю длину. Она испугавшись, тут же хотела отодвинуться назад, но вдруг ощутила, как весь мой член находится в ее теле. Она немного отодвинулась, почувствовав, как он движется в ней, почувствовала всю его длинну, каждый его сантиметр. Она поняла, что уже не девственница, все прошло так безболезненно. Но теперь она могла делать со своим телом все что угодно, ничего не боясь. Она двинулась еще раз, потом еще раз. Я дал ей насладиться этим мгновением. Сам я кажется, был готов часами находиться в этом прекрасном теле, даже не двигаясь. Тут стенки ее влагалища, сдавливая мой член, заставили меня застонать. Она уже могла сокращать свое влагалище и это было так прекрасно. Я приподнял ее так, что она оказалась верхом на мне. Она приподнялась так, что мой член чуть не выскочил из влагалища, потом она так нанизала себя на меня, что мой член ушел в ее вместительное влагалище целиком. - Черт, ну и быстро же учится эта девушка - подумал я. Она же, наслаждаясь свободой своего тела от оков девственности, теперь двигалась ритмично. С каждым разом стремясь, чтобы я вошел в нее глубже, она касалась меня своим лобком. Иногда она вводила меня в себя резко, так что я чувствовал удар об ее матку, иногда она двигалась медленно, пытаясь, чтобы я как можно глубже вошел в нее. Между ног у нее вскоре снова потекла жидкость, которая стекала по моему члену на кровать. Я получал не с чем не сравнимое удовольствие от этого прекрасного возбужденного тела, этих больших, качающихся грудей. Я стал чувствовать нарастающую в моем теле волну. Она тоже была близка к тому, чтобы кончить. Я почувствовал, что мой член словно кто-то сдавливает внутри. Постепенно эти волны становились все сильнее и сильнее. Я чувствовал это нестерпимое желание излиться в ее тело, она словно подталкивала меня к этому. Я уже не контролировал себя, желая поскорее кончить, перевернул ее на спину и вошел в нее сразу до упора. Я двигался в такт ее движениям, она застонала, ее руки, державшие мои плечи, стали меня судорожно царапать. Ее ногти и готовый взорваться член просто сводили меня с ума, я судорожно задвигался в ней, насилуя ее с таким остервенением, что она точно вся была пронизана моим членом насквозь. И тут я почувствовал, как мой член словно взорвался в ней, выстреливая семя в ее тело, которое все ходило волнами, извергая обжигающую мой живот влагу, одновременно словно выдаивая меня, не упуская ни одной капли драгоценной жидкости.. Мы просто свалились друг другу в объятия, только ее глаза на вспотевшем лице говорили мне что-то, благодарили меня, жаждали меня, не отпускали меня от себя. *** -Ну, пока-она уже хотела уйти, как вдруг стремительно обняла меня и поцеловала меня,-Чуть не забыла. ты свободен в следующие выходные? Может встретимся? -С удовольствием... --- Наташа --- Наташа: Милая моя Наташка: Неповторимая студенческая пора: Как давно это было! Мы учились в одной группе, она и я. Она была из девчонок, которых никак не назовёшь красавицами, но которые при этом умудряются быть удивительно милыми. Короткая стрижка, спрятанные за широкими линзами очков огромные лучистые глаза, носик пуговкой, маленький нежный рот, лишь только начавшая округляться угловатая фигурка подростка: в её внешности не было ничего необычного, девчонка как девчонка, но в то же время она хочешь - не хочешь, а притягивала к себе взгляд. Всё её существо излучало какую-то трогательную наивность и беззащитность, перед которой невозможно было устоять. Я заглядывался на неё давно, но у меня и в мыслях не было попытаться сойтись с ней поближе или, хуже того, завести пошлый романчик. Её полудетский облик был настолько светел и чист, что обычная плотская любовь по отношению к ней выглядела чуть ли не кощунством. Всё началось с того, что после одной не очень красивой истории в институт пришла на меня телега. Потянулось разбирательство: В конце концов игравший в высокую идейность комсорг поставил вопрос о том, может ли такая личность, как я, быть членом ВЛКСМ. Такого я никак не ожидал. Наказание по тем временам было явно слишком суровым, но, к моему огромному удивлению, группа проголосовала за. Подняла руку и Наташка: Несколько дней я не мог прийти в себя, но даже потом, уже поостыв, долго ходил сам не свой, старался держаться особняком, ни к кому не подходил, ни с кем не разговаривал. Неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы не Наташка. Однажды, направляясь после занятий домой, я столкнулся с ней у проходной нос к носу. Обычно в таких ситуациях я просто прибавлял шаг. Хотел сделать так и на этот раз, но, уже обогнав её, неожиданно услышал: - Подожди меня, пожалуйста. Это было, как гром среди ясного неба. Она и до того не часто ко мне обращалась, а уж теперь: Я замедлил шаг и молча, не глядя на неё, пошёл рядом. - Ты куда-то спешишь? - нерешительно спросила Наташка. - Да нет. - А вообще ты сегодня занят? - после некоторой паузы робко продолжила она. - Да, вроде, ничего особенного. - А сейчас ты домой? - Куда ж ещё? - улыбнулся я, немало озадаченный таким градом вопросов. - Можно мне поехать: с тобой? - Ко мне?! - от неожиданности я остановился. Наташка тоже. - Да, - густо покраснев и стараясь не смотреть мне в глаза, выдавила из себя она. Мы стояли посреди узкой дорожки, по которой плотным потоком, кто домой, кто в институт, спешили студенты. На нас то и дело кто-нибудь наталкивался. Слышались полезные советы и возгласы праведного негодования. - Ну: если хочешь, - совершенно растерявшись, промямлил я. - Только у меня родители дома. - Поехали ко мне. У меня сейчас никого, - отведя наконец глаза от асфальта, Наташка умоляюще посмотрела на меня. Мало-помалу я пришёл в себя и теперь с любопытством глядел на неё. В эти минуты она была похожа на нашкодившего ребёнка. Интересно, что она задумала? Спросить об этом я, понятно, не мог. - Ну что ж, едем, если ты так хочешь, - натянуто улыбнувшись, я зашагал по дорожке. Наташка молча пошла рядом. Ощущая какую-то неловкость, мы всю дорогу старались не смотреть друг на друга и не разговаривали. По приезду Наташка сразу провела меня в одну из комнат и, извинившись, сама куда-то исчезла. В ожидании её я плюхнулся в одно из кресел и стал рассматривать висевший на стене плакат с Орнеллой Мути: Неожиданно мою шею обвили ласковые девичьи руки. Я обернулся и застыл, поражённый. Право же, было от чего. Наташка стояла передо мной лишь в трусиках и лифчике, больше на ней ничего не было! Она вся дрожала, грудь её учащённо вздымалась, пухлые детские щёчки пылали. Ошарашенный и уже абсолютно ничего не понимающий, я тупо вперился глазами в то место, где из-под тонкого шёлка трусиков проглядывала пышная кипа тёмно-русых волос, будто это пикантное зрелище способно было хоть сколько-нибудь прояснить происходящее. Наташку мой дурацкий взгляд явно бил наповал, но тем не менее она решительно продолжала начатое. Щёлкнула застёжка лифчика, и через секунду он уже лежал на полу, обнажив трепетную грудь. Ещё миг - и Наташка застыла передо мной уже совершенно голая. Щёчки её пылали пуще прежнего, глаза горели. - Послушай, - не придумав ничего умнее, тоном наставника начал я, - ты отдаёшь себе отчёт: Я хотел сказать ещё что-то в том же духе, но Наташка перебила меня. - Не надо, - еле слышно прошептала она. - Прошу тебя, не надо так: Наши объятия были страстны и целомудренны. Мои руки скользили вдоль её покрытого золотистым пушком юного тела, мои губы мягко и нежно сплетались с её губами. Это были прекрасные минуты, нам было хорошо, как никогда. Полностью предоставив себя в моё распоряжение, Наташка, закрыв глаза, молча внимала моим ласкам: Время шло, а я всё никак не мог решиться на главное, медлил, оттягивал. Как это ни покажется нелепым, но меня одолевали угрызения совести. В конце концов Наташка взяла инициативу в свои руки. Её ладошка сомкнулась вкруг моего члена. Мгновением позже, припав к моим губам, как к целебному источнику, она одним толчком вогнала его в туго раздвинувшуюся щель своего девственного лона. При этом Наташка даже не вскрикнула, хотя по тому, как непроизвольно содрогнулось всё её тело, я понял, что ей было очень больно: К сожалению, я оказался не на высоте и, не сумев совладать с собой, тут же кончил, начисто забыв про Наташку. Но она тем не менее просто светилась от счастья, а застывшие на её щеках слезинки блестели, озарённые улыбкой, совсем как лужицы в лучах восходящего солнца: Наша связь длилась недолго. Очень скоро она поняла, что моё чувство к ней носит совершенно иной характер, нежели её ко мне, но продолжала на что-то надеяться, пока не застала меня однажды в объятиях своей лучшей подруги. С тех пор я её больше не видел. В институте она не появлялась, на звонки не отвечала. Несколько раз я заходил к ней домой, но мне неизменно говорили, что её нет. А вскоре я узнал, что она вышла замуж за какого-то кретина, лет на десять старше её. Через семь месяцев у неё родился сын. Здоровый такой карапуз. Зовут его также, как меня. --- Первый раз --- Я представляю, что это произошло весной: в конце марта или в начале апреля. Только отцвели абрикосы, едва проклюнувшиеся листочки подернули легким восково поблескивающим налетом прихотливо раскинувшиеся ветви деревьев за окном. Утреннее солнце бодрым веселым светом заливало малометражную кухню. Был утренний чай. Воскресенье. Утренняя почта по телевизору звучала веселыми ритмами и рассыпалась на экране цветным шампанским. Питу казалось все удивительно гармоничным и радостным. Весенний запах через форточку расстилался подвижной кисеей. Тонус поднимали пение пичуг и суета света. Шум воды в ванной бодрил и создавал ощущение предстоящих возможностей удачного дня. Чувство весны подкреплялось довольством умиротворенного самца, обеспечившего свой прайд обильной пищей и оберегающего его от поползновений конкурирующих самцов. Зарплату получил, холодильник забит, заботиться о завтрашнем дне нет нужды. Он сидел у стола в шортах, курил и пил чай. Жена уехала по делам, в ванной после сна умывалась восемнадцатилетняя падчерица. Чаепитие было довольно напряженным. Сердце колотилось - он ожидал, пока Пат, так звали падчерицу, выйдет после умывания с припухшими губами, румянцем на щеках, свежая с прозрачными голубыми глазами. Он сидел попивая чай и, не видя, смотрел телевизор. Ноги его были чуть-чуть раздвинуты, одна пуговица гульфика - случайно (или намеренно?) расстегнута. Дело в том, что шорты носились на голое тело, и более того, на Пите ничего не было. Между ног было горячо, и выбритый член находился в состоянии полуготовности. Вот, наконец, вода перестала шуметь, и дверь из ванной открылась. Светловолосая высокая Пат в халате и в пупырышках от холодной воды, словно крепкий соленый огурец, вошла на кухню. Она подошла к столу и налила себе чай. От отчима Пат отделял кухонный столик. Она взяла чашку с чаем и, стоя, начала его тихо прихлебывать. Напряжение Пита падчерица почувствовала сразу и с интересом стала поглядывать на него украдкой. Вся сущность Пита сосредоточилась в его постепенно твердеющем члене. Он ощущал как головка, постепенно перемещаясь в шортах, все ближе и ближе продвигается к веющему прохладой выходу из плена. Вот она нащупала проход, и ее синевато-розоватая кожица показалась на свет божий. Член еще не совсем окреп, и кожа на головке была слегка морщинистой. Но с каждым мгновением кровь у Пита между ног пульсировала все сильнее, и вот - голова налилась, кожа ее еще больше посинела и стала глянцевой. Расстегнутый гульфик выпустил ее на волю. Изящное скульптурное произведение обнажилось почти полностью - красивый персик с похотливой дырочкой в своем средоточии. Пат перестала пить чай и с презрительной усмешкой внимательно стала наблюдать за развертывающимся представлением. Пит не знал, куда себя девать. В нем боролись чувство стыда, похоть и страх: неизвестно, что могла подумать падчерица. Нерешительность (и невозможность упрятать член назад в темницу стыда, ибо пришлось бы на глазах у Пат хлопотно заправлять его в шорты, а может быть потом еще и кончить от перевозбуждения и размазывать стекающую по ноге обильную сперму) побудила неловкого совратителя сделать вид, что он не замечает небрежности в своем туалете. Пат начала разговор. Она спрашивала о чем-то по ходу телепередачи, и ему приходилось отвечать. Правда, не всегда впопад и хрипловатым от напряжения голосом. Девчонка не унималась с некоторой издевкой в голосе и озорными искорками в глазах продолжала разговор. Пит, пытаясь прикрыть собой пробившееся естество, потянулся за чайником, чтобы долить чай в свой стакан. В этот момент Пат с застенчивым хохотком попросила его дать сигарету. Это было впервые, чтобы при родителях она закуривала, а тем более просила отчима самого дать ей сигарету. В простой ее просьбе прочитывался вызов. Пит понял это и, больше не скрываясь, встал и потянулся за пачкой сигарет, достал одну и протянул ее дочери. Член вырвался при этом на простор и с гордо поднятой головой уставился в пристальные голубые глаза наблюдавшей за ним девушки. Пат впервые столь решительно, словно в омут с головой, бросалась в сексуальное приключение, тем более в столь рискованное. Она давно считала себя неполноценным человеком: все ее сверстницы уже были либо замужем, либо неоднократно (по крайней мере, с их слов) уже совершали это. Пат же все еще оставалась девственницей и, хотя в душе была абсолютно раскрепощена, в реальности в решающих ситуациях вела себя скованно. Это ее бесило и заставляло чувствовать себя синим чулком. Может быть, это чувство и заставило Пат быть столь решительной в ситуации с отчимом. Видимость не оставляла места для риска. Казалось, все было под контролем: происходило все дома, неизвестность не грозила, всегда и, практически, без опасности можно было дать ход назад. Так просто было отдаться на волю чувств и похоти. Грудь ныла, губы увлажнились, внизу потекло по внутренней стороне бедер. Дыхание прерывалось, глаза уже невозможно было оторвать от напряженного впервые представшего во всей своей красе члена отчима. В душе поднялась буря. Потянувшись за сигаретой, она как бы невзначай открыто взглянула на обнажившееся естество напряженного мужчины, а после этого - в глаза ему и вызывающе засмеялась, поняв, что отчим увидел ее взгляд и вынужден был понять, что раскрыт. Пат следила, как поступит ее визави, и когда он встал и потянулся за чайником долить себе чай, уже явно намеренно выставив на обозрение поблескивавший бритой кожей увенчанный сверкающей каплей желания член, она теперь в глаза ему нагло улыбнулась. Пит, заметив, опустил взгляд, и оставив чайник, прерывающимся голосом покорно попросил у Пат разрешения поцеловать ее ноги. Девушке приятно было ощущать свою полную власть над крепким здоровым мужчиной, который, к тому же, еще не так давно ставил ее в угол и отвешивал подзатыльники за беспорядок на столе или за невыученные уроки. Она разрешила, сказав: Ну что ж, поцелуй. Удивительно было видеть большого неловко поворачивающегося в маленькой кухне коленопреклоненного отчима, наклоняющегося и страстно целующего пальчики небольших и красивых стоп зардевшейся Пат. Удивительно и возбуждающе радостно ей. Каждый пальчик девушки, словно фарфоровая безделушка, поражал точеностью форм и вызывал неодолимое желание восхищаться им, боготворить его и целовать, целовать, целовать! Она наблюдала это, изящно склонив голову и тихо улыбаясь. От этих поцелуев кровь горячими толчками забилась внизу живота. Мурашки пошли по обнаженному под халатом телу. Согнутая в глубоком поклоне спина и выпирающие ягодицы, мягкие прикосновения губ к ногам порождали неведомое до этого самоощущение всемогущества и полной власти над человеком, ощущение врожденной власти, власти естества. Наконец, Пит поднял голову и прерывающимся, замирающим голосом спросил: может ли он поцеловать падчерицу в губы. На что получил снисходительное разрешение и торопливо поднялся с колен. Он потянулся к полным нежно-розовым и удивительно мягким губам юной партнерши и, наконец, утонул в глубоком и долгом поцелуе. Она целовалась страстно и умело, инстинктивно пробуждая в себе женщину. Ситуация пьянила - и Пат улетела в какие-то неведомые пространства: все было как бы здесь и, в то же самое время, - где-то далеко, как будто в кино или в книге. Мужчина становился ее собственностью и инструментом - он был в ее полной власти, он был готов терпеть ее капризы и выходки, он становился вещью. Пока что это ощущение не было оформлено какими-то законченными мыслями или соображениями. Но чувство возникло и росло. Пит оторвался от губ девушки и стал суетливо расстегивать халат. Обнажилось стройное почти прозрачное тело, точеные грудки, ни разу не тронутые мужскими пальцами... И средоточие женственности у основания плоского твердого живота, завуалированное легкой порослью светлых волос. Припухшие губы сочились влагой, и слегка разойдясь, выпускали на свет розово блестящие внутренние губки и напряженный маленький клитор. Бросалось в глаза - девчонка в ванной не зря проводила время и успела довести себя до чувствительного градуса возбуждения. Пит начал ласкать твердые упругие грудки падчерицы. Она задышала еще чаще и рука его потянулась вниз, пальцы раздвинули влажную жаркую похоть девушки и начали ласкать уже возбужденное влагалище. Пальцы проникали все глубже и глубже - таз начал движения навстречу - и вот (вот!) во что-то уперлись: легкая чуть заметная пленка преградила путь. Он знал, он был уверен, но лишнее подтверждение лишь укрепило в нем гордое чувство первопроходца и возбудило нахлынувшую отцовскую нежность (Надо же!), сладостно защемило в сердце. Захотелось припасть губами к этому нежнейшему лону и осторожно нежно и ласково довести девочку до оргазма. Губы заскользили вниз, губы припали к источнику, язык вошел в недра и страстно заработал, проникая во влагалище, подлизывая клитор. Пат охнула, осела, раздвинув ноги и опершись спиной на стену - раскрылась навстречу неожиданным ласкам. Когда-то она читала про это, но никогда не думала, что когда-нибудь сама испытает прелесть отсоса. Это было очень приятно. Волшебство ощущений захватило девушку. Широко раскрытый рот и распирающая его твердость набухшего члена и головки, распирающей гортань и настойчиво продвигающейся глубже, глубже! О! Это было восхитительно и так возбуждало. У Пат уже все горело внизу, приятное напряжение внизу живота нарастало. Приятный запах волос на лобке партнера ощущался все явственнее - головка члена двигалась в горле, порождая впечатление полной раскрытости и беспредельной отдачи. Вдруг внизу потекло, и мышцы сладко сократились - пришел первый и, наверное, самый сладкий (от неожиданности) оргазм. Во рту стало свободнее. Как это произошло, Пат даже не заметила. Отчим же обмяк, словно перезревший банан. Острота испытанных ощущений потрясла его. Никогда так долго и так обильно он не извергался. Мягкие нежные губы девушки, обнимавшие его член и до того безжалостно растянутые, с мягким звуком освободили поникшую голову и оросились последней порцией спермы, соскользнувшей и потянувшейся длинной каплей на стройную, трепещущую, напряженную грудь. Глаза полуприкрыты, губы слегка раздвинутые (Вставь в умело раздвинутую). Нежная длинная шея ритмично сокращается, принимая сперму после оральной дефлорации. Все это восхищало и вздувало чувство пьянящей гордости. Пит был удовлетворен. Девушка чувствовала подъем, распирающую радость и некоторое замирание, томление неизвестности где-то в глубине себя, как будто она летела высоко, высоко и от этого быстрого неостановимого полета захватывало дыхание. Все ведь было впервые - и так здорово! Получить оргазм, оставшись девственницей. Такое наверное было не у многих. Жаль только целку не порвал папашка! Хотелось бы! Ну да ладно. Пойди подмойся. Через пять минут Пит и эта хитрющая девчонка были в порядке. А еще через полчаса отчим уже высаживал ее из машины возле университета, где та училась. Она приоткрыла дверь и, взглянув с заднего сиденья в зеркало заднего вида на отчима неуверенно спросила: Что же мы будем делать дальше? - Ну, ведь это не в последний раз? - вопросом на вопрос ответил Пит. Девушка улыбнулась, вышла из машины и побежала учиться, легко и весело помахивая сумкой. Вокруг пели птицы. --- Ольга --- Пару месяцев назад Ольге исполнилось 16 лет. На дворе стояло лето. Впереди было еще больше двух месяцев каникул. Хотя занятия в школе кончились еще совсем недавно, казалось, что все уже давно позади, а впереди бесконечное лето и море развлечений. Однажды ей позвонила подруга Светка и предложила пойти купаться. Родителей дома не было. Других дел тоже не было. - Заходи, - ответила ей Ольга и положила трубку. Через несколько минут раздался звонок в дверь. На пороге стояла Светка. - Ты еще не готова? - удивленно спросила она. - Заходи. Я сейчас, - крикнула Ольга и скрылась за дверцей большого шкафа. Достав с полки свой любимый купальник, она быстро стянула с себя футболку и шорты. Глянув на себя в зеркало, прикрепленное к дверце Ольга на несколько секунд замерла. Она уже давно привыкла к тому, что ее тело постоянно меняется. Сначала это было странно и неестественно, потом интересно, а теперь стало захватывающе и томительно. Она чувствовала какие-то скрытые силы, которые просыпались в ней. Ей казалось, что она находится на пороге какой-то новой жизни, и ей не терпелось поскорей изведать то, что за порогом. За последние полгода ее груди из маленьких остреньких конусов превратились в красивые полусферы с небольшими розовыми шишечками сосков. Волосы на лобке погустели и образовали плотный темный треугольник, который еле-еле скрывали маленькие трусики. Угловатость бедер исчезала, уступая место приятной глазу округлости. Так она стояла некоторое время, закинув руки за голову, переводя взгляд то на грудь, то на свой плоский живот, то на белый треугольник трусиков, которые мягким полукругом охватывали ее губки. Она воспринимала свое тело как что-то само собой разумеющееся и пока не испытывала потребности в более глубоком его познании. Конечно, она обращала внимание на мальчиков в классе и чувствовала, что сама привлекает заинтересованные взоры, но пока вопросы пола волновали ее не очень глубоко. Из задумчивости ее вывел голос Светки. - Оль! - Чего? - Ольга, забыв, что не одета, выскочила из-за шкафа. - Можно... музычку... включить... - пробормотала Светка, глядя на нее широко открытыми глазами. Она еще ни разу не видела подругу в таком виде и теперь не могла оторвать глаз от Ольгиной фигуры. Проследив Светкин взгляд, Ольга слегка покраснела и прикрыла грудь руками. Светка, не отрывая от нее глаз, сделала неуверенный отстраняющий жест и шагнула к Ольге. Ольга, удивленная такой реакцией Светки, подумав, что скрывать ей от подруги особенно нечего, медленно опустила руки. Теперь они стояли друг перед другом и пожирали друг друга глазами. Ольга впервые подумала о том, что у Светки, вроде бы все то же самое, что и у нее, но как-то по-другому. Это был первый раз, когда тело подруги заинтересовало ее. И сама себе удивляясь она внимательно рассматривала Светку. Ее взгляд скользил по белой блузке, сквозь которую просвечивал купальник. Она заметила выступающий сквозь бюстгальтер сосок и, нерешительно протянув руку, коснулась его пальцем. Светка вздрогнула, как от электрического тока, очнулась и тихо произнесла: - Какая ты красивая... Хочешь я... - и потянулась к пуговице. Ольга кивнула. Светка, не отрывая глаз от Ольги, медленно, на ощупь расстегнула и сняла блузку, а потом подняла и через голову сняла короткую юбку. Теперь она осталась только в купальнике. Опустив глаза, она развязала и сняла бюстгальтер. С первого взгляда Ольга заметила, что Светка сложена несколько иначе, чем она сама. В первую очередь ее внимание привлекли, конечно, Светкины груди. Более полные, чем у Ольги, они напоминали две крупные капли. У Светки сохранились следы прошлогоднего загара, и крупные темные соски на фоне более светлой кожи смотрелись весьма эффектно. Подойдя вплотную друг к другу, они сначала неуверенно, а потом все более и более решительно стали касаться друг друга. Легкие нежные прикосновения быстро возбудили обеих, но идти дальше они пока не решались. Ольга с удивлением чувствовала, что от Светкиных ласк ее соски затвердели и стали чувствительнее. Она заметила, что то же самое происходит и со Светкой. Светка была более образована в вопросах половой жизни, чем Ольга. Книжки и Интернет уже давно не оставили белых пятен в этом вопросе, но такой опыт обе переживали впервые. После нескольких минут взаимного изучения Светка слегка отстранилась и спросила: - Ты, что бикини не бреешь? - Чего не брею, - не поняла Ольга. - Бикини, - сказала Светка и показала на темные волосы, выбивавшиеся из-под Ольгиных трусиков. - На пляж так идти нельзя. Некрасиво. - Этот аргумент был серьезным. - А ты бреешь? - Ага. Хочешь посмотреть? - Светка слегка смутилась. - Да. Светка легла спиной на тахту, подняла ноги и стянула трусики. Пока она лежала с поднятыми ногами Ольга успела отметить красивую форму Светкиных бедер, темное отверстие ануса и складку пухлых губ в ложбинке между ног. Светка опустила ноги и, покраснев, медленно развела их в стороны. Теперь ее орган предстал во всей красе. Волосы на лобке были аккуратно подстрижены в форме трапеции. Широкая ее часть была направлена к животу, а узкая заканчивалась над клитором. Все остальное было чисто выбрито. Несколько секунд Ольга созерцала невиданное доселе зрелище, ловя себя на мысли, что ее не на шутку заинтересовало тело подруги. - Хочешь так? - Ольга задумалась. Потом нерешительно произнесла: - Да. - Тогда пойдем посмотрим, что у тебя есть, - Светка вскочила с тахты и направилась в ванную. Ольга пошла за ней. Через несколько минут Светка нашла все необходимое: большое полотенце, пену для бритья, кисточку, безопасную бритву, ножницы и расческу. Собрав все это, она послала Ольгу на кухню за миской с теплой водой. Вернувшись в комнату, она постелила сложенное вчетверо полотенце на тахту и скомандовала: - Ложись. - Как? - На спину, ногами ко мне. Ольга послушно легла. Ей было немного страшно, но необычность обстановки и новизна ощущений заставляли ее идти дальше. Светка поправила полотенце под ее ягодицами и стала стягивать с Ольги трусы. Ольга чуть приподнялась, и трусы оказались в руках у Светки. Светка взялась за Ольгины колени и стала разводить в стороны ее ноги. После короткого сопротивления Ольга оказалась лежащей с широко разведенными и согнутыми в коленях ногами. Светка расположилась между ними. Ольга не могла видеть, что делает там Светка, и твердо решила довести это до конца. Взглянув на Ольгин орган, Светка даже присвистнула. Густые темные волосы большим широким треугольником покрывали лобок, спускались по губам и смыкались около промежности. Из полураскрытых больших губ выступали два розовых лепестка малых. Чуть выше виднелся клитор. - Вот ведь подарок достанется кому-то... - пробормотала она. - Смотри, у тебя есть "дорожка страсти". - Где? - Ольга приподнялась на локтях. - Вот, - Светка легко провела пальцем по дорожке темных тонких волосков, шедшей от лобка к пупку. - Говорят, женщина, у которой есть "дорожка страсти" отличается особой сексуальностью. Ты отличаешься сексуальностью? - спросила она со смехом. - Пока не знаю, - задумчиво ответила Ольга и снова легла. Светка приступила к стрижке. Эта операция была не только приятной, но и возбуждающей. Совместное действие ножниц и расчески довели Ольгу до полного расслабления. Ей хотелось, чтобы это продолжалось вечно. Когда же дело дошло до бритья, она поняла, что стрижка - это была только прелюдия. Светка смочив водой волосы, стала кисточкой наносить на них пену. Ольга с трудом удержалась, чтобы не сжать ноги. В голове у нее мутилось от возбуждения. Когда в ход пошла бритва, Ольга закрыла глаза и полностью отдалась острому незнакомому ощущению. - Ну, вот. Готово. - Ольга открыла глаза. Светка держала у нее между ног небольшое зеркало. - Теперь можно и на пляж. В голове у Ольги все плыло от пережитых чувств, но оставалось ощущение, что чего-то не произошло. Она взяла у Светки зеркало и стала рассматривать результат. Волосы стали короче и были аккуратно расчесаны. Края треугольника стали ровнее и четче. Все лишнее было убрано. Ольга заметила, что ее губы набухли и разошлись, а между ними сочится прозрачная, слегка беловатая густая жидкость. В таком состоянии свой орган она видела впервые. - Эко тебя развезло, - сказала Светка, заметив Ольгино состояние. - Сейчас, подожди, - сказала она и снова опустилась между ног подруги. Собрав на палец немного жидкости, Светка коснулась Ольгиного клитора. Это прикосновение произвело эффект, как удар тока. Ольга вздрогнула, громко охнула и попыталась сжать ноги. Ей помешали Светкины плечи. В следующий момент она снова широко раскинула ноги, отдаваясь новой ласке. Ощущение было такое, как будто Светкин палец испускает электрический ток, который пронзает ее насквозь. Ольга чувствовала, что от этой ласки нечто накапливается внизу живота, как будто сжимается пружина. Наконец пружина распрямилась. Внутри что-то сильно сжалось, а потом начало пульсировать. Эти толчки отдавались по всему телу. Руки и ноги были как парализованные. В глазах потемнело. Не отдавая себе отчета, Ольга несколько раз громко вскрикнула. Ее тело еще несколько раз дернулось и наступило расслабление. Светка еще продолжала ласкать клитор, но теперь это стало не так приятно, и Ольга отстранилась. Через пару минут Ольга снова обрела способность соображать. Тело было как после тяжелой работы. В голове слегка шумело. Руки и ноги слегка не слушались. - Что случилось, - тихо спросила она. - Здрасьте, - удивилась Светка, - Ты что, мать, ни разу не кончала? - Ольга помотала головой. - Про оргазм слышала? - Да. - Так вот это - он и есть. - А как же без мужчины?.. - А при чем здесь это? Если захочешь, можешь и сама. Просто клитор ласкаешь и все. После только что испытанного первого в жизни оргазма Ольге захотелось сделать что-нибудь приятное лежащей рядом Светке. Она приподнялась и поцеловала Светку в сосок. От оргазма подруги Светка и сама была изрядно возбуждена, но стеснялась ласкать себя в присутствии Ольги. Поэтому прикосновение Ольгиных губ было как нельзя кстати. Светка закрыла глаза и тяжело задышала. Ольга почувствовала, что Светкин сосок от ее поцелуев стал твердым. Ободренная этим она добралась до второго соска и занялась им. Когда Ольга втянула сосок в рот и начала ласкать его языком, ей нестерпимо захотелось укусить. Она слегка прижала сосок зубами. Светка начала буквально извиваться. Поскольку Ольге было немного неудобно, она легла на Светку и возобновила свои ласки. Светка положила ей руки на плечи. Вдруг Ольга почувствовала, что Светкины руки мягко, но настойчиво толкают ее вниз, к животу. Она стала постепенно перемещаться, пока через минуту ее голова не оказалась между широко разведенных Светкиных ног. Прямо перед ее глазами была темная складка припухших от возбуждения губ. По ним сочился прозрачный сок. Ольга почувствовала запах. Он был острый и незнакомый, но какой-то очень родной и притягивающий. Ольга замерла в нерешительности. Светка, доведенная подругой до крайнего возбуждения, чуть пригнула ее голову и прошептала: - Туда... Туда... Ольга решилась и поцеловала. Светка застонала и выгнулась навстречу Ольге. Видя произведенный ею эффект Ольга осмелела и лизнула вытекавшую жидкость. Против ее ожиданий она оказалась почти безвкусной и довольно приятной. Тогда Ольга принялась водить языком по Светкиным губам. Светка выла и прижимала Ольгину голову к своему органу. Наконец Ольга проникла языком между губ и нащупала бугорок клитора, который был уже твердым, как маленькая бусинка. Светка замерла и вцепилась Ольге в голову. Ольге было нечем дышать, но она чувствовала, что останавливаться уже нельзя и быстро-быстро водила языком по клитору. Вдруг Светка перестала дышать, потом по ее телу прошла судорога и громко охнув, она начала кончать. При этом она сильно сжала ногами Ольгину голову. И даже после этого Ольга не прекратила ласку. Она оторвалась от клитора, только когда Светка расслабила ноги и отстранила ее. Посмотрев на Светку, Ольга поняла, что та не собирается останавливаться. И точно: ее ждал еще один сюрприз. Светка потянула ее к себе и заставила лечь так, что Ольга оказалась лежащей сверху, головой к Светкиным ногам, а Светкина голова была между ее ног. Теперь ласка стала взаимной. Ольга почувствовала, как Светкины руки легли на ее попку и стали поглаживать ее, в то время как ее язык стал прокладывать дорогу к Ольгиному клитору. Это было гораздо приятнее, чем пальцем. Ольга, спеша отплатить подруге, тоже углубилась между Светкиных ног. Ольгины груди терлись о Светкин живот, и это доставляло дополнительное удовольствие. Так они ласкали друг друга несколько минут, целуя и иногда покусывая. Первой кончила Ольга. Все было как в первый раз, но еще сильнее. Светка цепко держала ее все время, пока она кончала. Потом настала очередь Светки. Ольга чувствовала, как тело подруги напряглось и забилось в судорогах. Светка приподнялась и впилась ртом в Ольгины губы. Ольга вскрикнула и сделала то же самое. Они замерли на несколько секунд от этой сладкой боли, потом отпустили друг друга. Полежав несколько минут и придя в себя Светка сказала: - Пошли купаться, пока не поздно. Подруги быстро натянули на себя купальники и через несколько минут были на городском пляже. Оргазм был очередным крупным сюрпризом, который преподнесло Ольге ее собственное тело. Сначала оно начало изменяться: из очаровательной девочки получился угловатый подросток, затем углы сгладились, и гадкий утенок превратился в прелестную девушку и все говорило о том, что последнее превращение из девушки в женщину будет столь же обворожительно. Потом были месячные. Первый раз они пришли в 14 лет и, хотя Ольга знала об их неизбежном приходе и несколько месяцев постоянно таскала с собой "Тампакс", все же она чуть было не потеряла сознание, проснувшись утром и увидев свои залитые кровью ноги. Теперь был первый оргазм. Ольге никогда не приходило в голову, что в ее теле таится такой источник наслаждения. Она никогда не пыталась ласкать или гладить себя. Теперь же она только и ждала удобного момента, чтобы еще раз испытать это волнующее ощущение. Такой случай представился тем же вечером. Ольга едва дождалась времени, когда можно будет лечь спать не вызвав подозрений у родителей. Закрывшись в своей комнате, она разделась, посмотрела на себя в зеркало и, не надевая пижаму, нырнула под одеяло. Лежа на спине, она осторожно погладила свою грудь, живот и, наконец, ее рука спустилась к лобку. Ощущения были странными, поскольку она первый раз ласкала себя, но приятными. Ее пальцы углубились в гущу волос на лобке. Несколько минут она гладила губы, не решаясь коснуться клитора. От этих легких прикосновений она возбудилась и почувствовала, что все пространство между губ покрыто влажной смазкой. Наконец ее палец коснулся клитора. Он был твердый и горячий. Ей пришлось закусить край одеяла, чтобы не застонать. Некоторое время ушло на то, чтобы понять, как извлечь из этого маленького органа максимум ощущений. Когда положение и темп были найдены, Ольга закрыла глаза и полностью отдалась новым ощущениям. На этот раз она ждала приближения оргазма и он не замедлил произойти. Все было так же, как в первый раз, но пришлось крепко зажать зубами край одеяла, чтобы не закричать. Погладив себя еще немного и расслабившись она уснула. Когда Ольга проснулась утром, родителей уже не было. Она некоторое время лежала, вспоминая события вчерашнего дня. Что-то новое пришло в ее жизнь. Что-то, что она теперь не сможет забыть, от чего не сможет избавиться. В ней начала просыпаться женщина. Ольга приподняла одеяло и посмотрела на свой лобок. Стрижка была выполнена прекрасно. Вспоминая свои ощущения, она незаметно начала ласкать себя. Поймав себя на том, что уже во всю массирует клитор, она уже не стала останавливаться и бурно кончила. Полежав еще несколько минут Ольга встала и пошла в душ. Когда она пила кофе позвонила Светка. - Привет, ты одна? - сразу спросила она. - Да, до самого вечера. - Можно зайду. Могу прихватить книжечки, журнальчики... - от этого предложения у Ольги приятно засосало под ложечкой. - Давай. Жду. Не прошло и 15 минут, а Светка уже звонила в дверь. Ольга в одном халатике пошла открывать. Светка притащила целую охапку всяких книг и журналов и, улегшись рядом на тахте подруги принялись их рассматривать. Здесь были и дешевые брошюрки с эротическими рассказами, и разнообразные журналы от легкой эротики до крутой порнухи. Особый интерес Ольги вызывали фотографии, на которых были сняты женщины с мужчинами. Она никогда раньше не видела мужского члена и очень внимательно рассматривала снимки, где женщины в разных позах принимали в себя этот внушительных размеров инструмент. - Как он туда входит, - как бы про себя спросила она, глядя на очередную фотографию. - Легко, - ответила Светка со знанием дела. Изображения совокупляющихся пар произвели впечатление на Ольгу. Ткань халатика приятно щекотала ее затвердевшие соски. Она почувствовала, что "потекла". Светка видела все это уже не раз, но совместное рассматривание с подругой видимо возбудило и ее, потому, что ее рука раньше лежавшая на Ольгиных плечах прошлась по спине и, приподняв халатик, устроилась на Ольгиной попке. Ольга, которой такой поворот дела понравился, решила не отставать от Светки и тоже проникла ей под юбку. Светка, как бы невзначай, развела ноги. Ольга почувствовала, что трусы между Светкиных ног горячие и мокрые. Когда они дошли до страницы, на которой были собраны фотографии женских органов, Светка ткнула в одну и сказала: - Вот, точно, как у тебя. - А тут, как у тебя, - сказала Ольга и ткнула в другую фотографию. - Да нет. У меня клитор меньше. - Давай посмотрим. Светка вскочила и быстро разделась. Ольга тоже скинула халатик. Подруги снова замерли, глядя друг на друга. Если Ольга выглядела воплощением девичества: узкие бедра, небольшие полусферические груди, плоский живот, то Светка являла собой женственность. Ее бедра были шире и круглее, груди были тяжелее и слегка отвислые, а округлый живот переходил в широкий выпуклый лобок. Вооружившись зеркалом и, сев на тахту друг напротив друга, они широко развели ноги и стали внимательно изучать себя и друг друга. - Да, - сказала Светка, глядя на фотографию, указанную Ольгой и в зеркало, которое она держала между ног, - действительно похоже. - Смотри, - сказала Ольга, - у меня вход выше, чем у тебя. Светка посмотрела на Ольгу. От возбуждения ее влагалище истекало соком. Губы набухли и разошлись. Прямо под клитором, в зарослях темных волос виднелся вход, обрамленный маленькими розовыми лепестками. - Тогда тебе нужна такая поза, - она уложила Ольгу на спину и, подняв ее ноги, развела их в стороны, а сама устроилась между ними, изображая мужчину. Она стала тереться лобком о лобок. Ольга, подняв ноги выше, почувствовала, что Светка задевает ее клитор. Нескольких Светкиных движений было достаточно, чтобы Ольгу потряс оргазм. Придя немного в себя она спросила: - А для тебя какая поза? - Вот такая. - Светка повернулась к Ольге спиной, опустилась на четвереньки и широко расставила ноги. Между круглых Светкиных ягодиц Ольга заметила маленькое сморщенное колечко ануса, а чуть ниже складку пухлых темных губ. Она протянула руку и погладила снизу эти губы. Светка закрыла глаза и тяжело задышала. Ольгина рука сразу стала мокрой от смазки и палец легко скользил между губами, задевая твердый клитор. От возбуждения Светка начала двигать попой и Ольга заметила, что анус то расслабляется, то напрягается в такт возбуждению. Продолжая ласкать левой рукой она, смочив смазкой палец правой, поднесла его к Светкиному анусу и, улучив момент, когда он расслабился, ввела палец внутрь. Светка громко вскрикнула от неожиданности, но не отстранилась. Еще через несколько секунд она начала кончать. Расслабив руки она опустилась грудью на тахту в то время, как ее бедра оставались высоко поднятыми. Ольга, увлеченная Светкиным оргазмом, этого не заметила, и ее палец на всю длину нырнул в Светкино влагалище. Светка охнула и тут же кончила еще раз. Ольга с замиранием сердца следила за Светкой. Один ее палец все еще был в Светкином анусе, другой - во влагалище. Одним пальцем Ольга чувствовала другой. Освободив сначала анус, а потом влагалище она растянулась на тахте. Светка с глубоким вздохом легла рядом. До Ольги только сейчас дошло, что ее палец не встретил никакого препятствия, проникая в Светкино влагалище. Будучи, естественно, осведомленной о девственности она осторожно спросила: - Ты, что уже не девушка? - Нет, - чуть слышно ответила Светка. - А кто?.. Тебя изнасиловали? - Нет, - Светка улыбнулась, - все было гораздо интереснее. Светка рассказала Ольге о том, как она получила "билет во взрослую жизнь". Прочитав кучу книжек от любовного романа до откровенной порнухи, Светка сделала для себя вывод, что девственность - это не то сокровище, которое она собирается хранить вечно. Более того, девственность мешает ей получить от жизни еще чего-то. Поскольку наличием девственности (впрочем, как и ее отсутствием) сейчас никого не удивишь, Светка решила избавиться от "этой ненужной детали". Было обдумано много способов от бутылки из-под шампанского до провокации изнасилования, но ни один не оказался достаточно привлекательным. Отдаваться кому-то из одноклассников не хотелось. Во-первых, из-за их повальной неопытности, а во-вторых, из-за опасности огласки. Лишать себя девственности самой было совсем не романтично. Однажды в разговоре своих старших подруг она услышала о Сергее. Одна из подруг рассказывала другой о своем "двинутом" приятеле, который, якобы помешан на девственницах и каждый раз придумывает что-нибудь необычно-романтичное для своей очередной "жертвы". Беда только в том, считала подруга, что получив свое, он напрочь теряет интерес к своей новой знакомой и начинает искать следующую. Услышав это, Светка поняла - это то, что надо. Уговорить подругу познакомить ее с Сергеем, было делом времени. Они провели незабываемый вечер и Светка, поупиравшись для виду, наконец, получила "билет во взрослую жизнь". При расставании Сергей оставил ей номер мобильного телефона и сказал, что если на горизонте появится подружка, которая может его заинтересовать, чтобы Светка позвонила ему. То, что рассказала Светка, повергло Ольгу в шок. Сама она еще ни разу не задумывалась над тем, чтобы расстаться с девственностью, а тем более таким способом. Тем не менее, зерно было посеяно. В течение следующего месяца подруги встречались почти каждый день, изучая друг друга и осваивая все новые и новые ласки. Они подолгу могли ласкать друг друга, доходя до изнеможения. Губы и соски распухали от поцелуев. Клитор переставал чувствовать прикосновения. Ни одного уголка тела не осталось не обследованным. Ольга стала позволять Светкиному пальцу посешать свой анус. Сначала это вызывало только боль, но Светка раз за разом постепенно приучила Ольгу к этой ласке. Все Светкины попытки проникнуть во влагалище оказывались неудачными. Ольга каждый раз отказывалась. Однажды, после очередной попытки, Светка произнесла: - Нужно, все-таки, познакомить тебя с Сергеем. - Ты что! - Ольга густо покраснела. Ольга совсем уже забыла о рассказе подруги, но это неожиданное упоминание вновь напомнило ей об услышанном. На самом деле Ольга была уже готова к потере девственности, но боязнь сделать этот шаг останавливала ее. Всю следующую ночь ее мучили кошмары. Это была смесь из их совместных развлечений и фоток из порножурналов, которые они вместе рассматривали. Ольге снилось, что она присутствует на оргии, где множество пар занимаются сексом вокруг нее. Одна она находится в одиночестве и только смотрит на все со стороны. Желание охватывало ее, она была готова отдаться любому, но никто не обращал на нее внимания. Проснулась она в холодном поту и сразу же почувствовала, что между ног все мокро. Раскинув ноги и закрыв глаза, она быстро довела себя до оргазма. Картины из сна все еще стояли у нее перед глазами. Когда явилась Светка, она сразу почувствовала, что с Ольгой что-то не так. - Рассказывай. Что случилось? - Ольга коротко пересказала свой сон. - Так значит познакомить? - Я боюсь, - и тут ее озарило, - если бы ты... мы вместе... - Светка задумалась. - Идея хорошая, - произнесла она после некоторого раздумья, - не знаю, согласится ли Сергей. Попробую его разыскать. Разыскать Сергея оказалось не так легко. Его амплуа профессионального дефлоратора заставляло вести довольно скрытную жизнь, поскольку несколько раз случалось так, что его очередная подружка начинала сходить с ума и преследовать его. Телефон, который он оставил Светке оказался не его, а его знакомого. Тот согласился передать Сергею просьбу перезвонить. Через пару дней Светка позвонила Ольге и сообщила, что договорилась с Сергеем о встрече. Было решено сказать родителям, что их одноклассники собираются на вечеринку у кого-то на даче. Поскольку Светка тоже "ехала" туда, то Ольгу отпустили. - Надо как следует одеться, - сказала Светка, - У тебя платье есть, типа вечернего? - Есть. Длинное. Шелковое. - А белье? - Тоже есть. - Чулки? - Нет. Я только колготки ношу. - Ничего, возьмешь у меня. Утром в день встречи Светка зашла к Ольге. В руках у нее была большая спортивная сумка. Ольга уже приготовила платье и выбирала белье. Светка указала на черный атласный комплект, почти без украшений. Потом она полезла в сумку, где были сложены ее наряды и достав оттуда чулки заставила Ольгу их надеть. Ольга надела выбранное белье и натянула чулки. Потом она подошла к зеркалу посмотреть, что получилось. Получилось красиво. Стянутая лифчиком и без того высокая грудь стала еще выше и образовала красивую впадинку. Твердые соски проступали сквозь тонкую ткань. Атласные трусики без единой складочки облегали выпуклый лобок и полностью скрывались между ягодиц, оставляя только узкую полоску на талии. Черные чулки с кружевной резинкой обтягивали стройные ноги. После того, как Светка удовлетворилась результатами примерки, Ольга переоделась обратно. Все вещи были аккуратно сложены в сумку. Одевшись, подруги отправились на встречу с Сергеем. Он должен был ждать их в машине рядом с остановкой автобуса. Выйдя на нужной остановке, Светка сразу указала на стоявшую метрах в 10 машину. Когда они подошли, из машины вышел среднего роста мужчина лет 30. Сначала Ольга не заметила в нем ничего особенного, но чем дальше вглядывалась в его глаза, тем более необычными казались они ей. У него оказался мягкий и вкрадчивый голос. После короткого знакомства Сергей предложил поехать на дачу его друга. - Я уже объяснял Свете, почему не могу пригласить вас к себе, - подруги согласились. Минут через сорок машина остановилась у небольшого, но весьма ухоженного дома в одном из дачных поселков. Сергей достал из багажника довольно объемистую сумку, как оказалось, с продуктами. - Денек располагает к пикнику, - сказал он. - Сегодня хозяйничаю я. Предложив "дамам" поваляться на солнышке он занялся приготовление шашлыка. "Дамы", похозяйничав в доме, обнаружили что-то вроде покрывала, и, расстелив его на траве, устроились загорать. Зрелище было довольно живописным. Новомодные купальники скрывали минимум на их красивых телах. Трусики состояли, практически из треугольника ткани спереди и нескольких веревочек. Лифчики состояли из двух треугольничков. Пока готовился шашлык, Сергею не раз представился случай наблюдать интересные ракурсы. Когда шашлык был готов, Сергей пригласил к столу. Еда была очень вкусной. Все выпили немного красного вина. После этого напряжение, владевшее Ольгой до сих пор, прошло, и она приняла как должное руку Сергея, обнимавшую ее за плечи. Незаметно опустился вечер. Солнце скрылось. Все перешли в дом. В уютной комнате Сергей накрыл стол. Из сумки были извлечены фрукты, сладости, бутылка шампанского и всякие другие вкусности. Пока он занимался этим, девушки, закрывшись в другой комнате, переоделись и предстали перед ним во всем блеске. Наряды и косметика сделали их старше, и Сергей немного удивился, произошедшей с ними метаморфозе. Интимную обстановку дополнили свечи и тихая музыка. После пары бокалов шампанского Сергей пригласил Ольгу потанцевать. Ольга не раз танцевала со своими сверстниками на дискотеках. Обычно это сводилось к одному из двух вариантов: либо он был совсем неопытным и просто топтался, неумело обняв, либо пытался казаться "очень опытным" и начинал лапать груди или попу. В этот раз все было по-другому. В руках Сергея чувствовалась сила в сочетании с теплом и нежностью. Сергей говорил о каких-то пустяках, а его руки нежно гладили ее плечи и спину. От этих легких прикосновений Ольга успокоилась и, обняв Сергея за шею, прильнула к нему всем телом. На следующий танец он пригласил Светку. Поскольку со Светкой Сергей уже был знаком, с ней он позволял себе больше. В полумраке Ольга следила, как рука Сергея, пройдясь по Светкиной спине, и, немного задержавшись на талии, опустилась на ее круглую попу и стала поглаживать. Светка, казалось, никак на это не реагировала. Глаза ее были полуприкрыты, а на лице написано желание. При очередном повороте Ольга заметила, что Сергей целует Светку в губы. Это очень заинтересовало Ольгу. Она еще ни разу не целовалась так. Когда Сергей в следующий раз пригласил ее она сразу прильнула к нему всем телом, положила голову к нему на плечо и стала ждать продолжения. Сначала Сергей, как бы невзначай, поцеловал ее в щеку, потом в шею. Тогда она, также как Светка повернула к нему лицо, закрыла глаза и приоткрыла губы. Их губы встретились. Ольга целоваться не умела, поэтому после нескольких попыток Сергей сказал: - Расслабь губы, а потом делай так же, как я. После этого дело пошло на лад. Его язык осторожно проник в ее рот и стал ласкать ее язык, десны и губы. От нахлынувших ощущений Ольга едва держалась на ногах, и если бы Сергей не поддерживал ее, она бы упала. Музыка кончилась, и он осторожно усадил Ольгу на диван, а сам сел между ней и Светкой. Они выпили еще шампанского. Осмелевшая Светка встала и уселась Сергею на колени. Они продолжали целоваться. Обе подруги были уже изрядно возбуждены. Сергей одной рукой гладил Ольгину шею и плечи. От наслаждения Ольга закрыла глаза. Потом она почувствовала, что уже две руки гладят ее. Открыв глаза, она обнаружила, что Сергей гладит ее ногу, а Светка ее грудь. Тогда Ольга запустила руку Светке под платье. Там уже была вторая рука Сергея. Так они целовали и гладили друг друга несколько минут. Ольга уже задыхалась от возбуждения. Ее трусики были мокры от смазки. Где-то рядом она слышала тяжелое дыхание Светки и Сергея. Его рука, блуждая по ее ногам, заставляла инстинктивно разводить их в стороны, но каждый раз, когда он пытался проникнуть под трусики, Ольга снова плотно сжимала их. В то же время другой рукой он уже во всю ласкал Светку. Ольга могла видеть, что юбка у нее поднята, ноги широко разведены, трусики сдвинуты в сторону, а палец Сергея массирует ее клитор. Когда Светка первый раз кончила, Сергей предложил: - А не перебраться ли нам на ковер? Эта идея была с энтузиазмом поддержана. Светка слезла с колен, Сергей встал вслед за ней. Подошел к ней сзади, обнял за груди, провел руками по животу и погладил между ног. Ольга чувствовала, что Сергей специально как бы не обращает на нее внимания и занимается Светкой. Это было нечто вроде наглядных уроков. Сейчас она наблюдала, как Сергей мягко заставил Светку нагнуться и опуститься на колени. Потом, шепнув ей что-то на ухо, расстегнул и снял через голову ее платье. Теперь Светка осталась только в белье и чулках. Она стояла на коленях посреди комнаты и ждала, пока Сергей тоже освободится от одежды. Сняв рубашку и брюки, он остался в одних плавках. Ольга увидела внушительных, как ей показалось, размеров член Сергея стоящий под плавками. Все ее внимание было приковано только к нему. Она, затаив дыхание, смотрела, что же будет дальше. Первый раз в жизни она видела, как мужчина занимается любовью с женщиной не на фотографии и не по видео. Сергей подошел к Светке и опустился на колени сзади нее. Он обнял ее груди и стал их нежно мять и пощипывать. Светка, закинув руки назад, обняла его и попой терлась о его стоящий член. Сергей расстегнул и снял со Светки лифчик. Теперь ее груди оказались в его руках. Они стояли боком к Ольге, и ей хорошо было видно, как его пальцы тискают Светкины соски. Поласкав немного грудь, он за плечи опустил Светку на четвереньки. Теперь пришла очередь трусиков. Сняв трусики со Светки, Сергей снял свои плавки. Теперь Ольга смотрела не отрываясь. Сейчас должно было наступить самое интересное. Светка бросила на Ольгу быстрый взгляд, полный неприкрытого желания и снова закрыла глаза, когда Сергей подошел и встал на колени сзади нее. Взяв немного смазки, которая в изобилии вытекала из Светки, он осторожно смазал головку члена, потом, пристроив его куда-то между Светкиных ног, надавил и плавно вошел до конца. Светка в ответ застонала от удовольствия. Сергей начал плавно двигаться вперед-назад, крепко держа Светку за бедра. Светка только чуть слышно повизгивала. Со своего места Ольге было неудобно наблюдать за происходящим. В полумраке освещенной свечами комнаты она не могла видеть подробностей происходящего. Тогда, опустившись на ковер, она подползла к Светке, и стала со всех сторон рассматривать происходящее. Делать это в длинном платье было неудобно и, поколебавшись секунду, Ольга сняла его. Тогда она легла так, что ее голова оказалась прямо между широко расставленными Светкиными ногами. Отсюда ей открылась вся картина. Член Сергея, блестящий от смазки, плавно двигался между раздвинутых губ, и они при каждом движении немного двигались за ним. В складке между малыми губами Ольга увидела розовую горошину клитора. Вспомнив, как они ласкали друг друга, Ольга смочила палец, и принялась за клитор. Теперь Светка уже не повизгивала, а громко бессвязно выкрикивала что-то типа: - Ах!.. Ах!.. Еще!.. Еще!.. Сергей стал резче вгонять свой член в Светкино влагалище, а Ольга не останавливаясь ласкала ее клитор. Светка бурно кончила, но попросила не останавливаться и через несколько секунд кончила еще раз, а потом и еще один. После этого Сергей отпустил ее и все вместе улеглись рядом на ковре. Светка лежала с одной стороны от Ольги, Сергей - с другой. Рука Сергея легла Ольге на грудь и стала ее гладить. Это было совсем не похоже на то, как это делала Светка. От возбуждения Ольга закрыла глаза. Тугой лифчик не давал ей дышать. Сергей наклонился к ее уху и шепнул: - Можно снять? - Да! Да! Он осторожно приподнял Ольгу и расстегнул лифчик. Ее груди наконец оказались на свободе. Сергей припал к ним ртом. Все это время Ольга не открывала глаза. Губы и язык Сергея касались ее грудей. Соски затвердели и каждое прикосновение отдавалось приятной болью. Светка, увидев, что Сергей занялся Ольгой, оживилась и тоже принялась ласкать Ольгину грудь. Теперь две пары рук и двое губ занимались ее грудью. Ольга была уже сильно возбуждена и громко стонала. Она чувствовала рядом с собой два горячих тела, она пыталась в ответ гладить Сергея и Светку. Сергей, предоставив Светке заниматься Ольгиной грудью, стал постепенно спускаться ниже по животу к ногам. Когда его губы приблизились к ее лобку, Ольга больше не могла сдерживаться и широко раскинув ноги, приподнялась навстречу ласке. Сергей снял с нее трусики и принялся ласкать ее девственный орган. Когда пришел первый оргазм, Ольга потеряла счет времени. Потом она не могла вспомнить, сколько раз она кончила. Придя в себя, она обнаружила, что стоит на коленях на ковре, а грудью лежит на диване. Ноги ее были широко расставлены. Она чувствовала, что она все еще девушка. Несмотря на несколько оргазмов, Ольга все еще чувствовала возбуждение. По ее ноге стекала теплая капля смазки. Стереть ее сил не было. Она лежала совершенно расслабленная не в силах пошевелиться. Тут она почувствовала, что кто-то гладит ее попу. По прикосновению поняла, что Сергей. Потом она почувствовала, как его член, скользнув несколько раз по ее истекающему смазкой органу, раздвинул губы и немного проник во влагалище. Здесь он уперся во что-то и Ольге стало больно. Ольга инстинктивно подалась вперед, но диван не пустил ее. Сергей, крепко взяв ее за бедра, притянул к себе, и надавил. Ольга почувствовала, как боль пронзила ее изнутри, она вскрикнула и заплакала. Боль быстро прошла и она почувствовала, что член Сергея, теплый и твердый, находится внутри нее. Он слегка двигался вперед-назад. Светка подошла, присела на диван радом с Ольгой, вытерла ей слезы и тихо сказала: - Вот, ты и женщина. - Да, женщина, - тихо прошептала Ольга. Новые ощущения уже захлестывали ее. Руки Сергея лежали на ее попе, его член постепенно осваивал ее девственное влагалище. Было немного больно, но Ольга не могла отказаться от этого. Она первый раз отдавалась мужчине. Когда Сергей входил до конца, член упирался во что-то внутри и тогда Ольге казалось, что он достает почти до горла. Новая волна возбуждения начала подниматься в ней. Сергей двигался все быстрее. Ольга почувствовала, как Светкина рука приникла между ее ног и стала ласкать клитор. Неизвестно, что доставляло ей большее удовольствие: чувствовать, прикосновение Светкиного пальца или движение члена в ее влагалище. Она кончила с громким криком. Сергей продолжал двигаться, а Светкин палец, оставив в покое ее клитор, вошел в анус и начал двигаться там. Присутствия Светкиного пальца добавило остроты ее ощущениям. Ей показалось, что если это чувство станет сильнее, то она даже сможет кончить. Тогда она решилась. - Поменяйтесь, - тихо сказала она. - Ты хочешь, чтобы я вошел туда? - переспросил Сергей. - Да. - Будет больно. - Я знаю. Сергей и Светка освободили ее. Сергей достал откуда-то презерватив и натянул его. Потом, попросив у Светки крем, он густо смазал им Ольгин анус и свой член. Член Сергея уперся в анус. Ольга взяла лежавшую на диване подушку и уткнулась в нее лицом. Светка гладила ее попу. Сергей нажал, а потом, не ослабляя нажима, одним долгим движением ввел член. Ольга готовилась к тому, что сначала ей будет больно, но то, что она почувствовала, превзошло все ожидания. Не сдержавшись, она издала громкий крик боли. Слезы брызнули из ее глаз. Ей показалось, что в нее вогнали бревно. Ольга попыталась рвануться вперед и избавиться от члена, но Сергей не пустил ее. Сергей замер, не вынимая члена. Он крепко держал Ольгу за бедра, не давая двигаться. Через минуту боль стала отступать. Ольга успокоилась. Сергей начал медленно двигать член в ее анусе. Светка, расположившись снизу, ввела один палец в Ольгино влагалище, а другим стала ласкать клитор. Не смотря на боль, это тройная пытка быстро довела Ольгу до оргазма. Побыв еще немного внутри, Сергей вынул член и снял презерватив. Ольга встала и, подойдя к Сергею, обняла и прижалась к нему. Его член упирался ей в живот. - Поласкай его, - шепнула ей на ухо Светка. - Как? - Сейчас покажу. Светка усадила Ольгу на колени перед Сергеем и сама села рядом. Член Сергея теперь был прямо перед ее лицом. Ольга могла видеть узкую маленькую щель на самом конце головки, из которой выступила маленькая прозрачная капля густой жидкости. Светка взяла Ольгины руки и положила одну на член, а вторую подставила под яички. Ольга была в легком шоке. Подумать только! Первый раз она держала в руке мужской член. - Поцелуй его, - шепнула Светка. - Как поцеловать? - Вот так. Светка потянулась к члену, слегка оттянула кожу, приоткрыв головку, и припала к ней губами. - Теперь ты. Ольга приблизилась к головке. Ей в нос ударил целый букет запахов, от которых закружилась голова. Она зажмурилась и быстро чмокнула в самый кончик головки. Член в ее руке дернулся. Ольга удивленно открыла глаза и поцеловала еще раз. Эффект был тот же. Каждый раз, касаясь члена, она получала ответную реакцию. Это ей понравилось и, расхрабрившись, она стала сначала осторожно, а потом все смелее и смелее касаться члена языком. Светка помогла совсем открыть головку и через минуту Ольга лизала ее как большую конфету. Сергей стоял откинув голову назад. Его руки лежали на Ольгиной голове. - Пососи, - подсказала Светка. Ольга, захватив губами член, стала все глубже и глубже погружать его в рот. Когда стало трудно дышать, она остановилась и стала сосать головку, издавая характерное причмокивание. Тут она почувствовала, что член начинает еще сильнее твердеть. Сергей мягко отстранил ее голову. Светка схватила член и начала быстро-быстро двигать кожу вперед назад. - Подставь грудь, - сказала она Ольге. Ольга только успела подвинуться поближе и выставить вперед груди, как Сергей громко застонал и его член начал толчками выплескивать на нее тяжелые горячие капли густой белой жидкости. Несколько капель попало на лицо. Жидкость издавала сильный острый аромат. Ольга стала растирать капли по своей груди. Сергей перестал кончать. Его член быстро уменьшился. Он сел на диван и обе подруги уселись рядом с ним. Обняв их, он сказал: - Спасибо, девчонки. Это было классно. А тебя поздравляю, - обратился он к Ольге, - теперь ты настоящая женщина. - Ольга покраснела. - Да, женщина... - прошептала Ольга и развела ноги. На внутренних сторонах бедер были видны размазанные следы крови. - Здесь есть душ, - сказал Сергей, - можете освежиться перед сном. - Вы будете спать вместе? Ольга и Светка переглянулись. - Да. Нам нужно поболтать. На следующее утро обе проснулись слегка разбитыми. События минувшей ночи давали себя знать. Все тело ломило, особенно между ног. - У меня такое ощущение, - сказала Ольга, - что меня трахнули столбом. - Так всегда бывает поначалу. Привыкнешь. На негнущихся ногах они вышли в сад. Солнце уже ярко светило и они решили еще позагорать. Ольга, лежа на животе, попросила Светку расстегнуть ее купальник, чтобы не оставалось следа на спине. Сергей, сидевший рядом, заметил, что вряд ли теперь есть смысл его стесняться. Все рассмеялись и девушки, сняв лифчики, остались загорать в одних трусиках. Когда пришло время собираться домой, Светка подвела Ольгу к своей сумке и, достав оттуда что-то прошептала: - Смотри, что Сергей подарил. Сказал, что нам пригодится. Ольга сначала не поняла, что ей показывает Светка. Потом она разглядела, что это был большой резиновый член. Глаза ее загорелись. Фантазия сразу начала рисовать ей возможные варианты развлечений. Светка спрятала его обратно между вещей. Вечером Сергей отвез подруг домой. Остаток лета обещал быть веселым. --- Встреча --- Телефон зазвонил неожиданно. Вадим сидел за столом и паял какой-то сломанный магнитофон. Оторвавшись от любимого занятия, он взял трубку. - Алло. - Привет, - это была Ирина. Они расстались около года назад. - Привет, - Вадим постарался, чтобы голос звучал равнодушно. - Как дела? - Да, ничего. Нормально. - Давай встретимся. - А стоит ли? - Я хочу с тобой поговорить. - Говори. - Нет, по телефону не могу. Мне нужно тебя видеть. Давай встретимся. Несмотря на то, что Вадим был в обиде на Ирину, он решил не спорить и уступить. - Ладно. Давай. Где? Когда? - Приходи ко мне. - Нет. Не пойду. - Тогда, давай у моего дома в семь часов. - Хорошо. Я буду. Звонок Ирины разбудил воспоминания. Вадим вернулся к прерванному занятию, но мысли не уходили. Он стал вспоминать. Они встречались с Ириной около года. Их познакомил его друг Димка, который встречался с Ириной подругой Ритой. сборники эротических рассказов porna.site Оба были абсолютно неопытны и стремились к новым ощущениям. Оба жили предвкушением любви. Сначала их отношения развивались довольно гладко. Прогулки, встречи, поцелуи. Потом они стали встречаться дома у Ирины. Она жила вдвоем с мамой, которая против этих встреч не возражала, видимо считая, что присматривать за дочерью легче, когда она рядом. Они запирались в Ириной комнате, включали старенький магнитофон и подолгу целовались. Постепенно Вадим начал предпринимать попытки склонить Ирину к близости. Но Ирина была девственницей и боялась этого. Несколько раз он пытался раздеть ее или хотя бы проникнуть под ее халатик, но всякий раз получал отказ. За два месяца он добился только того, что Ирина разрешила ему гладить ее грудь (опять же сквозь халатик). Душой Вадим понимал чувства Ирины, но и сам он страдал от нереализованных желаний. Однажды, после очередной попытки проникнуть под халатик, у них состоялось объяснение. Ирина говорила о том, что хотя и любит Вадима, она еще не готова к таким отношениям. Вадим молча выслушал ее, потом попрощался и ушел. С тех пор прошел почти год. За это время они не встречались и даже не звонили друг другу. Все эти мысли не спеша прикручивались в голове Вадима, пока он продолжал заниматься магнитофоном. Времени впереди было еще много. В половине седьмого он вытащил на улицу велосипед и отправился к Ирине. В семь он был около ее дома. Ирина уже ждала его, сидя на лавочке во дворе. За тот год, что он не видел ее, она заметно изменилась. Девичья угловатость начала уступать место женственности. Ирина "расцвела", как подумал про себя Вадим. - Привет. - Привет, - Вадим пристроил велосипед у дерева, сел рядом с Ириной и молча стал ждать продолжения. - Я хочу встретиться с тобой, - с места в карьер начала Ирина. - Мы уже встретились, - Вадим попытался разыграть непонимание. - Ты понимаешь, о чем я говорю, - Ирина говорила утвердительно. - Не-а, - Вадим ждал, чтобы Ирина сказала все до конца. - Я очень жалею, что тогда не разрешала тебе прикасаться ко мне. - Да, ну? - Вадиму доставляло удовольствие, что Ирина вынуждена так говорить с ним. - Я хочу, чтобы ты когда-нибудь пришел ко мне. - Не получится. - Почему? - Почти год прошел. - Да, прошел. Я изменилась. Я уже не девушка, - признание далось Ирине с трудом. - Ты с кем-то встречаешься? - Встречалась. После тебя. Где-то месяца два. Сейчас я снова одна. - Ему-то ты отдалась, - Вадим постарался сделать ей больно. - Да. Отдалась. Со злости. Решила перебороть себя и узнать, почему вы все так этого хотите. - Зачем же тебе теперь я? - Я хочу отдать тебе то, что не смогла отдать тогда. - Все равно не получится, - Вадим не хотел сдаваться. - Почему не получится? - У меня есть другая девушка, - соврал он. - Ну, и что? - Я не могу встречаться с двумя сразу. - Я не заставляю тебя встречаться со мной. Я просто хочу, чтобы ты когда-нибудь пришел ко мне. Один раз. Я хочу отдаться тебе, - Ирина пошла ва-банк. - Я не буду тебе ничего обещать, - Вадим был просто ошарашен, хотя и пытался не подавать виду. - Можно я позвоню тебе? - Позвони. Они посидели еще немного, обсуждая события последних месяцев. Потом Вадим уехал домой. Прошли пара недель, и Вадим уже стал забывать о встрече с Ириной. На дворе стояло лето. Каждый день приносил новые дела, развлечения и встречи. Ирина больше не звонила. Вадим стал забывать об их встрече, думая, что Ирина передумала. И вот, однажды днем, когда родители были на работе, а Вадим "кроил" очередную электронную самоделку, раздался телефонный звонок. - Алло. - Привет, - звонила Ирина. - Привет. - Я тут рядом с тобой. Можно зайти? - Вадим на несколько секунд задумался. - Заходи. - Иду, - Ирина повесила трубку. На визит Ирины Вадим совсем не рассчитывал. Он сразу вспомнил их последний разговор. Пришлось бросить свое занятие и быстро навести в комнате какое-то подобие порядка. Через несколько минут прозвенел звонок. Вадим открыл дверь. На пороге стояла Ирина. На ней были синие вельветовые брюки и светлая трикотажная кофточка, через которую проглядывало кружевное белье. Вадим распахнул дверь и пропустил Ирину в квартиру. - Привет. - Привет. Проходи, - Ирина прошла в комнату Вадима и села на диван. Вадим включил музыку и сел рядом. Некоторое время они болтали о всякой ерунде. Потом Вадим заметил, что рука Ирины лежит у него на ноге. Она явно соблазняла его. Он понимал, чего хочет от него Ирина и, несмотря на обиду, тоже хотел ее. Он, как бы невзначай, положил руку ей на плечи. Ирина сделала вид, что не заметила этого, и разговор продолжался. Вадим до сих пор был девственником. То, что было у них с Ириной, ничем не кончилось. А с другими девушками, кроме Ирины Вадим еще не встречался. Это был его первый опыт с женщиной. Все его познания в сексе были теоретическими. Из книг он знал, что и как должно происходить. Теперь настал черед познать все на практике. Его рука медленно спустилась вниз и, обняв Ирину, он почувствовал пальцами ее грудь. Продолжая разговаривать, он осторожно гладил ее. - Хочешь, я сниму кофту? - неожиданно спросила Ирина и посмотрела Вадиму в глаза. - Д-да, - ответил Вадим, запинаясь от смущения. Ирина расстегнула пуговицы и сняла кофточку. Белый кружевной лифчик плотно обхватывал небольшую грудь. Боясь, что видение исчезнет, Вадим кончиками пальцев коснулся нежной кожи. То, чего Вадим долго и безуспешно добивался, Ирина теперь сделала сама. Определенно, начало было многообещающим. Теперь Вадим получил возможность ласкать Иринину грудь почти без препятствий. Он аккуратно уложил ее на диван и лег рядом. Его член был сильно напряжен. Вадим решил не форсировать события и стал нежно целовать Ирину. Начав с живота и рук, он постепенно приблизился к заветным холмикам. Когда очередь дошла до груди, и он попытался приподнять край лифчика, чтобы поцеловать ее, Ирина отстранила его. - Подожди, - сказала она. Потом села и, расстегнув застежку лифчика, сняла его. Вадим впервые увидел Иринины груди. Они были небольшие и остроконечные с твердыми цилиндриками сосков. Вадим обнял Ирину сзади, и обе груди оказались в его ладонях. Ирина закрыла глаза. На ощупь грудь была нежная и упругая, соски напряжены от возбуждения. Пальцы Вадима нежно гладили и слегка мяли ее. Иногда он, как бы случайно, захватывал между пальцами сосок, тогда Ирина издавала тихий стон. Ирина снова легла. Теперь груди стали едва выпуклыми, но твердые соску продолжали торчать. Вадим припал губами к одному соску, а другой оказался между его пальцев. У Ирины на миг перехватило дыхание. О на всем телом выгнулась навстречу его ласке. Несколько минут Вадим как сумасшедший сосал и лизал то один, то другой сосок. Они еще сильнее набухли и потемнели от прилива крови. Груди покраснели от поцелуев и засосов. Не удержавшись, он слегка укусил Ирину за сосок. - Ай! Больно! - взвизгнула Ирина и шутливо закрыла грудь рукой. - Прости, пожалуйста. - Ладно, - она убрала руку. Ирина лежала слегка разведя ноги. В то время, как они целовались, Вадим, гладил ее живот и ноги, постепенно приближаясь к выпуклости между ног. Когда это произошло, она не сжала ноги, как этого ожидал Вадим, а напротив еще шире развела их, предоставляя ему свободу. В то же момент Вадим почувствовал, что ее рука легла на его возбужденный член и гладит его сквозь джинсы. Совсем осмелев, он расстегнул пуговицу и молнию на Ирининых брюках и его рука проникла под ее трусы. Ирина развела ноги еще шире, почти до шпагата, и одновременно стала расстегивать брюки Вадима. Он помог ей справиться с ремнем и почувствовал ее горячую ладонь на своем члене. Она стала сначала осторожно, а потом все увереннее и увереннее ласкать его. Ладонь Вадима плотно обхватывала Иринин орган. Густые волосы были обильно пропитаны горячей скользкой жидкостью. Ирина была сильно возбуждена. Пальцы Вадима легко скользили по всем изгибам Ирининых губ. Несколько раз он задел клитор. Тогда он еще не знал о чудодейственной силе этого бугорка и не обратил на него внимания. Наконец палец проскользнул внутрь. Ирина тихо ахнула. Она выгнулась, пропуская его в себя. Влагалище было тугим и теплым, внутри оно напоминало гофрированную трубку. Вадим, не вынимая пальца продолжал другой рукой ласкать Иринину грудь и одновременно целовать ее в губы. Ирина гладила его напряженный член. Так они ласкали друг друга минут десять. Когда от взаимных ласк оба дошли до исступления, Вадим наконец решился. - Ты все еще хочешь этого, - спросил он шепотом. - Да, - выдохнула Ирина. - Что нужно сделать? - Я сейчас. Ирина встала и, быстро сбросив с себя остатки одежды, встала перед Вадимом. Вадим впервые увидел Ирину полностью обнаженной. Наконец сбылась его мечта. От увиденного у него захватило дух. Он буквально пожирал Ирину глазами. Небольшие остроконечные груди, чуть выпуклый живот, треугольник густых волос, пышные бедра, стройные ноги. Вадим встал перед Ириной на колени, обнял ее за попу и поцеловал в низ живота. В ноздри ему ударил незнакомый запах. Ирина сильно прижала к себе его голову. Теперь стал раздеваться Вадим. Через несколько секунд он уже сжимал Ирину в объятьях. Ее руки обвили его шею. Грудью он чувствовал прикосновение ее сосков. Его стоящий член упирался ей в живот. Ирина, абсолютно обнаженная, была в его объятиях. Простояв так с минуту, Ирина отпустила его и, взяв со стула свою сумочку, достала оттуда какую-то коробочку. Там оказались таблетки. - Зачем это? - спросил Вадим. - Чтобы детей не было. - Это, что глотать надо? - Нет, туда, - Ирина показала у себя между ног, - Поможешь? - Конечно. Ирина дала ему две таблетки и легла на спину, широко разведя ноги. Вадим одну за другой ввел обе таблетки как можно глубже. - Минут через пять будет можно. Пять минут прошли во взаимных ласках, благо одежда теперь не стесняла. Потом Ирина сказала, что уже можно, легла на спину и развела ноги. Вадим осторожно лег на нее. Он уже давно перешагнул грань своих познаний в области секса и теперь надеялся только на интуицию и инстинкт. С первого раза инстинкт его подвел. Его член никак не мог попасть в нужное место. Наконец Ирина рукой направила его куда надо. Член легко проскользнул в обильно смазанное влагалище, и Вадим замер, привыкая к новым ощущениям. Внутри было тепло, мягко и скользко. Он осторожно начал двигаться, почти не ощущая сопротивления. Постепенно его движения становились сильнее и увереннее. Ирина лежала, закрыв глаза и обняв Вадима. Он слышал ее тяжелое дыхание. - Подумать только, - думал про себя Вадим, - я по-настоящему трахаю женщину. И моей первой женщиной стала, все-таки, Ирина. Вадим был сильно возбужден, но необычность ситуации не позволяла ему сосредоточиться. Возбуждение не нарастало. В голове кружил беспорядочный хоровод мыслей. Ирина, видимо, почувствовала это, потому что предложила: - Давай, я буду сверху, - Вадим согласился. Он поднялся. Пред ним открылось новое зрелище. Ирина продолжала лежать с разведенными ногами, а между ними в обрамлении темных вьющихся волос - приоткрытые розовые губки, лоснящиеся от обильной смазки. Вадим, который раньше видел все это только на фотографиях, осторожно раздвинул их и ему открылась темная глубина Ирининого влагалища. Дав Вадиму полюбоваться, Ирина поднялась. Вадим лег на спину. Ирина присела над ним на корточки и взяла рукой его член. Направив его вертикально, Ирина стала медленно опускаться. Вадим мог наблюдать, как член медленно погружается вглубь между Ирининых ног. Наконец Ирина села верхом, а потом и легла на Вадима. Теперь Вадим получил возможность гладить Иринину попу. Он с удовольствием положил на нее обе руки. Ирина начала двигаться вперед-назад, а Вадим, закрыв глаза, стал гладить и пощипывать ее попу. Через пару минут он почувствовал, что находится на грани оргазма. - Еще, еще, - прошептал он на ухо Ирине. Ирина ускорила движения, и через секунду по телу Вадима прошла первая судорога. Потом занемели ноги, внизу живота что-то сжалось, напряжение передалось вниз, между ног, руки безотчетно вцепились в Иринину попу, и первая порция спермы выплеснулась во влагалище Ирины. Почувствовав внутри себя горячую струю, Ирина несколько раз ойкнула. Поскольку дома никого, кроме них, не было, Вадим громко застонал. Ирина не останавливалась, пока он кончал. Наконец напряжение спало. Вадим почувствовал неприятную боль в головке и легко пошлепал Ирину по попе. Ирина прекратила движения и, не вынимая из себя члена, расслабленно лежала на Вадиме. Так они пролежали пару минут тяжело дыша. Вадим чувствовал, как его член быстро уменьшается. Ирина приподнялась и просунула руку себе между ног. Член вывалился из влагалища, и на ее руку вытекло несколько грамм густой белой жидкости. Поцеловав Вадима, она побежала в ванную мыться. Через несколько секунд Вадим услышал плеск воды. Подумав, что ему тоже не помешает помыться, он пошел вслед за Ириной. Дверь в ванную была не заперта. Вадим тихо вошел и за занавеской увидел Ирину. Из-за шума воды она не заметила его появления. Она сидела на корточках с закрытыми глазами, широко разведя ноги. Одной рукой она держала душ между ног так, чтобы струя била вертикально вверх. Другой рукой она ожесточенно там мыла. Вернее, Вадиму сперва показалось, что мыла. Присмотревшись внимательнее, он понял, что Ирина ласкает себя. Хотя сам он занимался этим неоднократно, для него было полной неожиданностью, что это делает Ирина. И тут до него дошло, что сам он кончил, а Ирина - нет. Ей тоже нужна была разрядка. Притаившись, он наблюдал, как менялось выражение ее лица от спокойной расслабленности к постепенно нарастающему напряжению. Не прошло и пары минут, как Ирина кончила. Оргазм был такой силы, что она не удержалась и упала на колени. При этом она открыла глаза и увидела Вадима. - Ты: Ты все видел? - спросила она краснея. - Да. Это было очень красиво, - Вадим нежно поцеловал ее, - и познавательно. Можешь сделать так еще раз? Ирина неожиданно брызнула на него водой. Он засмеялся и отскочил в сторону. Потом тоже залез в ванну и они продолжили мыться вместе. Помывшись, Вадим приготовил чай. * * * - Ну, я пойду, - сказала Ирина. Вадим и не заметил, как пролетели три часа. Скоро должны были вернуться родители. - Мы еще увидимся? - Вадим был готов помириться с Ириной. - А стоит ли? - ответила она его словами. Дверь за Ириной закрылась. Через пару месяцев Вадим переехал на другую квартиру. Больше они с Ириной не встречались, но Вадим еще долго вспоминал ту встречу и свою первую женщину. --- Мой первый поход на нудистский пляж --- Место действия - Нижний Новгород, гребной канал. Реальная история, совершенно не выдуманная. Немного предыстории. Случилось это 3 года назад. Тогда мне было 35 лет. Понемногу ходил в тренажёрный зал, в общем, был в хорошей форме, да и сейчас собственно в такой же. Как зовут, говорить не буду: Я женат, и вроде бы всё нормально, но всегда хотелось сходить туда, где никогда не был. Жена тогда не решалась на такой шаг, одному было как-то несподручно. Но тут подвернулся подходящий случай. Я познакомился с одной девушкой, ей было лет 25. Познакомился в сауне, она была подругой моего друга, и мы вместе ходили туда отмечать его день рождения. Что там было - отдельная история, суть не в этом. Ну, сходили и сходили, очень понравилось. Потом где-то через год, зимой, она мне сама позвонила, сказала, что они с моим другом расстались и ей интересно было бы встретиться со мной. Зная своего друга, и понимая, что он не обидится на меня за это, я согласился. Пошли мы в ту же сауну. И там в парной, я предложил ей сходить со мной летом на нудистский пляж. Немного подумав, она согласилась. После сауны до лета мы иногда встречались у неё дома. И как-то раз я купил ей классные трусики. Не помню, что за модель, как называется, в общем, чёрные, спереди кружевные, прозрачные, и вроде всё прикрыто, но сзади и по бокам - одна ниточка. Мы их опробовали - очень понравилось. Дело приближалось к лету, в принципе можно было загорать, что она и делала с подругой на крыше 9-ти этажки. Загорали они голенькие, что я и заметил в следующий приход, когда принимал с ней душ у неё дома. Кожа вся красная, никаких следов купальника. В общем к настоящей жаре она отлично подготовилась - покрылась ровным коричневым загаром, только остались всё-таки небольшие следы от её купальных трусиков-стринг, небольшие участки незагорелой кожи. Немного спереди - на самом лобке, и чуть сзади - светлый треугольничек на пояснице. В отличие от меня - я на даче загорел только до пояса: В общем, выбрали день, договорились встретиться в понедельник с утра на автовокзале недалеко от Сенной площади. Я был весь на взводе, страшновато в первый раз. А она в этот день не смогла прийти, прождал её час, плюнул и - домой. Очень разозлился9 Потом позвонил, она извинилась и встречу перенесли на вторник. Я основательно подготовился к походу - шорты цвета хаки, майка серая, новые плавки, пятнистая панама (с армии осталась:), ну там вода газированная, что-то поесть, презервативы, журнал мужской. Стою - жду. Смотрю - выходит из автобуса!!! Ура-а-а, думаю, а сердце ходуном заходило от волнения. На ней - топик, такой как косынка завертывается на груди, талия голая, на бёдрах длинная лёгкая юбка, без пуговиц, такая которая обёртывается вокруг талии. Присмотрелся - лифчика вроде нет. Опять - Ура-а-а-а!! Но главное ждало меня впереди! Пошли по дороге, которая вниз к монастырю ведёт и в самом начале налево - лестница вниз к гребному каналу. Она остановилась, давай, говорит, покурим. Покурили, поболтали немного. Потом она говорит, а я ведь сегодня в твоих трусиках! Мне чуть плохо не стало, от волнения. И тут недолго думая, снимает свою юбку с бёдер и остаётся в топике и в тех трусиках, которые ну никак не подходят для пляжа, но выглядят очень эффектно! Попа вся голая, спереди просвечивает. Повернулась ко мне спиной и спрашивает, ну как мол? Отлично, говорю, а у самого шорты спереди приподнимаются. В общем, пошли мы на ту сторону гребного канала. Время было раннее. Она впереди идёт, я чуть поотстал, видами любуюсь. Слышу, нас сзади обгоняют два парня, гребцы, несут лодку для академической гребли, двойку-распашонку. Один другому говорит, смотри, мол, какая девушка идёт. Вот бы все так ходили! У меня прямо елей по сердцу растёкся от гордости! Пошли мы по кромке общего пляжа, народа было маловато, но все смотрели только на неё, а она, как ни в чём не бывало, идёт себе! Перешли на ту сторону гребного канала, стали вроде подходить к нудистскому пляжу. Немного страшновато, я там ни разу не был, где он находится у нас, прочитал в Интернете. Смотрю - вроде бы здесь, вижу, мужчина голый недалеко ходит, думаю, пришли. Нашли место не у самой воды, а за кустами. Я, честно сказать, и не готов был сразу раздеваться, а она меня опередила - сняла топик, лифчика там не было, потом, нисколько не стесняясь, сняла наши красивые трусики. Терять было нечего - я тоже стал раздеваться. С непривычки у меня началась эрекция, пришлось присесть на корточки и сделать вид, что достаю что-то из пакета. Вроде немного отпустило, но когда она постелила полотенце и легла на него, животом вниз - всё вернулось на свои места. Достал презерватив, предложил ей его использовать. Она одела его мне, и мы по-быстрому сделали это, правда успел кончить только я, потому что прямо перед нами, метрах в 30-ти показались люди, и пришлось прекратить, но всё равно - это было классно! Ощущения были очень интересные и необычные. Потом мы просто легли рядом и стали загорать. Сначала я лежал на животе, не смея перевернуться или встать, потом ощущения неловкости понемногу прошли, и я стал немного смелее. Люди, которые вспугнули нас, оказались тоже парой, они расположились метрах в 30-ти от нас и нисколько не смущаясь, разделись и стали загорать, правда, они были далековато и было плохо видно. Мы лежали и, положив подбородки на руки, впереди себя, с интересом их изучали. Вдруг сзади нас появилась ещё одна пара, парень с девушкой, они спустились с песчаного гребня и искали место. Я прямо замер от волнения, лежу в панаме, чёрных очках и как шпион - наблюдаю. Моя подружка - тоже смотрит. Эти двое встали прямо перед нами - метрах в 3-х и стали раздеваться. Как разделся парень, я не помню, но как разделась девушка - запомнил на всю жизнь: На ней было лёгкое платьице. Она сначала сняла его, осталась в лифчике и трусиках. Потом поочерёдно сняла и их. Интимная стрижка у неё была не ахти, мне нравится, когда волос поменьше, но тоже ничего! Потом они оба улеглись на покрывало прямо перед нами, ногами к нам. Такой картины я ещё не видел! В смысле в такой ситуации. Мы с моей подружкой с интересом смотрели на них, потом они спустились к воде купаться. Я решил немного пройтись и пошёл голышём на другую сторону канала, к внутреннему заливу, решив немного испытать себя в плане привыкания. Когда вернулся, недалеко от нас сидел голый мужчина и в открытую смотрел на мою подружку, а она немного смущаясь, села и отвернулась от него. Я ещё не привык к обитателям пляжа, и мне это не совсем понравилось, но я интуитивно понимал, что все за этим сюда и ходят, поэтому не стал ничего предпринимать, просто недовольно посмотрел на него пару раз, и он ушёл. Потом мы почитали вместе мой журнал, поели. Потом она надела купальные трусики и пошла искупнуться. Я тоже пару раз спускался к воде, но немного нерешительно, было много народу. Вернувшись, она сняла трусики и попросила их простирнуть в воде, сама голенькой постеснялась сходить. Я уже вроде освоился и справился с этим делом на раз, уже спокойно проходя мимо голой парочки рядом с нами. В общем, загорали мы до 16-ти часов, у меня вся задница была красная. Возбуждение то нарастало, то уменьшалось, с этим надо было что-то делать. Мы собрались, и пошли ко внутреннему заливу, там где много кустов, пошли как есть - голые, только вещи в руках. Повстречали двух парней, которые, завидев нас, обрадовано сказали, что наконец-то пришли и свернули к воде. Поблуждав немного по тропинкам, мы нашли место в теньке под деревцем, расстелили полотенце. Эрекция была уже неуправляемая, и сначала мы занимались сексом в миссионерской позиции, потом перешли на догги-стайл. Это было круто, длилось минут 20, она кончила пару раз. Вот в общем и всё, ехали мы назад наверх уже на такси - сил не было. Хотели на следующий день в сауну с её подругой идти, но что-то у них не получилось. А я потом целую неделю кожу с задницы снимал, обгоревшую: --- Бизнес-фэмили --- Угар перестройки. Я тогда работал в частной семейной фирме по компьютерной части. Владельцем был Тимур - здоровый такой мужик, татарин по национальности. Хотя с виду и не дашь, ну разве что морда не очень бритая. Да в общем, неплохой был мужик. Жулик, конечно - а кто из бизнесменов не жулик? Если бы еще и зарплату вовремя платил - цены бы ему не было! А на всякий случай этот Тимур придумал такую штуку: директором фирмы юридически была его жена, Ленка. У них четверо детей было, так что в случае чего Ленка бы получила бы скидку от закона, как многодетная мать. Она ставила свои подписи на договорах и платежках, а заправлял всем Тимур. В Ленке ничего такого необычного не было: обычная русская многодетная баба, небольшого росту. Единственно, что меня удивляло - это то что дома она ходила в халате и таких сатиновых шароварах. Ну что - мусульманин, он и в Африке мусульманин. Спасибо, паранджу не заставляет носить. Не помню, что мне снилось в это утро. Что-то приятное, я думаю. Разбудил меня телефон, и на этом приятные сны прекратились. Звонила Ленка: - Саша, ты можешь сейчас подойти? Тимуру надо срочно договор напечатать. - Ага. Иду. Я когда вышел из дома, то вдруг сообразил, что происходит нечто необычное. Время - около шести, а Тимур раньше одиннадцати сроду не вставал. Дверь открыла Ленка, и мы прошли на кухню. - Слышь, Сашка, - говорит Ленка своим таким грубоватым голосом - Тимур-то спит ещё. Ты подожди пока. Кофе хочешь? - Ну, можно. Пьём кофе, вытягиваем печенюшки из вазочки, ну там разные конфетки. Ленка сидит напротив и так в упор на меня смотрит. И взгляд у неё какой-то томный. Глаза у неё накрашены, что ли. Потом и говорит таким низким хрипловатым голосом: - В последней партии неисправный компьютер попался. Что там было? Ну никогда она со мной так не говорила. Ушла бы дрыхнуть, а ты сиди и жди на кухне, пока Тимур проснётся. - А там, понимаешь, дорожка у флопповода треснула. И с дискеты поэтому не загрузишься. Так я взял: Говорю, а сам осёкся даже. Взгляд у нашего генерального директора стал такой бархатистый, сама почти шёпотом так: "Да, да." - всё ближе и ближе так ко мне наклоняется. - И что там? Что там с дорожкой? Что там, Саша? А сама у же близко так. Ещё немного - и прямо в её волосы носом ткнусь. Как-то я дёрнулся неловко, да кофе прямо себе на живот и пролил. Ленка захихикала так весело и говорит: - Ну, пойдём быстро в ванну! В ванне у неё чёрт голову сломит. А что ждать от бизнес-вумэн? Стиральная машина такая большая, импортная - вся сверху завалена грязным бельём. - Чего стоишь? Снимай рубашку! Сейчас быстро выстираем. Это уже опять голос Генерального. Как по команде, начинаю расстегивать рубашку. Ленка тем временем открывает машину и выгребает оттуда такую кучу белья, что груда на машине грозит обвалиться. Рубашка летит в машину, и та принимается мерно её пережёвывать. Груда грязного белья на машине начинает угрожающе крениться. - Саш, ты встань сюда. Вот, к машине. Сядь и обопрись, а то всё упадёт на пол! Подпираю спиной груду, а Ленка уже опять рядом. - Вот и хорошо, Сашенька. Вот так и стой. Так и стой: Опять её глаза совсем рядом. И волосы щекотят мне щёку. - Я, может на кухне посижу? - На кухне? А кто же машинку подпирать будет? Я, слабая женщина? Хочешь меня бросить здесь, в ванной? Вот сейчас пойду и пожалуюсь Тимуру! С этим словами она улыбаясь, медленно развязывает пояс своего купального халата, полы расходятся, и я оторопело раззявив рот, перевожу взгляд с её лица на не первой свежести бежевый лифчик, на голубые застиранные трусы под слегка выпирающим животом, и снова на её снова ставшие бархатными, подкрашенные глаза. - Знаешь, что с тобой Тимур сделает, а? Когда увидит тебя без рубашки, а меня без шальвар? - Лена, зачем? Не надо! - Вот. Будешь слушаться. Да? - Да. - Да. Да. Да: Ленкины губы и волосы ползают по моему лицу. Она целует мне шею, гладит по спине, впивается по очереди в мои соски. Я чувствую всё возрастающее напряжение у себя в джинсах. - Сашенька, сладенький мой! Ты ведь сделаешь для меня это? - Что: это? Она на секунду отрывается от меня и, встав вполоборота, стягивает с себя трусы. Её голые ноги мелькают между полами халата. Прикрывая низ живота трусами, она поворачивается и делает шаг ко мне. Обняв за шею, впивается мне в рот, слегка пощекотав мои губы кончиком языка. - Все бабы, мои знакомые, уже пробовали это, а я всё ещё нет. Сашенька, давай пониже! Она с силой нажимает мне на плечи, и я опускаюсь на колени. - Только не смотри, Сашенька! Хорошо? Совершенно ошеломлённый, я даже не сопротивляюсь, когда, прижав мою голову к машинке животом, Ленка зацепляет резинку трусов мне за нос и натягивает их мне на лицо. - Давай, Сашенька! Давай, сладенький мой! Ну, давай мне здесь: Всё дальнейшее граничило с каким-то бредом и нереальностью. В моих глазах - вылинялая голубизна, мой затылок, вдавленный в ком белья, покоится на мерно ворчащей машинке, плечо прижато к машинке ленкиным голым горячим бедром. Где-то слева от моего уха я слышу, как Ленка засовывает в бельё свою ногу, немного приподнимается на ней. Последнее, что я слышу, это строгий голос Генерального: - Сашка, смотри - Тимура позову! Затем горячие руки обхватывают мои уши, и моя голова оказывается намертво зажатой между её руками. Затем через ветхую ткань трусов я чувствую незнакомый терпкий кофейно-щелочной запах, и к моему подбородку и губам прижимается что-то горячее, влажное, волосатое. Конечно, я видел такое раньше в порнофильмах, но сам никогда это не пробовал. Да и не попробовал бы никогда, если бы: Тимур, да он меня просто кастрирует, если узнает!: Надо Федя. Надо! Я нерешительно открываю рот, и он тут же заполняется волосатым, потным комком. Робко провожу кончиком языка, разыскивая то место, откуда вышли все четверо тимуровых детей. Волосы, везде волосы. И язык не настолько длинный и твёрдый, чтобы протиснуться к цели. Чёрт возьми, как же это делается? Ведь делают же как-то: Поднимаю левую руку, натыкаюсь на ленкино бедро у меня над головой. Гладя его, двигаю рукой к основанию. Похоже, моей насильнице это нравится. Она что-то говорит, но я ничего не слышу. Большой палец достигает заросшего участка, а остальные держатся за нижнюю часть ягодиц. Помогая себе большим пальцем, освобождаю себе вход, и мой язык слева ощущает нежную скользкую поверхность. Справа по-прежнему мешаются волосы. Правая рука зажата ленкиным бедром, и я могу лишь уцепиться за её колено. Хочу немного отстраниться, чтобы расчистить себе пальцем дорогу через джунгли, но тимурова жена лишь плотнее прижимает своё сокровище к моему рту. Наконец, я приникаю к самому сокровенному. Меня заполняет вкус и запах жареных орешков. Мой язык с усилием движется в какой-то слизистой массе. Резинка трусов у меня на лице сползла, и нос оказывается прижат к потному волосатому лобку. Внезапно я отчётливо осознаю, что не могу дышать. Изредка мне удаётся слегка отстраниться и глотнуть воздуха, однако тут же приходится вновь разгребать завалы из волос, и запретный женский плод настолько плотно прижимается ко рту, что упирается мне в зубы. Судя по всему, Ленка зарылась лицом в грязное бельё, кусает всё подряд и с трудом сдерживает вой. При этом она не понимает, что через несколько минут я задохнусь, или у меня будут оторваны уши. Моему члену в джинсах тоже несладко. Он настолько перевозбуждён, что почти потерял эрекцию и готов кончить от нереализованных стимулов. Ленка, качаясь на цыпочках, буквально раздирает мне рот своей жёсткой мочалкой. Я с отчаянием чувствую, что челюсть у меня начинает сводить судорогой. Нужно придумать способ, чтобы окончить эту пытку. Мой почти лишённый кислорода мозг выдаёт незаурядное для такой обстановки решение. Средний палец, обильно орошённый природной смазкой, уверенно и по-снайперски точно направляется под махровым халатом между ягодиц Ленки и, извиваясь там в предсмертных мучениях, он доставляет моей гестаповке такое наслаждение, что она даже слегка отстраняется от меня, чтобы присев, наколоться на этот новый источник острого удовольствия. Теперь мой средний палец управляет моей бешенной амазонкой, а мой язык лишь добавляет перца в общую картину. Ленка оставляет мои уши и вцепляется в волосы. Теперь я слышу, как она лепечет срывающимся, прерываемом спазмами голосом: - Сашенька! Маленький мой Сашенька, сладенький мой! Тимур - он гадина, сволочь: Сегодня ночью оттрахал меня, как проститутку, на глазах у своих дружков. А они смотрели все и дрочились: Ты Сашенька, мне помог: Я специально не мылась после этого: Мне после этих слов ну совсем худо стало, а Ленку они, видимо довели до наивысшей точки наслаждения, потому что мне в первый раз в жизни женщина кончила в рот, причём остатками спермы своего супруга. Она довольно быстро отошла, вытащила из машинки рубашку и пошла её погладить. Я как мог привел себя в порядок и отправился на кухню. Вернулась она с моей глаженной рубашкой и в своих обычных шальварах под халатом. - Саш, у меня к тебе ещё одно дельце есть. Да ты не бойся, не бойся! Идём-ка в спальню. В спальне на разворошенной софе спал Тимур. Он лежал в одних трусах спиной ко мне, подогнув ноги. Ленка небрежным шагом направилась к нему. - Всю ночь гудел, теперь в бесчуствии. Вечером только очнётся. На джип - и в ресторан, к блядюшкам! Мне думалось, что все мои необычайные приключения на ближайший день закончены, но далее начало происходить ну такое, что и Хичкоку не привиделось бы. Взявшись за резинку трусов на спине она потащила их вниз, открыв моему взору толстый тимуров зад. Она что, выпороть его собралась, что ли? - Саша, он ничего не чувствует. Иди сюда. Иди, ближе. Опусти его! Знаешь, как это делается? - Ленка, ты с ума сошла! Я же не: Да он меня: - Да, он тебя. Если я ему скажу! Сашенька. Сашок, ну сделай это для меня! Ну, Сашенька! - Блин,: - Сделаешь - и свободен. Никто не узнает. Тебе он зарплату давно не повышал? Ну так повысит, уж я позабочусь. Сашка, давай. Я помогу тебе. - Ну: - Сашка!! - в её ставшем звонким хрипловатом голосе звучала угроза. - Ленка, я же не гомик. - Ты чё, дурак? При чём тут гомик! - Ленка, ты ж меня так заездила, что я теперь не смогу: Она подошла ко мне и ласково обняла меня, как ребёнка, заглянула в глаза. - Сашенька, маленький мой! Ты кончил? Ты правда, кончил? - Да у меня все трусы мокрые. Ленка начала говорить со мной тоном заботливой воспитательницы. - Давай Сашенька. Не упрямься. Снимай джинсы. Так. Вот, теперь трусы. Ты никогда не снимал трусы перед Генеральным директором? А! Вот видишь, как это приятно! Даже никакой дополнительной стимуляции не потребовалось. Мой мозг отказывался верить в реальность происходящего. Ленка, шлёпая меня по ягодицам, заставила приблизиться к софе. Пока она шарилась на своей тумбочке, я разглядывал лежащего передо мной Тимура, и мой пыл стал заметно улетучиваться. Тимур ведь убьёт меня. Причём не сразу: Ленка вернулась с плоской баночкой в руке. Зачерпнув пригоршней голубоватого геля, она присела передо мной на корточки, и, придерживая левой рукой мою распаренную дубинку, обхватила её пальцами правой. Стоило ей провести по члену смазанной гелем рукой, как он взбугрился, напрягся, нацелившись ей в лицо. - Ай, проказник! Ну хватит, а то кончишь. Не выпуская моего члена из рук, она встала и, встав у меня за спиной, бесцеремонно потащила меня за член к Тимуру. - Ногу через него перекинь! Вот так. Я направлю. Ленка обхватила мой член у самого основания правой рукой. - Да не бойся ты! Держись за него, а то упадёшь. Она нагнулась за моей спиной, её пальцы стали раздвигать у Тимура ягодицы, и она стала старательно прицеливаться в зад своего мужа через мою промежность. Её волосы щекотали и щекотали мои ягодицы. - Давай! Она легонько толкнула меня в крестец. В это утро я совершил ещё одну вещь, которую раньше не делал: гомосексуальный акт. Кажется, я ойкнул. Мой звенящий член преодолел сопротивление и словно бы провалился куда-то. Одним коленом я стоял на софе, другая нога перекинута через бедро Тимура, и я держу его за поясницу. Я осторожно двинул вперёд, назад: Ленка что-то шептала, плакала, целовала мне спину. Её волосы ласкали мне поясницу, а скользкая от геля рука пыталась удержать в ладони мои яйца, которыми она задавала мне ритм. Она хотела бы сама трахнуть своего мужа. Что ж, думаю это ей вполне удалось. --- Начало, мой первый раз --- Уже в который раз начиная писать рассказ о себе, я не знаю, смогу ли его продолжить и закончить, но желание записать свои мысли так велико, что я не могу остановиться. В последнее время в моей жизни произошло столько событий, я повстречал столько новых людей, узнал столько нового, что это не могло никак не отразиться на мне. Не знаю в какую сторону я изменился... в плохую, хорошую, одно я знаю абсолютно точно - я стал другим. Не так давно я услышал фразу... ты сам притягиваешь в свою жизнь людей и события и только тебе решать, как поступать с этим дальше. Это на самом деле очень глубокая мысль. Но, к сожалению, не все зависит от тебя одного, и поэтому могут возникать ситуации, которых ты совсем не ожидал, кроме того, ничто не вечно, все движется, развивается и мы сами меняемся со временем. Поэтому то, чего ты так сильно желал вчера, сегодня для тебя может значить не так много, и ты оказываешься в ловушке, которую устроил сам себе. Тебя терзает много мыслей, ты хочешь выбраться из той ситуации, в которой оказался поневоле, но тебя останавливает то, что ты ответственен перед людьми, которых привязал к себе. Ты боишься причинить им боль. Начинаешь чувствовать себя отвратительным человеком, который сам не знает, чего он хочет и из-за этого делает гадости окружающим. Кто-то скажет, что надо бы определиться и дергаться, кому-то то, что я здесь понаписал вообще может показаться полным бредом. Но... каждый имеет право высказать свои мысли, чувства. Все началось не так давно. Примерно полгода назад. Да, кстати, забыл представиться... Меня зовут Виталий. Мне 23 года. Симпатичный, высокий. Кое-что из того, что я сейчас хочу написать плод моего воображения, но основные события, суть абсолютно соответствуют действительности. Но для того, чтобы перейти к основной истории, я расскажу с чего у меня все начиналось. Своего рода предыстория. И, если мой рассказ понравится, то я обязательно продолжу. У каждого отношения с противоположным полом складываются по-своему. Я, несмотря на то, что был достаточно скромным и даже застенчивым парнем, недолго оставался девственником. Это произошло почти случайно, мне было, пожалуй, лет 18. Мы не встречались, не испытывали друг к другу каких-то особых чувств. Все на самом деле банально до неприличия. Мне на самом деле хотелось бы, чтобы самый первый мой секс произошел с девушкой, к которой бы был неравнодушен изначально. Все-таки секс без любви или хотя бы влюбленности приносит скорее какое-то животное удовлетворение. А мне хотелось чего-то больше. Часто у нас дома собирались кампании девчонок, подруг моей сестры. Кстати, моя сестра старше меня на 5 лет. Соответственно и подруги были у нее ее возраста. Сестра (ее зовут Света) не раз мне говорила, что если я хочу трахнуться с какой-нибудь из ее подруг, то она без проблем может мне это устроить. Я как скромный, стеснительный мальчик краснел и говорил, что не нужно, я как-нибудь сам. Все-таки не маленький уже и т.д. В общем, видимо, произошел сговор и однажды, когда родителей не было дома, Света сказала мне, что скоро должны зайти Вадим и Катя. Вадим - это парень моей сестры. Ему 25 лет, высокий, спортивный. Он даже был заставил меня ходить с ним в спортивный клуб. Говорил смеясь, что если срочно не займусь спортом, то на родительских харчах скоро так растолстею, что из-за живота своего друга буду видеть только в зеркало. Катя... Ну, я её видел пару раз у нас в гостях. Симпатичная девчонка, среднего роста, длинные темные волосы, красивые глаза. Но для меня она была просто подружкой сестры. Я не помню, чтобы хоть раз перекидывался с ней более, чем парой слов. Так вот... Не помню, был ли у них в самом деле какой-то повод или это был только предлог, чтобы споить меня, но к вечеру в большой комнате был накрыт стол с неслабым количеством спиртного. С одной стороны стола, на диване, сидели Вадик и Света, с другой - я и Катя. Выпивали, закусывали. Трепались о том, о сем. Вадик веселый парень, с отличным чувством юмора, да и я не особо отставал. Сыпались шутки, анекдоты. Было весело. Особенно веселили меня их попытки меня споить. Я, не желая пьянеть, отшучивался и упорно отказывался больше пить. Тогда Катя говорит... - Давайте сыграем в одну игру. Парень и девчонка завязывают глаза, прячут на себе пять прищепок. Кто первый отыскал на противнике все прищепки, тот и выиграл. Стали думать, на что же обречь проигравшего. Выход нашелся очень быстро... кто-то сказал, что пусть проигравший выпьет тут же стакан (немаленький, хочу сказать) вина (кстати тоже далеко не легкого). Все согласились. Но вот играть никто как-то особого желания не проявил. Тогда Вадик взял инициативу в свои руки. - Светка, давай-ка сыграем! Им тут же быстро мы с хихиканьем завязали глаза. Но самое интересное было впереди... Света повесила одну прищепку на юбку сзади, одну - под воротник, не помню куда ещё одну и две - поглубже под кофту, в лифчик. Вадик с довольной ухмылкой сразу спрятал одну в штаны. Я и Катя смотрели на все это и просто умирали от смеха, глядя на это и их лица при этом... Настроение было отличное. Выпитое уже неплохо дало в голову. Мы сделали музыку погромче и начали отсчет... раз... два... три! Что тут началось! Они набросились друг на друга как дикари. Куда они только не залезали. Под наш с Катей дружный хохот они, громко сопя, лапали один второго в самых недозволенных местах. Почему-то Света первая сообразила, где надо искать, и с радостным криком стала расстегивать ширинку Вадима. Он, задыхаясь от смеха, тут же стал грубо лапать её под юбкой. Оба они раскраснелись и тяжело дышали... Не буду долго говорить, но победителем вышел Вадим. Задыхаясь, будто пробежали пару километров, они сняли повязки с глаз и упали на диван. - Теперь ваша очередь,- закричала Светка. Нам с Катей завязали глаза и стали навешивать прищепки, будто не доверяя, что сможем сами справиться с этим ответственным делом. Одну прищепку мне пристегнули к джинсам внизу на ноге, одну - на свитер на спине, ещё одну на воротник и две засунули за пояс. Я услышал шепот Вадима возле моего уха... две у нее под юбкой, остальные под кофтой. И, как только прозвучал сигнал к действию, я бросился на Катю и, по-идиотски хихикая, полез к ней под кофту. Ну, тут уж по другому и быть не могло... грудь её я облапил хорошенько. Но что это! Так ничего нет! Издав возмущенный вопль, я полез к ней под юбку. Она же в это время, хихикая, схватилась за мою задницу, пошарила по ней, впрочем явно не с целью что-то там найти, но к своей радости и моей досаде обнаружила там две прищепки. Каково же было мое изумление, когда под юбкой я тоже ничего не нашел, но это быстро перестало меня интересовать, так как я обнаружил, что она очень возбудилась и у нее там мокро. Это выбило меня из равновесия и направило мои мысли в другое русло. Это не могло не отразиться на игре, и в результате Катя выиграла. Когда я снял повязку, то увидел довольные лица парочки на диване. Вадик специально неправильно мне подсказал, чтобы я проиграл! - Ну, а теперь проигравшие выполнят обещание! - громко сказала Катя. Ничего не поделаешь, пришлось пить. Светка к этому времени уже выпила свой стакан вина, который выиграла, проиграв, и сидела нормально подпьяневшая. Мне пришлось пить почти без закуски и поэтому вино неслабо ударило мне в голову. Некоторое время мы ещё посидели за столом, но чувствовалось, что атмосфера изменилась. Света собрала посуду и удалилась в кухню, Вадик через какое-то время поднялся и пошел следом. Я и Катя сели на диван и стали разговаривать. Она меня спрашивала об учебе, о том, какие девчонки мне нравятся, встречаюсь ли я с кем-нибудь. Я как раз учился на втором курсе, учеба ещё не успела надоесть, но говорить мне о ней как-то не очень то хотелось, про девчонок я сказал, что мне нравятся высокие блондинки, на что она преувеличенно сокрушенно покачала головой... а я так надеялась! Сказал, что есть девчонки, которые мне нравятся, но в данный момент я ни с кем не встречаюсь. Через какое-то время я захотел пить и пошел в кухню. Проходя по длинному коридору, я услышал слабый шум. Замедлив шаг, я подошел к кухонной двери и заглянул (хорошо, что дверь была приоткрыта). В кухне было темно, как и в коридоре, что хорошо, так как я мог не бояться быть замеченным. Но кое-что все-таки было видно. Боком ко мне, упершись руками в шкафчик и выпятив зад, с задранной юбкой стояла Света. А сзади ее трахал Вадик. Из-за лунного света мне было хорошо видно как его член заходит в ее влагалище. Я стоял и смотрел, не в силах оторваться. Я впервые видел секс вживую. Да ещё трахали мою сестру! Светка балдела во всю. Ее рот был приоткрыт и она тяжело дышала, временами не могла сдержать негромкий стон. Вадим быстро двигал задницей и было заметно, что он скоро кончит. Сестра начала дрожать от оргазма. Не могу передать чувство, которое испытывал. Я возбудился до невозможного, казалось ещё немного и сам кончу. В животе было странное ощущение. Такой похоти я ещё никогда не испытывал. Несколько сильных и глубоких толчков и стон Вадика дали понять, что он кончает. Глубоко всадив ей свой хуй, он спускал довольно долго. Когда я уже собирался тихонько уйти, я увидел как он повернул голову в мою сторону и кивнул так, как будто хотел сказать... вот так-то! Я вернулся в комнату, ничем не выдав своего состояния. Катя сидела возле музыкального центра и слушала музыку. Я присоединился к ней и стал показывать свои диски. Через какое-то время вошли Света и Вадим. - Ну что... - сказала сестра. - Поздно уже. Я хочу спать. Да... Катя сегодня остается ночевать у нас. Вам придется спать в одной комнате. Не скучайте тут. Она притворно потянулась, зевнула и, заговорщицки глянув на Вадика, отправилась в другую комнату. Я разложил диван, положил постельное белье, попросил Катю постелить, а сам отправился с Вадиком в кухню перекурить. Войдя в кухню и закрыв за собой дверь, он спросил... - Ну как? - Ну, парень. Я едва не кончил, когда наблюдал за вами. У нас с Вадимом открытые и доверительные отношения, так что говорить мы могли о чем угодно, совсем не стесняясь. Он довольно ухмыльнулся. - Смотри, не лови сегодня ворон. Да, и вот это не забудь. И дает мне несколько презервативов. Когда я вернулся в комнату, свет был выключен. Быстро раздевшись до трусов, я юркнул под одеяло, и тут же ко мне прижалась Катя. Мы буквально впились друг в друга долгим поцелуем. Целуется она здорово, это точно. Её язык, проникнув ко мне в рот, просто вскружил мне голову, хоть она и так давно была не на месте от выпитого спиртного и от возбуждения. Я решил, что в первый раз я целиком и полностью сосредоточусь на девчонке, а не на своих ощущениях, я сделаю все, чтобы она потом сказала... ты просто супер. Похоть просто переполняла меня, впрочем, как и ее. Мы не просто ласкали друг друга, мы прижимались с такой страстью, с такой силой, которые только можно представить. Одеяло мы отбросили в сторону. Я хотел видеть её красивое тело, хотел касаться её грудей. - Сожми их посильней, - попросила она. - Да... Вот так! Я мял её груди, а она сидя на мне сверху, ёрзала, трясь через трусы, которые мы так и не сняли, своей киской о мой член. Ощущения были просто невероятные. Я исходил от похоти. - Кать, я сейчас кончу, - выдавил я. Она наклонилась, поцеловала меня, а затем медленно прошлась поцелуями от моей шеи до пупка, остановилась... Я замер. Катя мягко и в то же время с усилием стала тереть через трусы мой член. Это возбудило меня ещё сильнее. Мой хуй был таким толстым как никогда. - Бля, как классно... - задыхаясь, сказал я. А она медленно высвободила моего друга и погрузила его себе в рот, слегка щекоча языком. Это было последней каплей. С громким стоном я кончил. Такого сладкого и сильного оргазма у меня никогда еще не было. Я спускал и спускал, а Катя, продолжая делать сосательные движения, глотала мою сперму. Когда все закончилось, она улыбнулась мне, поднялась и сказала... - А ты у нас солененький! А теперь полижи мне. Я поднялся, а она легла на мое место, широко разведя ноги. В лунном свете, льющемся из окна, я стал внимательно её рассматривать, при этом не забывая ласкать руками. Впервые передо мной лежала девчонка, готовая отдаться мне в любой момент. После оргазма, сняв напряжение, я увидел все несколько по-иному. То, что происходило в этот момент казалось мне просто очень эротичным. Меня наполнил какой-то внутренний восторг. Я наклонился и взял в рот один сосок. Лаская рукой другую грудь, я стал легонько посасывал его, затем сильнее, а когда я стал щекотать его зубами, то учащенное дыхание и сладкий стон подсказали, что я на верном пути. Моя правая рука медленно переместилась вниз. Сознание того, что я первый раз касаюсь девушки там плюс раздавшееся громкое поскрипывание кровати в соседней комнате снова сильно возбудили меня и мой член стал быстро расти. Я ещё шире развел руками её ноги и прильнул губами ко входу во влагалище. Мягко касаясь там губами и во всю орудуя языком, я вызвал новый стон удовольствия. Ждать больше я не мог. Потянувшись к джинсам, я достал презерватив. Когда я стал разрывать упаковку, она сказала, что презерватив не нужен, так как она пользуется противозачаточными таблетками. Тогда я отбросил его в сторону, поцеловал её и, взяв член в руку, ста тереться им о клитор. Катя застонала и подняла ноги, прижав их к груди. Проводя головкой по её половым губкам, я сделал движение вперед и вошел в нее. Стенки её влагалища плотно обхватили меня. Это было здорово! Я начал медленно двигаться в ней, постепенно ускоряясь. Наши стоны и громкие скрипы и стоны за стеной возбуждали нас ещё больше, если это только было возможно. - Глубже! Глубже! - кричала Катька, а я всаживал свой хуй ей со всей силы так глубоко, как только мог. - О-о-о... Давай, давай, еби сильней, - задыхаясь, со стоном выдавливала она. Двигая задницей, я чувствовал, что приближаюсь к новому оргазму. Мой член напрягся ещё сильней и стал как каменный. Я сдерживался изо всех сил. Вдруг Катя задрожала и её влагалище стало сокращаться. Я при этом испытал такую острую похоть, что через пару секунд, крича, начал спускать в неё. Меня просто трясло. Вероятно наши крики подстегнули приближение оргазма у другой парочки, так как всего через несколько мгновений раздался громкий стон сначала Вадима, а затем Светки. В ту ночь мы мало спали. С Катей мы некоторое время потом встречались, но скоро она вернулась к своему бывшему бой-френду, я какое-то время переживал, хотя и не очень сильно. А через непродолжительное время я встретил свою первую настоящую любовь и первое горькое разочарование. Электронная Библиотека Порна Сайт (Рассказы для Взрослых 18+)